Так поступили Эми Накамура и Йон Стейнссон в работе 2018 года «High-Frequency Identification of Monetary Non-Neutrality: The Information Effect». Они взяли данные об ожиданиях рынка за 15 минут до объявления ставки. К этому времени они уже сформированы. Потом авторы посмотрели на отклик реальной ставки после сообщения ФРС. Почему реальной, а не номинальной? Если денежная политика влияет на реальные величины (а не только на инфляцию), то реальная ставка должна измениться и повлиять на реальный выпуск. На картинке видно, что реальная ставка действительно откликается на шок. Поначалу даже один в один. Однако шок со временем расходится и гаснет. Как круги на воде, в которую бросили камень. Из этих графиков можно увидеть период полураспада шока, а заодно понять, какой период центробанки считают краткосрочным. Ясно, почему Банк России говорит о среднесрочной цели по инфляции. Он не рассчитывает, что экономика отреагирует немедленно после объявления.
Аналогично меняется ожидаемый реальный выпуск. Он растет! На первый взгляд эо противоречит стандартной логике. Если ставки выросли, то выпуск должен упасть. Авторы объясняют это так. ФРС повышает ставку, если положительно оценивает экономические перспективы. С экономикой все будет хорошо, поэтому ставку можно увеличить. Поэтому экономические агенты ожидают рост. Получается, что кроме стандартного влияния ставок на денежную массу и спрос есть еще информационный эффект.
Сама идея простая — поискать неожиданные изменения в поведении центробанка, но технически реализовать ее не так-то просто. Поэтому вокруг этой идеи образовались кипы научных статей, которые разбирают ее в деталях. Но! Обратите внимание, сколько понадобилось изобретательности и аналитической работы, чтобы из корреляции достать информацию о причинности. Это вам не 99%-ные регрессии гонять. Экономика — это не так уж и просто.
В статье гораздо больше результатов, чем я описал, но в целом результат укладывается в стандартную макроэкономику. Деньги действительно оказывают влияние на реальный ВВП, но в долгосрочном периоде их влияние постепенно сходит на нет. Поэтому центробанки отвечают не за скорость роста, а за стабильность его «естественных» темпов.
Аналогично меняется ожидаемый реальный выпуск. Он растет! На первый взгляд эо противоречит стандартной логике. Если ставки выросли, то выпуск должен упасть. Авторы объясняют это так. ФРС повышает ставку, если положительно оценивает экономические перспективы. С экономикой все будет хорошо, поэтому ставку можно увеличить. Поэтому экономические агенты ожидают рост. Получается, что кроме стандартного влияния ставок на денежную массу и спрос есть еще информационный эффект.
Сама идея простая — поискать неожиданные изменения в поведении центробанка, но технически реализовать ее не так-то просто. Поэтому вокруг этой идеи образовались кипы научных статей, которые разбирают ее в деталях. Но! Обратите внимание, сколько понадобилось изобретательности и аналитической работы, чтобы из корреляции достать информацию о причинности. Это вам не 99%-ные регрессии гонять. Экономика — это не так уж и просто.
В статье гораздо больше результатов, чем я описал, но в целом результат укладывается в стандартную макроэкономику. Деньги действительно оказывают влияние на реальный ВВП, но в долгосрочном периоде их влияние постепенно сходит на нет. Поэтому центробанки отвечают не за скорость роста, а за стабильность его «естественных» темпов.
👍16🤔4❤3
В комментариях спросили про конструктивную критику марксизма. В этом канале уже были тексты посвященные отдельным его аспектам. Например, научной несостоятельности трудовой теории стоимости в ее марксистском варианте. Ищите по тегу #нищетакапитала.
Предыдущий пост был скорее эмоциональным откликом на примитивность марксовой концепции в любом ее изводе. Хоть в оригинале, хоть в советском изложении. Но и аргументы тоже были. В «Капитале» не так много мыслей, которые перешли в современную науку. Модель «затраты-выпуск» одна из них.
Причина в том, что Маркс как экономист профнепригоден. Это не ругань в адрес оппонентов, а просто факт. В современных учебниках и статьях вы не найдете ссылок на Маркса. Вот вам несколько цитат экономистов, чьи имена останутся в истории нашей науки.
«Маркс не был хорошим математиком. Он все время путался в цифрах и формулах, его трудовая теория стоимости не слишком содержательна, но, в сущности, я интерпретирую Маркса, и Маркс интересен мне как классический экономист. А повлиял на меня, возможно, Кенэ, его идеи. Очень трудно сказать, что именно на нас влияет». (Василий Леонтьев.)
«Как я могу принять доктрину, которая выбрала в качестве библии… устаревший экономический учебник, который как я знаю не только ошибочен с научной точки зрения, но и неинтересен и бесполезен в современном мире?» (Джон Мейнард Кейнс).
«Марксистский социализм в глазах историков общественной мысли будет всегда оставаться загадкой: как могло учение столь нелогичное и скучное оказать такое мощное и длительное воздействие на умы людей и через них на события истории.» (Джон Мейнард Кейнс)
Ну и надо, конечно, упомянуть Пола Самуэльсона, который потратил немало времени на изучение идей Маркса. Ему принадлежит высказывание о том, что Маркс слишком ценен, чтобы оставлять его одним лишь марксистам. Он же был в конце концов вынужден признать, что Маркс — это просто малозначительный пострикардианский экономист, хотя небезынтересный для анализа «затраты-выпуск».
А вот почему все эти люди так отнеслись к Марксу, буду рассказывать под тегом #нищетакапитала.
Одна из причин — в политической ангажированности его взглядов. Вспомните классическую цитату из «Тезисов о Фейербахе», которую приводили едва ли не в каждом советском учебнике.
«Прежние философы только объясняли мир, а задача заключается в том, чтобы изменить его».
Вот вам еще цитата из работы Маркса «Нищета философии».
«Так же точно, как экономисты служат научными представителями буржуазного класса, — социалисты и коммунисты являются теоретиками класса пролетариата... Но после обнаружения этой стороны (прогрессивной стороны нищеты — М.Э.) наука становится сознательным продуктом исторического движения, она перестает быть доктринерской, она делается революционной.».
В общем натягивание совы на глобус, подгонка под заранее известный политический результат — в этом основное содержание политэкономии марксизма. Наука же остается наукой, если просто изучает как устроен мир. Экономические аргументы можно использовать для обоснования политики, но политику нельзя использовать для обоснования науки.
Вот напоследок еще цитата из незавершенной работы Энгельса «Диалектика природы».
«Как бы ни упирались естествоиспытатели, ими всегда руководят философы».
Вот эти самые философы разгромили не только социальные науки, превратив их в инструмент индоктринации и активизма. Они сумели нанести огромный урон одной естественной науке — генетике, и одной инженерной — кибернетике.
Следите за тегом #нищетакапитала.
Предыдущий пост был скорее эмоциональным откликом на примитивность марксовой концепции в любом ее изводе. Хоть в оригинале, хоть в советском изложении. Но и аргументы тоже были. В «Капитале» не так много мыслей, которые перешли в современную науку. Модель «затраты-выпуск» одна из них.
Причина в том, что Маркс как экономист профнепригоден. Это не ругань в адрес оппонентов, а просто факт. В современных учебниках и статьях вы не найдете ссылок на Маркса. Вот вам несколько цитат экономистов, чьи имена останутся в истории нашей науки.
«Маркс не был хорошим математиком. Он все время путался в цифрах и формулах, его трудовая теория стоимости не слишком содержательна, но, в сущности, я интерпретирую Маркса, и Маркс интересен мне как классический экономист. А повлиял на меня, возможно, Кенэ, его идеи. Очень трудно сказать, что именно на нас влияет». (Василий Леонтьев.)
«Как я могу принять доктрину, которая выбрала в качестве библии… устаревший экономический учебник, который как я знаю не только ошибочен с научной точки зрения, но и неинтересен и бесполезен в современном мире?» (Джон Мейнард Кейнс).
«Марксистский социализм в глазах историков общественной мысли будет всегда оставаться загадкой: как могло учение столь нелогичное и скучное оказать такое мощное и длительное воздействие на умы людей и через них на события истории.» (Джон Мейнард Кейнс)
Ну и надо, конечно, упомянуть Пола Самуэльсона, который потратил немало времени на изучение идей Маркса. Ему принадлежит высказывание о том, что Маркс слишком ценен, чтобы оставлять его одним лишь марксистам. Он же был в конце концов вынужден признать, что Маркс — это просто малозначительный пострикардианский экономист, хотя небезынтересный для анализа «затраты-выпуск».
А вот почему все эти люди так отнеслись к Марксу, буду рассказывать под тегом #нищетакапитала.
Одна из причин — в политической ангажированности его взглядов. Вспомните классическую цитату из «Тезисов о Фейербахе», которую приводили едва ли не в каждом советском учебнике.
«Прежние философы только объясняли мир, а задача заключается в том, чтобы изменить его».
Вот вам еще цитата из работы Маркса «Нищета философии».
«Так же точно, как экономисты служат научными представителями буржуазного класса, — социалисты и коммунисты являются теоретиками класса пролетариата... Но после обнаружения этой стороны (прогрессивной стороны нищеты — М.Э.) наука становится сознательным продуктом исторического движения, она перестает быть доктринерской, она делается революционной.».
В общем натягивание совы на глобус, подгонка под заранее известный политический результат — в этом основное содержание политэкономии марксизма. Наука же остается наукой, если просто изучает как устроен мир. Экономические аргументы можно использовать для обоснования политики, но политику нельзя использовать для обоснования науки.
Вот напоследок еще цитата из незавершенной работы Энгельса «Диалектика природы».
«Как бы ни упирались естествоиспытатели, ими всегда руководят философы».
Вот эти самые философы разгромили не только социальные науки, превратив их в инструмент индоктринации и активизма. Они сумели нанести огромный урон одной естественной науке — генетике, и одной инженерной — кибернетике.
Следите за тегом #нищетакапитала.
👍39💩37🤮6❤4😁4👎3🔥3
ПРО ЛИПСИЦА И МУЛЬТИПЛИКАТОРЫ
В связи со спорами вокруг «военного кейнсианства» имени Игоря Липсица я тут вспомнил, что есть же эмпирические оценки мультипликаторов. Эти оценки совсем не в пользу такого кейнсианства. Напомню, что «военное» кейнсианство — это про наращивание совокупного спроса за счет увеличения военных расходов. А спрос должен привести к росту ВВП. Вообще же кейнсианство — это про вытаскивание экономики из циклического спада за счет стимулирования любого спроса.
Например, государство начинает тратить больше, тогда каждый рубль его расходов становится чьим то доходом. Люди делят доход между потреблением и сбережениями в определенной пропорции. Пусть в среднем для примера 20% составляют сбережения, а 80% потребления. Тогда потраченное на потребление снова становится чьим то доходом и снова делится с пропорции 20/80. Процесс продолжается. Получается, что на первом шаге в экономику приходит рубль, взятый, например, за счет наращивания долга. Потом к нему добавляется 80 копеек, потом 64 копейки и так до бесконечности. Надо каждый раз умножать предыдущее значение на 0,8. Получается школьная геометрическая прогрессия со знаменателем 0,8. Она бесконечная, но ее члены убывают по величине, поэтому она сходится. Посчитать ее сумму просто: 1/(1-0,8)=5. То есть рубль госрасходов дает 5 рублей доходов в экономике. Круто, но есть одно но.
Предполагается, что все зависимости простые линейные. Каждый рубль чьих-то расходов дает прирост производства на рубль, но в жизни это не так. Если экономика находится около границы производственных возможностей, а все ресурсы использованы, то и впечатляющего роста не будет. Поэтому в реальности мультипликаторы оказываются очень маленькими. Вот, например, оценки из доклада Банка России. Медианное значение мультипликатора вышло примерно 0,28.
Как пишет автор, результаты согласуются с оценками фискальных мультипликаторов для стран с переходной экономикой. Этан Ильзецки на выборке из 13 стран с переходной экономикой получил мультипликаторы государственных расходов – от 0,1 до 0,3. Что-то не впечатляет.
Зато есть замечательная статья Алана Ауэрбаха и Юрия Городничеко про мультипликаторы во время рецессии и во время подъема. Если экономика находится в фазе циклического спада, то мультипликаторы будет выше. Оно и понятно, недостаток спроса привел к недозагруженности производственных мощностей и к безработице, поэтому есть куда расти. Дополнительный спрос может вытащить экономику. Выходит, что мультипликаторы зависят от фазы цикла. Во время спада они заметно больше, а если экономика в норме, то меньше. Вот к примеру на приложенной картинке слева режим рецессии, а справа режим роста. Смотрите на серую полосу. Линия в ее центре — это динамика мультипликатора, а сама серая полоса — доверительный интервал, показывающий вероятный разброс значения мультипликатора. Есть заметная разница между левой и правой сторонами графика.
Российская экономика скорее находится на пределе своих возможностей, а избыточный спрос подстегивает инфляцию. Поэтому рассчитывать на мультипликативный эффект не приходится.
В связи со спорами вокруг «военного кейнсианства» имени Игоря Липсица я тут вспомнил, что есть же эмпирические оценки мультипликаторов. Эти оценки совсем не в пользу такого кейнсианства. Напомню, что «военное» кейнсианство — это про наращивание совокупного спроса за счет увеличения военных расходов. А спрос должен привести к росту ВВП. Вообще же кейнсианство — это про вытаскивание экономики из циклического спада за счет стимулирования любого спроса.
Например, государство начинает тратить больше, тогда каждый рубль его расходов становится чьим то доходом. Люди делят доход между потреблением и сбережениями в определенной пропорции. Пусть в среднем для примера 20% составляют сбережения, а 80% потребления. Тогда потраченное на потребление снова становится чьим то доходом и снова делится с пропорции 20/80. Процесс продолжается. Получается, что на первом шаге в экономику приходит рубль, взятый, например, за счет наращивания долга. Потом к нему добавляется 80 копеек, потом 64 копейки и так до бесконечности. Надо каждый раз умножать предыдущее значение на 0,8. Получается школьная геометрическая прогрессия со знаменателем 0,8. Она бесконечная, но ее члены убывают по величине, поэтому она сходится. Посчитать ее сумму просто: 1/(1-0,8)=5. То есть рубль госрасходов дает 5 рублей доходов в экономике. Круто, но есть одно но.
Предполагается, что все зависимости простые линейные. Каждый рубль чьих-то расходов дает прирост производства на рубль, но в жизни это не так. Если экономика находится около границы производственных возможностей, а все ресурсы использованы, то и впечатляющего роста не будет. Поэтому в реальности мультипликаторы оказываются очень маленькими. Вот, например, оценки из доклада Банка России. Медианное значение мультипликатора вышло примерно 0,28.
Как пишет автор, результаты согласуются с оценками фискальных мультипликаторов для стран с переходной экономикой. Этан Ильзецки на выборке из 13 стран с переходной экономикой получил мультипликаторы государственных расходов – от 0,1 до 0,3. Что-то не впечатляет.
Зато есть замечательная статья Алана Ауэрбаха и Юрия Городничеко про мультипликаторы во время рецессии и во время подъема. Если экономика находится в фазе циклического спада, то мультипликаторы будет выше. Оно и понятно, недостаток спроса привел к недозагруженности производственных мощностей и к безработице, поэтому есть куда расти. Дополнительный спрос может вытащить экономику. Выходит, что мультипликаторы зависят от фазы цикла. Во время спада они заметно больше, а если экономика в норме, то меньше. Вот к примеру на приложенной картинке слева режим рецессии, а справа режим роста. Смотрите на серую полосу. Линия в ее центре — это динамика мультипликатора, а сама серая полоса — доверительный интервал, показывающий вероятный разброс значения мультипликатора. Есть заметная разница между левой и правой сторонами графика.
Российская экономика скорее находится на пределе своих возможностей, а избыточный спрос подстегивает инфляцию. Поэтому рассчитывать на мультипликативный эффект не приходится.
👍19❤4🔥4👎1💩1
Почитал комментарии к предыдущему посту про марксизм. На некоторые высказывания наверное стоит ответить, но не на все. Невозможно всерьез отвечать на утверждения типа «Самуэльсон встал не с той ноги, Кейнс по жизни вредничал, а Леонтьева заставили». Есть, конечно, Великая Наука Герменевтика, но все равно это несерьезно.
Действительно модель Маркса — это прототип модели общего равновесия. Поэтому в посте я упомянул «затраты-выпуск». Однако по сравнению с тем, что есть сейчас, она очень примитивна. Даже Леонтьев — это уже очень большой шаг вперед. Хотя бы потому, что производство не сводится к одному только труду и вместо нудного мутного текста есть компактная математическая запись. Таблицы «затраты-выпуск» используются в эмпирических исследованиях. Например, в международной торговле или при оценке регулирующего воздействия. Однако модель которая накладывается на них, на порядок сложнее и богаче. Наверное про нее стоит рассказать отдельно в будущем. То есть факт остается фактом — наука ушла далеко вперед, и Маркса в ней нет. Как нет, например, и Харрода с Домаром в теории роста, а современная теория скорее согласуется с законом Сэя, чем противоречит ему. Как нет Джоан Робинсон, а теория монополистической конкуренции опирается скорее на книгу Чемберлина. Как нет модели Гудвина, так как циклы рассматриваются скорее как следствия случайных экзогенных воздействий.
Калецкий в макро упоминается. Вот, например, статья, которая пытается объяснить изменение формы кривой Филлипса снижением переговорной силы профсоюзов. Но это скорее заимствование каких-то идей. Ну и в целом, мое отношение к Марксу такое. Если дотошно вычитывать текст, то в нем, конечно, можно обнаружить какие-то интересные идеи. Если об он не занимался политической ерундой, а пытался разобраться в экономике, наверное его вклад был существеннее. А так эти идеи реализовали другие.
Зато все время всплывает стандартный марксистский аргумент: Маркса нет в учебниках, потому что буржуазные экономисты замалчивают его вклад по политическим причинам. Это лишний раз доказывает, что марксизм — дисциплина ангажированная. Эти люди в принципе так мыслят и обвиняют других в том, в чем виновны сами. На всякий случай напомню учебник, что есть наука позитивная, и есть нормативная. Представление о том, что исследование должно быть свободно от политических установок, лежит в основании экономики. К политическому центризму это не имеет никакого отношения. Тем более ни один экономист не пишет статью с мыслью, а докажу-ка я сейчас, что капитализм — это лучший из миров. Самый простой способ убедиться в этом — хотя бы немного пожить внутри академии.
Но возьмите хотя бы посты из этого канала про влияние монетарных шоков или мультипликаторы. Откройте статьи, почитайте. Там нет идеологии вообще, зато много аналитической работы чисто технического свойства. Один из комментаторов написал, что наука — это душно. Я согласен и думаю, что это похвала. Честная попытка разобраться вместо дурацких кулаков на флагах, лозунгов «грабь награбленное» и вообще обращения к примитивным эмоциям вроде чувства несправедливости первого порядка.
Еще раз подчеркну, что в марксизме восприятие мира через классовые интересы — это не вывод, это часть метода. Оно вшито внутрь всей этой конструкции. Но об этом далее в канале и на youtube...
#нищетакапитала
Действительно модель Маркса — это прототип модели общего равновесия. Поэтому в посте я упомянул «затраты-выпуск». Однако по сравнению с тем, что есть сейчас, она очень примитивна. Даже Леонтьев — это уже очень большой шаг вперед. Хотя бы потому, что производство не сводится к одному только труду и вместо нудного мутного текста есть компактная математическая запись. Таблицы «затраты-выпуск» используются в эмпирических исследованиях. Например, в международной торговле или при оценке регулирующего воздействия. Однако модель которая накладывается на них, на порядок сложнее и богаче. Наверное про нее стоит рассказать отдельно в будущем. То есть факт остается фактом — наука ушла далеко вперед, и Маркса в ней нет. Как нет, например, и Харрода с Домаром в теории роста, а современная теория скорее согласуется с законом Сэя, чем противоречит ему. Как нет Джоан Робинсон, а теория монополистической конкуренции опирается скорее на книгу Чемберлина. Как нет модели Гудвина, так как циклы рассматриваются скорее как следствия случайных экзогенных воздействий.
Калецкий в макро упоминается. Вот, например, статья, которая пытается объяснить изменение формы кривой Филлипса снижением переговорной силы профсоюзов. Но это скорее заимствование каких-то идей. Ну и в целом, мое отношение к Марксу такое. Если дотошно вычитывать текст, то в нем, конечно, можно обнаружить какие-то интересные идеи. Если об он не занимался политической ерундой, а пытался разобраться в экономике, наверное его вклад был существеннее. А так эти идеи реализовали другие.
Зато все время всплывает стандартный марксистский аргумент: Маркса нет в учебниках, потому что буржуазные экономисты замалчивают его вклад по политическим причинам. Это лишний раз доказывает, что марксизм — дисциплина ангажированная. Эти люди в принципе так мыслят и обвиняют других в том, в чем виновны сами. На всякий случай напомню учебник, что есть наука позитивная, и есть нормативная. Представление о том, что исследование должно быть свободно от политических установок, лежит в основании экономики. К политическому центризму это не имеет никакого отношения. Тем более ни один экономист не пишет статью с мыслью, а докажу-ка я сейчас, что капитализм — это лучший из миров. Самый простой способ убедиться в этом — хотя бы немного пожить внутри академии.
Но возьмите хотя бы посты из этого канала про влияние монетарных шоков или мультипликаторы. Откройте статьи, почитайте. Там нет идеологии вообще, зато много аналитической работы чисто технического свойства. Один из комментаторов написал, что наука — это душно. Я согласен и думаю, что это похвала. Честная попытка разобраться вместо дурацких кулаков на флагах, лозунгов «грабь награбленное» и вообще обращения к примитивным эмоциям вроде чувства несправедливости первого порядка.
Еще раз подчеркну, что в марксизме восприятие мира через классовые интересы — это не вывод, это часть метода. Оно вшито внутрь всей этой конструкции. Но об этом далее в канале и на youtube...
#нищетакапитала
Telegram
Мрачный экономист
Судя по количеству положительных и отрицательных оценок, посты про марксизм заходят.В комментариях спросили про конструктивную критику марксизма. В этом канале уже были тексты посвященные отдельным его аспектам. Например, научной несостоятельности трудовой…
👍28💩11❤2👎2🥰1👏1🤮1
Да, еще. Политические взгляды экономистов, если взять их в среднем, скорее умеренно левые или левоцентристские. Индивидуально они могут быть очень разными, но интересно, что среди экономистов вы скорее всего не найдете ни социалистов/коммунистов, ни анархо-капиталистов. Занятия наукой как бы отсекают вас о крайних взглядов, оставляя диапазон справа и слева от центра.
При этом речь не идет о политическом центризме. Скорее о том, что любые последовательные идеологии не укладываются в научную картину мира. Она сложнее. Поэтому экономисту достается от всех. От левых за поддержку капитализма, от правых за поддержку этатизма. Обвинять экономистов в таком отношении к реальности все равно, что винить биологов в негативном отношении к креационизму.
Ну и в целом, уж если на то пошло, то мне, как экономисту, вообще безразличны все эти споры между правыми и левыми, пока я внутри поля науки. И к правым, которые занимаются политической подгонкой, у меня ровно такое же отношение, как левым, которые занимаются тем же.
Пока писал, вспомнил старый фейсбучный текст по теме.
При этом речь не идет о политическом центризме. Скорее о том, что любые последовательные идеологии не укладываются в научную картину мира. Она сложнее. Поэтому экономисту достается от всех. От левых за поддержку капитализма, от правых за поддержку этатизма. Обвинять экономистов в таком отношении к реальности все равно, что винить биологов в негативном отношении к креационизму.
Ну и в целом, уж если на то пошло, то мне, как экономисту, вообще безразличны все эти споры между правыми и левыми, пока я внутри поля науки. И к правым, которые занимаются политической подгонкой, у меня ровно такое же отношение, как левым, которые занимаются тем же.
Пока писал, вспомнил старый фейсбучный текст по теме.
Академического экономиста можно сравнить с Хомой Брутом из гоголевского Вия. Есть небольшой спасительный круг света, за которым орда и тьма. Из болот лезут какие-то марксистские кикиморы, из чащи выходят лешие неоавстрийцы, из гробов встают свидетели краха доллара. Хочется закрыться томом Масколела и молиться на нобелевский иконостас.
А лучше сидеть в башне из слоновой кости.
👍27❤7😁5🤮5👎2💩2
ОТВЕТ СЕРГЕЮ БЛИНОВУ
Дошли руки до того, чтобы написать ответ Сергею Блинову. Я понимаю, что делаю все медленно, но пока вот так, по остаточному принципу.
Беда в том, что в ответе Сергея нет критики критики (простите за тавтологию). Мне, видимо, придется еще раз суммировать содержание ролика и на этом закончить.
Корреляция не есть причинность — это настолько банально, что даже странно еще раз объяснять очевидные вещи. Отсюда и пример с Николасом Кейджем. Моя эрудиция тут ни при чем. Я — популяризатор науки, моя задача сделать как можно нагляднее.
А вот наличие причинности надо доказывать. Это очень и очень непростая задача. Вот здесь был пост по теме, а вот здесь его вторая часть. Сравните парную регрессию Сергея и цитируемую работу, насколько последняя сложнее. Из регрессии Сергея причинность никак не следует, ибо такая регрессия, по самому ее построению, и есть просто корреляция. Если б все было так просто, то и рецепт роста лежал бы на поверхности. Но приходится прибегать к сложным моделям, так как связи между переменными сложные. Фактически все влияет на все. Так что Сергей занимается тем, что навязывает эту причинность произвольным образом. Убедительной теории у него нет. Если теорию оценивать, конечно. по критериям современной науки.
Примеры с эндогенностью денежной массы призваны объяснить простую вещь — ЦБ не может контролировать денежную массу, и он этого и не делает уже давно. Он может лишь косвенно влиять на ее динамику. Это просто видно из графика ключевой ставки. При постоянной ставке масса все равно колеблется. ЦБ таргетирует именно ставку, а не массу. Больше того, не в ролике, а в посте я объяснял, что реакция ЦБ тоже эндогенна. Когда у экономики есть потенциал роста, а инфляция низкая, ЦБ ставку снижает (если она была высокой). Поэтому такой проблемы, как ограничение роста жесткой политикой со стороны ЦБ, сегодня нет вообще. Еще интереснее то, что при нейтральной ставке, рост экономики дает рост кредитования и массы.
В комментариях я ему объяснял, что денежно-кредитная политика зачастую асимметрична. Ее ужесточение может сдержать экономику, что и показал Фридман. Однако ее ослабление совсем не обязательно подстегнет рост. О чем и видеоцитата из Фридмана. Отсюда его правило k процентов: не надо манипулировать денежной массой, кроме проблем ничего не будет. Поэтому ссылка на Фридмана в теории Сергея просто неуместна. Фридман вообще не про активную печать денег. Стагфляция 1970-х была связана не только с нефтяным эмбарго, но и с неудачными действиями ФРС. Прямо классическая история из учебника.
«Правило Блинова» — денежная масса должна расти быстрее цен — это уже совсем смешно. Человек в принципе не понимает, что переменные связаны между собой. Это и есть эндогенность, про которую я талдычу 20 минут. Если вы печатаете деньги сверх меры, то разгоняете цены. А если заставите ЦБ следовать правилу Блинова, то вгоните экономику в инфляционную спираль. Больше денег — выше цены — больше нужно денег, чтобы обогнать цены. Мне кажется, это должно быть очевидно даже непрофессионалу.
Ну и опять-таки, рост вообще зависит в первую очередь не от денег и не от спроса, а от структурных факторов.
Но денежный фетишизм неистребим. К сожалению.
Дошли руки до того, чтобы написать ответ Сергею Блинову. Я понимаю, что делаю все медленно, но пока вот так, по остаточному принципу.
Беда в том, что в ответе Сергея нет критики критики (простите за тавтологию). Мне, видимо, придется еще раз суммировать содержание ролика и на этом закончить.
Корреляция не есть причинность — это настолько банально, что даже странно еще раз объяснять очевидные вещи. Отсюда и пример с Николасом Кейджем. Моя эрудиция тут ни при чем. Я — популяризатор науки, моя задача сделать как можно нагляднее.
А вот наличие причинности надо доказывать. Это очень и очень непростая задача. Вот здесь был пост по теме, а вот здесь его вторая часть. Сравните парную регрессию Сергея и цитируемую работу, насколько последняя сложнее. Из регрессии Сергея причинность никак не следует, ибо такая регрессия, по самому ее построению, и есть просто корреляция. Если б все было так просто, то и рецепт роста лежал бы на поверхности. Но приходится прибегать к сложным моделям, так как связи между переменными сложные. Фактически все влияет на все. Так что Сергей занимается тем, что навязывает эту причинность произвольным образом. Убедительной теории у него нет. Если теорию оценивать, конечно. по критериям современной науки.
Примеры с эндогенностью денежной массы призваны объяснить простую вещь — ЦБ не может контролировать денежную массу, и он этого и не делает уже давно. Он может лишь косвенно влиять на ее динамику. Это просто видно из графика ключевой ставки. При постоянной ставке масса все равно колеблется. ЦБ таргетирует именно ставку, а не массу. Больше того, не в ролике, а в посте я объяснял, что реакция ЦБ тоже эндогенна. Когда у экономики есть потенциал роста, а инфляция низкая, ЦБ ставку снижает (если она была высокой). Поэтому такой проблемы, как ограничение роста жесткой политикой со стороны ЦБ, сегодня нет вообще. Еще интереснее то, что при нейтральной ставке, рост экономики дает рост кредитования и массы.
В комментариях я ему объяснял, что денежно-кредитная политика зачастую асимметрична. Ее ужесточение может сдержать экономику, что и показал Фридман. Однако ее ослабление совсем не обязательно подстегнет рост. О чем и видеоцитата из Фридмана. Отсюда его правило k процентов: не надо манипулировать денежной массой, кроме проблем ничего не будет. Поэтому ссылка на Фридмана в теории Сергея просто неуместна. Фридман вообще не про активную печать денег. Стагфляция 1970-х была связана не только с нефтяным эмбарго, но и с неудачными действиями ФРС. Прямо классическая история из учебника.
«Правило Блинова» — денежная масса должна расти быстрее цен — это уже совсем смешно. Человек в принципе не понимает, что переменные связаны между собой. Это и есть эндогенность, про которую я талдычу 20 минут. Если вы печатаете деньги сверх меры, то разгоняете цены. А если заставите ЦБ следовать правилу Блинова, то вгоните экономику в инфляционную спираль. Больше денег — выше цены — больше нужно денег, чтобы обогнать цены. Мне кажется, это должно быть очевидно даже непрофессионалу.
Ну и опять-таки, рост вообще зависит в первую очередь не от денег и не от спроса, а от структурных факторов.
Но денежный фетишизм неистребим. К сожалению.
👍21🔥3😢1
ВОПРОС К ЧИТАТЕЛЯМ
Прежде чем написать, возможно, последний пост про марксизм, хочу спросить, а вам вообще это интересно читать? Мне, например, скучно в очередной раз слушать одну и ту же ерунду в разном изложении. Однако это вызывает бурю из комментариев, и может быть вам интересно обсуждать. Интересно ли вообще разбирать паранаучные школы в экономике. Типа посткейнсианства, ММТ, мир-системного анализа или неоавстрийства? Или вдруг читать про скорый крах доллара или рубля? Если неинтересно, то таких постов будет намного меньше, а я сосредоточусь на нормальной науке.
Свой ответ можете также написать в комментарии к этому посту.
Прежде чем написать, возможно, последний пост про марксизм, хочу спросить, а вам вообще это интересно читать? Мне, например, скучно в очередной раз слушать одну и ту же ерунду в разном изложении. Однако это вызывает бурю из комментариев, и может быть вам интересно обсуждать. Интересно ли вообще разбирать паранаучные школы в экономике. Типа посткейнсианства, ММТ, мир-системного анализа или неоавстрийства? Или вдруг читать про скорый крах доллара или рубля? Если неинтересно, то таких постов будет намного меньше, а я сосредоточусь на нормальной науке.
Свой ответ можете также написать в комментарии к этому посту.
👍24💩2
О чем вы больше хотите читать в этом канале?
Final Results
14%
Хочу марксизма
21%
Хочу разной фрикономики
26%
Только наука
39%
Пиши про все
🤮3🔥2
Ну да. Согласен с Григорием.
Взгляды обоих (и не только их взгляды!) — неотъемлемая часть современной экономической науки. Если вдруг кто-то считает, что мейнстрим — это какая-то школа, которая все захватила, и не допускает других точек зрения, то полезно вспомнить, что мейнстрим — это синтез идей многих школ. За последние лет тридцать произошла методологическая конвергенция. Да и содержательная тоже. Можно сказать, что мейнстрим в целом и есть синоним науки.
Правда за пределами профессии об этом знают не все, и каждый раз удивляются, почему ту или иную гетеродоксию игнорируют. Вот потому, что мейнстрим — это синтез идей многих школ...
Взгляды обоих (и не только их взгляды!) — неотъемлемая часть современной экономической науки. Если вдруг кто-то считает, что мейнстрим — это какая-то школа, которая все захватила, и не допускает других точек зрения, то полезно вспомнить, что мейнстрим — это синтез идей многих школ. За последние лет тридцать произошла методологическая конвергенция. Да и содержательная тоже. Можно сказать, что мейнстрим в целом и есть синоним науки.
Правда за пределами профессии об этом знают не все, и каждый раз удивляются, почему ту или иную гетеродоксию игнорируют. Вот потому, что мейнстрим — это синтез идей многих школ...
Telegram
Григорий Баженов
Считаю, что Кейнс выиграл спор с Хайеком касательно краткосрочной динамики (кризисы), но полностью проиграл ему в вопросах экономического роста.
https://t.iss.one/longviewecon/3323
https://t.iss.one/longviewecon/3323
👍14❤1🤮1
Высказывание Кейнса про долгосрочный период — еще один пример политической ангажированности в науке. Что означает фраза «в долгосрочном периоде мы все мертвы»? Что в противовес классическим взглядам надо сфокусировать исследования на коротком периоде и на политике стимулирования спроса. На государственном вмешательстве. Кейнс, как и Маркс, левый экономист. Что «Капитал», что «Общая теория занятости, процента и денег» — примеры ангажированных текстов. Вот и давайте сравним классиков с кейнсианцами.
Классики думали о равновесии в долгосрочном периоде, а кейнсианцы — о неравновесии в краткосрочном.
Классики думали про предложение, а кейнсианцы про спрос.
Классики считали, что ценовый механизм выведет экономику из кризиса сам, а кейнсианцы, что ценовый механизм несовершенен, и есть пространство для государственного вмешательства.
Классический взгляд на вещи связан с так называемой гибкостью цен, а кейнсианский с их жесткостью.
Классические модели предполагают рациональных агентов, а кейнсианцы фактически оперировали категориями поведенческой экономики. Основной психологический закон, животный дух инвесторов — все туда. В психологию и нерациональность.
Чем отличается «Общая теория, занятости, процента и денег» от все того же «Капитала»? Работа Кейнса богата идеями, из которых выросла современная макроэкономика в коротком периоде. При том, что сама книга плохо написана.
Лучше, чем Самуэльсон, про нее и не скажешь.
Идеи Кейнса привели к тому, что в экономике на время сложилось двоевластие, чем-то напоминающее физику. Как в физике есть квантовая механика и теория относительности, так и в экономике была неоклассика и кейнсианство. Попытка подружить одно с другим привела к неоклассическому синтезу. Ключевая для макроэкономики статья была написана Джоном Хиксом через год после «Общей теории». Она так и называлась «Мистер Кейнс и классики: попытка интерпретации». В ней была сформулирована модель IS-LM, определившая развитие макроэкономики на десятилетия. Модель, в частности, вписала идеи Кейнса в стандартную модель общего равновесия.
Так постепенно складывался современный синтез...
Классики думали о равновесии в долгосрочном периоде, а кейнсианцы — о неравновесии в краткосрочном.
Классики думали про предложение, а кейнсианцы про спрос.
Классики считали, что ценовый механизм выведет экономику из кризиса сам, а кейнсианцы, что ценовый механизм несовершенен, и есть пространство для государственного вмешательства.
Классический взгляд на вещи связан с так называемой гибкостью цен, а кейнсианский с их жесткостью.
Классические модели предполагают рациональных агентов, а кейнсианцы фактически оперировали категориями поведенческой экономики. Основной психологический закон, животный дух инвесторов — все туда. В психологию и нерациональность.
Чем отличается «Общая теория, занятости, процента и денег» от все того же «Капитала»? Работа Кейнса богата идеями, из которых выросла современная макроэкономика в коротком периоде. При том, что сама книга плохо написана.
Лучше, чем Самуэльсон, про нее и не скажешь.
«Общая теория» — ужасно написанная книга, она плохо организована. Она полна иллюзий и путаницы. Сама кейнсианская теория в ней изложена неясно. Вспышки озарений и интуиции перемежаются со скучнейшей алгеброй. Когда в конце концов ее одолеешь, то оказывается, что анализ в ней очевиден и в то же время нов. Короче говоря, это работа гения».
Идеи Кейнса привели к тому, что в экономике на время сложилось двоевластие, чем-то напоминающее физику. Как в физике есть квантовая механика и теория относительности, так и в экономике была неоклассика и кейнсианство. Попытка подружить одно с другим привела к неоклассическому синтезу. Ключевая для макроэкономики статья была написана Джоном Хиксом через год после «Общей теории». Она так и называлась «Мистер Кейнс и классики: попытка интерпретации». В ней была сформулирована модель IS-LM, определившая развитие макроэкономики на десятилетия. Модель, в частности, вписала идеи Кейнса в стандартную модель общего равновесия.
Так постепенно складывался современный синтез...
👍16❤3🤔2😁1
Григорий Баженов
Мне сложно назвать Кейнса левым, а марксизм он так и вовсе воспринимал в духе милленаристской секты.
Хочу возразить Грише.
Вопрос, конечно, в том, откуда вести отсчет. Кейнс и правда очень критически относился к Марксу. Ранее я приводил его высказывания. Вот пример.
«Марксистский социализм в глазах историков общественной мысли будет всегда оставаться загадкой: как могло учение столь нелогичное и скучное оказать такое мощное и длительное воздействие на умы людей и через них на события истории.»
После поездки в Советскую Россию в 1925 году он критически высказался о попытке реализовать эти идеи на практике. При этом сам он принадлежал к Фабианскому социалистическому кружку.
Вообще если внимательно читать его высказывание, то он говорит про марксистский социализм, то есть разграничивает разные левые идеи. Если смотреть глазами предшественников, то это безусловно сдвиг влево. Напоминает, кстати, название работы Уильяма Бевериджа «Полная занятость в свободном обществе». Если кто не знает, то Беверидж тоже фабианский социалист, автор доклада, в котором формулировались идеи государства всеобщего благоденствия, реализованные после Второй мировой. Обратите внимание на название. Общество должно оставаться свободным, но государство должно вмешиваться в рынок, чтобы обеспечить занятость. Примерно так себе представлял компромисс и сам Кейнс. То есть нельзя скатиться в коммунизм, а капитализм можно спасти с помощью государства. Очень хорошо это описывает де Фрей в книге про историю макроэкономики. Вот цитата.
А проблемой было австрийское видение кризиса, которое противоречило наблюдаемым фактам. Поэтому де Фрей говорит об освобождающем влиянии идей Кейнса на молодых экономистов. В итоге работа Кейнса — это полемика в обе стороны. И в адрес марксистского социализма, и в адрес австрийцев. Так что если смотреть с вершин австрийской мысли, то Кейнс левак, конечно. Хотя меня это совершенно не беспокоит. Я бы даже сказал, что это левак здорового экономиста. Рынки несовершенны, чего уж там.
Да, и все это напоминает то ли ММТ, то ли посткейнсианство, то ли все, везде и сразу. Посткейнсианство — еще одна левая школа, выросшая из «Общей теории». Ее представительница Джоан Робинсон пыталась объединить идеи Кейнса с идеями Маркса, и место для классовой борьбы там нашлось. Сверхзадача ММТ — полная занятость через стимулирование спроса.
Про марксову модель в следующем посте.
Вопрос, конечно, в том, откуда вести отсчет. Кейнс и правда очень критически относился к Марксу. Ранее я приводил его высказывания. Вот пример.
«Марксистский социализм в глазах историков общественной мысли будет всегда оставаться загадкой: как могло учение столь нелогичное и скучное оказать такое мощное и длительное воздействие на умы людей и через них на события истории.»
После поездки в Советскую Россию в 1925 году он критически высказался о попытке реализовать эти идеи на практике. При этом сам он принадлежал к Фабианскому социалистическому кружку.
Вообще если внимательно читать его высказывание, то он говорит про марксистский социализм, то есть разграничивает разные левые идеи. Если смотреть глазами предшественников, то это безусловно сдвиг влево. Напоминает, кстати, название работы Уильяма Бевериджа «Полная занятость в свободном обществе». Если кто не знает, то Беверидж тоже фабианский социалист, автор доклада, в котором формулировались идеи государства всеобщего благоденствия, реализованные после Второй мировой. Обратите внимание на название. Общество должно оставаться свободным, но государство должно вмешиваться в рынок, чтобы обеспечить занятость. Примерно так себе представлял компромисс и сам Кейнс. То есть нельзя скатиться в коммунизм, а капитализм можно спасти с помощью государства. Очень хорошо это описывает де Фрей в книге про историю макроэкономики. Вот цитата.
«При написании этой книги («Общей теории» — А.Р.) главная задача Кейнса состояла в том, чтобы выявить причины массовой безработицы, ударившей по всем экономически развитым странам во время Великой Депрессии. Кроме того, в 1930-е годы сильный экономический рывок в России создавал реальную возможность для партий, тяготевших к идеям коммунизма, обеспечить себе победу на выборах (или захватить власть менее традиционным способом)... Иначе говоря, капитализм оказался в опасности как с экономической, так и с политической точки зрения, и Кейнс осознавал, что для его выживания необходимо осуществить важные изменения в самом механизме его функционирования».
А проблемой было австрийское видение кризиса, которое противоречило наблюдаемым фактам. Поэтому де Фрей говорит об освобождающем влиянии идей Кейнса на молодых экономистов. В итоге работа Кейнса — это полемика в обе стороны. И в адрес марксистского социализма, и в адрес австрийцев. Так что если смотреть с вершин австрийской мысли, то Кейнс левак, конечно. Хотя меня это совершенно не беспокоит. Я бы даже сказал, что это левак здорового экономиста. Рынки несовершенны, чего уж там.
Да, и все это напоминает то ли ММТ, то ли посткейнсианство, то ли все, везде и сразу. Посткейнсианство — еще одна левая школа, выросшая из «Общей теории». Ее представительница Джоан Робинсон пыталась объединить идеи Кейнса с идеями Маркса, и место для классовой борьбы там нашлось. Сверхзадача ММТ — полная занятость через стимулирование спроса.
Про марксову модель в следующем посте.
👍23❤2👎2
Позаимствую у Константина Сонина рубрику под названием «График просто так». Вот две картинки.
Первая показывает степень поддержки перераспределительной политики по разным странам. График построен на основе седьмой волны опроса World Values Survey (опроса о ценностях), проведенной в 2018 году. Вопрос звучит так: должно ли государство облагать налогом богатых и поддерживать бедных? Высота столбца соответствует среднему ответу по шкале от 0 до 10.
Вторая показывает изменение индекса Джини после всевозможных выплат и налогов. Данные 2017 года взяты на сайте ОЭСР. Индекс Джини измеряется в диапазоне от 0 до 1.
Посмотрите на Россию на этих графиках. Понятно, почему введение прогрессивной шкалы — популярный политический ход. Даже если цели реформы исключительно фискальные, а прогрессивность слабая.
#простотак
Первая показывает степень поддержки перераспределительной политики по разным странам. График построен на основе седьмой волны опроса World Values Survey (опроса о ценностях), проведенной в 2018 году. Вопрос звучит так: должно ли государство облагать налогом богатых и поддерживать бедных? Высота столбца соответствует среднему ответу по шкале от 0 до 10.
Вторая показывает изменение индекса Джини после всевозможных выплат и налогов. Данные 2017 года взяты на сайте ОЭСР. Индекс Джини измеряется в диапазоне от 0 до 1.
Посмотрите на Россию на этих графиках. Понятно, почему введение прогрессивной шкалы — популярный политический ход. Даже если цели реформы исключительно фискальные, а прогрессивность слабая.
#простотак
🤯2❤1👍1
Григорий Баженов
Коротко по Марксу. Если читать "Капитал" без пристрастий и опускать идеологизированную часть (она преимущественно описательная, кстати), Маркс нарративно строит модель динамики капиталистической экономики с возрастающей долей капитала, его падающей предельной производительностью и снижающейся экономической прибылью. И это вполне нормальная модель для обсуждения. Более того, она в целом верна, если мы берем шаг от цикла к циклу, а не смотрим на большую дистанцию.
Ну-с продолжим...
У экономики с Марксом иногда случался мимолетный роман. Экономика флиртовала, а Маркс подыгрывал. Поэтому в «Капитале» среди шелухи мелькают интересные наблюдения, напоминающие мейнстрим, а потом пути расходятся. Возьму пример из Гришиного поста с накоплением капитала. Если количество капитала растет быстрее рабочей силы, то в перспективе это ведет к проблемам в экономике. Вывод общий для обеих школ мысли, а вот дальше у Маркса проблемы...
Неоклассическим ориентиром будет модель Солоу. В ней два фактора — труд и капитал — и они равноправны. Оба создают стоимость. Их вклады равны предельной отдаче каждого из них. Однако предельная отдача от одного фактора при заданном втором убывает. Представьте, что количество работников то же, а станков они обслуживают больше. Качество обслуживания упадет, выработка тоже. Дополнительные единицы капитала приносят все меньше. Поэтому более редкий фактор производства стоит дороже. Классический пример — эпидемия чумы в Европе, из-за которой труд стал дорогим.
Вывод. В долгосрочной перспективе, отдача от капитала падает, а ставка заработной платы растет. Однако из падения отдачи экономика застревает в стационарном состоянии. Подушевые доходы в итоге стагнируют.
У Маркса нет факторов производства, капитал и труд не равноправны. Тут ошибаются даже великие. Капитал — это овеществленный на прошлых стадиях производства труд. Рабочий просто переносит стоимость средств производства на готовую продукцию. Вообще тема с переносом стоимости — это отдельное веселье.
В итоге у Маркса линейная модель с одним «фактором» производства — трудом. В два раза увеличили количество труда и в два раза выросло производство. Он оперирует средними величинами, если считать на единицу продукции. Предельного анализа у него нет. Математический же факт в том, что средняя величина не равна предельной, если функция нелинейная, и это уже радикальное методологическое отличие.
Далее Маркс считает авансированный в производство капитал как сумму, потраченную на покупку средств производства c и на покупку рабочей силы v. Их еще называют постоянным и переменным капиталом. В процессе производства к этому добавляется прибавочная стоимость m. Работник создает необходимый продукт, обеспечивающий его воспроизводство. Плюс прибавочный продукт m, который изымается капиталистом-эксплуататором. Доход капиталиста — это не отдача от фактора, а изъятая часть стоимости, которая создается исключительно трудом.
Норма прибыли равна отношению прибавочной стоимости к авансированному капиталу m/(c+v). Теперь трюк: поделим числитель и знаменатель на v. Выходит (m/v) / (1+c/v). Величина m/v — это норма прибавочной стоимости, отражающая степень эксплуатации. А c/v — это органическое строение капитала, аналог капитала на душу. Накопление ведет к росту с/v, и норма прибыли при прочих равных падает. Конкурентная борьба обостряется, а капитализм идет к кризису. Чтобы компенсировать падение прибыли, капиталист усилит эксплуатацию.
Вывод. Норма прибыли будет падать до нуля, а не до фиксированной величины. Эксплуатация будет усиливаться, а пролетариат нищать. Капитализм неизбежно погибнет из-за собственных противоречий.
Все ровно наоборот. Я думаю, не надо объяснять, что с XIX века зарплаты выросли, рабочий день сократился, а капитализм так и не рухнул.
Чтобы предупредить возражения, скажу, что, есть факторы, противодействующие падению нормы прибыли. Есть другие причины гибели капитализма. Однако я делаю анализ при прочих равных.
Повторю: Маркс мог бы быть интересным экономистом, если б не занимался политической борьбой. Даже бог с ней с борьбой, по крайней мере, не подверстывал бы теорию под политические цели. У него хватает проницательных наблюдений, но увы. Науку делали другие. Маркса притянуть к экономике можно. Только не флиртовать с ним, а прямо брать за бороду. Он будет упираться.
Ну, и Маркса не любят еще по одной причине. «Капитал» — невыносимо нудный текст с минимальной концентрацией мысли. Хуже только Лев Николаевич с рассуждениями о войне и мире.
#нищетакапитала
У экономики с Марксом иногда случался мимолетный роман. Экономика флиртовала, а Маркс подыгрывал. Поэтому в «Капитале» среди шелухи мелькают интересные наблюдения, напоминающие мейнстрим, а потом пути расходятся. Возьму пример из Гришиного поста с накоплением капитала. Если количество капитала растет быстрее рабочей силы, то в перспективе это ведет к проблемам в экономике. Вывод общий для обеих школ мысли, а вот дальше у Маркса проблемы...
Неоклассическим ориентиром будет модель Солоу. В ней два фактора — труд и капитал — и они равноправны. Оба создают стоимость. Их вклады равны предельной отдаче каждого из них. Однако предельная отдача от одного фактора при заданном втором убывает. Представьте, что количество работников то же, а станков они обслуживают больше. Качество обслуживания упадет, выработка тоже. Дополнительные единицы капитала приносят все меньше. Поэтому более редкий фактор производства стоит дороже. Классический пример — эпидемия чумы в Европе, из-за которой труд стал дорогим.
Вывод. В долгосрочной перспективе, отдача от капитала падает, а ставка заработной платы растет. Однако из падения отдачи экономика застревает в стационарном состоянии. Подушевые доходы в итоге стагнируют.
У Маркса нет факторов производства, капитал и труд не равноправны. Тут ошибаются даже великие. Капитал — это овеществленный на прошлых стадиях производства труд. Рабочий просто переносит стоимость средств производства на готовую продукцию. Вообще тема с переносом стоимости — это отдельное веселье.
В итоге у Маркса линейная модель с одним «фактором» производства — трудом. В два раза увеличили количество труда и в два раза выросло производство. Он оперирует средними величинами, если считать на единицу продукции. Предельного анализа у него нет. Математический же факт в том, что средняя величина не равна предельной, если функция нелинейная, и это уже радикальное методологическое отличие.
Далее Маркс считает авансированный в производство капитал как сумму, потраченную на покупку средств производства c и на покупку рабочей силы v. Их еще называют постоянным и переменным капиталом. В процессе производства к этому добавляется прибавочная стоимость m. Работник создает необходимый продукт, обеспечивающий его воспроизводство. Плюс прибавочный продукт m, который изымается капиталистом-эксплуататором. Доход капиталиста — это не отдача от фактора, а изъятая часть стоимости, которая создается исключительно трудом.
Норма прибыли равна отношению прибавочной стоимости к авансированному капиталу m/(c+v). Теперь трюк: поделим числитель и знаменатель на v. Выходит (m/v) / (1+c/v). Величина m/v — это норма прибавочной стоимости, отражающая степень эксплуатации. А c/v — это органическое строение капитала, аналог капитала на душу. Накопление ведет к росту с/v, и норма прибыли при прочих равных падает. Конкурентная борьба обостряется, а капитализм идет к кризису. Чтобы компенсировать падение прибыли, капиталист усилит эксплуатацию.
Вывод. Норма прибыли будет падать до нуля, а не до фиксированной величины. Эксплуатация будет усиливаться, а пролетариат нищать. Капитализм неизбежно погибнет из-за собственных противоречий.
Все ровно наоборот. Я думаю, не надо объяснять, что с XIX века зарплаты выросли, рабочий день сократился, а капитализм так и не рухнул.
Чтобы предупредить возражения, скажу, что, есть факторы, противодействующие падению нормы прибыли. Есть другие причины гибели капитализма. Однако я делаю анализ при прочих равных.
Повторю: Маркс мог бы быть интересным экономистом, если б не занимался политической борьбой. Даже бог с ней с борьбой, по крайней мере, не подверстывал бы теорию под политические цели. У него хватает проницательных наблюдений, но увы. Науку делали другие. Маркса притянуть к экономике можно. Только не флиртовать с ним, а прямо брать за бороду. Он будет упираться.
Ну, и Маркса не любят еще по одной причине. «Капитал» — невыносимо нудный текст с минимальной концентрацией мысли. Хуже только Лев Николаевич с рассуждениями о войне и мире.
#нищетакапитала
👍24❤5🔥4👎2
Мрачный экономист
Хуже только Лев Николаевич с рассуждениями о войне и мире.
С рассуждениями в конце романа, конечно. Остальное читается.
❤7😁3👍1🥰1👏1
Яндекс Кью
«Существует ли на самом деле мировой финансово-экономический кризис, как говорят якобы экономисты Михаил Хазин и его последователи?» —…
01 октября 2022 Александр Рубин ответил: Нет, это целиком и полностью выдумка Михаила Хазина, уж не знаю с какой целью. Возможно с целью найти себе занятие после увольнения из правительства.
Теория...
Теория...
Ну и вот тут я подробно разбирал для Яндекс.Кью откуда взялись хазинские прогнозы и что не так с его теорией. Понятно, что крах доллара неизбежен, но у Хазина есть своя довольно забавная теоретическая база под названием неокономика. Теория стагнации мирового капитализма, выведенная на пару с Олегом Григорьевым из идей Адама Смита про разделение труда. А не из идей Мальтуса, и не из идей Маркса, и даже не переданная анонимным источником у Рокфеллеров.
В общем, как писал Кейнс в «Общей теории», люди практики, считающие себя неподверженным интеллектуальным влияниям, политики, которые слышат голоса с неба, чаще всего являются рабами какого-нибудь академического писаки, сочинявшего много лет назад. Смит, конечно, не писака, но с тех пор прошло много времени. Да и смысл цитаты не меняется.
Если серьезно, то историю экономических учений имеет смысл осваивать, если вы более или менее представляете современную экономику. Иначе это просто набор мнений — бери любое.
#фрикономика
В общем, как писал Кейнс в «Общей теории», люди практики, считающие себя неподверженным интеллектуальным влияниям, политики, которые слышат голоса с неба, чаще всего являются рабами какого-нибудь академического писаки, сочинявшего много лет назад. Смит, конечно, не писака, но с тех пор прошло много времени. Да и смысл цитаты не меняется.
Если серьезно, то историю экономических учений имеет смысл осваивать, если вы более или менее представляете современную экономику. Иначе это просто набор мнений — бери любое.
#фрикономика
👍18❤2😁1
ПРИЧИННОСТЬ БЕЗ КОРРЕЛЯЦИИ
Хватит Маркса, я думаю. Про науку немного. Вот такое наблюдение.
В ролике про уравнение MV=PY как уравнение денежного фетишизма я долго рассказывал про то, что корреляция не есть причинность. Но бывает и так, что причинность не означает корреляции. Предположим, что центральный банк некоторой страны успешно таргетирует инфляцию, и она держится на целевом уровне. То есть просто константа. Корреляция с константой ноль. Ну, потому что одна переменная все время меняется, а вторая нет. Однако связь между ключевой ставкой и инфляцией безусловно есть. Центробанк то снижает ставку, то повышает, чтобы удержать инфляцию около цели.
Так же как при езде на автомобиле по холмистой местности, водитель то жмет, то отпускает газ, чтобы удерживать постоянную скорость. Связь между силой нажатия на педали есть, а корреляции нет.
Конечно, в жизни инфляция не бывает в точности константой, но если он достаточно устойчива, то корреляция будет очень слабой. Но эта корреляция будет отражать важную причинно-следственную связь.
В общем возможна любая комбинация корреляции и причинности. Поэтому так сложно работать с неэкспериментальными данными. Они могут содержать все, что угодно.
Хватит Маркса, я думаю. Про науку немного. Вот такое наблюдение.
В ролике про уравнение MV=PY как уравнение денежного фетишизма я долго рассказывал про то, что корреляция не есть причинность. Но бывает и так, что причинность не означает корреляции. Предположим, что центральный банк некоторой страны успешно таргетирует инфляцию, и она держится на целевом уровне. То есть просто константа. Корреляция с константой ноль. Ну, потому что одна переменная все время меняется, а вторая нет. Однако связь между ключевой ставкой и инфляцией безусловно есть. Центробанк то снижает ставку, то повышает, чтобы удержать инфляцию около цели.
Так же как при езде на автомобиле по холмистой местности, водитель то жмет, то отпускает газ, чтобы удерживать постоянную скорость. Связь между силой нажатия на педали есть, а корреляции нет.
Конечно, в жизни инфляция не бывает в точности константой, но если он достаточно устойчива, то корреляция будет очень слабой. Но эта корреляция будет отражать важную причинно-следственную связь.
В общем возможна любая комбинация корреляции и причинности. Поэтому так сложно работать с неэкспериментальными данными. Они могут содержать все, что угодно.
👍18🔥4
Но Youtube мертв, а VPN еще нет.
Первый из серии роликов про эконометрику под названием «Как с умным видом комментировать данные».
Первая часть о том, что такое линейная регрессия и почему это всего лишь корреляция, которая вообще ни о чем не говорит. Если, конечно, ее использовать бездумно. А также что такое R-квадрат и почему он далеко не всегда важен. Ну и немного про то, что на самом деле важен правильный дизайн исследования и не стоит впадать в эйфорию от сильных корреляций.
Про дизайн исследования я уже, кстати, рассказывал в этом и в этом посте.
Вторая часть будет про то, как можно идентифицировать причинно-следственные связи в социальных науках на примере одной эмпирической статьи.
Первый из серии роликов про эконометрику под названием «Как с умным видом комментировать данные».
Первая часть о том, что такое линейная регрессия и почему это всего лишь корреляция, которая вообще ни о чем не говорит. Если, конечно, ее использовать бездумно. А также что такое R-квадрат и почему он далеко не всегда важен. Ну и немного про то, что на самом деле важен правильный дизайн исследования и не стоит впадать в эйфорию от сильных корреляций.
Про дизайн исследования я уже, кстати, рассказывал в этом и в этом посте.
Вторая часть будет про то, как можно идентифицировать причинно-следственные связи в социальных науках на примере одной эмпирической статьи.
❤17👍5🔥3👏1😁1
НЕЙМИНГ В ЭКОНОМИКЕ
В определениях «нео» и «новый» не разобраться без справочника. Итак, была когда-то в XVII-XIX вв. великая классическая школа. К 1870-м годам она себя исчерпала, а с началом маржиналистской революции вовсе отошла на второй план. Однако не умерла, а во многом благодаря Альфреду Маршаллу стала частью неоклассики вместе с маржинализмом. Термин «неоклассическая школа» придумал Торстейн Веблен, который терпеть ее не мог и тем самым выражал свое презрение, но термин закрепился.
В 1930-е случилась Великая Депрессия, которая поставила неоклассику в тупик, так как объяснить кризис она нормально не могла. Появился Джон Мейнард Кейнс и нарисовал более или менее удовлетворительную картину происходящего. Одна из ключевых идей — акцент на стимулировании совокупного спроса. В результате сложилась парадоксальная ситуация. Была неоклассическая микроэкономика и кейнсианская макроэкономика, которые друг другу противоречили. В попытке решить эту проблему экономисты создали неоклассический синтез, а в макроэкономике заговорили о неокейнсианстве. Ключевая работа была написана Джоном Хиксом и называлась «Mr. Keynes and the "Classics"; A Suggested Interpretation», что можно перевести как Мистер Кейнс и классики: возможная интерпретация».
Параллельно от идей Кейнса отпочковалось посткейнсианство. Оно завяло к 1980-м годам, так как оказалось никому не нужным, а его представители стали умирать. Неокейнсианство умерло от нового кризиса — стагфляции 1970-х. Оно не смогло его нормально объяснить, чем и заслужило всеобщее презрение. Говорить о кейнсианстве стало неприлично.
В 1982 году вышла статья Финна Кидланда и Эдварда Прескотта «Time to Build and Aggregate Fluctuations» о том, что пора наконец построить агрегированную теорию бизнес-циклов. Так родилась теория реальных деловых циклов, известная также как новая классическая теория. А заодно возникли модели DSGE — динамического стохастического общего равновесия. Забавно, что даже тут без Кейнса не обошлось. Модель Кидланда-Прескотта — это сильно доработанная модель Рамсея, к которой Кейнс тоже руку приложил.
Теория была названа классической потому, что отвергала кейнсианскую идею о важности спроса и тем самым через головы кейнсианцев обращалась обратно к классикам, сделав акцент на предложении. Поэтому бизнес-циклы были названы реальными. А новой она была названа, так как базировалась на полностью рациональных агентах и совершенных рынках как в неоклассике и не имела проблем с микроэкономическими обоснованиями.
«Но сатана не долго ждал реванша...» Ко второй половине 1980-х пришли в себя кейнсианцы. Опираясь на идеи новых классиков, они переписали модели так, что новая классика стала частным случаем нового кейнсианства. Опять возникли две школы мысли.
В 1997 году снова случилось чудо синтеза. Вышла работа короля и его хорошего друга — Марвина Гудфренда и Роберта Кинга — под названием «The New Neoclassical Synthesis and the Role of Monetary Policy». Так появился термин «новый неоклассический синтез», который со временем более или менее примирил всех.
Сегодня в макроэкономике обычно говорят о новом кейнсианстве, подразумевая, что это мейнстрим. Новое кейнсианство и новый неоклассический синтез почти синонимы. Об этом статья Майкла Вудфорда под названием «Convergence in Macroeconomics: Elements of the New Synthesis» — «Конвергенция в макроэкономике: элементы нового синтеза».
Финансовый кризис 2007-2009 гг. немного поколебал здание макроэкономики, но оно пережило столько потрясений в XX веке, что устояло. К тому же всех успокоил Оливье Бланшар, написавший в 2009 году эссе «The State of Macro is Good». Заодно назвал методологию новых кейнсианских моделей австрийской, что тоже правда, как это ни смешно.
Мы живем в счастливое время, когда закончилась борьба школ, а прилагательное «кейнсианский» лишь отчасти характеризует мейнстрим. Только вот в нейминге можно запутаться.
В определениях «нео» и «новый» не разобраться без справочника. Итак, была когда-то в XVII-XIX вв. великая классическая школа. К 1870-м годам она себя исчерпала, а с началом маржиналистской революции вовсе отошла на второй план. Однако не умерла, а во многом благодаря Альфреду Маршаллу стала частью неоклассики вместе с маржинализмом. Термин «неоклассическая школа» придумал Торстейн Веблен, который терпеть ее не мог и тем самым выражал свое презрение, но термин закрепился.
В 1930-е случилась Великая Депрессия, которая поставила неоклассику в тупик, так как объяснить кризис она нормально не могла. Появился Джон Мейнард Кейнс и нарисовал более или менее удовлетворительную картину происходящего. Одна из ключевых идей — акцент на стимулировании совокупного спроса. В результате сложилась парадоксальная ситуация. Была неоклассическая микроэкономика и кейнсианская макроэкономика, которые друг другу противоречили. В попытке решить эту проблему экономисты создали неоклассический синтез, а в макроэкономике заговорили о неокейнсианстве. Ключевая работа была написана Джоном Хиксом и называлась «Mr. Keynes and the "Classics"; A Suggested Interpretation», что можно перевести как Мистер Кейнс и классики: возможная интерпретация».
Параллельно от идей Кейнса отпочковалось посткейнсианство. Оно завяло к 1980-м годам, так как оказалось никому не нужным, а его представители стали умирать. Неокейнсианство умерло от нового кризиса — стагфляции 1970-х. Оно не смогло его нормально объяснить, чем и заслужило всеобщее презрение. Говорить о кейнсианстве стало неприлично.
В 1982 году вышла статья Финна Кидланда и Эдварда Прескотта «Time to Build and Aggregate Fluctuations» о том, что пора наконец построить агрегированную теорию бизнес-циклов. Так родилась теория реальных деловых циклов, известная также как новая классическая теория. А заодно возникли модели DSGE — динамического стохастического общего равновесия. Забавно, что даже тут без Кейнса не обошлось. Модель Кидланда-Прескотта — это сильно доработанная модель Рамсея, к которой Кейнс тоже руку приложил.
Теория была названа классической потому, что отвергала кейнсианскую идею о важности спроса и тем самым через головы кейнсианцев обращалась обратно к классикам, сделав акцент на предложении. Поэтому бизнес-циклы были названы реальными. А новой она была названа, так как базировалась на полностью рациональных агентах и совершенных рынках как в неоклассике и не имела проблем с микроэкономическими обоснованиями.
«Но сатана не долго ждал реванша...» Ко второй половине 1980-х пришли в себя кейнсианцы. Опираясь на идеи новых классиков, они переписали модели так, что новая классика стала частным случаем нового кейнсианства. Опять возникли две школы мысли.
В 1997 году снова случилось чудо синтеза. Вышла работа короля и его хорошего друга — Марвина Гудфренда и Роберта Кинга — под названием «The New Neoclassical Synthesis and the Role of Monetary Policy». Так появился термин «новый неоклассический синтез», который со временем более или менее примирил всех.
Сегодня в макроэкономике обычно говорят о новом кейнсианстве, подразумевая, что это мейнстрим. Новое кейнсианство и новый неоклассический синтез почти синонимы. Об этом статья Майкла Вудфорда под названием «Convergence in Macroeconomics: Elements of the New Synthesis» — «Конвергенция в макроэкономике: элементы нового синтеза».
Финансовый кризис 2007-2009 гг. немного поколебал здание макроэкономики, но оно пережило столько потрясений в XX веке, что устояло. К тому же всех успокоил Оливье Бланшар, написавший в 2009 году эссе «The State of Macro is Good». Заодно назвал методологию новых кейнсианских моделей австрийской, что тоже правда, как это ни смешно.
Мы живем в счастливое время, когда закончилась борьба школ, а прилагательное «кейнсианский» лишь отчасти характеризует мейнстрим. Только вот в нейминге можно запутаться.
👍26😁4🤔1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Закончил сценарий для второй части про эконометрику. Вспомнил, что на одном нежелательном ресурсе есть один очень желательный обзор про ошибки в прогнозировании. На русском, что важно, и как раз кстати. Вот как поставить ссылку на него, чтоб самому не стать нежелательным? Благожелательно промолчать?
😁13🤔3👍2😱2