🔻Как прошёл митинг?

Изначально протест у полицейского участка проходил относительно спокойно, но затем сотни человек двинулись в район, где жил убийца. Дальше в ход пошли кирпичи, бутылки, мусорные баки. Разбиты машины, повреждены дома, улицы завалены стеклом. Пострадали 11 полицейских и служебная собака.

Правоохранители пустили в ход излюбленный метод, обвинив протестующих в попытке устроить хаос, а не выразить недовольство. Власти также намекают, что значительное число людей завезли «извне».

🔻В чём суть проблемы?

▪️По правилам шенгенской зоны, внутренние границы между странами должны быть открытыми: без постоянного паспортного контроля, только с выборочными полицейскими проверками внутри стран и усиленным контролем на внешнем периметре. Временный возврат погранконтроля допускается как исключительная мера при серьёзной угрозе безопасности и на ограниченный срок, с подробным обоснованием.

▪️Девять перечисленных стран продлевают такие «временные» меры, превращая их в де-факто постоянный режим с регулярными проверками на границах и систематическими досмотрами. На этом их положение принципиально отличается от других стран Шенгена, где внутренний контроль остаётся именно исключением.

▪️Комиссия предлагает «провинившимся» переходить от режима ограничений на границах к «современным и более точечным инструментам»: полицейским операциям, мобильной биометрии и цифровым базам данных.

🔻Что не так с законопроектом?

▪️Основная претензия рабочих в том, что Trabalho XXI делает рынок труда удобнее не для работников, а для работодателя. В проекте больше 100 изменений к трудовому законодательству, и самые токсичные для профсоюзов пункты — это расширение срочных контрактов, упрощённый «банк часов», снятие ограничений на аутсорсинг и общее усиление контроля работодателя над временем, местом и режимом труда.

В целом, работнику предлагают больше гибкости — но в том смысле, где это означает, что уволить, заменить или перегрузить его станет проще.

▪️Отдельно профсоюзы недовольны идеей обязательных минимальных услуг во время забастовок в ряде сфер. Правительство подаёт это как защиту общества и семей, но для рабочих это выглядит как аккуратная попытка подрезать сам смысл забастовки — чтобы протест был, но не слишком чувствовался.

▪️Плюс реформа расширяет логику платформенной и аутсорсинговой занятости, то есть ещё сильнее размывает классический трудовой договор, на котором и строились старые гарантии.

🔻На каком этапе вопрос венгерского меньшинства?

▪️Ещё при правительстве Орбана украинские власти получили план из 11 пунктов по защите прав меньшинств — он касается сферы образования, языка и культурных прав, включая возможность использования венгерского в школах и местном самоуправлении в тех населённых пунктах, где венгры составляют большинство.

▪️Сейчас этот документ лежит в основе переговоров: венгры хотят получить чёткие гарантии от украинских коллег. При этом Мадьяр уже даёт понять, что для сделки не обязательно переписывать Конституцию — достаточно политически и юридически закреплённых гарантий, которые устроят обе стороны.

🔻Почему вето сначала ввели, а потом отменили?

▪️С конца 2023–начала 2024 года правительство Виктора Орбана систематически накладывало вето на решения по Европейскому фонду мира. Он и его коллеги объясняли блокировку тем, что не хотят «допустить использования денег венгерских налогоплательщиков для вооружения украинской армии», и критиковали саму идею постоянного военного финансирования киевского режима.

▪️Весной 2026 года в Венгрии сменилось правительство и кабинет Мадьяра начал кампанию по «перезапуску» отношений с ЕС и НАТО — по крайней мере, «косметическую». Разморозка финансов и согласие на старт переговоров о вступлении т.н. Украины в ЕС может гипотетически привести к деэскалации отношений между администрацией ЕС и венграми и снижению риска дальнейших финансовых санкций против самой Венгрии.

🔻Чем это объясняют?

▪️За большими цифрами стоят вполне конкретные обязательства: возврат общих ковидных долгов, новые оборонные и инфраструктурные программы, дальнейшее финансирование т.н. Украины и привычное уже стремление Еврокомиссии расширять собственный аппаратный и финансовый вес.

При этом канцлер Фридрих Мерц уже давал понять, что такие аппетиты евробюрократов выглядят завышенными. Но главная проблема в том, что в нынешней конструкции ЕС правительство может сколько угодно возмущаться — определяет оно всё меньше.