Сегодня исполнилось бы 71. Прекрасный был человек, блаженный, ходил по Москве с ручкой от унитаза в ухе вместо серьги.
Жил по-дьявольски, жил по-божьи, жил по формуле бабушки Лимонова: «Бог даст день, Бог даст пищу». Только так можно, и не иначе.
Жил по-дьявольски, жил по-божьи, жил по формуле бабушки Лимонова: «Бог даст день, Бог даст пищу». Только так можно, и не иначе.
❤🔥1
мортиры и перелески.
Photo
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
И великое абсолютно.
👍3❤🔥1
«И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще»
Сегодня 136 лет со дня рождения Николая Гумилева, одного из двух наряду с Лермонтовым отечественных поэтов, сумевших сочетать в себе Великое русское визионерство с Великим русским поэтическим даром.
Георгий Иванов приводил слова поэта-футуриста Сергея Боброва о подробностях расстрела Гумилёва: «Да, этот ваш Гумилёв... Нам, большевикам, это смешно. Но, знаете, шикарно умер. Я слышал из первых рук. Улыбался, докурил папиросу. Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвёл впечатление. Пустое молодечество, но всё-таки крепкий тип. Мало кто так умирает».
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще»
Сегодня 136 лет со дня рождения Николая Гумилева, одного из двух наряду с Лермонтовым отечественных поэтов, сумевших сочетать в себе Великое русское визионерство с Великим русским поэтическим даром.
Георгий Иванов приводил слова поэта-футуриста Сергея Боброва о подробностях расстрела Гумилёва: «Да, этот ваш Гумилёв... Нам, большевикам, это смешно. Но, знаете, шикарно умер. Я слышал из первых рук. Улыбался, докурил папиросу. Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвёл впечатление. Пустое молодечество, но всё-таки крепкий тип. Мало кто так умирает».
мортиры и перелески.
Photo
А так Гумилёв снимал гимназисток (из книги «На берегах Невы» Одоевцевой):
Я в те дни был влюблен в хорошенькую гимназистку Таню. У нее, как у многих девочек тогда, был «заветный альбом с опросными листами». В нем подруги и поклонники отвечали на вопросы: «Какой ваш любимый цветок и дерево? Какое ваше любимое блюдо? Какой ваш любимый писатель?»
Гимназистки писали – роза или фиалка. Дерево – береза или липа. Блюдо – мороженое или рябчик. Писатель – Чарская.
Гимназисты предпочитали из деревьев дуб или ель, из блюд – индюшку, гуся и борщ, из писателей – Майн Рида, Вальтер Скотта и Жюль Верна.
Когда очередь дошла до меня, я написал не задумываясь: «Цветок – орхидея. Дерево – баобаб. Писатель – Оскар Уайльд. Блюдо – канандер».
Эффект получился полный. Даже больший, чем я ждал. Все стушевались передо мною. Я почувствовал, что у меня больше нет соперников, что Таня отдала мне свое сердце.
Я в те дни был влюблен в хорошенькую гимназистку Таню. У нее, как у многих девочек тогда, был «заветный альбом с опросными листами». В нем подруги и поклонники отвечали на вопросы: «Какой ваш любимый цветок и дерево? Какое ваше любимое блюдо? Какой ваш любимый писатель?»
Гимназистки писали – роза или фиалка. Дерево – береза или липа. Блюдо – мороженое или рябчик. Писатель – Чарская.
Гимназисты предпочитали из деревьев дуб или ель, из блюд – индюшку, гуся и борщ, из писателей – Майн Рида, Вальтер Скотта и Жюль Верна.
Когда очередь дошла до меня, я написал не задумываясь: «Цветок – орхидея. Дерево – баобаб. Писатель – Оскар Уайльд. Блюдо – канандер».
Эффект получился полный. Даже больший, чем я ждал. Все стушевались передо мною. Я почувствовал, что у меня больше нет соперников, что Таня отдала мне свое сердце.
это кладбищенский мотив
на озарённые метели
а я маститый как мастиф
и упоенный видом денег
тяну рождественский канон
если демьяновским да слогом
и так легко мне без погон
как в карты с богом
седые ногти бытия
и год как век мольбой оставлен
все, как у русского царя
роится полк и бьются ставни
шуты треноги и литавры
все как у русского царя
а мы пернатые и вдоль
проспектов серых дивных каменных
свою растущую мозоль
исходим пламенем цветаевой
а мы старьёвщика часы
а мы и сытые да злые
из нашей лесополосы
воскреснем коль не обессилим
из нашей лесополосы
уж лучше белым но не синим
из нашей лесополосы
тогда последний разговор
окажется пустым наречием
а я смотрел на вас в укор
и приготавливал словечко
а я безводных переправ
понтонный мост тобой оплаканный
но время лучший костоправ
по неосвоенным метафорам
Переделкино, весна’22
на озарённые метели
а я маститый как мастиф
и упоенный видом денег
тяну рождественский канон
если демьяновским да слогом
и так легко мне без погон
как в карты с богом
седые ногти бытия
и год как век мольбой оставлен
все, как у русского царя
роится полк и бьются ставни
шуты треноги и литавры
все как у русского царя
а мы пернатые и вдоль
проспектов серых дивных каменных
свою растущую мозоль
исходим пламенем цветаевой
а мы старьёвщика часы
а мы и сытые да злые
из нашей лесополосы
воскреснем коль не обессилим
из нашей лесополосы
уж лучше белым но не синим
из нашей лесополосы
тогда последний разговор
окажется пустым наречием
а я смотрел на вас в укор
и приготавливал словечко
а я безводных переправ
понтонный мост тобой оплаканный
но время лучший костоправ
по неосвоенным метафорам
Переделкино, весна’22
нормальные евреи
нормальный танк
нормальная дубрава
нормальная Америка
нормальное происшествие
нормальный бросок
нормальный Чехов
нормальная коробка
нормальная слабость
нормальные шпоры
нормальный патефон
нормальный Гриша
нормальный отголосок
нормальный мистер
нормальные задние
нормальная рябь
нормальная пара
нормальный ствол
нормальная вершина
нормальный приварок
нормальная акушерка
нормальное курево
нормальный ебальник
нормальная невидимость
Владимир Сорокин. «Норма»
нормальный танк
нормальная дубрава
нормальная Америка
нормальное происшествие
нормальный бросок
нормальный Чехов
нормальная коробка
нормальная слабость
нормальные шпоры
нормальный патефон
нормальный Гриша
нормальный отголосок
нормальный мистер
нормальные задние
нормальная рябь
нормальная пара
нормальный ствол
нормальная вершина
нормальный приварок
нормальная акушерка
нормальное курево
нормальный ебальник
нормальная невидимость
Владимир Сорокин. «Норма»
❤🔥2
Кто из писателей первым был бы признан профнепригодным?
Anonymous Poll
18%
Лимонов
32%
Хармс
13%
Набоков
3%
Соколов
8%
Платонов
6%
Белый
2%
Битов
7%
Пригов
4%
Анненский
6%
Поплавский
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Она: мы идём знакомиться с родителями. Веди себя адекватно и ничего не говори о Висконти.
Я спустя две рюмки:
Я спустя две рюмки:
❤15👍4🐳2
Объективно, сегодня это главная песня Миши Елизарова.
Спутаться с женщиной мутной и гиблой —
Блядские губы да рыжие радужки,
С ней проебать мою двушечку в Свиблово,
Ту, что досталась в наследство от бабушки.
Спутаться с женщиной мутной и гиблой —
Блядские губы да рыжие радужки,
С ней проебать мою двушечку в Свиблово,
Ту, что досталась в наследство от бабушки.
YouTube
Михаил Елизаров. «Спутаться c женщиной мутной и гиблой...»
Рюмочная ЗюЗиНо. 11.05.2019.
Москва
Съемка: Сергей С., Михаил Кузнецов.
Монтаж: Ольга Владимирова
Москва
Съемка: Сергей С., Михаил Кузнецов.
Монтаж: Ольга Владимирова
😢1
стихи в пейсáх писать устал писать игриво
как энтропию на плечах чесал загривок
твоя халва хамса свирель и так по списку
в кашрут маршрут в любую степь к остатку жизни
какой старлей в какой отель твой круг очерчен
я водосток твоих речей ручей в поречье
а из лозанны в лианозово состав не ходит
на эшафот через завод опять в угодья
а сколько было из траншей ушей в не мглистом
почти что небе латышей отбрось на выстрел
ведь если глинистых могил хотя бы братских
в каком хитоне пил стрихнин с коллегой в штатском
мы были лучшей из поэм но кончил раньше
не автор лишь бы гражданин проплыв ла-маншем
в какой-то век в какой-то год через овраги
оставить их оставить жизнь. хоть на бумаге
москва’22
как энтропию на плечах чесал загривок
твоя халва хамса свирель и так по списку
в кашрут маршрут в любую степь к остатку жизни
какой старлей в какой отель твой круг очерчен
я водосток твоих речей ручей в поречье
а из лозанны в лианозово состав не ходит
на эшафот через завод опять в угодья
а сколько было из траншей ушей в не мглистом
почти что небе латышей отбрось на выстрел
ведь если глинистых могил хотя бы братских
в каком хитоне пил стрихнин с коллегой в штатском
мы были лучшей из поэм но кончил раньше
не автор лишь бы гражданин проплыв ла-маншем
в какой-то век в какой-то год через овраги
оставить их оставить жизнь. хоть на бумаге
москва’22