Forwarded from Скабеева
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Слова Семена Пегова, которые он произнёс в нашей программе как раз перед поездкой в Минск. А теперь представьте, наедине с какими мыслями он провел этот день под арестом:
‘Меня, как смолянина, как журналиста, интересует реальный нейтралитет Белоруссии. Я в розыске СБУ нахожусь с 14-го года, как пособник террористов. Я кто теперь там теперь? Смогу ли я свободно пересечь границу? Арестуют ли меня и что со мной будет дальше?’
ЖДЁМ ДОЛГОЖДАННЫХ ХОРОШИХ НОВОСТЕЙ!!
‘Меня, как смолянина, как журналиста, интересует реальный нейтралитет Белоруссии. Я в розыске СБУ нахожусь с 14-го года, как пособник террористов. Я кто теперь там теперь? Смогу ли я свободно пересечь границу? Арестуют ли меня и что со мной будет дальше?’
ЖДЁМ ДОЛГОЖДАННЫХ ХОРОШИХ НОВОСТЕЙ!!
Forwarded from Артемий & Сыч
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Екатерина Винокурова изображает в своём телеграм-канале, что на Маросейке сейчас не митинг белорусских националистов, а пикет в защиту русских журналистов. Посчитайте число бело-красно-белых флагов и найдите хотя бы один плакат в защиту граждан РФ. Кроме того, можете на видео поискать ОМОН. (Я увидел только росгвардейцев, которые повторяют заученную фразу в орало уже час).
Интересный посыл для гослиберала: белорусам митинговать можно, русским — нельзя.
Интересный посыл для гослиберала: белорусам митинговать можно, русским — нельзя.
Forwarded from Раньше всех. Ну почти.
❗️В Минске очевидцы сообщают о взрывах
Telegram
На видео видно
Слышна стрельба и взрывы
Forwarded from Страна Для Жизни
‼️СРОЧНО‼️ СВЕТЛАНУ ТИХАНОВСКУЮ УДЕРЖИВАЮТ В ЦИК! ЗАБЛОКИРОВАЛИ И НЕ ВЫПУСКАЮТ❗️❗️❗️❗️
Forwarded from Дневники москвички
И я поблагодарю МИД только после возвращения на Родину ВСЕХ наших корров.
В частности, Лука продолжает держать в заложниках Макса Солопова.
В частности, Лука продолжает держать в заложниках Макса Солопова.
Forwarded from Медуза — LIVE
Как задерживали и избивали Максима Солопова
Журналист Daily Storm Антон Старков, задержанный во время освещения протестов в Минске в ночь на 10 августа:
Мы познакомились за 5 минут до нашего задержания. Мы убегали от ОМОНа и слезоточивого газа и забежали в тупик, где был забор. Я подсадил Максима, чтобы он перелез через забор. Он по плану потом должен был помочь перелезть мне. Но в тот момент, когда Максим [перелез], с его стороны забора, из подворотни вышел большой отряд ОМОНа, сразу на него накинулся. Я помню, что Максим успел встать на колени, поднять руки вверх и сказать, что он журналист. Его все равно повалили, по-моему, три человека и [стали его бить] довольно жестко. У меня даже есть видео. Насколько я видел, он [после избиения был в сознании], шел сам. [Какие у него травмы], я не успел понять, потому что буквально через считанные секунды ОМОН появился с нашей стороны забора и нас тоже стали избивать.
[В ЦИПе] с нами, поскольку мы иностранцы, [обращались] неплохо. Не били. Остальных избивали сильно, белорусов. У нас сутки не было питьевой воды и еды.
Журналист Daily Storm Антон Старков, задержанный во время освещения протестов в Минске в ночь на 10 августа:
Мы познакомились за 5 минут до нашего задержания. Мы убегали от ОМОНа и слезоточивого газа и забежали в тупик, где был забор. Я подсадил Максима, чтобы он перелез через забор. Он по плану потом должен был помочь перелезть мне. Но в тот момент, когда Максим [перелез], с его стороны забора, из подворотни вышел большой отряд ОМОНа, сразу на него накинулся. Я помню, что Максим успел встать на колени, поднять руки вверх и сказать, что он журналист. Его все равно повалили, по-моему, три человека и [стали его бить] довольно жестко. У меня даже есть видео. Насколько я видел, он [после избиения был в сознании], шел сам. [Какие у него травмы], я не успел понять, потому что буквально через считанные секунды ОМОН появился с нашей стороны забора и нас тоже стали избивать.
[В ЦИПе] с нами, поскольку мы иностранцы, [обращались] неплохо. Не били. Остальных избивали сильно, белорусов. У нас сутки не было питьевой воды и еды.
Forwarded from Корпоративные животные
Интересно наблюдать за дискуссией вокруг возвращения к офисной жизни. Какие-то компании уже объявили, что не вернутся в офис до 2021 года (Google, Facebook) или даже никогда (twitter). С другой стороны, в европейских странах офисы уже медленно возвращаются к жизни, хотя график работы изменился: совмещать социальное дистанцирование и работу в прежнем режиме не получится, особенно в open space. Ясно, что хотя офисы и не умрут, появится какая-то гибридная модель. Мне очень нравится работать из дома , хотя я практически последняя покинула здание вместе с отделом IT и офис-менеджером - настолько я корпоративное животное. Но пока общество обсуждает плюсы дистанционной работы, меня очень беспокоят ее минусы.
Не всякое жилье приспособлено для работы из дома. Особенно молодые специалисты часто живут в чего уж там, коммунальных квартирах, и у них просто нет дома рабочего стола. Есть те, кто живет с родственниками, с маленькими детьми - все эти люди страдали чрезвычайно, и при первой же возможности выберут среду, где они могут сконцентрироваться на работе. При этом, если компании и решат отказаться от офисов, то экономия на аренде не перетечет в фонд оплаты труда, так что вряд ли нам удастся снять или купить квартиру побольше с отдельным кабинетом.
Я бы вообще начала волноваться за рабочее место даже когда рынок труда вернется на прежний уровень. Уже выяснилось, что гораздо больше вещей можно делать дистанционно, и почему бы не делать их из других стран? Раньше в Варшаву или Бухарест переводили бухгалтерию, можно ли сейчас подумать и об отделе маркетинга?
Правда, это открывает карьерные возможности для налоговых специалистов, поскольку где осуществляется руководство компанией - там, по крайней мере с точки зрения европейского законодательства, и платятся налоги. Work from anywhere - звучит заманчиво, но мне интересно, будут ли государства проверять, где принимались управленческие решения в 2020 году?
Не всякое жилье приспособлено для работы из дома. Особенно молодые специалисты часто живут в чего уж там, коммунальных квартирах, и у них просто нет дома рабочего стола. Есть те, кто живет с родственниками, с маленькими детьми - все эти люди страдали чрезвычайно, и при первой же возможности выберут среду, где они могут сконцентрироваться на работе. При этом, если компании и решат отказаться от офисов, то экономия на аренде не перетечет в фонд оплаты труда, так что вряд ли нам удастся снять или купить квартиру побольше с отдельным кабинетом.
Я бы вообще начала волноваться за рабочее место даже когда рынок труда вернется на прежний уровень. Уже выяснилось, что гораздо больше вещей можно делать дистанционно, и почему бы не делать их из других стран? Раньше в Варшаву или Бухарест переводили бухгалтерию, можно ли сейчас подумать и об отделе маркетинга?
Правда, это открывает карьерные возможности для налоговых специалистов, поскольку где осуществляется руководство компанией - там, по крайней мере с точки зрения европейского законодательства, и платятся налоги. Work from anywhere - звучит заманчиво, но мне интересно, будут ли государства проверять, где принимались управленческие решения в 2020 году?
Forwarded from Ковалёв Алексей как река Енисей
С Максом какая-то дичь происходит. Мы сегодня всей редакцией, друзьями, знакомыми, коллегами и сочувствующими обрывали все телефоны всех мыслимых учреждений Минска, а потом и области — и такое впечатление, что не то что нам не хотят говорить, а просто сами не знают, куда они проебали Солопова. По крайней мере, его брат Денис убедился, что в моргах его нет, ну и то слава богу. https://meduza.io/feature/2020/08/10/istoriya-ischeznoveniya-spetskora-meduzy-maksima-solopova-ego-izbili-militsionery-v-tsentre-minska-posle-chego-zaderzhali-i-uvezli-v-neizvestnom-napravlenii
Meduza
История исчезновения спецкора «Медузы» Максима Солопова
Спецкор «Медузы» Максим Солопов — последний из четырех задержанных в Минске российских журналистов, кого спустя сутки не только не освободили, но и вовсе не нашли. Солопов освещал выборы президента Беларуси и связанные с ними события — и последний раз говорил…
Forwarded from РИА Новости
Находящийся в Минске фотокорреспондент МИА "Россия сегодня" Питалев не выходит на связь более 5 часов
Forwarded from Белорусский фронт
В последний раз такие бои были в июле 1944 при освобождении Минска