Как Лев Толстой полюбил велосипед

Когда Льву Николаевичу было 67 лет, он научился кататься на велосипеде. Новый вид транспорта осваивал в московском Манеже, куда его поначалу даже не хотел пускать вахтер: не мог поверить, что этот странный человек в черной блузе и сапогах на самом деле знаменитый граф и писатель.

С тех пор Толстой всей душой полюбил велопрогулки. В дневниках он замечал: «Очень странно, зачем меня тянет делать это. Мне все равно, что думают, да и просто безгрешно, ребячески веселит». Научил Лев Николаевич кататься и своих детей, был принят в члены Московского кружка велосипедной езды.

Новое хобби писателя очень интересовало и общественность, и журналистов. Толстой охотно позировал на снимках с велосипедом, а в газетах репортеры о нем писали: «На прошлой неделе мы видели его катающимся в манеже в своей традиционной блузе. Искусство владеть велосипедом графу далось очень легко, и теперь он ездит совершенно свободно».

О последнем путешествии графа Толстого читайте на нашем сайте.

Журнал ЧТИВО с сегодняшнего дня можно приобрести на Wildberries.

Также дублируем ссылки для тех, кто

•привык покупать на OZON

•привык к Яндекс Маркету

Один из основоположников художественной фотографии — британец Оскар Густав Рейландер — понимал, насколько хорошо освещена студия, благодаря… коту.

Для этого он пристально смотрел питомцу в глаза: если зрачки были узкими, как щель, Рейландер выставлял короткую выдержку, а если больше напоминали блюдца, то длинную.

Как появилась знаменитая фотография Сальвадора Дали с котами — читайте на нашем сайте.

Существовал ли на самом деле король Артур?

Канонической легендой об Артуре мы обязаны писателю Гальфриду Монмутскому. По его версии, король Утер Пендранон влюблен в жену своего союзника и, прибегнув к магии чародея Мерлина, тайно пробирается к ней в спальню и зачинает Артура. Артур вырастает, входит в силу, громит саксов, женится на женщине по имени Гвиневра. В конце концов Артура смертельно ранит племянник-предатель по имени Мордред, и король переносится на таинственный остров Авалон. Гальфрид уверял, что придумал историю на основе аутентичного документа, написанного на языке бриттов — этот манускрипт подарил ему знакомый священник. Правда, никто, кроме самого Гальфрида, в глаза не видел ни документа, ни священника.

Сегодня точно можно сказать, что короля Артура в его каноническом легендарном виде никогда не существовало. Другой вопрос — кто мог стать прототипом?

Разбираемся в новом выпуске на YouTube-канале ЧТИВО.

Я безумно одинок, вокруг меня свиные морды какие-то.

К. И. Чуковский, из переписки с женой, 1904 год

Внезапный видеодокумент: актер Федор Дунаевский («Курьер») объясняет, как выглядят социальные классы.

В 1845 году Эдгар Аллан По опубликовал «Ворона» — стихотворение, которое сделало его знаменитым на всю Америку и стало эталоном готической тоски. По сюжету студент в полночь оплакивает умершую Ленору, в окно влетает огромный черный ворон, садится на бюст Паллады и повторяет одно и то же слово: «Nevermore». Сначала студент шутит, потом злится, потом сходит с ума — а птица становится символом вечной потери. По написал это в 38 лет, в разгар нищеты и горя (его жена Вирджиния умирала от туберкулеза), и стихотворение до сих пор цитируют, когда хотят сказать: «Это навсегда».

Сегодня ворон возвращается — в психологическом триллере «Сущность» с Бенедиктом Камбербэтчем, который уже потряс «Санденс». Критики в один голос называют эту роль чуть ли не главной в карьере актера. Фильм снят по бестселлеру Макса Портера «У печали есть крылья» — книге, которую окрестили одним из важнейших литературных событий десятилетия.

Так, овдовевший иллюстратор, оставшийся с двумя сыновьями, не может пережить смерть жены и начинает видеть черного ворона, сошедшего прямо с его рисунков. Птица становится его альтер эго: пугает, но и дает надежду.

В прокат картина выйдет 20 ноября. А ЧТИВО выяснило, что до этого пройдут премьеры и спецпоказы. В Санкт-Петербурге 13 ноября фильм можно будет обсудить с кинокритиком Марией Хартанович в «Каро Варшавский Экспресс», 18 ноября — в «Великан Парке» с актером Борисом Хасановым и режиссером дубляжа Игорем Ефимовым. А в Москве 18 ноября в «Космос Москино» и «Синема Парке Мосфильм» обсуждать Бенедикта и его ворона будут кинокритик Иван Афанасьев и врач-невролог Галина Бобрякова.

Подробности и расписание спецпоказов — на сайте.

Не секрет, что на картине Валентина Серова «Девочка с персиками» изображена дочка Саввы Мамонтова — 11-летняя Вера. С нее же несколькими годами ранее Виктор Васнецов писал «Аленушку».

Но в русской классической живописи остался запечатленным еще один ребенок Морозовых — средний сын Андрей. Его черты угадываются в Алеше Поповиче из «Богатырей» Васнецова.

Когда шоколад был валютой?

У племени майя самой ходовой валютой были какао-бобы. Ими расплачивались за еду и выдавали в качестве приданого. Сосуды с остатками теобромина, входящего в состав этих семян, археологи находят до сих пор.

В XV веке ацтеки принимали какао-бобы в качестве подати. Их хранили в царских кладовых и использовали вместо денег. Так, например, до нас дошли документы середины XVI века, где записаны цены: 1 боб за крупный томат, 30 бобов за кролика, 100 бобов за индейку. На рынке в Тлателолько бобами рассчитывались по весу.

Ценность какао-бобов породила немало афер. Во «Флорентийском кодексе» описан прецедент, как один из торговцев делал бобы-пустышки, набитые тестом из амаранта, воском или косточками авокадо. Фальсификаторы также разбавляли партии бобов мелом и землей и смешивали свежие продукты с усохшими и пустотелыми, а некоторые обжаривали мелкие бобы, чтобы те казались крупнее. Также в Мексике и Гватемале лепили псевдобобы из глины.

Во время войны за независимость США шоколад иногда выдавался взамен денежного жалования — из-за нехватки наличности у Континентальной армии. А в Новой Испании (Мексике) какао-бобы считались «мелкой монетой» вплоть до XIX века. В документах даже сохранилось точное описание, что 72 какао-боба приравниваются к medio real, серебряной монете. Кроме того, до нас дошли «бобовые цены» на некоторые продукты. Например, индейка стоила около 100 бобов, а авокадо — 1-3.

А историю другой сладости — ириса — читайте на нашем сайте.

Неуменье жить не даёт мне возможности поделить время между работой и не-работой, как того требует Москва.

Б. Л. Пастернак, из письма к В. Я. Брюсову, 1922 год

Эдвард Мунк был не самым психически стабильным человеком. Особенно его нервировали женщины — точнее, обязательства перед ними и страх серьезных отношений. Тут Мунку, на излете XIX века, и подвернулась та самая роковая дама — художница-график Матильда «Тулла» Ларсен.

Девушка, плененная мрачностью и отрешенностью Эдварда, пришла в его студию, чтобы предложить себя в качестве натурщицы (что само по себе было смело) — и завертелись классические созависимые отношения: она мечтала выйти за него замуж, он ее всячески избегал.

Тулла же видела цель и не видела препятствий: однажды она вручила художнику старинный свадебный сундук для приданого невесты. Мунк понял тончайший намек и скрепя сердце сделал наконец предложение. Но до брака дело не дошло.

Как Эдвард Мунк отразил эти отношения в живописи и как они сказались на его ментальном здоровье — рассказывает Мария Аборонова, автор канала Art Is New Sexy.

Полную историю читайте на нашем сайте.

Внезапный видеодокумент: Людмила Марковна Гурченко — о людях, которые ее не любят.

Народная артистка СССР родилась 12 ноября 1935 года.

Как «танцующий маркиз» за шесть лет спустил состояние всей семьи

В 1900 году Лондон не знал, куда деваться от маркиза Англси. По Мейфэру шел парень в соболях до пят, накрашенный, надушенный, с белым пуделем под мышкой. Ошейник собаки сверкал бриллиантами. За ним ехала машина, из выхлопной трубы которой пахло розами. Прохожие замирали, а газеты писали: «Танцующий маркиз опять всех затмил».

Это был 25-летний Генри Сирил Пэджет. Единственный сын 4-го маркиза Англси и его второй жены Бланш Мэри Бойд тратил деньги так, будто его завтра не станет. Когда Генри было 2 года, мать умерла. Отец женился на американке Минне Ливингстон, сыном почти не занимался. До 8 лет мальчика растила в Париже тетушка Эдит — сестра матери. После Генри забрали в Англию, в «золотую клетку», родовой замок Plas Newydd. Друзей у него не было, только собаки и лошади. В Итоне и армии он еще пытался быть «нормальным» — даже стал лейтенантом валлийских фузилёров. Но как только деньги стали его — он наконец вырвался.

После смерти отца в 1898 году Генри получил все: рудники на острове Англси, поместья, акции. 110 тысяч фунтов в год — сегодня это 17 миллионов, плюс Plas Newydd. Казалось, этого хватит на всю жизнь (но не хватило даже на шесть лет).

Из семейной часовни в замке он сделал настоящий театр — провел электричество, повесил лампы Эдисона, обил все бархатом. Приглашал актеров из Лондона, платил втрое больше, чем в Вест-Энде. Но главную роль всегда оставлял себе. Костюмы шили в Париже: если для пьесы нужны были рубины или бриллианты, он брал настоящие (и никакой бижутерии). На первый спектакль ушло 55 миллионов (по сегодняшним меркам). В антрактах маркиз выходил на сцену один и танцевал «Танец бабочки». По рассказам современников, в платье, украшенном драгоценными камнями, были спрятаны живые бабочки, которые вылетали из-под юбки во время выступления. Зал был в восторге, а Генри получил прозвище «танцующий маркиз».

Также он заказал пять автомобилей. Кузов — из красного дерева и золота, выхлопные трубы с резервуаром для духов. На балах выпускал голубей с бриллиантовыми кольцами на лапках. С кузиной Лилиан, на которой он женился по долгу, провел медовый месяц в Париже: купил в одном из местных ювелирных магазинов всю витрину и усыпал драгоценностями жену. Правда, на этом все, ведь супружеский долг Генри не интересовал (ходят слухи, что маркиз и вовсе умер девственником).

К 1904 году долги достигли более £ 250 млн в сегодняшних деньгах. Родственники подали в суд. Аукцион длился 38 дней: костюмы, декорации, даже собачий ошейник ушли с молотка. Генри оставили 3000 фунтов в год, после чего он уехал из страны. Скитался, пока в 1905-м не умер в Монте-Карло в 29 лет от туберкулеза. На руках у бывшей жены и тетки Эдит. Семья сожгла все бумаги, связанные с «нерадивым», как они сами считали, родственником. А театр вновь стал часовней.

Сегодня в Plas Newydd есть тихий уголок с его фото. Костюмы всплывают на аукционах за миллионы долларов. А маркиз, который спустил состояние на красоту, остался одним из самых ярких персонажей своей эпохи.

Больше о неразумном потреблении и тратах читайте в восьмом номере журнала ЧТИВО.