🌍⚔️ «На пути к прямой войне»

Дмитрий Тренин, президент РСМД и научный руководитель ИМВЭС НИУ ВШЭ, дал интервью датскому изданию Weekendavisen в серии материалов о незападных картинах мира. По мнению эксперта, текущий конфликт изменит мировосприятие россиян сильнее, чем Вторая мировая, поскольку со времен Петра I цель встроиться в западную систему снята окончательно. Россия объявила себя государством-цивилизацией, а ООНовская конструкция, которая долго казалась идеальной, работать перестает.

Уникальность момента заключается в том, что впервые практически вся Европа поддерживает Украину в прямой войне с Россией. Прекращение боевых действий конфликт не завершит: война продолжится в других формах возможно до середины века, а при дальнейшей эскалации не исключаются взаимные удары, после которых части Запада и части России перестанут существовать.

🥰 #ИМВЭС_СМИ | Подписаться в ТГ и в MAX

«Ормузская дилемма»: устойчивость международных морских перевозок в Персидском заливе
Дегтерева Е.А., Чихачев А.Ю., Парамонова М.А.

Эксперты ИМВЭС НИУ ВШЭ опубликовали в журнале «Мировая экономика и международные отношения» исследование рисков для морских перевозок через Ормузский пролив на фоне противостояния Ирана, США и Израиля.

Через Ормуз проходит около 20% мировых перевозок нефти и 30% СПГ. Авторы показывают, что возможности нарушить судоходство существуют не только у Ирана, но и у США. При этом полномасштабная «танкерная война» невыгодна всем ключевым участникам: Иран рискует собственными торговыми связями, американские силы уязвимы для ответных ударов, а Китай заинтересован в сохранении стабильности.

Наиболее вероятными остаются ограниченные формы эскалации: задержания судов, глушение навигационных сигналов и демонстративные военные действия. Для России рост рисков в Персидском заливе повышает значение альтернативных маршрутов, прежде всего МТК «Север – Юг».

Исследование выполнено в рамках гранта РНФ №25-68-00031 «Устойчивые морские перевозки в рамках международного транспортного коридора «Север – Юг» в контексте региональной безопасности».

❗️Статья была подготовлена и сдана в печать до начала американо-израильской операции в Заливе 2026 г., поэтому ее выводы отражают ситуацию прежде всего по состоянию на конец 2025 г.

🥰 #ИМВЭС_Публикации | Подписаться в ТГ и в MAX

🇺🇸🇰🇷 Маневры на понижение

Александра Зуева, эксперт ИМВЭС НИУ ВШЭ, в колонке для «Известий» разбирает решение Дональда Трампа существенно сократить совместные военные учения США и Республики Корея.

Речь идет не только о стремлении снизить напряженность вокруг Корейского полуострова и возобновить личную дипломатию Трампа с Ким Чен Ыном. Сокращение учений становится также инструментом давления на Сеул: Вашингтон вновь ставит масштаб своих союзнических обязательств в зависимость от готовности партнера увеличивать оборонные расходы и поддерживать американские инициативы за пределами региона.

Отдельным фактором стало недовольство Белого дома отказом Республики Корея присоединиться к действиям США по «денуклеаризации Ирана». В результате решение по учениям одновременно выступает жестом в адрес Пхеньяна и сигналом Сеулу о цене недостаточной, с точки зрения Трампа, политической солидарности.

🥰 #ИМВЭС_СМИ | Подписаться в ТГ и в MAX

🛡⚙️ Склады не бездонны: военное строительство в сфере БТВТ после советского наследства

В независимом издании Fronts вышла статья OSINT-аналитика об исчерпании запасов советской техники, прежде всего танков, БТР и БМП. Автор отмечает, что эра, когда десятки стран могли опираться на советскую технику, подходит к концу. Россия, Украина и бывшие страны ОВД израсходовали огромные складские резервы времен Холодной войны, а высокие потери с обеих сторон вынуждают «каннибализировать» машины, не подлежащие полноценному ремонту. Количество единиц, доступных для экспорта, резко сжимается, что меняет расстановку сил на мировом рынке вооружений.

Давние покупатели начинают диверсифицировать закупки и обращаться к другим поставщикам, прежде всего к Китаю. По данным SIPRI, российская доля мирового рынка вооружений упала с 21% в 2016-2020 гг. до 6,8% в 2021-2025 гг. Для России это вопрос не только выручки, но и традиционных военных связей и «мягкой силы», ведь большинство прежних заказчиков не может позволить себе покупку и содержание образцов вроде Т-90М, БМП-3, Ка-52 или Су-35С. Ниша дешевой массовой брони пустеет, и занимать ее будет тот, кто предложит сопоставимую цену. У стран НАТО ситуация не лучше: США с 1990-х гг. предпочитают модернизировать уже имеющиеся корпуса «Абрамсов», а не строить новые машины.

Отсюда следуют два крайне актуальных вопроса. Во-первых, о переосмыслении подходов к военному строительству, поскольку опираться на большие запасы вооруженные силы больше не представляется возможным. Во-вторых, о тактике применения бронетанковой техники и о том, как выстраивать военно-промышленную политику с учетом тотальной дроновизации поля боя. Уязвимость техники перед беспилотниками ведет либо к большим потерям, либо к ее исчезновению с поля боя, что резко усложняет штурмовые действия против подготовленного противника.

На авторский взгляд, логичны два решения. Первым видится выпуск тяжелой БМП на базе танка Т-72 или налаживание производства Т-15 «Барбарис». Вторым возрождение концепции штурмового танка, чья круговая броня позволит выдерживать прямые попадания дронов, вооружение будет приспособлено для взлома опорных пунктов и линий обороны, а встроенная автоматическая пушка или крупнокалиберные пулеметы дадут возможность сбивать беспилотники. Как показала практика, КАЗ не панацея в противодействии дронам, а лишь одна из возможных мер. За счет массовой серии изначально высокая цена неизбежно снизится, что в перспективе вернет возможность создавать запасы такой техники. Иного выхода нет, склады не бездонны, а отказ от массового применения техники проблему не решает. Дроны вряд ли заменят танки, вертолеты, БМП и САУ, так как средства борьбы с БПЛА не стоят на месте и поиск эффективных мер противодействия это лишь вопрос времени.

В сфере экспорта ставку стоит делать не просто на поставки и обслуживание, а на совместные проекты и производства со странами-партнерами, частично локализованные на территории заинтересованной стороны. Отдельно можно выпускать мелкими партиями вооружение, адаптированное под финансовые возможности и запросы покупателя. Рассмотреть стоит и опцию специального кредита, который позволит воспользоваться этими мерами даже небогатым странам. Наконец, по мере перевооружения ВС РФ на новые образцы высвобождаемую технику можно передавать желающим ее приобрести, налаживая производство комплектующих на территории страны-покупателя. Работа в этом направлении уже идет, имеется свыше 340 совместных проектов с 14 государствами, а на 2026-2028 гг. объявлены дополнительные меры господдержки экспорта. В совокупности такие меры закрепляют «мягкую силу», дают полевую апробацию и работают на выручку вдолгую.

Процесс изменения традиционных подходов идет активно. Чтобы удерживать в нем лидирующие позиции, необходимо больше экспериментировать, пробовать нестандартные решения и менять саму рамку классического военного строительства.

🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX

🌐 Экспертный круглый стол «Кризис миропорядка: этика и мораль в новой мировой системе»

Факультет мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ совместно с Советом по внешней и оборонной политике и форумом гражданских обществ «Петербургский диалог» проводит экспертный круглый стол о том, на каких основаниях будет держаться складывающийся миропорядок.

📆 Дата проведения: 7 сентября 2026 г. 15:00
📍 Место проведения: НИУ ВШЭ, Покровский бульвар, 11, стр. 9 (Дом Дурасова), Белый зал (А201)
🎙️ Рабочий язык: английский, с синхронным переводом на русский

Нормативная опора прежнего порядка исчерпывается, а апелляция к праву все чаще служит инструментом политики, а не ее ограничителем, и вопрос о морально-этическом содержании будущего мироустройства из отвлеченного становится прикладным.

Этим определяется структура обсуждения. Первая сессия «Мировой порядок, сдерживание и право» обращена к соотношению силы, сдерживания и права в системе, где привычные механизмы контроля утрачивают надежность. Вторая сессия «Морально-этические основы будущего миропорядка» – к представлениям о справедливости, ответственности и допустимом, разделяемым или не разделяемым участниками формирующегося многополярного мира.

Выработка общей позиции целью не ставится: ценность встречи – в возможности изложить и услышать аргументы напрямую, без посредников.

К участию приглашены зарубежные и российские исследователи, а также студенты и начинающие исследователи, специализирующиеся на международных отношениях и международном праве. Со стороны иностранных участников выступят:

— Джон Миршаймер, заслуженный профессор факультета политологии Чикагского университета имени Р. Уэнделла Харрисона
— Эндрю Наполитано, экс-судья Высшего суда штата Нью-Джерси, колумнист и блогер
— Аластер Крук, директор и основатель исследовательской организации Conflicts Forum, в прошлом дипломат
— Ларри Джонсон, генеральный директор BERG Associates, LLC, соучредитель ассоциации Veteran Intelligence Professionals for Sanity (VIPS), политический аналитик

📎 Подробности и форма для регистрации на мероприятие доступны по ссылке

🥰 #ИМВЭС_Анонс | Подписаться в ТГ и в MAX

🇷🇺 22 августа - День Государственного флага Российской Федерации

Российский триколор — один из главных государственных символов страны, неразрывно связанный с ее историей, суверенитетом и национальной идентичностью.

В этот день желаем нашей стране мира, стабильности и дальнейшего развития, а всем гражданам России благополучия, уверенности в будущем и новых достижений.

С Днем Государственного флага России!

🥰 #ИМВЭС | Подписаться в ТГ и в MAX

🇷🇺🇸🇾 Судьба российских баз в Сирии (Часть 1)

Материал подготовлен совместно ИМВЭС НИУ ВШЭ и ПИР-Центром

◻️9 августа стало известно о подписании меморандума о взаимопонимании между Россией и Сирией касательно будущего российских военных баз. Как сообщило агентство SANA со ссылкой на правительственные источники, в течение последующих трех месяцев базы будут перепрофилированы в совместные учебно-подготовительные центры для военнослужащих.

◻️Подписанию меморандума предшествовали переговоры, которые продолжались более полутора лет. Длительный переговорный процесс свидетельствует, с одной стороны, о комплексном рассмотрении российско-сирийских отношений и, с другой стороны, о времени, выигранном для взвешенного осмысления присутствия.

◻️Для Сирии сохранение российского присутствия в новом ограниченном формате является не столько противовесом турецкому влиянию, cколько переговорным рычагом, поскольку на фоне укрепляющегося сотрудничества Сирии с Турцией сложно говорить о соразмерном контрбалансе. Кроме того, по сообщениям ряда СМИ, получение помощи со стороны стран Запада также напрямую увязывалось с выводом российских баз. Однако, «наследие» Сирии в виде обязательств предыдущего периода требует поиска многовекторных решений.

◻️Вместе с тем сохранение присутствия в том или ином виде может создать задел для примирения нового правительства Сирии с той частью населения, которое симпатизирует России.

Сирия стремится пересмотреть своё региональное положение в новых условиях. В том числе пересмотреть формат и наполнение ключевых партнёрских соглашений. С учётом декларируемого новыми властями снижения уровня террористической угрозы, присутствие большого количества военных баз на территории страны уже не выглядит целесообразным. В отличие от совместных учебных центров, которые создаются сейчас, в том числе совместно с Россией. Через перезагрузку военной инфраструктуры и форматов сотрудничества Дамаск намерен в том числе показать соседям, что может самостоятельно обеспечивать национальную безопасность, получая от партнеров лишь общий вектор развития.– Леонид Цуканов, консультант ПИР-Центра.

🇷🇺🇸🇾 Судьба российских баз в Сирии (Часть 2)

◻️Меморандум меняет не только политическую рамку присутствия, но и его военно-экономическое измерение. Россия сохраняет возможность присутствовать на стратегически важном средиземноморском направлении, хотя и в существенно меньшем масштабе. Значение Тартуса и Хмеймима выходило далеко за рамки «сирийской кампании», они использовались как логистические узлы для российского присутствия в Средиземноморье и потенциально для обеспечения операций в Африке.

◻️Показательно, что еще в июле сирийская «Рус Лайн» совместно с российскими компаниями проектировала на причале №4 в Тартусе коммерческий узел с ориентиром около 250 тыс. тонн в месяц по маршруту Новороссийск – Тартус. Основной товарооборот будет включать пшеницу, древесину, уголь, рис, сахар, сталь.

◻️Для Дамаска военно-экономический эффект соглашения заключается прежде всего в возвращении под государственный контроль инфраструктуры, которая может приносить экономическую отдачу и одновременно снижать зависимость от иностранного военного оператора. Сирия получает возможность самостоятельно распоряжаться гражданской частью Хмеймима и и тем самым причалом №4, эксплуатация которого началась уже 11 августа, а его характеристики позволяют одновременно обслуживать до трех крупных судов. Это создает предпосылки для увеличения внешнеторговых потоков и поступлений от портовой деятельности, что особенно важно для экономики страны, находящейся в процессе восстановления.

Сложившаяся конфигурация является компромиссной – сокращаются расходы на содержание полноценной военной инфраструктуры и одновременно сохраняется кадровое, военно-техническое и логистическое присутствие. Экономическое измерение присутствия рассматривается как один из способов сохранить влияние после ухода Башара Асада. Сохранение российских специалистов в формате учебных центров позволяет и Дамаску получать военно-техническую подготовку без необходимости содержать прежнюю систему иностранного военного присутствия. При этом экономический выигрыш самой Сирии будет зависеть от интеграции полученной инфраструктуры в национальную систему управления и привлечения внешних инвестиций.
– Николай Новик, заместитель директора Центра ИМВЭС НИУ ВШЭ

🥰 #ИМВЭС | Подписаться в ТГ и в MAX

Ⓜ Подписывайтесь на Ядерный Контроль ｜ Наш сайт

Ⓜ «Ядерный Контроль» в
🤩 МАХ, 💙 Вконтакте

🇸🇦🇹🇷🇵🇰 Мекканский пакт. Новая архитектура безопасности или продолжение прежнего курса?

7 августа Саудовская Аравия, Турция и Пакистан подписали Мекканский пакт о совместной обороне, по которому вооруженное нападение на одного из участников рассматривается как нападение на всех троих. Документ предусматривает расширение военного сотрудничества и совместных проектов в оборонной промышленности и остается открытым для новых участников. В отличие от призывов к коллективной защите, звучавших внутри ССАГПЗ после конфликта лета 2025 г., новое соглашение выходит далеко за пределы Залива и опирается сразу на вторую по численности армию НАТО, ядерный потенциал Пакистана и ресурсы крупнейшего нефтеэкспортера региона.

Показательна реакция Тегерана: официальный представитель МИД Ирана Исмаил Багаи опроверг сообщения о том, что стране направлялось официальное приглашение присоединиться к пакту, однако подтвердил наличие предложений о диалоге по вопросам коллективной безопасности в регионе и заявил, что оснований считать соглашение направленным против Ирана нет. Тем самым пакт не выступает в роли инструмента изоляции Тегерана, а скорее действует в интересах выстраивания собственных гарантий безопасности взамен внешних.

Вместе с тем договоренности в Мекке сложились не только под влиянием конфликта в Заливе. В сентябре 2025 г. Саудовская Аравия и Пакистан заключили соглашение о взаимной обороне, давшее повод обсуждать распространение на королевство пакистанского ядерного зонтика. Эр-Рияд и Анкара, преодолев многолетнее идеологическое расхождение, перешли к совместной разработке авиационной техники и поставкам беспилотников компании Baykar. Турция и Пакистан работают на уровне двух национальных ОПК, от постройки корветов типа Babur по турецкой программе MILGEM до технологий БПЛА и авионики. Совместные форматы взаимодействия существовали задолго до подписания пакта, поэтому одним из вероятных сценариев остается сохранение прежнего уровня взаимодействия без перехода к действительно коллективной обороне.

Новые договоренности в сфере безопасности не сопровождаются разрывом связей с Вашингтоном. С одной стороны, доверие к США как гаранту безопасности в Заливе снизилось после затяжной кампании против Ирана, а стремление администрации Д. Трампа добиться присоединения королевства к Авраамским соглашениям меняет расстановку сил внутри американо-саудовского партнерства. С другой стороны, само это партнерство продолжает расширяться, о чем говорит и работа над соглашением 123 о сотрудничестве в ядерной сфере, и совместное реагирование на действия проиранских группировок на востоке Ирака и в Красном море, включая перехват беспилотников, запущенных по саудовским нефтяным объектам.

Говорить о полноценном переходе к региональной архитектуре безопасности на Большом Ближнем Востоке пока преждевременно. Речь идет скорее о диверсификации партнерств, при которой каждый из участников страхуется сразу по нескольким линиям, не отказываясь от прежних.

🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX

📘 ИМВЭС НИУ ВШЭ публикует 29 выпуск Ежемесячного мониторинга глобальных стратегических трендов («GS trends 07'26») за июль под названием «Безопасность и военная экономика в Азии»

🔹Раздел «Стратегия» объединяет материалы аналитических центров США, Франции и Индии. В CNAS развивают концепцию «оси потрясений», рассматривая Россию как одного из её ключевых участников. Французский IFRI анализирует расширение китайского присутствия в Центральной Азии за пределы экономической сферы, а индийский ORF — активизацию Пекина в Азиатско-Тихоокеанском регионе и реакцию других держав. В IRIS рассматривают возможности интеграции оборонного потенциала Греции в общеевропейские механизмы.

🔹Раздел «Ядерное сдерживание» посвящён перспективам появления ядерного оружия у Японии. Во французском IFRI разграничивают заявления отдельных японских политиков и официальную государственную линию, считая создание собственного ядерного арсенала Токио в обозримой перспективе маловероятным. При этом Япония, вероятно, будет добиваться пересмотра американских подходов к расширенному ядерному сдерживанию.

🔹Раздел «Новые технологии» представлен исследованиями Южной Кореи и Индии. Эксперты INSS рассматривают биологические угрозы как потенциальную зону гибридного противостояния и один из инструментов действий КНДР ниже порога открытой эскалации. В ORF анализируют позиции Индии в сфере искусственного интеллекта, связывая её потенциал с масштабом цифровой индустрии и развитой кадровой базой.

🔹Раздел «Экономика» включает материалы американских и южнокорейских экспертов. В CNAS представитель Lockheed Martin выступает за расширение практики рамочных соглашений в рамках военной реформы США. В JINSA рассматривают перспективы интеграции израильских систем ПВО и ПРО в программу «Золотой купол». Южнокорейский INSS, в свою очередь, оценивает кораблестроение как стратегически значимое направление американо-корейского взаимодействия.

🔹Раздел «Инфраструктура» представлен материалом австралийского ASPI о развитии северного морского фасада Австралии. Авторы предлагают отказаться от восприятия региона как периферийного пространства и стимулировать его инфраструктурное и демографическое освоение за счёт расширения портов, привлечения частного капитала и инвестиций в жилищную инфраструктуру.

🔹Раздел «Военная мысль» представлен материалами SIPRI и немецкого SWP. В SIPRI анализируют эффективность миротворческих миссий ООН и проблемы передачи функций безопасности местным структурам, подчёркивая необходимость заранее готовить такой переход, чтобы избежать вакуума безопасности. В SWP рассматривают ситуацию в Сирии с точки зрения дальнейшего противодействия террористическим группировкам.

🥰 #ИМВЭС_Мониторинг | Подписаться в ТГ и в MAX

⚓️ Подводные камни американо-корейского сотрудничества в судостроении

Судостроение становится одним из ключевых направлений американо-корейского сотрудничества, однако за масштабными инвестиционными планами скрываются серьезные противоречия. Александра Зуева, эксперт ИМВЭС НИУ ВШЭ, и Прохор Тебин, ведущий научный сотрудник ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, в материале для журнала «Россия в глобальной политике» анализируют перспективы сотрудничества США и Республики Корея в данной области.

На фоне усиления морской мощи Китая и кризиса американского судостроения Вашингтон рассчитывает привлечь южнокорейские инвестиции, технологии и производственные возможности. Сеул заинтересован в доступе к американским контрактам и стабильной загрузке своих верфей, однако не спешит выполнять инвестиционные обязательства на 350 млрд долл.

Предлагаемая США модель предполагает перенос производственных мощностей, передачу технологий и подключение американских поставщиков. Для Республики Корея это создает риски оттока квалифицированных кадров, ослабления национальных производственных цепочек и утраты контроля над ключевыми технологиями. Эксперты приходят к выводу, что сотрудничество может принести значительно больше пользы США, чем южнокорейской стороне.

🥰 #ИМВЭС_Экспертиза | Подписаться в ТГ и в MAX

📚 Поздравляем коллег с Днем знаний!

Желаем новых идей, профессионального роста, интересных задач и проектов, результаты которых действительно хочется видеть и обсуждать.

Впереди — новые мероприятия, исследования, встречи и совместная работа!

С 1 сентября! В новый учебный год — с энергией и большими планами 🚀

🥰 #ИМВЭС | Подписаться в ТГ и в MAX

🇫🇷🇰🇷 Париж и Сеул в поисках стратегической глубины

В конце августа в Париже заместитель министра обороны Республики Корея Ким Хон Чхоль и глава Главного управления международных отношений и стратегии Министерства вооруженных сил Франции Г. Оланье договорились пересмотреть соглашение об обмене секретной информацией и расширить совместные учения. Общей угрозой на переговорах названо военное сотрудничество России и КНДР. Встреча продолжает линию апрельской поездки Э. Макрона в Сеул, первого визита французского президента с 2015 г., по итогам которого стороны повысили отношения до глобального стратегического партнерства, что было приурочено к 140-летию годовщины дипломатических отношений между странами.

Заявленный уровень партнерства заметно опережает его наполнение, которое аналитики описывают формулой «сердечные, но неосвоенные отношения». Стороны ставят цель довести товарооборот с 15 до 20 млрд долл. к 2030 г., притом что Корея занимает лишь 19-е место среди экспортных рынков Франции. Военное взаимодействие исчерпывается заходами кораблей и участием французского флота в контроле санкций ООН против КНДР. Опорой безопасности Сеула остается союз с Вашингтоном, поэтому французскому ОПК на корейском рынке места до сих пор не нашлось.

Мотив сближения у обеих столиц лежит вне двусторонних отношений и связан с непредсказуемостью американской политики. В Сеуле Э. Макрон продвигал идею «коалиции независимых» — государств, не желающих быть «вассалами двух держав-гегемонов». Новая южнокорейская администрация после 2025 г., в свою очередь, расширяет круг партнеров за пределами американского союза. Париж получает в Корее точку опоры для индо-тихоокеанского присутствия, а Сеулу открывается европейский канал, не проходящий через Вашингтон, включая приглашение на саммит G7 под французским председательством.

Главное препятствие создает военная промышленность, где обе стороны выступают конкурентами. С 2022 г. корейские концерны через Польшу закрепились на европейском рынке с танками K2, гаубицами K9, РСЗО Chunmoo и самолетами FA-50. Позиция Парижа, настаивавшего на «предпочтении европейского» в оборонных программах ЕС, отразилась в регламенте SAFE. Регламент требует не менее 65% компонентов по стоимости из государств ЕС, ЕЭЗ или Украины и допускает третьи страны лишь по отдельному соглашению с Союзом. Взаимодополняемость на бумаге, где Франции отводятся корабельные и ракетные системы, а Корее наземные платформы и боеприпасы, не подкреплена ни одним проектом совместного производства. Следовательно, «стратегическая глубина в военном производстве», о которой Э. Макрон говорил в Сеуле, промышленного содержания пока не имеет.

Показательно развитие событий в атомной отрасли, где Пятая республика прямое столкновение уже проиграла. В 2024 г. чешский проект в Дукованах достался KHNP, после чего EDF оспаривала итоги тендера в судах и через Еврокомиссию. Суд в Брно отклонил иск в 2025 г., а в июне 2026 г. Комиссия закрыла проверку по регламенту об иностранных субсидиях, не найдя нарушений. Апрельские меморандумы KHNP с Orano и Framatome о поставках топлива переводят французскую сторону из конкурента в поставщика, что дает Парижу рычаг там, где строительство реакторов уже уступлено.

Как итог, «глобальное стратегическое партнерство» пока держится на совпадении риторики о российско-северокорейской угрозе и на желании обеих столиц обрести опору вне зависимости от позиции Вашингтона. Нерешенным остается вопрос о том, готова ли французская сторона открыть корейским концернам доступ к европейскому рынку, за закрытость которого сама и боролась. До ответа на него оборонное сближение не выходит за рамки обмена информацией и учений, а его ценность для Парижа носит скорее имиджевый, чем практический характер.

🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX

⚔️ Возвращение «тотальной войны»? Контуры конфликтов будущего

В 1935 г. Эрих Людендорф опубликовал свою знаменитую работу «Тотальная война», где описал концепцию военных действий, в которой граница между фронтом и тылом стирается, а победа требует мобилизации всех ресурсов нации. Работа подводила итог Первой мировой и во многом предвосхитила характер Второй, прежде всего на Восточном фронте.

После 1945 г. концепция казалась исчерпанной. Конфликты холодной войны носили ограниченный характер, и тотальной с оговорками можно назвать только Корейскую. Ставка была сделана на компактные и хорошо оснащенные армии вместо массовых и на дорогие комплексные системы вооружений, а сама война становилась сетецентрической. В условиях однополярного мира возвращение конфликтов прежнего масштаба выглядело невозможным.

СВО начиналась как ограниченная операция, но по мере эскалации масштаб боевых действий рос, а развитие дронов, ИИ и новых военных технологий меняло сам характер противостояния. Есть основания считать СВО первым за семьдесят лет конфликтом тотального типа. Международное право и профильные институты претерпели за тридцать лет серьезную эрозию и более не сдерживают стороны в выборе методов ведения войны. Инновации в дронах и ракетах фактически ликвидировали зону тыла, а оборонный и гражданский секторы срослись настолько плотно, что прежняя линия разграничения уже не восстанавливается.

Ни одно государство пока не нашло приемлемого соотношения между стоимостью защиты и стоимостью нападения. Дешевые баллистические и крылатые ракеты вместе с дальнобойными дронами выигрывают у классических систем ПВО по цене поражения цели, а развитие ИИ, спутниковой связи и систем наведения превращает недорогой дрон в высокоточное оружие. Гражданская инфраструктура уязвима как никогда, городское население развитых и развивающихся стран критически от нее зависит.

Систематический подрыв тыла ударами по гражданским объектам и объектам двойного назначения оказывается дешевым и результативным способом ослабить военные усилия противника. Военные расходы растут по всему миру: оборонный бюджет США на 2026 г. составил около 839 млрд долларов, европейские государства и ряд стран Индо-Пацифики также наращивают ассигнования. Война вновь требует мобилизации ресурсов и населения в том объеме, который описывал Людендорф.

Удары ВСУ по российским объектам показывают эту логику в действии. Дроны и ракеты применяются для дестабилизации тыла через топливный кризис и ущерб бизнесу, а сопровождающие информационные операции формируют картину неспособности властей защитить население и инфраструктуру. Для вывода из строя НПЗ или крупного склада достаточно нескольких дронов, и даже при перехвате свыше 95% средств поражения оставшиеся проценты на длинной дистанции наносят экономике существенный ущерб.

Военная операция США против Ирана частично укладывается в ту же логику. Иран поражает гражданскую инфраструктуру союзников Вашингтона в Персидском заливе и фактически блокирует Ормузский пролив, воздействуя на тыл стран региона напрямую, а на американский тыл через рост цен на нефть и удобрения. Падение внутренней поддержки войны вынуждает Вашингтон колебаться между продолжением кампании и невыгодным миром.

По мере развития дронов и ИИ ситуация будет усугубляться. Под ударом окажутся не только физические объекты, но и цифровая среда, от которой зависит работа экономики и государственного аппарата, тем более что новые модели ИИ уже способны создавать вредоносное ПО, с которым информационная безопасность прежде не сталкивалась. Дроны продолжат расти в дальности, летальности и количестве. Осмысление уроков СВО и подготовка к войне такого типа превращаются в условие устойчивости и военной, и гражданской сферы.

🥰 #ИМВЭС_Аналитика | Подписаться в ТГ и в MAX