Бывают такие встречи, когда говорить друг с другом о личном, о трудном, вдруг получается удивительно свободно. Таким получился вчерашний разговор о "Поэте и художнике" Джорджо де Кирико. Картина заинтересовала всех первого взгляда. Пусть кого-то она встревожила, даже вызвала зудящее чувство отторжения своей странностью, но за этим пришли любопытство, интерес к сложности в простоте, завороженность и даже чувство приятной меланхолии. Пространство здесь и правда выстроено очень необычно! Ограниченность пола и потолка не давит, но помогает взгляду двигаться дальше, в бесконечность пейзажа, в котором автор цитирует сам себя. Зарифмованные детали: окна, скульптуры, лица и их отсутствие, ритмы диагоналей и ограниченная цветовая гамма, обратная перспектива стола, нарочито проработанные подробности - вот что привлекло наше внимание с самого начала. Но главное - множество вопросов: кто здесь художник, а кто поэт, или это всё - одна личность? Если между двумя фигурами происходит диалог, то о чем он? Мы внутри? Снаружи? Зачем автору такое количество культурных отсылок? Почему ножки стола больше похожи на человеческие ноги, чем нижние конечности у фигуры, сидящей спиной к зрителю? Новые вопросы возникали весь вечер по мере рассмотрения деталей и рассуждения о символах. Во втором круге обсуждения мы размышляли о том, что может означать наличие лиц у скульптур и отсутствие лиц у героев картины? Вот некоторые идеи:
-так автор отрицает классическое культурное наследие, изученное и понятное. Лицо будущего же пока неизвестно, его только предстоит открыть.
-в пространстве картины всё конкретизируется, и через отсутствие лиц художник хочет показать, что человек изменчив, а окружающий материальный мир, напротив, меняется слишком медленно.
-такое решение могло бы свидетельствовать и о неготовности человека, незавершенности его облика перед Вечностью, тогда как произведения искусства должны иметь лицо - они отражение творца в данный период.
-возможно, автор говорит на языке образов своего подсознания, и перед нами игра сновидений, где все размыто и никогда не бывает ясности.
-эта картина - "идея от первого лица", самонаблюдение, а значит лица субъекта нельзя увидеть, он сам - объектив, мы смотрим его глазами.
В третьем круге мы обсуждали всё, что мешает творческому началу в нас проявиться. И то ли эта тема остра для каждого всегда, то ли художников в нашей компании было много, но кажется, что именно этот вопрос сблизил круг и подарил возможность услышать другого и подумать вместе "а как преодолеть...?". Вот что мы перечислили: лень, сама жизнь с её бытовыми препонами, собственная личность, телесность, сосуществоаание с другими, самоцензура, чувство несвободы, отсутствие свободы, страх провала, отсутствие дисциплины, чувство собственной важности, а в некоторых случаях и медикаменты. Но в картине де Кирико, кажется, чудесным звоном звенит целая связка ключей, отпирающих все эти засовы: правильно было отмечено, художнику на момент написания полотна уже 87 лет. И этому человеку откровенно плевать на то, насколько технично, логично, понятно, правильно написана его работа. Он разворачивает центральную фигуру спиной к зрителю, и создание будущего произведения из геометрических форм, острых углов и загадочных отверстий - загадка для зрителя, но и ответ: творить нужно без оглядки. Нужно, чтобы художник был в диалоге с собой настоящим, лишенным бытовых, социальных, каких - либо ещё условностей. Нужно, чтобы он сообщался с мировой культурой, беря за основу и отвергая её когда нужно. Нужно, чтобы даже в замкнутом пространстве одной личности, одного холста, был чудесный и ясный свет, подчеркивающий тени и формы, диктующий ритм движения мысли - открытая дверь, отсутствующая стена, оживляющий взгляд.
Спасибо всем за этот замечательный разговор.
Было здорово!

#модерации@chiginitra #модерации

Началось с того, что брат Ванюша дал послушать "Любовь" Бонда с кнопкой, и я впервые, представляете, захотела повторить собственную работу, первую мою вышивку, Волков и воронов. Всю ночь думала о них, о том, где-то они сейчас, кто на них глядит и какими глазами. Может быть, правда сейчас для них самое время. Подумаю ещё.
Для меня сейчас хорошо рифмуется

Истину ты высыпи на чистые простыни
Звери ли мы, верили ли во что-либо, что-либо
Кроме любви, кроме любви?

и

Может правда, что нет путей, кроме торного
И нет рук для чудес, кроме тех, что чисты
А все равно нас грели только волки да вороны
И благословили нас до чистой звезды

Ноябрь всегда - такое чувство, знаете, "хочется встать и уйти".
Мой обыкновенный отходняк после большой вышивки, который длится неделю - две, сейчас тянется как-то особенно туманно. Больше кручу мысленно формы и значения, чем на самом деле делаю хоть что-то.

Мысль, которая владеет мной все последние дни: возможно ли сделать так, чтобы предмет изобразительного искусства овладевал человеком так, как способна музыка.

У изображения тоже есть композиция, настроение, ритм, но протяжённость во времени, желание повторить, само присвоение всегда на совести того, кто будет вглядываться или пройдёт мимо. Почему? Почему музыку я могу остервенело слушать по кругу и носить внутри, даже когда она выключена, а ни одно изображение - нет? Вроде очевидная штука, но я вдруг уперлась в это и почувствовала.. Обиду?

~Задача, которая, возможно, на самом деле не имеет смысла~

Оставлю себе возможность потом в этом разочароваться, но я бы вообще хотела однажды почувствовать, что преодолела те границы, какие есть у методов изо.

Кстати, если у вас есть опыт фиксации на произведении изобразительного искусства, расскажите о нем, пожалуйста, тут 👇

Когда делала наброски к "Колыбельной миру", думала, как должна бы выглядеть моя Весна.
Не хотелось рисовать красавицу, окруженную цветами с открыток к Восьмому марта или картинок к "Сказкам для девочек". Я нарисовала для развлечения несколько таких образов с нежными личиками и полуулыбками, но всё было не то.

Долгожданный ребенок приходит в мир большеголовым и красным, он плачет и жмурит глазки. А всё равно он - клятва, зов и колыбельная, чудесный сон, где она прижимается носом к ледяной прозрачности, теплым дыханием и маленькими пальчиками отогревает себе оконце.

Я нарисовала Весну такой, какой она могла бы быть и в стихах Овсея Дриза.
И такой, какой она предстаёт в песне Генриха Сапгира. Загадочной, юной и неудержимой, как загадка и юность.

Дикая и беспечная, одной крови с несущими ее конями, одной крови с черной птицей на запятках ее зеленой кареты. первобытная и повторенная с начала времен миллионы солнечных раз.

Приходящая, чтобы каждый на свете снова ощутил себя тем самым ребёнком.

Оформляю работу. Решила писать текст на раме. Маленькая я часто подписывала, что где нарисовано.

Иногда это были буквы и цифры сами по себе, "потренироваться"

Были объявления и записки. Взаимодействие со зрителем, такскзть

Случались многофигурные композиции с указаниями, кто где

Самое классное - когда надпись заполняет изображение. Как будто предмет - буквально НАЗЫВАЕТСЯ, ЗАПОЛНЯЕТСЯ СЛОВОМ

Мои любимые - карты с обозначениями существующих и выдуманных мест, самодельные энциклопедии и атласы и (!!!) нарисованные экспонаты для палеонтологического музея с подписями.
Ещё были целые записанные истории, но без картинок. Их надо отдельно рассматривать.

На раме будет текст песни, не моё произведение. Моё будет внутри.

Думаю, писать ли своим почерком или попробовать имитировать детский. Тренируюсь. Если честно, не получается ни фига:) Маленькая я делала всё намного изящнее, хотя ей наверняка было гораздо труднее.

Записи из уже далёкого августа 22го, когда мама прислала мне тонну отснятых моих детских рисунков. Я раскладывала их по компьютерным папкам и думала, что надо бы сделать серию работ по мотивам. Мысли на этот счёт до сих пор накапливаются. Не быстрое дело:(

Зеленая карета, полная версия, Игорь Белый, Евгения Славина, концерт в ОАЗИСе, Обнинск
https://youtu.be/VlAWfH2jRCo