Боже, какой же ужас. Просто невероятно страшная новость. Светлая память.
https://t.co/sJwfLtW7yj?amp=1
https://t.co/sJwfLtW7yj?amp=1
tvrain.ru
В Центральной Африке погибли журналист Орхан Джемаль, режиссер Александр Расторгуев и оператор Кирилл Радченко
В Центральноафриканской Республике погибли журналист Орхан Джемаль, оператор Кирилл Радченко и режиссер Александр Расторгуев, сообщили Дождю два источника в «Центре управления расследованиями». Они снимали там документальный проект о работе ЧВК «Вагнер».
По данным источников AFP, россияне были убиты на блокпосту неизвестными вооруженными людьми. Тела погибших доставлены на базу миссии ООН в Сибуте.
Вообще, господа, очень страшно, когда люди погибают на работе и в мирное время.
Как бы мы не относились к каждому из погибших журналистов (кому-то ближе Расторгуев, кому-то Джемаль и, уверен, кому-то Радченко), все эти люди были профессионалами своего дела. Они не побоялись поехать в страну, где ведутся боевые действия для того, чтобы рассказать нам с вами про войну. Для того, чтобы мы в своих Москве, Петербурге, Саранске и Торжке смогли реально увидеть ужасы войны не выходя из своих уютных Жан-Жаков.
Уверен, сейчас будет много версий произошедшего. Аркадий Бабченко напишет, что всех убил лично Вагнер, а Захарова скажет, что во всем виноваты миротворцы из США. В реальности, все это абсолютно неважно.
Важно что погибли трое прекрасных журналистов нашей страны. Лучшее, что мы можем сделать - посмотреть их работы и, наверное, принести цветы к Центральному дому журналиста в Москве. Я сегодня так и сделаю. Светлая память.
Как бы мы не относились к каждому из погибших журналистов (кому-то ближе Расторгуев, кому-то Джемаль и, уверен, кому-то Радченко), все эти люди были профессионалами своего дела. Они не побоялись поехать в страну, где ведутся боевые действия для того, чтобы рассказать нам с вами про войну. Для того, чтобы мы в своих Москве, Петербурге, Саранске и Торжке смогли реально увидеть ужасы войны не выходя из своих уютных Жан-Жаков.
Уверен, сейчас будет много версий произошедшего. Аркадий Бабченко напишет, что всех убил лично Вагнер, а Захарова скажет, что во всем виноваты миротворцы из США. В реальности, все это абсолютно неважно.
Важно что погибли трое прекрасных журналистов нашей страны. Лучшее, что мы можем сделать - посмотреть их работы и, наверное, принести цветы к Центральному дому журналиста в Москве. Я сегодня так и сделаю. Светлая память.
Когда на на следующий день обвиняемого развязали, тот при помощи при помощи шариковой ручки и лезвия одноразового станка порезал человека, который его истязал, а потом задушил его простынями.
https://zona.media/news/2018/08/01/camera/
https://zona.media/news/2018/08/01/camera/
Медиазона
Прокуратура Владимирской области нашла в СИЗО-1 камеру для пыток
Во Владимирской области Следственный комитет 30 июля возбудил уголовные дела в отношении шести сотрудников ФСИН и двух о...
Если честно, я не понимаю зачем журналисты публикуют фотографии убитых журналистов, а остальные их тиражируют. Ещё с момента убийства Немцова был крайне против таких публикаций.
Forwarded from Бебутов
Все просто. Изданиям нужен трафик, просмотры, репосты, цитируемость и тд.
Ключевые информационные агенства продают сюжеты с места трагедий по ценнику в зависимости от количества жертв и насколько ужасно они погибли. Чем жёстче — тем дороже.
То есть эта индустрия, в которой смерть — товар.
Ключевые информационные агенства продают сюжеты с места трагедий по ценнику в зависимости от количества жертв и насколько ужасно они погибли. Чем жёстче — тем дороже.
То есть эта индустрия, в которой смерть — товар.
Приснилось да вспомнилось:
26 апреля 2016. Пришёл я в военкомат документы принести вместе со своим адвокатом Жаном. Жан был матёрым парнем, так как защищал главу ФСИН по делу об электронных браслетах. Он был уверен, что беспредела в 2016 году не бывает.
Зашли мы в военкомат на Печатниковом переулке. Двери за нами закрылись, а дальше - объявили военную тревогу. По запаху я чувствовал неладное, «моросил» и повторял «Жан, сейчас будет пиздец». Жан не унывал и верил в лучшее, даже когда у нас неожиданно перестал ловить сигнал сотовой связи.
Дальше все как в хуевом рассказе - зашли люди в масках, дали по лицу Жану. А мне, конечно, дали по лицу, а ещё по почкам. На голову мою скоропостижно надели мешок, а затем погрузили как манекен в оранжевую хонду цивик.
Люди в масках били по почкам но не сильно. Сквозь вялые пытки я воскликнул:
- Куда едем, братцы?
- В Нарнию!, - ответили мне сотрудники госбезопасности.
В колонках 13 раз прокрутилась песня Аллегровой «Угонщица». Атмосфера была потрясающая. Хонда Цивик с немыслимо бешеной скоростью несла меня в Нарнию, за что сейчас Хонде я безумно благодарен.
26 апреля 2016. Пришёл я в военкомат документы принести вместе со своим адвокатом Жаном. Жан был матёрым парнем, так как защищал главу ФСИН по делу об электронных браслетах. Он был уверен, что беспредела в 2016 году не бывает.
Зашли мы в военкомат на Печатниковом переулке. Двери за нами закрылись, а дальше - объявили военную тревогу. По запаху я чувствовал неладное, «моросил» и повторял «Жан, сейчас будет пиздец». Жан не унывал и верил в лучшее, даже когда у нас неожиданно перестал ловить сигнал сотовой связи.
Дальше все как в хуевом рассказе - зашли люди в масках, дали по лицу Жану. А мне, конечно, дали по лицу, а ещё по почкам. На голову мою скоропостижно надели мешок, а затем погрузили как манекен в оранжевую хонду цивик.
Люди в масках били по почкам но не сильно. Сквозь вялые пытки я воскликнул:
- Куда едем, братцы?
- В Нарнию!, - ответили мне сотрудники госбезопасности.
В колонках 13 раз прокрутилась песня Аллегровой «Угонщица». Атмосфера была потрясающая. Хонда Цивик с немыслимо бешеной скоростью несла меня в Нарнию, за что сейчас Хонде я безумно благодарен.