«Орангутан Сандра начала мыть руки, после того, как увидела как это делают смотрители зоопарка»....

Нет, не начала, думает Копибара. Никогда, никогда, никогда, говорил старый школьный учитель Копибары, в физическом действии не содержится смысл. Сандра не моет рук, она повторяет движения людей, не понимая их смысла. А мыть руки - это про смысл, это не про вращение одной конечности вокруг другой.

Дети в детском саду не целуются, когда целуются. Поцеловать - это не дотронуться губами до губ.

«Депутаты» госдумы повторяют движения депутатов парламента Англии - садятся в кресла, читают проекты законов, слушают прения, поднимают руки, но они не депутаты, они «не моют руки».

«Избиратели» России повторяют движения избирателей Англии, но они не «моют руки». Они ставят галочки в квадратики. Избирать, по смыслу - нести ответственность за выбор. Но кто будет отвечать, если выбранный сворует бюджет?

Может быть люди орангутаны, думает Копибара, за исключением тех немногих кто действительно целуется, когда целуется?

Последний закат

Картина трогательна и, очевидно, для многих, жива. Однако если мы спросим - что в ней живого, то ответ будет парадоксальным - живыми в этой картине являются отношения линий, размеров, цветов, травы, снега. То есть что-то, что не содержится ни в одном из отдельно взятых предметов. Что-то между предметами. Отношения - это что-то очень абстрактное и нигде не локализованное. Не трава делает эту картину живой, а информация, которую несёт зеленеющая трава снеговику - ты неуместен. Не закат, на горизонте делает ее живой, а сообщение, которое передаёт закат снеговику - это твой последний закат. Не исчезающий кусочек снега делает картину живой, а его сообщение снеговику - это будет и с тобой.

Мертвое и невидимое, делает картину живой и видимой. Мертвое конструирует живое. Факт.

Владимир Владимирович впервые вёл встречу с правительством «удаленно», в ЗУМе. Министр зачитывал что-то про отрасли, требующие первоочередных вливаний, что-то про спасение авиаперевозок и поддержку малого бизнеса, какие-то срочные меры предотвращали банкротство Ивановской швейной фабрики брюк и мыловаренной фабрики «Заря»....

⁃ Что? - кольнуло под ребром у президента, - что ты там сказал про Иваново? Почему штаны то обанкротились?
⁃ Все работают дистанционно, Владимир Владимирович, в ЗУМе, - опустил глаза министр.
⁃ И что? - ничего не понял Владимир Владимирович.
⁃ Брюки не требуются, - на этот раз министр смотрел прямо в стену за спиной вождя.
⁃ Как не требуются? - Владимир Владимирович инстинктивно оттолкнулся ладонями от стола и глянул вниз, на стрелку темно-синих Brioni.
⁃ А так, - чуть развязней, чем следовало, ответил министр, - Зум, как правило, показывает верхнюю половину тела.

Владимир Владимирович исподлобья посмотрел на 50 экранов с высшими руководителями страны. Действительно, разрезанные, как гиперболоидом инженера Гарина дубовыми столешницами, на экранах мерцали только верхние половины министров, глав регионов, высших силовиков.

⁃ Хорошо. А мыло причём? Мыло-то почему больше никто не покупает?

Экраны тактично промолчали, позволяя начальнику догадаться самостоятельно. Начальник догадался.

⁃ Тааак. За одну неделю мы потеряли брюки и мытьё. Вы хотите сказать что они просто исполняли нормы? Они могут спокойно жить без брюк и мытья? Что в таком случае мы потеряем до 1 мая?

⁃ Я думаю, - взяла слово министр культуры, - все. Мы потеряем все. Они все объекты воспитания, а не субъекты развития.

Все экраны повернулись на эти слова как пчелы на Винни-Пуха. Это почуяла и министр и сразу поправилась.

⁃ Проще говоря, у нас не принято ждать пока человек сам поймёт что без брюк и мытья он просто не человек. Его в раннем детстве заставляют мыться и надевать штаны, объясняя что штаны от холода, а мытьё от грязи. Сейчас рядом с ними нет больше тех, кто заставлял мыться и носить штаны, а в квартирах тепло. Они становятся тем, что они есть.

Владимир Владимирович с подозрением посмотрел на экраны.
Ему представилось, что 50 высших чиновников только сверху облачены в пиджаки и мундиры, из под которых сразу начинаются атласные в вертикаль полоски трусы, переходящие в суховатые, желтоватые ноги, всунутые в китайские огромные меховые тапки с мордами зайцев.

⁃ Орангутанами? - не совсем правильно произнёс слово Владимир Владимирович?

⁃ Слово может быть и другое, но суть верная.
⁃ Что же будет дальше? - дал слабину президент.
⁃ Засадив их по домам и отпустив контроль мы дали им впервые в жизни возможность самим решить - надо ли им мыться и надо ли носить штаны. Есть ли необходимость быть человеком или можно и так, - тактично избежала орангутана министр.

Президент подошёл к окну. Мысли путались. Что сейчас надо сделать? Что из этого следует? Ведь их надо как-то кормить. Он повернулся к экранам.

⁃ Все свободны. Соедините меня с Собяниным. Сергей Семёнович, голубчик, запросите в зоопарке рацион орангутана... что? ... да так, хотел на карантине полюбопытствовать, что он ест, стоимость. Да, Сергей Семёныч, на год, будет ли скидка если закупать оптом. Насколько оптом? Ну, например, миллионов 50 для начала.

Как жизнь или как дела?

Петрович.

⁃ Привет Копибара, как дела? Представляешь, еду сегодня на рынок за шифером, думаю, воскресение, ещё рано, заскочу к тебе. А облака белые, небо голубое, солнце желтое, дорога пустая, настроение отличное и вдруг мерс фарами мне моргнул. Ну, я сразу сбавил, думаю, клопы впереди. Точно, за поворотом два мусора на дороге стоят. И передвижной клоповник рядом. Все, думаю, кончилось утро. И точно - машет палкой, бежит, торопится! Я закипел сразу. Окно открываю, говорю: «Что, делать нехуя?». С напором, так, говорю. Разговор, чтобы начать как надо. Ну, клоп индифферентно держится. «Документы, - говорит, - на машину предъявите». Я бардачок открыл, конфетки какие-то розовые посыпались, жена их туда пихает, я ещё больше раздражился, нашёл свидетельство - «на, - говорю, - утрись своими документами». Он неторопливо так разворачивает, страховку, всю прочёл, до названия типографии, где бланк отпечатан, прочёл. «Подождите, - говорит, - в машине, я ваши права по базе пробью». И пошёл. Вот точно им делать нехуя кроме как людям жизнь портить. Сижу, а клоп пропал. Уже небо затягивать стало. Смотрю идёт, гнида, за гробом быстрей идут, возвращает документы и напоследок ещё говорит - «счастливого пути». Пидор! 2 часа как жизни нет! Вот как это называется, Копибара, знаешь?

- Знаю, Петрович. У каждого свои дела, называется.

Мария.

⁃ Привет Копибара, как жизнь? Такое событие, такое событие! Еду сейчас никуда, радуюсь, облака, как овечки скачут, водители фарами мигают, я в ответ им, небо голубое, солнце желтое! Смотрю, какой-то человечек смешной в пиджачке, сапожках, весь в значках, по дороге бегает, в воздухе палку полосатую крутит, веселится, меня увидел, навстречу бежит, радуется. Рядом машина вся в огоньках, как елка. «Здравствуйте, - говорит, - документы покажите?». Я сразу поняла - игра! Только правил пока не знаю. Полезла в бардачок, вижу конфетки лежат, «Мечта», розовые такие, пузатенькие, из детства. Я всегда в ресторанах на выходе их набираю. Беру «Мечту», документ, а сама спрашиваю «Хотите конфетку?», а он улыбается, крутит «Мечту» в руках и может увидел, что я в кроссовках и улыбается - «в ней калорий много». А сам ржет, светится, вдруг сунул документ назад и кричит, «счастливого пути» и пошёл к другу своему. А я вспомнила ты рядом, вот к тебе приехала. Что за игра такая, не знаешь, Копибара?

- Знаю - жизнь.
- А кто в ней выигрывает?
- Все. Все, кто играет.

Владислав Юрьевич Сурков сидел в своём кремлёвском кабинете и задумчиво смотрел на застывший экран.

Новость казалась далекой и незначительной, однако в телескопе его зрения она выглядела громадной: «Власти Китая закрыли Ухань и прилегающие округа на карантин. 24.01.2020».

Дело в том, что Владислав Юрьевич отвечал за «конфликт» в Донбассе, который официальная пресса именовала «борьбой ополченцев Донбасса за независимость». Конечно, связать воедино эти два события и оценить последствия мог только его гениальный мозг.

⁃ Надо срочно уходить, - сказал мозг.
⁃ Как, куда, почему? Я помощник Президента, сказал гениальному мозгу Владислав Юрьевич.
⁃ Он будет здесь очень скоро. Все театры закроются. Какой актёр будет продолжать играть свою роль рискуя заразиться и умереть? Большинство бросят парики и костюмы и сбегут домой пережидать.

Владислав Юрьевич был смышлён.

⁃ Ты хочешь сказать, что «мужья» начнут сдавать кашляющих жён в коммунарку, «отцы» придут навестить детей в больницы в костюмах химзащиты 4 класса опасности, «мусульмане» закроются от мусульман, а «предприниматели» будут просить разрешить им торговать.... то есть выяснится, что «отцы» не отцы, а играли отцов, «предприниматели» - не предприниматели, а играли предпринимателей, «мужья» играли роль мужей, а «мусульмане» мусульман?

Владислав Юрьевич споткнулся о некое узкое место, но истина была дороже.

- Ну конечно, - превозмог он себя, - если брат Рамзан не пускает брата мусульманина, потому что он из другого региона, то ему братья только те у кого прописка правильная. То есть с пропиской и справкой брат, а без прописки не брат?

⁃ Продолжай, - благожелательно сказал мозг.

⁃ «Повстанцы», сражающиеся за «свободу», продолжал Владислав Юрьевич, - окажутся актерами, воевавшими за деньги, а поскольку на фронте будет угроза заразиться, то они бросят винтовки и разговоры о свободе Донбасса, откажутся от денег и сядут дома и все поймут что эту войну мы придумали? Война кончится потому что её никогда и не было?

⁃ Умный мальчик, я всегда знал, что ты гений, - сказал мозг. - Да, все чего никогда и не было - кончится. Останется только то, что всегда было. Сегодня 24 января, ещё никто ничего не понял. Когда выяснится, что этой войны никогда и не было, не было и повстанцев, что никто ни за что не боролся, кроме 5 сумасшедших, что люди погибали, только потому что вы не знали, как иначе решить «свои проблемы», ты будешь далеко далеко далеко.

Владислав Юрьевич снял трубку.

⁃ Леш, - обратился он к помощнику, - напиши что я ухожу.... только не спрашивай меня сейчас ни о чем. Просто дай новость: Сурков уходит. Что? Спросят куда? Чем будет заниматься? Скажи - медитировать.

Копибаре кажется что в новости есть неточность. Под контроль взяты граждане, а не Коронавирус. Убедившись в невозможности контролировать, ограничить, арестовать «Коронавирус», власти, совместно с гражданами решили под контроль, ограничения или арест посадить себя. Спрятаться от него. И Копибара думает, что спрятаться в квартирах и кабинетах и поджидать пока Коронавирус уйдёт, значит не совсем одно и то же, что «взять под контроль».

Копибара вырвала листок у маленького Копибара рисовавшего перед телевизором, но было поздно. Истина, как большая птица, выпорхнула из под его маленького неразумного карандаша)

​​Копибара уже второй месяц коротала время в далекой от Москвы деревне у озера Волго Тверской области. Ну всем понятно почему коротала.

Деревня была небольшой, две собаки - чёрная толстая крупная и ее рыжая подруга, вечно оттираемая от принесенной еды. Штук 6 котов неопределенных пород. Баба Сима с неизменным самогоном. Пара вышедших на пенсию семей. Три рыбачка. Птичье пение. Ну, дачники. Как без дачников. Три моторки. Три перевёрнутых вверх дном деревянных лодки на берегу. Облупившийся памятник со звездой. Восхитительные закаты и не менее прекрасный туман по утрам.

И чем больше восхитительных закатов Копибара встречала и чем больше сосисок собакам относила, тем больше росло беспокойство, природа которого была пока не ясна. Она ходила и ходила по улицам, как будто в лужах, встречах с бабой Симой и построенной лестнице с обрыва можно было найти ответ, как вдруг поняла.

А вот все так и будет!

- Как? - спросила она себя
- А вот так! 2 собаки 3 моторки 6 котов.
- И что?
- А то что никто не выйдет на тебя из-за угла. Не откроется ресторан «Джером». Не позовут на передачу. Не поднимет платок прекрасный незнакомец. Не исполнится ни одна из надежд, которые так щедро обещает и так же легко не исполняет город.
- И что тогда?
- А то, что тебе придётся создать свою жизнь самой. Ты, 2 собаки, 3 моторки. Если не принимать собак в расчёт, то ты попала в место, где можешь рассчитывать только на себя. Тебе придётся воссоздать из себя все.

Помолчали.

- И никаких силиконовых долин и чудесной встречи за завтраком с венчурным инвестором? - предприняла последнюю попытку Копибара.

Ответом был возмущённый крик ворон, деливших скудные остатки чудо-йогурта.

- Страшное, жестокое место где ты можешь рассчитывать только на себя, - подумала Копибара, - страшное место, никаких субсидий, иллюзий, господдержки и тёплых круассанов, - продолжала она думать бешено крутя педали в сторону станции «На Москву».

Копибара заметила забавное отличие людей от животных. Волку «охотничье чувство» даётся комплектом с зайцем за которым можно гоняться. Коту с мышью. А вот у людей все по другому. Чувства им даны, а вот форму реализации сам придумывай. Нет социально приемлемой формы реализации - умирает чувство или идёт по другому пути.

Насчёт другого пути была такая история: помещица Салтычиха, жила давно, в 18-м веке и о форме лесбийской любви женщины с женщиной то ли не слыхивала, то ли считала невозможной и девок, к которым что-то чуяла, убивала, не зная как и куда девают такие чувства. А знала бы форму - повалялась бы в кроватке и всех дел.

А с вот с «честью и достоинством» хуже вышло. Запретили форму и чувство убили. Раньше как было хорошо:

     Граф Безухов, не доложившись, неожиданно вошел в комнату жены и застал последнюю (она же была и первая у него) в объятиях своего друга князя Болконского.
     Произошла ужасная сцена.
      — Милостивый государь! — вскричал взбешенный муж.
      — Милостивый государь!
      — Вы знаете, что вами осквернен мой семейный очаг?!
      — Здесь дама, прошу вас не возвышать голоса. Орет, сам не знает чего.
     Закусив нижнюю губу, бледный граф молча сдернул со своей руки перчатку, сделал два шага по направлению к князю и бросил перчатку прямо в лицо врага.
      — Надеюсь, вы понимаете, что это значит, — угрюмо сказал он.
      — Готов к услугам, — холодно поклонившись, ответил князь Болконский.
      — Мои секунданты будут у вас в десять часов утра.
      — Хоть в девять, — с достоинством ответил князь, отыскивая свою шляпу.
     По соглашению сторон поединок был решен на завтра на дуэльных пистолетах.

А как теперь? Входит Петрович в спальню, жена бьется как голубка в руках соседа и что делать? Мясорубкой молотить - бесформенно. Бегать по комнате разрывая одежду -бесформенно. Криво ухмыльнуться и спросить «не помешал?» старо.

Вот Индусы сексуальное чувство оформляли, как могли и только современному мужчинке кажется все эти «снизу сбоку сзади тройничок» он сам придумал. Нет, он на готовенькое пришёл.

Греки эстетические чувства оформляли. Ну бродит у грека что-то внутри, чувствует человек что все на все похоже и даже небо на чашечку цветка - так они и драму и театр выдумали, и скульптуру и картины...

Наше время тоже богато на выдумки форм. Чует человек что ему кот домашний нужен, или собачка маленькая. Сам не зная что бродящая в нем нежность форму ищет. Погладил, вычесал, покормил, поиграл, вот нежность и забота выход нашла. Нет кота - угасает нежность. Не жену же за ухом чесать, может такое сказать, что на всю жизнь нежность отрежет.

Теперь о главном. Копибара слышала что людям сказали оставаться дома! Мы дома посидим, - сказали послушные люди, - мы в маникюрный салон, театр, храм, парк, ресторан не пойдем, - сказали они себе.

Так, думает Копибара, люди дома посидят, а чувства их где без форм посидят? Маникюр это же не ногти розовые, а форма реализации женщиной себя как женщины.

- Я женщина, - говорит она, - но просто пока без маникюра.
- Я предприниматель, - говорит ее муж, - просто пока сижу дома.
- Я актёр, - говорит сын, - просто театр пока закрыт...
- Я президент, - говорит мужик в телевизоре, - только временно в бункере сижу.
- Я священник, - говорит некто в чёрном, - только храм закрыл по распоряжению властей.
- Я сын, - только к матери пока не езжу....
- Я волк, - выглядывает из леса огромное серое животное, - только по распоряжению лесной администрации временно не гоняюсь за зайцами...

И с каждым днём сами верят в это все меньше и чувства все слабее. И вот у Копибары вопрос - сколько времени чувство живет без формы?

Как бы не наступила великая импотенция чувств.

Копибара решительно выбирает Коронавирус. Потому что, что ждать от коронавируса она знает - коммунарка, ИВЛ, возможна смерть 2%, а вот что ждать от этого, не знает никто.

«С 12-го числа все ходят в масках» - не было печали, подумала Копибара, прочитав новость, но ссорится с властями не захотела, а пошла в комнату и сделала веселую маску. Конечно, Копибара и сама побаивается коронавируса, для успокоения этой части Копибары существует тряпочная часть маски, другая ее часть - не боится, ей посвящены дырки. Тряпочка маски - дань властям и попыткам человека уберечься от разнообразия жизни, а дырки - дань ее непредсказуемости и предположение что в жизни человека продолжает участвовать судьба, бог, вера, любовь и прочие неконтролируемые вещи об отмене которых указа не было (Копибара проверила). Равно, нет и указа определяющего маску как предмет без дырок. (Копибара проверила). Короче, Копибаре страшно, но она не боится. Она уважает «власть», но и жизнь она уважает.

В общем - тряпка Кесарю, а дырки богу, решила Копибара, доделывая последние стежки. Копибара дарит этот макет всем, кто чует, что заставить человека делать что он не хочет нельзя, но и кричать «я всех имел» не хочет.

Таак, сказала Копибара, посмотрев ролик. У моих родителей не было денег на велосипед. Это было не плохо и не хорошо - это была реальность. И не приходило в голову попросить велосипед и закатить истерику в случае отказа. Однако на отказ в мороженном Копибара, было дело, повалилась на асфальт и била по нему ногами... пока мать не ушла за поворот. Мороженное было возможно, велосипед нет.

Мама обезьяна держит обезьянку за хвост. Обезьянка не может вырваться, мама не может не держать - это реальность - то что не может быть иначе. Мама не может прийти в хорошее настроение и отпустить. Нет выбора. У кошки, которая тащит котёнка в корзинку, нет мысли «а может быть дать ему поиграть на улице?». У неё просто нет такой части, которая могла бы допустить выбор. А у людей есть. Эта часть называется - сознание. Не будь его - ребёнок бы не возмущался? Ребёнок истерит на то, что мать принимает решение СОЗНАНИЕМ?

Распад матери как целого и возникающая возможность обращаться к разным частям матери - причина всех «капризов»?

Копибара пошла в магазин добывать продукты. Шагомер запикал - 10 метров до нарушения режима шаговой доступности. Почуяла себя евреем, обязанным по субботам привязываться к дому веревкой. Свернула в ближайший «Магнит». На входе охранник.

⁃ Не могу пустить вас без маски.
⁃ Хорошо, - сказала Копибара.

Вернулась, взяла маску. Пришла снова. Обошла отделы. Набрала продукты. Увидела конец очереди в другом конце магазина. Встала.

⁃ Отодвиньтесь.
⁃ Почему?
⁃ Соблюдайте социальную дистанцию.

Отодвинулась. Сзади кто-то чихнул. Прямо в маску. Смешно, подумала Копибара. Никто не рассмеялся, напротив, насторожились. Подошла к кассе.

⁃ Картой, наличкой?
⁃ Картой.
⁃ Подносите.

Копибара поднесла телефон к лицу. Телефон не узнал. Сняла маску.

⁃ Наденьте маску немедленно!

Надела. К счастью телефон успел ее «узнать».

⁃ Вводите пин код.

Начала вводить. Резиновые перчатки скользили по экрану. Пин код не набирался.

⁃ Вот дура, - отчётливо услышалось сзади, - почему нельзя заранее подготовиться?

Сняла перчатки. Ввела пин код.

⁃ Наденьте перчатки немедленно, - сказали сзади.

Надела, но код ввести успела.

Пакет не открывался. Она дунула в него. Он не открылся. Палец в рот сувать было нельзя. Копибара начала бешено тереть край об край, будто добывала огонь. Пакет не открывался. Следующая партия продуктов съехала по лотку перемешавшись с Копибариными.

⁃ Точно дура, - сказали в очереди.

Копибара вышла. Оставила продукты в магазине. Пришла домой.

- А очередь права, - подумала она, - только дура могла пойти в магазин.

Она заварила чай, достала огромный мешок сухарей с сахаром, открыла Бейтсона в случайном месте.

«Я верю, я на самом деле верю, что между моим «опытом» и тем что происходит вовне и воздействует на мои органы восприятия, есть некоторая связь».

Господи, хорошо то как, подумала Копибара и к ней вернулось ее обычная благодать.

У мамы родился мальчик. И она всецело отдалась младенцу, позабыв в пелёночном экстазе о его брате - Саше. А может просто сильно уставала менять бамперсы.
Тогда у мальчика Саши случился энурез, но никто не понял что случилось.
И тогда он случился на следующий день снова.
И снова.
Пока не вызвали врача.

Врач тоже не понял что случилось, но посоветовал пить поменьше воды во второй половине дня.
На следующий день энурез случился снова.
И снова.
Он случался и случался и никак не мог случится.
И так несколько лет подряд пока не подрос брат.

Саша стал большим, но энурез все равно иногда случался и никак не хотел уходить.
И никто не понимал что случается.
И Саша так заебался от энуреза что как-то крикнул меняя простынь - Да что случилось то?!

И то ли от от громкого крика то ли по какой другой причине - он понял!
Я понял, - сказал он, - Я хотел чтобы мать вернулась ко мне от брата. Я хотел возвращения ее любви, а не прихода врача. Но я уже большой (Саше к тому моменту было 42 года) я больше не могу зависеть от того, придёт или не придёт мать меня поцеловать. Я могу быть один.

Энурез услышал что его поняли и больше не случался.
А потом случилось так, что Саша умер. То ли оттого что все понял, то ли по какой-то другой причине.
А его старушка мать плакала и плакала и плакала. Вся подушка была мокрая.
И она никак не могла остановится.
И смерть Саши не случалась и не случалась.
Но это другая история.

Копибара посмотрела на это на все и сказала - с нами случилось только то что мы поняли. А что не поняли то не случилось.
Она открыла семейный альбом с фотографиями выпускного, своей свадьбы, поездок в Крым, фотографиями детей, друзей, а также прочих малознакомых лиц и стала рассматривать тысячи так и не случившихся событий своей жизни.

https://comments.ua/news/world/russia/653533-putin-nazval-novuyu-datu-parada-pobedy-v-moskve.html

В ответ на легкое прикосновение к плечам любимого Копибара услышала:

- Давай займёмся этим в 5, после прогулки.

Копибара села на диван и подумала, - перенести на другое время стремление быть с любимым, это все равно что выпить бутылку роскошного Мутон Ротшильд не тогда когда официант открыл ее на светлой террасе ресторана озера Комо, а забрать с собой и распить в общаге Чебоксарского филиала института туризма и сервиса. Нет сомнений в том, - подумала Копибара, - что физическая возможность заняться «этим» в 5 присутствует, возможно даже физическое удовольствие, однако полностью элиминируется представление о том, что вкус «этого» складывается не из содержимого акта, так же как «вкус» мутона содержится не внутри бутылки, а складывается из ветра с моря, прекрасной женщины, тончайших бокалов, негромкого джаза и желания жить. Любой кто пил мутон Ротшильд в общаге - знает это.

Что же делать, спросила себя Копибара? Ведь есть что-то что происходит само и перенести это нельзя? 9 мая перенести на 24 июня можно, наверное, можно перенести секс с 9-го на 24-е, а вот как перенести состояние ветерана, которое у него именно 9 мая, Копибара так и не поняла.

Копибара открыла глаза.

- Поздравляю с днём рождения, - улыбнулся муж.
- У меня же вчера был день рождения? - полезла из под одеяла Копибара.
- И да и нет. Вчера ты получила наушники Денон, торт и гостей. А сегодня у тебя будет день рождения.
- Как это?
- Я купил тебе тренинг.

Через 3 часа.....

- Ну что же, - сказал тренер, - кто хочет настоящий День рождения, а не бесконечные торты и день воспоминания о рождении?

Аудитория промолчала, уступая друг другу эту бесценную возможность.

- Копибара? - он вопросительно посмотрел ей в глаза.
- Пожалуйста, - Копибара была вежливой девушкой.
- Вот написано, - он взял какой-то листок, - вы купили БМВ М6 за 84000 евро. А зачем?
- Крутая тачка, давно хотела, - опустила глаза Копибара.
- Вы что-то испытали, Копибара, когда сели за руль, глянули в окно?
⁃ Конечно! - она подняла глаза, - я испытала, что я королева мира и жизнь моя удалась! И потом ещё раз стала королевой, размесив на светофоре владельца масерати кое во что.
⁃ Так вы купили БМВ, чтобы испытывать эти чувства, которые не могли испытать без БМВ?
- Сейчас выходит так, - услышала свой голос как бы со стороны Копибара.

- Тогда подсчитаем, - повеселел тренер, - 84000 евро за все чувства за весь срок, 40000 евро за ярчайший приступ настроения «я королева» в первой поездке, 20000 за показ подружкам, 10000 за превращение в экскремент владельца масерати ну и по 10-15 евро за каждую поездку до последующей продажи?

Копибара промолчала, не зная что сказать.

⁃ Ведь вы бы не купили эту БМВ если бы она не дарила Вам этих чувств? Хоть один из вас купил бы за 80 тысяч машину, которая не вызывает никаких чувств? - перекинулся он на притихший зал?

⁃ Странный взгляд и необычная математика, но допустим, - выручила аудиторию Копибара, - допустим, я купила чувства с помощью БМВ, а на БМВ мне плевать, но какая разница?

- А есть разница! - засмеялся тренер, - если все эти «мужья» и «бмв» нужны не потому что они прекрасны, а не более чем посредники на пути к чувствам, то зачем они нужны вообще? Почему именно они, не другие люди или предметы? Где написано что путь в любовь лежит через мужичка с усами сорока неполных лет? Где написано, что если хочется радости, то надо идти в салон БМВ? Почему не напрямую?

- А как же их получать, чувства, напрямую, без предметов, - предприняла ещё попытку не рождаться Копибара.

- А очень просто. Например, понять что-нибудь. Чувства ещё и поярче, а не стоит ничего.

Копибара посмотрела в потолок, ей показалось что она начала что-то понимать. Это было опасно, странно, глупо, необычно. Выходит, муж больше не нужен. Не нужна подруга. БМВ. Собака... Сумки Гуччи. Миллионы лайков. Полеты бизнес классом - все это посредники? Мне не надо копить деньги, переживать, ревновать, я могу испытывать все сразу без посредников? Мне нужно только понимать?? Я свободна???

Ее смыло бы волной океанического чувства и унесло в бесконечность, но телефон пискнул и на окно всплыло сообщение. От него.

Ты ещё тут, Копибара?
Это твой бывший муж.
Ключи у соседки.
С днём Рождения.

Когда Копибара была маленькой папа брал ее с собой в гости к престарелым теткам. Тетки жили в доме с туалетом во дворе. Тетки угощали завтраком, хлебом и колбаской. Но когда Копибара ходила в туалет то видела в мусорном ведре банки из под икры, которой никогда не было на столе. И она думала: почему они каждый день едят икру, но никогда не предложат нам? Прошло 40 лет. Копибара разбогатела. И отдыхая в санатории стала носить на завтрак чёрную икру. Она уходила с завтрака, а официанты уносили пустые банки всякий раз думая: она ест икру каждый день, почему бы ей не предложить ее нам?

.....

- Ну и че?! - спросили в редакции в которую Копибара принесла пост.
- Да ничо! - сказала Копибара, - почему с нами не делятся, мы никогда не понимаем, а почему мы не делимся мы понимаем всегда!

Один друг Копибары имел обыкновение предупреждать о своем приезде или приходе. И знакомые Копибары разделились на два лагеря, одни считали что он просто вежливый, а вторые, что он так страхуется, чтобы не тратить зря время.

Однажды друг позвонил Копибаре, чтобы предупредить что он придёт и вскоре пришел. Когда они уже достаточно выпили, Копибара спросила почему он так делает. И друг так сказал:

- Мне нужно, чтобы был кто то кто меня ждёт. Я настолько пораненный, что не выдержу если приеду, а меня никто не ждёт. Даже когда я уезжаю я захожу прощаться, потому что мне невыносима мысль что всем все равно что я уехал.

Друг допил и ушёл. А Копибара, поскольку была выпимши, впала в романтизм и так подумала - а мой друг не промах, он придумал самый лучший способ так никогда и не узнать кто ему друг, а кто нет.

Когда Копибара была маленькой, она приезжала вместе с отцом в гости к теткам. Раньше тетки были всесоюзными и великими агрономами с правительственными наградами, а теперь тетки были в возрасте, дом небольшим, а туалет на дворе.

А около туалета стояло мусорное ведро. И когда Копибара ходила на улицу, то видела в помойном ведре банки из под икры. Но когда она садилась за стол
тетки никогда не ставили икру, а давали булочки и сыр. И Копибара сказала себе - когда я вырасту я всегда буду делится чёрной икрой с теми кто приходит.

Она выросла. И много трудилась. И много поняла, прежде, чем купила СВОЮ первую банку чёрной икры. Она купила ее в магазине Fauchon на Place de la Madeleine в Париже. Она смотрела на неё и не могла наглядеться, пока не поняла, что смотрит не на банку, а на материальная форму, которую принял ее риск, ее труд, ее признание клиентами, покупавшими ее уникальную обувь Kopi-Bara.

Копибара пошла в парк около Лувра, взяв по дороге в брассерии крепкий чай. Расстелила новую чистую скатерть. Достала мягчайший багет и масло. И когда она откусила хлеб, икра показался ей неземной. В этот момент она вспомнила тёток. И их икру. А на самом деле большой жизненный труд, следствием которого была «икра».

- Эй, тётя, - вдруг услышал она на плохом английском, - а что это ты там кушаешь? Это чёрная икра, да?

Напротив стоял арабчонок, бедно одетый, лет шести и она вспомнила своё обещание, всегда делиться чёрной икрой с теми кто приходит.

- Садись, - сказала она. Хочешь я сделаю тебе бутерброд?

Чем я поделилась с ним, подумала она, глядя как он ест. И чем не поделились со мной тетки? Она вспомнила свой тайный вопрос - «почему со мной не делятся?» И тайный ответ - «тетки жадные». Но чем они могли поделится со мной? Формой? Следствием? Можно ли поделится тем, что человек в принципе не может понять? Тем что не выросло из него самого?

Она подняла голову и увидела галчонка и тут же на ум пришёл
почтальон Печкин, который был злой без велосипеда. И считавший, что если ему подарить велосипед, он станет добрый и хороший.

Она вспомнила бесконечную вереницу людей, говорящих о миллиардерах так: вот было бы у меня столько денег, я бы всем давал. Что давал? Как можно поделиться тем, что у человека нет?

Она смотрела как арабчонок доедал икру и не знала,
стоило ли выполнять то детское обещание.

Вот Копибару злые люди ругают, за то, что она пишет непонятные посты. Копибара решила исправиться и тщательно и понятно обьяснить причину всех людских проблем:

Один человек из народа получил повестку в прокуратуру. Понимая, что человек, занимающий должность «прокурора» может докопаться до того о чем никто не знал и уволить его с должности «директора завода», «мужа своей жены» и «любителя триатлона», поставив на должность «заключённый», он решил защитить личную информацию о своей деятельности на этих должностях. А решив, оставил телефон дома.

Другой человек, занимающий должность «прокурора», «отца своего сына» и «филателиста», сам попросил того первого человека прийти без телефона, чтобы третий человек, который мог уволить его со всех должностей, получив личную информацию о том, как он ведёт допрос, не предложил ему в качестве альтернативы занять должность «заключённого» рядом с человеком, который раньше занимал должность «директора завода».

Этот третий человек, занимающий должность «увольнителя всех прокуроров», вызвал человека, занимающего должность «прокурора» на допрос. Вызвал, чтобы узнать, чем закончился допрос того первого человека. А вызвав, попросил прийти к нему без телефона, чтобы тот первый человек, который и выбрал его на должность «увольнителя всех прокуроров» не узнал, что он знает как вёлся допрос. А узнав, не предложил ему место рядом с первыми двумя.

Этому замкнутому, не имеющему начала кругу страха перед нечеловеческими названиями человека было уже много тысяч лет. Люди забыли что их главная и незабираемая никем должность - человек. Должность, делающая их бесстрашными.

Копибара смотрела на этот круг с удивлением. Она знала, что она Копибара и здесь не могло быть никакой утечки информации. Она не могла сделать ничего, что не делают Копибары и это было всем известно. Она никак не могла понять, почему бы всем этим людям не отказаться от названий и снова не стать человеком, чтобы можно было всюду брать телефон. Да и телефон, собственно, не нужен был Копибаре, так как все что она могла сообщить о себе другим Копибарам те знали и без неё.