⬆️
При этом были у меня сверстники, друзья-пацаны, росшие в то же время и в похожей ситуации. Их обязанностью было «не крутиться под ногами, не мешать и идти смотреть мультики». И это ситуация очень и очень многих семей. На ребенка или валились обязанности «не по возрасту», и чаще на девочек, или требовалось «не отсвечивать и не мешать», и чаще на мальчиков. Плюс перед глазами пример отсутствующих, апатичных или даже насильственных отцов и вечно крутящаяся без продыха мать.

А потом мы выросли, и однажды в общаге я отправила приехавшего в гости приятеля «что помочь?» чистить картошку. Мне показалось, что он утонул, так долго его не было с этой несчастной кастрюлей картошки. Потом он всплыл — я грустно осмотрела тощие кубики — и на полном автомате воспроизвела бабушкино: «мнда, из очистков можно обед приготовить». А он старался. Он просто делал это первый раз в жизни.

В бойне на тему «ты нихрена не делаешь по хозяйству — а это вообще твое дело, а не мое!» есть может кому очевидные, а кому и нет факторы, про которые я хотела бы подробнее.

Дети и быт — сфера женской компетенции. Не с той точки зрения, что это сфера ее «обязанностей», а с той что у среднестатистической женщины просто больше навыков и автоматизмов, вшитых уже на уровне тела и подкорки — что, как, в каком порядке делать. И чего еще по дороге не забыть, нас этому учили, нас на это дрючили. И хвалили.

Так же у среднестатистической женщины в голове зудит голос, твердящей ей что, как, в каком порядке и так далее она обязательно должна сделать, и он же шпарит ее стыдом и самообвинениями, если не справилась.

А еще многие женщины до сих пор действительно и свято уверены в том, что дом, дети, обслужить мужчину - это их дело, и в нем они хороши, они большие молодцы когда они все это делают. Их так учили.

А у мужчин все не так.

Для начала, как бы мы может того и не хотели, но мальчики и девочки не равны друг другу. Девочка снимает ролевую модель с других девочек и женщин, а мальчик — с других мальчиков и мужчин. И это происходит уже с очень раннего возраста. Какие бы замечательные женщины не окружали моего сына, он до сих пор вспоминает иногда «дядю Шашу», воспитателя из детсада-передержки из нашего отпуска зимой. Правда, замечательный был мужчина, но, внимание, Вадим был с ним два дня!

Копирование мальчиками мужского поведения стартует ещё в ясельном возрасте, становится осознанным к 3-4 годам, когнитивно закрепляется в 5-7. И второй скачок во время пубертатного роста тестостерона, который усиливает мотивацию к статусу и подражанию старшим мужчинам. Да, это обусловлено в том числе гормонально, у девочек так же, только они смотрят на женщин. И да, для ребенка любого пола обучение идет не только и не столько «на слух». Ребенок много наблюдает, считывает поведение, учится на своем опыте.

Именно поэтому мальчикам предельно важны «хорошие» мужские модели. Именно поэтому отец, который занимается детьми и домом пусть немного, но с удовольствием и радостью — лучше для мальчика, чем отец, который нихрена не делает, или делает из-под палки и через скандалы. Да и для девочки. Нет, я не говорю при этом, что он хорош как муж, и делает достаточно. Я говорю что он лучше как ролевая модель при этом выборе.

Именно поэтому я буду копать землю и искать Вадиму в окружение таких «дядей Шаш», с которых он эту модель будет снимать. Именно поэтому мы не останемся жить в Армении, как бы я не полюбила эту страну. Мой сын уже хочет пистолет и пумпум, и почти не играет с девочками. Или девочки не играют с мальчиками?

Так вот. У выросших в таком стиле парней нет ни навыков, ни компетенций, ни установок, у них вполне объективная когнитивная слепота к бардаку. А еще установки в голове — не наше это дело, наше — смотреть телек и не отсвечивать. И даже если они начинают «помогать по хозяйству» - они объективно делают медленнее и хуже женщин.

Та самая мужская и женская гендерная социализация, уже сильно искаженная 90-ми.

И это приводит к постоянным столкновениям, взаимным обидам и претензиям, а так же продолжению передачи родительских моделей следующему поколению.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 2

Мои брови ползут к линии роста волос, когда я читаю, что мужская гендерная социализация, (как выяснилось, это она причина всех проблем и бич всего) — дело рук мужчин и только мужчин. И делается и поддерживается только ими, потому что это только им удобно и выгодно. Простите, нет, все мы воспроизводим те модели, которым учили нас. Особенно «хорошо» мы воспроизводим родительские модели в состоянии стресса — что бы делать что-то по новому нужно прикладывать усилия, для усилий нужны ресурсы. Нет, социализацией девочек и мальчиков, обучением их тому, какими мужчинами и женщинами им надлежит быть, занимаются и мужчины, и женщины.

Все люди, когда переживают стресс, когда у них мало ресурсов теряют адаптивность и гибкость, и возвращаются к самым старым, самым крепко вшитым моделям реагирования. Вплоть до самых простых, примитивных, биологически обусловленных — ударить, наорать, сбежать, замереть. В принципе не думать что ты делаешь, зачем, как оно повлияет на тебя, твои отношения, будущее. Действуем по шаблонам, шаблоны прошиты с детства. Это наша базовая особенность. Да, мы можем меняться, можем останавливаться и брать паузу, учиться действовать по новому, и по новому учить детей, но в стрессе мы сбрасываемся до «базовых настроек».

А если мы говорим о «патриархально» воспитанной женщине, то мы говорим и о том, что основное участие в воспитании детей принимает она. И она влияет на мужа и детей так же как и они на нее. Нравится нам это или нет — это факт. И женщины, воспитывая новое поколение мужчин и женщин, очень часто делают ровно тоже самое, что и их родители делали с ними. Покупают мальчикам пистолеты и машинки, одевают малышей в детсад в военную форму на праздник, отгоняют от плиты, запрещают плакать. Про девочек знаем. А порой и отгоняют отцов, не давая им возможности влиять на ситуацию, даже если те хотят.

Я вспоминаю мать, орущую на полугодовалого младенца, чтоб тот, онжемужик, не смел плакать, когда она от него уходила по делам. Да, именно этими словами. Младенцу, еще не умеющему ходить. И его отца, который пытался эту мать успокоить. Говорил ей - «он же ребенок, ты чего?» Кстати, сидеть с младенцем на целый день оставался он. Почему не остановил, не «взял удар на себя»? А он мог? Это уже следующее за мной поколение на минуточку. Потом они развелись, отцу ребенка мать не отдала, ей самой он не нужен — малыш уехал к бабушке. Так бывает гораздо, гораздо чаще, чем нам приятно думать, я полагаю.

К вопросу о бытовых компетенциях и мальчиках. Если отец не принимает никакого участия в быту, но женщина обучает сына всему необходимому, учит готовить, убирать за собой, да еще и поощряет его чем-то вроде «молодец, взрослый мужчина должен уметь позаботиться о себе и своей семье», вероятность того что выросший мужчина будет это делать значимо растет. На 25%, просто потому что мужчина чувствует свою компетентность, он обучен, он знает. Он горд помогать.

Вадиму три, он кричит «я помогу, я помогу» и бежит подставлять стульчик, когда я мою посуду. Каких усилий мне, взрослой женщине, психотерапевту, стоит хотя бы не каждый раз сказать «отойди, не мешай, смотри мультики», а смириться с тем, что я буду перемывать посуду за сыном, а еще мыть полы на кухне после него. И дать ему мне «помочь». От «помощи» его одни проблемы, у меня не так много времени, я устала. Но когда, после какого моего отказа он перестанет предлагать, если я не буду давать ему пополоскаться в раковине и буду каждый раз отсылать? Чему я его научу, тому что еда сама появляется в тарелке? И как охотно он будет мне помогать, если, допустим в его девять лет, я внезапно от него потребую мыть эту самую посуду? Он же уже привык смотреть мультики...

Если отец тоже принимает участие в домашнем хозяйстве и есть внешние примеры-мужчины, то эта вероятность растет еще больше. А вот ситуация, когда отец готовит-убирает-с ребенком играет, но ни он, ни мать не учат сына на практике, и воспитывают в политике «отойди, не мешай, иди смотри мультики» - эту самую вероятность значимо понижает.
⬇️

⬆️
Женщины воспитываются в убеждении, что их предназначение — вести домашнее хозяйство, воспитывать детей, думать и заботиться о других. И когда они так делают — они хорошие, правильные, и вообще молодцы. Напомню — быт это сфера женской компетенции, а мы, люди, в целом любим чувствовать себя компетентными. Это место нашей силы и власти, зона нашего контроля. Мы тут точно знаем как надо. Нам, в хорошем случае, за это благодарны, нас за это хвалят и поощряют. А еще это такой очень понятный способ любить — приготовить любимое, снять с другого «лишнюю» нагрузку, сделать дома уютно.

А теперь усилим и испортим эту историю «девяностыми». Когда за свои старания девочки похвалу, уважение и благодарность чаще не получали, а получали тонны критики. Они всегда делали мало, недостаточно, плохо. Они выросли в постоянной тревоге, им нужно все держать под контролем. Контроль успокаивает. Если дома все не вылизано — я плохая хозяйка, если я плохая хозяйка — я плохая женщина. Я вообще плохая. А еще в голове в принципе нет истории о заботе о себе. Всегда надо для другого, другому всегда важнее. Нет присвоенного права на отдых и расслабление. Идеи, что ты можешь нравиться сама по себе как личность, а не как результат твоих действий.

Особенность патриархального воспитания — жесткая привязка «хорошей» мужской и женской идентичности к выполняемым функциям. Мужчина должен: список. Выполняешь — хороший, годный мужчина, возьми с полки пирожок и позитивную идентичность. Женщина: аналогично. При этом мужчина должен женщине: по списку, а она ему взамен — по списку. Списки составляются, поддерживаются и обновляются обычно двумя сторонами процесса. Эту особенность стрессовое воспитание только усилило, и да, и у тех и у других. И в принципе вынуло из конструкции такие вещи как благодарность и уважение. И у тех, и у других.

Это часто приводит к тому, что у женщины в голове просто нет концепции делегировать мужчине часть дел. Я не раз и не два наблюдала историю, про то как мужчина, на старте вполне знающий где у пылесоса кнопка и готовый менять памперсы, просто постепенно и мягко вытеснялся и отстранялся от домашних дел. От ребенка. Незаметно для обоих партнеров. И поначалу-то с удовольствием с обеих сторон. Не всегда, нет, но часто.

Я искренне недоумевала когда-то, почему, ну почему довольно большая часть женщин так все еще делает. И спрашивала, я любопытная. Ответы простые - ну я же его люблю. Мне так спокойно, у меня все под контролем. Это мое дело, и я знаю как его делать. Ну, я же женщина (жена, мать, хозяйка). Ай, да он только мешаться будет. Он все сделает не так, а мне за ним переделывай. «Это моя сфера компетенции, и мне в ней хорошо и понятно. Это мой способ проявлять мою любовь. Я не потерплю в ней конкуренции. Я не умею расслабляться и делегировать, отпускать контроль. Я не готова мириться с тем, что он сделает хуже меня или не по-моему».

Вот только работа, быт в одного, а особенно появление детей - это очень и очень большая нагрузка. И если нет места для себя, если нет места для отдыха, если ты все время на стреме и все держишь под контролем - это колоссальный стресс. А самой идеи «позаботиться о себе самой для начала, потом о других» стрессовое воспитание не предполагает.

Делегировать по сути обозначает перестать контролировать и довериться. Закрыть глаза на недостатки. Смириться с тем, что другой никогда не сделает так, как ты, следовательно правильно. Пустить мужчину на кухню или подпустить к детям на равных — для многих, пусть и бессознательно, все еще история вторжения чужака на их территорию, история конкурентная. А они ж еще и умеют все объективно хуже нас... Сказать себе что не справляешься — удар в идентичность, где если ты не справляешься — ты плохая.

И нет, я не про ситуации, когда она просит, а в ответ глухая стена. Я о другом - мы все дети одной системы. Проблемы у всех, у всех свои. Женщины тоже поддерживают мужскую гендерную социализацию, еще как. Мы не можем во всем обвинять только мужчин.
продолжение следует..

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 3

У нас есть особенность — защищать представителя «своей» группы. Вставать на его сторону, выносить суждение в его пользу. Объединяться против другой группы. И совершенно не замечать или оправдывать себя и «своих» тогда, когда сами исполняем что-то плохое. «Мы бы никогда так не сделали, если бы не они».

Может и так, может это и правда. Может, никогда бы ничья мама не била ребенка ремнем до синяков, если бы: была замужем, не случились 90-е, платили бы вовремя, в школе были нормальные учителя. Его заднице и ему самому от этого как-то не легче. А может и била бы, и такое случалось, последствия за счет детей.

Я писала в прошлом посте про то, что многие женщины все еще воспроизводят в отношениях «патриархальные» модели, про проблемы передачи контроля и делегирования, про то, что часто, даже тогда когда мужья хотят и готовы, или хотя бы не против участвовать — они натыкаются на критику, обесценивание их усилий и даже скандалы.

Возьмем «перевернутую» ситуацию, мне кажется в ней будет лучше видно как это работает. Я встречаю такие, не очень часто, но встречаю, и мне кажется они очень наглядны и отлично показывают все искажения. Итак, это мужчина полностью берет на себя быт. Он полностью убирает, следит за счетами, ходит в магазины, готовит. Зарабатывает чуть меньше жены или чуть больше, в принципе на равных. Иногда берет на себя еще и детей, если они есть в паре. Казалось бы — рай, ровно то чего мы от мужчин и добиваемся? А в паре проблемы. И серьезные. Люди хронически несчастны и недовольны друг другом.

Нет, сперва все было вообще зашибись, он ее так любит! Это так удобно! Какой он молодец, забота и вообще продвинутый-современный. Оба очень довольны. Но проходит время и он становится недоволен ей, ведь она ему не помогает по дому, а он сильно устает. И вообще она какая-то не очень счастливая 24 на 7, а ведь он разгрузил ее по максимуму. Он уже не получает благодарности и уважения за свои труды, она стала относится как к само по себе разумеющемуся.

Они ругаются. Она пытается изменить ситуацию, начинает мыть полы — и получает гору претензий за то что неправильно, недостаточно тщательно помыла. У нее опускаются руки — она ждала похвалы и признания. Ему нужна помощь на кухне, приготовить еду — она с радостью подрывается только для того, чтобы получить потом скандал — яйца надо было сварить всмятку, а она сварила в крутую. Попросил погладить — опять недостаточно хорошо. Он экономит деньги и предлагает питаться пустой гречкой с сосисками. Она против, но не знает как сказать. Она не чувствует, что у нее есть место в собственном доме. Она страшно не уверена в своих компетенциях. Она живет в постоянном чувстве вины. Она боится говорить о своем отчаянии и недовольстве, чтобы не «обидеть», потому что боится реакции — нет, не вспышки агрессии или насилия в свой адрес, а того «что ему будет больно, он расстроится». Она чувствует, что кажется недостаточно его любит и очень хочет, чтобы он почаще ее хвалил и замечал в ней хорошее, но этого не происходит. Количество взаимных претензий нарастает.

Он устал, не следит за своим здоровьем, растолстел. Ей уже давно плевать на то что и как они едят, и насколько в доме чисто, ей хочется видеть рядом счастливого и здорового мужа, с которым можно было бы погулять за руку, рассказывая друг другу хорошее, а не выслушивать список бесконечных проблем.

И нет, не то чтоб «на берегу» она ничего не умела. Просто ее личный уровень «критически не убрано» оказался ниже чем у него. Просто он умеет лучше. Просто ему нравится готовить и вести дом, а ей не очень, такое тоже бывает. А еще может она больше зарабатывает и он был рад дать ей возможность профессионально реализовываться. И очень плавно и постепенно он вытеснил ее из всех домашних дел, задолбался — и не смог по честному вернуть ей ее половину. Не смог делегировать, принять ее несовершенство и неидеальность, ее неопытность и «поверхностный подход». Дать ей возможность научиться, поддержать ее старания.
⬇️

⬆️
Оба ждут друг от друга чего-то не того, что каждый готов дать. В паре — взаимно — очень мало места уважению и благодарности (кто, кого и как часто в нашем детстве благодарил?). Оба боятся друг друга поранить и замалчивают проблемы. Проблемы копятся, проблем накопилось критическое количество. При этом — он же любит ее и заботится о ней, причем так, как совсем не каждый мужчина бы в принципе смог. Пара на грани развода.

Эта ситуация — тоже следствие мужской гендерной социализации? Опять — он виновник и абьюзер, просто потому что он мужчина? Если мы считаем так, то мы должны так же считать абьюзерами тысячи и тысячи женщин, потому что это ситуация очень многих пар. Не самых плохих, не самых насильственных, не самых травмированных и токсичных. Где оба хотели как лучше и не знали как иначе.

Но возможно дело в другом, и проблема во многом общая для всех? Есть общее ожидание того, что за хорошо выполненную функцию последует награда? Идея, что если сделать все «хорошо и правильно», то тут же наступит всеобщее счастье и идиллия, никто не будет обижен, не будут случаться проблемы, никто никогда не будет расстраиваться? Продолжение общей детской истории слишком рано повзрослевших, точнее именно из-за этого и не повзрослевших, совсем заброшенных, одиноких детей, которые так сильно старались для своих родителей и жили в ощущении вечного «завтра», в котором наконец случится долгожданная награда в виде бесконечного внимания и любви?

Общая проблема дикого страха внутри, и тоже общего неумения говорить в принципе — сказать о своем недовольстве, сказать о своих желаниях, сказать о своих проблемах. Это общий страх, приводящий к тому, что часто, когда мы все таки начинаем говорить — это превращается в поток обвинений, обид и критики. Как часто, когда мы были детьми, родители отмахивались от наших проблем, как от назойливых мух? Как часто сказать о своих проблемах было себе дороже, и за этим следовало наказание? О нет, я не утверждаю, что если люди массово научатся в «Я-высказывания» это решит проблемы, как и не утверждаю того что если ты начинаешь говорить — тебя услышат, поймут и уж тем более «сделают по-твоему». Но нельзя договориться, если не говорить.

Общий страх, заставляющий контролировать действия другого человека, не дающий довериться, попуститься, требующий идеального результата? Заставляющий взвиваться до потолка на искреннее изумление по поводу «а что ужасного-то в том что посуду не так поставили»? Бесконечное внутреннее «я должен(должна)?». Часто вообще это не имеет отношения к паре как к таковой, а растет из прошлого, и увеличивается страхом будущего и общей историей нестабильности. У обоих.

Есть общее неумение благодарить, замечать хорошее в другом, поддерживать в сложном, уважать сделанное. Сама история уважения и благодарности, мне кажется, оказалась похоронена где-то под осколками девяностых. А это ключевая история. Браки могут быть устроены как угодно, в любой конфигурации, так как у людей получается или так, как людям удобно. Но счастливыми и долгоиграющими браки делает именно она, история взаимного уважения, признания, благодарности. Не она одна единственная, но она очень важна. Все счастливые пары, которых я знаю живут и ведут свои семьи по разному, решают разные проблемы, проходят разные кризисы, но общее у них — именно вот эта история. «Я вижу и замечаю твои усилия, я благодарен(благодарна), спасибо солнышко, ты мое чудо».
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 4

Думала уже перейти к следующим темам на тему, их есть у меня, но чувствую, что остается что-то недосказанным.

Потому что, например, вспоминаю не единственную знакомую мне пару, в которой все эти «женско-мужские» обязанности распределены «традиционным» способом. И при этом... это относительно счастливые и благополучные пары. Да, она тащит свою двойную ношу работы, быта и детей, она очень устает. Он тоже, поскольку свято уверен, что раз он мужик — то должен обеспечить. И вкалывает на своей работе, а то и двух за двоих. Потому что решает проблемы. Берет на себя стройку и ремонт. Гоняет по ее поручениям. Реально отвечает за «свою» сферу — ремонт машины и ее обслуживание, вскопку огорода, построение теплицы на даче, да мало ли. Он делает, он пашет.

Да, скорее всего в паре есть проблемы. Проблемы в паре — это нормально. Но... они все еще ходят друг с другом на свидания, через 15, 20, 30 лет совместной жизни. Из их отношений не исчез секс, и он им взаимно приятен. Он все еще постоянно приглашает ее в театр — а она любит театр. И может выгулять там любимое платье и его подарки. Он все еще смотрит на нее любящими глазами и думает о ней. А она смотрит на него и думает о нем.

Каждому есть на что пожаловаться в другом, это правда. Но предложи ей развестись, предложи «взамен» другого человека, другой образ жизни — она посмотрит круглыми глазами. Она помнит, как он подставлял ей тазик и придерживал волосы, когда ее рвало во время беременности. Как мчал в роддом. Как... у каждой найдется что вспомнить. Нет, она не хочет другого Васю, Петю, Леху, ей этот родной. И наоборот. Вы как знаете, а меня это трогает. Хоть и стоит начать рассказывать этим мужчинам про все это наше равноправие и феминизм — будем посланы куда подальше.

Они не поймут вообще в чем проблема. Они свою родную любят, они вкалывают, они заботятся, они уважают ее и берегут всеми силами, чего вам еще надо? И да, им вот этим вот, в голову не придет «обидеть» женщину, для них само по себе разумеется помочь поднести тяжелое и придержать дверь, и не видят они в этом ничего плохого. Я, кстати, тоже в этом в упор ничего плохого не вижу, я объективно физически слабее и мне так-то очень приятно, когда мой тяжеленный чемодан кладет в багажник и вынимает из него водитель, а не я эмансипированно корячусь в одного.

И в общем-то все что им надо — это возможности еще и еще больше вложиться в семью и дать своим женам и детям лучшее из возможного. Конееечно же, именно им единственным понятным способом и, конееечно же, только они знают лучше всех как лучше. И считают себя самыми умными и главными. Чем бесят неимоверно...

Но можно я отдам дань уважения этим мужчинам (и выбравшим их женщинам) тоже? Не жалевшим ни сил, ни денег для своих жен, детей и стареньких родителей, дававших им лучшее образование из возможного, не сидевшим сложа руки, а этими руками работавшими? Воспитанными традиционно и патриархально, твердолобым, упертым, но честно выполняющими свой «контракт»? С их собственными «должен и обязан» в голове? Меня воспитали как могли такие мужчины и женщины, и кроме кучи косяков, которые я долго выправляла в своей голове — мне точно есть за что быть благодарной.

Не бывает, не может быть чтобы было только «хорошо», а «плохо» не было. Вопрос для меня заключается в другом — а есть ли хорошее в принципе, и достаточно ли его, субъективно достаточно, самому человеку? Пока такие мужчины и женщины не заставляют меня жить по их правилам, а они, в целом, не делают этого с тех пор как я стала взрослой и самостоятельной, меня вполне устраивает то, что они живут по другому. Уважение — оно в частности про то, чтоб никого не заставлять жить по своим правилам.

Я думаю и вспоминаю о другом. О том, как сильны «голоса» у нас в голове, и как сложно сквозь них пробиться. И как сильно они искажают то, что мы слышим со стороны. Помните старый анекдот?
— Рыбонька моя! - говорит муж жене. Жена думает: «Рыбонька — значит щука, щука зубастая, зубастая, значит собака...»
— Граждане! Он меня сукой обозвал!
⬇️

⬆️
Грубовато, конечно, но примерно так работают наши когнитивные искажения. Предшествующий опыт влияет на то, как мы воспринимаем тот, который мы получаем в моменте. И тем они сильнее и тем сильнее искажают, чем больше было стресса в детстве. Годы и годы, в терапии, не сами по себе, могут уйти у людей, что бы наконец начать замечать, что их, например, вполне ценят и уважают коллеги, что им искренне рады. Что «прости, я устал(а)» - это «прости, я устал(а)», а не «я тебя больше не люблю». Что «посиди, отдохни пожалуйста» - это проявление заботы, а не издевательство.

Мнда. И тут я вспомнила, как я сама ровно так воспринимала это «посиди, отдохни». В моей голове эти слова моментально приобретали издевательскую окраску, тут же всплывало «белоручка, барыня на вате», тут же жгучий удар стыда. Нет, решительно нет, я не могла воспринимать их всерьез, они звучали как понукание, как удар кнутом. И приобретали противоположный смысл.

Годы уходят порой у замечательных, умных женщин, вышедших замуж за не самых плохих мужей, чтобы понять, что человеку рядом на самом деле не надо выдраенный до блеска пол и разносолы из трех блюд на столе. Что то, что он твердит ей: «не хочешь — не готовь», «посиди, отдохни», «я справлюсь сам», «ну ребенок испачкался — а что такого?» - это правда, и такая его о ней забота, а не издевательство. И что правда можно немного расслабиться, и что правда никто еще не умирал, оставив «на завтра» немытую посуду. Даже если муж не побежит все делать сейчас вместо нее. И такое бывает тоже, и не так уж редко.

Да, среднестатистический мужчина заходит в дом и, скорее всего, думает о том как он сейчас отдохнет и расслабиться. А женщина с мыслью о том, что еще ей предстоит и в каком порядке сделать. Она видит, не может не видеть вещи не на своих местах, пыль в углах, грязь на футболке у ребенка. А он к этому слеп. Но может это не так уж и плохо?

И может всем нам не повредит иногда расслабиться? А еще немножечко (взаимно) «слезть» с самих себя и близких? И заметить в истории «приготовил обед и не помыл посуду после себя» — готовый обед, в истории «привел с прогулки грязного счастливого ребенка» — счастливого ребенка, в комом запихнутом в машинку белье — стираное белье, блин, почти у всех сейчас отличные стиральные машинки и прекрасные стиральные порошки. В посудомойке, загруженной в стиле «бешеного енота» и так, что влезла только половина — вымытую, пусть и в два захода посуду?

Нет, это не про те ситуации, когда он сел и лапки свесил, да еще и женщину погоняет. Это про то, что стандарты «достаточно хорошо» у всех разные и не всегда совпадают. Про то что иногда не дает отдохнуть и расслабиться не человек рядом, а собственные «голоса» в голове и тревога. Про то, что сделанное «не по моим стандартам» - сделано, и совсем не обязательного сделано плохо и ужасно. Про то, что вообще-то принцип «если тебе не нравится как я сделал(а) — делай сам(а) или давай не делать вообще» - хороший и здоровый принцип, в обе стороны. Потому что каждый вкладывает то, что может и так как умеет, и теоретически, в этом можно найти баланс, в котором одному, возможно, придется поднапрячься, а другому подрасслабиться, но в пределах в которых человек в принципе способен двигаться. А еще про то что между «идеалом в нашей голове» и реальными возможностями и силами как правило нефиговый такой разрыв.

И да, иногда такое оказывается невозможно. Слишком разные представления о прекрасном. Слишком сильны убеждения, что «другой мне должен». Идея, что другого можно принципиально изменить, надо только хорошенечко постараться, и рассказать ему(ей) что он(а) делает не так. Иногда люди друг другу правда не подходят, даже если друг друга любят. И тут есть выбор из двух... признать это и разойтись, в надежде что в мире можно встретить еще другого мужчину или другую женщину, с которой будет проще. Или есть друг-другу мозг ложечкой дальше.

А в комменты положу прекрасную рекламу бытовой техники из соседней патриархальной демократической страны. Рекомендую к просмотру :)
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 1

В общем, одна из моих мыслей во многом сводится к тому, что с моей колокольни общая наша беда сейчас — это даже не патриархат. А отсутствие благодарности, уважения и, что самое главное, человеческого, душевного, субъектного отношения друг ко другу. Всех ко всем. И чем дальше — тем этого больше.

Что самая большая беда, основной травмирующий фактор любых насильственных действий даже не испытываемая человеком боль. Иногда ее и нет. А объективизация, отношение как к вещи, как к функции. Лишение человека его собственной личности, его акторства, его воли. Переживаемое человеком бессилие и унижение. Расчеловечивание. Использование другого в качестве инструмента для обслуживания собственных потребностей.

Что беда женско-мужских отношений часто даже не бойня вокруг того, кто, что и сколько делает, не сама по себе МГС и ЖГС, а инструментальное отношение друг ко другу, постоянное принуждение другого соответствовать светлому идеалу, попытки — и часто взаимные — поставить другого в зависимость от себя. Чтоб не делся никуда, отдавал свой ресурс, «любил», не бросал, не отвергал, и постоянно, постоянно доказывал что ты ему нужен(нужна). И таким, и эдаким, а если самым на свете черненьким? Беленького всяк полюбит...

Мужчины грешат тем, что часто используют для этого финансовые инструменты — жилплощадь, совместная ипотека, период финансовой зависимости женщины от него в период беременности и первых лет детей, более крупные зарплаты. Женщины, и да, такое тоже есть, в качестве инструмента давления используют рождение детей, секс в принципе и то самое бытовое обслуживание, как бы это ни звучало.

При этом. Женщины часто жалуются на то, что чувствуют себя обслугой. Мужчины — на то что их воспринимают как «кошельки на ножках». И каждый, каждый должен. Тут, на самом деле, есть очень частая ловушка, и многие гуляют по этим граблям.

Дано: человек очень поранен и очень не уверен в том, что сам по себе он имеет ценность. Не уверен, что с теплом, вниманием и интересом к нему можно относиться просто так, потому что он есть. Он знает, что никому нельзя верить. По сути, это огромный детский дефицит внимания и любви, знание, что просто так не дают и надо заслуживать, и страх близости в одном флаконе. Он очень боится одиночества и отвержения, и хочет гарантировать себе, что у него будет кто-то, кто точно уже никуда не денется. И будет постоянно восполнять его детские дефициты. Часто это все вообще не осознается.

Что надо сделать? Правильно, для начала очень сильно постараться произвести впечатление, показать себя с самой лучшей стороны — и привязать к себе человека как можно прочнее. Но вот дальше включается собственное глубокое сомнение — что то, что ты получаешь — предназначено именно тебе, а не той маске, которую ты на себя изначально надел. Не дается потому, что деваться от тебя некому и как плата за выполненную функцию. Голодно по прежнему, дайте еще, еще, еще. И верить по прежнему никому нельзя. И дают вечно «мало и недостаточно», потому что не присваивается. Он же знает про себя (часто неосознанно), что «на самом деле» он плохой и нельзя его любить просто так. Да и все остальные люди только притворяются. И начинаются эмоциональные качели, провокации, придирки, как бы что не хуже. Делают так и мужчины, и женщины, это абсолютно взаимная история.

И это глубинный механизм нарциссической травмы, и стоит за этим часто огромное количество боли, ужаса, отсутствия внимания, не особое понимание того, какой ты вообще есть и кто ты, отрицание огромного количества собственного личностного материала, огромная ненависть к себе (и другим) и идея, что все только заслуживается и покупается, никак иначе. Поэтому когда я читаю поп-психологию про «злокачественных нарциссистов» я грустно качаю головой. Да, нарциссическое расстройство личности крайне плохо поддается терапии, и близкие «нарциссов» часто сильно страдают. Но они не на ровном месте такие выросли, и они сильно страдают сами. А если не само НРЛ, то нарциссическая травма в современном обществе... весьма и весьма распространенное явление.
⬇️

⬆️
Что мужчин, что женщин, относящихся и к себе и другим как к объектам — много. Увы. Пожалуй, я готова согласиться с тем, что объектное отношение мужчин к женщинам влечет за собою более тяжкие последствия, чем наоборот. Это и сексуальное насилие, и избиения, и проституция, и, и... Но не готова утверждать, что объектного отношения в обратную сторону не существует, и что мужчины от него не страдают. Особенно — мальчики. Девочки тоже, но раз мы говорим о мужчинах, то вырастают они в основном из мальчиков, как-то так исторически сложилось.

И еще. Чем человечнее сам человек — тем сложнее ему расчеловечить другого. Допустить саму возможность насилия, любого. Но откуда берется сама эта человечность, и почему так много в нас этого объектного отношения? И что за ним стоит?

Собственно, нет у меня какого-то нового откровения, подавляющее большинство проблем растет из детства, и проблем тем больше, чем проблемнее это самое детство было. А оно и было проблемным, снова передаю привет девяностым, и остается таким, привет экономическим кризисам, бедности, социальным потрясениям и, в последнее время, войнам.

Тут надо сделать отступление, вернувшись к моей излюбленной теме. «Я», идентичности, травме. Мы (наука) в целом уже знаем, что наше «Я» не является какой-то целостной сущностью и не хранится в каком-то конкретном отделе мозга. Наше «Я» модульно, и складывается из миллионов и миллиардов «кирпичиков», самой разной информации о себе, полученной в ходе нашего развития через обучение, обусловленное состоянием. Это так и называется. Хранится и обрабатывается эта информация в разных отделах мозга. И есть... хм, сознание, назовем это так, постоянный процесс связности в нашем мозге, который все эти кирпичики связывает воедино.

То что мы уже знаем, это то, что при разных расстройствах личности, а так же (к)ПТСР, а так же при разных нейроотличиях и патологиях — РАС, СДВГ, шизофрения, синдром Туррета и т.д. - страдает как раз связность. Условно - «модули Я» могут действовать и проявляться вовне изолированно друг от друга, а недостаток связности не дает человеку увидеть максимально полную картину, соответственно его восприятие мира искажается, восприятие себя — тоже, страдает гибкость и адаптивность.

Что само наполнение этих модулей — опыт, что сама связность зависит от... обучения и от уровня испытываемого ребенком стресса. Мы — действительно то, что нас окружает, то, что нас отражает, то что нас напитывает. Тем мы человечнее и полнее внутренне, чем чаще разговаривали с нами, объясняли причинно-следственные связи, воспринимали нас и относились к нам всерьез. Чем чаще обращали внимание. Чем в большем количестве социальных ситуаций мы участвовали, чем больше конфликтов разрешили — или нам помогли разрешить. Чем больше казалось бы противоречивой информации мы узнали — и смогли внутренне снять это противоречие.

Тем глубже наша способность сострадать, чем больше сострадали нам самим. Тем богаче наша эмоциональная сфера, чем больше с нами говорили про эмоции, объясняли нам что мы чувствуем, «контейнировали» нас. Самоотношение напрямую растет из отношения к нам. Из самоотношения растет отношение к другим людям в дальнейшем.

Все свои представления о «хорошем» и «плохом», должном и не должном и «как все в мире устроено» ребенок берет из опыта взаимодействий с другими людьми, в меньшей степени — из книг и видеоматериалов, где это описывается, при этом роль книг сейчас значимо снижается. А общее качество контента падает, и не контролируется взрослыми, при том что легкость доступа к нему растет. Ребенку вручается телефон — а что он там смотрит и каких Сиреноголовых — родителя не волнует, лишь бы не дергал.

И общая беда нас всех, и я про человечество в целом, в последние годы — это огромное одиночество детей и объектное и насильственное отношение к детям. И это тем более распространенная проблема, чем меньше ресурсов у родителей. А их тем меньше, чем сильнее государство экономит на своих гражданах, чем дороже жизнь и чем ниже ее качество. Как всегда сильнее всего страдают самые неблагополучные и бедные группы населения.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 2

Огромная часть населения переехала из деревень в города. Как следствие: скученная жизнь в маленьких квартирках, и при этом отсутствие возможности отправить детей играть на улицу. Часто, куда бы ни пошел ребенок, — он идет в сопровождении взрослого, городская среда опасна. В некоторых странах ребенок не может оставаться без присмотра взрослого один до 12 лет, по закону. А еще мы очень напуганы историей собственного неприкаянного безнадзорного детства.

Уже писала, но само такое понятие как «коллективный присмотр» исчезло. Бабушки-дедушки как правило далеко, если вообще есть. Многие откладывают рождение первого ребенка до периода какой-никакой стабильности, а это 30+ лет, и в итоге имеют «эффект бутерброда» - присмотр и уход одновременно необходим не только детям, но и собственным престарелым родителям. То, что если что, присмотрит-накормит соседка — нонсенс. Любой посторонний взрослый — не потенциальный источник помощи, а враг и чужак.

Сиблингов, с текущей-то рождаемостью, есть, дай Бог, у каждого второго, следовательно у половины детей нет ни друга-конкурента, ни напарника по играм, ни того на ком на постоянной основе социализацию отрабатывать. История «старшие присматривают за младшими» тоже растворилась в нигде. Как всегда, во всем есть плюсы и минусы — мы осознали что 7-10 летние дети — это все равно дети, и взваливать на них малышей со всей полнотой ответственности (и при этом без прав) — непосильный для них груз, особенно в текущих условиях. Но и помощников родителям лишились.

Государственные институты, вроде как призванные на помощь родителям, действуют где как и часто кое как. На российские сады и тем более ясли, где еще остались, без боли и слез не взглянешь. Хронический кадровый голод, низкие зарплаты, низкий престиж профессии. Часто — один взрослый на 15-20 ребятишек. Система воспитания построена на дисциплине и послушании, а часто и пренебрежении чувствами, а порой и прямыми потребностями ребенка. «И чего тебе на прогулке приспичило, заранее в туалет не мог сходить? Терпи теперь, у меня тут таких сам видишь сколько!». Ну и описался — сам виноват. Не везде, но вполне бывает.

Как я уже говорила, есть ряд стран, озаботившихся социальной политикой и благополучием своих граждан, там все гораздо лучше. Нормальные ясли с года-полутора, декретные добровольно-обязательные отпуска для обоих родителей, человеческое и человечное отношение к детям. Есть ряд стран, где такие условия для относительно благополучных и ресурсных групп населения, если вы бедны — это ваши проблемы.

В наших российских реалиях есть еще одна беда, и это именно беда, чтобы мне ни говорили мои коллеги. Материнский декрет до 3х лет и маткапитал. До 1.5 лет декрет практически обязательный, до 3-х лет отпуск по уходу за ребенком, и его берет больше половины женщин. Ок, до 1-1.5 лет ребенок еще очень маленький и ему нужен родной человек на постоянной основе. Отдавать до этого возраста малыша даже в самые лучшие ясли, ИМХО, рановато, хоть вроде как ни израильтяне, не французы, ни американцы не вырастают массово травмированными с их яслями с 3-6 месяцев. Эх, я таки дитя своей культуры.

Но с полутора до трех — это уже тоддлер, и это самый сложный возраст. Мозгов толком еще нет, одна гиперактивность и любопытство. Способность длительно на чем-то удерживать внимание — никакая. Если вам повезло, и у вас с года разговаривающий относительно спокойный флегматичный ребенок — я вас поздравляю и люто завидую. Я же только-только начинаю откисать и переставать бросаться на стены.

Пока же вот нормы способности ребенка удерживать свое внимание на одной задаче. В год — 1 минута. В полтора — 2-3 минуты. В два — 4-6 минут, до 10, если занятие очень интересно. В два с половиной — 5-8 минут, в три — 6-10. Нетрудно посчитать с какой периодичностью в доме раздается мам-мам-мам и громкий шарах-бабах и топот!!! Это норма нормы, детей с нейроотличиями, а с ними еще сложнее, появляется около 15-20%. Сдвгшек, к которым относится мой сын, — 5-8%. Женщину постоянно дергают, она постоянно должна следить и разруливать.
⬇️

⬆️
Какой выход у сидящих взаперти мам? Все чаще — максимально рано — телефон, планшет, мультики, бесконтрольный ютуб. Туда ребенок может «залипнуть» надолго. Все чаще - «отстань от меня, не трогай, отойди». Крик, физические наказания. Мать издергана, усталость даже не физическая, очень страдает внимание, истощается психика.

А еще среда небольшой городской квартиры не особо приспособлена к жизни с маленьким ребенком. Розетки, углы, то не трогай, это не делай, не бегай, не прыгай, не лезь! Кроме как с мамой играть ребенку не с кем, развиваться кроме как об маму — практически не об кого. Мама при этом тоже в изоляции. Это категорически ненормальная ситуация ни для кого. Которая приводит к тому, что невзирая на постоянное физическое присутствие мамы рядом — включенного внимания, разговоров, утешения, валидации ребенок часто получает очень мало.

И еще. 56% российских женщин сидит с детьми до 3 лет, около 30% выходит после 1.5 лет (остальные выходят еще раньше или еще позже), при этом есть закономерность. Быстрее выходят на работу те женщины, чей «карьерный капитал» выше. Т.е. они имеют более высокооплачиваемую работу, лучшие карьерные перспективы, а следовательно больше возможностей нанять няню, сдать ребенка в «Хорошие Частные Ясли». Скорее всего именно у них лучшее образование, способность к рефлексии, бОльшие амбиции, высокий уровень собственного дохода. Они более независимы, и выиграть в лотерею «вменяемый муж» у них больше шансов. А до трех лет скорее сидят матери с низкими зарплатами и без особых карьерных перспектив.

Позволю себе дофига нетолерантную, снобистскую и шовинистическую мысль. Выглядит так, что запертыми с тоддлерами до 3х лет остаются скорее именно те матери, которые с бОльшей вероятностью предложат ребенку телефон, одернут его, ударят или накричат. И те, чьи мужья с гораздо большей вероятностью начнут играть в игру «Ты зависишь от меня? Обслужи теперь». Это неточная статистика, потому что ее очень сложно собрать, но по косвенным данным около половины российских мам используют крики, унижение и физические наказания детей на постоянной основе. Натяну сову на глобус и задамся вопросом, как часто одна половина пересекается с другой?

В итоге ребенок вроде как находится все время рядом со взрослым, но часто по сути один, и от него постоянно требуется быть тихим, незаметным и послушным. У него есть игрушки, иногда в количестве небольшого магазина, — но часто в них с ним не играют. В таком свете идея, что в полтора тоддлер отдается в специально адаптированную и обогащенную среду, где много других детей и свободной игры, под присмотр достаточного количества теплых и получающих за это зарплату взрослых, кажется мне весьма стоящей. Но создавать эту систему с нуля государству дорого, проще запереть мам.

В этих условиях папы должны работать, и содержать всю семью минимум три года. В случае появления сиблинга — пять-шесть лет. Вообще-то это огромный рост ответственности и тревоги. Папа всех содержит, порой не зная, хватит ли, и на что, его зарплаты в мире где все стремительно дорожает, и не факт, что завтра он не потеряет работу. Папа приходит домой, он устал, он хочет расслабиться, благодарности и уважения, секса и вкусной еды, как ему кажется, вполне заслуженно. А ждет его задерганная и очень уставшая женщина с ворохом претензий.

Это абсолютная вертикализация отношений. Это падение общего качества жизни, и следовательно, доступных семье вариантов так необходимого отдыха и развлечений. Да что отдых, хорошо если хватает на еду, коммуналку и одежду, ситуации у семей разные. Это закрепление и так существующего зарплатного разрыва, когда женщина снова выходит на работу из-за долгого декрета ее перспективы ниже. Не говорите мне про декретные, я, как мать-одиночка без особого официального трудового стажа, получала 7700 рублей в месяц. Это прямая постановка женщины в зависимость от мужчины, и маткапитал — туда же. А где зависимость — там и неравенство власти и возможностей, а власть — это почти всегда злоупотребления. Возникает и закрепляется неравенство, не партнерские, а вертикальные отношения.
продолжение следует...

Ой. Тут статистика говорит, что пришло прям много новых подписчиков сразу :)
Во-первых, рада вас видеть, располагайтесь ) В закрепе есть информация обо мне и ссылка на оглавление со старыми постами, скоро обновлю его.

А во-вторых, ужасно любопытно откуда и кто вы? :) Поделитесь?

Так!
В связи с неожиданно большим приходом новеньких (и для удобства всех вообще) я обновила Навигацию
Это оглавление канала со ссылками на большинство написанных мною текстов.

Далее, в последнее время я пишу - причем неожиданно для себя самой - большой цикл "Про мужчин (и женщин)". Планировала поста на три, но закопалась в тему по уши, и, думаю, пока не напишу все что у меня накопилось - вряд ли остановлюсь. Ибо накопилось много, а тема огромная и многофакторная. А все нарастающая поляризация и накопление обид что с одной, что с другой стороны дико мне не нравятся. Как и поляризация в принципе.
Поэтому для удобства - вот оглавление отдельно этой опупеи.

Про мужчин (и женщин) - 1
Про мужчин (и женщин) - 2
Про мужчин (и женщин) - 3
Про мужчин (и женщин) — 4. В основном, про рождаемость
Про мужчин (и женщин) — 5. Новости хорошие и плохие.
Про мужчин (и женщин) — 6, часть 1.
Про мужчин (и женщин) — 6, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 1
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 3
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 4
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 1
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 3
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 4
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 5
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 6

И еще вопрос всем. Не устали ли вы от темы? Мне много что есть еще написать, и я таки собираюсь это написать, но у меня есть и другие темы для постов, которыми я могла бы разбавлять историю.

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 3

Итак, у нас есть система, закрепляющая неравенство мужчин и женщин, и ставящая одних в зависимость от других. Конечно, систем таких много, я сейчас про одну конкретную, очень явную и потому наглядную. И, можно, конечно, сказать, что это придумали мужчины в интересах мужчин, но нет.

Если приглядеться, она так же работает против обычных мужчин, как и против женщин, их интересы страдают. Они беднеют, их возможности откладывать и тратить на удовольствия снижаются. Страдает их здоровье, и физическое, и психическое. Растет личный стресс, они часто переживают отчаяние и бессилие . Снижается частота секса, приятных семейных моментов, всей такой необходимой эмоциональной «смазки» в отношениях — задерганным женщинам не до того. Нарастает одиночество. Они теряют так важный им статус. Они, на самом-то деле, тоже становятся слишком уставшими, несчастными... и озлобленными. И та же закономерность — чем изначально меньше было ресурсов — тем сильнее система на них влияет.

Поэтому, если уж называть вещи своими именами, — то нет. Эта система создана скорее группой очень богатых мужчин и в меньшей степени женщин в интересах сохранения их власти и обогащения. И она хорошо работает, чтобы делать бедных еще беднее, а богатых еще богаче.

Бедные люди чаще будут соглашаться на работу на любых условиях и бояться ее потерять. Будут меньше требовать и им можно платить низкие зарплаты. Сложно организовать забастовку, когда часто у семьи нет вообще никаких накоплений, а только кредиты и квартира в ипотеке с маткапиталом, так ведь? На что бастовать будем? Бедные люди до определенной степени — самые лояльные власти и послушные люди.

Но если человек все время испытывает стресс, если ему систематически плохо, его проблемы не решаются — у человека растет агрессия. И ее надо куда-то «сливать». Ему нужны хотя бы психологические затычки. Есть такое народное понятие: «синдром кондуктора». Берем человека униженного, с тяжелой, непрестижной и низкооплачиваемой работой. Но «взамен» даем ему маленькую власть, право оттаптываться на тех, кто и такой власти не имеет. Чувствовать себя возвышенным за счет других, право унижать других, право считать себя лучше других. Громоотвод для чувств, возможность почувствовать удовлетворение унижая других. Есть еще одно присловье: «если ты хочешь, чтобы твой раб не роптал — дай ему его собственного раба». Ровно это происходит повсеместно и на всех уровнях. На уровне женско-мужских, а еще и женско-детских отношений порою тоже.

И это очень удобно для властей. Задача сводится к тому, чтобы все время переключать внимание людей с реальных причин их несчастий на поиск тех, кто «виноват» в их проблемах. И давать легальное право «оттаптываться». И подбрасывать удобных кандидатов на эту роль. ЛГБТ, либералы, НАТО, «Гейропа», мигранты... женщины, мужчины. Семейное насилие и насилие вообще не то что декриминализовано, оно прямо поощряется. Главное, чтобы оно не шло «наверх». Чтобы группы людей не объединялись, не договаривались и не начинали сами решать свои проблемы, отстаивать какие-то там свои права. Политика «разделяй и властвуй, назначай козлов отпущения». И начинается она с семьи.

Мы имеем системную проблему, и кто как, а я вижу усилия властей по закреплению статус кво. Решаться же, по идее, она должна на уровне системы же. Долго, дорого, выстраивая определенные институты фактически с нуля. Власть явно в этом не заинтересована, делиться придется, что-то по-настоящему делать, а не кидать кости. А еще и постоянно объяснять людям, что счастливое «завтра» не наступит ни через год, ни через пять, нужны десятилетия. Самим людям объединяться в сообщества, способные решать эти проблемы самостоятельно на уровне самоуправления, те же власти хронически не дают, причем очень разными способами.

Но тема заявлена про детство, а не про политику, и я вернусь к детям. Потому что именно дети находятся в самом низу иерархии. Истинно зависимые, бесправные, безгласные. И при этом — именно они будущие взрослые, жены, мужья, граждане. Женщины и мужчины, сюрприз, вырастают именно из детей.
⬇️

⬆️
Дети так-то выглядят сейчас прямо священной коровой, что вы! Об их чувствах и хрупкой детской психике изо всех сил заботятся, не дай бог дети узнают о нормальности гомосексуальности и сразу «поголубеют», надо запретить. Безопасного секса — о Боже, случится ужасная травма, давайте просто ограничим доступ к информации. Детская жизнь бесценна — кричат они, и довольно успешно пытаются запретить аборты и ограничить доступ к контрацепции. Детям нужно материнское внимание, а не садики, ок, матерей запирают с детьми на три года. Мы должны стимулировать рождаемость, окей, давайте введем систему материнского капитала и семейной ипотеки, чтобы родители, неважно, насколько они задолбаются друг об друга за следующие 18 лет, ни в коем случае не развелись, и ненавидели друг друга и детей под одной крышей! Мы должны воспитывать детей в патриотическом духе — и матери одевают ребенка на детский утренник в военную форму... Защитой интересов детей сейчас объясняется любая фигня.

Но в какой атмосфере дети растут по-настоящему? Заботы, внимания к их нуждам, уважительных разговоров с ними? Поощрения разумной самостоятельности при этом с проведением и поддержанием разумных запретов и границ же? Отношения к ним как к маленьким человекам, валидации их чувств и вот это все? Щаз. Так растут только дети ресурсных и умных родителей, которых на детей «хватает».

Остальные — как придется, и тем им хуже, чем хуже их отцам и мамам.

И для начала я поговорю на «запретную» тему. Когда я слышу о том, что в отличие от отцов, матери никогда не бросают своих детей, и делают все ради них, я нервно хихикаю. Каждый третий-четвертый мой клиент в детстве был сослан к бабушке, а иногда и отправлен в ясли полной недели. Это когда ребенок с полутора лет проводит в яслях 5 дней, и только на выходные его забирают домой. Часто это были дети из полных семей с работающими отцами, решение было материнским. Матери могут быть очень жестокими. Я видела пару раз именно мужские спины с очень тонкими поперечными шрамами, оставшимися от ремня. Наказывали матери. Матери прекрасно умеют орать, унижать, называть детей дебилами, уродами и тварями. Матери вполне могут чувствовать огромное удовлетворение и наслаждаться своей властью, оттаптываясь на ребенке.

Матери могут не любить, и даже ненавидеть своих детей. Иногда больше мальчиков, потому что те — мальчики, и конечно же они вырастут непременно такими же моральными уродами как и «все мужчины». Иногда больше девочек, потому что видят в девочках отражение их самих, потому что более послушную и безгласную девочку можно безнаказанно шпынять, потому что неосознанно завидуют дочери, что у нее есть больше, чем было у нее самой. Матери могут невероятно баловать детей, возносить их на пьедестал, делать за них все, попу до семи лет подтирать. И иногда больше мальчиков, а иногда девочек. И иногда в одной семье, на глазах сестры или брата.

Матери много чего могут. Выставлять из дома, запирать в темноте в кладовке, возить лицом по столу. Молча отворачиваться, когда руку или голос поднимает отец, ну да, потому что сами того отца боятся. Перекладывать ответственность за свои срывы на ребенка — это ты меня довел, это ты плохой, это ты виноват. Использовать детей как конфидентов, жаловаться детям на их пап, рассказывая им какие они плохие, посвящать в детали своей сексуальной жизни. Разлучать детей с отцами в случае развода, иногда — с отцами, которые хотели бы сохранить связь с ребенком. Не все отцы ужасны как отцы. А ребенок обычно очень любит обоих родителей — любыми.

Многие дети, а среди них половина мальчиков, растут в очень насильственной среде, где насильниками, в том числе, выступают их собственные матери. И да, конечно же, чаще всего это следствие колоссального материнского стресса и общего неблагополучия, собственных детских травм и отсутствия помощи и поддержки. Но все это не происходит только из-за того, что мужчины такие плохие, и не берут на себя «свою половину». В значительной степени причины те же: рост бедности, инфляция, дефицит жилья, кризисы, личные травмы, общая нестабильность, длящаяся годами.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 4

В общем, закономерность очень простая. Чем хуже родителям, тем хуже детям, тем чаще к ним относятся объектно.
Тем чаще они сталкиваются в своих семьях с самого разного рода насилием и унижением, тем меньше они получают внимания, порой — абсолютно любого внимания, не только позитивного, не только к ним как к маленьким личностям. Для ребенка родительское внимание настолько ценный ресурс, что многие дети согласны на любое, уж пусть лучше наорут, но заметят. Проблемное поведение детей практически всегда индикатор их неблагополучия.

Так же верно утверждение, что чем выше образование и доходы родителей, чем больше у них тех самых ресурсов, тем менее «патриархально» и привязано к гендерным ролям воспитывают они детей. Вот только бедных людей все еще огромное количество, и оно только растет, а чем беднее группа — тем «традиционней» будет воспитание.

И это общая проблема и для девочек, и для мальчиков. Но есть и... хм, так скажем, гендерная специфика страдания. И почесав как следует в затылке, прихожу я к выводу что в общем по больнице негативные последствия стрессового воспитания для развития психики мальчиков в общем случае бОльшие, чем у девочек.

Такая примерно общеизвестная вещь. Эмоции, эмоциональный интеллект, и связанные с этим способности к сопереживанию, состраданию. Как следствие лучшая чувствительность к самому себе и лучшее распознание того, что со мной самим происходит — а, следовательно, и способность относительно вовремя о себе позаботиться.

Женская социализация предполагает разговоры о чувствах с девочками «по умолчанию». С девочками, начиная с самого раннего возраста, гораздо чаще говорят о чувствах. Классические девочковые игрушки — куклы, играя в которые девочка и утешает, и спать укладывает, и кормит, и ругает. Девочкам можно плакать, девочкам можно бояться, можно просить о помощи, девочек поощряют проявлять эмпатию. Девочек в принципе лучше учат регулировать их чувства. С девочками, блин, чуть-чуть, но больше разговаривают (на 10-15% больше слов и реплик в сторону дочерей со стороны матерей, у отцов разницы почти нет).

Мужская... ну мы знаем. Не плачь, не бойся, будь мужиком, поощрение агрессии и риска. Машинки, конструкторы, соревновательные игры, игрушечное оружие. Мальчиков, порой с колыбели, учат подавлять их чувства. При этом, есть двойной стандарт воспитания — если мальчик таки выражает свои чувства бурно, особенно агрессию — это считается допустимым и не наказывается, как у девочек. А иногда это даже и поощряется. Фактически, единственным легальным чувством для парня остается агрессия, проявление всех остальных блокируется толстенным слоем стыда. Ну, может, радоваться и «быть позитивным» легально, но, желательно только в случае достижения тобой успеха или получения выигрыша. В итоге эмоциональный диапазон становится очень узким, а за вспышкой мужской агрессии может стоять какое угодно чувство, которое при этом мужчина в принципе не распознает. Страх. Обида. Боль. Потребность во внимании. Крик о помощи. Что угодно. И да, видеть со стороны это в исполнении взрослого мужчины очень страшно.

Если мы возьмем список расстройств личности, и посмотрим, кто каким страдает чаще, то увидим что резко чаще у мужчин встречается антисоциальное расстройство , и значимо чаще — нарциссическое, параноидное, шизоидное, шизотипическое и обсессивно-компульсивное. У женщин пальма первенства по гистрионному и зависимому, избегающее без значимых различий, ПРЛ — поровну у обеих групп, но женщины чаще обращаются за помощью. Так же женщины более тревожны и депрессивны. И я так скажу, что терапии «мужские» расстройства поддаются куда хуже, или даже «почти не поддаются», в отличие от «женских» и «общих».
⬇️

⬆️
И еще раз напомню закономерность. Чем беднее группа — тем патриархальнее воспитание, и тем выше вероятность того, что воспитанием ребенка занимается преимущественно женщина, а отец... отец «где-то». Неважно где, реально ли впахивает с утра до ночи, сидит ли перед телеком, бухает и орет, просто отсутствует, он задает тем самым ребенку-мальчику вполне определенную модель: «что должен делать мужчина». И хорошо еще, если это про пахать и обеспечивать. Женщины же, воспитывая детей, вполне себе воспроизводят «патриархальные» модели, хотя, казалось бы, это совершенно не в интересах женщин.

Еще одна штука. Навскидку, сферы коммуникации детей-родителей крутятся вокруг: совместной игры, свободного общения на любые темы, поощрения к учебе и обучения полезным навыкам. В ситуации нехватки ресурсов и стресса, конечно же, у обоих групп вылетает в первую очередь совместная игра. Что ужасно, поскольку игра для ребенка является основным способом обучения, развития и построения навыков коммуникации, но вот так. «Хорошо учиться» поощряют и мальчиков и девочек — учеба вполне считается инвестицией в будущее детей, родители хотят, чтоб их дети жили лучше и думают о том, что в старости их будут содержать дети. Поощряют, конечно, кто как, кто наскребает на репетиторов или сам садится рядом за учебники, а кто лупит ремнем за «двойки».

А вот с общей коммуникацией и обучением полезным навыкам наблюдается забавная история. У девочек все остается примерно без изменений. Мамы, как правило, по прежнему учат их помогать по хозяйству, всем «полезным женским навыкам». Вокруг обучения в любом случае строится хоть какая-то коммуникация в любом случае. Даже если «просто поговорить» с девочкой маме тоже некогда, не хочется, неинтересно, не считает нужным — вокруг стирки и готовки какое-то общение будет по любому.

А вот обучение мальчиков «полезным мужским навыкам» проваливается в никуда, особенно в условиях крупных городов. Еще лет тридцать назад вокруг меня повсеместно ожидалось, что практически любой мужчина должен уметь в мелкий ремонт, многие своими руками ремонтировали и пересобирали машины, точно могли вскопать огород и построить дачный туалет. А то и дом. Обучали этому мальчиков именно отцы.

Но огородов и стройки в города как-то не подвезли, своя дача это прям роскошь. Современная бытовая техника и автомобили напичканы электроникой, причем у каждого производителя еще и «свои» платы, на рынке не купишь. Своими руками не всякий кулибин ремонт осилит. Мелкий домашний ремонт, замок там вставить, петли дверные подтянуть... во-первых, для начала он нужен редко. Во-вторых, порой правда дешевле вызвать мастера, чем ковыряться самому. Не знаю как сейчас, а какое-то время назад сантехники-электрики из ЖКХ приходили вполне бесплатно и оперативно, во всяком случае в Москве. Традиционно мужская бытовая сфера отвалилась, следовательно мальчиков всему этому отцы чаще просто не учат — незачем. А раз не учат — то и коммуницируют реже.

Вывод? Мальчик получает меньше «отражения» самого себя, и его коммуникация с родителями в значительно большей степени касается его успехов и достижений, а не того, каков он сам по себе или как взаимодействовать с другими и как их учитывать. Риск вырасти внутренне «пустыми» у парней выше, и да, это отличная заявка на нарциссическое и антисоциальное. Наполнение и связность тех самых «модулей» из которых состоит наше Я, будет, скорее всего, беднее чем у девочек. Мальчик действительно гораздо меньше умеет делать руками. Мальчик имеет эмоциональный диапазон бревна, и выражает все свои чувства в основном через агрессию. Мальчик чаще страдает от одиночества — и понятия не имеет что с ним делать. Вероятность того, что мальчик будет воспринимать себя и окружающих как объекты, и относиться к себе и другим строго функционально, выше чем у девочек.

Так же, вполне вероятно, что этот мальчик будет считать своей мужской обязанностью украшать собою дом, а если сильно не повезло с мамой — то еще и очень бояться, а то и ненавидеть женщин. Выглядит, да и является, довольно страшненькой историей. Виноват ли в этом мальчик?
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 5

Ну и, заканчивая тему «как детский опыт влияет на то, какими взрослыми мы станем» я не могу обойти вниманием тему среды. Она невероятно важна в любом случае, мы не живем изолированными внутри своих семей, а ходим в детские садики и школы, общаемся со сверстниками, читаем книги/соцсети или смотрим телевизор/ютуб/тикток. И тот нарратив, те знания, тот опыт коммуникации, которые мы получаем от среды, определяют нас чуть ли не больше, чем родительское воспитание. И даже так — тем больше, чем меньше внимания мы получаем в семье.

И очень важный вопрос: какая среда окружала, окружает и будет окружать большинство взрослеющих мальчиков и девочек? Давала ли она помощь и поддержку или была насильственной, поддерживала гендерные стереотипы или смягчала их, чему способствовала. Какие именно знания какие именно учителя дают в школе? Что именно показывают по телевизору? Какие ценности у друзей-приятелей?

И если мальчика окружает компания гопников, смачно ржущая про секс, «телок», романтизирующая криминал и употребление, где принято все вопросы выяснять дракой... Компания, которая с огромным удовольствием сожрет тебя с маслом, если ты попробуешь отклониться от ее «нормы», и, например, будешь протестовать против обесценивающих и оскорбительных эпитетов в сторону женщин. То, собственно, каким он вырастет?

Подростки, пожалуй самые жесткие «цензоры нормы», гендерной в том числе. И весь мой опыт говорит, что именно сверстники устраивают самый лютый буллинг другим своим сверстникам, которые слишком отклоняются в ту или другую сторону. Слишком феминным мальчикам, слишком маскулинным девочкам, слишком толстым, слишком умным, слишком каким угодно не таким.

Но если раньше мы могли хотя бы более менее связать наполнение этой среды с социальным слоем, уровнем дохода, местом жительства, то сейчас массово все большее и большее влияние начинает оказывать новый и не очень предсказуемый средовой фактор. ТикТок, Ютуб, VK, Фэйсбук, ИИ-боты и так далее, и тому подобное. Смартфон с доступом в интернет стал практически повсеместным явлением, подростковая социализация массово смещается в соцсети, мессенджеры и просмотр контента. И это мир, который родители толком никак не контролируют, и «просто отобрать смартфон» не поможет. Да и чем будет заниматься ребенок, если у него действительно отобрать гаджет?

Средний подросток в России проводит в смартфоне 6.5 часов в день, длительность использования смартфона при этом возрастает у более бедных групп, сокращается у богатых. Почти вся социализация и общение «с улицы» ушли в туда, в маленький экранчик.

И многих взрослых это полностью устраивает, пока ребенок там, в своем мире — он невидим, неслышим, не отсвечивает, не мешает, не отвлекает. Он при этом вроде как дома, вроде как «под присмотром», с плохими компаниями не гуляет, за жизнь можно не опасаться. Но вот чем ребенок занят на самом деле? Что он обсуждает со сверстниками? Что читает и про что смотрит свои тиктоки? Какие влюбленности, драмы и трагедии у него разворачиваются? И не ищет ли сейчас, часом, тихий умница сын, где купить наркотики — за закладкой недолго выбежать? Подросток получает море информации, следовательно, он учится. И многое из того, чему он учится — далеко не безопасно и очень далеко от того, чему его хотели бы научить родители.

Есть очевидные вещи. Достоверность появляющихся в выдаче материалов не контролируется никем и никак, следовательно, подростки часто получают неверную и искаженную информацию, которой при этом доверяют куда больше, чем тому, что говорят родители. А она касается часто принципиально важных вопросов: контрацепции, безопасного секса, отношений полов, здоровья вообще, принципов ведения бюджета, построения карьеры, отношений с едой и телом. Всего того, о чем они не могут безопасно поговорить с родителями, не опасаясь отвержения, критики и наказаний.
⬇️

⬆️
И часть того, что он может получить — прекрасна. Грамотный секспросвет, группы «своих», особенно важные для дискриминируемых групп, возможность выговориться и проораться, разный там психо-селфхэлп. Много вполне внятных онлайн-уроков на любой вкус и цвет, если формируется профессиональный интерес. Но на те же темы полно откровенной помойки и мифов, и сколько на один внятный рилз с проверенными фактами приходится мемов и самопальных лайфхаков — я не знаю. И чему подросток выберет верить, тому ли, что «презик» необходим, или тому, что ну его нафиг, потому что вооон тот инфлюэнсер так сказал — я не знаю. Люди порой так искренне верят в такую дичь, просто потому что «одна баба так сказала», что никакие ссылки, цитаты на исследования, просто даже тыкание носом в реальность не способны потом разубедить.

Какие темы чаще всего интересуют подростков, особенно из бедных семей? Секс, отношения, мода, внешность — само собой. Разнообразные игрушки — условно бесплатное развлечение и способ «дешево поднять статус». Денег на моды и апгрейды правда сливается суммарно огромное количество, но это уж так устроено. Лайфхаки на все случаи жизни. Разнообразное про учебу. И, особенно, все что обещает быстрые способы «поднять денег». Контент, обещающий немедленную выгоду или решение иной проблемы, вызывает у подростков из бедных семей максимум внимания и становится самым кликабельным. В общем все вполне понятно: «как бесплатно развлечься и чувствовать себя крутым и таким-как-все», и «как выжить и заработать, желательно не прикладывая много усилий». Огромный простор для мошенничества и дезинформации всех мастей. Количество возможных побочек, думаю, можете представить себе сами.

Использование смартфона сильно влияет на сами особенности психики человека, закрепляется «клиповое мышление» и стремление к «быстрому поиску удовольствия». В итоге страдает внимание как таковое, пропадает сама способность читать длинные тексты/смотреть длинные видео, долго вникать в задачи и сосредотачиваться на одной. В итоге может страдать способность выстраивать долгосрочные стратегии и откладывать сиюминутное удовольствие ради долгосрочного длительного вознаграждения. Не у всех, не всегда, есть способы смягчить эти эффекты, и сам по себе смартфон это не конец света, но опять же, подростков надо «цифровой гигиене» учить, раз уж это наша новая реальность. И не только подростков — детей тоже. Но кто это будет делать, особенно учитывая собственную безграмотность в этом вопросе старших поколений?

Запрещать — бесполезно. Цензура? Все не зацензурируешь, запретный плод сладок, очень многие запреты можно обойти. Не говоря уже о том, что вроде как цензурой интернета заняты в основном авторитарные государства и они-то как раз пускают под нож в основном все умное, доброе, вечное. По сути подростков надо обучать. Критичному мышлению, фактчекингу, выбору информации, «как понять что это фэйк». По сути надо идти к ним, на их площадку, говорить с ними на понятном им языке 60-секундного вертикального кликбейтного ролика — если уж хотим влиять. Использовать те же механизмы и те же стратегии, но это сложно, и куда проще обвинять, запрещать, пилить — и ничего не делать.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 6

Но есть вещь, как по мне куда более страшная, и что именно делать с ней мне, по большому счету, совершенно непонятно, кроме как опять «в корне менять систему». Это пресловутые «алгоритмы выдачи», формирующие информационные пузыри. Стоит два-три раза кликнуть на одну какую-то тему — и эти самые алгоритмы выдачи раз за разом начнут подсовывать соответствующий контент. И не подсовывать — альтернативный.

Обиделся на маму, или девушку, да мог и не обижаться... Тот же ютуб сам с удовольствием определит, что ты подросток-мальчик и подкинет тебе мизогинный ролик 13+ с миллионом лайков. И все, вполне возможно, дальше ты будешь читать про то, какие бабы суки по все расширяющейся спирали, потом попадешь в радикализованную среду, где все вокруг будут чесать твои обидки... И это будет формировать тебя, поляризовать, закрепляя и обостряя тенденции. Даже если изначально ты этого не желал, а обида завтра бы прошла. Я немного упрощаю, но близко к тому.

И есть большое отличие от наших «прошлых» пузырей из реальности. Они повсеместны и в них легко попасть. Даже в маленьком рабочем городке думающие родители могли тупо не выпускать ребенка на улицу и обложить его хорошими книгами, и я знаю немало чудесных людей, таким образом вышедших из очень неблагоприятной среды. Сейчас — в целом никакая принадлежность к «хорошему среднему классу» из «хорошего города» теперь не является защитой ребенка от погружения в совсем не тот информационный пузырь, в котором родители хотели бы, что бы ребенок рос. Раньше условному мальчику из «хорошей семьи» непросто было вписаться в компанию гопников, даже если бы он хотел. От одиночества, желания пообщаться почувствовать себя своим, крутым. Теперь внешний барьер: он чужак, оттолкнем его сами - исчез.

Ладно подростки. По свежим следам — вчера Вадиму в садике разбил голову мальчик Даня. Дане 5 лет, Даня ходит в наш очень хороший платный садик. У него кружки: бассейн, шахматы, родители очень стараются им заниматься, оба! — когда у них находится время, потому что оба тяжело работают в сменном графике. Папа вечно в командировках и неделями его нет дома, он пилот, мама работает трое суток через двое, в остальное время за ним присматривает обожающая внука бабушка, позволяющая внуку все, что родители запретили. Мама Дани, увидев запись с камер: прицельный размашистый удар по голове ничего не подозревающему Вадиму, — не смогла сдержать слез. «Разве этому мы тебя учим?»

А еще Даня смотрит рилзы, в которых под закадровый ржач персонажи лупят друг друга по голове, свидетельство его мамы. Мама забирает телефон — бабушка втихаря дает телефон обратно. А еще Даню могут побить во дворе другие мальчики, и родители учат «давать сдачи», но, кажется, совсем не говорят с этими мальчиками и их родителями сами. А еще на глазах Дани бьют его двоюродного брата. Даня может даже ничего плохого не хотел, ему просто было прикольно. У него, похоже, тоже СДВГ и явно сниженная эмпатия. А у моего сына разбита голова. Что делать с Даней не сильно понятно, стоит вопрос об отчислении из садика. Для меня это будет облегчением, Дане навредит.

Принцип таков — чтобы заработать, ты должен создавать максимально просматриваемый контент, причем за минимальную единицу времени. А это значит — он должен привлекать внимание, быть эмоционально острым, давить на больное, вызывать чувства. Быть «залипательным», прикольным, цепляющим, ужасающим, каким угодно, лишь бы смотрели.

Каждый создатель контента решает эту задачу как может, ничто не запрещено, и часто это выкручивание на максимум стереотипов, откровенно ужасные, «кринжовые» как сейчас говорят сюжеты, провокативные, истеричные, жестокие и даже отвратительные. Это эксплуатация нашей лимбической системы по сути — да, это привлекает наше внимание. И одновременно вызывает привыкание и размывает границы нормы. Закрепляет стереотип - «они все такие», вот неважно кто, все мужчины, все женщины, все американцы... Говорит — все, табу снято, смотрите как это прикольно лупить друг друга по голове!
⬇️

⬆️
Условный блогер зарабатывает денежку на своем контенте, процент идет платформе, сверхприбыли получают владельцы платформы, система действует. Нет, действует не в интересах мужчин. А в интересах владельцев этих платформ, которым абсолютно пофиг на этику, общественные нормы, убьет ли кто-то кого-то после просмотра их контента или нет. Просто маркетинг, ничего личного. Потребители контента проигрывают, неважно, дети, подростки, взрослые, мужчины, женщины. Они тратят время на дешевый дофамин, они тратят огромное количество денег на статусные приблуды ли, или так по мелочи. Они меняются, они теряют человечность.

Они попадают в информационные пузыри, у каждого свой. Как мальчик Даня, пятилетний приколист, которому нравиться ржать над тем, как одни бьют других, и тогда он сам может не чувствовать себя маленьким и слабым мальчиком, которого могут побить другие. Алгоритмы не будут подсовывать ему каких-нибудь Смешариков или Ми-ми-мишек, они будут подсовывать ему то, что Дане нравится смотреть. И формировать Даню.

Алгоритм устроен так, чтобы подсовывать самое «кликбейтное», просматриваемое. Но что наберет больше лайков — откровенный «кринж» или разумное-доброе-вечное в исполнении пусть даже того же Бутрия? Он тут запустил чудесное шоу для детей, кстати, «Не слипнется» называется.

Все очень радикализуются, в том числе и потому что раз за разом читают и смотрят на разные лады одно и то же. И забывают что есть альтернативный мир. Мир где есть добрые и внимательные - не идеальные, да, но вполне нормальные мужчины. И мир в котором мужчины уважают женщин. Мир доброты. Мир уважения и благодарности. В конце концов мир тяжелого, но благодарного труда, а не сиюминутного успеха. Мир нормы. И этот мир к моему ужасу начинает сокращаться. Проигрывают все, кроме тех, кто получает деньги.

Алгоритмы не знают слов: толерантность, этика, уважение, доброта, благодарность. Алгоритмы поднимают в топ клик-бейт, а это — и это вполне объяснимо - «шок-контент». Секс. Насилие. Статус. Что то, что вызывает отвращение — но ты смотришь на него завороженно и не можешь оторваться. Это продает. Это продает — и закрепляет в голове - «это норма, так можно, так нужно». Это становится частью тебя. Это... растлевает.

И я абсолютно не удивлена, что именно более агрессивные и менее эмпатичные мужчины в первую очередь подсаживаются на самую отборную дрянь. И несут ее дальше, и заражают других. Да, они проигрывают этим в конкуренции за секс, семью, детей, даже хорошую работу, но уже не это важно.

А мы... ужасаемся и начинаем обороняться, вот только любимая генерализация про «всех мужчин вообще» летит во всех мужчин вообще. Обостряя поляризацию. Заставляя вставать в защитную позу в том числе и вполне нормальных мужчин. Которые «мы добрые, мы хорошие, мы девчонок всегда поддержим и не обидим, а можно нас как-нибудь заметить?». Мы, почему-то, не выделяем их в отдельную группу, когда пишем о мужских прегрешениях, не рассказываем про них, не ставим их в пример, а они есть — точно так же как есть весьма... насильственные, циничные и жестокие женщины, которых действительно не интересует в мужчине ничего, кроме его кошелька и квартиры.

Дивный новый мир, к которому мы не успеваем приспособиться. Новая среда, которая может обогащать — и разрушать, но устроена она так что бы обогащать одних, разрушая других. Очень многое зависит от того, в какой пузырь человек попал изначально, научили ли его фильтровать контент, анализировать и сравнивать информацию, какая база заложена. Потому что иначе его базу создаст контент. И любую новую входящую информацию такой человек будет преломлять сообразно тому, каков он стал сам. Вполне нормальная и объяснимая история — если новая входящая информация угрожает уже сформированной и одобряемой твоей группой идентичности — нафиг такую информацию. Даже если она правдива, а то, на что опираешься ты, дичь и ложь. Это дико обостряет поляризацию.
продолжение следует, но после перерыва на "общие" темы :)