Выражение ‘the wind of change’ придумали не Scorpions — его впервые произнёс 65-й премьер-министр Великобритании, владелец издательства Macmillan Publishers Гарольд Макмиллан в 1960 году в речи о неизбежности обретения независимости британскими колониями в Африке.

Запасы впрок (вместо анонса и очередной шапки на зиму)

Пресс-секретарь Гитлера Путци Ханфштангль учился в Гарварде вместе со старшим сыном Теодора Рузвельта и был частым гостем в Белом доме, где с таким жаром наяривал на пианино, что порвал несколько струн. Связанный родственными узами с Сакс-Кобургами, он представлял Гитлера в высших кругах всех трёх стран. По долгу службы Путци состоял в близкой связи и с британской аристократкой Юнити Митфорд, и с дочерью американского посла Мартой Додд, чьи биографии иллюстрируют отношения с Германией будущих стран антигитлеровской коалиции накануне WWII. Исторические архивы строго засекречены, но и в доступных источниках масса интересного: американские дипломаты, русские шпионки, двойные агенты, белогвардейцы-антисемиты, фейковые телеграммы, любовные связи и тайные общества.
***
Hitler's Girl. The British Aristocracy and the Third Reich on the eve of WWII. Lauren Young (2022):

До отречения Эдуарда VI альянс между Британией и Германией был более, чем возможен — король даже родным языком считал немецкий и поправлял переводчика во время общения фюрера и Уоллис Симпсон, violent pro-Nazi. Пытаясь любой ценой избежать ещё одной мировой войны, Peace Party закрывала глаза на экспансионизм Германии на континенте, чтобы Британия могла спокойно вооружать собственную армию. Чемберлен ублажал Гитлера при явном одобрении Георга VI: в 1990-х в прессу просочились снимки зигующих принцесс. В 1939 в Англии напечатали Mein Kampf — доход от продаж шёл в фонд британского Красного креста. Палата Лордов призывала к решению «еврейского вопроса» задолго до возникновения концлагерей, в частности, обвинив евреев в захвате британского кинематографа: “there are millions of boys and girls in this country . . . (whose) souls are being taken from them as blood money for a syndicate of dirty American Jews.” По Британии прокатились погромы, еврейские магазины бойкотировали, Палестину закрыли для беженцев из Германии и Австрии.
***
Юнити Валькирия, четвёртая из знаменитых девочек Митфорд, родилась в 1914 в городе Свастика в Онтарио, Канада, где ее знатные родители рассчитывали разжиться золотишком, чтобы вылезти из долгов. Дебютантка из Юнити получилась так себе: вместо ожерелья она носила ручную змею, воровала канцелярские принадлежности из Букингемского дворца, а во время бала выпустила крысу. Как и многие юные британские аристократки, Юнити «продолжила образование» в Германии, где практиковала язык и выезды на пикники с подходящими по статусу немецкими офицерами. За пять лет до начала WWII Юнити 160 раз — с благословения правительства и службы разведки — встречалась с Гитлером, мечтая соблазнить его и, видимо, преуспела: Ева Браун совершила попытку самоубийства на почве ревности. “Everyone should know I am a Jew hater” — двести тысяч нацистов приветствовали выступление Юнити в Гессельберге криками Heil England.

P.S. Во время WWI в рамках антибританской пропаганды немецкие дети при входе учителя в класс должны были хором выкрикивать лозунг: Gott Straffe England (Боже, покарай Англию).

In the Garden of Beasts. Love, Terror, and an American Family in Hitler’s Berlin. Eric Larson. 2011
В саду чудовищ. Любовь и террор в гитлеровском Берлине. Эрик Ларсон. 2022

Пока нацистский режим только набирал силу, можно было с легкостью изменить ход истории. Почему никто этого не сделал? После «Ночи длинных ножей» ни одно государство не отозвало посла, не заявило протест, не наложило никаких экономических или моральных санкций. Главной проблемой, связанной с Германией, администрация Рузвельта считала ее долг американским кредиторам в размере $1,2 млрд, заявив, что народ Германии «имеет право самостоятельно принимать политические решения», а «другим народам следует сохранять терпение, даже если в этой стране творятся жестокость и несправедливость». К тому же вмешательство могло бы вызвать встречные вопросы: почему чернокожие не в полной мере наделены избирательными правами, линчевание не подвергается суровому наказанию, а власти не умеряют антисемитские настроения в стране?
***
Германия втайне активно готовилась к войне. Пропаганда внедряла представление, что «весь мир настроен против Германии, которая перед ним совершенно беззащитна». Внутри страны была создана разветвленная система слежки, террора, садизма и ненависти. Обыватели строчили друг на друга доносы в тайную государственную полицию (Geheime Staatspolizei): её сразу начали называть «гестапо», вслед за почтовым служащим, который ленился каждый раз писать полное название структуры. Немцы боялись ездить на лыжные базы, где приходилось спать в одной комнате с незнакомыми людьми, и откладывали операции, чтобы во сне или под наркозом не сболтнуть лишнее. Из-за гитлеровского приветствия (Hitlergruss) в государственных учреждениях даже посещение мужского туалета стало долгой и утомительной процедурой. Во время трагифарса нацистских выборов гитлеровское правительство поддержали 96 % заключенных Дахау.
***
В 1933 Рузвельт отчаянно искал кого-нибудь на должность посла в Берлин: добровольцев не было. Отправили университетского профессора истории Уильяма Додда — он не обладал политическим влиянием и был беден, как церковная мышь. Додд единственный публично заявил, что «не следует доверять полуграмотным вождям, позволяя им втягивать народ в войну», что «гитлеровское правительство нельзя считать рациональной структурой: в нем много нездоровых личностей, и трудно предугадать, чтó произойдет в ближайшем будущем», что «всякое правление, основанное на власти искателей привилегий, неизменно заканчивается катастрофой». Позже его прозовут Кассандрой американской дипломатии.
В то же время дочь Додда восторгалась «молодой энергией нацизма», флиртуя и с шефом гестапо, и с первым секретарем советского посольства, агентом НКВД.