Чат трансляции для ваших вопросов и мыслей

И ещё одно.

Сегодня на Архипелаге в формате "Завтрак на острую тему" мы выступали вдвоём с замминистра промышленности РФ Василием Шпаком. Тему предложил я, и она была про то, как разработчикам беспилотников перепрыгнуть "долину смерти" — путь от полнофункционального прототипа и выпускаемого кустарно изделия к промышленной серии (хотя бы малой). И там было несколько тезисов, которые хотелось бы отфиксировать для канала.

Первое. "Рейтинг дронификации регионов" — достаточно опасное решение. Конкурируя за позицию в рейтинге, губернаторы будут давить на свои НПЦ на предмет того, чтобы разработки и решения оставлять у себя в регионе — это сделает утопией любое межрегиональное сотрудничество. Вообще, любые рейтинги — это про конкуренцию, а не про взаимодействие. Это ровно то, о чём говорил мой визави, когда говорил о том, что условные китайцы для нас всегда партнёры, а свой же брат разработчик-производитель, но "из другого села" — неизбежно конкуренты. Это можно поправить, но только если резко повысить вес такого критерия в рейтинге, как вовлечённость в межрегиональное взаимодействие, о чём пока никто не говорит.

Второе. Психология разработчика — он сделал изделие (возможно, даже удачное, но в одном экземпляре) и уже мыслит себя джобсом-гейтсом-цукербрином, и его запрос на потенциального инвестора вчерне выглядит так: "дай денег и вали отсюда". Таких инвесторов не бывает. Если это государство, то оно приводит вместе с деньгами процедуру проверки-перепроверки-документирования-согласования, которая будет отнимать львиную долю времени, энергии и внимания. Если это частник, то у него с гарантией будут свои представления о прекрасном, почти никогда не совпадающие с представлениями разработчика.

Третье. Минпром говорит нам: вы, региональные НПЦ, вообще не должны сами заниматься разработками. Ваша роль и функция — создавать инфраструктуру и экосистему, которой будут пользоваться другие (частные) разработчики, быть для них провайдером различных форм господдержки и вообще окном в большой мир. Я на завтраке про это ничего не сказал, но, что называется, затаил. Потому что "Ушкуйник", с одной стороны, такую стратегию и выбрал: даже то, что рождается "в недрах" самого НПЦ, потом отдаётся резидентам, чтобы они дальше развивали темы. Но с другой — все наиболее успешные наши проекты это результат получения и осмысления нами "обратной связи" с фронта (он же рынок, если в гражданском языке), и переформулирования этого в язык первичных технических заданий для разрабов. Если бы мы ограничивались только ролью "инфраструктурной площадки", куда приходит и конь с копытом, и рак с клешнёй — скорее всего, мы превратились бы в стандартный "институт развития", с соответствующим результатом.

Ну и четвёртое. Надо придумать, как может быть реализована модель open source hardware в наших широтах. В самом примитивном виде она уже есть — люди друг другу stl-ки спокойно пересылают для 3D-печати и норм. Но на этом уровне она и осталась. Всё, что сложнее — та же псевдокапиталистическая мутота: патенты-ноухау-допуски-проходитемимо. Почему у айтишников это реализовано, а в материальном производстве нет? Ощущение, что отрасль просто застряла в предыдущем укладе, потому и рассказывает друг другу сказки про прибыль, конкуренцию и капитализацию.

А так — очень полезный и своевременный разговор получился.

Сильным ходом было бы совместное присоединение Китая и Индии к заявке Трампа на Нобелевку. Так суметь помирить две крупнейшие страны мира — это действительно заслуживает высшей награды.

Китай и Индия начали переговоры о восстановлении приграничной торговли, замороженной с 2020 года из-за военных столкновений. Это решение о нормализации отношений было согласовано на фоне введённых США пошлин против стран БРИКС

Подкаст «Чистота понимания» — совместный проект с Семёном Ураловым о явлениях и событиях, с которыми мы сталкиваемся ежедневно и которые необходимо обсуждать. Модератор беседы – журналист Иван Князев.

Тема выпуска: Жизнь на планете НАБУ.

У нас в гостях – политический обозреватель «Украина.ру» Владимир Скачко.

В этом выпуске мы обсудили деятельность структур колониального контроля на территории Украины на примерах Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП).

Выяснили, как постепенно Украина теряла контроль над своими институтами и почему там не коррупция появилась внутри системы, а система вокруг коррупции.

Приятного просмотра!

vk | youtube
#Чистота_понимания | #ЧП | #ВПФ

Аудиоверсия подкаста «Чистота понимания».

Тема выпуска: Жизнь на планете НАБУ.

В этом выпуске вместе с Владимиром Скачко обсудили деятельность структур колониального контроля на территории Украины на примерах Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП).

Выяснили, как постепенно Украина теряла контроль над своими институтами и почему там не коррупция появилась внутри системы, а система вокруг коррупции.

*В подкасте упоминаются: Ходорковский М. – включённый в реестр иностранных агентов Минюста РФ; Билецкий А., Гордон Д., Карась Е., Корчинский Д., Порошенко П. – внесённые Росфинмониторингом в перечень террористов и экстремистов; Азов, Правый сектор – организации признаны террористическими и экстремистскими, запрещены в РФ; Рух – формирование признано экстремистским и запрещено в РФ; «Слава Украине!» – экстремистский лозунг; деятельность корпорации Meta (соцсети Facebook и Instagram) запрещена в России, признана экстремистской

Видео • vk | youtube | telegram

#Чистота_понимания | #ЧП | #ВПФ

Вчера вечером был в Москве на одной из площадок Архипелага. Сегодня утром — в Новгороде, по текущим срочным делам "Ушкуйника". Вечером — опять в Москве, на пленарке по беспилотникам. Пока катался туда-сюда, набросал в дороге несколько соображений по теме войны и оборонпрома.

Основная мысль такая. Различные средства вооружённой борьбы в структуре ВС относятся к различным этажам военной иерархии. Скажем, какая-никакая артиллерия у мотострелковых подразделений появляется только с полкового уровня (на уровне батальонов — только миномёты), а, к примеру, "своих" Искандеров нет даже у командармов. Какие средства относить к какому уровню — один фактор самоочевидный: мощность и дальность применения; но второй, менее очевидный — цена. То, что очень дорогое и редкое, как правило находится в руках у более высокого начальства, и находится довольно далеко от передовой.

Что в этом контексте означает сделать, скажем, разведывательный беспилотник радиусом до 50 км не за 15 миллионов рублей, а за 1 миллион? Это не только означает, что за те деньги, за которые раньше МО покупало одну птицу, оно теперь может купить пятнадцать. Но ещё и то, что если раньше такие птицы находились в ведении штабов армий, край — бригад, теперь их можно будет передать спокойно даже на батальонный уровень. Разумеется, это потребует кучу структурных решений, но главное — что появляется такая принципиальная возможность. Это всё очень грубо и на пальцах, и сонм военных экспертов и "экспертов" меня заклюёт за упрощения, но я объясняю именно на языке, понятном неспециалистам.

Продолжая на этом же языке для дилетантов. Можно довольно точно диагностировать момент "перелома", когда мы, в целом, перестали проигрывать на СВО. Это лето 23-го, тот самый "контрнаступ". Одно из вынужденных, но полностью оправдавших себя решений руководства тогда было отдать максимум инициативы и полномочий на уровень полевых штабов — от батальонных до бригадных и дивизионных. Генералы перестали наконец сами "вручную" командовать ротами и занялись своим основным делом — координировать силы и средства армейского и фронтового подчинения, направляя их на наиболее проблемные участки. А комбаты, комполка, комбриги и комдивы начали воевать тем, что у них есть, действуя по обстановке и "заказывая" при необходимости помощь в верхних штабах. Это резко сократило время принятия решений, позволило выстроить "быстрые" разведывательно-огневые контуры — в том числе с использованием нарождающихся ещё ударных беспилотников, которые вполне стали альтернативой (иногда даже выигрышной) для артиллерии; особенно когда практически сравнялись с ней по эффективной дальности.

Так вот. Если представить себе, что мы можем массово производить устройства, способные решать задачи не только на тактическую, но и на оперативно-тактическую и даже оперативную глубину, и насыщать ими войска в любом потребном количестве. Это значит, что подразделения "среднего" уровня — от батальона до дивизии — получат возможность не только, скажем, "брать деревню", но и самостоятельно изолировать свой собственный район боевых действий на нужную дистанцию.

Признаки того, что это уже становится реальностью, мы можем увидеть сейчас, как минимум, на Покровском направлении. Заранее выбить благодаря пеленгаторам "окопный РЭБ" и РЭР, зачистить пункты запуска вражеских БЛА, снести с неба его разведчиков и "бабу-ягу", посадить "ждунов" и дистанционные мины на всех путях подвоза и ротации, создать как бы временную "килл-зону" вокруг вражеского укреплённого района — и дальше, разнеся опорники КАБами или даже "Молниями", выбив технику КВН-ами (а где не достают — Ланцетами), спокойно двигать вперёд штурмовые группы, сопровождая с висящих в небе "Мавиков" каждое их движение и подавляя вражеские дроны собственными мобильными глушилками, а штурмов сопровождая стрелками с гладкостволом. В идеале, впереди должны ещё ехать беспилотные тележки, а перед ними лететь дрон с металлодетектором, который видит мины на земле, но это пока будущее — уверен, ближайшее.

В этом смысле для нас, как для индустрии, я вижу задачу так: чтобы все нужные для этого сценария технические решения и по стоимости, и по массовости производства позволяли делать их средствами не фронтового или армейского, а именно батальонного, полкового, бригадного и т.д.подчинения. То есть радикально снижать себестоимость решений, в том числе и тех, которые уже есть как таковые, но производятся пока ещё "мало и дорого". Соответственно, ключевой класс технологий — технологии удешевления и массовизации, быстрого выхода из малой в среднюю и крупную серии.

Это не вопрос эффективности расходования бюджета — это вопрос эффективности ведения войны.

Ну и ещё одно, про Ушкуйник.

Ещё в начале осени 2024 года наш НПЦ вошёл в число тех, кто получил субсидию МПТ на создание центра коллективного пользования для резидентов, смысл которого — как можно более быстрое превращение прототипа в серийное изделие. Общий объём субсидии — 480 млн рублей. Как оно нередко в отечестве бывает, деньги до региона дошли только в мае, до "Ушкуйника" — в июне, а вместе с ними — новость о том, что тратить их мы можем только в соответствии с процедурами, прописанными в 223-ФЗ. Это условие не для всех вообще НПЦ, но конкретно от нас этого потребовали наши федеральные учредители, и я, хоть и буянил (нахлебался "тендерных рейдеров" в прошлой жизни), но вариантов не было. Поэтому нам пришлось организовывать полноценную конкурсную процедуру, со всеми пирогами, чем и занимаемся всё лето (и будем ещё заниматься половину осени).

Фактически только сегодня завершился первый этап, и только сейчас мы начинаем контрактоваться у поставщиков, а первые станки приедут хорошо если к началу зимы — it's a long way to Tipperary, it's a long way to go. Да, ну и надо понимать, что ни на что другое, кроме станков, причём по согласованному с МПТ списку, мы эти деньги тратить не имеем права — я уж не говорю, что проверять нас будут вдоль и поперёк.

Сегодня на Архипелаге я в числе прочих подписал меморандум о взаимодействии между 26-ю НПЦ. Это очень хорошо, конечно, что мы наконец-то сами дошли до мысли, что не есть правильно, когда каждый региональный НПЦ сам по себе формирует свой отдельный парк оборудования, никак не координируясь с другими, в результате чего, понятное дело, многие закупают одно и то же, хотя можно было бы организовать какое-никакое "разделение труда". Ну да ладно теперь уже.

Тем не менее, мы действительно пошли несколько своим путём. Во-первых, мы не стали создавать новое производство с нуля. Вместо этого мы запартнёрились с одним из лучших действующих приборостроительных заводов (кстати, частных), руководство которого фактически взяло наш проект на сопровождение во всём от проектирования и подготовки площадки до подбора кадров и пусконаладки. Я рассудил, что не надо строить из себя великих производственников за госсчёт, а лучше привлечь тех, кто в этом деле действительно хорошо понимает. Во-вторых, мы собрали пожелания по оборудованию с наших резидентов (кто что-то уже производит), и соотнесли его, насколько это возможно, со списками МПТ. В-третьих, мы увязали наш ЦКП с нашим же полигоном, где всё производимое сразу же будет испытываться и при необходимости доводиться — для этого был принят ЭПР, облегчающий запуск беспилотников и применение средств контроля и подавления, в том числе экспериментальных.

О результатах можно будет в полной мере судить только когда всё это заработает, а заработает оно хорошо если со следующей весны. Но вот что я понял уже сейчас. Чтобы получить разрешение ГКРЧ на частоты, нам нужен был тесный контакт с Минцифры и силовиками. Чтобы сделать ЭПР, нужно было работать с Минэком. Чтобы получить субсидию на ЦКП — с Минпромом. Чтобы построить этот самый ЦКП — найти на месте адекватного индустриального партнёра из частного производственного бизнеса. Чтобы спроектировать логику его загрузки — отработать с пулом наших резидентов, коих более четырёх десятков. Плюс полигон, который тоже ключевая часть всей истории. Короче, представьте, что всё это делает не "Ушкуйник" с его возможностями (включая те самые "связи в Москве"), а обычная региональная команда без таковых.

Вывод: отрасль не станет отраслью, если у неё не будет "хозяина" федерального уровня, который берёт на себя такие вопросы. И это ещё только про разработку/производство, ещё примерно таких же размеров тема — сбыт: продажа, лизинг, сценарии применения, операторы (как авиакомпании, только "беспилотные"), правовые ограничения (начиная с законов) экспорт и т.д. Sapienti sat.

Да, ну и сюда же, про нюансы.

На стенде Новгородской области на Архипелаге представлена разработка одного из резидентов Ушкуйника — моторы для средних дронов с закрытой рабочей областью. Вроде бы мелочь. Но когда говорят о массовом применении агродронов на полях, мало кто знает, что основная беда — то, что после десятка вылетов обычные движки приходится чистить — дроны летают низко, в них забивается грязь, пыль, даже камешки. А чистить надо струёй воды, после чего ещё сушить. Короче, это очень трудная и геморройная процедура обслуживания, резко ухудшающая всю экономику по агродронам. Закрытый мотор, который при этом ещё и не греется (обычные потому и открытые, что воздушное охлаждение нужно) — огромный шаг вперёд именно в этом сценарии применения.

Другое дело, что именно с этими резидентами я получил шикарную возможность увидеть всю глубину проблемы. Для того, чтобы движки были конкурентными по цене с китайскими, их производство надо делать крупносерийным — это годы и миллиарды. Причём такое производство надо строить начиная с особых фундаментов, цитата: "самый простой способ сделать высокоточный станок обычным — это установить его на неправильную поверхность".

При этом под такую крупную серию надо более-менее заранее готовить сбыт — движок это ведь компонент, а не конечное изделие, а значит, к моменту запуска такого производства на столе должна лежать стопка контрактов от производителей дронов, готовых их ставить в свои леталки. Это значит, что одновременно со строительством такого производства надо где-то делать опытные партии, где каждый отдельный движок будет стоить очень дорого, но зато их можно будет давать разрабам уже дронов на испытания и апробации.

А ещё такое производство должно само содержать в себе целую испытательную лабораторию с кучей разных стендов, где эти движки тестируются на нагрузки в различных режимах, чтобы сбалансировать их в самых разных аспектах — от энергопотребления до харда и софта контроллеров, управляющих их работой.

С этими резидентами нам до некоторой степени повезло — команда это российские инженеры, которые в досанкционные времена сделали одно из лучших в Европе производств таких двигателей. Завод и лаборатория были в Бельгии и Германии. Разумеется, по случаю резкого похолодания отношений их оттуда выперли с волчьим билетом, и они вернулись на родину — потеряв бизнес, но сохранив компетенции. Сейчас они чуть ли не единственные в стране умеют решать проблемы, которые всеми остальными признаны нерешаемыми — так, они чисто в порядке разминки нашли адекватную замену неодимовым магнитам в бесколлекторных движках для маленьких дронов (как известно, магниты мы в России спекать тоже не умеем). Но масштаб их проекта по двигателям таков, что даже Ушкуйник в его нынешнем виде, увы, такое не потянет.

А что это значит? А значит — поднимай, Лёша, задницу, и иди опять по разным большим кабинетам доказывать и рассказывать, почему это принесёт пользу родному Отечеству. И ищи того, кто рискнёт своими деньгами — опыт КВН научил, что прежде чем идти за любыми государственными, сначала в любой такой проект надо влить много частных, чтобы он превратился из "прототипа" в то, что уже работает и всем нужно по возможности "вчера".

И так примерно со всем.

⚡️«Расправляя крылья». Специальный репортаж.

После начала СВО беспилотные технологии в России стали развиваться семимильными шагами.

Создание отдельного рода войск беспилотных систем – закономерный итог технологической революции.

Кто и как готовит кадры для СВО, чтобы выполнить поручение президента? Какие дроны в скором времени усилят нашу армию? И как обстоят дела с беспилотными технологиями гражданского назначения?

@evgenius_kulikov

В любых красно-белых спорах я стараюсь держать нейтралитет, потому что сам спор считаю бессмысленным, а позиции сторон — доктринёрскими. Но конкретно по ситуации вокруг памятника Александру I в Пензе я за царя. Не понимаю, почему победителю Наполеона не могут стоять памятники в наших городах. Без дальнейшей расшифровки, просто в копилку позиций.

На сегодняшнем эфире "Спутника" меня попросили прокомментировать тему "наденет ли Зеленский костюм". Причём ведущий сделал подводку, что где-то в западных медиа описывалось его упорное нежелание "одеваться по-людски" как продолжение трудной криворожской молодости, когда регулярно просили "пояснить за шмот". Я ответил, что дело вообще не в этом, а в нынешней настойчивой самопрезентации в качестве штатной чегевары, героически сражающейся с силами зла; а сам задумался. И вовсе не о Зеленском.

У меня есть формула, которую в последнее время часто повторяю: "мораль — это прагматика популяционного уровня". То есть набор стимулов, побуждающих индивида действовать не в интересах "я", а в интересах "мы", но "мы" у всех разное — и мораль, соответственно, тоже разная (даже когда она вообще есть). Но вот есть такое интересное кино — "Миллионер из трущоб" — про юного индийского парня из низов общества, который благодаря стечению обстоятельств выиграл главный приз в тамошнем телешоу. Помню своё "послевкусие" после этого фильма — довольно-таки неприятное: по сюжету получается, никакого другого способа "выбиться в люди" у него просто не было; а значит, у миллионов таких как он его и нет.

Рассуждая дальше. Когда мы говорим не просто об обществе, а об обществе жёстко стратифицированном (по кастам, классам, сословиям и т.д.), понятно, что мораль функционально удерживает людей в границах их страты — те действия, которые позволяют "подняться" даже на следующую ступеньку, чаще всего маркированы как аморальные (даже когда они не прямо противозаконные). И именно поэтому к людям, поднявшимся "из грязи в князи", всегда существует априорное подозрение в аморальности — (плохой этике) и, само собой, "дурных манерах" (плохой культуре"): про это другой хороший фильм, "Великий Гэтсби". Само слово "благородный" как бы объясняет разницу.

В этой связи я вспомнил двадцатилетней давности текст Кости Крылова про "талантливых и способных". В картине мира Крылова, как известно, русские — это угнетаемое большинство, а угнетатели — это такой стойкий конгломерат инородцев и "выруси", то, что сейчас называют словечком Галковского "новиопы". При этом из описания прямо следует именно классовый характер вражды между большинством и меньшинством — если не обращать внимания на язык, там читается совершенно большевистский пафос "проклятьем заклеймённых". Но он даёт механизм пополнения этой самой "новиопской" прослойки из двух источников — это "дети из хороших (нерусских) семей" ("талантливые") и "безродные" русопятые карьеристы ("способные"). Из забавного, в качестве эталона первого он взял Ольшанского, а в качестве второго... меня (Кай и Тит).

Очень интересно эту проблему решал Запад. Там всегда, со времён Колумба, а может и раньше, с "крестовых походов", всегда есть "фронтир" — специальное пространство, где можно из никем стать всем, и в общем никто особо не будет смотреть на то, насколько "моральным" было возвышение. Главное — вернувшись обратно в хартленд с новым статусом и ресурсами, уже там соблюдать правила. Когда чисто географические фронтиры (колонии, "Дикий Запад" и т.п.) закончились, начали возникать фронтиры экстерриториальные — например, "инновации". И целый выводок "миллионеров из трущоб", от Джобса до Маска, а также миллионы амбициозных юношей всех рас, жаждущих повторить их успех.

У нас это так не работает. Фронтиры-то есть (СВО — тоже фронтир), но даже и там тебя будут препарировать под лупой, и конечно спросят за всё, причём не только царёвы слуги, но и штатные моралисты. Единственное исключение — "время такое было": русская формула отмены правил, как бы легитимирующая, например, правящую ныне аристократию 90-х. У времени нет границ, есть только хронометраж.

"Здесь должна была быть какая-то мораль, но я её забыл" (с)Крылов.

К предыдущему посту. Спрашивали, что за эфир — вот этот.

Сегодня в 21:00 встречаемся в прямом эфире #ЧП вместе с Семёном Ураловым и Иваном Князевым.

Тема: Смирительный пиджак для Зеленского.

Трансляции на наших каналах, Ютуб, Рутуб и ВК.

Начинаем уже через 10 минут. Трансляция будет здесь на канале, а также:
YouTube
RUTUBE
ВК
Выбирайте, где удобнее, и встречаемся в 21:00 по Мск