Остоженские, воздвиженские и прочие криптоправославные, кончайте марафонить и мефедронить. Люди гибнут за металл. Пока Европа переименовывает «русских» Дега в «украинских», настало время вернуть Эпоху Титанов, как завещал Эрнст Юнгер — эпоху молодых липких атлетических тел, увлечения Гёте, песен Анны Герман и зелёных шинелей. От фланёрства и декаданса — одни передозы.
Каждую субботу в 14.00 приглашаю вас играть в футбол напротив Зачатьевского монастыря на поле, скрытом в роскоши остоженских угодий. С вас лучшие наряды и холодное игристое. Мяч имеется. Играть будем «на жопу», как во времена моего беззаботного детства. Никакого бодипозитива — только победа.
Обратная связь — https://t.iss.one/psycho_888.
Каждую субботу в 14.00 приглашаю вас играть в футбол напротив Зачатьевского монастыря на поле, скрытом в роскоши остоженских угодий. С вас лучшие наряды и холодное игристое. Мяч имеется. Играть будем «на жопу», как во времена моего беззаботного детства. Никакого бодипозитива — только победа.
Обратная связь — https://t.iss.one/psycho_888.
❤🔥1⚡1🫡1
По полярному отношению Летова к Муратовой и Кроули можно сказать, что человек был с выдающимся чувством прекрасного. Вообще очень советую «Офлайн», сборник всех интервью музыканта. Егора можно не только слушать в любой ситуации, но и читать.
— К персоне Алистера Кроули отношение самое говенное! Квинтэссенция мудака.
— Слухи они и есть слухи. Кто такой я и кто такая МУРАТОВА. Самая любимая картина — это «Короткие встречи». Вещь столь потрясающая… «Чеховские мотивы»? Слишком долго и смутно отвечать. «Настройщика», к сожалению, не видел, Кузьма мне очень хвалил.
— К персоне Алистера Кроули отношение самое говенное! Квинтэссенция мудака.
— Слухи они и есть слухи. Кто такой я и кто такая МУРАТОВА. Самая любимая картина — это «Короткие встречи». Вещь столь потрясающая… «Чеховские мотивы»? Слишком долго и смутно отвечать. «Настройщика», к сожалению, не видел, Кузьма мне очень хвалил.
мортиры и перелески.
Леонид Губанов и Алексей Хвостенко, Москва, 70-е Я очень люблю смотреть на фотографии поэта Губанова. Воденников как-то писал, что лицо Пастернака будто бы вытянуто в Пэинте для налёта аристократичности. Точно глаза олицетворяют верхотуру, а подбородок —…
Фото, которое я не встречал ни в каких подборках и более нигде. Иосиф Бродский и великий Алексей Хвостенко гуляют по Венеции, судя по всему, Хвостенко — уже глубоко болен. Фёдоров из Аукцыона рассказывал, что в его парижской квартире не видел ничего, кроме сигарет, чая и мёда.
Согласно моему источнику, тогда Бродский спрашивал у него про возвращение в Россию из Парижа, а Хвостенко повторил цитату философа Антонио Грамши: История учит, а учеников нет.
Ну и вдогонку, моя любимая его песня.
Согласно моему источнику, тогда Бродский спрашивал у него про возвращение в Россию из Парижа, а Хвостенко повторил цитату философа Антонио Грамши: История учит, а учеников нет.
Ну и вдогонку, моя любимая его песня.
❤🔥2❤2
Великих людей воспитывают проститутки и церкви, а потом они не сходят с алтаря. Райнер Вернер Фасбиндер подтверждает (всегда восхищался его умением изысканно носить пошлейшие леопардовые костюмы):
— Каково Ваше первое воспоминание, которое осталось у Вас в памяти? Когда вы осознали самого себя?
— Первые воспоминания? Это трудно, потому что многое тебе потом рассказали, а ты думаешь, что это воспоминание. Но что абсолютно точно, так это вопоминания о Зендлингерштрассе, на которой у моего отца была первая частная практика. Это была улица проституток в Мюнхене. И встречи с этими дамами, и запреты подходить к ним — все это я очень хорошо помню. <…> Потом мюнхенская церковь Асам-кирхе. Ее я помню достаточно хорошо. С ней связана одна история. Но, наверняка, мне ее рассказали. В один прекрасный день я сидел на алтаре Асам-кирхе. Моя бабушка, которая была строгой католичкой, искала меня по всей округе и нашла в этой церкви сидящим на алтаре, и захотела стащить меня вниз. Я ей сказал: «Нет, я не сойду с алтаря».
— Каково Ваше первое воспоминание, которое осталось у Вас в памяти? Когда вы осознали самого себя?
— Первые воспоминания? Это трудно, потому что многое тебе потом рассказали, а ты думаешь, что это воспоминание. Но что абсолютно точно, так это вопоминания о Зендлингерштрассе, на которой у моего отца была первая частная практика. Это была улица проституток в Мюнхене. И встречи с этими дамами, и запреты подходить к ним — все это я очень хорошо помню. <…> Потом мюнхенская церковь Асам-кирхе. Ее я помню достаточно хорошо. С ней связана одна история. Но, наверняка, мне ее рассказали. В один прекрасный день я сидел на алтаре Асам-кирхе. Моя бабушка, которая была строгой католичкой, искала меня по всей округе и нашла в этой церкви сидящим на алтаре, и захотела стащить меня вниз. Я ей сказал: «Нет, я не сойду с алтаря».
⚡2
«Вечер на Патриарших» (1947) Александра Дейнеки и «Охотники на снегу» (1565) Питера Брейгеля.
❤4❤🔥1
Сегодня исполнилось бы 71. Прекрасный был человек, блаженный, ходил по Москве с ручкой от унитаза в ухе вместо серьги.
Жил по-дьявольски, жил по-божьи, жил по формуле бабушки Лимонова: «Бог даст день, Бог даст пищу». Только так можно, и не иначе.
Жил по-дьявольски, жил по-божьи, жил по формуле бабушки Лимонова: «Бог даст день, Бог даст пищу». Только так можно, и не иначе.
❤🔥1
мортиры и перелески.
Photo
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
И великое абсолютно.
👍3❤🔥1
«И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще»
Сегодня 136 лет со дня рождения Николая Гумилева, одного из двух наряду с Лермонтовым отечественных поэтов, сумевших сочетать в себе Великое русское визионерство с Великим русским поэтическим даром.
Георгий Иванов приводил слова поэта-футуриста Сергея Боброва о подробностях расстрела Гумилёва: «Да, этот ваш Гумилёв... Нам, большевикам, это смешно. Но, знаете, шикарно умер. Я слышал из первых рук. Улыбался, докурил папиросу. Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвёл впечатление. Пустое молодечество, но всё-таки крепкий тип. Мало кто так умирает».
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще»
Сегодня 136 лет со дня рождения Николая Гумилева, одного из двух наряду с Лермонтовым отечественных поэтов, сумевших сочетать в себе Великое русское визионерство с Великим русским поэтическим даром.
Георгий Иванов приводил слова поэта-футуриста Сергея Боброва о подробностях расстрела Гумилёва: «Да, этот ваш Гумилёв... Нам, большевикам, это смешно. Но, знаете, шикарно умер. Я слышал из первых рук. Улыбался, докурил папиросу. Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвёл впечатление. Пустое молодечество, но всё-таки крепкий тип. Мало кто так умирает».
мортиры и перелески.
Photo
А так Гумилёв снимал гимназисток (из книги «На берегах Невы» Одоевцевой):
Я в те дни был влюблен в хорошенькую гимназистку Таню. У нее, как у многих девочек тогда, был «заветный альбом с опросными листами». В нем подруги и поклонники отвечали на вопросы: «Какой ваш любимый цветок и дерево? Какое ваше любимое блюдо? Какой ваш любимый писатель?»
Гимназистки писали – роза или фиалка. Дерево – береза или липа. Блюдо – мороженое или рябчик. Писатель – Чарская.
Гимназисты предпочитали из деревьев дуб или ель, из блюд – индюшку, гуся и борщ, из писателей – Майн Рида, Вальтер Скотта и Жюль Верна.
Когда очередь дошла до меня, я написал не задумываясь: «Цветок – орхидея. Дерево – баобаб. Писатель – Оскар Уайльд. Блюдо – канандер».
Эффект получился полный. Даже больший, чем я ждал. Все стушевались передо мною. Я почувствовал, что у меня больше нет соперников, что Таня отдала мне свое сердце.
Я в те дни был влюблен в хорошенькую гимназистку Таню. У нее, как у многих девочек тогда, был «заветный альбом с опросными листами». В нем подруги и поклонники отвечали на вопросы: «Какой ваш любимый цветок и дерево? Какое ваше любимое блюдо? Какой ваш любимый писатель?»
Гимназистки писали – роза или фиалка. Дерево – береза или липа. Блюдо – мороженое или рябчик. Писатель – Чарская.
Гимназисты предпочитали из деревьев дуб или ель, из блюд – индюшку, гуся и борщ, из писателей – Майн Рида, Вальтер Скотта и Жюль Верна.
Когда очередь дошла до меня, я написал не задумываясь: «Цветок – орхидея. Дерево – баобаб. Писатель – Оскар Уайльд. Блюдо – канандер».
Эффект получился полный. Даже больший, чем я ждал. Все стушевались передо мною. Я почувствовал, что у меня больше нет соперников, что Таня отдала мне свое сердце.