Если смоделировать, что по итогам тарифной политики Дональда Трампа экономика США действительно балансирует на грани коллапса — ВВП катится вниз, безработица бьёт рекорды, а федеральный долг растёт вплоть до критических уровней — но при этом доллар продолжает оставаться «единственным мессией» мировой финансовой системы, то эффект будет одновременно драматичным и (в определённом смысле) патовым.
Во‑первых, сам факт, что доллар остаётся главной резервной валютой, даст Вашингтону ещё какое‑никакое временное спасение. Международные центробанки и коммерческие банки продолжат скупать доллары и долларовые активы, пополняя свои резервы. Это создаст устойчивый спрос на американские государственные облигации, пусть и по всё более высоким ставкам. Так США смогут продолжать финансировать дефицит бюджета и обслуживать свой долг — пока мир не найдёт альтернативу, реальных каналов оттока капитала из доллара не будет. Для США это разновидность «финансовых каникул»: вы всё ещё печатаете деньги, а кто‑то где‑то их берёт и хранит.
Во‑вторых, в такой ситуации неизбежно начнётся ускоренная инфляция внутри самой США. Пока доллар востребован извне, Америка может экспортировать инфляцию: внутренние цены растут, но по мировым ценам американские товары и услуги дешевеют для иностранцев. Это даст краткосрочное конкурентное преимущество экспортёрам, но обострит социальное недовольство внутри страны. Реальная покупательная способность среднего американца рухнет, и внутренний рынок сократится.
В‑третьих, вокруг «непобедимого» доллара образуется серьёзный финансовый пузырь. Любые сторонние попытки уйти в другие валюты (евро, юань, SDR или золото) будут выглядеть как из отсталого прошлого — просто потому что ни у одной альтернативы нет ни глубины рынка, ни политической нейтральности, ни готовой инфраструктуры для трансграничных расчётов. При попытке массового перехода на «младшие» валюты их котировки обрушатся, и эта вторая волна кризиса ударит уже по тем, кто рискнул сделать «альтернативный выбор».
В‑четвёртых, на фоне общего финансового хаоса у США появится эксклюзивный рычаг давления: за продолжение приёма доллара в расчётах американские власти начнут требовать всё более жёстких политических и экономических уступок. Представьте, что для того чтобы ваша страна могла купить нефть, зерно или редкоземельные металлы в «долларах» вам нужно сначала согласиться на «финансовую инспекцию» МВФ под протекторатом США, или принять специальные условия обслуживания долга — это уже не сценарий, а реальность «голоса, который не сбрасывают с печатного станка».
Наконец, со временем, несмотря на острую нехватку альтернатив, мировое сообщество всё же начнёт фантазировать о переходе на корзину валют или цифровые деньги Фонда. Вариант с международными расчётами в специальных правах заимствования (SDR) под крылом МВФ в долгосрочной перспективе выглядит почти неизбежно. Но пока цена этой «зрелости» — это потеря доверия к доллару, резкий рост ставок и системная перестройка финансовой архитектуры. А это не происходит за один день, особенно если под рукой нет готовой замены.
В итоге мы получим такое «двойное дно»: внутренняя американская катастрофа и внешнее финансовое везение, пока мир не найдёт хоть крохотной альтернативы. Это сродни тому, как банкиры превратились в гангстеров, а вы продолжаете брать от них взаймы — рисковано, но порой единственный путь. Некоторая выгода для США и огромная неопределённость для всех остальных.
Во‑первых, сам факт, что доллар остаётся главной резервной валютой, даст Вашингтону ещё какое‑никакое временное спасение. Международные центробанки и коммерческие банки продолжат скупать доллары и долларовые активы, пополняя свои резервы. Это создаст устойчивый спрос на американские государственные облигации, пусть и по всё более высоким ставкам. Так США смогут продолжать финансировать дефицит бюджета и обслуживать свой долг — пока мир не найдёт альтернативу, реальных каналов оттока капитала из доллара не будет. Для США это разновидность «финансовых каникул»: вы всё ещё печатаете деньги, а кто‑то где‑то их берёт и хранит.
Во‑вторых, в такой ситуации неизбежно начнётся ускоренная инфляция внутри самой США. Пока доллар востребован извне, Америка может экспортировать инфляцию: внутренние цены растут, но по мировым ценам американские товары и услуги дешевеют для иностранцев. Это даст краткосрочное конкурентное преимущество экспортёрам, но обострит социальное недовольство внутри страны. Реальная покупательная способность среднего американца рухнет, и внутренний рынок сократится.
В‑третьих, вокруг «непобедимого» доллара образуется серьёзный финансовый пузырь. Любые сторонние попытки уйти в другие валюты (евро, юань, SDR или золото) будут выглядеть как из отсталого прошлого — просто потому что ни у одной альтернативы нет ни глубины рынка, ни политической нейтральности, ни готовой инфраструктуры для трансграничных расчётов. При попытке массового перехода на «младшие» валюты их котировки обрушатся, и эта вторая волна кризиса ударит уже по тем, кто рискнул сделать «альтернативный выбор».
В‑четвёртых, на фоне общего финансового хаоса у США появится эксклюзивный рычаг давления: за продолжение приёма доллара в расчётах американские власти начнут требовать всё более жёстких политических и экономических уступок. Представьте, что для того чтобы ваша страна могла купить нефть, зерно или редкоземельные металлы в «долларах» вам нужно сначала согласиться на «финансовую инспекцию» МВФ под протекторатом США, или принять специальные условия обслуживания долга — это уже не сценарий, а реальность «голоса, который не сбрасывают с печатного станка».
Наконец, со временем, несмотря на острую нехватку альтернатив, мировое сообщество всё же начнёт фантазировать о переходе на корзину валют или цифровые деньги Фонда. Вариант с международными расчётами в специальных правах заимствования (SDR) под крылом МВФ в долгосрочной перспективе выглядит почти неизбежно. Но пока цена этой «зрелости» — это потеря доверия к доллару, резкий рост ставок и системная перестройка финансовой архитектуры. А это не происходит за один день, особенно если под рукой нет готовой замены.
В итоге мы получим такое «двойное дно»: внутренняя американская катастрофа и внешнее финансовое везение, пока мир не найдёт хоть крохотной альтернативы. Это сродни тому, как банкиры превратились в гангстеров, а вы продолжаете брать от них взаймы — рисковано, но порой единственный путь. Некоторая выгода для США и огромная неопределённость для всех остальных.
👍9❤1👎1
Увидел впечатляющие кадры звезда тестового поезда в Агдам. Это говорит о том, что Азербайджан превратился в страну — прокладчика инфраструктуры. На постсоветском пространстве это выдающееся достижение!
👍53❤4
Один из основных соратников Пашиняна — Андраник Кочарян — сегодня рассуждал о том, как плохо, что некоторые арцахские руководители сидят в бакинской тюрьме. По словам Кочаряна — это очень плохо отразится на перспективах Арцаха.
То есть, Арцах до сих пор находится "в перспективах" этого человека, который занимает ключевую позицию в системе Пашиняна.
Это к слову о том, какие люди окружают премьер-министра и с какими людьми он к миру идёт.
То есть, Арцах до сих пор находится "в перспективах" этого человека, который занимает ключевую позицию в системе Пашиняна.
Это к слову о том, какие люди окружают премьер-министра и с какими людьми он к миру идёт.
👍31😁6❤1👎1
‼️ В связи с последними новостями о родословной Роберта Кочаряна, хотелось бы сказать несколько слов.
Я не буду вторгаться в его личное пространство, но сам раскрою важную личную информацию.
Раз уж в указанной истории речь шла о связях Роберта Кочаряна с Ханларом, прошу дочитать до конца.
Мой отец — Валерий Вердян — был талантливым инженером. Он работал в ереванском Телецентре во времена моего детства, в АССР, в начале и середине 80-ых. Его знало и любят огромное количество умнейших людей в Ереване Кто-нибудь из них возможно прочтет это.
А уже в девяностых, когда в Армении работа инженеров стала не нужна, он сменил род деятельности — стал матористом. Тоже был одним из лучших мастеров города. Работал в местности Բոքսի հայաթ — тоже очень многие знают и помнят Валерия Вердяна, как хорошего мастера своего дела.
Это — о моем отце, а теперь позвольте пару слов о моем деде.
Мой дед — Ишхан Вердян — был высокопоставленным военным. Он всю жизнь, насколько я его помню, ходил на работу в высокопоставленной военной форме. Деда я мало помню, но насколько памяти хватает, я уверен, что он всегда на работу ходил в строгой военной форме, и это была не просто форма, что-то вроде мундира высокопоставленного военного.
Но самое важное, что я помню о своем состоит в том, что он — родом из Ханлара. Это я все мои близкие родственники по папе подтвердят — дай Бог здоровья всем, а всем ушедшим — Светлой памяти!
Так вот, Дед когда-то и почему-то переехал жить в Ереван, но род его и он сам был из Ханлара.
Поэтому, я — Ишхан Вердян — яаляясь внуком Ишхана Вердяна, получается корнями ухожу в Ханлар, при чем — что важно — корни мои не азербайджанские, а именно что армянские.
Мой дед является армянином из Азербайджана, их Ханлара. При этом Вердян-дед был не простым переселенцем, а важным государственным человеком на уровне генералитета времен конца СССР. Когда он переехал в Армению и почему — я уже не помню — но мой отец родился в Семипалатинске, а я сам родился и вырос в Ереване.
Подытоживая, в конце хочу высказать просьбу, чтобы в будущих гарантированных нападках армянских медиа на родословную Роберта Кочаряна — не использовать азербайджанский Ханлар в негативно унизительной форме. Кем бы ни был Роберт Кочарян и какую бы связь он не имел с Азербайджаном и Ханларом — в частности, я убедительно прошу, происхождение Роберта Кочаряна из Азербайджана автоматически не выставлять как некую плохую вещь. Если обсуждать, то давайте обсуждать личность самого человека, а не его происхождение.
С уважением, Ишхан Вердян.
Я не буду вторгаться в его личное пространство, но сам раскрою важную личную информацию.
Раз уж в указанной истории речь шла о связях Роберта Кочаряна с Ханларом, прошу дочитать до конца.
Мой отец — Валерий Вердян — был талантливым инженером. Он работал в ереванском Телецентре во времена моего детства, в АССР, в начале и середине 80-ых. Его знало и любят огромное количество умнейших людей в Ереване Кто-нибудь из них возможно прочтет это.
А уже в девяностых, когда в Армении работа инженеров стала не нужна, он сменил род деятельности — стал матористом. Тоже был одним из лучших мастеров города. Работал в местности Բոքսի հայաթ — тоже очень многие знают и помнят Валерия Вердяна, как хорошего мастера своего дела.
Это — о моем отце, а теперь позвольте пару слов о моем деде.
Мой дед — Ишхан Вердян — был высокопоставленным военным. Он всю жизнь, насколько я его помню, ходил на работу в высокопоставленной военной форме. Деда я мало помню, но насколько памяти хватает, я уверен, что он всегда на работу ходил в строгой военной форме, и это была не просто форма, что-то вроде мундира высокопоставленного военного.
Но самое важное, что я помню о своем состоит в том, что он — родом из Ханлара. Это я все мои близкие родственники по папе подтвердят — дай Бог здоровья всем, а всем ушедшим — Светлой памяти!
Так вот, Дед когда-то и почему-то переехал жить в Ереван, но род его и он сам был из Ханлара.
Поэтому, я — Ишхан Вердян — яаляясь внуком Ишхана Вердяна, получается корнями ухожу в Ханлар, при чем — что важно — корни мои не азербайджанские, а именно что армянские.
Мой дед является армянином из Азербайджана, их Ханлара. При этом Вердян-дед был не простым переселенцем, а важным государственным человеком на уровне генералитета времен конца СССР. Когда он переехал в Армению и почему — я уже не помню — но мой отец родился в Семипалатинске, а я сам родился и вырос в Ереване.
Подытоживая, в конце хочу высказать просьбу, чтобы в будущих гарантированных нападках армянских медиа на родословную Роберта Кочаряна — не использовать азербайджанский Ханлар в негативно унизительной форме. Кем бы ни был Роберт Кочарян и какую бы связь он не имел с Азербайджаном и Ханларом — в частности, я убедительно прошу, происхождение Роберта Кочаряна из Азербайджана автоматически не выставлять как некую плохую вещь. Если обсуждать, то давайте обсуждать личность самого человека, а не его происхождение.
С уважением, Ишхан Вердян.
👍35❤5👎4😁1🤣1
Считаю важным заявить, что:
В своих публичных выступлениях и публикациях я никогда агульно не критиковал Россию, и, уж точно, никогда не выступал с враждебной к России позиции.
Не скрою, что в начале событий 24-го февраля 2022 года я находился в шоковом состоянии, и на фоне всей ассоциативно негативной информации, которая сформировалась вокруг России на тот момент — у меня сформировалось критическое отношение, которое я иногда высказывал. Но оно именно было критическое, а не враждебное. Моя критика подразумевала поиск возможных путей исправления, а не — уничтожение или унижение, или иное проявление враждебности.
Мое участие в некоторых медиа плащадках, на которых автор имеет конкретное негативное отношение к России или к президенту Путину и прямо высказывает это отношение в своих вопросах, было связано именно с медийностью и политической потенциальной влиятельностью данных платформ. Меня интересовала аудитория автора, а не его политические взгляды. Хочу ответственно заявить, что в своих ответах сам я никогда не продолжал негативные мысли автора о президенте Путине, и не развивал их — это были высказывания автора, не мои.
***
Я как-то писал (надеюсь, смогу найти), что являюсь носителем русского языка, потому что думаю на нем. Русский язык стал для меня вторым родным языком, и, следовательно, мне стали доступны знания на русском языке. В моем становлении как человека русский язык, знания и культура сыграли фундаментальную роль. Поэтому я писал, что я считаю себя русским человеком.
Я никогда об этом не высказывался, но я был в России, 6 дней, в январе 2017 года, в Екатеринбурге, и идти дни для меня стали самыми счастливыми в жизни. Я был настолько вречатлен организацией города и его атмосферой, а также прямым общением с русскими людьми, что сейчас думаю, что Екатеринбург — лучший город, в котором мне посчастливилось пожить, честное слово. Даже при факте того, что живу я в Стамбуле — тоже максимально комфортном городе для проживания.
В своих публичных выступлениях и публикациях я никогда агульно не критиковал Россию, и, уж точно, никогда не выступал с враждебной к России позиции.
Не скрою, что в начале событий 24-го февраля 2022 года я находился в шоковом состоянии, и на фоне всей ассоциативно негативной информации, которая сформировалась вокруг России на тот момент — у меня сформировалось критическое отношение, которое я иногда высказывал. Но оно именно было критическое, а не враждебное. Моя критика подразумевала поиск возможных путей исправления, а не — уничтожение или унижение, или иное проявление враждебности.
Мое участие в некоторых медиа плащадках, на которых автор имеет конкретное негативное отношение к России или к президенту Путину и прямо высказывает это отношение в своих вопросах, было связано именно с медийностью и политической потенциальной влиятельностью данных платформ. Меня интересовала аудитория автора, а не его политические взгляды. Хочу ответственно заявить, что в своих ответах сам я никогда не продолжал негативные мысли автора о президенте Путине, и не развивал их — это были высказывания автора, не мои.
***
Я как-то писал (надеюсь, смогу найти), что являюсь носителем русского языка, потому что думаю на нем. Русский язык стал для меня вторым родным языком, и, следовательно, мне стали доступны знания на русском языке. В моем становлении как человека русский язык, знания и культура сыграли фундаментальную роль. Поэтому я писал, что я считаю себя русским человеком.
Я никогда об этом не высказывался, но я был в России, 6 дней, в январе 2017 года, в Екатеринбурге, и идти дни для меня стали самыми счастливыми в жизни. Я был настолько вречатлен организацией города и его атмосферой, а также прямым общением с русскими людьми, что сейчас думаю, что Екатеринбург — лучший город, в котором мне посчастливилось пожить, честное слово. Даже при факте того, что живу я в Стамбуле — тоже максимально комфортном городе для проживания.
👍11👎4❤3
Евразия...
Евразия — самый большой континент, простирающийся от Атлантики до Тихого океана, от заснеженных просторов Сибири до влажных тропиков Индии. Но, несмотря на свою географическую монолитность, она всё ещё остаётся раздробленной в плане пассажирских связей. Сегодняшняя карта перемещений человека по Евразии подчиняется логике не земли, а воздуха: авиалинии переплетаются паутиной, соединяя столицы и экономические центры, но при этом минуя тело континента, его ритм, его рельеф и его народы. В этих условиях возникает вопрос: способна ли развитая железнодорожная сеть изменить не просто маршруты, а саму идею евразийской связанности?
Ответ — да, и гораздо глубже, чем может показаться. Высокоскоростная железная дорога — это не просто способ переместить человека из пункта А в пункт Б. Это инфраструктура, которая встраивается в повседневность, в социальную ткань, в ритмы жизни. Там, где самолёт требует изоляции, досмотра, временного отрыва от мира, поезд предлагает непрерывность: ты садишься в центре города и выходишь в центре другого, минуя таможни, трансферы и стерильность терминалов. Это возвращение к человечности перемещения, к взгляду в окно, к пониманию расстояния как пути, а не как препятствия.
Развитие железных дорог в Китае показало, насколько радикально можно переосмыслить карту страны, если мыслить не авиалиниями, а скоростными рельсами. Там, где раньше поезд шёл сутки, теперь он идёт 4–5 часов. Города, которые казались далёкими, превращаются в пригороды мегаполисов. Это не просто транспортная реформа — это социальная революция. Евразия может пройти по тому же пути, но с гораздо более масштабными последствиями. Ведь на этом континенте сосредоточены цивилизации, рынки, трудовые потоки, студенческие маршруты и культурные векторы, которые пока разорваны границами и отсутствием инфраструктуры.
Представим себе поезд, уходящий из Стамбула и проходящий через Анкару, Тебриз, Баку, Астрахань, Волгоград, Саратов, Казань и выходящий к Екатеринбургу, а оттуда — на Урумчи, Ланьчжоу и Пекин. Или маршрут из Тегерана через Ашхабад, Самарканд и Алма-Ату, соединяющий Персию и Восточный Китай. Это не утопия — это маршрут цивилизации. Такие линии способны не только ускорить перемещения, но и создать новую логику общения, культурного обмена, межэтнического диалога. Люди начнут видеть не абстрактную карту, а реальные пространства, через которые они двигаются, в которых можно остановиться, с кем-то поговорить, остаться на ночь, вернуться.
Авиация делает расстояние ничтожным, но и делает путь безличным. Железная дорога сохраняет масштаб и возвращает смысл географии. Это особенно важно для Евразии, где всё ещё существуют глубокие культурные, исторические и лингвистические слои, неравномерно распределённые по пространству. В поезде они оживают, становятся частью маршрута, а не просто шумом под крылом.
Но дело не только в романтике. Железная дорога — это политика. Строительство таких коридоров требует договорённостей, унификации колеи, визовых режимов, трансграничной цифровой идентификации. Это не просто рельсы — это проект доверия между странами, культурная дерегуляция, признание общего будущего. Без этого даже самый совершенный состав упрётся в закрытую границу или бумажную волокиту. Поэтому реальный проект евразийской связанности — это ещё и вызов дипломатии, вызов мышлению в категориях континента, а не наций.
Есть и другое измерение: экологическое. На фоне климатических угроз и зависимости от нефти, железная дорога — это шанс переосмыслить углеродную карту континента. ВСЖД работает на электричестве, может быть интегрирована в чистую энергетику, создаёт меньше шума, меньше выбросов, и куда меньше разрушает ландшафт, чем масштабная дорожная или авиационная инфраструктура.
Пока мир обсуждает торговые пути и логистику грузов, часто забывается о человеке — пассажире, путешественнике, мигранте, студенте, инженере, матери с ребёнком. Их перемещения определяют ткань времени. И если мы всерьёз хотим говорить о целостной Евразии — без абстракций, без лозунгов, — то она должна быть проходима. Не только для товаров, но и для людей.
Евразия — самый большой континент, простирающийся от Атлантики до Тихого океана, от заснеженных просторов Сибири до влажных тропиков Индии. Но, несмотря на свою географическую монолитность, она всё ещё остаётся раздробленной в плане пассажирских связей. Сегодняшняя карта перемещений человека по Евразии подчиняется логике не земли, а воздуха: авиалинии переплетаются паутиной, соединяя столицы и экономические центры, но при этом минуя тело континента, его ритм, его рельеф и его народы. В этих условиях возникает вопрос: способна ли развитая железнодорожная сеть изменить не просто маршруты, а саму идею евразийской связанности?
Ответ — да, и гораздо глубже, чем может показаться. Высокоскоростная железная дорога — это не просто способ переместить человека из пункта А в пункт Б. Это инфраструктура, которая встраивается в повседневность, в социальную ткань, в ритмы жизни. Там, где самолёт требует изоляции, досмотра, временного отрыва от мира, поезд предлагает непрерывность: ты садишься в центре города и выходишь в центре другого, минуя таможни, трансферы и стерильность терминалов. Это возвращение к человечности перемещения, к взгляду в окно, к пониманию расстояния как пути, а не как препятствия.
Развитие железных дорог в Китае показало, насколько радикально можно переосмыслить карту страны, если мыслить не авиалиниями, а скоростными рельсами. Там, где раньше поезд шёл сутки, теперь он идёт 4–5 часов. Города, которые казались далёкими, превращаются в пригороды мегаполисов. Это не просто транспортная реформа — это социальная революция. Евразия может пройти по тому же пути, но с гораздо более масштабными последствиями. Ведь на этом континенте сосредоточены цивилизации, рынки, трудовые потоки, студенческие маршруты и культурные векторы, которые пока разорваны границами и отсутствием инфраструктуры.
Представим себе поезд, уходящий из Стамбула и проходящий через Анкару, Тебриз, Баку, Астрахань, Волгоград, Саратов, Казань и выходящий к Екатеринбургу, а оттуда — на Урумчи, Ланьчжоу и Пекин. Или маршрут из Тегерана через Ашхабад, Самарканд и Алма-Ату, соединяющий Персию и Восточный Китай. Это не утопия — это маршрут цивилизации. Такие линии способны не только ускорить перемещения, но и создать новую логику общения, культурного обмена, межэтнического диалога. Люди начнут видеть не абстрактную карту, а реальные пространства, через которые они двигаются, в которых можно остановиться, с кем-то поговорить, остаться на ночь, вернуться.
Авиация делает расстояние ничтожным, но и делает путь безличным. Железная дорога сохраняет масштаб и возвращает смысл географии. Это особенно важно для Евразии, где всё ещё существуют глубокие культурные, исторические и лингвистические слои, неравномерно распределённые по пространству. В поезде они оживают, становятся частью маршрута, а не просто шумом под крылом.
Но дело не только в романтике. Железная дорога — это политика. Строительство таких коридоров требует договорённостей, унификации колеи, визовых режимов, трансграничной цифровой идентификации. Это не просто рельсы — это проект доверия между странами, культурная дерегуляция, признание общего будущего. Без этого даже самый совершенный состав упрётся в закрытую границу или бумажную волокиту. Поэтому реальный проект евразийской связанности — это ещё и вызов дипломатии, вызов мышлению в категориях континента, а не наций.
Есть и другое измерение: экологическое. На фоне климатических угроз и зависимости от нефти, железная дорога — это шанс переосмыслить углеродную карту континента. ВСЖД работает на электричестве, может быть интегрирована в чистую энергетику, создаёт меньше шума, меньше выбросов, и куда меньше разрушает ландшафт, чем масштабная дорожная или авиационная инфраструктура.
Пока мир обсуждает торговые пути и логистику грузов, часто забывается о человеке — пассажире, путешественнике, мигранте, студенте, инженере, матери с ребёнком. Их перемещения определяют ткань времени. И если мы всерьёз хотим говорить о целостной Евразии — без абстракций, без лозунгов, — то она должна быть проходима. Не только для товаров, но и для людей.
👍7👎1😁1🤣1
Не только по воздуху, но и по земле. И это вполне возможно. Всё, что требуется — желание слышать ритм рельсов как голос континента, который хочет быть связанным не только логистически, но и культурно, исторически, по-человечески.
👍9👎1😁1🤣1
Смотрю кадры визита Пашиняна в Стамбул и...
Как бы Армения и Турция не устроили "вот это поворот" и подписали договор о стратегическом союзничества 😁
Этого, конечно же, не будет, но "ух ты" эффект определенно имеет место.
Как бы Армения и Турция не устроили "вот это поворот" и подписали договор о стратегическом союзничества 😁
Этого, конечно же, не будет, но "ух ты" эффект определенно имеет место.
👍33👎1😁1🤣1
Анализируя ситуацию вокруг итогов визита Никола Пашиняна в Стамбул, нужно выделить важное:
Ровно так, как сегодня граждане Армении радуются вероятной нормализации отношений с Турцией, точно так же они будут радоваться при нормализации с Азербайджаном.
Взаимопонимание между Арменией и Азербайджаном неизбежно, и сегодня крайне важно, чтобы армянские политики это поняли и начали разрабатывать подходы к диалогу с азербайджанской стороной.
***
Моя развернутая аргументация — в статье Pressclub Az.
https://pressklub.az/ru/analitika/vstreca-v-pozitivnoi-atmosfere-327398-ru
Ровно так, как сегодня граждане Армении радуются вероятной нормализации отношений с Турцией, точно так же они будут радоваться при нормализации с Азербайджаном.
Взаимопонимание между Арменией и Азербайджаном неизбежно, и сегодня крайне важно, чтобы армянские политики это поняли и начали разрабатывать подходы к диалогу с азербайджанской стороной.
***
Моя развернутая аргументация — в статье Pressclub Az.
https://pressklub.az/ru/analitika/vstreca-v-pozitivnoi-atmosfere-327398-ru
pressklub
«Встреча в позитивной атмосфере»
В чем именно состояла цель визита Пашиняна в Стамбул?
👍23❤3
Если я скажу, что в конце стартовавшего мирного процесса нас ждёт присоединение Армении к Шушинской декларации, я буду выглядеть очень наивно?
😁26👍18😱1
Армения и Азербайджан, действуя в кооперации и при стратегической поддержке Турции, способны сформировать новую евразийскую агломерацию, которая по уровню стабильности и безопасности не будет иметь аналогов в мире.
Регион обладает высокой степенью природной защищённости: с севера — Кавказские горы, с востока — Каспийское море, с запада — Чёрное. Единственным относительно уязвимым направлением остаётся юг Азербайджана, не имеющий выраженных природных преград. Однако и здесь возможно создать устойчивую систему безопасности, если комплексно применить положения Шушинской декларации, а также привлечь Пакистан как стратегического партнёра.
Что касается ресурсов — они говорят сами за себя: энергоносители, водные артерии, редкие ископаемые, природные заповедники, туристический потенциал, человеческий капитал. Регион способен не только полностью обеспечить себя, но и стать донором устойчивости для соседних стран.
Перед ним также открываются уникальные перспективы как у устойчивого транспортного коридора между Европой и Азией. В условиях растущей геополитической нестабильности в мире, надёжность этого маршрута может стать его главным конкурентным преимуществом.
В целом, можно утверждать, что армяно-азербайджанский мир — это не просто мир ради прекращения конфликта. Это шанс начать новую эпоху взаимных интересов, в которой Армения и Азербайджан переходят из статуса объектов международной политики в статус её субъектов, чьё мнение нельзя будет игнорировать.
Регион обладает высокой степенью природной защищённости: с севера — Кавказские горы, с востока — Каспийское море, с запада — Чёрное. Единственным относительно уязвимым направлением остаётся юг Азербайджана, не имеющий выраженных природных преград. Однако и здесь возможно создать устойчивую систему безопасности, если комплексно применить положения Шушинской декларации, а также привлечь Пакистан как стратегического партнёра.
Что касается ресурсов — они говорят сами за себя: энергоносители, водные артерии, редкие ископаемые, природные заповедники, туристический потенциал, человеческий капитал. Регион способен не только полностью обеспечить себя, но и стать донором устойчивости для соседних стран.
Перед ним также открываются уникальные перспективы как у устойчивого транспортного коридора между Европой и Азией. В условиях растущей геополитической нестабильности в мире, надёжность этого маршрута может стать его главным конкурентным преимуществом.
В целом, можно утверждать, что армяно-азербайджанский мир — это не просто мир ради прекращения конфликта. Это шанс начать новую эпоху взаимных интересов, в которой Армения и Азербайджан переходят из статуса объектов международной политики в статус её субъектов, чьё мнение нельзя будет игнорировать.
👍32💯3❤2👎2
Армении нужны миротворцы.
Логика армяно-азербайджанского урегулирования подсказывает — и в Армении это признают, — что будущий диалог возможен лишь при наличии определённого уровня доверия между сторонами. Сейчас это доверие полностью отсутствует, и в Ереване не имеют ни ясного представления, ни инструментов, с чего начать движение в этом направлении.
Озвучиваются самые разные идеи — от строительства высокой стены до привлечения США в качестве посредника по вопросам взаимопонимания. Однако сам факт прямого диалога воспринимается как нечто пугающее, вызывающее отторжение.
Армении остро не хватает коммуникаторов — людей, чьи слова могли бы быть услышаны и поняты по обе стороны границы. Проблема не в том, что таких людей нет — они есть. Но пока армянское руководство предпочитает видеть в них предателей, преступников или угрозу государственной безопасности.
Останутся ли эти люди невостребованными — вопрос открытый. Неясно, какими знаниями и данными располагают в кабинетах Еревана, какие делаются выводы и строятся прогнозы. Жизнь покажет, куда повернёт ситуация. Но, на мой взгляд, Армения пока недооценивает один из своих важнейших ресурсов — собственных миротворцев. Может эти слова звучат громко, но если между Арменией и Азербайджаном воцарится настоящий, честный мир — это ли не стратегический путь развития и процветания для страны? Это ли не верховный приоритет для правительства?
Логика армяно-азербайджанского урегулирования подсказывает — и в Армении это признают, — что будущий диалог возможен лишь при наличии определённого уровня доверия между сторонами. Сейчас это доверие полностью отсутствует, и в Ереване не имеют ни ясного представления, ни инструментов, с чего начать движение в этом направлении.
Озвучиваются самые разные идеи — от строительства высокой стены до привлечения США в качестве посредника по вопросам взаимопонимания. Однако сам факт прямого диалога воспринимается как нечто пугающее, вызывающее отторжение.
Армении остро не хватает коммуникаторов — людей, чьи слова могли бы быть услышаны и поняты по обе стороны границы. Проблема не в том, что таких людей нет — они есть. Но пока армянское руководство предпочитает видеть в них предателей, преступников или угрозу государственной безопасности.
Останутся ли эти люди невостребованными — вопрос открытый. Неясно, какими знаниями и данными располагают в кабинетах Еревана, какие делаются выводы и строятся прогнозы. Жизнь покажет, куда повернёт ситуация. Но, на мой взгляд, Армения пока недооценивает один из своих важнейших ресурсов — собственных миротворцев. Может эти слова звучат громко, но если между Арменией и Азербайджаном воцарится настоящий, честный мир — это ли не стратегический путь развития и процветания для страны? Это ли не верховный приоритет для правительства?
👍17❤3
На Шушинском медиафоруме (ШМФ) президент Алиев в ответ на вопрос грузинского эксперта Гелы Васадзе подтвердил, что стратегические интересы Азербайджана и Армении совпадают.
Это заявление является ключевым, так как этим президент Алиев, фактически, ставит окончательную точку в армяно-азербайджанском конфликте. Нам в будущем ещё не раз придется ссылаться на это заявление — когда заявленное уже будет воплощено в реальность.
Конечно же президент Алиев будет строго преследовать и защищать интересы своей страны. И из интересов его страны исходит, чтобы Армения была стабильной, безопасной, не представляющей угрозу страной. И ключевое — суверенной.
Суверенность Армении важна по двум причинам. Во-первых, потому что любое посягательство на территорию суверенной Армении способно обрушить имидж Азербайджана и обнулить все те блестящие достижения, которые были озвучены с трибуны ШМФ. Это очевидно. Подсанкционный Азербайджан явно уступает тому Азербайджану, который видит и строит президент Алиев.
Во-вторых, если Армения останется зависима от России, это будет означать, что Россия берет под свой прямой контроль все вероятные коммуникации в Сюнике (Зангезуре). Это тоже противоречит интересам Азербайджана, потому что, геополитически и не только, всё возвращается на круги своя. Это будет означать откат множества достижений, перечисленных с трибуны ШМФ.
Это заявление является ключевым, так как этим президент Алиев, фактически, ставит окончательную точку в армяно-азербайджанском конфликте. Нам в будущем ещё не раз придется ссылаться на это заявление — когда заявленное уже будет воплощено в реальность.
Конечно же президент Алиев будет строго преследовать и защищать интересы своей страны. И из интересов его страны исходит, чтобы Армения была стабильной, безопасной, не представляющей угрозу страной. И ключевое — суверенной.
Суверенность Армении важна по двум причинам. Во-первых, потому что любое посягательство на территорию суверенной Армении способно обрушить имидж Азербайджана и обнулить все те блестящие достижения, которые были озвучены с трибуны ШМФ. Это очевидно. Подсанкционный Азербайджан явно уступает тому Азербайджану, который видит и строит президент Алиев.
Во-вторых, если Армения останется зависима от России, это будет означать, что Россия берет под свой прямой контроль все вероятные коммуникации в Сюнике (Зангезуре). Это тоже противоречит интересам Азербайджана, потому что, геополитически и не только, всё возвращается на круги своя. Это будет означать откат множества достижений, перечисленных с трибуны ШМФ.
👍24❤5
Зангезурский коридор — потенциально сокровище Армении, ее путь к суверенитету, международной субъектости и процветанию.
https://youtu.be/hRDal5FmNbU?si=Uc2KhHWdpqU8pP-n
https://youtu.be/hRDal5FmNbU?si=Uc2KhHWdpqU8pP-n
YouTube
⚡️СРОЧНО! ПРЕЗИДЕНТ АРМЕНИИ ХАЧАТУРЯН ЛОББИРУЕТ ЗАНГЕЗУРСКИЙ КОРИДОР! БЕСЕДА С ИШХАНОМ ВЕРДЯНОМ
⚡️СРОЧНО! ПРЕЗИДЕНТ АРМЕНИИ ХАЧАТУРЯН ЛОББИРУЕТ ЗАНГЕЗУРСКИЙ КОРИДОР! БЕСЕДА С ИШХАНОМ ВЕРДЯНОМ
@DailyTVEurope
Стать спонсором канала: https://www.youtube.com/channel/UC40RxyBAtfdbC-iYlUAeqkg/join
Гость программы: Ишхан Вердян - общественный деятель, политик…
@DailyTVEurope
Стать спонсором канала: https://www.youtube.com/channel/UC40RxyBAtfdbC-iYlUAeqkg/join
Гость программы: Ишхан Вердян - общественный деятель, политик…
👍16😁1🤣1
Недавно в Британии приняли закон: теперь для входа на все сайты с контентом 18+ — включая Steam и Reddit — пользователи обязаны пройти верификацию через паспорт.
Тем временем в России продолжается странная история с государственным мессенджером Max: по слухам, власти получат полный доступ ко всем перепискам, включая скрытые чаты.
Сюжеты вроде бы разные, но тенденция прослеживается одна — усиление контроля. И особенно символично, что эти шаги предпринимают не абы кто, а страны с глобальным влиянием.
Похоже, начинается эпоха сжатия личных свобод — пусть пока и в цифровом пространстве. Если так пойдёт и дальше, мы ещё будем с ностальгией вспоминать свободный Интернет 2010-х, как эпоху беззаботного цифрового детства.
Тем временем в России продолжается странная история с государственным мессенджером Max: по слухам, власти получат полный доступ ко всем перепискам, включая скрытые чаты.
Сюжеты вроде бы разные, но тенденция прослеживается одна — усиление контроля. И особенно символично, что эти шаги предпринимают не абы кто, а страны с глобальным влиянием.
Похоже, начинается эпоха сжатия личных свобод — пусть пока и в цифровом пространстве. Если так пойдёт и дальше, мы ещё будем с ностальгией вспоминать свободный Интернет 2010-х, как эпоху беззаботного цифрового детства.
👍15🤣2👎1
🇷🇺 🇬🇪 🇹🇷
Нельзя отрицать современные возможности России в ведении сухопутных войн. На этом поле Россия многому научилась и по-прежнему остаётся одной из ключевых континентальных военных сил. Её способность вести затяжную сухопутную кампанию, опираясь на ресурсы и логистику, подтверждается украинским конфликтом.
Но способна ли Россия так же эффективно воевать против Грузии? Речь не о молниеносной спецоперации, а о полноценной войне по модели украинской.
Теперь представим, что в случае такого конфликта Турция вмешивается на стороне Грузии: блокирует Черноморский флот РФ и при помощи беспилотников контролирует как море, так и сушу — включая ключевые проходы на границе.
В этих условиях Россия сталкивается с принципиальной проблемой: отсутствием устойчивых сухопутных маршрутов для вторжения и снабжения.
Северная граница Грузии — это горный массив. Все возможные маршруты проходят через узкие ущелья, тоннели и перевалы. Они:
- легко перекрываются (обрушениями, разрушением мостов, даже банальной пробкой из техники),
- полностью зависят от погоды,
- не имеют резервных направлений,
- уязвимы для ударов с воздуха и атак с горных склонов.
Три потенциальных направления — Рокский тоннель (через Южную Осетию), Военно-Грузинская дорога (Дарьяльское ущелье) и прибрежная Абхазия — не способны обеспечить устойчивую логистику. Это коридоры для ограниченных операций, но не для развёртывания полномасштабной наступательной кампании.
Если Черноморский флот заблокирован, а небо контролирует противник — эти маршруты превращаются из артерий в ловушки.
Вывод прост:
в условиях морской и воздушной блокады со стороны Турции у России нет ни одного устойчивого сухопутного маршрута, пригодного для обеспечения крупной военной кампании в Грузии.
Любая попытка вторжения в таких условиях будет опираться не на стратегический расчёт, а на авантюризм.
Следовательно, прямое сухопутное вторжение России в Грузию — невозможно.
Россия не может выиграть наступательную войну против Грузии.
Грузию защищает не союзник, а сама природа.
Это нужно не столько обсуждать, сколько просто осознать.
А вот последствия и выводы — можно рассматривать отдельно.
Нельзя отрицать современные возможности России в ведении сухопутных войн. На этом поле Россия многому научилась и по-прежнему остаётся одной из ключевых континентальных военных сил. Её способность вести затяжную сухопутную кампанию, опираясь на ресурсы и логистику, подтверждается украинским конфликтом.
Но способна ли Россия так же эффективно воевать против Грузии? Речь не о молниеносной спецоперации, а о полноценной войне по модели украинской.
Теперь представим, что в случае такого конфликта Турция вмешивается на стороне Грузии: блокирует Черноморский флот РФ и при помощи беспилотников контролирует как море, так и сушу — включая ключевые проходы на границе.
В этих условиях Россия сталкивается с принципиальной проблемой: отсутствием устойчивых сухопутных маршрутов для вторжения и снабжения.
Северная граница Грузии — это горный массив. Все возможные маршруты проходят через узкие ущелья, тоннели и перевалы. Они:
- легко перекрываются (обрушениями, разрушением мостов, даже банальной пробкой из техники),
- полностью зависят от погоды,
- не имеют резервных направлений,
- уязвимы для ударов с воздуха и атак с горных склонов.
Три потенциальных направления — Рокский тоннель (через Южную Осетию), Военно-Грузинская дорога (Дарьяльское ущелье) и прибрежная Абхазия — не способны обеспечить устойчивую логистику. Это коридоры для ограниченных операций, но не для развёртывания полномасштабной наступательной кампании.
Если Черноморский флот заблокирован, а небо контролирует противник — эти маршруты превращаются из артерий в ловушки.
Вывод прост:
в условиях морской и воздушной блокады со стороны Турции у России нет ни одного устойчивого сухопутного маршрута, пригодного для обеспечения крупной военной кампании в Грузии.
Любая попытка вторжения в таких условиях будет опираться не на стратегический расчёт, а на авантюризм.
Следовательно, прямое сухопутное вторжение России в Грузию — невозможно.
Россия не может выиграть наступательную войну против Грузии.
Грузию защищает не союзник, а сама природа.
Это нужно не столько обсуждать, сколько просто осознать.
А вот последствия и выводы — можно рассматривать отдельно.
👍11
🇹🇷👇 Türkçe versiyonu – aşağıda
🇷🇺
Великий шёлковый путь как Великий Тюркский путь: переосмысление цивилизационной оси
Исторически Великий шёлковый путь рассматривался как система торговых маршрутов между Восточной Азией и Европой, охватывающая огромные территории от Китая до Средиземноморья. Однако при внимательном анализе становится очевидно, что большая часть этой сети проходила по землям, где тюркский элемент был не просто присутствующим, а определяющим. Это не только меняет картину экономического взаимодействия прошлого, но и пересобирает само понимание культурной передачи между Востоком и Западом.
Если исключить крайние торговые терминалы — Китай на востоке и Византию с Италией на западе — остаётся обширный пояс Центральной Евразии, который исторически и этнокультурно ассоциируется с тюркским миром. Почти вся сухопутная часть маршрутов — от Хотана и Кашгара до Самарканда, от Мерва и Бухары до Тебриза и Анатолии — находилась под контролем тюркоязычных государств или в сфере их культурного влияния. От Карлуков до Сельджуков, от Тимуридов до Золотой Орды, от Караханидов до Османов — именно тюркские державы на протяжении веков обеспечивали стабильность и функционирование этой сложной сети обмена.
Этот путь был не только экономическим, но и политическим пространством, которое удерживалось в целостности благодаря системе тюркской мобильной государственной модели: кочевники, оседлые торговцы, воины, религиозные авторитеты и посредники, объединённые языком, обычаями и политической культурой. Даже в период монгольской гегемонии караванные дороги контролировались преимущественно тюрками, а сама Золотая Орда со временем превратилась в полноценное тюркское государство.
Не менее важен и вопрос языка и культуры. На протяжении веков лингва-франка всей Центральной Азии была тюркской. Чагаатайский, а позже османский тюркский язык стали языками торговли, переписки и культуры. Именно тюркские посредники и караванщики связывали арабскую астрономию, индийскую математику, китайскую механику и персидскую поэзию, доставляя их в анатолийские города, на византийскую окраину и далее — в европейские университеты. Путь шёлка был не просто коридором вещей, но каналом идей, и этот канал тек по руслам тюркских культурных кодов.
Принимая во внимание всё вышеизложенное, становится обоснованным переосмысление: Великий шёлковый путь — это, по существу, Великий Тюркский путь. Это не означает исключения других цивилизаций, но подчёркивает, что именно тюркский мир был тем связующим звеном, тем геоисторическим мостом, который позволил Востоку и Западу разговаривать. Историческая роль тюрков в этом процессе была не второстепенной, а структурообразующей.
Такой подход даёт основания рассматривать тюркскую цивилизационную модель как одну из осевых в истории евразийского континента. Не как периферию или продолжение других культур, а как самостоятельную силу, обеспечившую взаимодействие и развитие между великими центрами человечества. И в этом свете шёлковый путь предстает не просто торговой артерией древности, а пространством тюркской цивилизационной функции.
🇹🇷
Büyük İpek Yolu Bir Büyük Türk Yolu Olarak: Medeniyet Ekseni Üzerine Yeni Bir Değerlendirme
Tarihsel olarak Büyük İpek Yolu, Doğu Asya ile Avrupa arasında uzanan bir ticaret ağı olarak tanımlanmıştır. Bu yol, Çin’den Akdeniz’e kadar uzanan geniş coğrafyaları kapsıyordu. Ancak dikkatli bir analizle bakıldığında, bu yolun ana gövdesinin, sadece Türk unsurunun mevcut olduğu değil, aynı zamanda belirleyici rol oynadığı topraklardan geçtiği açıkça görülür. Bu durum, yalnızca geçmişteki ekonomik etkileşim tablosunu değil, Doğu ile Batı arasındaki kültürel aktarımın mahiyetini de yeniden şekillendirir.
Eğer bu yolun iki uç noktası olan Çin’i ve Bizans ile İtalya’yı çıkarırsak, geriye tarihsel ve etnokültürel olarak Türk dünyasına ait olan geniş bir Avrasya kuşağı kalır. İpek Yolu’nun kara hattının neredeyse tamamı — Hotan ve Kaşgar’dan Semerkand’a, Merv ve Buhara’dan Tebriz ve Anadolu’ya kadar — ya doğrudan Türk devletlerinin kontrolündeydi ya da onların kültürel nüfuzu altındaydı. ⬇️
🇷🇺
Великий шёлковый путь как Великий Тюркский путь: переосмысление цивилизационной оси
Исторически Великий шёлковый путь рассматривался как система торговых маршрутов между Восточной Азией и Европой, охватывающая огромные территории от Китая до Средиземноморья. Однако при внимательном анализе становится очевидно, что большая часть этой сети проходила по землям, где тюркский элемент был не просто присутствующим, а определяющим. Это не только меняет картину экономического взаимодействия прошлого, но и пересобирает само понимание культурной передачи между Востоком и Западом.
Если исключить крайние торговые терминалы — Китай на востоке и Византию с Италией на западе — остаётся обширный пояс Центральной Евразии, который исторически и этнокультурно ассоциируется с тюркским миром. Почти вся сухопутная часть маршрутов — от Хотана и Кашгара до Самарканда, от Мерва и Бухары до Тебриза и Анатолии — находилась под контролем тюркоязычных государств или в сфере их культурного влияния. От Карлуков до Сельджуков, от Тимуридов до Золотой Орды, от Караханидов до Османов — именно тюркские державы на протяжении веков обеспечивали стабильность и функционирование этой сложной сети обмена.
Этот путь был не только экономическим, но и политическим пространством, которое удерживалось в целостности благодаря системе тюркской мобильной государственной модели: кочевники, оседлые торговцы, воины, религиозные авторитеты и посредники, объединённые языком, обычаями и политической культурой. Даже в период монгольской гегемонии караванные дороги контролировались преимущественно тюрками, а сама Золотая Орда со временем превратилась в полноценное тюркское государство.
Не менее важен и вопрос языка и культуры. На протяжении веков лингва-франка всей Центральной Азии была тюркской. Чагаатайский, а позже османский тюркский язык стали языками торговли, переписки и культуры. Именно тюркские посредники и караванщики связывали арабскую астрономию, индийскую математику, китайскую механику и персидскую поэзию, доставляя их в анатолийские города, на византийскую окраину и далее — в европейские университеты. Путь шёлка был не просто коридором вещей, но каналом идей, и этот канал тек по руслам тюркских культурных кодов.
Принимая во внимание всё вышеизложенное, становится обоснованным переосмысление: Великий шёлковый путь — это, по существу, Великий Тюркский путь. Это не означает исключения других цивилизаций, но подчёркивает, что именно тюркский мир был тем связующим звеном, тем геоисторическим мостом, который позволил Востоку и Западу разговаривать. Историческая роль тюрков в этом процессе была не второстепенной, а структурообразующей.
Такой подход даёт основания рассматривать тюркскую цивилизационную модель как одну из осевых в истории евразийского континента. Не как периферию или продолжение других культур, а как самостоятельную силу, обеспечившую взаимодействие и развитие между великими центрами человечества. И в этом свете шёлковый путь предстает не просто торговой артерией древности, а пространством тюркской цивилизационной функции.
🇹🇷
Büyük İpek Yolu Bir Büyük Türk Yolu Olarak: Medeniyet Ekseni Üzerine Yeni Bir Değerlendirme
Tarihsel olarak Büyük İpek Yolu, Doğu Asya ile Avrupa arasında uzanan bir ticaret ağı olarak tanımlanmıştır. Bu yol, Çin’den Akdeniz’e kadar uzanan geniş coğrafyaları kapsıyordu. Ancak dikkatli bir analizle bakıldığında, bu yolun ana gövdesinin, sadece Türk unsurunun mevcut olduğu değil, aynı zamanda belirleyici rol oynadığı topraklardan geçtiği açıkça görülür. Bu durum, yalnızca geçmişteki ekonomik etkileşim tablosunu değil, Doğu ile Batı arasındaki kültürel aktarımın mahiyetini de yeniden şekillendirir.
Eğer bu yolun iki uç noktası olan Çin’i ve Bizans ile İtalya’yı çıkarırsak, geriye tarihsel ve etnokültürel olarak Türk dünyasına ait olan geniş bir Avrasya kuşağı kalır. İpek Yolu’nun kara hattının neredeyse tamamı — Hotan ve Kaşgar’dan Semerkand’a, Merv ve Buhara’dan Tebriz ve Anadolu’ya kadar — ya doğrudan Türk devletlerinin kontrolündeydi ya da onların kültürel nüfuzu altındaydı. ⬇️
👍13❤2
⬆️ Karluklardan Selçuklulara, Timurilerden Altın Orda’ya, Karahanlılardan Osmanlılara kadar pek çok Türk devleti bu güzergâhın güvenliğini ve devamlılığını asırlarca sağlamıştır.
Bu yol yalnızca bir ticaret hattı değil, aynı zamanda bir siyasal alandı ve yolun bütünlüğünü sağlayan şey, Türk göçebe devlet modelinin esnekliği ve sürekliliğiydi. Göçebeler, yerleşik tüccarlar, savaşçılar, din alimleri ve aracı sınıflar, ortak bir dil, adet ve siyasal kültürle birbirine bağlıydı. Moğol egemenliği döneminde bile, kervan yolları ağırlıklı olarak Türklerin denetimindeydi ve Altın Orda zamanla Türkleşerek tamamen bir Türk devletine dönüşmüştü.
Dil ve kültür açısından da benzer bir tablo söz konusudur. Yüzyıllar boyunca Orta Asya’da ticaretin ve iletişimin ortak dili Türkçeydi. Çağatayca ve daha sonra Osmanlı Türkçesi, ticaretin, yazışmaların ve edebiyatın dili hâline gelmişti. Arap astronomisi, Hint matematiği, Çin mekaniği ve Fars şiiri, Türk aracılar eliyle Anadolu’ya, Bizans sınırına ve oradan Avrupa'ya taşınıyordu. İpek Yolu sadece malların değil, fikirlerin de dolaşım yoluydu ve bu fikirler Türk kültürel kodlarıyla taşınıyordu.
Tüm bu veriler ışığında şu değerlendirme yerinde olur: Büyük İpek Yolu, esasen Büyük Türk Yolu’dur. Bu, diğer uygarlıkların katkısını inkâr etmez, fakat İpek Yolu’nun omurgasını ve sürekliliğini sağlayan ana unsurun Türk dünyası olduğunu gösterir. Türklerin bu süreçteki rolü ikincil değil, yapısal ve kurucu niteliktedir.
Bu perspektif, Türk medeniyet modelini Avrasya tarihinin temel eksenlerinden biri olarak değerlendirme imkânı sunar. Türkler ne başka medeniyetlerin kenarında kalmış bir halktı ne de onların yalnızca devamıydı. Aksine, Doğu ile Batı arasındaki etkileşim ve gelişim sürecini mümkün kılan, kendi medeniyet gücünü taşıyan bir merkezdi. Bu bağlamda, İpek Yolu yalnızca bir ticaret yolu değil, Türk medeniyetinin tarihsel işlevini üstlenen bir kültürel ve stratejik mekândı.
Bu yol yalnızca bir ticaret hattı değil, aynı zamanda bir siyasal alandı ve yolun bütünlüğünü sağlayan şey, Türk göçebe devlet modelinin esnekliği ve sürekliliğiydi. Göçebeler, yerleşik tüccarlar, savaşçılar, din alimleri ve aracı sınıflar, ortak bir dil, adet ve siyasal kültürle birbirine bağlıydı. Moğol egemenliği döneminde bile, kervan yolları ağırlıklı olarak Türklerin denetimindeydi ve Altın Orda zamanla Türkleşerek tamamen bir Türk devletine dönüşmüştü.
Dil ve kültür açısından da benzer bir tablo söz konusudur. Yüzyıllar boyunca Orta Asya’da ticaretin ve iletişimin ortak dili Türkçeydi. Çağatayca ve daha sonra Osmanlı Türkçesi, ticaretin, yazışmaların ve edebiyatın dili hâline gelmişti. Arap astronomisi, Hint matematiği, Çin mekaniği ve Fars şiiri, Türk aracılar eliyle Anadolu’ya, Bizans sınırına ve oradan Avrupa'ya taşınıyordu. İpek Yolu sadece malların değil, fikirlerin de dolaşım yoluydu ve bu fikirler Türk kültürel kodlarıyla taşınıyordu.
Tüm bu veriler ışığında şu değerlendirme yerinde olur: Büyük İpek Yolu, esasen Büyük Türk Yolu’dur. Bu, diğer uygarlıkların katkısını inkâr etmez, fakat İpek Yolu’nun omurgasını ve sürekliliğini sağlayan ana unsurun Türk dünyası olduğunu gösterir. Türklerin bu süreçteki rolü ikincil değil, yapısal ve kurucu niteliktedir.
Bu perspektif, Türk medeniyet modelini Avrasya tarihinin temel eksenlerinden biri olarak değerlendirme imkânı sunar. Türkler ne başka medeniyetlerin kenarında kalmış bir halktı ne de onların yalnızca devamıydı. Aksine, Doğu ile Batı arasındaki etkileşim ve gelişim sürecini mümkün kılan, kendi medeniyet gücünü taşıyan bir merkezdi. Bu bağlamda, İpek Yolu yalnızca bir ticaret yolu değil, Türk medeniyetinin tarihsel işlevini üstlenen bir kültürel ve stratejik mekândı.
👍18
🔀 Современный миропорядок, каким он сложился к середине 2020-х годов, представляет собой иерархическую структуру, выстроенную вокруг логистических, финансовых и технологических цепочек, контролируемых трансатлантическим ядром — США, ЕС, Великобританией, а также связанными с ними институтами и транснациональными корпорациями. Эта система основывается на морском контроле, долларовой расчетной системе, информационном господстве и сетевой безопасности, организованной в рамках НАТО, Five Eyes и глобальных регуляторных механизмов. Центры потребления и принятия решений расположены на Западе, центры производства и ресурсной базы — на периферии. Любой устойчивый поток ценностей, будь то нефть, данные или товары, так или иначе проходит через структуры, управляемые этой системой.
В этом порядке даже Китай, с его мощной экономикой и огромным населением, до сих пор не является полноправной альтернативой — он встроен в логистику, экспорт и финансовые правила, сформулированные в Вашингтоне и Брюсселе. Россия и Иран пытаются противопоставить себя системе, но обладают ограниченным влиянием вне военной и сырьевой сферы.
На этом фоне появление Транскаспийского транспортного коридора (ТКК — Средний коридор) представляет собой не просто логистическую инициативу, а вызов всей архитектуре распределения власти на евразийском пространстве.
ТКК — это маршрут, проходящий от западного Китая через Казахстан, (Туркменистан?), Каспийское море, Азербайджан, Армению и Турцию в Европу. Это сухопутная альтернатива как китайскому морскому маршруту через Индийский океан и Суэцкий канал, так и российским железнодорожным веткам.
Суть проекта заключается в формировании восточно-западной связности, которая:
1. избавляет Центральную Азию от зависимости от России и Китая одновременно;
2. позволяет Китаю диверсифицировать маршруты, минуя геополитически нестабильные воды;
3. предоставляет ЕС доступ к сырью, товарам и газу, минуя как Москву, так и Ормузский пролив;
4. создаёт региональную инфраструктуру, не контролируемую напрямую ни США, ни РФ.
Политическая готовность стран-участниц — ключевой поворотный момент. Казахстан заинтересован в выносе своих товаров на внешние рынки без посредничества Москвы. Азербайджан уже доказал, что умеет интегрироваться в энергетические и транспортные проекты с высокой отдачей. Турция исторически стремится стать хабом между Востоком и Западом и всё более последовательно отдаляется от жёсткой зависимости от Запада. Армения, традиционно замкнутая в зависимости от России, в условиях политической трансформации объективно тяготеет к выходу из блокады и участию в новой региональной архитектуре.
Если ТКК будет реализован при согласованности интересов этих стран и при вложениях Китая — это станет первым за долгие десятилетия сухопутным евразийским проектом, который создаёт новую зону влияния не на базе идеологии, а на основе взаимной логистической выгоды.
Но способен ли он изменить миропорядок?
Ответ: да, при определённых условиях — и необратимо.
Во-первых, он нарушит логику централизованной доставки товаров через морские маршруты, подконтрольные ВМС США.
Во-вторых, он создаёт альтернативную зону политико-экономического взаимодействия, где правила устанавливаются региональными игроками, а не внешними институтами.
В-третьих, он предлагает модель многоцентровой взаимозависимости вместо блоковой архитектуры, основанной на подчинении и санкциях.
И, наконец, ТКК способен создать новый политический язык взаимодействия в Евразии, где бывшие периферии (Казахстан, Кавказ, Западный Китай, Анатолия) становятся связующим хребтом между крупнейшими мировыми центрами.
Такой коридор — не просто путь для контейнеров. Это путь к переформатированию самой логики глобального распределения ценности. Это трещина в старом порядке и прообраз возможного нового.
В этом порядке даже Китай, с его мощной экономикой и огромным населением, до сих пор не является полноправной альтернативой — он встроен в логистику, экспорт и финансовые правила, сформулированные в Вашингтоне и Брюсселе. Россия и Иран пытаются противопоставить себя системе, но обладают ограниченным влиянием вне военной и сырьевой сферы.
На этом фоне появление Транскаспийского транспортного коридора (ТКК — Средний коридор) представляет собой не просто логистическую инициативу, а вызов всей архитектуре распределения власти на евразийском пространстве.
ТКК — это маршрут, проходящий от западного Китая через Казахстан, (Туркменистан?), Каспийское море, Азербайджан, Армению и Турцию в Европу. Это сухопутная альтернатива как китайскому морскому маршруту через Индийский океан и Суэцкий канал, так и российским железнодорожным веткам.
Суть проекта заключается в формировании восточно-западной связности, которая:
1. избавляет Центральную Азию от зависимости от России и Китая одновременно;
2. позволяет Китаю диверсифицировать маршруты, минуя геополитически нестабильные воды;
3. предоставляет ЕС доступ к сырью, товарам и газу, минуя как Москву, так и Ормузский пролив;
4. создаёт региональную инфраструктуру, не контролируемую напрямую ни США, ни РФ.
Политическая готовность стран-участниц — ключевой поворотный момент. Казахстан заинтересован в выносе своих товаров на внешние рынки без посредничества Москвы. Азербайджан уже доказал, что умеет интегрироваться в энергетические и транспортные проекты с высокой отдачей. Турция исторически стремится стать хабом между Востоком и Западом и всё более последовательно отдаляется от жёсткой зависимости от Запада. Армения, традиционно замкнутая в зависимости от России, в условиях политической трансформации объективно тяготеет к выходу из блокады и участию в новой региональной архитектуре.
Если ТКК будет реализован при согласованности интересов этих стран и при вложениях Китая — это станет первым за долгие десятилетия сухопутным евразийским проектом, который создаёт новую зону влияния не на базе идеологии, а на основе взаимной логистической выгоды.
Но способен ли он изменить миропорядок?
Ответ: да, при определённых условиях — и необратимо.
Во-первых, он нарушит логику централизованной доставки товаров через морские маршруты, подконтрольные ВМС США.
Во-вторых, он создаёт альтернативную зону политико-экономического взаимодействия, где правила устанавливаются региональными игроками, а не внешними институтами.
В-третьих, он предлагает модель многоцентровой взаимозависимости вместо блоковой архитектуры, основанной на подчинении и санкциях.
И, наконец, ТКК способен создать новый политический язык взаимодействия в Евразии, где бывшие периферии (Казахстан, Кавказ, Западный Китай, Анатолия) становятся связующим хребтом между крупнейшими мировыми центрами.
Такой коридор — не просто путь для контейнеров. Это путь к переформатированию самой логики глобального распределения ценности. Это трещина в старом порядке и прообраз возможного нового.
👍13😢1
‼️Роман Багдасарян очень активно втянулся в диалог с азербайджанцами, и это меня очень радует, потому что: во-первых, любой мирный диалог полезен, и во-вторых, скоро Роман извинится передо мной.
Многие из моих друзей знают, но я повторю, что именно с Романа начались публичные медиа-гонения на меня, и именно он дал начало тому кошмару, в котором я до сих пор живу, и в следствии которого моего сына таки вытравили из школы в Ереване, и его дальнейшая судьба осталась под вопросом.
Вот как всё было. Зимой 2021 года Роман позвал меня на голосовой чат в телеграм канал "Республика Армения", где он был админом. Я смело пошел, потому что — камон, это же миротворец Роман Багдасарян, что плохого может случится у него? Тем более что сам пригласил и обещал быть приличным.
Я принял приглашение, и Роман сходу задал мне вопрос:
— Нжде для тебя герой, или нет.
Я ответил, что из за написанной им турконенавистнисеской идеологии он в принципе не может быть для меня героем, несмотря ни на какие военные достижения. По аналогии, у Гитлера тоже были блестящие достижения в военной сфере, но пади назови Гитлера героем…
Казалось бы, обычный ответ, который понятен всем, даже армянам. Но у Романа после него подогрело, и началась публичная вакханалия с участием членов чата: было всё, от оскорбления и матов до прямых угроз "найти и …". А отвечать мне почти не давали — админы ограничивали меня, а в конце лишили последнего слова и заблокировали на всех своих каналах.
После этого Рома обходил меня как огня, и даже когда ему грузинские журналисты спрашивали про меня, он отвечал — "я с турками не общаюсь".
Такой вот у нас Ромка Багдасарян. Я конечно не злопамятный, и тем более не собираюсь ставить палки в колеса его миротворческой деятельности, однако он должен будет передо мной публично извиниться. В эфире. Точно так же, как пытался унизить и уничтожить меня в эфире.
И даже если он не извинится в Ереване, что-ж, в рамках своего вновь приобретенного амплуа активиста мира, Роман по любому когда-нибудь посетит Баку — логика в эту сторону идет. И тогда уже ему придется не то чтобы публично извиниться, а сделать это перед азербайджанскими журналистами. Думаю, мои друзья помогут мне добиться справедливости.
Как-то так.
Многие из моих друзей знают, но я повторю, что именно с Романа начались публичные медиа-гонения на меня, и именно он дал начало тому кошмару, в котором я до сих пор живу, и в следствии которого моего сына таки вытравили из школы в Ереване, и его дальнейшая судьба осталась под вопросом.
Вот как всё было. Зимой 2021 года Роман позвал меня на голосовой чат в телеграм канал "Республика Армения", где он был админом. Я смело пошел, потому что — камон, это же миротворец Роман Багдасарян, что плохого может случится у него? Тем более что сам пригласил и обещал быть приличным.
Я принял приглашение, и Роман сходу задал мне вопрос:
— Нжде для тебя герой, или нет.
Я ответил, что из за написанной им турконенавистнисеской идеологии он в принципе не может быть для меня героем, несмотря ни на какие военные достижения. По аналогии, у Гитлера тоже были блестящие достижения в военной сфере, но пади назови Гитлера героем…
Казалось бы, обычный ответ, который понятен всем, даже армянам. Но у Романа после него подогрело, и началась публичная вакханалия с участием членов чата: было всё, от оскорбления и матов до прямых угроз "найти и …". А отвечать мне почти не давали — админы ограничивали меня, а в конце лишили последнего слова и заблокировали на всех своих каналах.
После этого Рома обходил меня как огня, и даже когда ему грузинские журналисты спрашивали про меня, он отвечал — "я с турками не общаюсь".
Такой вот у нас Ромка Багдасарян. Я конечно не злопамятный, и тем более не собираюсь ставить палки в колеса его миротворческой деятельности, однако он должен будет передо мной публично извиниться. В эфире. Точно так же, как пытался унизить и уничтожить меня в эфире.
И даже если он не извинится в Ереване, что-ж, в рамках своего вновь приобретенного амплуа активиста мира, Роман по любому когда-нибудь посетит Баку — логика в эту сторону идет. И тогда уже ему придется не то чтобы публично извиниться, а сделать это перед азербайджанскими журналистами. Думаю, мои друзья помогут мне добиться справедливости.
Как-то так.
👍49❤15👏3👎1😁1😢1