Ми-мажорную прелюдию бы лучше по кругу гонял. Весь XVIII век на вас работал - не хочу, хочу играть музыку, сочиненную искусственным интеллектом...

Христианство - оно как бы говорит, что основная трагедия уже произошла, вся работа уже основная сделана, если человек правильно примет ее результат и будет соблюдать технику безопасности, с ним серьезно и по-настоящему плохого ничего случится не может.

Отсюда радость: бытие в целом - это хорошо и интересно. Интересного много в каждой ноте буквально, и героя-исполнителя-слушателя не надо для этого мучить - все уже произошло, уже Главный Герой помучился за тебя...

Классицизм от этого отходит, появляется сонатное "развитие", в котором герой прям по-настоящему может погибнуть, но его спасает то сообщество умных людей, то "вождь всех народов", то сам "народ".

Романтизм начинает с осознания, что народ - это лишь материал, а спасение внутри человеческой души, в способности воображения в условиях, когда провод на небо перекушен.

Поздний романтизм уже приходит к мысли, что воображение скорее прикончит, нежели спасет, а модернизм задается вопросом, где вообще граница я и не я, где воображение, а где галлюцинации, где желание справедливости, а где желание пожрать, где добро, а где "окончательное решение".

...Вот Прокофьева я слушаю и мне все время хочется начать стены грызть, ходить на руках, потом бить о головы людям бутылки, кататься колесом туда-сюда...

А постмодернизм еще это все порезал, склеил в случайном порядке и "подал на вход". Это уже метавпечатление, "журнал учета журналов"...

А потом удивляются, откуда депрессиии. Простите...

#шучу_я

В христианстве найдется, при желании, много дума, и прежде всего это секс. Мне сейчас, конечно, скажут, что все не так и "можно"...

Конечно можно! Давайте на еду переведем: есть можно и нужно, и есть нормально - кбжу, микронутриенты. Бывают, конечно, люди, которые прям на хлебе и воде живут - но мы к этому не призываем, это не для всех...

Так что человеку нужен нормальный протеиновый коктейль, клетчатка, ложка рыбьего жира и система с витаминами, железом и проч.

ВКУС ЕДЫ? А вот это - лучше не надо. По возможности, еда должна быть не слишком вкусной - а то будет хотеться слишком много есть. А это опасно: на том свете-то еды нет, а ты уже без нее не можешь...

Разнообразие блюд? Не надо играть с огнем. Сахар - нельзя, диабет. Соль - нельзя, сердце. Жирное мясо нельзя - холестерин, инсульт.

Причем как: съел кусочек сахара - все, считай у тебя уже диабет. Если нашу таблетку срочно не примешь. Съел кусочек мяса - все, жди инсульт. Если нашу таблетку срочно не примешь.

Поэтому и думать о еде, представлять себе еду - опасно. Рисовать, описывать еду - ужасное преступление, ведь захочется этого самого мяса или сахара, или соли, или фруктов экзотических...

А что мы скажем о человеке, который прям интересуется едой, различает вкус, умеет и любит готовить? Что он погиб безвозвратно, он уже мертв.

А что мы скажем о людях, которые встречаются друг с другом главным образом за трапезой и для трапезы, думают о посуде, сервировке стола... Что мы скажем о рестораторах, авторах поваренных книг, организаторах гастрономических фестивалей? Что мы скажем о гастрономическом туризме, о "попробуйте - это наше местное, нигде такого нет".

Лучше бы им на свет не родиться.

...А питаться - конечно можно, и нужно, какой вопрос. Никто питание не запрещает!

Но все равно, в главном христианское искусство - светлое, особенно музыка.

А современное все больше иллюстрирует тезис отца Дмитрия Смирнова о том, где мы, собственно, живем...

Кстати, о Жуке в Муравейнике.

Современные коммунисты не задаются моральными вопросами, которые, вообще то, были характерны для первой половины XX века.

Ну типа - сколько миллионов можно уничтожить ради гарантированного в будущем счастья? А ради не гарантированного, а только предполагаемого?

Тогда были какие-то дискуссии, с Достоевского и Нечаева ещё. Счас не наблюдаю такого. Мне кажется, это от того, что сейчас вообще нет никаких убийств.

Убийства, казни были в далеком прошлом, а сейчас ничего такого нет, а если вдруг и есть - то это как-бы не совсем взаправду и случайно, и эксцесс, и никто этого не хотел...

Не "200 убитых солдат противника", а "200 уничтоженных националистов".

Поэтому история Льва Абалкина как раз для зумеров. ОДНОМУ человеку сломали жизнь, а потом убили. Это вот прям пробирает - как история с котом которого из поезда выкинули.

А бумеры до сих пор рассуждают в духе "600 000 расстрелянных? ТАК МАЛО?"

- Но ведь они все невиновны!
- Ещё бы они виновны были, о чем тогда говорить вообще...

Все, что меньше миллиона - как-то уже ниже радара.

Конечно, это не только относится а левым - это к кому угодно относится.

"Допустим - можно сделать то, что вы хотите. И будет прям вот как вы хотите. Сколько людей вы считаете нормальным для этого умертвить?"

Десять человек? Сто? Тысячу? Сто тысяч? Миллион?

А может - миллиард? (для полномасштабной мировой войны с неограниченным применением ядерного оружия не то чтоб прям фантастическая цифра).

Я сильно задолжал пост про Сафронова, которого я закончил в поезде из Перми в Новосибирск. Кстати говоря: Москва - Чита, фирменный - весьма хорош, как и Санкт-Петербург - Новокузнецк, которым я транспортировался в Пермь. Поезда в этот раз только и исключительно радуют...

Было много мыслей в моменте, хотелось писать прям по темам серию постов - сейчас уже все это позабылось (вот почему я пишу так часто - я банально забуду почти сразу, если не запишу). Поэтому телеграфно, чтобы сделать какую-то зацепку, может, на будущее.

1. Говорят, что эту книгу хвалят условно "левые". Зная наших левых, это для меня уму непостижимо. Основные концепты левой пропаганды этой книгой никак не подкрепляются, и прежде всего - тезис об экономическом здоровье планового хозяйства, которое "развалили" как-то извне, или, в более мягкой форме - что только политический кризис был причиной экономического.

2. Книгу читать безусловно нужно и оч. интересено, хотя местами и оч. тяжело, но она того стоит. Это еще и интеллектуальное удовольствие, и даже включается некое "сопереживание" - "а может, у них получится" (хотя ты уже знаешь сюжет, и понимаешь - что нет). В первой части книга читается как описание издевательств над ни в чем не повинными людьми - что-то в этом есть от де Сада, и это оч. тяжело читать, я несколько раз останавливался. А вот вторая часть - это буквально интеллектуальный детектив.

3. В целом историю советской плановой экономики по Сафронову можно подверстать под наш с Ильей концепт "нормализации" как основного вектора развития советской истории (я писал про это не раз, Илья писал раньше меня).

Экономические фантазии, кажется, были самыми короткими из всех - уже переход к военному коммунизму можно считать шагом к "нормальности", таковыми же были НЭП и индустриализация - люди пытались действовать поелику возможно чтобы вернуться к тому состоянию, с которого они начинали + нагнать отставание.

Вторая часть - попытка перейти от чрезвычайного режима к штатному и игра "да и нет не говорите" то есть делайте что угодно, но не вводите рынок. Третья часть - понимание, что рынок вводить все равно придется.

4. В целом, книжка подкрепила мою мысль о роли гуманитарных наук - их недоразвитие сыграло большую роль во взглядах на экономику. Интерес представляют дискуссии между генетиками и телеологами в планировании 20-х (с последующим расстрелом их участников), дискуссии о косыгинской реформе, о возможности внедрения ОГАС, о приходе к мысли о безальтернативности рынка без достаточного понимания, что из себя представляет реально экономика капиталистических стран...

https://t.iss.one/e_nutria/11608

Еще отдельные моменты, которые запомнились.

1. Экономическая политика большевиков сразу после прихода к власти. Это было бы дико смешно, если бы дело не происходило в России. Я себе в голове прокручивал то "Маски шоу", то "Деревню дураков" и представлял себе человека, который открыл сложный механизм и тыкает отверткой: "А эта хреновина зачем здесь?" - дзынь, хрясь - "ой ё!", "а вот это мы счас сюда присобачим...ай, сука!".

2. Межотраслевой баланс как попытки симулировать рынок. "Но зачем, скажите мне, нужно искусственно высчитывать идеальную цену, когда любая торговка на рынке вам ее сформулирует когда угодно" (с).

3. Жалобы на то, что предприятия на дополнительную прибыль строят детские сады, клубы и жилье для рабочих. Сюда же - попытки бесконечно повышать капиталоемкость, игнорируя уровень жизни рабочих ("дворцы для коров" vs. "нормальные условия жизни для колхозников").

4. Проблемы с планированием как таковым, т.е. невозможность соотнести план с возможностью его реализации ("недострои"). И вообще, дилемма планирования: невозможность централизованно планировать детально в силу недостаточной пропускной способности планирующего органа vs. отраслевой лоббизм при планировании в обобщенных показателях.

5. Эффективность планового хозяйства за счет:

- наличия образцов: т.е. понятно что нужно сделать (грубо говоря - хотим индустрию как в США, и покупаем ее в США же, в процессе улучшаем, где-то получается даже разумнее);
- фокусировку (нам нужна по большому счету только оборонка и формирующие ее базовые отросли, а множество отраслей можно развивать по остаточному принципу);
- квазибесконечные людские ресурсы и внеэкономические способы их мотивации.

6. Ответа то на вопрос "а как же надо было планировать" в книге нет, хотя автор оговаривается, что в каких-то статьях он свои идеи по этому поводу излагал.

А жаль. Ибо вопрос, в общем-то - не праздный: от того, что советская плановая экономика не сработала, недостатки рынка никуда не деваются...

Макинтайр в своей известной книжке говорил, что у нас нет морали как системы, а есть обрывки моральных дискурсов, которые мы берем как то, что плохо лежит, чтобы прикрыть срам.

Но это касается морали индивидуальной - аборты, например. А в публичной сфере морали нет вообще. Ибо:

1. Никто никогда не пострадает.

2. Альтернатив нет, поэтому зачем об этом говорить.

Вот задать вопрос: завозим мигрантов, чтобы поднять фертильность - с каким количеством изнасилований мы готовы смириться?

1. Ни с каким, не будет никаких изнасилований, вы что, фашист?

2. Да какая разница, фертильность же надо поднимать, не задавай глупых вопросов.

В этом смысле приписываемая Чубайсу фраза про "вымрет 30 миллионов" - последний писк морали: смотрите, у нашего решения вот такая цена, мы готовы ее заплатить.

Счас никто так рассуждать не станет, конечно.

1. Никто не вымрет никогда, у наших решений не бывает негативных последствий (вслух).

2. А хоть бы и все вымерли - все равно ничего лучше не придумаем (шепотом).

https://t.iss.one/pravak_online/9138

Есть Сцилла, а есть Харибда.

Сцилла есть советофилы, ничтоже сумняше предлагающие вернуть все государства обратно в СССР. И не только их, а еще и Варшавский договор восстановить! И не в единое государство вообще, а именно в советское, с запретом на поминание Сталина всуе! "Вы же сами этого хотите".

Харибда же есть Любарский для которого между Украиной и допустим, Филиппинами или Непалом нет никакой разницы. "Америка же не пытается присоединить Иран, поэтому Америка лучше" - говорил он еще совсем недавно...