...всех их, крылатых и шипастых, покрытых ороговевшими шишками, зубастых, когтистых, - всех Земля укрыла, укутала нежным пледом зелёных побегов: Спите, дети...
Лишь только появившиеся на свет, еще совсем розовые, не отрастившие клыков и когтей существа были свидетелями того, как эта любопытная Звезда пронеслась в небе. Ей всё хотелось поглядеть на прекрасных гигантов, бродивших в травах и цветах невиданного безбрежья. Сверкающим, жаждущим взглядом впивалась жаркая, остроконечная, в луга и холмы, но не встретила никого. А если бы встретила - упали бы они в залитых светом полях под огненным жаром её прикосновений. Неузнанные, неистреблённые, уснули они в синей темноте, любимые дети древних времён.
___
Вышивка на льне
107х60 см
2022 год
Лишь только появившиеся на свет, еще совсем розовые, не отрастившие клыков и когтей существа были свидетелями того, как эта любопытная Звезда пронеслась в небе. Ей всё хотелось поглядеть на прекрасных гигантов, бродивших в травах и цветах невиданного безбрежья. Сверкающим, жаждущим взглядом впивалась жаркая, остроконечная, в луга и холмы, но не встретила никого. А если бы встретила - упали бы они в залитых светом полях под огненным жаром её прикосновений. Неузнанные, неистреблённые, уснули они в синей темноте, любимые дети древних времён.
___
Вышивка на льне
107х60 см
2022 год
❤10👏3🥰2
Когда Олег Арнаутов, куратор "0906", предложил мне выбрать и подать какую-нибудь из работ, я подумала, что лучше "Сказки о Земле" ничего не смогу предложить сейчас.
Была идея "выпустить что-то, что дремлет в нас помимо того, какими мы являемся в мир со своим артлицом".
Про дремоту, сокровенность, отличную от явного, желание проявить себя в ином свете мне сейчас очень понятно.
Такой период: мучительно трудно даются тексты. Я не рисую ничего. Любой свободный отрезок времени начинается с осознания, что он свободный. Потом я чаще всего сплю, а когда просыпаюсь, то уже пора снова браться за всяческие малышовые дела. Засыпаю с обрывками текстов на языке и в ушах, с картинками на изнанке век и на кончиках пальцев. Но толку? Начиталась сказок Андерсена и начала (начала!) новую большую вышивку, но уже два месяца не могу ничегошеньки на эту тему сказать. Онемение, несмотря на более-менее публичную жизнь (выставки - то идут! Уже третья в этом году, для меня это уже много, тем более, с младенцем на руках), пугает.
Сказка о Земле - лучшая моя работа о потаенном детстве, о том, что каждый забирает с собой в путь, "выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество". И пока я сплю и "сплю", выпустить заново этого воздушного змея, этого цветастого птерозавра - значит хоть немножко позвучать: я есть, я здесь и сейчас продолжаю жить, я сохраняю себя для будущего.
*фотографии с разницей в полтора года. На первой готовлюсь к "Потайному Шву", вышиваю Сказку о Земле в палеомузее. На второй мы с мужем и дочкой празднуем жизнь🩵
Была идея "выпустить что-то, что дремлет в нас помимо того, какими мы являемся в мир со своим артлицом".
Про дремоту, сокровенность, отличную от явного, желание проявить себя в ином свете мне сейчас очень понятно.
Такой период: мучительно трудно даются тексты. Я не рисую ничего. Любой свободный отрезок времени начинается с осознания, что он свободный. Потом я чаще всего сплю, а когда просыпаюсь, то уже пора снова браться за всяческие малышовые дела. Засыпаю с обрывками текстов на языке и в ушах, с картинками на изнанке век и на кончиках пальцев. Но толку? Начиталась сказок Андерсена и начала (начала!) новую большую вышивку, но уже два месяца не могу ничегошеньки на эту тему сказать. Онемение, несмотря на более-менее публичную жизнь (выставки - то идут! Уже третья в этом году, для меня это уже много, тем более, с младенцем на руках), пугает.
Сказка о Земле - лучшая моя работа о потаенном детстве, о том, что каждый забирает с собой в путь, "выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество". И пока я сплю и "сплю", выпустить заново этого воздушного змея, этого цветастого птерозавра - значит хоть немножко позвучать: я есть, я здесь и сейчас продолжаю жить, я сохраняю себя для будущего.
*фотографии с разницей в полтора года. На первой готовлюсь к "Потайному Шву", вышиваю Сказку о Земле в палеомузее. На второй мы с мужем и дочкой празднуем жизнь🩵
❤10🥰2👏1
Начало новой работы
-Это всегда шаг в пропасть. Я могу долго продумывать эскиз, несколько месяцев или даже пару лет носить его в голове, переносить со случайной салфетки в блокнот, из блокнота в другой, потом, уже на ткани, понять, что он никуда не годился, и останется только идея, сам сюжет, а композиция проявится прямо на ткани, без следа карандаша и мела.
-Это всегда праздник. Как и окончание, начало работы я ощущаю торжественно и облегченно. Эскиз дошёл до пяльцев! Я больше не чувствую себя бездельной и нерешительной! Цвета ниток набраны, часть даже нарезана для скорости обращения! О, как красиво это будет! Новая многослойная смысловая конструкция, новая игра в символы, новое высказывание, как новое путешествие. Я ввязываюсь в него, влипаю в историю, запутываю сама себя, чтобы потом долго и увлечённо выпутываться. И, как на городском празднике, в шумной толпе, в рою стежков и ощущений, можно оглохнуть, можно почти задохнуться, если потерять нить повествования.
- поэтому начало новой работы я ощущаю, простите, как подготовку к написанию диссертации. У вышивок, которые я придумываю, есть обширная "теоретическая" база. Я подбираю тексты, перебираю их на языке, прощупываю под небом, глотаю и выдыхаю, закусываю нить, смачиваю кончик, продеваю в иглу, пронизываю ткань. Начало работы над вышивкой - это перенасыщение текстом настолько, что сил больше нет умещать его в маленькой человеческой голове. У каждой нити есть завязка и развитие, у каждого движения иглы - кульминация и развязка. У работы в конце будет название и глоссарий. Но до них нужно будет идти через главы и подглавы, параграфы и сноски - и я укладываю их на ткани слой за слоем, уровень за уровнем.
- новая работа - это яркая вспышка. Её надо делать, пока глаза не начали различать окружающие предметы, быт, мелкие необходимости.. Поэтому я так злюсь и тоскую порой, потому что ослепление может не наступить снова, и автору не дано знать, сколько раз и какой силы будут ещё его озарения.
Очень страшно перестать делать.
Да здравствует новая работа!
-Это всегда шаг в пропасть. Я могу долго продумывать эскиз, несколько месяцев или даже пару лет носить его в голове, переносить со случайной салфетки в блокнот, из блокнота в другой, потом, уже на ткани, понять, что он никуда не годился, и останется только идея, сам сюжет, а композиция проявится прямо на ткани, без следа карандаша и мела.
-Это всегда праздник. Как и окончание, начало работы я ощущаю торжественно и облегченно. Эскиз дошёл до пяльцев! Я больше не чувствую себя бездельной и нерешительной! Цвета ниток набраны, часть даже нарезана для скорости обращения! О, как красиво это будет! Новая многослойная смысловая конструкция, новая игра в символы, новое высказывание, как новое путешествие. Я ввязываюсь в него, влипаю в историю, запутываю сама себя, чтобы потом долго и увлечённо выпутываться. И, как на городском празднике, в шумной толпе, в рою стежков и ощущений, можно оглохнуть, можно почти задохнуться, если потерять нить повествования.
- поэтому начало новой работы я ощущаю, простите, как подготовку к написанию диссертации. У вышивок, которые я придумываю, есть обширная "теоретическая" база. Я подбираю тексты, перебираю их на языке, прощупываю под небом, глотаю и выдыхаю, закусываю нить, смачиваю кончик, продеваю в иглу, пронизываю ткань. Начало работы над вышивкой - это перенасыщение текстом настолько, что сил больше нет умещать его в маленькой человеческой голове. У каждой нити есть завязка и развитие, у каждого движения иглы - кульминация и развязка. У работы в конце будет название и глоссарий. Но до них нужно будет идти через главы и подглавы, параграфы и сноски - и я укладываю их на ткани слой за слоем, уровень за уровнем.
- новая работа - это яркая вспышка. Её надо делать, пока глаза не начали различать окружающие предметы, быт, мелкие необходимости.. Поэтому я так злюсь и тоскую порой, потому что ослепление может не наступить снова, и автору не дано знать, сколько раз и какой силы будут ещё его озарения.
Очень страшно перестать делать.
Да здравствует новая работа!
🔥8❤🔥2
25го июня будет встреча с художниками, авторами выставки "0906".
19.00, Калашный переулок, 2/10, галерея "Нигде Кроме".
Думаю, встретимся там🌿
За фотографии большое спасибо дорогой Алле Бединой!
19.00, Калашный переулок, 2/10, галерея "Нигде Кроме".
Думаю, встретимся там🌿
За фотографии большое спасибо дорогой Алле Бединой!
❤7👍3👏2🥰1
Я сделала их уже штук шесть, наверное за три года. И сказку про него хочу сейчас перечитать:
Лязг железа, детский смех, шуршание соломы, собачий лай - он брёл всё дальше и не чуял больше их живительной беспечности.
Львы умеют втягивать и выпускать когти, но зачем тебе когти на пустом цветущем лугу?
Красный - цвет опасности и отваги. Это призыв и сигнал, но почему же так тяжелеют веки?
Лепестки маков реют над его склоненной головой знаменами, на которых красным на красном выжжено всё, от чего он бежал
Льву снятся пространные зелёные залы, яркий свет и горячее прикосновение, от которого не отвернуться и не убежать
Лето проходит, иссякает органная музыка в пчелиных ульях. Сухие головки маков звенят на ветру, хор их сливается в единый поток, он бурлит вековой сталью, массивным колоколом велит: осмммелллься!
Лев непременно проснётся, чтобы узнать, что он куда смелее, чем был, чем кажется и чем мог бы себе представить
Лязг железа, детский смех, шуршание соломы, собачий лай - он брёл всё дальше и не чуял больше их живительной беспечности.
Львы умеют втягивать и выпускать когти, но зачем тебе когти на пустом цветущем лугу?
Красный - цвет опасности и отваги. Это призыв и сигнал, но почему же так тяжелеют веки?
Лепестки маков реют над его склоненной головой знаменами, на которых красным на красном выжжено всё, от чего он бежал
Льву снятся пространные зелёные залы, яркий свет и горячее прикосновение, от которого не отвернуться и не убежать
Лето проходит, иссякает органная музыка в пчелиных ульях. Сухие головки маков звенят на ветру, хор их сливается в единый поток, он бурлит вековой сталью, массивным колоколом велит: осмммелллься!
Лев непременно проснётся, чтобы узнать, что он куда смелее, чем был, чем кажется и чем мог бы себе представить
❤10