Ходил в субботу с Ксенией Коробейниковой и коллегами по «Ку-ку клубу» на выставку «Невероятная Индия» в Царицыно. Было весело, вокруг Ксении выстроилось доброе сообщество. Ещё наконец-то забрался на балкон Большого Дворца, где в память о Екатерине Великой втянул мощную понюшку табаку и чихом сбил с парапета голубя.

«Царицыно» как культурная институция предпочитает воспринимать себя дворцовыи ансамблем, корпусами оранжерей и историческим пейзажным парком. На практике это, конечно, памятник эпохе Ю.М. Лужкова со всем, что там было хорошего и плохого. Например, по территории парка нельзя ездить на велосипеде или на самокате. И аудиогид, и экскурсовод не дадут вам забыть, что если бы не московская мэрия двадцать лет назад, то ничего бы тут не было. Не было бы ни памятника Екатерине, вывезенного из Армении (сейчас эта работа Опекушина стоит в зале настолько золотом, что будто бы из Армении и не уезжала), ни даже уникальной коллекции стекла. Царицыно так-то бывший Государственный музей декоративно-прикладного искусства народов СССР, главная кладовая советского быта.

Если в доме встал посудный вопрос, то обязательно надо сначала сходить в Царицынский музей и посмотреть их постоянную экспозицию. Бабушкин хрусталь начинает играть новыми дизайнерскими гранями, приобретает привлекательность. Ну, да, это очень мещанский музей.

Поэтому «Невероятную Индию», выставку барахла, нужно было проводить именно там. Она — настоящий кураторский подвиг. Собрать из федеральных музеев Верещагина и Ватагина, забрать у частного коллекционера его коллекцию индийского оружия, подобрать отрисовки к мультфильму «Маугли» (1967) и эскизы из Большого к так и не поставленной «Лакме»... ну, это большой труд. И, конечно, ткани. Очень красивые бандхани, роскошные икаты. Образцовая, кстати, застройка: стенды прокрашены в несколько слоёв, свет отличный. Судя по растерянному выражению лиц смотрительниц, организаторы сами не ожидали, что так хорошо получится.

Сходите, короче. К тому же лето скоро начнёт заканчиваться, в парках нужно гулять.

Гляжу я на мерч безжалостного маэстро Понасенкова и думаю: как же это всё напоминает музыкальный академический мерч, он вот всегда такой был. Непонятно, почему.

Подними глаза к небу (да, сейчас; ну, можно попозже), читатель, и посмотри на Осетровое суперлуние. Осетровое — это когда в августе, а суперлуние — это когда полнолуние или новолуние совпадает с наибольшим сближением Луны и Земли.

Вообще полнолуния бывают не только осетровые. Ещё клубничные, кукурузные, червячные. Звучит как сборник прилагательных из меню заведения Кирилла Ненашева, но это всё про полнолуния. В каждом месяце у них есть специфические названия. А бонусом логичное сезонное поверье: под клубничной луной в июне собирали клубнику, под червячной в марте из земли лезли червяки, под осетровой в августе удачно ловился осетр.

Почти все полнолунные эпитеты пришли к нам из культуры североамериканских
Индейцев и теперь во «вовконтакте» одни «волчьи луны» и волчьи цитаты. Сегодня не ходите туда, там будет много будет про денежные ритуалы на луну.

Вообще, луна — вещь занимательная. У китайцев на ней конкретный заяц, у англичан — абстрактный сырный человек, а о глазастых фантазиях Мельеса («Путешествие на Луну», 1902) разговор вообще отдельный. Так что осетры вполне имеют право на существование. Они еще и прагматичнее, их можно есть.

Так что приглядись к небу, читатель, потом расскажешь детям, что видел на луне суперосетра.

Вадим проспал завтрак. Извинился и объявил, что его тело органически не способно принять концепцию события, которое случается до десяти часов утра.

Поэтому завтраки в «Narnia» (о котором уже писалось) на Большой Бронной Эмме пришлось оценивать самой.

Завтрак там подают до полудня. В меню — понятная классика в азиатской аранжировке. Приятная и без сюрпризов, как и всегда у Антона Пинского. Тут классические каши, но с юдзу кремом (450р.), яичница, но с соусом том-ям (590р.), омлет с креветками, но закрученный в японском «торнадо» (650р.) Завтрак выходит вроде и паназиатский, но не шокирующий европейский желудок. Пить предлагается коктейли (Yuzu Highball, 690р.) или просекко (790р.), хотя почему-то очень хочется пива. Но его всегда хочется. Или кофе.

Кофе в «Narnia» неожиданно хороший. Отдельно приятно, что капучино подают без латте-арта, но по умолчанию на безлактозном молоке.

Официанты по-восточному неспешны, есть шанс, что минут двадцать придётся ждать не только сонных друзей, но и этот самый кофе. С другой стороны, в красивом месте и подождать приятно. Если погода позволяет, садитесь лучше на террасу. Мест побольше, атмосфера вполне утренняя, да и о времени, в отличие от зала, забыть сложнее.

Резюмируя: завтрак с задачей скрасить одиночество справляется на 4/5, с задачей сытно и понятно начать день и того лучше.

Раппортовский бар «Бибирево» вызывает лёгкое недоверие. Для начала он не в Бибирево, а в Дорогомилово. Ну, типа, ха-ха, ирония. Там вообще много иронии в интерьере и меню. В какой-то момент подумаешь, что и к тебе относятся недостаточно серьёзно.

Но «Афиша.Рестораны», Михаил Шенштейн и Мария Лобанова нашли способ применить этот «районный» нейминг к пользе и запустили гастрофестиваль «Город 2030» в рамках Московского урбанистического форума взяв «Бибирево» за отправную точку.

По замыслу нам предложено поразмышлять о кухне будущего и какой она должна быть. Сознанию многих из нас, кто не чувствует, что прожил свой две тысячи двадцатый, тридцатые годы представляются невероятно далёким будущим. А они за поворотом и гастрономическая часть фестиваля вышла скорее про меняющееся сейчас, чем про удивительное потом.

В меню — азиатские мотивы, трубочки из нори с тартаром из растительного мяса, палтус (очень удачный) на водорослях комбу со шпинатом, спагетти из тунца с соусом из водорослей. И неожиданное открытие в виде попкорна из булгура. Всё не совсем привычное, но вполне ожидаемое. Будущее подкралось в тарелку незаметно и не шокирует.

А вот изменение роли ресторанов на форуме радует. Из простых площадок они становятся полноценными собеседниками. Это честно. Замечали, как работает бытовая навигация? У одних — по ресторанам, у других — по кофейням, у третьих — по барам. Так что без еды про город говорить нельзя…