А про покойного Генри Киссинджера мне Алексей Чеснаков как-то раз рассказал историю (воспроизвожу по памяти, может он меня поправит).

Во время визита в Россию (наверное, в 2012) Генри Киссинджера повели обедать в «Пушкин». Что, конечно, вполне естественно. Вряд ли тогда в городе было более верное место для политиков и дипломатов, да и сейчас таких немного. А за соседними двумя столами сидели какие-то экспаты, видимо, американцы.

Обед закончился и гость с сопровождающими направился к выходу. Тогда из-за столика экспатов Киссинджера окликнули: «Doctor Kissinger!». Он остановился и раздались аплодисменты.

На меня эта история произвела большое впечатление. Я долго думал, кто из наших живых дипломатов мог бы, например, в ресторане Нью-Йорка получить от тамошних русских аплодисменты, а не солонкой «peugeot» в лоб? Тогда я ответа не нашёл. Не нахожу и сейчас. Хотя, полагаю, таких живых дипломатов у американцев теперь тоже нет.

На картинке Чжоу Эньлай шерит обед с Генри Киссинджером в 1973. Прошу обратить внимание, что никакого сраного сет-дизайна на столе.

Представят завтра Валерия Абисаловича труппе Большого театра или не представят, но вот вам вечерняя цитата.

Газета «Русское знамя» 30 ноября 1913 года опубликовала материал, где сообщалось, что режиссёр балетной труппы Мариинского театра Николай Григорьевич Сергеев объявил подписку на сооружение храма-часовни на могиле Андрея Ющинского. Кто не помнит, это тот самый мальчик, которого якобы убил (и тогда, и сейчас считается, что не убивал) Менахем-Мендель Бейлис. А кровь пустил, как водится, на мацу. После смерти несчастный школьник стал мучеником черносотенного движения.

В ответ на эту публикацию в этот же день директор Императорских театров (тогда у Большого и Мариинки тоже была общая дирекция) Владимир Аркадьевич Теляковский написал у себя в дневнике:

«Не знаю, насколько правда это сообщение, но во всяком случае не дело режиссера заниматься политикой, хоть и крайне правой. Всё это возбуждение и натравливание».

Когда после премьеры «Слова пацана» в «Октябре» мы сидели с Алёной и Антоном в «Pinch», я размахивал стаканом, рассказывал о шипперинге в современной художественной культуре и думал, что поддерживаю застольный разговор.

Когда на гала-ужине «Москвички» я поздравил коллег с тем, что в России снят первый кэмп-сериал, я думал, что по-светски шучу.

Оказалось, что не шучу.

Тех, кого интересует феномен кэмпа в кинематографе я отправляю к книге товарища моего Александра Павлова «Постыдное удовольствие» (поищите в сети, блестящая книжка) и оттуда же возьму определение:

«...кэмп — это прежде всего присвоение и иногда феминизация образов, символов, артефактов, изначально принадлежавших гетеросексуальной культуре, что ведет к трансформации их значения и фактически начинает обозначать гомосексуальную идентичность».

Доказательства? Ну, например, на Ficbook фанфиков по сериалу уже больше пяти сотен (это круто). Из них слэша (условно, квир-фанфиков) — больше ста восьмидесяти. И их процент растёт. И качественная оценка пользователями. С фан-артами ситуация похожая, но статистику приводить сложнее, так что просто экспертная оценка, как коллеги-политологи говорят. В TikTok мне лезть страшно.

И, конечно, этот сериал никакая не пропаганда насилия, никакой не экстремизм. И вообще никакакая не пропаганда. Там за все серии, кажется, ни одной злобной радуги.

Знаете, что меня бесит? Во-первых, конечно, то, что с моим телом делает время. Во-вторых, когда мне открывают самоочевидные истины, ранее от меня скрытые.

Ну, вот и правда же: то, что нам известно как «канон Константина Сомова» благодаря школьной и университетской программе — это только первая половина его творчества. А там дальше, после Революции было много чего ещё и лучше. В Париже он сделал кучу всего, что круче этих «маркизов-маркизов» (как Иванов иронизировал). Вы почитайте у «Дискурса» об этом.

Вот, например, посмотрите на этот автопортрет 1934 года. Да тут Хопперу скакать и скакать до подлинной тоски. Тут и увядший букет, и сложенный зонтик, и сигарета. Всё, как голландцы с их натюрмортами завещали.

И нет, это не реклама.

Ещё я очень жалею, что не смог остаться, как Ксения, на неделю в Питере и прочекать все события Дягилев P.S. Я считаю, что это — прекрасный фестиваль и делает он для нашей страны большое дело, на практике доказывая, что русская культура обладает невероятной резистентностью к ненависти и как мало какая другая умеет в интегрирование с другими.

Пример: Театр танца Си Син (очень эффектная барышня, тут вот с ней вью, кому интересно), который в этом году пригласили в Санкт-Петербург в рамках фестиваля. Когда мы беседовали с Елизаветой Станиславной Лихачёвой в портике ГМИИ им. Пушкина, она говорила, что у русской культуры нет проблем с Востоком. А в Питере доказывают это на практике, найдя самую из обласканных вниманием как на Родине, так и за рубежом. Притаскивают, показывают, ругают московского гостя, что он не остаётся. Это и есть культурная дипломатия и культурное сеятельство.

Стыдно должно быть тем, кто решает вдруг наброситься на этот фестиваль из-за того, что самих в культуртрегеры не берут. Самого Дягилева мы помним и любим, не ставя на счетчик манифестирования гражданской позиции. А вот грёбаных доносчиков и их анонимных друзей я не люблю (и вся редакция, да). Что, опять вместо войны с внешним врагом вы решили поискать врага внутреннего, с которым воевать уютней?

На видео — отрывки балета Си Син T.I.M.E. Вы только посмотрите, как красиво.

Из прошлого прилетело весло. Ну, не буквально весло, но по убойности «Иероглифические сказки» Хораса Уолпола, изданные в 2005 году Kolonna Publications с ним сопоставимы. Нашёл их в «Фаланстере». Там на нахзаце до сих пор сказано, что книги издательства можно купить в «Пирогах на Дмитровке» или в «Проекте ОГИ» в Потаповском... Давно это было.

Издание, конечно, ужасное, но автор — блеск. Вообще, Уолпол нам известен в первую очередь как автор «Замка Отранто» (первого готического романа) и как человек, заказавший Роберту Адаму «Строберри-Хилл» (один из первых в истории неоготических дворцов, который Британская энциклопедия именует «small villa»).

Но Уолпол был очень необычным автором, который кроме сказок и романов оставил после себя 48 томов переписки, чья публикация завершилась только в 1983 году. Ещё есть его мемуары. Но из-за очень странного завещания автора, они толком так и не были отредактированы и опубликованы. Ещё Уолпол вроде как довёл до самоубийства поэта Чаттертона, отправил лорду Оссори свою сказку «Персик в бренди» (есть в сборнике и там архиепископ проглатывает эмбрион) по случаю выкидыша у жены лорда, подделал письмо Фридриха II к Жан-Жаку Руссо (чем очень обидел последнего) и много чего ещё наделал.

Но в стиле Уолполу было не отказать. Достаточно отметить, что те же сказки были изданы в его частном (кстати, первом частном в Англии) издательстве тиражом всего в шесть экземпляров (+ корректура). Тоже как-нибудь что-то таким тиражом издадим.

Так что вы зайдите в магазин, купите. Тоже почувствуете удар веслом, как минимум...