"
Даже негритята в Африке большой, даже негритята просятся домой"

Когда Тридцатилетняя война буквально опустошала Германию, курфюрст Бранденбурга ради безопасности перевез своего маленького сына Фриндриха Вильгельма в Голландию, ко двору Фридерика-Генриха Оранского. Там будущий Великий Курфюрст смог наблюдать Голландию во всей красе - ведь для голландской торговли начался Золотой Век.
Детские воспоминания настолько запали в душу Фридриху Вильгельму, что в 1681 году было принято принципиальное решение - добыть себе кусочек места под солнцем, дабы по примеру Голландии торговать колониальными товарами из Вест-Индии и Африки с офиегнной наценкой - профит!

Во время подписания Сен-Жерменского мира Франция предоставила право Брандендургу вести торговлю в своих портах, однако не этого ждал Великий Курфюрст. Он поручил своим дипломатам добиться от Людовика XIV соглашения, согласно которому Бранденбург бы получал монополию на поставки во французские колонии в Карибском море (!!!!). Людовик ласково выслушал посла, покрутил пальцем у виска и сказал, что его это совершенно не интересует.

Ну а далее.... в Берлине появился некий Бенджамин Рауле, родом из Нидерландов. Он убедил курфюрста, что создание Ост- или Вест-Индской компании - дело плевое. Всего-то - снарядить на частные деньги пару фрегатов и послать их под командованием нанятых в Голландии капитанов (и под флагом Бранденбурга) в Гвинею. Фридрих Вильгельм согласился не раздумывая. Согласно указанию курфюрста отряд должен был участвовать исключительно в торговых операциях, плюс избегать спорных мест или торговых постов, которые уже созданы в Гвинее другими державами. Еще одна просьба к экспедиции была лично от Фридриха Вильгельма - привезти ему из Гвинеи всяких экзотических животных - ну обезьян, там, попугаев, и полдюжины рабов в возрасте от 14 до 16 лет.
Патент Бранденбургской Гвинейской кампании был выдан в декабре 1680 года и парни резво тронулись в путь - за золотом, слоновой костью и рабами.

В апреле 1681 года корабли достигли Гвинейского побережья. Нашли пустынное место, высадились и.... были встречены с распростертыми объятиями местными работорговцами. Работорговля тогда делилась на внутреннюю и внешнюю. Внутренние работорговцы доставляли негров на побережье и продавали их уже на корабли, которые доставляли рабов в разные уголки мира.
Поскольку на континенте рабов захватывалось гораздо больше, чем уплывало - тут были рады любым новым внешним работорговцам, поэтому на первых порах у Бранденбурга проблем не возникло. Плюс - чем больше внешних торговцев - тем больше конкуренции, и соответственно тем больше можно было ломить за раба цену. Извините, основы конкурентной борьбы никто не отменял.

Только закупили необходимое, только погрузили рабов на корабли - как вдруг на горизонте появились голландские корабли. Голландцы - вот сволочи! - совершенно не понимали ничего в конкурентной борьбе, и считали вывоз рабов из Гвинеи своей личной монополией. Поэтому под угрозой пушек всех рабов выгрузили на берег, захватили один из кораблей захватили вместе с товаром, а в Бранденбург полетела малява - мол, дорогой друг, "это наша корова, и мы ее доим".

Второй корабль смог оторваться от преследования и вернулся домой с грузом в 100 фунтов золотого песка, 10 000 фунтов слоновой кости, а так же с подписанным соглашением по организации колонии с тремя местными правителями на побережье. Согласно договору Бранденбург для защиты местных торговцев (которые нарушили монополию голландцев) должен был построить военный форт для защиты местности и пакгауз для товаров и рабов. Именно этот договор и стал основой для строительства форта Гросс Фридрихсбург.

Ах да, из привезенного золота были начеканены медали, где на аверсе был изображен сам Фридрих Вильгельм, а на реверсе - корабль сфлагом Бранденбурга - тот самый возвратившийся фрегат "Мориан", с надписью - "по воле Бога и при поддержке Его Высочества курфюрста Бранденбурга". Да, нескромно, зато красиво. Эти медали курфюрст разослал по всем иностранным дворам, в том числе и Людовику XIV, мол, падла, "знай наших!".

12 июля 1682 года в Африку были посланы еще два корабля - уже знакомый нам "Мориан" и "Кронпринц Бранденбург". Командовал экспедицией майор Отто Фридрих фон дер Гробен. В Гвинее были высажены три сержанта, два унтер-офицера, 40 солдат и рабочие, которые занялись строительством форта. В январе 1683 года был построен пакгауз и флагшток, на котором под 5 залпов салюта из ружей взвился бранденбургский флаг. Торговля началась нешуточная, однако в августе в гости пожаловала лихорадка, которая ополовинила население форта и торговлю резко остановила. Тем не менее первый наряд рабов был доставлен на датский остров Сент-Томас.
Всего под флагом Бранденбурга в Вест-Индию было вывезено 23 538 рабов. Однако уже с 1686 года начались проблемы.

Рентабельность предприятия резко упала, голландцы, французы и англичане начали вставлять палки в колеса, оборотного капитала стало не хватать, кроме того - курфюрст решил Рауле отстранить от дел и самолично заняться выгодным, как ему казалось бизнесом. Однако оказалось, что с торговой жилкой у Фридриха Вильгельма не айс, да еще и датчане отказались от сотрудничества с бранденбуржцами на Сент-Томасе, то есть пропал рынок сбыта. Тем не менее, худо-бедно, но кампания была на плаву примерно до 1695 года. Далее немцев в Африке стали обижать, и флот из 34 кораблей у Бранденбурга к тому времени уже тихо сгнил в Эмдене, соотвественно заступиться было некому.
Владея маленьким клочком земли и ограниченными ресурсами, бранденбуржцы не могли конкурировать с морскими державами и Францией, поэтому в 1711 году бранденбургская Гвинейская кампания стала банкротом. В 1717 году прусский король Фридрих Вильгельм I продал на фиг все владения Бранденбурга-Пруссии в Африке голландцам, ибо последние шесть лет они существовали в качестве чемодана без ручки - нести тяжело, а бросить жалко.

Еще немного из юности "Империи Добра"

Одним из наиболее известных пролоялистских выступлений стал бунт в мае 1777 г. арендаторов во владениях нью-йоркских лендлордов Ливингстонов, вошедших в патриотический лагерь. 500 арендаторов организовали вооруженное выступление, надеясь на поддержку английской армии и экспроприацию с ее помощью земельных владений богатых патриотов. Помощь со стороны англичан, однако, не пришла, бунт был подавлен, сотни арендаторов подверглись временному заключению, а двое организаторов казнены .

В отличие от патриотов, лоялисты не проявили способности к самоорганизации, созданию добровольных групп типа "Сынов свободы", налаживанию связи друг с другом. Они действовали разрозненно, их сопротивление часто выливалось в спонтанные террористические акции. Для пресечения подобных вылазок патриоты создали во всех штатах комитеты безопасности. Последние были призваны усмирять не только активных тори, но и выявлять тайных лоялистов. С этой целью вводилась простая процедура: новые власти повсеместно потребовали от лиц (свободных мужчин) старше 16 лет принести им присягу на верность. Отказывавшиеся сделать это объявлялись лоялистами и подвергались разнообразным репрессиям и ограничениям в правах. Во всех штатах им было запрещено занимать государственные должности, в пяти штатах "отказники" лишались избирательных прав.На мой взгляд - красиво, правда? И демократически как!

Недаром часть современных социологов считает США родоначальником totalitarian democracy.

Не так давно мы с вами говорили о походе эскадр Лесовского и Попова.
Но не поговорили и еще об одном. А почему наши послали эскадры к черту на рога?
Давайте сразу только не будем придумывать объяснения, выдуманные постфактум через двадцать лет. Я про объяснения, что мол будем грозить крейсерской войной Англии и Франции.
Прежде всего мы спасали свой флот. Нет, я знаю, что сейчас на меня обрушатся читавшие предписания Краббе, мол, "чтобы извлечь пользу из этих судов, надо постараться выслать их в океан до начала войны", и будут правы, но тем не менее. Мы сразу же после Крымской решили сами для себя - флот наше побережье защитить не сможет. Поэтому... Поэтому... А что с ним делать-то? Опять топить что ли? А на фига тогда строить?
И появилась концепция - а давайте тогда флот при угрозе войны высылать в океан. Ну типа каперской эскадры. Пусть там плавает и угрожает.
В этом плане было два очень тонких места. Прежде всего - а как узнать, что вот сейчас будет война? В той же Крымской союзники нам войну объявили чуть ли не после обстрела Одессы вообще. Хорошо. Допустим при каждой угрозе войны. Ну блин, политических кризисов по десятку на год может проходить, даже нынешнее время этому пример. Того же Темного Властелина то любят и договора с ним заключают, то в Парижи не пускают.
В общем, пока суть да дело - подоспел очередной политический кризис - польский. Началось очередное польское восстание с криками местной шляхты "Речь Посполита от можа до можа!" и "Заграница нам поможет!".
Польские восставшие в 1863-м. Видок конечно писец. Для меня - помесь Робин Гуда с карикатурными разбойниками из русских сказок. "Мужики, это же наши дубинки!"

Естественно, что Англия и Франция увидели в этом восстании лишний повод сделать себе политический капитал и пару раз пнуть нас в прессе. Про страдания бедных поляков, про постоянные бомбардировки Алеппо расстрелы восставших писали главные французские и английские издания. Как ни странно, нас в деле подавления польского восстания поддержала Пруссия - ибо банды головорезов на границе (к тому же часто пересекавшие ее и уходившие в Пруссию) новому министру-президенту Бисмарку категорически не нравились. Причем Бисмарк поддерживал жестокие меры Александра II: «Польский вопрос может быть разрешен только двумя способами: или надо быстро подавить восстание в согласии с Россией и предупредить западные державы совершившимся фактом, или же дать положению развиться и ухудшиться, ждать, покуда русские будут выгнаны из Царства или вынуждены просить помощи, и тогда смело действовать и занять Царство за счет Пруссии. Через три года все там было бы германизировано».
Но очко у нас болезненно сжалось 26 февраля 1863 года, когда посол Непир передал нам ноту МИДа Британии с требованием дать амнистию полякам и вернуть Польше гражданские и политические права, данные ей императором Александром I, во исполнение обязательств, якобы принятых им на Венском конгрессе перед Европой. Самое смешное, что Непир этим заявлением задел и... Францию. Нап III возрождал в Галлии культ Напа I, и ничего не хотел слышать ни о Венском конгрессе ни о поражениях человека-торта. Тем более на Венском Конгрессе провозгласили династию Наполеона лишенной всех прав на наследование французского престола, что как бы намекало неиллюзорно.
По идее у нас было два варианта - 1) вообще не реагировать на это заявление. Ну мало ли кто что хочет? Внутренняя политика государства есть внутренняя политика государства. 2) Ответить в резком тоне, что это наши внутренние дела, идите лучше Индией займитесь, там у вас вроде недавно восстание было.
Мы выбрали третий вариант. Горчаков и Александр начали мямлить. Мол, да, полякам плохо, но это не мы, мы не виноваты, все это меры вынужденные и т.д. и т.п. И в глазах у них уже разгорались огни очередного горящего Севастополя. Поэтому срочно было принято решение - надо высылать флот в океан. Повторюсь еще раз - главным были не каперские операции, главным было спасение флота. Причем спасение где-то там, а не использование где-то здесь.

То есть этим самым мы отказывались и от защиты баз с помощью флота, и от принципа "флит ин бин", мы надеялись на какую-то крейсерскую войну, даже не на саму войну, а на ее угрозу, которая нас спасет.
Проблема была в том, что Англия и Франция нападать на нас не собирались. И получилось как в анекдоте - "Ты знаешь почему его зовут Неуловимым Джо? Да потому что его никто не ловит!"
У нас завершение ворчалок и бурчалок Англии и Франции связали с переходом наших отрядов в Нью-Йорк и Сан-Франциско, а не, например, с Альвенслебенской конвенцией, которая позволила нам перекрывать для польских банд русско-прусскую границу совместно, что лишило поляков баз отдыха и лежбищ на чужой территории. Так, 18 февраля 1863 г. отряд повстанцев Меленцкого и Гарчинского численностью более тысячи человек был прижат русскими войсками к прусской границе, а там их взяли в плен прусские войска. Соответственно после этой меры восстание резко пошло на убыль, и к маю 1864 года было подавлено полностью. И крики Англии и Франции против этой конвенции - это примерно как нынешние крики администрации Обамы о "русских сволочах, отказавшихся от бесполетной зоны над Алеппо". То бишь, "пацаны, нашим крындец!"
Ах да. На французские и австрийские ноты отлично ответил Бисмарк, предложив Австрии заключить с Россией конвенцию, подобную Альвенслебенской, и тем самым прекратить экспорт революции в австрийскую Галицию. А Франции Бисмарк сообщил, что в случае войне будет вынужден согласно русско-прусскому договору встать на сторону России, тем самым развалив даже зачатки коалиции против нас.
Но мы предпочли успешное решение польского кризиса приписать нашим эскадрам и Горчакову. Наверное нам очень нравилось, как нас в прессе облизывали американцы. Ибо если у нас была идея фикс, что в Балтику и Черное море вот-вот войдут англо-французские эскадры, то САСШ оказались с нами соседом по палате - они были уверены, что англо-французские эскадры вот-вот войдут в их порты.

Добавочка

Очень коротенькая.

В июне 1863 года Пруссия заявила, что поддерживает Россию и дала понять, что в случае войны примет ее сторону. Так же заключен военный договор между Россией и Пруссией в разгар Польского кризиса.
В сентябре 1863 года русские эскадры пришли в США.

Вопрос на засыпку - что оказало решающее воздействие на отмену демарша Австрии, Франции и Англии и угрозы войны с Россией?
Ответ - конечно же крейсера в Нью-Йорке и Фриско.... М-да...

Ну и давайте уж закончим тему

Строго соблюдая принципы нейтралитета и законы войны, русские моряки, следуя полученным инструкциям, не принимали участия в военных действиях против мятежников, но выражали готовность оказать всемерную помощь в защите побережья северных штатов от возможных нападений флота Конфедерации. Характерен секретный приказ, направленный Поповым командирам кораблей, находившихся в его подчинении:

"Весьма секретно. Циркулярно.
Гг. Командирам судов эскадры Тихого океана.

Во всех случаях, когда общественное спокойствие нарушается неблагонамеренными людьми, всякий честный человек обязан оказывать всевозможное содействие той местной власти, покровительством которой он пользуется; руководствуясь этим правилом, я предписываю гг. Командирам судов вверенной мне эскадры во время пребывания их в портах Соединенных Штатов следующее.
В случае появления в порте какого-нибудь корсара, снаряженного возмутившимися пиратами, старший из присутствующих в том порте гг. Командиров дает сигнал прочим стоящим на рейде судам "приготовиться к бою и развести пары", а вместе с тем тотчас же посылает офицера на появившееся судно с приказанием вручить командующему лицу прилагаемую при сем декларацию за своей подписью и затем, в случае нарушения им общественного спокойствия, принуждает его силой прекратить беспорядок.
Если же ворвавшийся в порт корсар прямо начнет неприятельские действия, то старший из гг. Командиров должен тотчас дать сигнал прочим судам "сняться с якоря по способности" и, подойдя вплоть к возмутителю общественного спокойствия, требовать немедленного и безусловного прекращения военных действий, а в случае получения отказа в этом требовании атаковать его".
(ЦГА ВМФ. - Ф. 410, оп. 5, д. 13, л. 95.)

Самое смешное, Попов об этом не знал, но у его капитанов чуть не возникла возможность выполнить приказ адмирала. Далее реально потрясающая история.
Итак, 16 ноября 1863 года Томас Эгентон Хогг с пятью друзьями сел на шхуну с хлопком "Джозеф Л. Джеррити", следующую из Матамороса (Мексика) в Нью-Йорк. Примерно на половине пути "пять друзей Хога" и он сам подняли мятеж и захватили судно. Оказалось, что Хогг со товарищи был направлен с секретной миссией - захватить юнионистское судно и заняться каперством.
Захваченную в плен команду высадили на полуострове Юкатан, далее проследовали в Белиз (Британский Гонудрас) где хотели продать товар со шхуны. Однако команда, высаженная в Юкатане, предупредила свое правительство о захвате судна, и Франция, Мексика и Британия стали искать Хогга и его друзей, как пиратов. Когда корабль прибыл в Белиз - британцы уже были в курсе, кто это и что это, в результате Хоггу и еще одному удалось бежать через Панамский перешеек в Никарагуа, а а трое других товарищей были обвинены в пиратстве.
В мае 1864 года Хогг получил от секретаря флота Конфедерации Стивена Мэллори приказ захватить какое-либо судно в Панаме или Гватемале, и следовать к Лос-Анджелесу, Сан-Франциско (где стояли наши), и Сиэтлу, чтобы захватывать тамошних китобоев-юнионистов и корабли с золотом (Калифорния вообще в Гражданскую войну была главным поставщиком золота для США).
Так вот, 10 ноября 1864 года партия Хогга, вооруженная револьверами и самодельными бомбами, села на пароход "Сальвадор" в Панама-Сити, чтобы его захватить и начать каперскую деятельность, но.... в море пароход остановил шлюп USS Lancaster ( кстати деревянный парусно-винтовой корапь, который - внезапно! - можно использовать и в эпоху уже железных флотов). Оказалось, что на каком-то этапе произошла утечка информации, и северяне были в курсе приказов Мэллори и описаний физиономии Хогга. Хогг и его люди были арестованы, и после суда присуждены трибуналом к повешению за нарушение правил ведения войны. Этот приговор, однако, заменили - на пожизненное. Хогг был препровожден в тюрьму Алькантрас в 1864, в 1865-м его перевели в Сент-Квентин. А 7 мая 1866 года... его освободили. По амнистии, согласно приказу генерала МакДауэла.

Наша эскадра покинула Сан-Франциско 1 августа 1864 года, то есть разминулись мы с гипотетическим Хоггом всего ничего (для эпохи паруса) - на три месяца.

По крейсерской войне

Итак, 24 сентября 1863 года русская эскадра Лесовского вошла в Нью-Йорк, в составе фрегатов «Александр Невский», «Пересвет», «Ослябя» и корветов «Варяг», «Витязь». Вот самое смешное в другом. Что мы представляем? Степан Степаныч получает информацию, что началась война между Англией и Россией, смело выходит в море, и... Дюгэ-Труэны и прочие Сюркуфы плачут от зависти.
Что было на самом деле. 29 сентября, то есть через 5 дней, в Нью-Йорк заходит эскадра вице-адмирала Александра Милна в составе винтовых линкоров "Нил" (90 пушек), "Абукир" (86), "Хироу" (89), "Агамемнон" (89), винтовых фрегатов "Иммортелайт" (51), "Лайвли" (50), "Орландо" (50), шлюпов "Грейхаунд" (17), "Спайтфул" (6), "Медеа" (6), "Рейсер" (11), канлодок "Нимбе" и "Лэндрейл", а так же самоходной батареи "Террор" (16). И находится в Нью-Йорке в течение 4 недель, следя за русскими. Встречается с американскими предпринимателями (Рузвельты, Асторы, Брауны), осматривает укрепления вместе с госсекретарем Стюартом, так же посещает балы в честь англичан и т.д. Ах да, Милна принимает два раза сам президент. Ну и контролирует русских естественно.
Но об этом почему-то не пишут, хотя это не фига не секретная информация.
Таким образом, русская эскадра при гипотетическом объявлении войны в лучшем случае была бы заблокирована в Нью-Йорке, а в худшем... Ну вы понимаете. Англичане вряд ли бы стали рисковать и выпускать ее в открытое море.
Всего Североамериканская британская эскадра, базирующаяся на Галифакс и Нассау, составляла 8 ЛК, 13 ФР, и что-то около 15 малых кораблей от шлюпа и ниже.
То есть гипотетическая крейсерская война в нашем исполнении в Атлантике кончалась бы очень быстро.
Ну и еще. А было ли нашему командованию известно о силах эскадры Милна и вообще о ее присутствии? По идее, должно было быть известно, ведь Милн пришел к берегам Америки еще в 1861 году. И опять вопрос "к организаторам". Мне вот просто непонятно, о какой тогда крейсерской войне велась речь? И о каком великом таком дипломатическом ходе?
В этом плане переход эскадры Попова во Фриско и появление наших корветов у Австралии было в разы эффективнее и эффектнее, нежели присутствие нашей эскадры в Нью-Йорке.

Когда морякам нечем заняться.

А что же творилось на востоке, когда туда пришла эскадра Попова? Какие силы имели англичане в Ванкувере?

Посмотрел по Ванкуверу. Как минимум два крейсера Сатледж и Линдер, плюс пять шлюпов и мелочь разная. Но самое прикольное в другом. Тихоокеанская эскадра практически небоеспособна. Причина - эпидемия сифилиса и гонореи. На октябрь 1863 года в тяжелом состоянии лежат 1513 человек со всей эскадры. У меня вопрос - они там кого долбили то?)) Когда я был в Сиэтле, а это не так далеко, особо красивых баб не заметил. Видать от тяжелого плавания у моряков совсем крышу сорвало.))

В пору придумывать шпионский роман, когда простая русская женщина Маша была послана в далекий Ванкувер с секретным заданием...  )))

О белых и пушистых.

Чем больше читаю по событиям вокруг Гражданской войны в США - тем более хватаюсь за голову...  Господи, почему нас кормят полуфабрикатами?  Ну вот самый простой вопрос - я решил понять, почему Британия непосредственно перед началом Гражданской войны послала очень сильную эскадру адмирала Милна. Мы с вами о ней говорили в предыдущей серии. Казалось бы - конечно подавить свободу и демократию в США и вернуть мятежные колонии обратно под руку Англии, пусть и почти 100 лет спустя.

Как бы не так!  Это слова главы Колумбии: "Гражданская война в Соединенных Штатах - шаг в направлении главной миссии Соединенных Штатов, а именно - возглавить целый континент …, Соединенные Штаты и Россия, два больших Северных государства, 'Колоссы двух континентов’, если бы они могли бы правильно и вовремя определить свои интересы, были бы самой верной защитой  мира”.

Линкольн, Клей, Фаррагут в 1860-м , планируют ...  вторжение в Канаду! Эх невовремя началась Гражданская война. Газеты США прямо писали: "Политика Англии не представляет нам иного выбора, кроме как захватить Канаду".

Естественно, в Англии американские газеты читали. Кроме того, имелась и разведка, которая докладывала о приготовлениях США. И англичане действовали по нескольким направлениям. Одно из них - посылка сильной эскадры в американские воды. Второе - да, переговоры с Конфедерацией и обещания помощи их лидерам.

Кстати, отсюда становится понятным, почему Англия не вмешалась в войну ни на одной из сторон - для королевы Виктории начало Гражданской войны в США было сродни чувству герцога Альбы, узнавшего о Варфоломеевской ночи в Париже. Готовились к трудной войне, а тут...  Бог пронес.
О чем бы еще сказать?  А давайте об отношениях России и США. Первые планы продажи Аляски американцам - 1845 год...  Внезапно. То бишь планы кабинета Николая Первого и Русско-Американской компании. Кроме того, в  то же самое время мы разрешили американцам, единственной нации, свободную торговлю со всей Сибирью и Дальним Востоком. То есть, торгуя с нами, они нам там пошлин не платили вообще. А вот наши компании к примеру платили.

Мысль была в следующем - создать экономическое соперничество между США и Англией в Китае. Ну и ухудшить их отношения. Взамен мы требовали американского вооружения и американских технологий. То есть искали замену технике Англии. А в 1854-м американцы нас с поставками машин прокатили. Испугались английской блокады.
Ну и для Кларенса. В 1861 году в Россию прибыл новый посол,  Кассиус Марселиас Клей. Он привез в подарок Александру Второму книгу Генри Керри "Гармония интересов: как правильно организовать Сельское хозяйство, производство и торговлю", и посоветовал её почитать присутствующему царю, Горчакову,  морскому министру Долгорукову и великому князю Константину.  Интересно, прочитали или нет? Хотя я тебе присылал интервью царя репортеру из США, ты помнишь, что царь считал и думал на самом деле о своих реформах.

Ну и последнее добавлю по теме.


По процедурному вопросу

Мне одному кажется, что лечение головной боли - это не всегда отсекание головы?
По факту проблема на мой взгляд была в одном - несоответствие трат с задачами. То есть либо задачи по флоту надо было пересмотреть, либо финансирование другое на флот выделять.Невозможно стать мировой морской державой, тратя на флот, как на региональный.
При этом, у наших адмиралов возникла мания величия - они хотели в океан. Поэтому проспали весь технологический рывок 1850-х, и не сделали даже то, что вполне могли сделать. Вот хот убейте меня - я не вижу смысла в заказе 1843 года в Англии, когда были вполне себе дружественные США, которые вполне себе делали нормальные пароходофрегаты.
"Миссури" и "Миссисипи" при мощности машин в 250 лошадиных сил давали те же самые 11 узлов, что и "Крым", "Херсонес", "Одесса" и "Бессарабия". Да, я знаю о частых поломках американцев, но американцы вооружены лучше (10 орудий против 6 у англичан). Да и англичане тоже ломались довольо часто, ведь это еще детство паровых машин.
Я сейчас вот смотрю концепции и траты 1850-х - это просто выброшенные на ветер деньги. Американо-мексиканская война проходит мимо нас. Гражданская война в США тоже, особенно Конфедераты, которые делали свои пепелацы буквально с матом и на коленке.
Вот конец 1850-х. Если на 1857 год Балтийский флот у нас состоит из 18 линейных, 12 фрегатов, 20 корветов, 6 клиперов, 100 канонерских лодок — и 9 колесных пароходофрегатов, не считая мелких вспомогательных судов и транспортов, то В 1859 году имелось 5 кораблей, 6 фрегатов, 14 корветов и 6 клиперов. Самый тупой вопрос - почему бы было не обшить железом хотя бы те 5 кораблей, которые у нас остались? У нас к тому времени есть опыт французских морских батарей. Казалось бы - сложи два плюс два, добавь туда движок, пусть даже слабый.Ну хорошо, допустим мы тупые. Но 1861 год, начинается гражданская война в США.
Конфедератская поделка на коленке "Мерримак " приводит всех морских товарищей в экстаз. И в 1862-м мы начинаем строить "Первенец" и "Не тронь меня". И строим... 3 года. Конфедератам хватило нескольких месяцев, чтобы обшить и сделать  "Мерримак "!
Правильно, оценивая положение, генерал-адмирал докладывал царю: «... Переворот в кораблестроении совершенно изменил отношение морских сил России к силам морских держав... Мы находимся ныне в положении беззащитном с моря, и не только наступательная, но и оборонительная война с морскими державами в настоящее время для России невозможна». [Отчет по Морскому ведомству за 1861 г. СПб.. 1862. С. 11.]
Мне просто логику бы понять! Честно. У нас на Балтике на тот же 1861-й воевать нечем (см. выше), нам СНАЧАЛА нужно защиту с моря создать, а ПОТОМ что-то океанское строить. Но нет. У адмиралов и царя рвет пуканы - пусть батарея, но чтобы могла плавать в море-окияне.
И здесь вопрос именно к элите. Понятно, что культура производства у нас тогда была ниже плинтуса. И здесь создать технологию, обеспечивающую нужную технику - дело как раз элиты. И последовательность действий - это тоже вопрос к элите. И концепция развития - это тоже вопрос к элите.
Но наша элита знала по пять языков, а с техникой как была на "вы", так и осталась. Я такое во время работы на телевидении часто встречал. Когда приходит очередной творец, который "ничего не понимал в электричестве, поэтому считал себя творческой личностью", и начинает пальцы загибать - хочу вот это, и чтоб как в Голливуде, и чтобы получилось вот так. И когда ему объясняешь, что для его хотелок надо приобрести вот это, нанять вот еще кого, и вложить столько-то - у творца начинается дикий диссонанс башки. Потому как он не подумал свои хотелки соотнести с технологической реальностью, данной ему в ощущениях. В результате хотелок таких же творцов от флота, слабо представляющих технические возможности и требуемые характеристики - совершенно немыслимые проекты ненужных кораблей, на которые уходят большие деньги.

Такое ощущение, что все концепции строительства витают в облаках. Кроме одной. Речь о строительстве ЧФ после русско-турецкой войны 1877-1878 годов.
Ах да. Ну и логистика конечно же. Я про броненосцы типа "Екатерина II", с двумя башнями главного калибра в носу. Да вообще о Черноморском строительстве в целом с 1877 по 1917 годы.
Фактически ЧФ затачивался только под одно - взять Проливы. Наверное потому, что эта задача была сверхочевидна.
Но паршивость оказалась в том, что флот, готовившийся 40 лет для одной единственной задачи из-за глупости и трусости политического руководства Проливы так и не взял. Как в том анекдоте - "смог угадать все буквы, но не смог назвать слово".
В общем, писать можно много, но сформулирую так - невозможно на технологиях начала XVIII века и людьми, застрявшими в первой половине XIX века, строить высокотехнологичные вещи в середине и позже XIX века, да еще и стараясь вкладывать поменьше, и при этом требовать от флота если не стать морским гегемоном, так хотя бы составить конкуренцию этому гегемону.
Требования немного несопоставимые.

Некоторые аспекты логистики времен войны за Независимость

Как гласит всем известная стратегма:  "Дилетанты рассуждают о тактике, любители - о стратегии, а профессионалы занимаются логистикой".
Собственно, тот же самый Трентон стал возможен только потому, что англичане с самого начала мятежа в США уперлись в логистику. Так, в зиму 1776-1777 годов генерал Уильям Хоу был вынужден расквартировать свою армию по всему штату Нью-Джерси (ибо собрав ее вместе, кормить и размещать ее было негде), чем воспользовался Вашингтон, и 26 декабря 1776 года сделал налет на Трентон, где разгромил и взял в плен расквартированных там гессенских солдат.
Вашингтон прекрасно понимал, что победа в логистике будет победой в войне. Именно поэтому в том же декабре 1776 года Вашингтон обращается в Бенджамину Франклину, прибывшему во Францию, с необычной просьбой. Нужно нанять 4 (позже количество было пересмотрено до 8, а потом и до 10) знающих офицера инженерного корпуса французской армии. Но как это сделать? После разговора с Франклином Людовик XVI решает очень просто - он дает "отпуск" на 2 года 8 офицерам-инженерам французской армии, и те срочно отбывают в Северную Америку. Причем об отпуске объявлено официально, через королевские меморандумы, ибо - если не дай бог что - это частная инициатива этих офицеров, а не в коем случае ни приказ короля Франции. Один из этих офицеров - Луи Ле Бег де Прель дю Дюпортель - станет позже основателем и первым командиром Инженерного Корпуса армии США . И недаром эмблема этого корпуса - стилизованное изображение замка Мезье, где находилась французская школа инженерных войск, основанная в 1743 году.
Совместно с французами Вашингтон начинает с самого простого - с разработки рациона американской армии: "на одного солдата потребно 1 фунт говядины или 3/4 фунта свинины или 1 фунт соленой рыбы в день, 1 фунт хлеба или муки в день, 1 пинта молока в день, 1 кварта елового пива или сидра в день, 3/4 пинты патоки в сутки, 3 пинты гороха или бобов в неделю (или эквивалентный вес в овощах), 1/2 пинты риса или 1 пинта "индийской еды" (кукурузной муки) в неделю".
Но как мы с вами помним по Семилетней войне (я писал об этом бедствии на флоте), часть из логистов во Франции была веганами, и один из их последователей, Бенджамин Раш, возражал Вашингтону: "Рацион солдат должен состоять в основном из овощей. Характер их службы и их прежние привычки именно этого и требуют". Раш модифицировал слова французов и говорил довольно разумные вещи - мясо - вещь классная, только когда оно свежее. Гнилое мясо убивает. Муку наши интенданты хранить не умеют, и она является источником пищевых расстройств и отравлений. Надо по методу Цезаря кормить солдат проросшей пшеницей, куда можно добавлять немного сахара или сиропа. И здоровая пища, и гораздо меньше требования к транспортировке и сохранности.
Алкоголь в армии следует запретить, особенно летом. Солдаты, набухавшись, становятся вялыми, аморфными, а то тепло, которое распространяется по телу в начале, потом сменяется чувством холода даже в теплом помещении. Алкоголь провоцирует простудные заболевания среди солдат. Кроме того - алкоголь - это закладка в организме основ лихорадок разного рода, флюсов, желтухи, и т.д. Алкоголь надо заменить водой.
Мысли Раша не нашли сочувствия и понимания ни у Вашингтона, ни у солдат. Однако Континентальная армия во всю страдала от той "демократии", которая царила в тылу. Собственно поставки раз за разом срывались, некоторые штаты вообще отказывались что либо поставлять в армию, причем методов их принудить не было. Континентальные доллары, которые с собой обозами возили американцы, в большинстве мест просто не принимали к оплате. И именно поэтому Рошамбо, прибыв с корпусом в Америку, не тронулся с места до тех пор, пока не выговорил для себя (и для Континентальной армии) прямые поставки из Франции и ее колоний.

А что же британцы? А там творился не меньший звиздец.
Начнем с того, что разные виды войск снабжали разные службы. У флота была своя служба снабжения. У армии - своя. У артиллерии - своя. И т.д. В 1777 году создается департамент снабжения армии в Америке. Однако Назначенный первым генерал-квартирмейстером этого образования Даниэль Шампьер, мало подходил для этой роли - он был некомпетентен в вопросах снабжения, и более того - ему просто не хватало людей. В 1778-м штат Отдела Снабжения был увеличен до 300 человек, но и это не помогло, так как штаб весь был пронизан коррупцией.
Начнем с того, что "пятую четверть" скота интенданты обычно припасали себе - это голова, шкура, жировые прослойки.Потом их продавали налево для личной выгоды. Далее - чаще всего интенданты выплачивали 1.5 доллара за тушу (такая расценка была в Британской армии за поставку, и оплачивалась из полковой казны), а далее солдатам продавали куски уже по рыночной цене. Ну вы понимаете - спрос определяет предложение. Общей практикой среди подрядчиков Англии был недогруз сухих продуктов (мука, рис, и т.д.), который иногда достигал 10-15% от заказанного и оплаченного. Так, в 1775 году пять кораблей были отправлены из Англии в колонии с 7000 фунтов муки. По прибытии в Бостон обнаружили только 5 тысяч фунтов. Куда дели остальные 2000 фунтов - бог весть. В 1778 году общий недогруз муки составил более 640 тысяч фунтов, а этого количества было бы достаточно, чтобы кормить 20 тыс. солдат в течение двух месяцев!
Отдельным источником коррупции и спекуляции в британской логистике был транспорт. Парламентская комиссия 1781 года обнаружила, что с 1777 по 1782 год на перевозки на суше, в колониях было потрачено 200 тыс. фунтов, а один из владельцев 50 повозок, запряженных четверками лошадей, за год заработал на перевозках 10 тыс. фунтов. Правда из 50 повозок весь год работали... 5.
Кроме того, вносили свою лепту и природные катаклизмы. В декабре 1775 года департамент флота провел значительную работу с поставщиками, и в результате к весенне компании поставками занялась согласно тендеру фирма "Мюр, сын и Аткинсон". На флот снабжения было загружено помимо солонины, хлеба, гороха и овсяных хлопьев около 500 тонн картофеля, 60 тонн лука, 50 тонн пастернака, 40 тонн моркови, 20 тонн изюма, 4000 овец и свиней, 468 750 галлонов темного пива. При этом фирма провела титаническую работу - ради сохранности груза она разработала и приняла ряд усовершенствований. В частности, картофель грузился не в навал, а руками (чтобы не побить), лук был упакован не в мешки, а в корзины, и т.д. Из своего кармана фирма платила торговым капитанам, чтобы они выполняли эти правила.
Однако жесточайший шторм в январе 1776 года часть судов просто потопил, часть разбросал по морю, а часть захватили американские каперы. В Бостон смогли прийти только 13 судов, а потери в грузе были гигантскими. Скажем, из 4000 свинок и овец выжило только 148. Из 856 транспортируемой лошади - 532. И т.д.
И летом 1776 года английским правительством делается финт ушами - раз централизованно снабжать мы наши контингенты в Америке не можем, то... пусть живут реквизициями в США! Бинго! Собственно реквизиции 1776 года и подвинули "молчаливое большинство" колонистов поддержать не британцев, а восставших.
Ну и на сладкое - Бургойн, потерпев поражение под Саратогой, был вынужден сдаться именно потому, что у его солдатов нечего было жрать. Корпус комплектовали в спешке, припасов и провианта выдали в расчете на неделю (столько, сколько умещалось в ранце у солдата), и на этих припасах (плюс том, что удавалось добыть охотой или отобрать у редких местных) жили на два месяца. Его буквально выпинывали из Канады, заверяя, что в Нью-Джерси и в Нью-Йорке все через одного лоялисты, и стоит ему дойти - все ему сдадутся и накормят.
Собственно сражение под Саратогой было дано потому, что стоять на месте не позволяли вопросы снабжения. Надо было либо двигаться вперед, либо назад.

Российская дипломатическая яма

Очень часто меня спрашивали, да и до сих пор ведут споры - а почему собственно русская политику в Турции перед Крымской войной провалилась?

А проблема на самом деле в ее двойственности. Чтобы самому не отвечать - приведу просто цитату.

"Однако наиболее печально ситуация складывалась в первой половине XIX в., после того как Россия практически полностью решила ключевые для нее задачи по выходу на Балтийское и Черное моря и воссоединению с Украинскими и Белорусскими землями. Лучшим примером тому может служить обозначенный А.Д. Бубновым Восточный вопрос, по которому теперь даже сама высшая власть в лице Александра I и Николая I давала абсолютно противоречивые указания в отношении судеб Османской империи, одновременно высказываясь в пользу как ее сохранения (на официальном уровне), так и раздела (в закулисной переписке и даже в переговорах). Причем, нередко эта противоречивость уживалась даже в одном (!) решении, как это, например, случилось, в конце Русско-турецкой войны 1828 – 1829 гг., когда в письме к командовавшему русскими войсками на Балканском театре И.И. Дибичу от 1 сентября 1829 г. Николай I хоть и разрешил овладеть Константинополем, но обставил его так, что решиться на этот шаг могла только чрезвычайно смелая натура, да и то в крайней ситуации.
«Перейдем к случайностям, осуществление которых я молю Бога не допустить, – писал тогда Николай I. – Это увидеть нас владыками Константинополя и тем вызвать следовательно исчезновение Оттоманской империи в Европе. Однако я не хочу вас оставить без некоторых общих указаний на случай, если действительно уже дошло бы до того…»1062.
Более того, складывается впечатление, что в Петербурге в это время вообще с трудом представляли себе свои реальные интересы в означенном вопросе, ибо умудрялись делать просто несовместимые вещи:
– постоянно опасаться вмешательства ведущих Европейских держав в Восточный вопрос и одновременно настраивать их всех против своей Восточной политики;
– бороться за «мирное» влияние на Турцию и не иметь для этого никаких рычагов, кроме военных;
– тратить все большие и большие силы на освобождение славянских народов в рамках идеи славянской солидарности и не видеть все большую абстрактность подобной политики в свете все большего их дрейфа в сторону Западных держав (смотри политику Греции, Сербии, Дунайских княжеств);
– знать о чрезвычайной трудности ведения военных действий на Балканском театре и опасности ввязывания в крепостную войну и раз за разом выбирать именно такое развитие событий, получая взамен войны со значительными потерями, затяжными сроками, да еще и далеко не оптимальными при таких затратах результатами.
Причем, к началу Крымской войны 1853 – 1856 гг. ситуация и вовсе приняла характер абсурда, что наиболее емко выразилось в обстоятельствах вступления России в означенную войну, произошедшего без понимания как своих возможностей и целей, так и международной ситуации."

Собственно проблема хрестоматийная. "Будь моим другом, иначе я буду бить тебя по голове"  - эта политика наша от -измов не зависит.)

Отношения Турции и России в XIX веке - это отношения раба и господина. Но вот когда раб восстает, и ему на помощь приходят другие господа... Россия становилась в растерянности.

Кстати, подобные отношения никуда не делись и после Николая. Вспомним ультиматум Александра II Турции в октябре 1876 года по поводу Сербии. Или одновременные призывы к мирному соглашению турков и христиан, и миссию полковника Фадеева в Египте, который призывал Исмаил-пашу начать войну со Стамбулом. Результат, как говорится, на лице.

https://youtu.be/gNJFtIsTIAo?is=BGD0YpSQsCZbUKPp

Американская революция. Послесловие.

YouTube | Rutube | ВКонтакте | Дзен

В этой серии мы расскажем о Джеймсе Вилкинсоне, генерале армии США и одновременно – испанском шпионе.

Страница автора на сайте: https://tacticmedia.ru/author/136/
Наш официальный сайт: https://tacticmedia.ru/

Поддерживайте работу над фильмом "Прохоровка. Люди, огонь и сталь" и другие наши проекты: https://tacticmedia.ru/donate/
Ранний доступ к нашим новостям и видео:
Sponsr: https://sponsr.ru/tacticmedia/
Boosty: https://boosty.to/tacticmedia