Хотя советское мороженое и не особо нуждалось в рекламе (о нем знал и его любил почти каждый), плакаты с призывами покупать лакомство разного вида можно было встретить во всех городах СССР — особенно на курортах, в парках, ресторанах и около кинотеатров.

Собрали некоторые из них.

16 декабря 1997 года президент США Билл Клинтон сообщил на пресс-конференции, что он назвал шоколадного лабрадора, незадолго до этого прибывшего в Белый дом, Бадди. У президента уже был питомец — кот Сокс, который был не очень рад пополнению: животные так и конфликтовали всю жизнь.

Рассказываем о других «первых собаках».

Лэдди-Бой, президент Уоррен Хардинг
Первым президентским питомцем, за которым пристально следили пресса и публика, был эрдельтерьер Лэдди-Бой. Хардинг был неразлучен с псом: Лэдди-Бой сопровождал его на гольф-поле и присутствовал на рабочих встречах — у него даже было собственное кресло.

Фала, президент Франклин Делано Рузвельт
Преданный шотландский терьер сопровождал Рузвельта во всех зарубежных поездках. Однажды это стало поводом для скандала: ходили слухи, что, забыв пса в отеле во время командировки на Алеутские острова, Рузвельт приказал повернуть эсминец обратно — за это республиканцы обвинили его в расходовании миллионов долларов. В ответ Рузвельт произнес «речь о Фале», где сказал, что он привык слышать клевету в свой адрес — но обвинений собаки не потерпит.

Чекерс, вице-президент, позднее президент Ричард Никсон
В честь кокер-спаниеля Чекерса учрежден Национальный день собак в политике — он отмечается 2 сентября. Именно в этот день в 1952 году тогдашний претендент на пост вице-президента США Ричард Никсон выступил с телевизионным обращением «речь о Чекерсе» — в нем он опровергнул информацию о финансовых махинациях. Никсон заявил, что единственное «пожертвование», которое он использовал в личных целях, был пес Чекерс: его семье в подарок отправил избиратель из Техаса, узнав, что дочь кандидата мечтает о щенке.

Он и Она, президент Линдон Джонсон
Один из снимков двух гончих с президентом стал поводом для скандала: на нем Джонсон треплет любимцев за уши. Зоозащитники возмутились и забросали редакцию журнала Time, опубликовавшего снимок, гневными письмами. Джонсон был потрясен, но тем не менее принес свои извинения и сказал, что делает так с тех пор, как Он был щенком, — и ему «вроде бы нравится».

Сумо, президент Франции Жак Ширак
После того как в 2007 году Жак Ширак покинул пост президента, поведение его мальтийского бишона по имени Сумо резко изменилось: она так переживала смену обстановки, что ей диагностировали депрессию. За довольно короткий срок Сумо трижды покусала хозяина — из-за атак собаки Ширак попадал в больницу.

«ОМ» и «Птюч» — культовый глянец 90-х

Молодежь середины 1990-х делилась на тех, кто читает «Птюч», и на тех, кто читает «ОМ». Оба издания по-разному отражали эпоху: вспоминаем и пересматриваем обложки и страницы изданий.

Журнал «Птюч», появившийся на прилавках в 1994 году, знакомил читателя с зарождающейся культурой рейва. Каждый номер был максимально эклектичен во всех смыслах: на страницах соседствовали лонгриды про андеграундную музыку, эссе о том, как НЛО влияет на моду, откровенные рассказы школьниц и реклама против наркотиков. Встречалась и нецензурная лексика: запретов не было не только в том, о чем говорить, но и как это делать.

«Птюч» был частью одноименного клуба, где играли техно и транс — это во многом определяло и «философию», и характер работы команды. В журнале публиковали интервью с диджеями и молодыми дизайнерами, репортажи с разных тусовок (в том числе далеко за пределами «Птюча» и в принципе Москвы) — тексты больше походили на личные дневники, которые иногда вовсе было невозможно прочесть: статьи могли печатать черным шрифтом на черном фоне, а абзацы легко съезжали по верстке и как бы наслаивались друг на друга.

Несмотря на то, что «Птюч» будто бросал вызов всему глянцу, команда с охотой пользовалась типичными «глянцевыми» приемами: периодически здесь появлялись фотографии с подиумов мировых недель моды, вкладывали пробники — правда, не крема или парфюма, а средств контрацепции.

В отличие от своего конкурента, журнал «ОМ» не был ориентирован исключительно на клубную молодежь и считался более гламурным: на его страницах размышляли о моде, искусстве, поп-культуре — главред Игорь Григорьев говорил, что по выпускам «ОМ» можно будет «изучать новейшую историю нашей с вами страны».

Здесь появлялись заметки о войнах клана Гуччи, интервью с Владимиром Жириновским, статьи о модных трендах и о том, как пробраться на модную презентацию без пропуска. На обложках появлялись поп-звезды эпохи — от Ильи Лагутенко до Жанны Агузаровой.

Оба журнала прекратили существовать в начале нулевых. Сегодня главреды — Игорь Шулинский и Андрей Бухарин — преподают в высших школах, а иногда дают совместные лекции, ностальгируя по клубной культуре и глянцу 90-х.