bei Nacht und Nebel 🦇
77 subscribers
531 photos
2 videos
4 files
88 links
Под эгидой ночи ;
Неисправимая романтистка

Связь со мной: @oriolus_wr
Download Telegram
Закончился период длиною в год от начала июля 2024 до конца июня 2025, я сдала экзамены

Мне откровенно повезло с вариантами, всё могло быть хуже, предпочитаю думать, что я просто очень хороший человек, которого сберегла судьба. Чувствую себя умнее, начала понимать связи между явлениями, которые раньше игнорировала. Это запарнее, но интереснее.

Доказала, что не владею русским языком.

Всем, кто только будет сдавать экзамены, советую искать хорошие онлайн-школы. И не париться лишний раз.
11🍾5💋4
Forwarded from фарфор, 1928. (белокурая)
DEBÍ TIRAR MÁS FOTOS
3
Думай меньше,
Плачь сильнее,
Жив до сих пор или нет
Древний принцип смирения?
Так белизной коленей
Весь бетон перемерял,
Этакая бравада;
Ещё и добавил сверху
Двадцать три сотрясения,
Уметь надо.

Дорогу осилит идущий,
Двадцать три километра
По грунтовой гуще
В дождь — так решил случай.
Висит туча
Просто громадная.
Проваливаясь под землю,
Думаю:
Мне оно надо?
6❤‍🔥6🍓4🥰1
Меня открутили,
Как крышку:
Детская защита не выстояла.
То, что внутри, высыпать нужно,
Пока слезы не льются искрами.
И ещё на губах молоко не высохло,
Горячее, как печная ставня,
Я не повзрослела ни капли,
Только накипь из глотки выскребла.
5🍓5🕊4
🗣

Есть не подали,
Ни одной целой тарелки на столе в зале.
Стрелки пошли в два раза быстрее —
Часы бросило в жар.
Маленький паж, стоя на коленях,
Смотрел на голову оленя
И молился, чтобы закончился поскорее
Этот кошмар.

Сначала кричали: «Пожар!»,
Потом выхватывали ножи и вилы,
Получалось красиво,
Когда на закатном зареве люди друг за другом шли, как крысы за крысоловом.
Их повело слово,
И остановить могло только слово.
Но языки вырванные лежали вдоль заборов.
А головы,
Раскрасневшиеся от свободы,
С волдырями на сердце
Калеки и уроды
Поднимали камни с земли и замахивались,
Не чувствуя жалости:
Если другим летать, а им ползти, 
То нет сомнения, что судьбой будет предназначено
Новые крылья отрастить,
После того, как эти, отломленные, окровавленные,
Утонут в грязи.


Ветер стих,
Колеблется пламя,
Вода дворы заливает.
И небо чернее с каждой минутой.
Прощай, прощай, герцогиня,
Твоë имя,
Медленно растягивая буквы,
Я так произносить любила
Вслух,
Как имя одной из любимейших подруг.
Где же ты, герцогиня?

Не проси пощадить тебя,
Во мне нет злости, из меня вытянули, как струны, все жилы,
Похожие на те, что в твоём инструменте
Так страстно пружинили,
Похожие на те, которыми тебя задушили,
Но не похожие на те, которыми душила ты.

На шее тонкие следы.
Безмятежная, на простынях белых,
В чистых покоях.
Прощай, герцогиня,
Твоё имя
Я не прекращу произносить с любовью.


В лужу окуная ладони,
Смотря на своё отражение,
Маленький паж выловил уцелевшие крылья
И постарался приладить к спине, испещеренной
Глубокими ранами,
А потом со всей силы всадил их между лопаток,
Взвыл и заплакал.
6🕊1
Я не могу поверить, что «Тайная история» это действительно первый роман Донны Тартт.
Представьте себе человека, который однажды утром просыпается с мыслью (хочется десять лет писать книгу), а потом десять лет (восемь на самом деле) пишет книгу и выкатывает этот декадентский шедевр (ещё через тридцать лет я заливаюсь слезами, когда {зе сикрет хистори спойлерс} миссис Коркоран говорит внукам «Ваш дядя Банни умер»)
На мой взгляд это просто охуеть
8
Если листья в сентябре начнут падать под правильным углом, а моя дарк академия кор учеба на первом курсе медицинского не сделает из меня объект для вивисекции, я хочу тихонечко возвращать формат блога.
Все, кто здесь ещё есть, спасибо большое, мне очень жаль, что я такая мёртвая
9
Прикладываю руки к ушам
И слышу море.
По ногам бежит жар,
Прилив в сон клонит.
Где-то через два метра
Кончается побережье,
Волосы вьет ветер,
И солнце нежит.

Десять тысячелетий мы не видели моря,
А теперь от одного только запаха
Кроет
От какой-то тянущей
Боли,
За которой бегу по берегу, как за Белым Кроликом.

Закрываю глаза,
Чувствую привкус соли.
Покатилась слеза
И упала в море.

Догоняй, догоняй!
Не дай ей кинуться с мыса,
Ей так тоскливо от того, что все реки высохли.

Ей грустно
От жара, от холода
От ветра и штиля
От того, как волны ходуном ходили,
Через два метра,
Через десять тысячелетий,
И она спросила: «Где ты?»,
Но море ей не ответило.
7