«А мне бы хотелось, чтобы дети летом имели возможность отдохнуть. 12 лет — это тот самый возраст, когда формируется и физика, и психика. Нельзя, чтобы дети думали только о копеечке. Понимаете, общество потребления начинается с этого, когда наши омбудсмены рекомендуют детям думать о копеечке. Ну, друзья мои, об этом должны думать мы, взрослые — о том, чтобы дети бесплатно учились, лечились, бесплатно отдыхали. Поэтому задача моя на сегодняшний день другая — сделать так, чтобы каждый ребенок имел возможность отдохнуть в загородном лагере. И хорошо, если он отдохнет 21 день в загородном, 21 день в пришкольном лагере. Это будет просто замечательно, но при этом мы должны обеспечить воспитательные программы таким детям, и спортивные. Я не знаю, какого рода труд, высококвалифицированный в кавычках, можно предложить двенадцатилетнему ребенку», — отметила депутат.

«Мне кажется странным такое предложение, которое ведет к тому, что мы с раннего детства говорим, что главное для наших детей — это не учиться, развивать интеллект, не получать новые знания, не заниматься спортом, не заниматься творчеством, а главное — это зарабатывать. Чтобы снова потом приобрести себе машину, квартиру и хвастать друг перед другом вот этими покупками. Повторяю, что идеология общества потребления в этом предложении реализуется на все 100%. Мне кажется это странным».

«Россия — великая авиационная держава. Так, как любят авиацию в нашей стране, не любят нигде. Поэтому наши самолеты могут занимать и 50, и 70, и даже 100% парка. Если совпадут патриотизм, здравый смысл и экономическая эффективность, 50% — не предел», — сказал он.

«Вы знаете, что доминирующее положение на этом рынке сегодня занимает Китай. При этом по запасам этих металлов у России второе место в мире. В какой-то момент цены на РЗМ были очень высокими, и были предпосылки, что инвесторы будут заинтересованы во вхождении в эти проекты вместе с технологиями по разделению на оксиды. Но задача оказалась непростой: цены снизились, и эти проекты на какой-то период перестали быть рентабельными. Поэтому теперь государство для отрасли выполняет роль локомотива. Поскольку вопрос связан с национальной безопасностью, эти проекты мы точно будем реализовывать, чтобы получить всю необходимую номенклатуру по оксидам», — сказал Мантуров.

«Напомню, что у нас также есть еще Ту-214, по которому мы выходим уже на поточную линию со следующего года. К примеру, крыло самолета стыковалось на стапеле до четырех месяцев. На самолете, который совсем недавно был передан коммерческому заказчику, стыковка была уже чуть больше двух недель. А задача стоит выйти на несколько дней. Тогда это будет действительно поточная линия, как и на МС-21, так и на «Суперджете», — отметил Мантуров.

«Мы не зависим от решений третьих стран – дадут ли нам деньги, от МВФ, Всемирного банка, а внешний долг у нас всего 10%, и мы скоро его погасим, и таких долгов не останется. Мы принимаем собственные решения с точки зрения бюджетных вопросов абсолютно самостоятельно», – полагает глава Минфина.

«Несмотря на два пакета налоговых изменений, были риски того, что мы можем где-то перегнуть планку. Нет, не перегнули и показатели исполнения бюджета за 5 месяцев об этом красноречиво свидетельствуют», — сегодняшнее заявление от Антона Силуанова, автора фразы «мы не заметим повышение НДС».

«Страны БРИКС занимают 50% глобального экономического роста. Если ты раньше был на вершине мира и мог задавать основы развития, то сейчас возможности нет – ты начинаешь паниковать, суетиться, вводить санкции», – сказал замглавы АП Максим Орешкин.

«Надо переходить от оборонительной модели [к опережающей] и, по большому счету, мы от этого отошли. Не ждать, что отменятся санкции. Эти изменения носят фундаментальный характер, и санкции не связаны с конкретными событиями, а с тем, как меняется мир. Тот мир, который был 15-20 лет назад, его уже не существует и никогда не будет», – подчеркнул замглавы АП. 

«То, что России нужна новая модель экономического роста, первой сказала Набиуллина еще в 2008 году. И ощущение, что то ли не смогли построить, то ли каждый год строим новую», – сказал Андрей Макаров.

«Мы модель экономики вынуждены донастраивать, как только происходят значимые события. 2013-2014 годы, потом ковид, потом санкции, и каждый раз донастраиваем. Контуры финансово-экономической модели тоже прослеживаются – более крепкий рубль, чуть более высокие процентные ставки, потому что есть проблемы с бюджетным дефицитом. Закрыт отток капитала, и это, с одной стороны, хорошо, когда есть ресурс внутри страны, но давит на валютный рынок», – пояснил глава МЭР.

Так, по последним отчетам, инфляция в трехмесячном тренде упала до 2,4%. При ставке 14,5 получается, что реальная ставка составляет примерно 12 п. п., что очень много, и бизнес считает это одним из главных препятствий для восстановления инвестиционной активности, заметил Греф.

«Где эта точка, чтобы не переохладить экономику? Потому что запуск стоит значительно дороже, чем процесс охлаждения», — задался риторическим вопросом Греф.