Дорога была изнурительной: с каждым днем их становилось всё меньше. Шел третий день пути. Периодически, каждый раз, когда они засыпали, на них нападали восставшие мертвецы, а в остальное время — хищники. Царила всё та же беспросветная тьма. Разводить огонь становилось труднее, но без него идти было невозможно. Они были уставшими и голодными. Самые уязвимые начинали слышать голос Великой Матери, после чего, обезумев, убивали себя.
Но были и хорошие новости: они знали, куда держать путь — в вулканическую местность, туда, где было давнее извержение, где не было зелени и корней Эйвы.
Было несколько основных проблем.
— Мангкваны, — проговорил Джейк, идя впереди ряда, держа в руке факел.
— Будем просить у них помощи. Другого выбора нет, — отвечал Тоновари, замыкая ряд.
Осталось их немного — всего девять на’ви, из них трое подростки (Нетейам, Ротхо и Меткайина).
— Придется согласиться на любые их условия. И что мы можем им предложить? — встрял Нетейам.
— Информацию. Больше мы не сможем дать, — ответил Джейк.
Разрезав лист, он остановился.
— Пришли.
Они стояли на границе леса и пыльной земли. Впереди были километры пустоши, которые освещал слабый оранжевый свет лавы из расщелин в земле.
— Джейк, ты знаешь, куда идти? — Тоновари подошел к нему.
— Смутно, но помню примерно. — Он знал о поселении Мангкван еще со времен, когда был в теле человека: Норм проводил лекцию по отдаленным кланам.
Умеренным шагом они шли вперед. У возвышения Тоновари объявил привал. Впервые за эти дни они спокойно спали. Утром дети наловили ящериц. Позавтракав, они двинулись вверх. Сбоку разгорался вулкан, освещая их путь. Пахло гарью и песком.
Спустя несколько часов они почувствовали сильную жажду, но вода закончилась, а водопоя не было. Они лишь надеялись поскорее прийти. Прошло еще несколько часов. Под сильным жаром со всех сторон пот лился обильными каплями с тел, все слизистые пересохли. Если Джейк и Нетейам еще терпимо себя чувствовали, то рифовые не могли без воды. В глазах темнело, пульс отдавался в уши, ноги ослабевали. Они делали всё больше привалов.
— Нам надо быстро дойти. Потом отдохнете, — обеспокоенно говорил Джейк. Он понимал, что долго они не протянут.
— Да… — слабо отвечал Тоновари, опираясь на локти. Тело совсем не держало, и воздуха не хватало.
Идя дальше, Джейк и Нетейам держали их за руки и вели, ведь те уже даже голову поднять не в силах. Один из Меткайина упал на землю и не шевелился. Нетейам хотел подойти к нему, но Джейк остановил его и сам подошел. Перевернув его, он проверил дыхание: кожа была горячая, дыхание учащенным, тело неестественно сжалось от судорог. Он понимал, что не сможет нести взрослого на’ви на себе — сам чувствовал себя ослабленным.
«Было бы проще, если бы этот Меткайина умер. Мне надо позаботиться о Нетейаме».
С невероятной легкостью он произнес:
— Он умер, — оставив позади еще живого на’ви.
Все равнодушно пошли вперед. Может, если бы они чувствовали себя получше, то попытались бы его спасти или хотя бы поскорбеть, но единственное, о чем они могли думать, — это о своей собственной жизни и близких. Дальше упал еще один Меткайина, затем еще. С каждым часом их становилось меньше. Непроходимая жара и жажда застилали разум: не было ни страха, ни паники, но выделялось отчаяние.
Нетейам шел, волоча ноги. По лбу скатывались редкие капли пота, взгляд был устремлен в землю. Думать о чем-то не было сил.
Прошло пять часов. Лишь три фигуры шли вперед — они и не заметили, когда пропали остальные. Ротхо упал на землю без сил идти дальше. Хрипом он проговорил:
— Нетейам…
— … — он шел машинально, словно сознание было где-то не там.
— Не бросай меня…
Не обернувшись, он шел дальше, даже не услышав слов друга. Рядом шла Меткайина: он не видел ее, лишь изредка слышал, как волочатся ее ноги.
Вдруг Нетейама бросили на землю и прижали луком.
— Ты кто такой? — крикнул мангкван.
Но он не ответил. Поняв, что он изнеможен, они взяли их под руки и бросили к палатке Тсахик. Варанг медленно вышла.
— Что такое?
— Какие-то дети пришли.
Она взглянула на них.