Идентификация Бонна
Хорошо помню ту историческую ночь с 7 на 8 февраля 2022 года, ровно четыре года назад. Отель Four Seasons, где я оказался в лобби, пока Эмманюэль Макрон выслушивал уроки истории от Путина за тем самым длинным столом в Кремле. По своим источникам я узнал, что французская делегация остановится именно здесь, поэтому приехал туда заранее. Надо сказать, никто меня из лобби не прогнал.
И там я стал свидетелем уникальной сцены: измученный многочасовой встречей французский президент прошел со своей делегацией мимо меня явно не с обнадеживающим выражением лица. Он шел из Кремля пешком по Красной площади. Тогда-то я впервые и увидел того самого дипломатического советника Елисейского дворца — другого Эмманюэля — Эммануэля Бонна. У него мне удалось услышать результат переговоров в одной фразе: «Все бесполезно».
С того момента Эмманюэль Бонн стал ключевым игроком и правой рукой президента по всем вопросам, связанным с войной в Украине. Это он появляется в документальном фильме о напряженных телефонных переговорах Эмманюэля Макрона и Путина перед началом войны. Всегда спокойный, рассудительный и четкий — разговор с месье Бонном внушает доверие. Он умеет разъяснить и донести позицию.
Поэтому именно Бонн, по данным французских СМИ, ездил в Москву во вторник, чтобы налаживать «технические переговоры» от лица Европы. Там он встретился с советником Путина Юрием Ушаковым, который регулярно видится с посланниками Трампа. Это важный сигнал от европейцев: «без нас не получится».
Ничего поразительного или обескураживающего в этом нет: президент Макрон давно говорил о необходимости возобновления диалога с Путиным, если Европа находится за столом переговоров. Без Европы, конечно, решено ничего не будет. Поэтому, если надо вести диалог с диктаторами и «людоедами у ворот Европы» ради достижения перемирия и своих целей, то его придется открывать. Этой позиции Елисейский придерживается давно, а Эмманюэль Бонн — самый надежный человек для этого, его в Кремле хорошо знают.
Переговоры в Абу-Даби — это хорошо, но Европа требует гарантий безопасности и для себя. Президент Зеленский в курсе, президент Франции обсуждал это с ним не раз, и все понимают необходимость переговоров, в которых не идет речь о восстановлении отношений или сделках, как у Трампа, а лишь о гарантиях и условиях мира, которые устроят всех. Эмманюэль Макрон настаивает на максимальной прозрачности этих контактов. Именно европейцы, в любом случае, должны будут реализовывать будущие соглашения, поэтому их участие — необходимость. На этом настаивает Париж.
Другое дело — воля Кремля. А ее нет. Если верить Le Figaro, там опять завели пластинку про территории, русский язык и «красные линии». Так что, как пишут, «в Москве Эмманюэль Бонн не нашел волшебного рецепта». Но пробовать надо, параллельно используя все остальные механизмы. В Елисейском подчеркнули, Путин не демонстрирует намерения прекращать боевые действия. Поэтому Зеленский призывает Макрона если и говорить с ним, то жестко:
Джорджа Мелони и многие другие европейцы уже давно поддержали эту стратегию. Да, надо пробовать, надо давить со всех сторон, как бы это ни казалось смешным и бесполезным многим умникам и скептикам. Посмотрим, кто будет смеяться последним.
Фото — AFP
Хорошо помню ту историческую ночь с 7 на 8 февраля 2022 года, ровно четыре года назад. Отель Four Seasons, где я оказался в лобби, пока Эмманюэль Макрон выслушивал уроки истории от Путина за тем самым длинным столом в Кремле. По своим источникам я узнал, что французская делегация остановится именно здесь, поэтому приехал туда заранее. Надо сказать, никто меня из лобби не прогнал.
И там я стал свидетелем уникальной сцены: измученный многочасовой встречей французский президент прошел со своей делегацией мимо меня явно не с обнадеживающим выражением лица. Он шел из Кремля пешком по Красной площади. Тогда-то я впервые и увидел того самого дипломатического советника Елисейского дворца — другого Эмманюэля — Эммануэля Бонна. У него мне удалось услышать результат переговоров в одной фразе: «Все бесполезно».
С того момента Эмманюэль Бонн стал ключевым игроком и правой рукой президента по всем вопросам, связанным с войной в Украине. Это он появляется в документальном фильме о напряженных телефонных переговорах Эмманюэля Макрона и Путина перед началом войны. Всегда спокойный, рассудительный и четкий — разговор с месье Бонном внушает доверие. Он умеет разъяснить и донести позицию.
Поэтому именно Бонн, по данным французских СМИ, ездил в Москву во вторник, чтобы налаживать «технические переговоры» от лица Европы. Там он встретился с советником Путина Юрием Ушаковым, который регулярно видится с посланниками Трампа. Это важный сигнал от европейцев: «без нас не получится».
Ничего поразительного или обескураживающего в этом нет: президент Макрон давно говорил о необходимости возобновления диалога с Путиным, если Европа находится за столом переговоров. Без Европы, конечно, решено ничего не будет. Поэтому, если надо вести диалог с диктаторами и «людоедами у ворот Европы» ради достижения перемирия и своих целей, то его придется открывать. Этой позиции Елисейский придерживается давно, а Эмманюэль Бонн — самый надежный человек для этого, его в Кремле хорошо знают.
Переговоры в Абу-Даби — это хорошо, но Европа требует гарантий безопасности и для себя. Президент Зеленский в курсе, президент Франции обсуждал это с ним не раз, и все понимают необходимость переговоров, в которых не идет речь о восстановлении отношений или сделках, как у Трампа, а лишь о гарантиях и условиях мира, которые устроят всех. Эмманюэль Макрон настаивает на максимальной прозрачности этих контактов. Именно европейцы, в любом случае, должны будут реализовывать будущие соглашения, поэтому их участие — необходимость. На этом настаивает Париж.
Другое дело — воля Кремля. А ее нет. Если верить Le Figaro, там опять завели пластинку про территории, русский язык и «красные линии». Так что, как пишут, «в Москве Эмманюэль Бонн не нашел волшебного рецепта». Но пробовать надо, параллельно используя все остальные механизмы. В Елисейском подчеркнули, Путин не демонстрирует намерения прекращать боевые действия. Поэтому Зеленский призывает Макрона если и говорить с ним, то жестко:
«Интерес Путина — унизить Европу. Очень важно, что Эмманюэль пытается помочь. Важно, чтобы лидеры работали над тем, чтобы попытаться вернуть мир… Но я считаю, что давление на Путина недостаточно. Президент знает мое мнение: можно вести диалог, но при соблюдении определенных условий», — заявил президент Украины в интервью France 2.
Джорджа Мелони и многие другие европейцы уже давно поддержали эту стратегию. Да, надо пробовать, надо давить со всех сторон, как бы это ни казалось смешным и бесполезным многим умникам и скептикам. Посмотрим, кто будет смеяться последним.
Фото — AFP
👍42🤣30❤17🔥5🥱4🌭3💅2🤔1
Но не только Онегиным живет Париж. Гамлет — вот еще один вечный герой, который носится где-то в воздухе
Еще в прошлом году Кирилл Серебренников устроил ему встряску и перерождение в Théâtre du Châtelet, а прямо сейчас в кинотеатрах все смотрят Hamnet Хлои Чжао — заметный фильм с Полом Мескалом и Джекки Бакли, который номинирован сразу на несколько Оскаров. В моем же любимом театре Odéon дают уже долгожданный Hamlet Иво ван Хове, который он поставил с труппой Comédie-Française, главная сцена которой в этом году на ремонте.
Надо сказать, что это чрезвычайно разные по духу произведения. В фильме актеры играют жутко эмоциональную и одновременно духоподъемное историю необратимого горя, потери ребенка. Эта утрата становится их сакральной жертвой, благовещением, если хотите: через череду страданий и конфликтов в итоге они приходят к бессмертию и созданию вечности, шедевра. Вообще, эта экранизация бестселлера про выдуманную историю погибшего сына Шекспира оказывается удивительным манифестом театру и вообще искусству, которое способно преодолеть все разногласия и буквально вернуть жизнь, хоть та и на последнем дыхании. Казалось бы, руки опустились, жажда мести переполняет, но вот он — выходит на подмостки. Сцены из супружеской жизни в театре мгновенно из бытовухи превращаются в священное сказание или евангелие от нашего Уильяма, точнее Мескала. Поэтому режиссер как бы пытается нам сказать: за страдания нам воздастся, не паникуйте, глядя вокруг, а вы пока ходите в театр и в кино — тогда все будет и у вас хорошо. Или просто прикоснитесь к дереву, посмотрите в небо и подумайте о тщете человеческой жизни, как князь Волконский под Аустерлицом или главная героиня Агнес.
Звездный театральный режиссер Иво ван Хове представляет совсем другую версию — рок-оперу. Его Гамлет крушит и рушит все вокруг от своего внутреннего безумия, а вовсе не созидает. Это иной способ интерпретации и постижения нынешней реальности. Сын мстит за отца неосознанно, нечаянно, на жестком психологизме: сцена превращается в психологический ландшафт, пронизанный сомнением, гневом и смятением. Это схемы Догвилля, его внутренняя империя, а зритель два часа вынужден жить в его голове. Иво Ван Хове сократил Шекспира, убрав тяжелые монологи, размышления, поэтические конструкции,чтобы дать волю экзистенциальному.
Но все опять крутится вокруг искусства. Однако оно совсем не помогает, а скорее наоборот. Условные декорации, ширмы в виде занавеса, конфетти и резкие вспышки — все это подсвечивает рваное создание принца, потрясенного смертью отца и браком матери с узурпатором. Месть, обман, отчаяние — эти слова мелькают рефреном на стене.
Кстати, сам Гамлет вышел здесь из актерской шинели. Главные герои на сцене — это бродячая труппа актеров, которые очень живо начинают. Гамлет в первые минуты пытается довериться театру, чтобы раскрыть истину, прежде чем скатиться в насилие и разрушение. Ван Хове сумел показать жестокость мира, в котором мы живем сегодня, через взгляд Гамлета. Актеры на сцене играют смерть, но тем самым привлекая ее, а не отгоняя как в кино.
Но все же их посмертный танец побеждает хаос. Поэтому вопреки всей безысходности у Ван Хове все же получилось создать динамичный, танцевальный, музыкальный и, действительно, зрелищный перфоманс хоть в мрачных оттенках в стиле вампиров Джармуша. К примеру, дикая Офелия в свингующих джинсах исполняет L’Enfer Stromae, и Everybody dies Билли Айлиш, пока вся труппа актеров нападает на персонажей на сцене, своих двойников из постановки Гамлета, под Bohemian Rhapsody Queen и Death is not the end Ника Кейва. В общем, все умрут, а артисты останутся.
Снова тот же месседж про эликсир молодости, который можно получить только sur scene, а потом там же умереть. Получается, есть что-то общее у кино и этого спектакля.
Еще в прошлом году Кирилл Серебренников устроил ему встряску и перерождение в Théâtre du Châtelet, а прямо сейчас в кинотеатрах все смотрят Hamnet Хлои Чжао — заметный фильм с Полом Мескалом и Джекки Бакли, который номинирован сразу на несколько Оскаров. В моем же любимом театре Odéon дают уже долгожданный Hamlet Иво ван Хове, который он поставил с труппой Comédie-Française, главная сцена которой в этом году на ремонте.
Надо сказать, что это чрезвычайно разные по духу произведения. В фильме актеры играют жутко эмоциональную и одновременно духоподъемное историю необратимого горя, потери ребенка. Эта утрата становится их сакральной жертвой, благовещением, если хотите: через череду страданий и конфликтов в итоге они приходят к бессмертию и созданию вечности, шедевра. Вообще, эта экранизация бестселлера про выдуманную историю погибшего сына Шекспира оказывается удивительным манифестом театру и вообще искусству, которое способно преодолеть все разногласия и буквально вернуть жизнь, хоть та и на последнем дыхании. Казалось бы, руки опустились, жажда мести переполняет, но вот он — выходит на подмостки. Сцены из супружеской жизни в театре мгновенно из бытовухи превращаются в священное сказание или евангелие от нашего Уильяма, точнее Мескала. Поэтому режиссер как бы пытается нам сказать: за страдания нам воздастся, не паникуйте, глядя вокруг, а вы пока ходите в театр и в кино — тогда все будет и у вас хорошо. Или просто прикоснитесь к дереву, посмотрите в небо и подумайте о тщете человеческой жизни, как князь Волконский под Аустерлицом или главная героиня Агнес.
Звездный театральный режиссер Иво ван Хове представляет совсем другую версию — рок-оперу. Его Гамлет крушит и рушит все вокруг от своего внутреннего безумия, а вовсе не созидает. Это иной способ интерпретации и постижения нынешней реальности. Сын мстит за отца неосознанно, нечаянно, на жестком психологизме: сцена превращается в психологический ландшафт, пронизанный сомнением, гневом и смятением. Это схемы Догвилля, его внутренняя империя, а зритель два часа вынужден жить в его голове. Иво Ван Хове сократил Шекспира, убрав тяжелые монологи, размышления, поэтические конструкции,чтобы дать волю экзистенциальному.
Но все опять крутится вокруг искусства. Однако оно совсем не помогает, а скорее наоборот. Условные декорации, ширмы в виде занавеса, конфетти и резкие вспышки — все это подсвечивает рваное создание принца, потрясенного смертью отца и браком матери с узурпатором. Месть, обман, отчаяние — эти слова мелькают рефреном на стене.
Кстати, сам Гамлет вышел здесь из актерской шинели. Главные герои на сцене — это бродячая труппа актеров, которые очень живо начинают. Гамлет в первые минуты пытается довериться театру, чтобы раскрыть истину, прежде чем скатиться в насилие и разрушение. Ван Хове сумел показать жестокость мира, в котором мы живем сегодня, через взгляд Гамлета. Актеры на сцене играют смерть, но тем самым привлекая ее, а не отгоняя как в кино.
Но все же их посмертный танец побеждает хаос. Поэтому вопреки всей безысходности у Ван Хове все же получилось создать динамичный, танцевальный, музыкальный и, действительно, зрелищный перфоманс хоть в мрачных оттенках в стиле вампиров Джармуша. К примеру, дикая Офелия в свингующих джинсах исполняет L’Enfer Stromae, и Everybody dies Билли Айлиш, пока вся труппа актеров нападает на персонажей на сцене, своих двойников из постановки Гамлета, под Bohemian Rhapsody Queen и Death is not the end Ника Кейва. В общем, все умрут, а артисты останутся.
Снова тот же месседж про эликсир молодости, который можно получить только sur scene, а потом там же умереть. Получается, есть что-то общее у кино и этого спектакля.
❤37👍13🥱10👎6🔥2
Кремль пытается убедить, что Макрон в файлах Эпштейна. Франция это разоблачает
Служба защиты от внешних киберугроз Франции выявила факты прямого российского вмешательства, направленного на распространение фейков о связи Макрона с делом Эпштейна. Власти сообщают о масштабной российской кибератаке, целью которой было убедить в причастности французского президента к перепискам Джеффри Эпштейна. Доходит до абсолютного абсурда — пишут якобы про его любовь к пощечинам. Откуда растут эти слухи, понятно. Эта низкая риторика ими применяется давно.
Выяснили, что информационная атака связана с сетью Storm-1516 — российским методом действий, документированным с конца 2023 года Службой бдительности и защиты от иностранных цифровых вмешательств (VIGINUM). Это такая площадка иммитации реальности на фейках. Все это является национальной угрозой и прямой атакой на внутренние дела государства, по мнению французских властей. Однако практика не нова.
Как и в случае с другими политиками, имя Эмманюэля Макрона упоминается более 200 раз в сотнях тысяч страниц дела Джеффри Эпштейна, опубликованных Министерством юстиции США. Однако это не означает, что он обвиняется — его имя просто упоминается в разговорах других людей или в пресс-статьях. Нет никаких доказательств прямого контакта, встречи или обмена сообщениями между Эммануэлем Макроном и преступником.
Члены партии Марин Ле Пе там как раз есть, но тоже косвенно. Луи Алио, в то время вице-президент «Национального фронта», упоминается в письме, отправленном в июле 2018 года журналистом Майклом Вулфом Джеффри Эпштейну. В сообщении говорится о встрече между Стивом Бэнноном, бывшим советником Трампа, и представителями французской ультраправой партии, включая Луи Алио, по вопросу рефинансирования партии.
В письме указывается, что партия Ле Пен ищет диверсификацию источников финансирования после того, как ранее брала кредиты в российских банках. По данным издания Mediapart, в 2014 году партия крайне правого направления получила два российских кредита на общую сумму 11 миллионов евро для финансирования своих кампаний. После поражения на президентских выборах 2017 года им пришлось искать другие источники.
Однако важно отметить, что эта переписка в файлах Эпштейна не доказывает ничего и не может рассматриваться как утверждение без решения суда,. Я привожу это лишь в ответ на публикации про Эммануэля Макрона. Компромат, при желании, там можно найти, судя по всему, на каждого.
Служба защиты от внешних киберугроз Франции выявила факты прямого российского вмешательства, направленного на распространение фейков о связи Макрона с делом Эпштейна. Власти сообщают о масштабной российской кибератаке, целью которой было убедить в причастности французского президента к перепискам Джеффри Эпштейна. Доходит до абсолютного абсурда — пишут якобы про его любовь к пощечинам. Откуда растут эти слухи, понятно. Эта низкая риторика ими применяется давно.
Выяснили, что информационная атака связана с сетью Storm-1516 — российским методом действий, документированным с конца 2023 года Службой бдительности и защиты от иностранных цифровых вмешательств (VIGINUM). Это такая площадка иммитации реальности на фейках. Все это является национальной угрозой и прямой атакой на внутренние дела государства, по мнению французских властей. Однако практика не нова.
Как и в случае с другими политиками, имя Эмманюэля Макрона упоминается более 200 раз в сотнях тысяч страниц дела Джеффри Эпштейна, опубликованных Министерством юстиции США. Однако это не означает, что он обвиняется — его имя просто упоминается в разговорах других людей или в пресс-статьях. Нет никаких доказательств прямого контакта, встречи или обмена сообщениями между Эммануэлем Макроном и преступником.
Члены партии Марин Ле Пе там как раз есть, но тоже косвенно. Луи Алио, в то время вице-президент «Национального фронта», упоминается в письме, отправленном в июле 2018 года журналистом Майклом Вулфом Джеффри Эпштейну. В сообщении говорится о встрече между Стивом Бэнноном, бывшим советником Трампа, и представителями французской ультраправой партии, включая Луи Алио, по вопросу рефинансирования партии.
В письме указывается, что партия Ле Пен ищет диверсификацию источников финансирования после того, как ранее брала кредиты в российских банках. По данным издания Mediapart, в 2014 году партия крайне правого направления получила два российских кредита на общую сумму 11 миллионов евро для финансирования своих кампаний. После поражения на президентских выборах 2017 года им пришлось искать другие источники.
Однако важно отметить, что эта переписка в файлах Эпштейна не доказывает ничего и не может рассматриваться как утверждение без решения суда,. Я привожу это лишь в ответ на публикации про Эммануэля Макрона. Компромат, при желании, там можно найти, судя по всему, на каждого.
🤣53👍32❤8🥱3🥴2🦄2👎1👌1🌭1
🇫🇷 Cocorico !
Allez les Bleus !
Наши чемпионы на открытии Олимпиады в Италии !
Allez les Bleus !
Наши чемпионы на открытии Олимпиады в Италии !
❤68🤣29👍10🔥7🥱3☃2👏2🌭2🤬1🤝1
Сегодня был на удивительном мероприятии «Я/МЫ Илон Маск»
В Париже, прямо рядом с мостом Александра III, у памятника генералу Лафайету — герою Франции и США — прошел митинг против обысков во французских офисах соцсети X, проведенных на этой неделе. Организаторы, преимущественно крайне правые политики, блогеры и активисты, призвали осудить преследование платформы, назвали это цензурой и крестовым походом против свободы слова в сети. По их мнению, Франция таким образом использует право для устранения неудобных мнений. «Давайте защищать свободу слова — везде и для всех!» — выкрикивали они, добавляя, что государство, душащее свободу слова, — слабое государство. Рядом с мостом имени российского императора из уст фанатов Трампа и почитателей Путина это звучало особенно любопытно.
Они продвигали идею Дурова: Франция шаг за шагом становится несвободным государством, а в США, мол, действует поправка о свободе слова, и каждый может выступать даже с самыми грубыми заявлениями. Послушаешь их — и кажется, что путинская цензура — это цветочки по сравнению с «настоящим цензором и полицаем» — европейской бюрократией. Рядом аплодировали характерные дамы со значками перечеркнутого флага ЕС и Эммануэля Макрона, который, по их мнению, должен уйти в отставку. Эти же дамы успели мне сказать, что любят Россию и Путина. А когда я им заметил, что Путин как раз уже задушил свободу слова, они отвернулись.
Очень не хватало на митинге Павла Дурова, о котором часто сегодня вспоминали. «На кого, Павел, вы нас бросили?» — подумалось мне. А также ждут в Париже Илона Маска, которого французская прокуратура уже вызвала 20 апреля на дружественный допрос. Приедет ли?
Зато были ультраправые блогеры, которых, например, поддерживает католический консервативный миллиардер в изгнании Пьер‑Эдуар Стерин — давний спонсор кампаний Марин Ле Пен. Он инициировал проект Périclès, направленный на продвижение правых и консервативных идей во Франции, и активно инвестирует в медиа и сети влияния, близкие к крайне правому спектру. Кстати, сам он давно живет в Бельгии по разным причинам, но продолжает продвигать свои идеи во Франции.
А организовал все это постоянный участник новостных эфиров, главный французский сторонник Трампа — Николя Конкер. Благодаря своему think tank Western Arc этот франко-американец стремится выстроить сети между французскими консерваторами, политическими руководителями, интеллектуалами и представителями гражданского общества, разделяющими проект MAGA. Он даже написал книгу Vers un Trump / «На пути к французскому Трампу». В общем, мечта их понятна, а Маск — лишь повод.
Кстати, собралось на митинге всего 50–70 человек, не больше, хотя погода стояла солнечная и теплая.
После митинга на памятнике Лафайету я заметил удивительную надпись: к знаменитому хештегу Je suis Charlie кто-то добавил Kirk, получилось — Je suis Charlie Kirk. Занавес!
В Париже, прямо рядом с мостом Александра III, у памятника генералу Лафайету — герою Франции и США — прошел митинг против обысков во французских офисах соцсети X, проведенных на этой неделе. Организаторы, преимущественно крайне правые политики, блогеры и активисты, призвали осудить преследование платформы, назвали это цензурой и крестовым походом против свободы слова в сети. По их мнению, Франция таким образом использует право для устранения неудобных мнений. «Давайте защищать свободу слова — везде и для всех!» — выкрикивали они, добавляя, что государство, душащее свободу слова, — слабое государство. Рядом с мостом имени российского императора из уст фанатов Трампа и почитателей Путина это звучало особенно любопытно.
Они продвигали идею Дурова: Франция шаг за шагом становится несвободным государством, а в США, мол, действует поправка о свободе слова, и каждый может выступать даже с самыми грубыми заявлениями. Послушаешь их — и кажется, что путинская цензура — это цветочки по сравнению с «настоящим цензором и полицаем» — европейской бюрократией. Рядом аплодировали характерные дамы со значками перечеркнутого флага ЕС и Эммануэля Макрона, который, по их мнению, должен уйти в отставку. Эти же дамы успели мне сказать, что любят Россию и Путина. А когда я им заметил, что Путин как раз уже задушил свободу слова, они отвернулись.
Очень не хватало на митинге Павла Дурова, о котором часто сегодня вспоминали. «На кого, Павел, вы нас бросили?» — подумалось мне. А также ждут в Париже Илона Маска, которого французская прокуратура уже вызвала 20 апреля на дружественный допрос. Приедет ли?
Зато были ультраправые блогеры, которых, например, поддерживает католический консервативный миллиардер в изгнании Пьер‑Эдуар Стерин — давний спонсор кампаний Марин Ле Пен. Он инициировал проект Périclès, направленный на продвижение правых и консервативных идей во Франции, и активно инвестирует в медиа и сети влияния, близкие к крайне правому спектру. Кстати, сам он давно живет в Бельгии по разным причинам, но продолжает продвигать свои идеи во Франции.
А организовал все это постоянный участник новостных эфиров, главный французский сторонник Трампа — Николя Конкер. Благодаря своему think tank Western Arc этот франко-американец стремится выстроить сети между французскими консерваторами, политическими руководителями, интеллектуалами и представителями гражданского общества, разделяющими проект MAGA. Он даже написал книгу Vers un Trump / «На пути к французскому Трампу». В общем, мечта их понятна, а Маск — лишь повод.
Кстати, собралось на митинге всего 50–70 человек, не больше, хотя погода стояла солнечная и теплая.
После митинга на памятнике Лафайету я заметил удивительную надпись: к знаменитому хештегу Je suis Charlie кто-то добавил Kirk, получилось — Je suis Charlie Kirk. Занавес!
🙈21👍9❤6🥴5🥱4😁2