1. (про Акунина)
Писатель Акунин (похоже, не Чхартишвили) написал несколько строчек по поводу происходящего на Ближнем Востоке.

Ухтэ. Прям бинго. Вынуждена отметить уникальный подход автора.

Он позволяет игнорировать сложность ситуации и представлять события 7 октября изолированно от многолетней истории оккупации и нарушений прав человека со стороны государства Израиль. Автор игнорирует исторический контекст. Он вроде историк, но почему-то не видит, что события 7 октября — часть цикла насилия. Не видит причины. И следствия, кстати, тоже, включая десятки тысяч жертв среди мирных жителей (детей, женщин, медиков, журналистов, большая часть которых yничтожаются целенаправленно).

Метод простой, ловите:
игноришь исторический контекст
не замечаешь непропорциональность израильского ответа
(коллективное наказание, гуманитарный кризис и голод как оружие и другие военные преступления)

Так работает историк? Ну… такоэ.

2. (про Акунина)
Ладно, предположим, автор писатель.

И правда, он сосредоточился на эмоциях: радость жителей Газы им интерпретируется как внезапное и загадочное одобрение насилия. В слепой зоне автора оказалось право на сопротивление многолетней оккупации со стороны Израиля. И тут мимо: празднование восстания не равно оправданию террора.

Вы, кстати, знали, что побег из немецкой тюрьмы уголовно не преследуется в Германии? Ибо стремление к свободе — неотъемлемо. (Будут, правда, судить за порчу имущество во время рыться подкопа или насилие над охранниками, но никогда — не за сам побег!)

Но назад, к писателю.

Кстати, говорит ли нам такой напор на эмоции о том, что автор не историк, а прежде всего поп.писатель, который в первую очередь должен уметь увлечь эмоционально?

Кстати, про эмоции.

Формально поддержал Украину в противодействии оккупации РФ, на деле — буквально на днях — продемонстрировал полную эмоциональную глухоту, попросив тех, «кто сейчас в Одессе» проверить угол откоса обрыва, упомянув, что пишет как раз сейчас об Одессе, но вот никогда там ему не случилось бывать, как-то совсем не догадавшись добавить хотя бы минимальное упоминание войны, обстрелов и обозначить свое сопереживание людям, которые каждый день рискуют погибнуть под этими обстрелами.

Почему тут вдруг отключилось умение поддать эмоций?

3. (про Акунина)

И все таки задам вопрос по существу. Что за источник цитирует нам Акунин?

Что за ссылка? Что, что же он выбрал из всего богатства источников?

Может, он процитировал нам доклады ООН о жертвах в Газе? Или расследования Human Rights Watch о военных преступлениях Израиля? Или заявления ОБСЕ и ЕС о непропорциональности ответа Израиля?

Да нет же.

Репортажам о страданиях гражданского населения Газы автор противопоставляет фрагмент из видео, опубликованного MEMRI — организацией, известной своей исключительно произраильской позицией и фокусом на демонизации палестинских группировок.

Основатель ресурса Memri, на который ссылается Акунин, Игаль Кармон (Yigal Carmon) — бывший (?) сотрудник Израильской разведки (прямо слабость к охранке у автора, ничего не может с собой поделать), а сам Институт Memri представляет собой не научно-исследовательский институт, а орудие произраильской пропаганды и лоббирования, асбары, представляя регулярно экстремистские материалы из арабских источников, но аккуратно игнорируя экстремистские материалы на иврите.

Остальные сотрудники друг другу под стать, например, Стивен Сталински, директор — тоже рупор исламофобии и критик американских пропалестинских университетских протестов последних лет. Соосновательница ресурса, Мейрав Вурмсер (Meyrav Wurmser) , например, в 1996 году участвовала в подготовке доклада о «стратегии обеспечения безопасности» для израильской партии «Ликуд» и Биньямина Нетаньяху, где декларировались некие «западные ценности» и отказ от мирных переговоров с палестинцами. А в 2008 году Вурмсер была одним из советников Фонда за правду о Ближнем Востоке, группы, которая перед президентскими выборами в США в 2008 году распространила в колеблющихся штатах 28 миллионов DVD-дисков с исламофобным фильмом «Наваждение: война радикального ислама против Запада».

Memri распространяет неполные, неточные или отредактированные переводы оригиналов и славится избирательном вниманием тому, что можно выдать за исламский экстремизм.

(Поглядите сами хоть на вики.)

В общем, что оказывается по факту? Предвзятые нарративы и двойные стандарты: этих детей жалко, а тех — нет. В переводе на умный, когнитивные предубеждения и селективное восприятие.

Любой независимый историк отправит любого прежде всего сверить информацию с независимыми источниками, такими как, например, OCHA, Human Rights Watch, International Crisis Group, разные NGO, даже израильские Haaretz или Bezalel и др.

А тут автор, позиционируя себя как историк, игнорирует экспертные данные, предпочитая упрощенный отредактированный нарратив политически предвзятого издания, которое сотрудничает с госструктурами Израиля и США.

Почему это так? Не знаю.

Переоценивает ли он собственную компетентность или опасается противоречий и потому избегает анализа роли оккупации в трагедии, я не знаю. Разве что страх, что настоящий анализ подорвет его черно-белую картину мира.

Акунин, позиционируя себя как либерал, на самом-то деле избегает критики власти и вообще теряет волю от сильной руки.

Напомню что большая часть творчества Акунина (весь Фандорин, как минимум) посвящена воспеванию российской охранки и в сущности удобрила почву для нынешнего российского чекистского режима.

Акунину всегда была близка романтизация силовых структур. Так вышло, что ему всегда импонировали власть имущие. Из романа в роман читатель отравлялся идеализацией жандармского ведомства и Третьего отделения, потихонечку удобряя российскую почву для роста путинского чекистского режима. Даже и шире, всю сферу русского языка, не только в РФ, а на всем постсоветском пространстве.

В романах глорифицируются силовые методы власти, а Фандорин, их проводник и суперагент, своей харизмой заслоняет реальный исторический контекст. Он вроде юного Путина, «с кудрявой головой», секс-идола домохозяев эпохи нищеты.

В связи со всем вышеупомянутым вопрос.

Как же он служил в очистке?

В смысле, как он писал книги по истории? Он не умеет пользоваться источниками?

Или не хочет?

Даже не знаю, что хуже.

Меня тут спрашивают, как я _тогда_ отнеслась к 7 октября и что я о нем думаю. Нарочно отлистала и проверила. По существу мое мнение не изменилось:

если долго повышать давление — банка взрывается.

На всякий случай цитирую для интересующихся, что я написала 8.10.23:
(ссылка в комментарии)

«Мои глубочайшие соболезнования всем, кто находится сейчас в Израиле, кто потерял или ищет близких, кому страшно, у кого дети, родные, животные.

Вниманию всех, кто сейчас это читает. Я не оправдываю ужасы, которые имели и имеют место на территории Израиля прямо сейчас. Нет, читайте, cnsrd, внимательно.

Не оправдание нужно сейчас, а хотя бы объяснение. Тогда будет возможно, и уже потом только — решение.

Как бы это ни было для многих больно, тем кто не прямо сейчас сдает или получает кровь, важно задуматься, почему.

Да, прямо сейчас.

Потому что в другое время вы об этих людях, вообще не думаете. О живых людях, тоже с детьми, родными и животными. О людях, лишенных прав, не имеющих гражданства, живущих без государства. Они для вас просто досадный раздражитель.

Попробовать понять. Задуматься, почему так. Хотя бы теперь.

Многие десятилетия геноцида ведут к взрыву. Если проблему не решать, она не исчезнет.

Да, у Израиля родовая травма. Да, проблемы были вмонтированы в эту игру прямо в момент создания государства.

Да, человек, как правило, биологический ксенофоб. Он склонен любить своих и себе подобных, а чтобы просто принимать тех, кто на тебя не похож, уже нужно сделать усилие. Да, оплакивать своих и сочувствовать своим нам проще.

Скажите-ка, какая страна сейчас напала на Израиль? Терроризм можно по-другому назвать партизанской войной. Партизаны включаются, когда нет других средств. И да, здесь ещё есть большой отдельный разговор о том, кому выгодно.

Нынешняя ситуация стала такой не вдруг, последние месяцы становилось только хуже. И критически настроенные жители Израиля много говорили о том, как всё накаляется.
Вы видите проблему, только если убивают лично вас? Ну вот.

Ещё раз, мои соболезнования близким тех, кто погиб и сочувствие тем, кто пострадал. И очень волнуюсь за всех мне знакомых, кто сейчас там. И это тоже правда».

PS
Обнаружила, что я уже тогда использовала слово «геноцид». На том стою. Вот что такое историческая прозорливость.

(пять причин)

поддержка многими людьми в русском дискурсе официального израильского дискурса и новых израильтян в их бесконечной борьбе против ближних, соседей и сограждан иной культуры и веры стоит на пяти столпах

1) старая имперская иерархия. Презрение человека из Москвы/Петербурга/Екатеринбурга по отношению к провинциалам иного языка и самое главное веры. Мусульмане наши люди но не совсем наши люди так скажем. Их положено бояться и презирать - и если прямо это делать уже как бы неприлично а местами даже и опасно, то на чужих «черных», жителях Западного Берега или сектора Газа можно оттянуться. И необязательно даже самому что-то говорит - можно репостнуть израильтян. И волки сыты и овцы целы.

2) старый советский расизм. Презрение представителей русского народа, богатыря и созидателя к «народам востока» вообще и арабам - «младшим братьям» на международной арене. Они же не совсем люди, зачем их считать людьми. Советы с ними дружили, а мы же анти-советы, давайте их ненавидеть и презирать. Тем более как жители Газы могут ответить стареющим москвичам ?

Помимо этого евреи были в СССР угнетаемым меньшинством, их дискриминировали много и хорошо и нет ничего удивительного (как отмечает в комментариях коллега Ш. К.) что их борьба за свободу старшее поколение свободолюбивой московской элиты воспринимает как свою. Тут большой вопрос, добавлю я, как симпатии к Бен-Гуриону, Голде Меир и людям из поколения Шанина превращаются в симпатии к Нетаньяху, но мы видели еще и не то.

3) новый капиталистический расизм, выражающий в формуле «кто сильный тот и прав». Надо всегда поддерживать белых, богатых и сильных, за слабых вступаться даже на риторическом уровне нельзя а то сам окажешься среди них. Когда евреи бьют и бомбят арабов то надо быть рядом с евреями, а то можно зашквариться и оказаться среди арабов самому.

4) там на четверть бывший наш народ. У многих в ленте друзья в Израиле, которые рассказывают про ракеты (вполне реальные), борьбу с террором и угрозу от чужих. Это вызывает сочувствие и активирует страх перед террором в 90-е - а то что многие уехавшие друзья ведут себя как-то странно, высказывают вполне людоедские взгляды и о многом умалчивают как-то неприлично упоминать. Плюс надо разбираться, отслеживать мутные названия, читать источники и спорить с близкими людьми а это не всем по силам. Даже если близкие люди несут явную дичь

5) желание оказаться хотя бы виртуально среди правых. Известные события привели к формированию у многих оставшихся представителей русской элиты чувства внутренней вины за происходящее. Так как выразить это чувство по адресу нельзя, и претендовать на старую учительную позицию тоже, то хочется найти новую позицию на которой можно чувствовать себя безопасно . И если многие уехавшие ударились в «трансукраинство», то среди оставшихся популярна поддержка Израиля. Всегда приятно быть на стороне белого, образованного и сильного человека, защищать мир от зла и чувствовать себя правильным среди остальных людей. Это соблазняет и многие соблазну подпадают.

По человечески все это понятно. Бояться не нужно, нужно знать

(Текст не мой, автор по ряду причин не назван)

Поговорим о гарнизонной логике 1.

Часть ещё не поссорившихся со мною знакомых придерживаются по поводу ближневосточной ситуации на всякий случай позиции «чума на оба ваших дома», и кто их там, диких людей разберет.

Им противостоят другие, кто считает что Израиль — это жесткая воспитующая рука цивилизации, которая не всегда нравится так сказать варварам.

Это точка зрения принимается большинством бывшесоветских людей, поскольку они ее впитали с жиденьким столовским молоком их советской родины, которая много десятилетий на каждом углу декларировала, что цивилизовала отсталые народы, научив их пользоваться туалетом и вместо юрты строить Дом советов.

Про вторых не буду, потому что им сначала нужно как-то починить колониальную оптику.

А вот тем, кто аргументируют, что на Ближнем Востоке кто их там диких людей, разберет, ведь Израиль мол, не беленькие, а черненькие, что и те, и другие семиты, скажу, что они упускают из вида важный пункт.

Дело в том, что само образование Израиля — продолжение западной колонизации восточного, и в частности, мусульманского мира, тут просто в какой-то момент совпали интересы демократического колонизирующего глобального Севера, включая в первую очередь США, и сионизма (не будем сейчас обо всех внутренних нынешних противоречиях внутри Израиля).

Ближневосточный конфликт надо анализировать через призму глобальной политики и колониализма. Тогда лицемерие так называемого Запада целиком объяснимо.

Первое. Создание Израиля — это факт западной колонизации.

Европа, точнее, так называемый глобальный Север решил «еврейский вопрос» таким образом попутно создав себе некоторый колониальный задел. Роль глобального Севера в поддержании этой спирали насилия первостепенна.

Такое совпадение интересов «демократического» Севера и сионизма — не временный альянс, а системная стратегия. Это способ для глобального Севера (США, ЕС) сохранять доминирование над «мусульманским миром», используя Израиль как форпост и базу для энергетических и геополитических интересов, включая добычу ископаемых топлива в палестинских водах и т.д., материалов много.

Начиная с декларации Бальфура мы видим классический пример белого поселенческого колониализма, включая идею о «земле без народа для народа без земли». Это примерно та же риторика, которая всегда применялась для оправдания геноцидов коренных народов.

Глобальный Север создал проблему, потом стал ее поддерживать, поставляя оружие и игнорируя международное право. То что мы видим сейчас — логическое развитие.

Глобальный Север всегда реализовался через колонизацию, включая Америку, не буду повторять прописные истины.

Позиция «чума на оба дома» маскирует ответственность Запада. Глобальный Север и либеральный истеблишмент — главный виновник нынешнего геноцида палестинцев.

Почему? Да потому что он делает вид, что он нейтрален. На деле же поддерживает колонизацию через экономику и дипломатию. С чего еще бы такая настойчивость со стороны ЕС в подавлении пропалестинских протестов или такая гиперреакция на любую критику политики Израиля. Каким образом та Европа, которая ответственна за антисемитизм и холокост в прошлом, теперь каким-то мистическим образом перенаправила свою расистскую идеологию на палестинцев, продолжая все ту же идеологию истребления?

Почему у нас у всех «чешется Израиль»? (Примерно так начинают свою речь несколько моих самых преданных хейтеров.) Почему? Да потому что об него окончательно сломалась европейская демократия.

Проблема Ближнего Востока сейчас эту эрозию европейской демократии обнажила так, что двойная мораль очевидна слепому.

Поговорим о гарнизонной логике 2.

Запад/глобальный Север, увы, не сможет даже технически освободиться от собственного колониального груза без отмены израильского поселенческого колониализма (санкции, какое-то еще вмешательство, я не знаю), пока тот не предался «окончательному решению палестинского вопроса».Пока некоторые животные более равны, чем другие, пока еврейские жизни используются как оправдание для экспансии и продлевания и расширения поселенческого колониализма (это расширение имманентно ему, это не баг, это фича, поселенческая агрессия исходит из внутренней логики и представляет собой продолжение европейской колонизации).

А простые израильтяне — как обитатели военного гарнизона — самим фактом своего пребывания внутри огороженного военизированного периметра обязаны и будут его защищать, такова гарнизонная логика.

Мало кому из даже самых левых израильтян хватит смелости признать, что справедливость для палестинцев освободит и их от тяжелой ноши колониального мышления, которое их вынуждает постоянно жертвовать и своими жизнями, и жизнями своих детей. И даже европейцев освободит.

Но эту очень продвинутую мысль очень сложно подумать тем, кто стоит наверху мировой пищевой экономической цепочки. Они против такой революционной мысли, потому что отмена этого колониального звена влечет за собой экономически потери.

А для людей нищих, находящихся вне этой цепочки, кнопка поддержки этой команды другая. Это бремя белого человека — оно такое, это хуже всякой чумы и ВИЧ, тут нет таблетки, тут надо чтоб биология человека изменилась, ему должно перестать нравится чувствовать себя лучше других, черненьких.

Антисемитизм прошлого логично трансформировался в исламофобию, кого-то же надо ненавидеть, кто-то же должен быть фоном. (Многие исследователи антисемитизма, во всяком случае в Германии, говорят ровно об этом.)

Дальнейший саботаж ближневосточного палестинского вопроса — это крах Запада/глобального Севера и его так называемой западной морали.

Именно потому я, мои друзья, историки, социологи, исследователи антисемитизма, в общем, я и Варуфакис, спонсор сегодняшней инвективы, говорим об этом.

Под платьем этого короля, на котором вышито золотыми буквами поддержка права определенного государства на существование — ясные экономические механизмы и грабеж ресурсов. Сторого говоря, этот «конфликт» — зеркало глобального кризиса капитализма, прервать его можно только разрывом этой колониальной цепи.

Вина за Холокост последовательно используется для отмывания поддержки Израиля. Все б ничего, но на самом деле эта поддержка выражается не только в поставках оружия, но в подогревании и прямом спонсировании палестинского геноцида.

Совпадение интересов такназ демократического и не очень глобального Севера и сионизма — не случайность, а экономическая стратегия, где палестинский вопрос маскирует экономическую заинтересованность.

И заметьте, про Карфаген — ни слова!
Конец сегодняшней филиппики.

Пройдёт не так много лет, и внуки спросят их: «Бабушки и дедушки, а что же вы делали во время бойни в Газе?» А бабушки и дедушки эти, воинственные, честно и искренне (а как иначе?), скажут: «Мы, внучечки, ржущие смайлики ставили под фото убитых детей, которых на ослике везут в морг, и писали всякие грубости людям, которые были не в восторге, как мы, от этой кровавой бойни и которые пытались что-то вякнуть нам наперекор». ©

A вот это будет сейчас без комментариев.
Точнее, жду ваши

Посмотрите видео, в таком традиционно европейском интерьере, может, у вас лучше получится влезть в шкуру тех, у кого вечно гремит над головой, кто вообще непрерывно под страхом смерти и если все еще жив, то чудом

Дорогие читатели, напоминаю, что прямо сейчас «I stand with Israel» означает, что ты нацик.

Что делать с этой информацией, я даже не знаю.

Еще через пару дней совсем маленькие дети умрут. Потом умрут их старшие сестры и братья, потом папы, потом мамы и бабушки с дедушками. Почему, черт возьми, в 2025-м году я должна думать о том, у кого больше запаса прочности, у младенца или у старика?!

Вы не чувствуете, как с каждым погибшим ребенком в мире становится труднее дышать?

Когда-то в школе, да что там, даже в универе мы недоумевали, откуда брались нацики, люди готовые yбивaть и люди, одобряющие yбийcтвa. Зато сейчас — спасибо, блядь, госпожа История, за наглядность! — мы видим, как это просто. Такие образованные, умненькие, красиво говорящие, кто учился с тобой на соседних или на одном этаже, — им абсолютно норм.

Я понимаю, что весь мир готовится к юбилею Третьего Рейха, но скорость оскотинивания ставит в тупик.

Достаньте глаза и язык из жoпы, не молчите, говорите вашим близким, которые не хотят верить, трясите их за грудки, вставляйте им спички в глаза, кричите вашим правительствам, пишите, хоть на стенах, хоть в фейсбуке, хоть на районе, идите на демонстрации.

Делайте хоть что-то. Молчание — это пособничество, это не сороковые прошлого века, отвертеться не удастся. Вы все видели. Вы все знали. Вы только делали вид, что этого нет.

Сверните уже с ваших аватарок изpaильские флaги, засуньте их туда, где их хотя бы не будет видно. Они выглядят прямо сейчас в разы хуже всех свастик и серпов с молотовыми.

Знаете, я все же верю в старую добрую силу заклятий. Пусть у вас ваши глаза, которыми вы не пользуетесь для зрения — перестанут видеть, а ваши языки, которыми вы способны только жрать — отнимутся. Вперед!

Лишать вас разума не буду, его нет.

Могу только воззвать к инстинкту самосохранения. Он-то есть?

Даже если вам не жалко дeтeй, которые говорят на непонятном языке, вам что, не очевидно, что дальше эти коричневые сапоги будут давить вac? Ага, вac.

Не верите?

Увидите.

Вac и вашего peбeнкa.

Слов у меня как-то больше нет. Есть отчаяние.
И есть привычка смотреть и показывать картинки. И видеть иконографии.

Так что вот вам Мадонны XXI века.

Слушала сегодня одну мудрую пожилую женщину. Она сказала, что с большой вероятностью ей пришлось жить в лучший для женщин период истории ever. Для контекста, она историк, у нее мало иллюзий насчет будущего, она знает, о чем говорит.

Павел КУШНИР
Год назад.
ГУЛАГ-2024.

Знаете, у нас ведь даже дня смерти нет, нет даты. Ясно только, что сказали не сразу.

Имя, которое не стало новостью.
Политзаключенным при жизни не признан.
Ни одного громкого заголовка — только тухлые заметки помоек вроде «Мэша» и показушное видео с обыска.
Z-каналы радостно трубили о его задержании.
ОВД-Инфо? Мемориал? — тишина.

Пять подписчиков в соцсетях.
И несметный запас мужества.

За пять дней до смерти Павел Кушнир объявил сухую голодовку.
И держал её до последнего.
На его теле — следы побоев.
Экспертизу не успели.
Пункт назначения — крематорий.

Что было вокруг?
Да ничего не было.
Никто не заметил сотню дней его голодовок, никто о нем не рассказал. От души желаю каждой сволочи, виновной в этой смерти, дожить до суда.

Эй.
Вы знали.
Вы молчали.
Вы — соучастники.
Для вас люди — мусор.

Нет, не так. Они для вас инфоповод и горючее ваших стипендий.
Павел Кушнир не стал «удобной» новостью — и вы похоронили его задолго до смерти.
Вот вы его и похоронили, правозащитнички.

И да, сегодня таких замалчиваний — хоть пруд пруди.
От все тех же «правозащитников» с визитками гуманистов и желудками удавов.
От тех же «журналистов», у которых совесть меряется трафиком и кликами.

Молчать — их вечный талант.
Им удобно не знать, не слышать, не писать.

Потому что смерть Кушнира — это не хайп, не модная трагедия. А может не было мандата? А значит, говорить о нем — себе дороже. Так несколько раз оправдывались спасители, что не знали, надо ли спасать. И врали, врали.

Кто недосмотрел?

Разобщенное музыкальное сообщество, состоящее из друг другу конкурентов и разочарованных оборванцев, пьяниц, школьных учительниц, которым нечем своих собственных детей кормить?

Профессиональные право- и левозащитники и полузащитники, для которых он был недостаточно звездой? Видала случаи, когда мемориальцы и овд-инфошники говорили, что не в курсе, а можно ли, а стоит ли, а вот случай выходит «за рамки мандата», до сих пор не понимаю, о чем это. О том, что можно кого-то оставить пoгибaть, наверное.

Напоминаю, молчание — тоже преступление.

Россию, прекрасную и не очень, из прошлого и из будущего, yбилo и yбивaeт остатки это вот молчание, которое равно соучастию.

Равнодушие — не нейтралитет, а оружие, которое всегда на стороне палачей.

Всегда.

Зато после смерти налетели оживленные, оживающие за счет погибших стервятники: премии, концерты, автора? автора! стипендии памяти! памяти памяти! деньги памяти! дорогу деньгам!

как же заебало это въевшееся, сожравшее больше душ чем выстрелы любить умеют только мертвых

держу в руке его книгу

Биробиджанский дневник

«Не привыкайте к фашизму, не привыкайте к войне». Это надо говорить как молитву, утром и вечером: я не привыкну, я не хочу, я не буду, я не имею права привыкнуть к фашизму.

держу в руке его книгу

красивая, с закладкой, предислвие, пслесловие, примечания, все хня, медуза, Тимченко, Волчек, наверное, все молодцы

отчего подташнивает?

держу в руке его книгу

и?

Что тут скажешь, прославился. Не в мирском значении, а как мученик.

Помяните, что ли.

А вот написанное о Павле Кушнире, точнее, о том, что вокруг, год назад:

Смерть — это всегда топливо. Топливо победы, топливо революции. Иногда из смерти вытапливаются деньги.

И обоюдные поглаживания. Социальной груминг поддерживает жизнь внутри группы и уверенность этой группы в том, что она ведет себя достойно, в целом движется в правильную сторону и будет существовать дальше.

В общем-то возразить нечего. Революционеров и вообще людей, готовых жертвовать собой, всегда меньше чем тех, кому страшно. И слава Богу. Ведь у многих есть дети. Пусть лучше боятся смерти, чем идут на подвиги.

И все же, и все же. Скажите мне, уважаемый Общество Мемориал, почему вы не справились даже с тем, чтобы признать еще при его жизни Павла Кушнера политзаключенным? Почему?

Вы осваиваете огромное бюджеты. Огромные. Очевидно, мониторите все суды и аресты по политическим статьям. Должны, по крайней мере. Исходя из бюджета. Вы торчите из каждого европейского утюга. Вы настойчиво олицетворяете правозащиту и то ли бывшую, то ли будущую лучшую российскую государственность.

Но почему по прямому назначению ничегошеньки?

Когда я написала пару лет назад, что с русским языком все в порядке, просто его будут когда-то изучать как мертвый, вроде древних, от меня отфрендилось заметное количество френдов. За русофобию, должно быть.

Отчего с души воротит сейчас?

Не-не, я не хочу запрещать русской культуре процветать. Пусть процветает. Смущает скорость, с которой эти грибы лезут.

Стервятничество, конечно, вообще свойственно культуре. Иначе она бы не сохранялась

И все же меня смущает скорость. Скорость возгонки любого события, любой трагедии, новости.

Чтобы стать культурой — это когда устоялось и вписалось в историю — надо сначала стать событием искусства.

Знаете, как там, сначала кто-то ест яблочко, потом косточка из огрызка попадает в землю, потом томится там, потом палые листья, дожди и снег, и только потом весна, солнце, почки, дождь, заморозки, опять свет и солнце. И где-то потом плоды.

Когда в Берлине сыграли концерт памяти недавно погибшего Павла Кушнира, мне очень хотелось послушать Любимова. Что-то мешало. Потом у кого-то в ленте я увидела тег: Кушнир по средам. Ого, скорость, подумала я.

И вот сегодня очередное: Экскурсия памяти Павла Кушнира. "Музыка и власть в Восточном Берлине"… Экскурсия создана и проводитЬся при поддержке «Общества Мемориал».

Иногда из смерти вытапливаются деньги. Вроде вдовьей пенсии.

Нет, это не о мертвой лошади, с которой надо слезть, тут речь о дивидендах с каждых похорон.

Да, это, как я сказала выше, не обязательно деньги.

Знаете, с некоторых пор я начала получать от френдов, не только от друзей, просьбы. Опубликуй у себя, мне страшно/боюсь/не могу/не знаю даже, как воспримут/не могу рисковать и т.д.

Ну что, девушка старый — ему все равно, я легко. Так что обращайтесь, кто еще нет.

Вот такой любопытный побочный эффект «заговоров молчания» вокруг разных горячих и самых важных тем.

Даже не знаю, что сказать.

Две стороны одного прайда.

Квиз.

Найдите лишнюю картинку и узнаете, кто вы.

Интересно, отчего довольно большая часть квир-людей, угнетенных в большом советском союзе, внезапно солидаризовалась с государством, ведущим геноцидальную бойню — и продолжает, несмотря на многочисленные опубликованные за последние два года разными правозащитными организациями документы, тьмы и тьмы фото- и видеосвидетельств.

Выступать за все хорошее и за сильных — известно, что в среднем по европейской палате, гей-семьи более финансово обеспечены, меньше страдают от всякого рода проблем, чем те же женщины или национальные меньшинства, которых можно заподозрить в непринадлжености к Leitkultur. И за что, собственно выходить? Просто, чтоб порадоваться и покрутить жопой в перьях как бы тоже классно, но если б реальных проблем не в мире больше не было. 

И как бы не удивительно, что те, кто прибыл в Берлин с постсоветского большого пространства, а не из «образованных столиц»,  все же видят историю с правильной стороны, глазами угнетенных и колонизированных.

Спасибо, Берлин, особенно квир-активистам из Центральной Азии, за организацию альтернативного прайда. Горжусь некоторыми знакомствами. Спасибо, мир стал чуть светлее.

Картинки ниже!