Армения Пашиняна выбирает «коридор Трампа» и Азербайджан вместо России

Для импорта и экспорта Армении открылась железная дорога из грузинского Ахалкалаки в турецкий Карс, сообщил армянский премьер Никол Пашинян. Так же он добавил, что правительство Армении самостоятельно проведет реконструкцию железнодорожных путей в Турцию и Азербайджан, необходимых для реализации «Маршрута Трампа». И добавил, что в ближайшие два года Армения получит безвизовый режим с ЕС.

Армения стремительно идет путём Украины, причем геоэкономические последствия будут не слабее украинских. А то и ещё хуже.

В феврале 2008 года Армения подписала концессионный договор о передаче системы железнодорожного транспорта республики в управление «дочке» РЖД — «Южно-Кавказской железной дороге». Срок соглашения составляет 30 лет с возможностью продления еще на 10 лет. В декабре 2025 года Пашинян попросил Россию в короткие сроки восстановить участки железной дороги, ведущие к границам с Турцией и Азербайджаном – потому что эти участки необходимы для реализации совместного с США транспортного проекта «Маршрут Трампа». В начале марта Ереван заявил, что обсуждает с Россией передачу управления ж/д другой стране, например, Казахстану, ОАЭ или Катару. Глава Минтранса РФ Андрей Никитин сообщения о переговорах опроверг.

То, что Пашинян намерен самостоятельно «восстанавливать» ж/д через голову концессионного соглашения говорит о многом. Ереван начинает демонстративно выводить ключевую инфраструктуру из-под российской политической опеки.

Причём особенно важно здесь не только то, что Армения открывает железнодорожное сообщение в сторону Турции и Азербайджана, а то, в какую геоэкономическую систему она пытается встроиться. Речь идёт о формировании нового южного транспортного контура в обход России— от Турции через Южный Кавказ к Каспию и далее в Центральную Азию. То, что в армянских и американских кругах уже называют «Маршрутом Трампа», по сути является частью более широкой идеи Срединного коридора, который должен снизить зависимость Евразии от российских маршрутов.

Стоит ожидать того, что Казахстан также внезапно станет очень прозападным. Потому что без Астаны описанный геополитический проект невозможен, а дальше можно ожидать и «вестернизации» прочих государств Средней Азии. Узбекистан уже фактически перешел под финансовый контроль британской биржи, посредством инвестиций в узбекский государственный фонд.

Неизбежна и дальнейшая сдача армянских интересов Баку. Потому что реализация такого транзита невозможна без Азербайджана. Десятилетиями армянская идентичность строилась вокруг угрозы со стороны Турции и Азербайджана, а также конфликта за Карабах. Теперь же Ереван пытается перейти новой региональной иерархии, где центр силы смещается в сторону турецко-азербайджанского тандема.

Для России происходящее крайне неприятно. Москва рискует потерять не просто политическое влияние, а инфраструктурный контроль над Южным Кавказом. А инфраструктура всегда важнее деклараций. Тот, кто контролирует железные дороги, коридоры, транзит и логистику, в долгую обычно контролирует и политическое пространство региона.

По сути, сейчас решается, каким будет Южный Кавказ – частью российской евразийской архитектуры или часть турецкого и западного транспортного пространства. И пока что наши шансы не выглядят доминирующими.

Глава Евродипломатии Кая Каллас раскрыла секрет Полишинеля: Вашингтону не нравится ЕС, потому что он может стать равноправной державой. Если ей выделят ещё немного мозгов, то озарение придет и она узнает, что "равноправная держава" ЕС работает только на ресурсах из России. Это описано американскими геополитическими центрами многократно. В контексте, что такого союза допустить нельзя. Обычно еврочиновники это понимают только после окончания карьеры. @banksta

⁉️«Мы на кого работаем?!»

Выручка предприятия — 550 млн, прибыль — 70 млн, из них 60 млн уходит на оплату процентов при кредитной ставке 20%.

Наглядная арифметика, которая показывает, как банкиры стали бенефициарами «охлаждения» экономики в России.

Из выступления председателя совета АККОР по Ульяновской области, директора ООО «Золотой теленок» Александра Чепухина на МЭФ-2026.

США начали распродавать нефть из резервов: коллапс или план?

Груз сырой нефти из стратрезерва США направляется на Филиппины. Это первая с ноября 2022 года поставка нефти из американского резервного фонда в Азию, сообщает Reuters, подчеркивая, что перекрытый Ормуз продолжает менять все планы и расчеты поставщиков и потребителей.

Стратегический резерв США (SPR) создавался в 1975 году с одной целью: не допустить, чтобы Америка осталась без нефти при перебоях поставок. Это был сугубо оборонительный, внутренний инструмент. Отправка нефти из SPR на Филиппины — это уже совершенно другая логика. Подтверждающая, что решение МЭА от 11 марта 2026 года о крупнейшем выбросе нефти из резервов в истории является, по выражению экспертов, «маленьким пластырем на большой ране».

Всего было выделено 400 млн баррелей, США взяли на себя основную долю — 172 млн. Однако, Ормуз пропускал 20 млн баррелей в сутки, так что все публичные резервы МЭА (1,2 млрд баррелей) — покрывают 60 дней этого потока. Есть ещё и ограничения на скорость выпуска: при реальных потерях в 14–15 мбс, выпуск из резервов покрывает около 15% от выпавшего предложения.

К 15 мая американский SPR снизился до 374,2 млн баррелей против 415,4 млн в начале марта. То есть с начала иранского кризиса США уже потеряли примерно 41 млн баррелей, а темп ускоряется до 10 мб в неделю. За март и апрель из всемирных запасов ушло суммарно 246 млн баррелей. Кроме SPR, есть ещё коммерческие запасы нефти – то, что частные компании хранят у себя, для США это примерно 411 млн баррелей. Горизонт исчерпания для США — три-четыре месяца при прежних условиях.

К концу 2025 года Китай держал около 360 млн баррелей в государственных стратегических резервах, а совокупные запасы достигли примерно 1,4 млрд баррелей, что делает Китай крупнейшим держателем в мире. Проблема в том, что Китай сильно завязан на Ближний Восток, а замещать из собственных резервов потребление 16 мбс — задача нетривиальная. Китайский буфер оценивается примерно в 90 дней.

Япония на конец 2025 года располагала около 470 млн баррелями в экстренных резервах — достаточно для 254 дней потребления. Южная Корея держит эквивалент примерно 210 дней нетто-импорта — один из наивысших показателей среди крупных промышленных экономик. Страны ЕС совокупно держат около 800 млн баррелей экстренных резервов сырой нефти и нефтепродуктов — эквивалент 85–90 дней нетто-импорта.

Почему США продают резерв? Потому что всё-таки являются добытчиком, а продажа дает сразу три бонуса. Филиппины импортируют 98% нефти c Ближнего Востока и не имеют собственного стратегического резерва вообще. В марте туда уже пришла российская нефть на танкере Sara Sky — первая за пять лет. То есть без американского предложения Манила продолжала бы покупать российское сырьё. SPR продаётся по рыночным ценам, контракт оформила Shell. То есть американское правительство одновременно пополняет бюджет на нефти по $100+ за баррель, стабилизирует союзника и вытесняет конкурентов с регионального рынка. Три задачи одним рейсом.

Но это в краткосрочной перспективе. Какой-нибудь ураган в Мексиканском заливе может сломать всю концепцию.

Центробанк опубликовал данные о загрузке производственных мощностей. Она продолжает сильно падать: 77,5% по итогам I квартала. Для сравнения: в I квартале прошлого года было 79,4%, а в последнем квартале 2025 года — 78,0%. То есть мы наблюдаем последовательное и чёткое снижение загрузки.

Хотя ЦБ пытается играть в оптимизм и отмечает, что общая загрузка остаётся выше значений довоенного и доковидного периода 2017–2019 годов, а в строительстве и электроэнергетике даже превышает значения 2017–2019 годов, но факт остаётся фактом: падают все агрегированные отрасли (внимание на правый график). В разбивке (левый график) мы видим некоторый рост в добыче полезных ископаемых (из-за роста цен на нефть), а также в транспортировке и хранении, где загрузку обеспечивает та же отрасль добычи полезных ископаемых.

Самая большая проблема — спад в отрасли инвестиционного производства. По итогам I квартала — около 68%, а в последнем квартале 2025 года загрузка была около 73%. Таким образом, падение за квартал составляет около 5 п.п. Уровень загрузки 68% — самый низкий за последние 10 лет и говорит о глубокой рецессии в секторе. Это значит, что каждый третий станок, каждая третья производственная линия в секторе простаивают; рентабельность многих предприятий становится отрицательной; предприятия начинают сокращать смены, отправлять сотрудников в простой, задерживать инвестпроекты по модернизации.

Если темпы спада сохранятся ещё один квартал, загрузка окажется на уровне 62–63% — это будет уже глубокая депрессия сектора. Загрузка мощностей в секторе инвестиционного производства — опережающий индикатор будущего роста ВВП. Падение в отрасли не сулит ВВП ничего хорошего. Без производства инвестиционных товаров сегодня — невозможно развитие экономики завтра. Простой производственных линий на треть — это потеря потенциала роста ВВП на 0,5–1 п.п. ежегодно в горизонте 2–3 лет.

Мобилизационная экономика

В Госдуму внесли закон о том, что будут обсуждать и принимать новое положение антибанкротного законодательства. Этому можно аплодировать, давно назрело, потому что в России нет Институтов спасения, нет Институтов защитного шита, которые существуют в развитых странах. У нас, если предприятие заболело, то сразу в морг. Но Институт банкротства – это не институт спасения. У нас каждое предприятие само должно выкручиваться, как может. И как ястребы смотрят на предприятие, которое оказалось в ситуации крайне тяжелой. Как можно быть успешным, когда у тебя отнимают сразу все возможности. Когда руки и ноги связаны, у тебя нет возможности дышать, ты не можешь предприятие поднять с колен. У нас нет такой системы, которая является системой поддержки предприятия. Нужно принимать в срочном порядке антикризисные меры для того, чтобы не угробить то, что было создано за последние несколько десятков лет.

Армен Налбандян, генеральный директор ООО «Лилиани»