⬆️
И опять мы тут можем пробовать выбирать конкурентные стратегии и пробовать добиваться своего силой и критикой, что, в общем, только обостряет поляризацию и ни к чему хорошему не ведет, или методично и упорно поддерживать стратегии сотрудничества. Дилемма заключенного и мнение Сапольски как бы намекают на то, что только это и приведет к результату. Причем - не быстро.

В странах с максимальной включенностью отцов успешно работают следующие системы: а) добровольно-принудительная система мужского отпуска по уходу за ребенком. У каждого родителя есть фиксированное количество недель декрета, и они непередаваемы друг другу. Не возьмешь — сгорят, а супруге дополнительных никто не даст, ребенок значительно раньше пойдет в ясли, ну или жене придется уйти с работы, и они с ребенком «повиснут» на отце. Экономически невыгодно, больше 70% отцов берут б) развитая система яслей, и малыши реально идут в них в конце оплачиваемого отпуска родителей, как правило в возрасте 10-18 месяцев. Очередей практически нет, полная заполняемость групп в) социальная реклама отцовства. Те самые маскулинные подтянутые бородатые слингопапы со счастливыми улыбками на губах. Работает.

То есть то самое «так или никак» + конфетка. И, увы, поддержка системы государством, или, хотя бы, отсутствие искуственных препятствий, поскольку опыт России говорит о том, что если система заточена на обратное... ну так она и будет работать. Просто, видимо, есть страны желающие разгрузить «платежные ведомости», а есть наш, одинокий и гордый, путь в никуда. Что вполне допустимо, если государству настолько плевать на жизнь и благополучие своих граждан, как нашему, сдохли - и ладно.

Следующие плохие новости. Чем старше мы становимся, тем сложнее нам меняться и тем более консервативными и ностальгирующими мы становимся. Особенно с возраста «за 50». Плюс к этому — существует этакое «импритинг-окно» — ценности и политические события юности «цементируют» ценности и идеологию молодых людей, с возрастом эти убеждения могут ослабеть, но обычно не меняются. Что было хорошо в нашей молодости — то и хорошо «по умолчанию». Меня можно палкой бить и приводить любые аргументы, но я останусь в целом человеком приверженным гуманистическим, скорее леволиберальным и демократическим ценностям. При том что я да, замечаю в том числе плюсы консервативных и правых моделей, они там есть. И я уже начинаю замечать за собой склонность к большей стабильности, взвешенности и определенный рост собственной консервативности.

Вывод таков — наши мужчины-сверстники очень ограниченно способны двигаться в своих представлениях о прекрасном, впрочем как и мы сами. Они способны, да, особенно если этот сдвиг положительно подкрепляется, но маловероятно, что среднестатистический мальчик воспитанный в твердом убеждении что «все по дому должна делать женщина» сможет взять на себя сильно больше, чем условное «приготовить обед, оставив в после себя немытую посуду, иногда погулять с ребенком и время от времени делать вместе домашку». И да, будет считать себя героем и «хорошим отцом». И таки да, относительно своего отца - он скорее всего правда молодец. Но его сын, скорее всего, будет способен на большее.

Так что непрошеный совет, не дающий гарантий, но обозначающий тенденцию. Посмотрите как в бытовых делах участвует потенциальный свекр и расспросите свекровь о том, сколько ей в детстве по дому помогал потенциальный муж. Бывает и что «все наоборот», и ничего не помогает, но шансы в целом повышает.

Второй хреновый вывод... мы перестали вовремя умирать, простите. И нами правят очень старые, очень ностальгирующие, очень консервативные мужчины, чьи представления о прекрасном устарели даже не на одно и не на два поколения. И они, порой довольно успешно, пытаются заново воспроизвести модели их молодости, используя всю свою огромную власть и все современные инструменты влияния. Вот только для современного мира эти модели абсолютно непригодны. Как выразился один мой знакомый: "конец первой четверти XXI века отметился внезапной массовой утратой гражданами по всему миру чувства базовой безопасности"
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 6, часть 1.
У меня есть недостаток - писать длинно и много. Этот текст из двух частей, сегодня первая.

И эти престарелые мужчины не пришли бы к власти, если бы не существовало большой группы людей, проблемы которых хронически не решаются и интересам которых их риторика отвечает. Если бы в последние 20 лет к власти в 3 раза чаще не приходили популисты, чем за 20 предшествующих лет. Почему так — тема отдельного поста.

Беда в том, что популисты не решают проблемы, которые обещают решить, принимают «популярные», но лишь ухудшающие положение дел законы, которые лишь усугубляют и расшатывают ситуацию, а так же сами демократические институты. И экономику после них, как правило, приходится восстанавливать еще долго. Очень просто — обвинить во всех проблемах предыдущее правительство, найти внутренних и внешних врагов, погарцевать на лихом коне, принять пачку ограничительных законов — и перекинуть нерешенные проблемы следующему правительству, как горячую картошку. А в российских реалиях можно и не перекидывать Вот только проблемы копятся.

Мир меняется слишком быстро, и люди не успевают адаптироваться к изменениям.

Есть проблемы большинства, и если у большинства — большие проблемы, то, как-то по идее, надо решать их в первую очередь, иначе проблемы будут у всех. Решатся они — как минимум часть проблем меньшинств снимется автоматически, обострятся они — будет кризис, что мы, собственно, сейчас и имеем.

Главные и самые серьезные вызовы сейчас — экономические. Они, в целом, общие для всех, мы все стали беднее. Прогресс рванул так, что никто, наверное, не может быть уже уверен, что не останется завтра без профессии и источника дохода, а кризисы фигачат один за другим. Стоимость жизни очень выросла и постоянно растет.

Одна из очень больших проблем — потеря рабочих мест «синими воротничками», рабочими заводов, в основном не очень образованными мужчинами — производства «уехали» в страны второго-третьего мира, где рабочим можно платить поменьше, да и в целом профессии поменялись, другие требования. Где-то на замену пришли технологии, где-то «бизнес, ничего личного», где-то... в России...

Массовая остановка промышленности привела к массовой же безработице, и обнищанию целых городов, выросших когда-то вокруг производств. Большому количеству привыкших как минимум достойно зарабатывать мужиков стало негде работать. Иногда это правда — негде. Закрылся завод — и все, степь да степь кругом, другого работающего завода рядом нет, да и не рядом тоже. Иногда «просто» резкое падение зарплаты и ее регулярные задержки. Можно, конечно, срываться «в Москву на заработки» и пахать там грузчиком или таксистом, конкурируя с мигрантами, «по дефолту» согласными на меньшую оплату труда. А был квалифицированный уважаемый специалист, мастер цеха. А жилье? А все начинать по новой, а снова за парту? А на что за парту-то? А получится ли? А куда?

Всем уходить в частный бизнес, платить криминалу и откаты власти? Пробовали, великий «снос ларьков» по всей Москве произошел на моей памяти, мелкий бизнес подминают под себя корпорации. Всем в айтишники? Не все могут, это профессия с высоким порогом входа, да и айтишникам ИИ на пятки наступает. А кем еще? Очень у многих мужчин в России карьерные перспективы в их городах — только в структуре ФСИН. Ну или в армию на контракт. На Западе лучше, но тоже масса проблем, в целом очень похожих.

Не все мужчины, надо отдать им должное, сдаются и начинают пить горькую, в итоге огромный отток населения из небольших городов в мегаполисы, которые «нерезиновые», в которых критический дефицит жилья с его огромной стоимостью, падение по зарплатам и доходам, падение статуса, потеря идентичности, потеря смысла. Проблема продолжается не первое десятилетие, выросло уже новое поколение мужчин, которых это тоже затрагивает. У них новая проблема - они выросли в бедности и безысходности, им некуда себя приложить, а пахать они и не умели никогда. Но они воспитаны в парадигме «раньше было лучше». Нет, не в том раньше, когда пахали от зари до зари, но когда мужиков - уважали!
⬇️

⬆️
В России — развал СССР и 90е, на Западе — рванувшие технологии и опять же слом традиционной системы занятости, глобализация та же, экономические кризисы. Это очень сильно ударило — и продолжает бить — в первую очередь по мужчинам, особенно - рабочим. Но и квалифицированных специалистов она тоже глубоко затрагивает. Почему не так сильно женщин? Во-первых, все эти кризисы и технологическая перестройка гораздо меньше затронули «традиционно женские» сферы занятости — учителя, медсестры, кассирши нужны всегда. Во-вторых, женщинам оказалось проще перестроиться. В этом нам (им) помогло и умение объединяться и просить помощи, поддержка подруг, и согласие идти на менее квалифицированные работы и соглашаться на снижение зарплаты. Не от хорошей жизни, но нас к этому приучали веками — терпеть, соглашаться с более низким статусом, идти на компромиссы, выкручиваться, вести бюджет. Плюс — тут играет роль и тот самый тестостерон, более низкий у женщин. Здесь женская социализация и особенности оказались более адаптивными. Не то, что б меня и всех этих женщин это радовало — но тут помогло. И то..

Моя мама, инженер-конструктор, а по сути программист тех еще, первых ЭВМ, в 90-е ушла с предприятия где работала, на посменную работу техника-вахтера. Там платили вовремя и чуть ли не больше чем инженеру. А занималась мама проектированием самолетных двигателей... И ей было плохо. Очень плохо. Она потеряла свою профессиональную идентичность, свой статус, профессиональную гордость, она не смогла зарабатывать там и тем, в чем была успешна, чему много лет училась в отличном вузе — и пошла на неквалифицированную работу. Она так и не смогла восстановить свой квалифицированный статус позже. И это ее трагедия, сейчас ей за 60 и да, она ностальгирует по временам СССР. Если б все было стабильно — она долго работала бы тем кем хотела, была уважаема и успешна, получила б от государства квартиру...

Моя история. До кризиса 2008 года я работала в глянце фоторедактором и имела диплом психфака МГУ впридачу. У меня была ооочень достойная зарплата для 24-х лет — 1500 баксов по тому курсу. Копить и обращаться с деньгами я не умела. А потом я в одночасье потеряла все, в журналистике увольняли людей пачками. Работы просто не было. В нашей редакции закрылось 12 журналов из 13. И я пошла коноводом на Раменский ипподром, месить навоз и грязь новенькими сапожками Ecco. 6 дней в неделю, по 11-12 часов в день, за 100 баксов в месяц «новыми» деньгами.

Мне было... больно. Обидно. Безысходно и отчаянно. И невыносимо стыдно. Я не видела выхода, я не находила себе приложения, ни себе, ни своему диплому. Моей профессии, по сути, не стало, ровно в это время массово появились смартфоны и мобильный интернет, глянец ушел в прошлое. Диплом давал образование, а не профессию. Сейчас я понимаю, что я не использовала кучу возможностей, которые, теоретически, могла - но тогда мне искренне казалось что выхода просто нет. Я была еще очень молода и не то чтобы у меня была какая-то поддержка и ресурсы. Я думаю, у меня была депрессия, хз, я тогда к психиатрам и терапевтам не ходила. Зарабатывала б чуть больше — может и запила бы, на ипподроме бухали почти все, больше или меньше, у меня тупо денег не было и я не пью ничего крепкого.
продолжение завтра

Про мужчин (и женщин) — 6, часть 2

Почему именно коновод? Я отчаянно не хотела мыть туалеты в Макдаке, куда всегда бы взяли, и даже платили б в два раза больше, и карьера б в кассирши была. В моей голове это был бы окончательный крах меня, запредельное унижение. Я защищала свой статус и идентичность мыслью «ну, я лошадей люблю и мне тут интересно». И шуточками про коновода-мгушника. Я действительно много узнала про людей на ипподроме, обычных простых людей без «вышки», больше чем могла представить интеллигентная девочка из академического мирка. И научилась материться, как сапожник. Я это ценю, но это не тот опыт, который я хотела бы получать.

А, да. Снова на доход в 1500 баксов в месяц я вышла заново лет через 10-12 очень тяжелого труда и, фактически заново выучившись. На психотерапевта как раз, у меня получилось. Но покупательная способность этих денег все равно снизилась. При этом с первыми деньгами на учебу частично помогла семья, я не уверена что справилась бы сама. А если никто не помогает, а все что ты слышишь, внутри и снаружи, это «ты не справился, ты облажался, у тебя нет выхода, ты никто»?  Я просто хочу сказать что знаю, как это больно — падать и терять, и как сложно вставать и начинать все заново. А иногда это оказывается совсем неподъемно. Не все могут адаптироваться, никто не может адаптироваться быстро.

Еще история, на сей раз мужская, я наблюдала ее довольно близко. Он — высококвалифицированный специалист, любящий муж и отец с довольно высоким доходом. У семьи хорошая иномарка, квартира, можно почти ни в чем себе не отказывать. И он теряет работу. Очень долго ищет «на ту же зарплату, ту же профессию» и не может найти. Нигде. Дважды пытается запустить свой бизнес — прогорает. Он действительно полностью берет на себя дом и детей, он правда добрый и порядочный мужик, обожающий жену и дочек. Тянет семью жена, он — на подхвате. Он не жалуется, не ноет, не бухает, шутит, занимается детьми, готовит, убирает. Но он не зарабатывает. В конечном счете, лет 8-10 спустя, он выучился на бухгалтера и пошел им работать, работает, получает меньше жены. Все хорошо, он молодец и пример другим? Вот только у него очень грустные глаза и он очень набрал вес.

А если речь идет о не очень образованных, не очень гибких и довольно консервативных, патриархальных мужчинах, воспитанных пару, а то и тройку поколений назад? О людях, в силу своей социализации, уверенных, что мужики не плачут, не жалуются, тянут в одного и не опускаются до работы не «по статусу»? Уверенных в том — что главное дело мужчины — содержать семью, тогда он хорош? Об их тоже не очень то образованных, выросших в бедности, детях? Особенно мальчиках, которым совсем некуда себя прислонить?

Им сложнее всего перестраиваться, люди с более высоким образованием, как правило, менее традиционны и более адаптивны. Лучше приспосабливаются те, у кого изначально было больше ресурса, у них и стартово было немного. Те мужчины, которые смогли — начали новую жизнь, эти — не смогли. Их традиционная идентичность оказалась разрушена, а новую-хорошую многие себе не нашли, и им не помогли в этом. Тогда они вцепились в осколки старой.

Что имеем? Данные США, в переводе на российскую действительность, думаю, можно только умножать. В целом США и Россия похожи друг на друга куда сильнее, чем обоим странам хочется. С 2000 г. смертность белых мужчин 25-54 лет в США выросла на 39 %. Во всех западных странах мужская смертность от суицида в два раза больше женской; у белых мужчин США — в 3.8 раза. Одиночество, растущее из общего неумения строить отношения и общаться. 20% одиноких мужчин 35-59 лет заявляет, что «не имеет ни одного близкого друга». Ожидаемая продолжительность жизни мужчин сильно меньше женской. Растет — сильно — преступность. Растет алкоголизм и наркомания. 1 из 17 белых мужчин в США - сидел в тюрьме, и 1 из 6 черных. А еще среди не очень образованных белых мужчин 30-34 лет в США доля никогда-не-женатых выросла с 26 % в 1990 до 46 % в 2023 — женщины не очень их выбирают, и женщин понять можно.
⬇️

⬆️
Заметим, что когда человек — любой человек — хорошо себя чувствует, он в целом чаще добр и благодушен, открыт новому. Когда человек в отчаянии, ему хронически обидно и стыдно, у него мало ресурсов, когда он постоянно чувствует бессилие и себя «не на своем месте»... у него растет агрессия. И ностальгия по «старому доброму прошлому», и консерватизм. И желание найти крайнего. В этой же парадигме растут его дети. 

Они не очень готовы говорить о своих проблемах, во всяком случае наружу, и искать помощи - «сдаваться». И принимать помощь тоже стыдно. Они часто в целом не очень умеют говорить и формулировать, их учили не этому, а иногда вообще ничему не учили. Они — неудачники, и это — стыдно вдвойне. Они неуспешны, часто пьют, не знают как заботиться о себе, их не хотят — и вполне обосновано — женщины. Они не успели за изменениями, они одиноки. И да, они не хотят меняться — изменения это то, что их разрушило. Они цепляются за осколки «былой идентичности», той самой, гипертрофированно маскулинной, быть может потому что чувствуют, что это все что у них осталось.

Про них забыли — нет, не женщины. Правительства их стран. Это очень большая и очень молчаливая группа, в какой-то степени действительно более невидимая, нежели громко (в медийном пространстве) заявляющие о себе группы мигрантов, женщин, лгбт и прочая. Порой единственный доступный им способ говорить об их проблемах — это язык насилия.

Они не в центре внимания, и им кажется, что об их проблемах забыли и молчат, и в чем-то это правда так. Леволиберальные политики-популисты на Западе, один тут человек у нас в России много им обещали годами. Но не делали, обещать проще чем делать.

Обещали дешевое жилье — по факту стоимость жилья растет. Повысить зарплаты? По факту реальный доход снизился дополнительно, даже если фиксировался «формальный рост ниже инфляции». Вернуть хорошие заводские места, инвестировать деньги в инфраструктуру? Ну, вы догадались. Зато очень много красивых обещаний и кррррайне раздражающего эту группу людей внимания к проблемам женщин и меньшинств. Которые в общем-то, тоже толком не решаются. Угнетенной группой они считают себя, и это правда в чем-то так и есть. Просто угнетены все, но своя шкура ближе к телу.

Они бы, может, так и остались довольно изолированной группой. Но у нас появился интернет, фэйсбук с его алгоритмами. И возникли радикальные мужские сообщества «недовольных», у них появилась отдушина, цель, ориентир. «Новая» гипертрофированно-мужская, насильственная по своей сути идентичность. Они хотят в прошлое, где у них было все: власть, почет, уважение, деньги, женщины, и им не приходит в голову, что за все это мужчины тех времен платили цену, которую они платить уже не готовы, да и не смогут технически. Разве что мы снова вернемся в Средневековье. Они нашли врага - и надо сказать не без помощи политиков, искусно переводящих стрелки. И этот враг — женщины и меньшинства, враги «внутренние и внешние». И их недовольство растет, и их много.

И если это не большие мужские проблемы сегодняшнего дня, то я не знаю что такое проблемы в принципе.

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 1

Очень сложно писать на «заряженную» и больную тему. Но я считаю это важным и нужным, а так же считаю важным и нужным еще раз подчеркнуть — все что я пишу про проблемы мужчин не умаляет проблем женщин ни в коей мере. Иногда у меня бывают кривые формулировки, чего бы мне не хотелось.

Однако, когда я говорю, что женщинам в 90-е было проще не потерять/найти новую работу — а это объективно так, я не говорю, что женщинам в целом было проще. На женщин легла колоссальная нагрузка: и так небольшая зарплата, обесценивающаяся на глазах — и теперь на эту зарплату часто как-то должна была выживать вся семья. Потому что пенсии бабушек и дедушек превратились в нищенские крохи, и те задерживали. Потому что детей как надо было кормить-обувать, по любому. И потому что во многих случаях на зарплату мужа — или даже само его присутствие в доме рассчитывать уже не приходилось

Мужчины уезжали на заработки, вахты, пытались открывать бизнесы, бизнесы горели, цвел криминал, кто-то спивался, кого-то убивали. Кто-то просто сутками мрачно лежал перед телевизором, стараясь не слышать вздохи и упреки жены — слова депрессия тогда не придумали, было слово лень. Семьи рушились. Последствия мы расхлебываем до сих пор, а при нынешнем положении дел — боюсь будем расхлебывать еще долго.

Все это, конечно, очень повлияло на детей, социализацию мальчиков и девочек, и преломляясь и искажаясь влияет до сих пор.

Я — типичный ребенок 90-х с ключом на шее. Мама — с утра до вечера на работе, приходит поздно, очень усталая. Отца нет, денег тоже. Жизнь полуголодная, я очень многое должна делать уже сама. Сама сварить суп-из-пакетика или макароны, сама сделать уроки, сама пропылесосить. И да, я часто не справлялась и забывала. Но замечу, что я именно помогала маме, и когда справлялась - была молодец.

Но все же меня отправили к бабушке-дедушке, «под присмотр». Они жили получше и был огород, он кормил. Там были другие порядки - и в 9 лет пропылесосить квартиру стало моей обязанностью, плюс, если мама никогда не ругала меня за плохо убранную комнату, то здесь я переделывала и переделывала по три-четыре раза, поскольку бабушку никогда не устраивало то, как я справлялась. Надо было идеально.

Я не знаю, сколько я вычистила картошки под постоянный зудеж над ухом: «делаешь плохо, режешь толсто, из очистков можно еще один обед приготовить». А еще одно время у нас сломался электрический утюг, и бабушка достала не помню от кого ей доставшиеся в наследство чугунные утюги. Их надо было греть на газовой плите, потом брать прихваткой за рукоятку и гладить ими по очереди. Пока один остывал — другой грелся. До глажки мужских сорочек меня не допускали — неумеха, все остальное белье я гладила. И тоже под постоянный рефрен, что не так, не то, не как надо. Отдушиной был дед. Он тоже много занимался домом, невзирая на собственную патриархальность, кстати. При том что вырос в деревне. И как же с ним было хорошо — он не зудел, а поощрял, помогал примером. Например, посуду мы с ним мыли вместе и по-очереди, утром и вечером он, в обед я, и наоборот. Он моет — я вытираю, и наоборот.

Но в основном воспитанием занималась бабушка, а он не вмешивался. «Ты же девочка, ты будущая жена, мать, ты должна, должна, должна» - это рефрен моего детства.

И мне понадобилась психотерапия, что бы максимально от этого голоса избавиться. Уже в моей голове.

Но. У меня есть навыки! Я могу почистить картошку мне кажется даже особо на нее не глядя, хоть тесаком, хоть картофелечисткой, тоненько и аккуратно, быстро. Я готовлю — а готовлю я хорошо и вкусно, люблю это — автоматически, быстро и не задумываясь. У меня в голове список рецептов на три месяца каждый день готовить и не повториться ни разу. Когда я иду в магазин — у меня в голове висит список, и мне даже не надо сверяться с тем, что в телефоне. Плюс если я увидела что надо, а я не написала заранее — я тоже куплю. Мытье посуды не вызывает никаких проблем. Я ненавижу уборку всеми фибрами моей души, но умею я все, и руки прекрасно помнят что, как и в какой последовательности делать.
⬇️

⬆️
При этом были у меня сверстники, друзья-пацаны, росшие в то же время и в похожей ситуации. Их обязанностью было «не крутиться под ногами, не мешать и идти смотреть мультики». И это ситуация очень и очень многих семей. На ребенка или валились обязанности «не по возрасту», и чаще на девочек, или требовалось «не отсвечивать и не мешать», и чаще на мальчиков. Плюс перед глазами пример отсутствующих, апатичных или даже насильственных отцов и вечно крутящаяся без продыха мать.

А потом мы выросли, и однажды в общаге я отправила приехавшего в гости приятеля «что помочь?» чистить картошку. Мне показалось, что он утонул, так долго его не было с этой несчастной кастрюлей картошки. Потом он всплыл — я грустно осмотрела тощие кубики — и на полном автомате воспроизвела бабушкино: «мнда, из очистков можно обед приготовить». А он старался. Он просто делал это первый раз в жизни.

В бойне на тему «ты нихрена не делаешь по хозяйству — а это вообще твое дело, а не мое!» есть может кому очевидные, а кому и нет факторы, про которые я хотела бы подробнее.

Дети и быт — сфера женской компетенции. Не с той точки зрения, что это сфера ее «обязанностей», а с той что у среднестатистической женщины просто больше навыков и автоматизмов, вшитых уже на уровне тела и подкорки — что, как, в каком порядке делать. И чего еще по дороге не забыть, нас этому учили, нас на это дрючили. И хвалили.

Так же у среднестатистической женщины в голове зудит голос, твердящей ей что, как, в каком порядке и так далее она обязательно должна сделать, и он же шпарит ее стыдом и самообвинениями, если не справилась.

А еще многие женщины до сих пор действительно и свято уверены в том, что дом, дети, обслужить мужчину - это их дело, и в нем они хороши, они большие молодцы когда они все это делают. Их так учили.

А у мужчин все не так.

Для начала, как бы мы может того и не хотели, но мальчики и девочки не равны друг другу. Девочка снимает ролевую модель с других девочек и женщин, а мальчик — с других мальчиков и мужчин. И это происходит уже с очень раннего возраста. Какие бы замечательные женщины не окружали моего сына, он до сих пор вспоминает иногда «дядю Шашу», воспитателя из детсада-передержки из нашего отпуска зимой. Правда, замечательный был мужчина, но, внимание, Вадим был с ним два дня!

Копирование мальчиками мужского поведения стартует ещё в ясельном возрасте, становится осознанным к 3-4 годам, когнитивно закрепляется в 5-7. И второй скачок во время пубертатного роста тестостерона, который усиливает мотивацию к статусу и подражанию старшим мужчинам. Да, это обусловлено в том числе гормонально, у девочек так же, только они смотрят на женщин. И да, для ребенка любого пола обучение идет не только и не столько «на слух». Ребенок много наблюдает, считывает поведение, учится на своем опыте.

Именно поэтому мальчикам предельно важны «хорошие» мужские модели. Именно поэтому отец, который занимается детьми и домом пусть немного, но с удовольствием и радостью — лучше для мальчика, чем отец, который нихрена не делает, или делает из-под палки и через скандалы. Да и для девочки. Нет, я не говорю при этом, что он хорош как муж, и делает достаточно. Я говорю что он лучше как ролевая модель при этом выборе.

Именно поэтому я буду копать землю и искать Вадиму в окружение таких «дядей Шаш», с которых он эту модель будет снимать. Именно поэтому мы не останемся жить в Армении, как бы я не полюбила эту страну. Мой сын уже хочет пистолет и пумпум, и почти не играет с девочками. Или девочки не играют с мальчиками?

Так вот. У выросших в таком стиле парней нет ни навыков, ни компетенций, ни установок, у них вполне объективная когнитивная слепота к бардаку. А еще установки в голове — не наше это дело, наше — смотреть телек и не отсвечивать. И даже если они начинают «помогать по хозяйству» - они объективно делают медленнее и хуже женщин.

Та самая мужская и женская гендерная социализация, уже сильно искаженная 90-ми.

И это приводит к постоянным столкновениям, взаимным обидам и претензиям, а так же продолжению передачи родительских моделей следующему поколению.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 2

Мои брови ползут к линии роста волос, когда я читаю, что мужская гендерная социализация, (как выяснилось, это она причина всех проблем и бич всего) — дело рук мужчин и только мужчин. И делается и поддерживается только ими, потому что это только им удобно и выгодно. Простите, нет, все мы воспроизводим те модели, которым учили нас. Особенно «хорошо» мы воспроизводим родительские модели в состоянии стресса — что бы делать что-то по новому нужно прикладывать усилия, для усилий нужны ресурсы. Нет, социализацией девочек и мальчиков, обучением их тому, какими мужчинами и женщинами им надлежит быть, занимаются и мужчины, и женщины.

Все люди, когда переживают стресс, когда у них мало ресурсов теряют адаптивность и гибкость, и возвращаются к самым старым, самым крепко вшитым моделям реагирования. Вплоть до самых простых, примитивных, биологически обусловленных — ударить, наорать, сбежать, замереть. В принципе не думать что ты делаешь, зачем, как оно повлияет на тебя, твои отношения, будущее. Действуем по шаблонам, шаблоны прошиты с детства. Это наша базовая особенность. Да, мы можем меняться, можем останавливаться и брать паузу, учиться действовать по новому, и по новому учить детей, но в стрессе мы сбрасываемся до «базовых настроек».

А если мы говорим о «патриархально» воспитанной женщине, то мы говорим и о том, что основное участие в воспитании детей принимает она. И она влияет на мужа и детей так же как и они на нее. Нравится нам это или нет — это факт. И женщины, воспитывая новое поколение мужчин и женщин, очень часто делают ровно тоже самое, что и их родители делали с ними. Покупают мальчикам пистолеты и машинки, одевают малышей в детсад в военную форму на праздник, отгоняют от плиты, запрещают плакать. Про девочек знаем. А порой и отгоняют отцов, не давая им возможности влиять на ситуацию, даже если те хотят.

Я вспоминаю мать, орущую на полугодовалого младенца, чтоб тот, онжемужик, не смел плакать, когда она от него уходила по делам. Да, именно этими словами. Младенцу, еще не умеющему ходить. И его отца, который пытался эту мать успокоить. Говорил ей - «он же ребенок, ты чего?» Кстати, сидеть с младенцем на целый день оставался он. Почему не остановил, не «взял удар на себя»? А он мог? Это уже следующее за мной поколение на минуточку. Потом они развелись, отцу ребенка мать не отдала, ей самой он не нужен — малыш уехал к бабушке. Так бывает гораздо, гораздо чаще, чем нам приятно думать, я полагаю.

К вопросу о бытовых компетенциях и мальчиках. Если отец не принимает никакого участия в быту, но женщина обучает сына всему необходимому, учит готовить, убирать за собой, да еще и поощряет его чем-то вроде «молодец, взрослый мужчина должен уметь позаботиться о себе и своей семье», вероятность того что выросший мужчина будет это делать значимо растет. На 25%, просто потому что мужчина чувствует свою компетентность, он обучен, он знает. Он горд помогать.

Вадиму три, он кричит «я помогу, я помогу» и бежит подставлять стульчик, когда я мою посуду. Каких усилий мне, взрослой женщине, психотерапевту, стоит хотя бы не каждый раз сказать «отойди, не мешай, смотри мультики», а смириться с тем, что я буду перемывать посуду за сыном, а еще мыть полы на кухне после него. И дать ему мне «помочь». От «помощи» его одни проблемы, у меня не так много времени, я устала. Но когда, после какого моего отказа он перестанет предлагать, если я не буду давать ему пополоскаться в раковине и буду каждый раз отсылать? Чему я его научу, тому что еда сама появляется в тарелке? И как охотно он будет мне помогать, если, допустим в его девять лет, я внезапно от него потребую мыть эту самую посуду? Он же уже привык смотреть мультики...

Если отец тоже принимает участие в домашнем хозяйстве и есть внешние примеры-мужчины, то эта вероятность растет еще больше. А вот ситуация, когда отец готовит-убирает-с ребенком играет, но ни он, ни мать не учат сына на практике, и воспитывают в политике «отойди, не мешай, иди смотри мультики» - эту самую вероятность значимо понижает.
⬇️

⬆️
Женщины воспитываются в убеждении, что их предназначение — вести домашнее хозяйство, воспитывать детей, думать и заботиться о других. И когда они так делают — они хорошие, правильные, и вообще молодцы. Напомню — быт это сфера женской компетенции, а мы, люди, в целом любим чувствовать себя компетентными. Это место нашей силы и власти, зона нашего контроля. Мы тут точно знаем как надо. Нам, в хорошем случае, за это благодарны, нас за это хвалят и поощряют. А еще это такой очень понятный способ любить — приготовить любимое, снять с другого «лишнюю» нагрузку, сделать дома уютно.

А теперь усилим и испортим эту историю «девяностыми». Когда за свои старания девочки похвалу, уважение и благодарность чаще не получали, а получали тонны критики. Они всегда делали мало, недостаточно, плохо. Они выросли в постоянной тревоге, им нужно все держать под контролем. Контроль успокаивает. Если дома все не вылизано — я плохая хозяйка, если я плохая хозяйка — я плохая женщина. Я вообще плохая. А еще в голове в принципе нет истории о заботе о себе. Всегда надо для другого, другому всегда важнее. Нет присвоенного права на отдых и расслабление. Идеи, что ты можешь нравиться сама по себе как личность, а не как результат твоих действий.

Особенность патриархального воспитания — жесткая привязка «хорошей» мужской и женской идентичности к выполняемым функциям. Мужчина должен: список. Выполняешь — хороший, годный мужчина, возьми с полки пирожок и позитивную идентичность. Женщина: аналогично. При этом мужчина должен женщине: по списку, а она ему взамен — по списку. Списки составляются, поддерживаются и обновляются обычно двумя сторонами процесса. Эту особенность стрессовое воспитание только усилило, и да, и у тех и у других. И в принципе вынуло из конструкции такие вещи как благодарность и уважение. И у тех, и у других.

Это часто приводит к тому, что у женщины в голове просто нет концепции делегировать мужчине часть дел. Я не раз и не два наблюдала историю, про то как мужчина, на старте вполне знающий где у пылесоса кнопка и готовый менять памперсы, просто постепенно и мягко вытеснялся и отстранялся от домашних дел. От ребенка. Незаметно для обоих партнеров. И поначалу-то с удовольствием с обеих сторон. Не всегда, нет, но часто.

Я искренне недоумевала когда-то, почему, ну почему довольно большая часть женщин так все еще делает. И спрашивала, я любопытная. Ответы простые - ну я же его люблю. Мне так спокойно, у меня все под контролем. Это мое дело, и я знаю как его делать. Ну, я же женщина (жена, мать, хозяйка). Ай, да он только мешаться будет. Он все сделает не так, а мне за ним переделывай. «Это моя сфера компетенции, и мне в ней хорошо и понятно. Это мой способ проявлять мою любовь. Я не потерплю в ней конкуренции. Я не умею расслабляться и делегировать, отпускать контроль. Я не готова мириться с тем, что он сделает хуже меня или не по-моему».

Вот только работа, быт в одного, а особенно появление детей - это очень и очень большая нагрузка. И если нет места для себя, если нет места для отдыха, если ты все время на стреме и все держишь под контролем - это колоссальный стресс. А самой идеи «позаботиться о себе самой для начала, потом о других» стрессовое воспитание не предполагает.

Делегировать по сути обозначает перестать контролировать и довериться. Закрыть глаза на недостатки. Смириться с тем, что другой никогда не сделает так, как ты, следовательно правильно. Пустить мужчину на кухню или подпустить к детям на равных — для многих, пусть и бессознательно, все еще история вторжения чужака на их территорию, история конкурентная. А они ж еще и умеют все объективно хуже нас... Сказать себе что не справляешься — удар в идентичность, где если ты не справляешься — ты плохая.

И нет, я не про ситуации, когда она просит, а в ответ глухая стена. Я о другом - мы все дети одной системы. Проблемы у всех, у всех свои. Женщины тоже поддерживают мужскую гендерную социализацию, еще как. Мы не можем во всем обвинять только мужчин.
продолжение следует..

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 3

У нас есть особенность — защищать представителя «своей» группы. Вставать на его сторону, выносить суждение в его пользу. Объединяться против другой группы. И совершенно не замечать или оправдывать себя и «своих» тогда, когда сами исполняем что-то плохое. «Мы бы никогда так не сделали, если бы не они».

Может и так, может это и правда. Может, никогда бы ничья мама не била ребенка ремнем до синяков, если бы: была замужем, не случились 90-е, платили бы вовремя, в школе были нормальные учителя. Его заднице и ему самому от этого как-то не легче. А может и била бы, и такое случалось, последствия за счет детей.

Я писала в прошлом посте про то, что многие женщины все еще воспроизводят в отношениях «патриархальные» модели, про проблемы передачи контроля и делегирования, про то, что часто, даже тогда когда мужья хотят и готовы, или хотя бы не против участвовать — они натыкаются на критику, обесценивание их усилий и даже скандалы.

Возьмем «перевернутую» ситуацию, мне кажется в ней будет лучше видно как это работает. Я встречаю такие, не очень часто, но встречаю, и мне кажется они очень наглядны и отлично показывают все искажения. Итак, это мужчина полностью берет на себя быт. Он полностью убирает, следит за счетами, ходит в магазины, готовит. Зарабатывает чуть меньше жены или чуть больше, в принципе на равных. Иногда берет на себя еще и детей, если они есть в паре. Казалось бы — рай, ровно то чего мы от мужчин и добиваемся? А в паре проблемы. И серьезные. Люди хронически несчастны и недовольны друг другом.

Нет, сперва все было вообще зашибись, он ее так любит! Это так удобно! Какой он молодец, забота и вообще продвинутый-современный. Оба очень довольны. Но проходит время и он становится недоволен ей, ведь она ему не помогает по дому, а он сильно устает. И вообще она какая-то не очень счастливая 24 на 7, а ведь он разгрузил ее по максимуму. Он уже не получает благодарности и уважения за свои труды, она стала относится как к само по себе разумеющемуся.

Они ругаются. Она пытается изменить ситуацию, начинает мыть полы — и получает гору претензий за то что неправильно, недостаточно тщательно помыла. У нее опускаются руки — она ждала похвалы и признания. Ему нужна помощь на кухне, приготовить еду — она с радостью подрывается только для того, чтобы получить потом скандал — яйца надо было сварить всмятку, а она сварила в крутую. Попросил погладить — опять недостаточно хорошо. Он экономит деньги и предлагает питаться пустой гречкой с сосисками. Она против, но не знает как сказать. Она не чувствует, что у нее есть место в собственном доме. Она страшно не уверена в своих компетенциях. Она живет в постоянном чувстве вины. Она боится говорить о своем отчаянии и недовольстве, чтобы не «обидеть», потому что боится реакции — нет, не вспышки агрессии или насилия в свой адрес, а того «что ему будет больно, он расстроится». Она чувствует, что кажется недостаточно его любит и очень хочет, чтобы он почаще ее хвалил и замечал в ней хорошее, но этого не происходит. Количество взаимных претензий нарастает.

Он устал, не следит за своим здоровьем, растолстел. Ей уже давно плевать на то что и как они едят, и насколько в доме чисто, ей хочется видеть рядом счастливого и здорового мужа, с которым можно было бы погулять за руку, рассказывая друг другу хорошее, а не выслушивать список бесконечных проблем.

И нет, не то чтоб «на берегу» она ничего не умела. Просто ее личный уровень «критически не убрано» оказался ниже чем у него. Просто он умеет лучше. Просто ему нравится готовить и вести дом, а ей не очень, такое тоже бывает. А еще может она больше зарабатывает и он был рад дать ей возможность профессионально реализовываться. И очень плавно и постепенно он вытеснил ее из всех домашних дел, задолбался — и не смог по честному вернуть ей ее половину. Не смог делегировать, принять ее несовершенство и неидеальность, ее неопытность и «поверхностный подход». Дать ей возможность научиться, поддержать ее старания.
⬇️

⬆️
Оба ждут друг от друга чего-то не того, что каждый готов дать. В паре — взаимно — очень мало места уважению и благодарности (кто, кого и как часто в нашем детстве благодарил?). Оба боятся друг друга поранить и замалчивают проблемы. Проблемы копятся, проблем накопилось критическое количество. При этом — он же любит ее и заботится о ней, причем так, как совсем не каждый мужчина бы в принципе смог. Пара на грани развода.

Эта ситуация — тоже следствие мужской гендерной социализации? Опять — он виновник и абьюзер, просто потому что он мужчина? Если мы считаем так, то мы должны так же считать абьюзерами тысячи и тысячи женщин, потому что это ситуация очень многих пар. Не самых плохих, не самых насильственных, не самых травмированных и токсичных. Где оба хотели как лучше и не знали как иначе.

Но возможно дело в другом, и проблема во многом общая для всех? Есть общее ожидание того, что за хорошо выполненную функцию последует награда? Идея, что если сделать все «хорошо и правильно», то тут же наступит всеобщее счастье и идиллия, никто не будет обижен, не будут случаться проблемы, никто никогда не будет расстраиваться? Продолжение общей детской истории слишком рано повзрослевших, точнее именно из-за этого и не повзрослевших, совсем заброшенных, одиноких детей, которые так сильно старались для своих родителей и жили в ощущении вечного «завтра», в котором наконец случится долгожданная награда в виде бесконечного внимания и любви?

Общая проблема дикого страха внутри, и тоже общего неумения говорить в принципе — сказать о своем недовольстве, сказать о своих желаниях, сказать о своих проблемах. Это общий страх, приводящий к тому, что часто, когда мы все таки начинаем говорить — это превращается в поток обвинений, обид и критики. Как часто, когда мы были детьми, родители отмахивались от наших проблем, как от назойливых мух? Как часто сказать о своих проблемах было себе дороже, и за этим следовало наказание? О нет, я не утверждаю, что если люди массово научатся в «Я-высказывания» это решит проблемы, как и не утверждаю того что если ты начинаешь говорить — тебя услышат, поймут и уж тем более «сделают по-твоему». Но нельзя договориться, если не говорить.

Общий страх, заставляющий контролировать действия другого человека, не дающий довериться, попуститься, требующий идеального результата? Заставляющий взвиваться до потолка на искреннее изумление по поводу «а что ужасного-то в том что посуду не так поставили»? Бесконечное внутреннее «я должен(должна)?». Часто вообще это не имеет отношения к паре как к таковой, а растет из прошлого, и увеличивается страхом будущего и общей историей нестабильности. У обоих.

Есть общее неумение благодарить, замечать хорошее в другом, поддерживать в сложном, уважать сделанное. Сама история уважения и благодарности, мне кажется, оказалась похоронена где-то под осколками девяностых. А это ключевая история. Браки могут быть устроены как угодно, в любой конфигурации, так как у людей получается или так, как людям удобно. Но счастливыми и долгоиграющими браки делает именно она, история взаимного уважения, признания, благодарности. Не она одна единственная, но она очень важна. Все счастливые пары, которых я знаю живут и ведут свои семьи по разному, решают разные проблемы, проходят разные кризисы, но общее у них — именно вот эта история. «Я вижу и замечаю твои усилия, я благодарен(благодарна), спасибо солнышко, ты мое чудо».
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 4

Думала уже перейти к следующим темам на тему, их есть у меня, но чувствую, что остается что-то недосказанным.

Потому что, например, вспоминаю не единственную знакомую мне пару, в которой все эти «женско-мужские» обязанности распределены «традиционным» способом. И при этом... это относительно счастливые и благополучные пары. Да, она тащит свою двойную ношу работы, быта и детей, она очень устает. Он тоже, поскольку свято уверен, что раз он мужик — то должен обеспечить. И вкалывает на своей работе, а то и двух за двоих. Потому что решает проблемы. Берет на себя стройку и ремонт. Гоняет по ее поручениям. Реально отвечает за «свою» сферу — ремонт машины и ее обслуживание, вскопку огорода, построение теплицы на даче, да мало ли. Он делает, он пашет.

Да, скорее всего в паре есть проблемы. Проблемы в паре — это нормально. Но... они все еще ходят друг с другом на свидания, через 15, 20, 30 лет совместной жизни. Из их отношений не исчез секс, и он им взаимно приятен. Он все еще постоянно приглашает ее в театр — а она любит театр. И может выгулять там любимое платье и его подарки. Он все еще смотрит на нее любящими глазами и думает о ней. А она смотрит на него и думает о нем.

Каждому есть на что пожаловаться в другом, это правда. Но предложи ей развестись, предложи «взамен» другого человека, другой образ жизни — она посмотрит круглыми глазами. Она помнит, как он подставлял ей тазик и придерживал волосы, когда ее рвало во время беременности. Как мчал в роддом. Как... у каждой найдется что вспомнить. Нет, она не хочет другого Васю, Петю, Леху, ей этот родной. И наоборот. Вы как знаете, а меня это трогает. Хоть и стоит начать рассказывать этим мужчинам про все это наше равноправие и феминизм — будем посланы куда подальше.

Они не поймут вообще в чем проблема. Они свою родную любят, они вкалывают, они заботятся, они уважают ее и берегут всеми силами, чего вам еще надо? И да, им вот этим вот, в голову не придет «обидеть» женщину, для них само по себе разумеется помочь поднести тяжелое и придержать дверь, и не видят они в этом ничего плохого. Я, кстати, тоже в этом в упор ничего плохого не вижу, я объективно физически слабее и мне так-то очень приятно, когда мой тяжеленный чемодан кладет в багажник и вынимает из него водитель, а не я эмансипированно корячусь в одного.

И в общем-то все что им надо — это возможности еще и еще больше вложиться в семью и дать своим женам и детям лучшее из возможного. Конееечно же, именно им единственным понятным способом и, конееечно же, только они знают лучше всех как лучше. И считают себя самыми умными и главными. Чем бесят неимоверно...

Но можно я отдам дань уважения этим мужчинам (и выбравшим их женщинам) тоже? Не жалевшим ни сил, ни денег для своих жен, детей и стареньких родителей, дававших им лучшее образование из возможного, не сидевшим сложа руки, а этими руками работавшими? Воспитанными традиционно и патриархально, твердолобым, упертым, но честно выполняющими свой «контракт»? С их собственными «должен и обязан» в голове? Меня воспитали как могли такие мужчины и женщины, и кроме кучи косяков, которые я долго выправляла в своей голове — мне точно есть за что быть благодарной.

Не бывает, не может быть чтобы было только «хорошо», а «плохо» не было. Вопрос для меня заключается в другом — а есть ли хорошее в принципе, и достаточно ли его, субъективно достаточно, самому человеку? Пока такие мужчины и женщины не заставляют меня жить по их правилам, а они, в целом, не делают этого с тех пор как я стала взрослой и самостоятельной, меня вполне устраивает то, что они живут по другому. Уважение — оно в частности про то, чтоб никого не заставлять жить по своим правилам.

Я думаю и вспоминаю о другом. О том, как сильны «голоса» у нас в голове, и как сложно сквозь них пробиться. И как сильно они искажают то, что мы слышим со стороны. Помните старый анекдот?
— Рыбонька моя! - говорит муж жене. Жена думает: «Рыбонька — значит щука, щука зубастая, зубастая, значит собака...»
— Граждане! Он меня сукой обозвал!
⬇️

⬆️
Грубовато, конечно, но примерно так работают наши когнитивные искажения. Предшествующий опыт влияет на то, как мы воспринимаем тот, который мы получаем в моменте. И тем они сильнее и тем сильнее искажают, чем больше было стресса в детстве. Годы и годы, в терапии, не сами по себе, могут уйти у людей, что бы наконец начать замечать, что их, например, вполне ценят и уважают коллеги, что им искренне рады. Что «прости, я устал(а)» - это «прости, я устал(а)», а не «я тебя больше не люблю». Что «посиди, отдохни пожалуйста» - это проявление заботы, а не издевательство.

Мнда. И тут я вспомнила, как я сама ровно так воспринимала это «посиди, отдохни». В моей голове эти слова моментально приобретали издевательскую окраску, тут же всплывало «белоручка, барыня на вате», тут же жгучий удар стыда. Нет, решительно нет, я не могла воспринимать их всерьез, они звучали как понукание, как удар кнутом. И приобретали противоположный смысл.

Годы уходят порой у замечательных, умных женщин, вышедших замуж за не самых плохих мужей, чтобы понять, что человеку рядом на самом деле не надо выдраенный до блеска пол и разносолы из трех блюд на столе. Что то, что он твердит ей: «не хочешь — не готовь», «посиди, отдохни», «я справлюсь сам», «ну ребенок испачкался — а что такого?» - это правда, и такая его о ней забота, а не издевательство. И что правда можно немного расслабиться, и что правда никто еще не умирал, оставив «на завтра» немытую посуду. Даже если муж не побежит все делать сейчас вместо нее. И такое бывает тоже, и не так уж редко.

Да, среднестатистический мужчина заходит в дом и, скорее всего, думает о том как он сейчас отдохнет и расслабиться. А женщина с мыслью о том, что еще ей предстоит и в каком порядке сделать. Она видит, не может не видеть вещи не на своих местах, пыль в углах, грязь на футболке у ребенка. А он к этому слеп. Но может это не так уж и плохо?

И может всем нам не повредит иногда расслабиться? А еще немножечко (взаимно) «слезть» с самих себя и близких? И заметить в истории «приготовил обед и не помыл посуду после себя» — готовый обед, в истории «привел с прогулки грязного счастливого ребенка» — счастливого ребенка, в комом запихнутом в машинку белье — стираное белье, блин, почти у всех сейчас отличные стиральные машинки и прекрасные стиральные порошки. В посудомойке, загруженной в стиле «бешеного енота» и так, что влезла только половина — вымытую, пусть и в два захода посуду?

Нет, это не про те ситуации, когда он сел и лапки свесил, да еще и женщину погоняет. Это про то, что стандарты «достаточно хорошо» у всех разные и не всегда совпадают. Про то что иногда не дает отдохнуть и расслабиться не человек рядом, а собственные «голоса» в голове и тревога. Про то, что сделанное «не по моим стандартам» - сделано, и совсем не обязательного сделано плохо и ужасно. Про то, что вообще-то принцип «если тебе не нравится как я сделал(а) — делай сам(а) или давай не делать вообще» - хороший и здоровый принцип, в обе стороны. Потому что каждый вкладывает то, что может и так как умеет, и теоретически, в этом можно найти баланс, в котором одному, возможно, придется поднапрячься, а другому подрасслабиться, но в пределах в которых человек в принципе способен двигаться. А еще про то что между «идеалом в нашей голове» и реальными возможностями и силами как правило нефиговый такой разрыв.

И да, иногда такое оказывается невозможно. Слишком разные представления о прекрасном. Слишком сильны убеждения, что «другой мне должен». Идея, что другого можно принципиально изменить, надо только хорошенечко постараться, и рассказать ему(ей) что он(а) делает не так. Иногда люди друг другу правда не подходят, даже если друг друга любят. И тут есть выбор из двух... признать это и разойтись, в надежде что в мире можно встретить еще другого мужчину или другую женщину, с которой будет проще. Или есть друг-другу мозг ложечкой дальше.

А в комменты положу прекрасную рекламу бытовой техники из соседней патриархальной демократической страны. Рекомендую к просмотру :)
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 1

В общем, одна из моих мыслей во многом сводится к тому, что с моей колокольни общая наша беда сейчас — это даже не патриархат. А отсутствие благодарности, уважения и, что самое главное, человеческого, душевного, субъектного отношения друг ко другу. Всех ко всем. И чем дальше — тем этого больше.

Что самая большая беда, основной травмирующий фактор любых насильственных действий даже не испытываемая человеком боль. Иногда ее и нет. А объективизация, отношение как к вещи, как к функции. Лишение человека его собственной личности, его акторства, его воли. Переживаемое человеком бессилие и унижение. Расчеловечивание. Использование другого в качестве инструмента для обслуживания собственных потребностей.

Что беда женско-мужских отношений часто даже не бойня вокруг того, кто, что и сколько делает, не сама по себе МГС и ЖГС, а инструментальное отношение друг ко другу, постоянное принуждение другого соответствовать светлому идеалу, попытки — и часто взаимные — поставить другого в зависимость от себя. Чтоб не делся никуда, отдавал свой ресурс, «любил», не бросал, не отвергал, и постоянно, постоянно доказывал что ты ему нужен(нужна). И таким, и эдаким, а если самым на свете черненьким? Беленького всяк полюбит...

Мужчины грешат тем, что часто используют для этого финансовые инструменты — жилплощадь, совместная ипотека, период финансовой зависимости женщины от него в период беременности и первых лет детей, более крупные зарплаты. Женщины, и да, такое тоже есть, в качестве инструмента давления используют рождение детей, секс в принципе и то самое бытовое обслуживание, как бы это ни звучало.

При этом. Женщины часто жалуются на то, что чувствуют себя обслугой. Мужчины — на то что их воспринимают как «кошельки на ножках». И каждый, каждый должен. Тут, на самом деле, есть очень частая ловушка, и многие гуляют по этим граблям.

Дано: человек очень поранен и очень не уверен в том, что сам по себе он имеет ценность. Не уверен, что с теплом, вниманием и интересом к нему можно относиться просто так, потому что он есть. Он знает, что никому нельзя верить. По сути, это огромный детский дефицит внимания и любви, знание, что просто так не дают и надо заслуживать, и страх близости в одном флаконе. Он очень боится одиночества и отвержения, и хочет гарантировать себе, что у него будет кто-то, кто точно уже никуда не денется. И будет постоянно восполнять его детские дефициты. Часто это все вообще не осознается.

Что надо сделать? Правильно, для начала очень сильно постараться произвести впечатление, показать себя с самой лучшей стороны — и привязать к себе человека как можно прочнее. Но вот дальше включается собственное глубокое сомнение — что то, что ты получаешь — предназначено именно тебе, а не той маске, которую ты на себя изначально надел. Не дается потому, что деваться от тебя некому и как плата за выполненную функцию. Голодно по прежнему, дайте еще, еще, еще. И верить по прежнему никому нельзя. И дают вечно «мало и недостаточно», потому что не присваивается. Он же знает про себя (часто неосознанно), что «на самом деле» он плохой и нельзя его любить просто так. Да и все остальные люди только притворяются. И начинаются эмоциональные качели, провокации, придирки, как бы что не хуже. Делают так и мужчины, и женщины, это абсолютно взаимная история.

И это глубинный механизм нарциссической травмы, и стоит за этим часто огромное количество боли, ужаса, отсутствия внимания, не особое понимание того, какой ты вообще есть и кто ты, отрицание огромного количества собственного личностного материала, огромная ненависть к себе (и другим) и идея, что все только заслуживается и покупается, никак иначе. Поэтому когда я читаю поп-психологию про «злокачественных нарциссистов» я грустно качаю головой. Да, нарциссическое расстройство личности крайне плохо поддается терапии, и близкие «нарциссов» часто сильно страдают. Но они не на ровном месте такие выросли, и они сильно страдают сами. А если не само НРЛ, то нарциссическая травма в современном обществе... весьма и весьма распространенное явление.
⬇️

⬆️
Что мужчин, что женщин, относящихся и к себе и другим как к объектам — много. Увы. Пожалуй, я готова согласиться с тем, что объектное отношение мужчин к женщинам влечет за собою более тяжкие последствия, чем наоборот. Это и сексуальное насилие, и избиения, и проституция, и, и... Но не готова утверждать, что объектного отношения в обратную сторону не существует, и что мужчины от него не страдают. Особенно — мальчики. Девочки тоже, но раз мы говорим о мужчинах, то вырастают они в основном из мальчиков, как-то так исторически сложилось.

И еще. Чем человечнее сам человек — тем сложнее ему расчеловечить другого. Допустить саму возможность насилия, любого. Но откуда берется сама эта человечность, и почему так много в нас этого объектного отношения? И что за ним стоит?

Собственно, нет у меня какого-то нового откровения, подавляющее большинство проблем растет из детства, и проблем тем больше, чем проблемнее это самое детство было. А оно и было проблемным, снова передаю привет девяностым, и остается таким, привет экономическим кризисам, бедности, социальным потрясениям и, в последнее время, войнам.

Тут надо сделать отступление, вернувшись к моей излюбленной теме. «Я», идентичности, травме. Мы (наука) в целом уже знаем, что наше «Я» не является какой-то целостной сущностью и не хранится в каком-то конкретном отделе мозга. Наше «Я» модульно, и складывается из миллионов и миллиардов «кирпичиков», самой разной информации о себе, полученной в ходе нашего развития через обучение, обусловленное состоянием. Это так и называется. Хранится и обрабатывается эта информация в разных отделах мозга. И есть... хм, сознание, назовем это так, постоянный процесс связности в нашем мозге, который все эти кирпичики связывает воедино.

То что мы уже знаем, это то, что при разных расстройствах личности, а так же (к)ПТСР, а так же при разных нейроотличиях и патологиях — РАС, СДВГ, шизофрения, синдром Туррета и т.д. - страдает как раз связность. Условно - «модули Я» могут действовать и проявляться вовне изолированно друг от друга, а недостаток связности не дает человеку увидеть максимально полную картину, соответственно его восприятие мира искажается, восприятие себя — тоже, страдает гибкость и адаптивность.

Что само наполнение этих модулей — опыт, что сама связность зависит от... обучения и от уровня испытываемого ребенком стресса. Мы — действительно то, что нас окружает, то, что нас отражает, то что нас напитывает. Тем мы человечнее и полнее внутренне, чем чаще разговаривали с нами, объясняли причинно-следственные связи, воспринимали нас и относились к нам всерьез. Чем чаще обращали внимание. Чем в большем количестве социальных ситуаций мы участвовали, чем больше конфликтов разрешили — или нам помогли разрешить. Чем больше казалось бы противоречивой информации мы узнали — и смогли внутренне снять это противоречие.

Тем глубже наша способность сострадать, чем больше сострадали нам самим. Тем богаче наша эмоциональная сфера, чем больше с нами говорили про эмоции, объясняли нам что мы чувствуем, «контейнировали» нас. Самоотношение напрямую растет из отношения к нам. Из самоотношения растет отношение к другим людям в дальнейшем.

Все свои представления о «хорошем» и «плохом», должном и не должном и «как все в мире устроено» ребенок берет из опыта взаимодействий с другими людьми, в меньшей степени — из книг и видеоматериалов, где это описывается, при этом роль книг сейчас значимо снижается. А общее качество контента падает, и не контролируется взрослыми, при том что легкость доступа к нему растет. Ребенку вручается телефон — а что он там смотрит и каких Сиреноголовых — родителя не волнует, лишь бы не дергал.

И общая беда нас всех, и я про человечество в целом, в последние годы — это огромное одиночество детей и объектное и насильственное отношение к детям. И это тем более распространенная проблема, чем меньше ресурсов у родителей. А их тем меньше, чем сильнее государство экономит на своих гражданах, чем дороже жизнь и чем ниже ее качество. Как всегда сильнее всего страдают самые неблагополучные и бедные группы населения.
продолжение следует...

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 2

Огромная часть населения переехала из деревень в города. Как следствие: скученная жизнь в маленьких квартирках, и при этом отсутствие возможности отправить детей играть на улицу. Часто, куда бы ни пошел ребенок, — он идет в сопровождении взрослого, городская среда опасна. В некоторых странах ребенок не может оставаться без присмотра взрослого один до 12 лет, по закону. А еще мы очень напуганы историей собственного неприкаянного безнадзорного детства.

Уже писала, но само такое понятие как «коллективный присмотр» исчезло. Бабушки-дедушки как правило далеко, если вообще есть. Многие откладывают рождение первого ребенка до периода какой-никакой стабильности, а это 30+ лет, и в итоге имеют «эффект бутерброда» - присмотр и уход одновременно необходим не только детям, но и собственным престарелым родителям. То, что если что, присмотрит-накормит соседка — нонсенс. Любой посторонний взрослый — не потенциальный источник помощи, а враг и чужак.

Сиблингов, с текущей-то рождаемостью, есть, дай Бог, у каждого второго, следовательно у половины детей нет ни друга-конкурента, ни напарника по играм, ни того на ком на постоянной основе социализацию отрабатывать. История «старшие присматривают за младшими» тоже растворилась в нигде. Как всегда, во всем есть плюсы и минусы — мы осознали что 7-10 летние дети — это все равно дети, и взваливать на них малышей со всей полнотой ответственности (и при этом без прав) — непосильный для них груз, особенно в текущих условиях. Но и помощников родителям лишились.

Государственные институты, вроде как призванные на помощь родителям, действуют где как и часто кое как. На российские сады и тем более ясли, где еще остались, без боли и слез не взглянешь. Хронический кадровый голод, низкие зарплаты, низкий престиж профессии. Часто — один взрослый на 15-20 ребятишек. Система воспитания построена на дисциплине и послушании, а часто и пренебрежении чувствами, а порой и прямыми потребностями ребенка. «И чего тебе на прогулке приспичило, заранее в туалет не мог сходить? Терпи теперь, у меня тут таких сам видишь сколько!». Ну и описался — сам виноват. Не везде, но вполне бывает.

Как я уже говорила, есть ряд стран, озаботившихся социальной политикой и благополучием своих граждан, там все гораздо лучше. Нормальные ясли с года-полутора, декретные добровольно-обязательные отпуска для обоих родителей, человеческое и человечное отношение к детям. Есть ряд стран, где такие условия для относительно благополучных и ресурсных групп населения, если вы бедны — это ваши проблемы.

В наших российских реалиях есть еще одна беда, и это именно беда, чтобы мне ни говорили мои коллеги. Материнский декрет до 3х лет и маткапитал. До 1.5 лет декрет практически обязательный, до 3-х лет отпуск по уходу за ребенком, и его берет больше половины женщин. Ок, до 1-1.5 лет ребенок еще очень маленький и ему нужен родной человек на постоянной основе. Отдавать до этого возраста малыша даже в самые лучшие ясли, ИМХО, рановато, хоть вроде как ни израильтяне, не французы, ни американцы не вырастают массово травмированными с их яслями с 3-6 месяцев. Эх, я таки дитя своей культуры.

Но с полутора до трех — это уже тоддлер, и это самый сложный возраст. Мозгов толком еще нет, одна гиперактивность и любопытство. Способность длительно на чем-то удерживать внимание — никакая. Если вам повезло, и у вас с года разговаривающий относительно спокойный флегматичный ребенок — я вас поздравляю и люто завидую. Я же только-только начинаю откисать и переставать бросаться на стены.

Пока же вот нормы способности ребенка удерживать свое внимание на одной задаче. В год — 1 минута. В полтора — 2-3 минуты. В два — 4-6 минут, до 10, если занятие очень интересно. В два с половиной — 5-8 минут, в три — 6-10. Нетрудно посчитать с какой периодичностью в доме раздается мам-мам-мам и громкий шарах-бабах и топот!!! Это норма нормы, детей с нейроотличиями, а с ними еще сложнее, появляется около 15-20%. Сдвгшек, к которым относится мой сын, — 5-8%. Женщину постоянно дергают, она постоянно должна следить и разруливать.
⬇️

⬆️
Какой выход у сидящих взаперти мам? Все чаще — максимально рано — телефон, планшет, мультики, бесконтрольный ютуб. Туда ребенок может «залипнуть» надолго. Все чаще - «отстань от меня, не трогай, отойди». Крик, физические наказания. Мать издергана, усталость даже не физическая, очень страдает внимание, истощается психика.

А еще среда небольшой городской квартиры не особо приспособлена к жизни с маленьким ребенком. Розетки, углы, то не трогай, это не делай, не бегай, не прыгай, не лезь! Кроме как с мамой играть ребенку не с кем, развиваться кроме как об маму — практически не об кого. Мама при этом тоже в изоляции. Это категорически ненормальная ситуация ни для кого. Которая приводит к тому, что невзирая на постоянное физическое присутствие мамы рядом — включенного внимания, разговоров, утешения, валидации ребенок часто получает очень мало.

И еще. 56% российских женщин сидит с детьми до 3 лет, около 30% выходит после 1.5 лет (остальные выходят еще раньше или еще позже), при этом есть закономерность. Быстрее выходят на работу те женщины, чей «карьерный капитал» выше. Т.е. они имеют более высокооплачиваемую работу, лучшие карьерные перспективы, а следовательно больше возможностей нанять няню, сдать ребенка в «Хорошие Частные Ясли». Скорее всего именно у них лучшее образование, способность к рефлексии, бОльшие амбиции, высокий уровень собственного дохода. Они более независимы, и выиграть в лотерею «вменяемый муж» у них больше шансов. А до трех лет скорее сидят матери с низкими зарплатами и без особых карьерных перспектив.

Позволю себе дофига нетолерантную, снобистскую и шовинистическую мысль. Выглядит так, что запертыми с тоддлерами до 3х лет остаются скорее именно те матери, которые с бОльшей вероятностью предложат ребенку телефон, одернут его, ударят или накричат. И те, чьи мужья с гораздо большей вероятностью начнут играть в игру «Ты зависишь от меня? Обслужи теперь». Это неточная статистика, потому что ее очень сложно собрать, но по косвенным данным около половины российских мам используют крики, унижение и физические наказания детей на постоянной основе. Натяну сову на глобус и задамся вопросом, как часто одна половина пересекается с другой?

В итоге ребенок вроде как находится все время рядом со взрослым, но часто по сути один, и от него постоянно требуется быть тихим, незаметным и послушным. У него есть игрушки, иногда в количестве небольшого магазина, — но часто в них с ним не играют. В таком свете идея, что в полтора тоддлер отдается в специально адаптированную и обогащенную среду, где много других детей и свободной игры, под присмотр достаточного количества теплых и получающих за это зарплату взрослых, кажется мне весьма стоящей. Но создавать эту систему с нуля государству дорого, проще запереть мам.

В этих условиях папы должны работать, и содержать всю семью минимум три года. В случае появления сиблинга — пять-шесть лет. Вообще-то это огромный рост ответственности и тревоги. Папа всех содержит, порой не зная, хватит ли, и на что, его зарплаты в мире где все стремительно дорожает, и не факт, что завтра он не потеряет работу. Папа приходит домой, он устал, он хочет расслабиться, благодарности и уважения, секса и вкусной еды, как ему кажется, вполне заслуженно. А ждет его задерганная и очень уставшая женщина с ворохом претензий.

Это абсолютная вертикализация отношений. Это падение общего качества жизни, и следовательно, доступных семье вариантов так необходимого отдыха и развлечений. Да что отдых, хорошо если хватает на еду, коммуналку и одежду, ситуации у семей разные. Это закрепление и так существующего зарплатного разрыва, когда женщина снова выходит на работу из-за долгого декрета ее перспективы ниже. Не говорите мне про декретные, я, как мать-одиночка без особого официального трудового стажа, получала 7700 рублей в месяц. Это прямая постановка женщины в зависимость от мужчины, и маткапитал — туда же. А где зависимость — там и неравенство власти и возможностей, а власть — это почти всегда злоупотребления. Возникает и закрепляется неравенство, не партнерские, а вертикальные отношения.
продолжение следует...

Ой. Тут статистика говорит, что пришло прям много новых подписчиков сразу :)
Во-первых, рада вас видеть, располагайтесь ) В закрепе есть информация обо мне и ссылка на оглавление со старыми постами, скоро обновлю его.

А во-вторых, ужасно любопытно откуда и кто вы? :) Поделитесь?

Так!
В связи с неожиданно большим приходом новеньких (и для удобства всех вообще) я обновила Навигацию
Это оглавление канала со ссылками на большинство написанных мною текстов.

Далее, в последнее время я пишу - причем неожиданно для себя самой - большой цикл "Про мужчин (и женщин)". Планировала поста на три, но закопалась в тему по уши, и, думаю, пока не напишу все что у меня накопилось - вряд ли остановлюсь. Ибо накопилось много, а тема огромная и многофакторная. А все нарастающая поляризация и накопление обид что с одной, что с другой стороны дико мне не нравятся. Как и поляризация в принципе.
Поэтому для удобства - вот оглавление отдельно этой опупеи.

Про мужчин (и женщин) - 1
Про мужчин (и женщин) - 2
Про мужчин (и женщин) - 3
Про мужчин (и женщин) — 4. В основном, про рождаемость
Про мужчин (и женщин) — 5. Новости хорошие и плохие.
Про мужчин (и женщин) — 6, часть 1.
Про мужчин (и женщин) — 6, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 1
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 3
Про мужчин (и женщин) — 7, МГС и ЖГС, часть 4
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 1
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 2
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 3
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 4
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 5
Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 6

И еще вопрос всем. Не устали ли вы от темы? Мне много что есть еще написать, и я таки собираюсь это написать, но у меня есть и другие темы для постов, которыми я могла бы разбавлять историю.

Про мужчин (и женщин) — 8, родом из детства, часть 3

Итак, у нас есть система, закрепляющая неравенство мужчин и женщин, и ставящая одних в зависимость от других. Конечно, систем таких много, я сейчас про одну конкретную, очень явную и потому наглядную. И, можно, конечно, сказать, что это придумали мужчины в интересах мужчин, но нет.

Если приглядеться, она так же работает против обычных мужчин, как и против женщин, их интересы страдают. Они беднеют, их возможности откладывать и тратить на удовольствия снижаются. Страдает их здоровье, и физическое, и психическое. Растет личный стресс, они часто переживают отчаяние и бессилие . Снижается частота секса, приятных семейных моментов, всей такой необходимой эмоциональной «смазки» в отношениях — задерганным женщинам не до того. Нарастает одиночество. Они теряют так важный им статус. Они, на самом-то деле, тоже становятся слишком уставшими, несчастными... и озлобленными. И та же закономерность — чем изначально меньше было ресурсов — тем сильнее система на них влияет.

Поэтому, если уж называть вещи своими именами, — то нет. Эта система создана скорее группой очень богатых мужчин и в меньшей степени женщин в интересах сохранения их власти и обогащения. И она хорошо работает, чтобы делать бедных еще беднее, а богатых еще богаче.

Бедные люди чаще будут соглашаться на работу на любых условиях и бояться ее потерять. Будут меньше требовать и им можно платить низкие зарплаты. Сложно организовать забастовку, когда часто у семьи нет вообще никаких накоплений, а только кредиты и квартира в ипотеке с маткапиталом, так ведь? На что бастовать будем? Бедные люди до определенной степени — самые лояльные власти и послушные люди.

Но если человек все время испытывает стресс, если ему систематически плохо, его проблемы не решаются — у человека растет агрессия. И ее надо куда-то «сливать». Ему нужны хотя бы психологические затычки. Есть такое народное понятие: «синдром кондуктора». Берем человека униженного, с тяжелой, непрестижной и низкооплачиваемой работой. Но «взамен» даем ему маленькую власть, право оттаптываться на тех, кто и такой власти не имеет. Чувствовать себя возвышенным за счет других, право унижать других, право считать себя лучше других. Громоотвод для чувств, возможность почувствовать удовлетворение унижая других. Есть еще одно присловье: «если ты хочешь, чтобы твой раб не роптал — дай ему его собственного раба». Ровно это происходит повсеместно и на всех уровнях. На уровне женско-мужских, а еще и женско-детских отношений порою тоже.

И это очень удобно для властей. Задача сводится к тому, чтобы все время переключать внимание людей с реальных причин их несчастий на поиск тех, кто «виноват» в их проблемах. И давать легальное право «оттаптываться». И подбрасывать удобных кандидатов на эту роль. ЛГБТ, либералы, НАТО, «Гейропа», мигранты... женщины, мужчины. Семейное насилие и насилие вообще не то что декриминализовано, оно прямо поощряется. Главное, чтобы оно не шло «наверх». Чтобы группы людей не объединялись, не договаривались и не начинали сами решать свои проблемы, отстаивать какие-то там свои права. Политика «разделяй и властвуй, назначай козлов отпущения». И начинается она с семьи.

Мы имеем системную проблему, и кто как, а я вижу усилия властей по закреплению статус кво. Решаться же, по идее, она должна на уровне системы же. Долго, дорого, выстраивая определенные институты фактически с нуля. Власть явно в этом не заинтересована, делиться придется, что-то по-настоящему делать, а не кидать кости. А еще и постоянно объяснять людям, что счастливое «завтра» не наступит ни через год, ни через пять, нужны десятилетия. Самим людям объединяться в сообщества, способные решать эти проблемы самостоятельно на уровне самоуправления, те же власти хронически не дают, причем очень разными способами.

Но тема заявлена про детство, а не про политику, и я вернусь к детям. Потому что именно дети находятся в самом низу иерархии. Истинно зависимые, бесправные, безгласные. И при этом — именно они будущие взрослые, жены, мужья, граждане. Женщины и мужчины, сюрприз, вырастают именно из детей.
⬇️

⬆️
Дети так-то выглядят сейчас прямо священной коровой, что вы! Об их чувствах и хрупкой детской психике изо всех сил заботятся, не дай бог дети узнают о нормальности гомосексуальности и сразу «поголубеют», надо запретить. Безопасного секса — о Боже, случится ужасная травма, давайте просто ограничим доступ к информации. Детская жизнь бесценна — кричат они, и довольно успешно пытаются запретить аборты и ограничить доступ к контрацепции. Детям нужно материнское внимание, а не садики, ок, матерей запирают с детьми на три года. Мы должны стимулировать рождаемость, окей, давайте введем систему материнского капитала и семейной ипотеки, чтобы родители, неважно, насколько они задолбаются друг об друга за следующие 18 лет, ни в коем случае не развелись, и ненавидели друг друга и детей под одной крышей! Мы должны воспитывать детей в патриотическом духе — и матери одевают ребенка на детский утренник в военную форму... Защитой интересов детей сейчас объясняется любая фигня.

Но в какой атмосфере дети растут по-настоящему? Заботы, внимания к их нуждам, уважительных разговоров с ними? Поощрения разумной самостоятельности при этом с проведением и поддержанием разумных запретов и границ же? Отношения к ним как к маленьким человекам, валидации их чувств и вот это все? Щаз. Так растут только дети ресурсных и умных родителей, которых на детей «хватает».

Остальные — как придется, и тем им хуже, чем хуже их отцам и мамам.

И для начала я поговорю на «запретную» тему. Когда я слышу о том, что в отличие от отцов, матери никогда не бросают своих детей, и делают все ради них, я нервно хихикаю. Каждый третий-четвертый мой клиент в детстве был сослан к бабушке, а иногда и отправлен в ясли полной недели. Это когда ребенок с полутора лет проводит в яслях 5 дней, и только на выходные его забирают домой. Часто это были дети из полных семей с работающими отцами, решение было материнским. Матери могут быть очень жестокими. Я видела пару раз именно мужские спины с очень тонкими поперечными шрамами, оставшимися от ремня. Наказывали матери. Матери прекрасно умеют орать, унижать, называть детей дебилами, уродами и тварями. Матери вполне могут чувствовать огромное удовлетворение и наслаждаться своей властью, оттаптываясь на ребенке.

Матери могут не любить, и даже ненавидеть своих детей. Иногда больше мальчиков, потому что те — мальчики, и конечно же они вырастут непременно такими же моральными уродами как и «все мужчины». Иногда больше девочек, потому что видят в девочках отражение их самих, потому что более послушную и безгласную девочку можно безнаказанно шпынять, потому что неосознанно завидуют дочери, что у нее есть больше, чем было у нее самой. Матери могут невероятно баловать детей, возносить их на пьедестал, делать за них все, попу до семи лет подтирать. И иногда больше мальчиков, а иногда девочек. И иногда в одной семье, на глазах сестры или брата.

Матери много чего могут. Выставлять из дома, запирать в темноте в кладовке, возить лицом по столу. Молча отворачиваться, когда руку или голос поднимает отец, ну да, потому что сами того отца боятся. Перекладывать ответственность за свои срывы на ребенка — это ты меня довел, это ты плохой, это ты виноват. Использовать детей как конфидентов, жаловаться детям на их пап, рассказывая им какие они плохие, посвящать в детали своей сексуальной жизни. Разлучать детей с отцами в случае развода, иногда — с отцами, которые хотели бы сохранить связь с ребенком. Не все отцы ужасны как отцы. А ребенок обычно очень любит обоих родителей — любыми.

Многие дети, а среди них половина мальчиков, растут в очень насильственной среде, где насильниками, в том числе, выступают их собственные матери. И да, конечно же, чаще всего это следствие колоссального материнского стресса и общего неблагополучия, собственных детских травм и отсутствия помощи и поддержки. Но все это не происходит только из-за того, что мужчины такие плохие, и не берут на себя «свою половину». В значительной степени причины те же: рост бедности, инфляция, дефицит жилья, кризисы, личные травмы, общая нестабильность, длящаяся годами.
продолжение следует...