Вчера в Смартклубе говорили о Уильяме Блейке и о его "Исааке Ньютоне". Сколько ассоциаций в нас пробудилось с первого взгляда на этот необыкновенный портрет! Первобытный человек, занятый наскальной живописью, нелепый моллюск, Адам, покинувший рай и оказавшийся в одиночестве перед лицом космической пустоты... Мы отмечали плавность линий и шершавость фактуры, чёткое геометрическое разделение композиции, перекликающееся с призмой, образуемой линиями рук учёного, и чертежом, а также странность пропорций человеческой фигуры. Однако дефекты рисунка не вызывали ни возмущения, ни отвращения. Куда важнее были вопросы: почему так необычно - обнажённым - изображён известный учёный? Что окружает его? Морской риф и глубины океана? Самый край земли и бескрайний Космос? Почему Исаак Ньютон, великий учёный, новатор своего времени, изображён именно так? В скрюченной позе, напряжённый, в процессе черчения? Картина вызвала любопытство, недоумение, ощущение авторской иронии, восхищение, дискомфорт, умиротворение и трепет - словом, противоречивые чувства.
Чем же занят человек на картине?
Конечно, всё наше внимание сосредотачивается на фигуре Ньютона, погруженного в работу. Прозвучало предположение, что художник намеренно изобразил своего героя в атлетической форме, стремясь таким образом передать силу его ума. Учёный строит модель мироздания, он очень сосредоточен. Его поза в линиях вторит рисунку на свитке. Диагональ света на полотне направлена к свитку - художник подчёркивает важность этого элемента, фиксирует значимость момента интеллектуального труда. И может быть поэтому свет отражен и на лице Ньютона. Тот буквально озарен собственной идеей. Он, как кладоискатель, который нашёл сокровище - истинное знание. Герой заключён в геометрическую формулу волей художника, и он же сам создаёт геометрическое разрешение, выводит закономерность из хаоса, противостоит темноте неведомого. И когда мы обсуждали всё это, казалось, что весь круг участников интуитивно стремится понять, защитить труд Ньютона, его упрямой попытки проверить алгеброй гармонию - тщетной попытки. Это его стремление одновременно вызывает понимание, но и отталкивает, во многом потому что сам Уильям Блейк был на стороне непостижимого Мироздания.
На третьем круге обсуждения мы пробовали ответить на вопрос: есть ли границы допустимого в творчестве?
Конечно, трудно ответить однозначно. Разумеется, есть границы холста, материалы для живописи имеют свойство кончаться. То, что способна выразить музыка, недоступно языку живописи и скульптуры, и сами мы подчас устанавливаем себе границы, растущие из личных страхов и сомнений, либо навязанные обществом. Сама человеческая жизнь конечна. Эпоха диктует творцу правила игры, цензурируя и отвергая, хотя, конечно же, очень хочется верить, что в этом и есть задача автора: разрушать границы, творить так, будто их не существует.
Разговор получился сложный, но живой, порождающий новые поводы для размышлений.
Спасибо!

-Мама, а что умеет делать болячка?
-Ничего - умеет заживать.
Я отвечаю не задумываясь, она переспрашивает:
-Чем она умеет заживать?
И пока я рассказываю про кровь, что она постепенно превращается в защитную корочку, которую лучше не трогать совсем, потому что под ней кожа лучше отдыхает и восстанавливается, сквозь неловкие лексические сцепления удивляюсь себе:
Почему я не сказала Юте, что болячка болит, кровит или учит осторожности? Почему первая взрослая мысль - "ничего она не умеет", но уж если болячке все-таки что-то уметь, то конечно - заживать?..

Говорили вчера в Смартклубе про "Автопробег" Петра Вильямса. И хотя картина понравилась не всем, вызвала у некоторых тревогу, совершенно точно она задела всех за живое. 
На что мы обратили в внимание с самого начала: на воздух, которого много, и на синее великолепие цветов, на линейную выразительность скорости. Кому-то пыль дороги показалась восторженной дымкой видения будущего, кому-то - гарким и душным выдохом. Кого-то голубая даль восхитила и заставила позавидовать умению жителей 30х годов мечтать. Кого-то композиция с несущимися в даль автомобилями погрузила в философские размышления о том, что потомкам хорошо известно, к чему этот восторг придёт, во что он выродился и вырождается сейчас. Мы восхитились сочетанием графического изображения и живописи, прозрачностью цветов, фантазийными формами автомобилей. Мы даже улыбнулись изумленному "взгляду" белого дома на заднем плане: гадали, что за эмоция на его фасаде, было ли намерением художника изобразить здание одушевленным, более выразительным, чем человеческие фигурки?
Общее впечатление от картины в нашем круге было противоречивым, от ужаса до восторга. И важную роль в нем сыграл странный образ парнишки на переднем плане. Мальчик укрощает жеребенка, как человек подчиняет новую эпоху?  Просто сдерживает его, чтобы тот не выбежал на проезжую часть? Или обе фигурки - символ деревенской жизни, остающейся на обочине времени? Символ природы, попранной увлеченным мечтой о прогрессе изобретателем?

Мы пытались определить: кто главный герой этой картины?
-время (как диалог современности художника и нашей жизни, как диалог реальности и времени на полотне)
-художник (как свидетель) 
-дорога (именно её изгиб, крутой поворот) 
-ребёнок с лошадкой (как герой будущего) 
-"глазастое" здание (как обалдевший зритель) 
-зритель, к которому автор обращается, предлагая занять в композиции картины свою позицию 
-скорость, которая всё равно переходит в ничто 
-мечта, фантазия, вера в лучшее 
-время как момент, совокупность событий
 
Мы размышляли о том, что изменилось в нашем восприятии жизни и роли человека по сравнению с тем временем? Это трудный, многосторонний разговор, который едва ли возможно уложить в один вечер, однако вот ряд наших замечаний:
-не изменилось ничего. Человек всё так же заворожен верой в прогресс. Его роль создателя осталась той же. 
- изменилось всё! Человек стал творцом миров, он обрёл способность вмешиваться в собственную природу, менять других, редактировать природу, идея "человекобожия" с тех пор окрепла. 
- роль человека не поменялась. Творцами в обществе всегда были единицы. А посредственность так и остаётся в массе. 
- прогресс дал нам с тех пор множество замечательных плодов для бытового комфорта и решения самых разных технических задач. Однако сделало ли это человека счастливым? Иными словами: автомобили достигли финиша, но где радость от этой победы? 
- мы перестали видеть будущее, создавать свои мечты, человек больше не мечтает 
- человек продолжает мечтать, но фокус его сместился на ближайшее будущее, на заботу о личном комфорте, значимым стало не общее благо и развитие, а свое собственное благополучие и счастье близких. Означает ли это, что человек перестал рефлексировать? Хорошо ли это? Мелочно ли? Должны ли мы это осуждать и стремиться к тому же, к чему стремились наши предшественники? - вопросы, достойные большой открытой дискуссии. 

Уже 18 марта новая Модерация, а я про прошлую не рассказала 🫠

Тем временем закончилась выставка "Между личным и коллективным" в Белгороде.

А 14 марта открывается выставка "Место силы русского севера" в усадьбе Спасское-Куркино в Вологде. Там можно будет увидеть мою работу "И было темно".
Не знаю, что получится за выставка, но для меня лично жест участия именно этой вышивки - дань памяти Николая Комягина. До сих пор не соберу слова от этой потери. Без него эта вещь была бы другой, а может и не была бы вовсе.

Три дня писала текст про впечатления от учёбы, устала от чувства, что всё не то.

Держите сказку

Какой вчера был хороший разговор про картину Василия Яковлева "Мастерская". Смешой, неловкий, сложный, проникновенный!
Ну конечно, все смотрели на девушку. Не обнаженную - голую. Не призрачную - живую, земную, розовую, и все же загадочно, жемчужно светящуюся.  Отмечали, что картина вся движется внутри, дрожит деталями, рябит слоями. Восхищались тем, как филигранно, в духе старых мастеров, Яковлев работает с живописью. Признавали, что не похоже это полотно на соцреализм, и на реализм не похоже. Изумлялись, как такой сюжет мог родиться в 30е годы. Рассуждали об аллегориях. Восхищались, смущались, тревожились скрытой пошлостью, смеялись в голос: нет, ну вы только посмотрите, какая выдумка (они рисуют девушку в альбомах, а она рисует губы сама на себе! Они создают картину, и она сама для себя - произведение искусства, при этом античные статуи, шедевры в золоченых рамах, пожелтевший череп, алый бархат - всё груда хлама в тени перед её ослепительностью, всё брошено к её ногам, всё теряет значение перед её живой непосредсьвенностью) Говорили также, что композиция - набор мемных представлений обывателя о работе художника (даже берет на одном из участников есть, вы поглядите, даже вот натура лежит, драпировки эти, мужчины, нарочито делающие вид, что они исключительно заняты рисованием). И всё же здесь "бродячий" сюжет о художнике за работой, сюжет о художнике и натурщице совсем не прост.
Что они рисуют?
-судя даже по тому, что захотел изобразить в альбомах своих героев сам автор, - ничего.
Но ведь и правда, они как будто только приступают к рисунку, застыли, ловя впечатление. А за спиной у девушки и вовсе стоит не художник, а, возможно, поэт, декламирующий нечто, воспевающее её красоту. Другой герой без альбома в руках, тот, что на заднем плане, держит в ладонях маску Медузы Горгоны. И здесь любопытная параллель. Медуза окаменела, увидев отражение в отполированном щите Персея. Наша героиня картины тоже смотрится в крошечное зеркальце. Неужели вот-вот натурщица "окаменеет", чтобы позволить мастерам запечатлеть себя?.. Впрочем, возможно, они ничего не рисуют, потому что только делают вид, что им интересен процесс зарисовки натуры, а на самом деле все они - отражение мужского интереса к женскому, женственному. И действительно, будто и модель не модель, и художники - не только художники, но и поэты, мыслители, обыкновенные мужчины, желающие разгадать её тайну. Может быть, их интересы низменны, но можно представить и то, что однажды её образ будет приковывать взгляды многих и многих в огромных музейных залах. А для этого нужен совершенно иной уровень внимания, совершенно другой взгляд. Взгляд ли это самого автора, аллегорчески разделенный, или это его стороннее наблюдение - неизвестно, однако в центре внимания все равно эта манкая загадка, ничем не прикрытая, но непостижимая. 
А что вообще делает произведение искусства гениальным?
Этот вопрос сначала всех привёл в замешательство. Было трудно ответить, ведь само понятие гениальности затерто - мы субъективно зачастую применяем его ко многим вещам, забывая о том, что такие сильные определения стоит беречь для особого случая... И всё же. 
Начали мы извне, с позиции зрителя: гениальным произведение называют люди, причём не всегда современники, даже скорее не они, а потомки, которым доступно и проанализировать временной контекст, и наработать насмотренность, чтобы выделять одни произведения, оставляя иные в тени. Мы можем ошибаться, принимая популярное за гениальное. Мы можем различать гениальность мастерства и гениальность открытия в процессе развития истории искусства, да и оценка может со временем меняться. Однако дальше фокус нашего обсуждения сместился на самого автора. Ведь есть Судьба, и так бывает, что брошен жребий, и кому-то по нему выпадает остаться в истории гением. Но вот что ещё более важно, так это внутренняя жизнь самого человека, ведомая свыше. И мы говорили о том, что гений оказывается способен разглядеть божественный замысел о себе и донести свой потенциал в материальный мир, дать почувствовать Его присутствие другим людям и тем запомниться. 

#модерации@chiginitra

В школе ШОВ, в которой я сейчас учусь, писали эссе.
Положу его здесь на память.
https://drive.google.com/file/d/1CkwL49pPgCXvBO9DyvTdcVkn__s219b7/view?usp=drivesdk

*Нужно было отразить в тексте свою творческую практику