В последние дни смотрю только советские фильмы о Чернобыле, так как пытаюсь перед отпуском собрать материал для статьи. И дело тут не в приближающейся дате, меня иррационально поразил этот безумный эпизод с танковыми колоннами через Зону (глупая шутка восьмилетней давности про Припятьскую Народную Республику с мародёрами на квадроциклах перестала быть смешной) и с окопами в Рыжем Лесу. Просто я рос в городе недалеко от действующего РМБК реактора, с счётчиком радиации на центральной площади, читал всё детство книги об аварии и был уверен в том, что уважение замешанное на страхе является естественной реакцией на эту территорию. Оказалось, что нынешняя Россия либо забыла про всё, либо гордо игнорирует недавнее прошлое. И этот пугающий симптом заставляет меня снова присмотреться к данному прошлому.
Главный документалист Катастрофы - Роллан Сергиенко. В отличии от героически убившего себя Шевченко ему хватило осторожности не подходить к камерой в руках к открытому реактору. Но вина выжившего (он похоже был уверен в том, что его сын заболел и в последствии умер оттого что постирал руками одежду отца вернувшегося из Зоны) заставляла его раз за разом возвращаться к теме с всё более и более яростными манифестами. В числе которых совершенно удивительное по масштабу «Приближение к Апокалипсису».
Он постарался туда вместить всё. Развалины Помпеи сменяются пустой Припятью. Дятлов на зоне обвиняет в случившемся академика Александрова. Последний обсуждает с соратниками самоубийство Легасова. Сторонники атомной энергетики рассуждают о комфорте. Противники призывают вообще отказаться от прогресса (от японского профессора аскета реально повеяло Унабомбером). Крупным планом лица заболевших детей. Потом их могилы. Акция против строительства АЭС в Крыму, где выступающая рассказывает о Кыштыме. Куча религиозных деятелей, включая даже Папу Римского (интервью дать отказался но благословил на камеру, что дало достаточно уникального текста).
Но главный для меня фрагмент фильма снова напомнил про наш 2022-ой год. Оказалось, что Мария Примаченко жила недалеко от Чернобыля и отреагировала на произошедшее в своих картинах. Рассказывая об этом Сергиенко между делом упомянул невероятное. Похороненный под развалинами четвёртого блока Валерий Ходемчук был племянником Примаченко. То есть российский Град, из которого обстреляли и сожгли музей Примаченко, пришёл к её городу через гигантскую могилу её родственника. С радиоактивной пылью на колёсах.
В этой идиотской войне слишком много символизма. Они словно пытаются отмотать время назад и стереть с лица земли всё, что возникло после Катастрофы, частью которой была и чернобыльская.
Приближение к Апокалипсису. Чернобыль рядом (1991)
Главный документалист Катастрофы - Роллан Сергиенко. В отличии от героически убившего себя Шевченко ему хватило осторожности не подходить к камерой в руках к открытому реактору. Но вина выжившего (он похоже был уверен в том, что его сын заболел и в последствии умер оттого что постирал руками одежду отца вернувшегося из Зоны) заставляла его раз за разом возвращаться к теме с всё более и более яростными манифестами. В числе которых совершенно удивительное по масштабу «Приближение к Апокалипсису».
Он постарался туда вместить всё. Развалины Помпеи сменяются пустой Припятью. Дятлов на зоне обвиняет в случившемся академика Александрова. Последний обсуждает с соратниками самоубийство Легасова. Сторонники атомной энергетики рассуждают о комфорте. Противники призывают вообще отказаться от прогресса (от японского профессора аскета реально повеяло Унабомбером). Крупным планом лица заболевших детей. Потом их могилы. Акция против строительства АЭС в Крыму, где выступающая рассказывает о Кыштыме. Куча религиозных деятелей, включая даже Папу Римского (интервью дать отказался но благословил на камеру, что дало достаточно уникального текста).
Но главный для меня фрагмент фильма снова напомнил про наш 2022-ой год. Оказалось, что Мария Примаченко жила недалеко от Чернобыля и отреагировала на произошедшее в своих картинах. Рассказывая об этом Сергиенко между делом упомянул невероятное. Похороненный под развалинами четвёртого блока Валерий Ходемчук был племянником Примаченко. То есть российский Град, из которого обстреляли и сожгли музей Примаченко, пришёл к её городу через гигантскую могилу её родственника. С радиоактивной пылью на колёсах.
В этой идиотской войне слишком много символизма. Они словно пытаются отмотать время назад и стереть с лица земли всё, что возникло после Катастрофы, частью которой была и чернобыльская.
Приближение к Апокалипсису. Чернобыль рядом (1991)
Forwarded from Партия Мертва
Новости контркультурки. Опустошение наконец-то обрело ясную политическую форму, ибо диванные миzантропы осознали всю сакральность буквы зю. Следующий выпуск обещает быть интересным, ведь после такого заявления каждый сотрудничающий буквально подписывается под позицией редактора.
Да, я Лапшина к чертям забанил на пике его приступа ковидиотизма, но в данном случае рад за него.
Да, я Лапшина к чертям забанил на пике его приступа ковидиотизма, но в данном случае рад за него.
Forwarded from Ártali: Дневник ритуального поведения.
Желудок
(17.04)
Всю неделю не запоминаю снов. Только отдельные, статичные образы из которых не сделаешь текста. В одном случае наш квартал превратился в богемную резервацию художников и мы смотрели из окна как соседи кормят лис. При этом в центре их двора стояла инсталяция из десятка статуй формата «писающий мальчик» поставленных в круг и покрашенных золотой краской. Половые органы у этих статуй были явно больше чем нужно для детских тел.
Потом был сон где возле работы я увидел маленького ежа альбиноса и очень обрадовался этому.
Сегодня сон состоял хотя-бы из двух образов, что придало ему подобие нарратива. Сперва я глотал странного вида медные монеты. Совсем небольшие. Но мне нужно было их пропустить через свой желудок как часть некого странного алхимического ритуала. Закончив глотать я включил фильм.
Заледеневшее озеро. На нём толпа подростков. Горит костёр. Крупным планом лицо героя, его играет Епифанцев. Он со всеми ругается, говорит что здесь опасно. Его не слушают. Вдруг из проруби высовывается длинная шея плезиозавра и нависает над толпой. Все испуганны. Плезиозавр угрожающе шипит, но из воды выскакивает нечто огромное и жуткое и перегрызает ему шею.
Монтажная склейка.
Герой пытается пробраться к берегу. За ним из льда выскакивает всё тот же монстр, тут мы видим что его клыки сделаны из льда, как огромные сосульки. Он проглатывает героя, но вместо реального желужка он оказывается в огромной светлой пещере. Я понимаю, что этот образ связан с ритуалом, и просыпаюсь.
(17.04)
Всю неделю не запоминаю снов. Только отдельные, статичные образы из которых не сделаешь текста. В одном случае наш квартал превратился в богемную резервацию художников и мы смотрели из окна как соседи кормят лис. При этом в центре их двора стояла инсталяция из десятка статуй формата «писающий мальчик» поставленных в круг и покрашенных золотой краской. Половые органы у этих статуй были явно больше чем нужно для детских тел.
Потом был сон где возле работы я увидел маленького ежа альбиноса и очень обрадовался этому.
Сегодня сон состоял хотя-бы из двух образов, что придало ему подобие нарратива. Сперва я глотал странного вида медные монеты. Совсем небольшие. Но мне нужно было их пропустить через свой желудок как часть некого странного алхимического ритуала. Закончив глотать я включил фильм.
Заледеневшее озеро. На нём толпа подростков. Горит костёр. Крупным планом лицо героя, его играет Епифанцев. Он со всеми ругается, говорит что здесь опасно. Его не слушают. Вдруг из проруби высовывается длинная шея плезиозавра и нависает над толпой. Все испуганны. Плезиозавр угрожающе шипит, но из воды выскакивает нечто огромное и жуткое и перегрызает ему шею.
Монтажная склейка.
Герой пытается пробраться к берегу. За ним из льда выскакивает всё тот же монстр, тут мы видим что его клыки сделаны из льда, как огромные сосульки. Он проглатывает героя, но вместо реального желужка он оказывается в огромной светлой пещере. Я понимаю, что этот образ связан с ритуалом, и просыпаюсь.
Forwarded from Партия Мертва
Но барыня покровительствующая не бросила пупса. Новое бабло пришло на бескомпромисное полизывание начальственных булок Путина.
mic drop
mic drop
Forwarded from Ártali: Дневник ритуального поведения.
Оберег
(19.04)
Даугавпилс, иду в центр из дома бабушки (написал и внезапно осознал что во снах я выхожу либо с Марияс, либо с Валкас, две локации из детства). Я только приехал, это первый день отпуска. В центре осознаю, что забыл кошелёк и видимо придётся идти пешком назад. Вдруг ощущаю тяжесть в карманах мелких монет, их должно хватить на трамвай. Решаю зайти в кафе, раз уж в центре, съесть что нибудь маленькое и сладкое с кофе и уехать на оставшиеся. Но осматривая кафе понимаю что забыл про свою непереносимость глютена, в Даугавпилсе почти от всего что продаётся на центральной улице мне будет плохо. Останавливаюсь и стеклянной двери кафе, вроде бы на месте реального «Viesma». Достаю монеты из кармана и тут понимаю что это не евро. Это старые, антикварные монеты. Несколько медных (при взгляде на которые я что-то смутно вспомнил и уже проснувшись понял что они остались от предыдущего сна), но в основном тяжёлые и золотые. Они дорогие, но на них ничего не купишь. В кармане был большой оберег с ними (похожий на тот что у меня на шее), он слегка порвался и монеты высыпались в карман. Пара упала на пол когда доставал, и вроде закатилась под стеклянную дверь. Начинаю их доставать и вижу, что в кафе весь пол усыпан маленькими медными масками и фигурками, похожими на римские амулеты. Среди них позеленевшая статуэтка монстра с большим ртом (снова напоминающая про предыдущий сон). Слышу разговор хозяев предметов, сидящих за столиком. Они говорят про наш английский город, похоже нашли предметы на территории коледжа.
Подбираю свои монеты и просыпаюсь.
День проходит довольно нервно, так как нужно всё успеть до отпуска, ранним утром летим в Дублин. Но я не думаю что в этом сне отразилась покупка евро.
(19.04)
Даугавпилс, иду в центр из дома бабушки (написал и внезапно осознал что во снах я выхожу либо с Марияс, либо с Валкас, две локации из детства). Я только приехал, это первый день отпуска. В центре осознаю, что забыл кошелёк и видимо придётся идти пешком назад. Вдруг ощущаю тяжесть в карманах мелких монет, их должно хватить на трамвай. Решаю зайти в кафе, раз уж в центре, съесть что нибудь маленькое и сладкое с кофе и уехать на оставшиеся. Но осматривая кафе понимаю что забыл про свою непереносимость глютена, в Даугавпилсе почти от всего что продаётся на центральной улице мне будет плохо. Останавливаюсь и стеклянной двери кафе, вроде бы на месте реального «Viesma». Достаю монеты из кармана и тут понимаю что это не евро. Это старые, антикварные монеты. Несколько медных (при взгляде на которые я что-то смутно вспомнил и уже проснувшись понял что они остались от предыдущего сна), но в основном тяжёлые и золотые. Они дорогие, но на них ничего не купишь. В кармане был большой оберег с ними (похожий на тот что у меня на шее), он слегка порвался и монеты высыпались в карман. Пара упала на пол когда доставал, и вроде закатилась под стеклянную дверь. Начинаю их доставать и вижу, что в кафе весь пол усыпан маленькими медными масками и фигурками, похожими на римские амулеты. Среди них позеленевшая статуэтка монстра с большим ртом (снова напоминающая про предыдущий сон). Слышу разговор хозяев предметов, сидящих за столиком. Они говорят про наш английский город, похоже нашли предметы на территории коледжа.
Подбираю свои монеты и просыпаюсь.
День проходит довольно нервно, так как нужно всё успеть до отпуска, ранним утром летим в Дублин. Но я не думаю что в этом сне отразилась покупка евро.
В свой день рождения Алёна радуется подарку в виде возможности снять видео с выставкой в Дублине от проекта The Cabinet of the Solar Plexus
Скрытая от неё камера зафиксировала момент изучения подлинников Спэра и Бэланса.
С днём рождения. Очень тебя люблю.
Скрытая от неё камера зафиксировала момент изучения подлинников Спэра и Бэланса.
С днём рождения. Очень тебя люблю.
Forwarded from Ártali: Дневник ритуального поведения.
Ór na hÉireann
(20/23.04)
***
Ирландское золото
Во сне собирался в какую-то поездку. Автобус, который должен был подъехать к даугавпилскому рынку, явно опаздывал. Наконец-то он подъехал к униатскому костёлу. Его водитель - человек из моего прошлого с которым был и остаётся сильный конфликт. Во сне конфликт тоже актуален, но не настолько важен, так как я скорее всего буду вторым водителем и тут не до ругани. Мы даже шутим о взаимной неприязни.
Просыпаюсь. Ночь. Мы спали три часа и сейчас должны успеть на первый поезд. Утром самолёт до Дублина, первая поездка в отпуск за долгое время.
Дремлю в самолёте, но нормально поспать шансов нет. В аэропорту забираем взятую напрокат машину и адреналин от необходимости вести незнакомую технику по незнакомой стране помогает проснуться. Одно хорошо, здесь тоже левостороннее движение.
Даже в полусонном состоянии интуиция меня не подвела. Сунувшись в центральную часть города я вернулся за мост и буквально сразу нашёл уютную улочку с отсутствием ограничений на парковку. Более того, там возле двери собственного дома лежал пьяный местный, возле которого собрались соседки и обсуждали событие качая головами. Слегка необычная для современной столицы картина, уютная, словно из старых фильмов. Перейдя через мост в центральную часть города мы увидели статую у воды (проверил имя - католик аскет начала двадцатого века) прямо напротив которого, на стене современного дома нашлась фигурка Sheela-Na-Gigs, то есть аскет смотрит на большую вагину.
Уже на этом примере было ясно что Ирландия - реально интересная страна.
Сил на полноценное исследование города, конечно, нет. Ищем хотя бы археологический музей (обязательный пункт программы в каждом новом городе). По пути проходим мимо дома семьи Уайльд. Прямо напротив него совершенно удивительная статуя Оскара. Даже целый скульптурный комплекс, великий писатель возлежит на камне (одежда и особенно ботинки выполнены с неожиданной реалистичностью, невозможно поверить в то, что это камень) и с довольной ухмылой взирает на две задницы, мужскую и женскую, фундамент под которыми украшен его афоризмами. Не трудно догадаться, на каком гендере сфокусирован взгляд гения. Никогда не видел статую настолько игнорирующую приличия и условности ради точности передачи характера.
В музее мы просто пропали. Даже Британский Музей с его бесконечными залами награбленного во всём мире не оставляет такого ощущения богатства, возможно потому что тут всё местное. Тысячелетия культур наслаивавшихся друг на друга. Центральный зал посвящён ирландскому золоту и я никогда не видел этот метал в таком количестве. Нагрудные пластины, шейные гривны, огромные серьги и как вершина - бусы, где каждая бусина размером с кулак. С изумлением замечаю в описании, что золото местное, его добывали в Ирландии.
Затем экспозиция посвящённая телам из болот, все трупы можно разглядеть (подозрительно много рыжих). В описании подчёркивается, что все тела нашлись на границах древних королевств и что ритуал в ходе которого их убили мог быть связан с инаугурацией новых правителей.
Экспозицию про викингов в Дублине (с которых и начался город) смотрели уже на последнем дыхании. Но и она оказалась отличной. Наконец-то увидел лично железный жезл вёльвы (в описании он назван шампуром для мяса, но там явно не практический ритуальный предмет). Описаниям вообще верить не стоит, там нашлась фигурка описанная как «волк играет с мячом» при том что мифы где волки догоняют шарообразное светило должны быть известны всем. Плюс один из предметов в основном зале (цепи с колесом похожим на символ Тараниса) почти идентичен деталям известного костюма британского жреца/друида, о чём ничего не сказано в описании.
Не представляю как доехал до снятого домика в горах. Отключился как добрался до кровати.
(20/23.04)
***
Ирландское золото
Во сне собирался в какую-то поездку. Автобус, который должен был подъехать к даугавпилскому рынку, явно опаздывал. Наконец-то он подъехал к униатскому костёлу. Его водитель - человек из моего прошлого с которым был и остаётся сильный конфликт. Во сне конфликт тоже актуален, но не настолько важен, так как я скорее всего буду вторым водителем и тут не до ругани. Мы даже шутим о взаимной неприязни.
Просыпаюсь. Ночь. Мы спали три часа и сейчас должны успеть на первый поезд. Утром самолёт до Дублина, первая поездка в отпуск за долгое время.
Дремлю в самолёте, но нормально поспать шансов нет. В аэропорту забираем взятую напрокат машину и адреналин от необходимости вести незнакомую технику по незнакомой стране помогает проснуться. Одно хорошо, здесь тоже левостороннее движение.
Даже в полусонном состоянии интуиция меня не подвела. Сунувшись в центральную часть города я вернулся за мост и буквально сразу нашёл уютную улочку с отсутствием ограничений на парковку. Более того, там возле двери собственного дома лежал пьяный местный, возле которого собрались соседки и обсуждали событие качая головами. Слегка необычная для современной столицы картина, уютная, словно из старых фильмов. Перейдя через мост в центральную часть города мы увидели статую у воды (проверил имя - католик аскет начала двадцатого века) прямо напротив которого, на стене современного дома нашлась фигурка Sheela-Na-Gigs, то есть аскет смотрит на большую вагину.
Уже на этом примере было ясно что Ирландия - реально интересная страна.
Сил на полноценное исследование города, конечно, нет. Ищем хотя бы археологический музей (обязательный пункт программы в каждом новом городе). По пути проходим мимо дома семьи Уайльд. Прямо напротив него совершенно удивительная статуя Оскара. Даже целый скульптурный комплекс, великий писатель возлежит на камне (одежда и особенно ботинки выполнены с неожиданной реалистичностью, невозможно поверить в то, что это камень) и с довольной ухмылой взирает на две задницы, мужскую и женскую, фундамент под которыми украшен его афоризмами. Не трудно догадаться, на каком гендере сфокусирован взгляд гения. Никогда не видел статую настолько игнорирующую приличия и условности ради точности передачи характера.
В музее мы просто пропали. Даже Британский Музей с его бесконечными залами награбленного во всём мире не оставляет такого ощущения богатства, возможно потому что тут всё местное. Тысячелетия культур наслаивавшихся друг на друга. Центральный зал посвящён ирландскому золоту и я никогда не видел этот метал в таком количестве. Нагрудные пластины, шейные гривны, огромные серьги и как вершина - бусы, где каждая бусина размером с кулак. С изумлением замечаю в описании, что золото местное, его добывали в Ирландии.
Затем экспозиция посвящённая телам из болот, все трупы можно разглядеть (подозрительно много рыжих). В описании подчёркивается, что все тела нашлись на границах древних королевств и что ритуал в ходе которого их убили мог быть связан с инаугурацией новых правителей.
Экспозицию про викингов в Дублине (с которых и начался город) смотрели уже на последнем дыхании. Но и она оказалась отличной. Наконец-то увидел лично железный жезл вёльвы (в описании он назван шампуром для мяса, но там явно не практический ритуальный предмет). Описаниям вообще верить не стоит, там нашлась фигурка описанная как «волк играет с мячом» при том что мифы где волки догоняют шарообразное светило должны быть известны всем. Плюс один из предметов в основном зале (цепи с колесом похожим на символ Тараниса) почти идентичен деталям известного костюма британского жреца/друида, о чём ничего не сказано в описании.
Не представляю как доехал до снятого домика в горах. Отключился как добрался до кровати.
Forwarded from Ártali: Дневник ритуального поведения.
***
Водопад
Снятся новости про войну. Причём сон довольно мегаломанский, там мой пост откоментировал лично Путин и я получил возможность написать ему всё что о нём думаю.
Это очень смешно, но проснувшись я понял что ответ я писал не о Путине, а о Лимонове. Похоже они, наконец-то, слились в моём подсознании в нечто целое.
Спали часов десять, если не больше. Утро встретило очередным сюрпризом от ирландского народа, пока собирались постепенно пропала вода в доме. Но нас такое, конечно, не остановит, собрались и выехали. Никаких серьёзных планов на день не было, просто поездка по красивым местам в горном районе.
Начали с водопада. К нашему большому разочарованию до него не нужно было долго идти по скользким тропинкам, мы заплатили на въезде за билеты и доехали буквально до самого водопада. Водопад очень красивый, но нет никакого приключения. Туристов полно, они прыгают по камням у потока воды в поисках лучшего ракурса для фото. Присоединяюсь, но осторожно, Алёна беспокоится о том, что сегодня с утра всё не по плану. То есть что я могу и упасть.
Внимательно смотрю под ноги и замечаю блёстки на земле. Поднимаю. Пирит. Золото дураков. Мы любим привозить всякие камушки и стекляшки из поездок, поэтому решаю поискать особо красивый экземпляр в подарок. Сперва поднимаю слиток похожий скорее на некий лёгкий металл чем на камень. Явно не драгоценный, но необычный. Потом заметил неожиданно правдоподобный маленький экземпляр пирита, даже удивился тому что бывают и такие обманки.
После водопада поехали искать популярную у туристов тропу, ведущую сквозь горы мимо самых красивых мест. На ирландском её зовут Slí Cualann Nua, то есть новой версией одной из пяти священных дорог что вела в Тару (вроде-бы она частично совпадает в нескольких местах с старым маршрутом) Нашёл сам, интуиция не подвела. Возле парковки украшенное дерево с игрушечной дверью. Но, как потом оказалось, в нужный момент я свернул не туда и мы просто час погуляли по лесу. Всё равно, правда, красивому и интересному. В лесу мне и пришла в голову пугающая мысль. Проверил. В Ирландии до сих пор есть золото, его добывают прямо в этих горах и река, на которой стоит водопад, входит в число золотоносных. Есть шанс что я нашёл совсем не пирит.
В любом случае количество слишком маленькое, по закону заявлять о нём не нужно. Но сказать, что ситуация внезапна, значит ничего не сказать.
На закате доехали до Glendalough как до одной из самых красивых точек. На берегу озера стоит монастырь, вернее целое поселение монахов возникшее ещё в пятом веке. Старые строения, круговая башня. Обычно мне такое не интересно, но и раздражения нет. Ирландское христианство всё таки естественно выросло из этой культуры, их вариант двоеверия достаточно интересен. Вот и тут монашеское поселение прекрасно интегрировано в пейзаж.
Возле машины остановился, с другой стороны дороги паслась группа олених. Выглядят иначе чем привычные, вспоминаю что утром, читая про горы, заметил что местные олени в основном гибриды, смешавшиеся с завезёнными в парки для украшения японскими оленями.
Подхожу к ним совсем близко. Олениха на секунду перестаёт жевать, потом решает что я не угроза и продолжает трапезу. Даже группа нетрезвых поляков восхищённо кричащих kurva ни капли этих животных не пугает.
Отхожу. Проверяю. Реально японские олени, даже не факт что гибриды, судя по фото выглядят чистокровными. Только всюду пишут что они пугливые и к ним так просто не приблизишься.
Возвращаемся поздно. Хозяева в панике, воду так и не пустили. Это дорожные работы, их вины нет, да и возле дома есть альтернативный источник, так что игнорируем предложение купить нам ночь в отеле по соседству и просто заполняем вёдра для умывания и туалета. Нас таким не испугать.
Водопад
Снятся новости про войну. Причём сон довольно мегаломанский, там мой пост откоментировал лично Путин и я получил возможность написать ему всё что о нём думаю.
Это очень смешно, но проснувшись я понял что ответ я писал не о Путине, а о Лимонове. Похоже они, наконец-то, слились в моём подсознании в нечто целое.
Спали часов десять, если не больше. Утро встретило очередным сюрпризом от ирландского народа, пока собирались постепенно пропала вода в доме. Но нас такое, конечно, не остановит, собрались и выехали. Никаких серьёзных планов на день не было, просто поездка по красивым местам в горном районе.
Начали с водопада. К нашему большому разочарованию до него не нужно было долго идти по скользким тропинкам, мы заплатили на въезде за билеты и доехали буквально до самого водопада. Водопад очень красивый, но нет никакого приключения. Туристов полно, они прыгают по камням у потока воды в поисках лучшего ракурса для фото. Присоединяюсь, но осторожно, Алёна беспокоится о том, что сегодня с утра всё не по плану. То есть что я могу и упасть.
Внимательно смотрю под ноги и замечаю блёстки на земле. Поднимаю. Пирит. Золото дураков. Мы любим привозить всякие камушки и стекляшки из поездок, поэтому решаю поискать особо красивый экземпляр в подарок. Сперва поднимаю слиток похожий скорее на некий лёгкий металл чем на камень. Явно не драгоценный, но необычный. Потом заметил неожиданно правдоподобный маленький экземпляр пирита, даже удивился тому что бывают и такие обманки.
После водопада поехали искать популярную у туристов тропу, ведущую сквозь горы мимо самых красивых мест. На ирландском её зовут Slí Cualann Nua, то есть новой версией одной из пяти священных дорог что вела в Тару (вроде-бы она частично совпадает в нескольких местах с старым маршрутом) Нашёл сам, интуиция не подвела. Возле парковки украшенное дерево с игрушечной дверью. Но, как потом оказалось, в нужный момент я свернул не туда и мы просто час погуляли по лесу. Всё равно, правда, красивому и интересному. В лесу мне и пришла в голову пугающая мысль. Проверил. В Ирландии до сих пор есть золото, его добывают прямо в этих горах и река, на которой стоит водопад, входит в число золотоносных. Есть шанс что я нашёл совсем не пирит.
В любом случае количество слишком маленькое, по закону заявлять о нём не нужно. Но сказать, что ситуация внезапна, значит ничего не сказать.
На закате доехали до Glendalough как до одной из самых красивых точек. На берегу озера стоит монастырь, вернее целое поселение монахов возникшее ещё в пятом веке. Старые строения, круговая башня. Обычно мне такое не интересно, но и раздражения нет. Ирландское христианство всё таки естественно выросло из этой культуры, их вариант двоеверия достаточно интересен. Вот и тут монашеское поселение прекрасно интегрировано в пейзаж.
Возле машины остановился, с другой стороны дороги паслась группа олених. Выглядят иначе чем привычные, вспоминаю что утром, читая про горы, заметил что местные олени в основном гибриды, смешавшиеся с завезёнными в парки для украшения японскими оленями.
Подхожу к ним совсем близко. Олениха на секунду перестаёт жевать, потом решает что я не угроза и продолжает трапезу. Даже группа нетрезвых поляков восхищённо кричащих kurva ни капли этих животных не пугает.
Отхожу. Проверяю. Реально японские олени, даже не факт что гибриды, судя по фото выглядят чистокровными. Только всюду пишут что они пугливые и к ним так просто не приблизишься.
Возвращаемся поздно. Хозяева в панике, воду так и не пустили. Это дорожные работы, их вины нет, да и возле дома есть альтернативный источник, так что игнорируем предложение купить нам ночь в отеле по соседству и просто заполняем вёдра для умывания и туалета. Нас таким не испугать.