У людей с фашистскими взглядами (сами себя они обычно называют националистами или там патриотами) есть одна общая черта, не зависящая ни от региона, ни от эпохи: это чудовищное невежество, в том числе в части истории и культуры родной страны. Прочитала тут у итальянского писателя Коррадо Ауджиаса уморительную историю, но перед тем, как ее рассказать, нужно сделать два маленьких отступления.

Во-первых, как вы наверняка помните, по легенде основателей Рима, Ромула и Рема, вскормила волчица. Но еще в древности этой неправдоподобной легенде было найдено рациональное объяснение. Тит Ливий писал, что младенцев нашла и спасла женщина по имени Ларенция, которую местные пастухи прозвали 'lupa', то есть блудница. Это латинское слово означает также и волчицу.

Во-вторых, итальянские националисты, как и всякие другие, были помешаны на идее возрождения былого величия, а Муссолини бредил новой Римской империей.

Так вот история. Юношеская организация, объединявшая детей и подростков при фашистском режиме в Италии, называлась figli di lupa, то есть "сыны волчицы".

Ну, или "шлюхины дети". Как вам больше нравится.

А по поводу того, что “ах божечки ж ты, фашисты дичь необразованная и не в курсе, что lupa=шлюха” - не надо далеко и долго ходить куда-то вглубь, достаточно погуглить очень поверхностно. А с гуглом, как мы поняли еще на примере великой культурной журналистки Джипси Лили с ее финскими веслами, журналисты тотально не умеют.

В очередной, бесконечно тысячный раз убеждаюсь, что одна общая черта у журналистов, не зависящая ни от региона, ни от эпохи, - это чудовищное невежество. И нежелание с ним что-то делать.

Даже тут все ясно-понятно
https://youtu.be/8BIJaDiR5KE

Несложно ответить. Кали-Юга.

Скажите пожалуйста, а зачем мир ёбнулся? Ведь какая-то цель должна быть. Мотивация некая. Ведь не может же быть что вот просто так мир взял и ёбнулся.

Ну что, все уже готовы расчехлить ремни из сыромятной кожи, чтобы хлестать женщин ради духовного очищения во славу прекрасного праздника Луперкалий?

Сегодня буду писать о самых странных и прекрасных, на мой взгляд, историях любви.

***
Cимонетта Веспуччи и Лоренцо Медичи

Лоренцо Великолепный так описывает чувства, охватившие его после смерти прекрасной Симонетты, о которой он узнал, находясь в Пизе. Лоренцо пишет, что прочитав письмо, он вышел в сад: «Была ночь, и мы с моим дражайшим другом шли вдвоем, беседуя о поразившем нас несчастье. Погода была ясная, и мы, беседуя, увидели на западе сверкающую звезду, столь яркую, что она своим сиянием затмила не только другие звезды, но и прочие светила, померкшие в её свете. Любуясь той звездой, я обернулся к другу своему и сказал: Не удивимся мы, если душа этой дивной дамы превратилась в новую звезду или же, вознесясь, соединилась с ней».

Также он рассказывает о её похоронах: “С непокрытым лицом несли её из дома до склепа, и много слез она заставила пролить тех, кто видел её… Она внушала сострадание, но также и восхищение, ибо в смерти превосходила ту красоту, которую при жизни её считали непревзойденной. В её облике явилась истина слов Петрарки: Прекрасна смерть на лике сем прекрасном”. Она похоронена в семейной капелле Веспуччи в церкви Оньиссанти (chiesa di Ognissanti) во Флоренции (построена членом рода Веспуччи в 1383 году). (Джулиано погиб ровно через два года после её смерти, тоже 26 апреля, в результате заговора Пацци).

Симонетта Веспуччи и Боттичелли

Считается, что Симонетта никогда вживую не позировала Боттичелли (напомню, что самый известный ее портрет - с рыжими косами и ожерельем из змей писал Пьеро ди Косимо), но он был так поражен ее образом, что рисовал ее почти везде.
В. Липатов пишет: «Боттичелли был глубоко несчастлив и счастлив одновременно. Был он, что называется, не от мира сего. Мечтательно пуглив, алогичен в поступках и фантастичен в суждениях. Верил в озарения и не заботился о богатстве. Не построил своего дома, не свил семьи. Но он был очень счастлив тем, что умел запечатлевать в своих картинах проявления Красоты. Он превращал жизнь в искусство, и искусство становилось для него подлинной жизнью». «Портреты женщин редко встречаются у Сандро Боттичелли, но он воспел и прославил Симонетту Веспуччи — женщину, знаменитую своей красотой и любовью. Она была возлюбленной другого человека — Джулиано Медичи. Она — сама Красота, царица всемогущего искусства. И оттого с такой болезненной страстью греет Боттичелли руки у чужого костра. И оттого говорит о Симонетте Веспуччи то, что никогда еще не было сказано ни об одной женщине»

#misc

В самой первой книге, написанной Питером Хегом, автором “Смиллы и ее чувства снега”, есть рассказ о девушке-физике, исследовавшей закон сохранения любви. Не буду рассказывать суть, “Ночные рассказы” стоят того, чтобы их прочитать. Но это одна из самых прекрасных историй о любви, которую я читала.

***
Сам я давно уже перешагнул границу тени и давным-давно понял, что могу лишь всякий раз пытаться иначе формулировать одни и те же немногие вопросы, на которые не существует ответа.
Одним из таких вопросов является, опять-таки, загадка о том, почему безусловно существуют женщины, которые плывут по жизни, словно лосось вверх по водопаду: сверкающей перламутровой световой дугой, без всяких усилий — так, что кажется, они скользят над поверхностью, никогда не соприкасаясь с теми слоями жизни, которые тянут всех нас остальных вниз.
(...)
За этими прорывами в будущее теории Шарлотты о прошлом были забыты, и один лишь Нильс Бор в течение целого ряда лет — впрочем, всё реже и реже — мог внезапно поднять голову и с каким-то испугом во взгляде сказать: «Нам не следует забывать о Шарлотте Гэбель и её законе сохранения любви».

П.Хег «Ночные рассказы»

Лучшая валентинка ever!
https://www.youtube.com/watch?v=zuuObGsB0No

Бог-Император Дюны, Лето Атрейдес и Хви

Для Лито, глядящего на стоявшую перед ним Хви, ни на йоту не помогало
сознание того, что у него больше нет черепа, что бывшее некогда его мозгом
теперь представляет собой мощную паутину ганглий, распространившуюся по
всему его телу предчервя. Ничего не помогало. Он так и ощущал боль там,
где некогда был расположен его мозг, он чувствовал, как пульсируют жилы
его черепа.
Просто стоя вот так перед ним, Хви взывала к его потерянному
человеческому. Для него это было слишком, и он простонал в отчаянии:
- Почему твои хозяева мучат меня?
- Владыка?
- Тем, что прислали тебя!
- Я не стала бы причинять Тебе боли, Владыка.
- Само твое существование причиняет мне боль!

Она удалилась тихо и спокойно, но Лито видел, что и Хви тоже
мучается. Нельзя было не разглядеть ее искренней скорби по тому
человеческому, чем пожертвовал Лито. Она понимала то же, что и Лито: они
могли бы быть друзьями, любовниками, партнерами в том наивысшем
сопричастии между полами. Ее хозяева запланировали для нее осознание
этого.
"Икшианцы жестоки!" - подумал он. - "Они знали, какова будет наша
боль".

Мато и Саламбо (Сафанбаал)

Была странная кровавая история о дочери Гамилькара и беглом ливийском рабе, который поднял целое восстание - для того, чтобы увидеть ее еще раз. И еще раз. Раз в год я обязательно перечитываю "Саламбо". Про то, как огромный ливиец метался в любовной лихорадке в военной палатке, как беглый раб вытирал пот с его лба, и как ливиец в бреду шептал ему о том, что "она вся окутана облаком благодати". О том, что "когда она идет - это я иду". И о том, как он хочет убить ее, как ненавидит за ту странную сладкую боль и власть, которую она имеет над ним.

И как закончилось все потом.

***
Какой-то человек бросился к трупу. Хотя он был без бороды, но на нем
было облачение жрецов Молоха, а у пояса - нож, которым жрецы разрезают
священное мясо жертв; нож заканчивался рукоятью в виде золотой лопатки.
Шагабарим одним ударом рассек грудь Мато, вырвал сердце, положил его на
лопатку и, поднимая руки, принес в дар Солнцу.

Солнце садилось за водами залива; лучи его падали длинными стрелами на
красное сердце. И по мере того как прекращалось его биение, светило
погружалось в море; при последнем его трепетании оно исчезло.

Тогда из залива до лагуны, от перешейка до маяка все улицы, все дома и
все храмы огласились единым криком; несколько раз крик затихал, потом
снова раздавался, здания дрожали от него. Карфаген содрогался от
титанической радости и беспредельной надежды.

Нар Гавас, опьяненный гордостью, обнял левой рукой стан Саламбо в знак
обладания ею; правой рукой он взял золотую чашу и выпил за гений
Карфагена.

Саламбо, подобно своему супругу, поднялась с чашей в руке, чтобы тоже
выпить. Но она тут же опустилась, запрокинув голову на спинку трона,
бледная, оцепеневшая, с раскрытыми устами. Ее распустившиеся волосы
свисали до земли.

Разбавлю картинками.
Kinuko Y (b,1940)- Lovers in Woods #tarot #lovers #art

Очень долго искала эту фотографию, она мало того что почти 15летней давности, так еще и пленочная.
А еще совершенно случайная и вообще не иллюстрировавшая никакой магический символизм.
Но как-то потом я ее откопала и поняла, что это прекрасный минималистичный 6й аркан.
Опять же, я всегда рассматриваю Lovers в первую очередь как душевную дисгармонию и момент выбора. Несмотря на то, внешне все может быть глянцево.

“Влюбленные” всегда предвещают некий разлом, конфликт с самим собой. На данный момент человек находится на распутье, ему предстоит действительно сделать важный шаг, так как неправильный выбор повлечет за собой немалые испытания.
#tarot #lovers

VI #tarot

И последняя на сегодня странно-прекрасная любовная история

О гордом Костелло, дочери МакДермота Уне и злом языке (Уильям Батлер Йейтс).

Так лежал он всю ночь и весь следующий день, и звал, и звал Уну, а когда настала третья ночь, он забыл, что тело ее лежит под ним в земле, и знал только то, что Уна где-то рядом и не хочет к нему прийти. Перед самым рассветом крестьяне слышали страшный голос Костелло, и он кричал громко: - Если ты не придешь ко мне, Уна, я уйду, и никогда не вернусь.- И не успел он это выкрикнуть, холодный вихрь пронесся над островом, и он увидел женщин-сид, мчавшихся мимо; и потом он увидел Уну, но уже она не улыбалась, она быстро, сурово прошла мимо и, проходя, ударила его по лицу и закричала: - Ну и уходи и никогда не возвращайся! И Костелло поднялся на ноги, он ничего не понимал, понимал только, что он рассердил свою милую и она прогоняет его, и он вошел в воду озера и поплыл. Он плыл, но члены его будто отяжелели и не держали его на плаву, и, совсем немного проплыв, он, не противясь, пошел ко дну. На другой день рыбаки нашли его в прибрежных камышах на белом озерном песке и отнесли в дом. И крестьяне по обычаю попричитали над ним и положили его в монастыре на Инсула Тринитатис, где лишь порушенный алтарь разделял его с дочерью МакДермота Уной, и посадили над ними два ясеня, и потом эти ясени сплели свои ветки и смешали листву.

А это замок МакДермотов на озере Лох Ки, где жила Уна (Oona)
The Mac Diarmada were the ruling dynasty of Magh Luirg (Moylurg; northeast Connacht) from the 10th to 16th centuries. A castle stood on this island from the 12th century: in 1184, the Annals of Loch Cé report that a lightning bolt caused a fire

Цезарь о лосях

27. Водятся и так называемые лоси. Строением тела и пестротой они похожи на козлов, но несколько больше их, рога у них тупые, а ноги без связок и сочленений. Поэтому они не ложатся, когда хотят спать, и раз они почему-либо упали, то уже не могут ни стать на ноги, ни даже приподняться. Логовище им заменяют деревья: они к ним прислоняются и таким образом спят, немного откинувшись назад. Как только по их следам охотники откроют их обычное убежище, то в том же месте они либо подкапывают все деревья в корне, либо надрезывают их, но настолько, чтобы вообще казалось, что они крепко стоят. Как только лоси, по обыкновению, прислоняются к этим непрочным деревьям, они валят их своей тяжестью и вместе с ними падают сами.

“Записки о Галльской войне”, книга VI

 #books

Ненадертальцы vs денисовцы?

Вчера во время разборок в кафе ‘Неолит’ нападавшие открыли огонь по Росгвардии.

во время разборок в кафе Неолит
во время разборок в кафе Неолит
во время разборок в кафе Неолит
во время разборок в кафе Неолит

а разгадка одна - безблагодатность

Full Moon Up high ~
Yoshitaka Amano
#открытки_для_ортеженьки

Бывает еще круче: я вчера жаловалась Лизе на то, что я даже не могу ей нормально на себя пожаловаться за деньги