Еще в состоянии слышать про главный балет каждой зимы?

В фильме «Художник и театр» (вроде, есть на ютубе) Шемякин признается, что он не большой любитель балета и до начала работы над собственным «Щелкунчиком» видел только минут десять его американской телеверсии. Едва он успел подумать, что случись ему ставить подобное, застрелился бы от «приторной слащавости детского утренника», позвонил Гергиев. МШ заново написал либретто и положил в основу дизайна костюмов схему цветовых соотношений Киселева (1927). Идеи для декораций и персонажей он искал в искусстве прошлого: так «Кухня», раздражающая критиков пышностью колбас и окороков — это Брейгель, фламандцы и Дж. Рейнольдс XVIII в.; «Гардеробная» — старинная простреленная мишень, на которой два персонажа рассматривают громадный парик; «Уход гостей» — французские модные гравюры XIX века с муфтами размером с бочонок; дети, «народ зловредный» — Буальи, Якобидес, гравюры США 1800-1825 (гадкий Фриц — «американец»); одноногий персонаж — английская карикатура XIX века; крысы («плюшевыми крысятами ребенка, выросшего на хоррорах, не испугаешь») — Гранвиль XIX век; титульный герой — карикатура, которая так и называлась «Наполеон-Щелкунчик», Германия 1813. Для «Снежной бури» голубые или розовые пачки даже не рассматривались — черные костюмы МШ «увидел» из окна во время пурги. На роль первого Дроссельмейера был приглашен Антон Адосинский из «Лицедеев», и в первые недели творился сущий ад — о ужас! на священные подмостки допущен клоун, не знающий, что такое па-де-де. Для создания Конфитюренбурга был активно задействован макет сцены Мариинки — иначе места для танца могло бы не остаться вовсе.

Продолжением стал приквел «Принцесса Пирлипат», музыку к которому написал Сергей Слонимский. МШ превратил гофманское княжество в птичье царство, чьим символом, логичным образом, стало яйцо — от Фаберже до Магритта. Люди-птицы с гравюр XVII века, средневековые шлемы-мышеловки, опять любимый Гранвиль, крыса-шлюха, танец маленьких крысят под компьютерный ритм — хорошая сказка должна пугать по-настоящему, Гофман остался бы доволен. #театр

Опубликован фрагмент из Leaving Home: A Memoir in Full Colour Марка Хэддона (1962–): о детских ночных кошмарах за декорумом «семейных ценностей»; о родителях, которые никогда не хотели детей; о том, что с уходом родителей взрослые дети лишаются даже теоретического шанса подсластить пилюлю их пожизненной нелюбви.

Непатриотично, зато про студентов:

В 1840-х студенты Оксфорда дали сленговое прозвище coach частным репетиторам, чьи услуги дополняли обучение в университете — те, кто, как бричка, «довезет, дотащит» до выпускных экзаменов. К 1880-м coach стало синонимом teacher или instructor в любом контексте.

Второй по длине в Европе внутренний коридор был построен в женском колледже Newnham в Кембридже — чтобы студентки не портили причесок под дождем. #праздничное

На прошлогодней выставке «Ленинград — город-герой» в Манеже отдельные посетители «компетентно» рассуждали вслух, что блокадные объявления типа «куплю собачку любой породы» или «купим кота за 200 рублей» — про создание домашнего уюта. Чему удивляться, если во время самой блокады власти решительно пресекали распространение информации о реальном положении дел как нежелательное «смакование бытовых подробностей»:

Отсутствие достоверных сведений из Ленинграда рождало порой за пределами осажденного города самые фантастические представления о происходивших там событиях. Блокадницу, написавшую родным о том, что стала «дистрофиком», спросили: «А что это у тебя теперь за специальность такая?». Блокадная этика. Представления о морали в Ленинграде в 1941 —1942 гг. Сергей Яров (2011)
***
С течением лет все труднее разглядеть прежнее лицо великого города, который заплатил за жизнь непомерную цену, перестав быть равным самому себе:

Блокада разорвала историко-культурный континуум города. Блокада отрезала прошлое, напрямую связанное с петербургским прошлым, и съела немногих его очевидцев. Блокадный шок сделал неуместным само понятие культурной памяти. Наступила эпоха культурной амнезии: с нуля строились Петергоф, Царское Село, Павловск – их авторами становились «героические ленинградские реставраторы», а вовсе не Растрелли и Камерон. На месте разрушенных городских строений появлялись объекты сталинской архитектуры, которые копировались с Александровского дворца Джакомо Кваренги таким образом, что царскосельский дворец сам в конце концов превращался в копию какого-нибудь ДК где-нибудь на Охте и его авторами становились сталинские зодчие, а вовсе не архитектор Екатерины Великой. Кваренги уходил в мифологическое passé. Про него забыли. Разговоры о русском балете. Комментарии к новейшей истории. Вадим Гаевский, Павел Гершензон (2010)

В политическом сленге США появился новый термин — AWFL (Affluent White Liberal Women). «Ужасными, кошмарными, жуткими» консерваторы называют «зажиточных белых либералок», которые, левея быстрее остальных, становятся агрессивными и пополняют категорию Dark Woke.

А ведь относительно недавно в тренде было совсем иное. В 1980-х над политическими идеалами доминировал личный прагматизм. Идеология индивидуализма проявилась в культе социального успеха и в отказе от традиционных ценностей. Молодое поколение отказывалось от протеста, предпочитая личное благосостояние. Основными носителями этой идеологии стали YUPPIE (Young Urban Professional Persons) — состоятельные молодые жители больших городов, помешанные на карьере. Более взрослое зажиточное поколение обозначали сокращением WOOPIES (Well-Off Older People). Для одиноких и хорошо зарабатывающих женщин придумали акроним SWELL (Single Woman Earning Lots of Loot), а для работающих пар пока без детей — DINKY (Double Income No Kids Yet). Последний акроним до сих пор сохранил актуальность, утратив компромиссное Yet. #english

Хамон в Испании больше, чем сыровяленый свиной окорок: испанцы относятся к своему гастрономическому наследию самым трепетным образом, а знаменитых иберийских свиней для лучших сортов jamón ibérico откармливают желудями.

Но в истории хамона есть и мрачная страница. Начиная с 1478 года, испанская инквизиция почти четыре века с особым рвением преследовала еретиков в лице новообращенных в христианство иудеев (conversos) и мусульман (moriscos), продолжавших тайно исповедовать религию предков. Потребление хамона стало индикатором католической идентичности. Чтобы отвести от себя подозрения, выкресты развешивали в своих домах связки колбас — возможно, именно так появилась практика выставлять хамон в ресторанах и барах. Другие готовили свинину, которую не собирались есть, чтобы до соседей доносился запах, характеризующий добропорядочного католика. Забой свиньи стал частью многих народных праздников, а семьи, не принимавшие в них участие, сразу привлекали внимание инквизиции. Большинство традиционных испанских блюд содержат хамон или приготовлены на свином жире “like there’s no tomorrow”. Во втором предложении «Дон Кихота» упоминается блюдо duelos y quebrantos, состоящее из яиц, колбасок chorizo и жареной свиной грудинки torreznos: его название буквально переводится как «печаль и скорбь» — якобы такие чувства испытывали те, кто был вынужден есть свинину, чтобы избежать обвинений в ереси.

И вот хамон снова стал оружием в культурной войне. Недавно завирусились созданные AI посты с изображениями рубашек и чехлов для телефона из хамона, а также мемы с супергероем по имени Ham-Man, спасающим законопослушных испанцев от нападения нелегалов из стран Магриба и Северной Африки. Уже несколько лет под криминальными сводками появляются комментарии, типа “¿come jamón?” («он ест хамон?»). Неспокойно в испанском королевстве. Впрочем, где сейчас иначе…

Сегодня — Всемирный день борьбы с обсценной лексикой. Дело, конечно, хорошее, но заставь дурака богу молится…. В 2022 году алгоритм TikTok внес видео музея Чарльза Диккенса в черный список как «непристойные», поскольку те включали ключевое слово dick, а в соцсетях врачам регулярно приходится заменять термин penis на grawlixes — p3nis/ pen1s или эмодзи — «баклажан» 🍆.

Переключаясь между языками, нужно учиться у лучших: в русском переводе версии последнего романа Джулиана Барнса Departure(s) aka «Исход(ы)» (2026) черствое англосаксонское fuck-all help заменяет уютное «мозгойоп», а That’s what’s so fucking ironic превращается в душевное «Вот ведь в чем ирония, ёшки-блошки». Это еще борьба или уже победа? #праздничное

Он вам знаком? Он нам сосед. Для нашего прелестного уголка на севере СПб (белки, ежи, ондатры, etc) Бенуа — household name. Проспект, соединяющий Политех с фермой Юлия Бенуа, носил его имя; старожилы помнят его дачу как художественную школу, приют бомжей и дымящиеся руины. Сквер вокруг дачи некогда являлся продуктом ландшафтного дизайна, но в 90-х дивные кованые ограждения мостиков сдали в металлолом, каналы засыпали, а систему мелиорации раскопали и, подивившись наличию труб в чистом поле, закопали обратно, капитально нарушив её целостность. Планы по реконструкции сквера сгорели в 2022 вместе с нашими мечтами, а на месте пожарища уже в XXI веке скрафтили нечто пластиковое, контурами отдаленно напоминающее оригинал — изначально детское учреждение с «жителями» бенуариками (наш ответ муми троллям), а нынче дорогой коворкинг Benua Campus Page. В ресторане в здании бывшей молочной фермы, успевшей побывать совхозом и обителью наркоманов со всей округи, желающие глазеют на герб Юлия Юльевича (Александр Николаевич называет кузена Жюлем), в центре которого локально выращенный флер-де-лис. Казалось бы, в Петербурге, увернуться от имени Бенуа нереально, однако эксперты говорят, что Теляковского Бенуа никто не знает, а текущая выставка в Манеже призвана в игровой форме открыть наивному зрителю глаза, что и делает с большим успехом. 🎧 Подкаст «Как сделать бренд из искусства, истории, семьи? Бенуа, ОБЭРИУ и коллекция Куниных в Петербурге» небесполезно послушать, хотя бы как альтернативное мнение.

7 февраля — день балета. В Российской империи балетомания являла собой разновидность благородной карьеры, альтернативу армии, флоту и дипломатии. Daily News писала: «Судя по тому, как вели себя зрители "Ковент-Гардена", слово baletomaniac, которым русские обозначают поклонников балета, очень скоро займет свое место в английском языке». OED подтверждает, что слово balletomane действительно вошло в состав языка в 1919 году. #праздничное

Политбалетное. С выставки «Карл Маркс навсегда?» ГРМ, 2018 #праздничное #museum

Сегодня Международный день пиццы: This pizza has some pizzazz (= is exciting and has a strong interesting style). #праздничное

Издательство «Слово» переиздает серию Наталии Семеновой о московских коллекционерах:
Сага о Щукиных. Собиратели шедевров (2019)
Братья Морозовы. Коллекционеры, которые не торгуются? (2019)
Илья Остроухов. Гениальный дилетант (2020)
Братья Рябушинские. Из миллионщиков в старьевщики (2023)

Александр Бенуа назвал Москву «городом Гогена, Сезанна и Матисса», имея в виду частные коллекции, в первую очередь, Щукина и Морозова. Текстильный бизнес приносил русскому купечеству огромные капиталы, давая возможность тратить средства на покупку произведений искусства. «… богатые фабриканты, делают платки и сбывают их на миллионы персюкам, а на деньги эти живут и покупают», — с нотками зависти сообщал Михаил Нестеров.

«Жили на эти деньги» нескучно: так дядя Морозовых Михаил Хлудов мог явиться перед гостями раскрашенным «под негра» или полуобнаженным римским гладиатором, благо тигр у него имелся (он же отравил красавицу-жену — правда, по чистой случайности: та выпила отравленный кофе, который Михаил приготовил для брата Василия). Миллионщики кутили, заводили романы, стрелялись, сходили с ума, среди зимы осыпали гостей ландышами… и ненасытно скупали искусство, мечтая оставить о себе добрую память.

Михаил Морозов рассуждал о меняющейся роли купечества: «Как-никак, а нужно признаться, что буржуазия у нас в Москве — сила. Она и первым представлениям пьес хлопает, и картины покупает, и о политике говорит. Прежде она боялась частного пристава, бутылку называла "флакончик", вместо "налей" говорила насыпь... Теперь говорят в общем правильно, хотя и употребляют выражения вроде "я был уставши", и имеют университетский диплом».
***
Победивший пролетариат собирательского пыла экспроприаторов не оценил. Церемониться с наследием «проклятого прошлого» большевики намерений не имели, а американцы готовы были купить даже храм Василия Блаженного на Красной площади, чтобы разобрать его и увезти в США. Раскручивался маховик репрессий: так в 1926 году без разбора арестовали тех, кто сидел в первых трех рядах театра. Подчеркивая патриотизм именитого московского купечества, Бенуа сокрушался: «Однако и таких-то исключительных людей насильники-доктринеры не сумели пощадить, оградить от ужасов, явившихся как следствие генеральной ломки».

В 1948 году «великий искусствовед» Сталин лично подписал постановление Совета министров: «Формалистические коллекции... закупленные в странах Западной Европы московскими капиталистами в конце XIX - начале ХХ века <...> нанесли большой вред развитию русского и советского искусства. Показ коллекций широким народным массам политически вреден и способствует распространению в советском искусстве чуждых буржуазных, формалистических взглядов». #nonfiction #art #russia

Невеликие великие. Диалоги с соучастниками века. Игорь Оболенский, 2025

В разговорах с «закадровыми» свидетелями эпохи — от дочери последнего владельца Трехгорной мануфактуры и внучки Горького, ставшей женой сына Берии, до директоров музеев Цветаевой в Тарусе и Пушкина на Мойке, — красной нитью проходит идея обыденности зла и цены, которую пришлось заплатить за не/сотрудничество с властью страны, «где так вольно дышит человек» — к творческим людям это относится чуть в большей степени.
***
Была часть эмиграции, которая за войну стала испытывать безумные патриотические чувства. Идиоты, конечно, они же ничего не понимали, не знали о реалиях жизни здесь. Они все сразу начали получать гражданство, а потом ринулись писать заявления, что хотят вернуться на Родину. <…> Андрей Волконский рассказывал о том, как они пересекали границу. Все стоят у вагонов и рыдают – русская земля. Старики какие-то, он мне всех называл – князь такой-то, князь такой-то, все рыдают. Вдруг один из этих стариков восклицает: «Смотрите, в России уже охотничий сезон начался!» И все еще больше зарыдали. А это бежали пограничники с овчарками. Потом, когда кого-то из знакомых арестовывали, Мишель повторял: «В России уже охотничий сезон начался». #nonfiction #russia

При желании уродливый оскал британского империализма можно узреть где угодно. На этот раз в гуще ожесточенных дебатов оказался один из самых популярных в Индии элементов традиционного костюма — bandhgala jacket. Приталенная мужская куртка с характерным высоким воротом aka princely jacket появилась в XVI веке при дворе Великих Моголов и правителей Раджастхана и до сих пор является частью свадебного наряда жениха.

В XIX веке махараджи Джодхпура приспособили дизайн куртки для верховой езды и игры в поло — и к началу ХХ века bandhgala получила популярность на Западе именно как одежда для поло в сочетании с узкими бриджами aka jodhpurs. В конце XIX века во время британского Раджа куртка bandhgala заменила европейское платье в качестве униформы служащих индийских железных дорог, хотя и позаимствовав некоторые элементы британского военного мундира. После обретения Индией независимости в 1947 году bandhgala осталась частью
официальной униформы ж/д служащих, но индуистское националистическое правительство премьер-министра Нарендры Моди отменило ее как символ ‘colonial mindset’. И закипели страсти: Рагхавендра Ратор, индийский дизайнер мужской одежды и потомок королевской династии Джодхпур — той самой, при которой появилась bandhgala, — назвал её “India’s most refined expression of royal tailoring” и готов бороться за народное достояние.

Не похоже, чтобы кто-то навязывал индусам их собственный национальный костюм, но джинна выпустили из бутылки. Индийские власти публично объявили своей целью найти и обезвредить любые «пережитки колониализма»: “We need to find each of them and remove them, whether it’s in our working style or dressing style.” Возможно, в скором времени индийским новобрачным придется изобретать новый образ, а в классике Болливуда станут заблюривать фирменный закрытый ворот, особенно удобный для холодных зим на севере Индии — в культурных войнах пленных не берут.