Итоги года я, как обычно, ворча и лихорадочно буду подводить в 22 часа 31 декабря, но пока хочется чуть-чуть прокомментировать свой Spotify Wrapped по песням.

В целом я в этом году слушал намного больше русскоязычной музыки, нежели иностранной, и, по-моему, в этом году российские исполнители вышли на какой-то творческий пик. Мне кажется, раньше вопрос о том, какой именно альбом назвать лучшим за год, не вызывал у меня столько сомнений и недоумения, и сейчас я действительно мечусь между, наверное, десятком исполнителей именно из России.
Если посмотреть на статистику Spotify, самым прослушиваемым альбомом за этот год у меня стал XRUSTALIC — Bed Scenes. И первое и третье место в списке песен тоже принадлежат Хрусталику, тольяттинскому проекту, расхваленному мной летом (я еще придумал для него термин «бордерлайн-поп»). Так что, если подходить к вопросу статистически, а не эмоционально, именно Bed Scenes для меня альбом года.

Это тот релиз, который я много и с удовольствием слушал целиком (это при том, что обычно моего внимания хватает песен на пять, вчера я убедился в этом, когда мы с возлюбленной, развешивая плакаты в новой съемной квартире с люстрой-кроватью, слушали альбом Treasure группы Cocteau Twins — признанный критиками, фундаментальный для жанра дрим-поп релиз, который мне очень нравится, но его слишком однотипный звук (каким бы обволакивающим и засасывающим он ни был) оказался серьезным испытанием для моего мозга). Но именно связка из песен Carcase (который типа джангл) и Les Amours Imaginaires (акустический дрим-поп с огромным количеством ревера и дилея) оказалась какой-то особенно близкой и родной.

В августе и сентября я раз шесть летал по маршруту Ереван-Москва-Ереван. Я аэрофоб, и в небе не очень хорошо работают обычные способы досуга. Поэтому мне было важно, например, слушать один и тот же трек или читать какую-нибудь простую литературу типа книг Евгения Алехина или купленного мной в одной из ереванских кофеен свежего приключенческого романа Артуро Переса-Реверте. Чаще всего я летал ночью, и вот я сижу, читаю о приключениях итальянского водолаза, подрывающего британские подлодки во время Второй мировой войны, и слушаю именно эти две песни Хрусталика. Les Amours Imaginaires чуть обогнала Carcase, потому что акустическая гитара как основной инструмент у электронной группы кажется мне чем-то нетривиальным в 2025 году. Это обнажает песню еще сильнее, чем в своих фотосессиях обнажается вокалистка группы, и, сдается мне, именно поэтому мне так дорог и последний релиз Ic3peak, упущенный из виду большинством моих коллег (о нем мы поговорим через три недели).

Второе место в моем топе — у песни Harvest Sky. Французская электронщица Oklou выпустила альбом, который я встречаю в топах самых прослушиваемых у, наверное, каждого третьего. Песни Harvest Sky и Blade Bird (даже странно, что последняя не дошла до топов) разделяли функции душеспасительных и сопроводительных (очень много слушал их в многочисленных поездках между Ереваном и Тбилиси). В минуты острых романтических переживаний мая и июня Harvest Sky как будто отделяла мои мысли от тела, сливая мою личность с припевом про медленный танец в урожайном небе. Ты как будто оказался на вечеринке, за которой наблюдаешь со стороны, но не паришься из-за того, что ты наблюдатель, а не участник, а кайфуешь.

Про «Безумца» Дивизии я тоже уже писал. Лучшие песни на финальном альбоме — Сашины (эта и «Ласточки»). В этой — вся боль и одиночества, которые только может умещать один человек (или история об одном человеке). Жду от Саши, которая на днях отыграла свой последний концерт с Дивизией, новых песен, альбомов и концертов.

На пятом месте «Ножевое» макулатуры — сдается мне, ничто так не вечно в моей жизни, как альбом «Пляж». Я даже зачитывал в местном ереванском караоке «Нейта Диаза» пару раз («Ножевого» в караоке-версии нет). До сих пор пытаюсь понять, имел ли в виду ответственный за музыку на альбоме «Пляж» Феликс Бондарев радиохедовскую Idioteque, когда придумывал основную тему этой песни, или нет.

Вообще на пятом месте по прослушиваниям вместе с «Ножевым» у меня внеальбомный сингл Fontaines DC «It’s Amazing To Be Young». Для меня это лучшая их песня ever, мелодические скачки вокалиста Гриана Чаттена и эйфорическое, наполненное воздухом звучание, на которое повлияло рождение ребенка у одного из участников группы — вершина творческого пути группы, которая начинала с прямолинейного и нестройного брекзит-панка.

Такие дела, ребятки. Расскажите, что у вас там с песнями за этот год? А про альбомы поговорим немножко попозже.

Итоги года по версии Capybara Tapes. Топ-25 любимых альбомов (LP и EP). Часть первая из двух.

Как обычно, мой список ни на что особо не претендует, поскольку в процентном сообщении слушал я очень мало новой музыки, куда меньше, чем мои многочисленные коллеги, умудряющиеся отслеживать все или почти все новинки.

Почти все эти альбомы встречаются в других подборках, так что удивить мне вас практически нечем, кроме двух молодых групп, полюбившихся недавно, но уже довольно сильно. Вторую часть опубликую на днях. Делайте ставки, что в первой десятке у меня. Думаю, все довольно очевидно.

https://teletype.in/@capybara_tapes/f0kM10GYBMI

Не успею до конца года сделать красивый пост с альбомами, увы. Буду доделывать в январе. Как бы мне ни хотелось использовать полночь 31 декабря как некий общепринятый водораздел, отказаться от этой идеи тоже вполне приятно.

Пока порадую вас кратким списком, а ещё чуть подробнее напишу про один альбом, который меня очень впечатлил месяца полтора назад. Это седьмое место списка.

7) Маша Хима — Плутон

Очень увлекся Машей Химой в этом году. Как бывшей баттл-рэперке Маше очень удаются кусачие панчи, как великолепной сонграйтерке — песни-истории и песни-зарисовки, как отличной вокалистке — умение зайти на очень разные территории. На альбоме «Плутон» есть и остроумный хип-хоп, и грязный гаражный рок, и почти Кейт Буш (именно с ней у меня ассоциируется припев песни «Жалко»). Маша Хима может сделать так, что в одной из самых красивых песен, что я слышал в этом году (трип-хоповая «Типа друзья») есть строчки «какой же здоровенный хуй, представь, какой тут нужен рот». Вообще в той нише откровенных песен про секс и отношения поразительно мало женщин. Маша Хима в ней, несомненно, номер один.

Интересно, конечно, как этот альбом получился. Ее прошлый альбом выходил в декабре 2024 года, и в интервью после него она говорила про счастливые отношения с чуваком из группы Гафт, про то, как она уже несколько лет ничего не употребляет и не ест сахар, а тот альбом, по ее словам, был как раз про вот это ужасное ощущение, когда, с одной стороны, ты жаждешь любви и близости, а с другой, прыгаешь с одного члена на другой. И вот теперь в «Плутоне» темы как будто те же (хотя один рецензент, не помню, кто именно, предположил, что, мол, зато теперь она ходит к психотерапевту). Что это — сонграйтерский навык копаться в тяжелом прошлом опыте или все снова сломалось? Любопытно.

14. ЮНСН — Хранители маленьких принцесс

Соня опять записала волшебство. Нежный и мелодически совершенный инди-фолк с потрясающим сведением (особенно панорамирование!). Отличное продолжение «Среди звезд упавших», новогодний подарок всем нам.

13. Космос на потолке — И здесь, и с собой

Полный как энергии, так и хрупкости дрим-поп от ребят, переехавших в Японии и доказавших, что после коренного жизненного перелома музыка не заканчивается.

12. Teethe — Magic Of The Sale

Просто очень красивый дрим-поп-сэдкор с мужским и женским вокалом. Уверен, про следующий альбом уже будут говорить все, а пока это нишевая группа с достойной фан-базой.

11. Шаййм — Нет никого
Уникальная по силе воздействия ебанина для любителей Swans и Аукцыона от Никиты Черната из Хадн Дадн, Созвездия отрезок и Сада имени Федора.

10. Аигел — Человек

Первый русскоязычный альбом Аигел за шесть лет, в котором есть все — от мрачной поэзии под хип-хоп бит (в лучших традициях таких треков, как «Свет» и «Чудовище») до «отмороженной считалочки» в духе СБПЧ. Для тех, кто не может никого успокоить.

9. Mogwai — The Bad Fire

Пост-рок-альбом для выживания в нестабильном эмоциональном состоянии, особенно целительна песня 18 Volcanoes. Для тех, кому надо успокоиться.

8. Ic3peak — Coming Home

Кажется, ни в одном топе не видел этот альбом, который считаю лучшим у Ic3peak. Акстические гитары и отказ от хоррор-эстетики пошли на пользу этой прекрасной группе.

7. Маша Хима — Плутон (см.выше)

6. Ethel Cain — Willoughby Tucker, I'll Always Love You

Концептуальная сэдкор-эпопея про любовь как травмирующий опыт. С элементами альт-кантри и эмбиента. Я бы хотел, чтобы Джульен Бэйкер так звучала после первого альбома.

5. Caroline — Caroline 2

Самый музыкальный альбом года, если вы понимаете, о чем я. Песни от этого британского инди-оркестра существуют так, как им хочется. Как если бы Sigur Rós были еще более свободны в самовыражении.

4. Золотые зубы — Золотые зубы

Не исключено, что когда-нибудь любимой группы не будет в этом топе, но не после этого чудесного пост-панк/дрим-поп альбома со звуком, которого от Зубов как будто никто не ждал.

3. Oklou — Choke Enough

Электронный альбом года, причем почти без барабанов (и с акустической гитарой в одной из лучших песен). Француженка Oklou — одна из главных героинь года, она как раз есть у всех в топах, и вполне заслуженно.

2. Жарок — Энвайронментал

Экологический пост-панк/инди-поп про проблемы дикой природы с человеком, обладающим самым незабываемым голосом в российской музыке сейчас.

1. Xrustalic — Bed Scenes

Больше всего в этом году слушал этот альбом. Бордерлайн-поп с заходами то в джангл, то почти в скримо, то в перегруженное ревером акустическое нечто. За 16 песен я ни разу не устал, это редкость.

31 декабря для меня — день памяти Андрея ЭПП. Три года назад в этот день его нашли мертвым дома. Каждый год я хотел делать про него какой-нибудь текст, но в этом году, к сожалению, не сделал. У меня до сих пор лежит недоделанное интервью с его лучшей подругой, которое я, я надеюсь, когда-нибудь все-таки опубликую.

Но Артем Моргунов, лучший друг Андрея, вчера опубликовал видеоклип в память о нем. Давайте посмотрим.

В этом году слушал ЭПП не так много, но к песням типа «Берлин», «Красные цветы» или «Миссури» все равно время от времени возвращался. Всегда есть моменты, когда к этим песням важно вернуться.

Но в разговорах Андрей все равно проявлялся. В Ереване играю в эмо-группе с Женей, басистом группы Paskooda, который играл в разных питерских группах, общался с Лизой-Марией, которая тогда пела в Невидимом роботе, и он мне рассказывал про их знакомство, причем Женя на тот момент уже активно его слушал и даже немного волновался перед знакомством, а тот, естественно, оказался дружелюбным и простым в хорошем смысле человеком. А гитарист нашей ереванской группы родом из Мурманска, как и Андрей.

Можно перечитать два моих больших интервью, в которых мы говорим про Андрея — с Артемом Моргуновым и с Мишей из Црвениха Цветова. Можно посмотреть другой клип Артема про Андрея — на песню «Привет». Можно вспомнить последнее интервью Андрея программе «Депрсна», в котором они обсуждают несуществующий альбом так, как будто он вышел. Это очень смешное интервью, хотя некоторые его моменты теперь кажутся зловещими. И можно переслушать любой альбом Андрея. Два моих любимых — «Ты должен носить свои грехи прямо на рукавах» и «Взгляд на 2000 ярдов».

Удивительно, конечно, что оба альбома вроде как приходятся на период спада популярности Эхапрокуренныхподъездов. Можно еще посмотреть какой-нибудь концерт, на YouTube их немало в хорошем качестве. Например, вот этот с Мишей их Црвениха Цветова. «Хуя вы!», — говорит Андрей на песне «Берлин», когда люди начали хлопать (хотя может не поэтому) в такт. Фанаты ЭПП очень круто его на концертах поддерживали, конечно. Жаль, что этого уже не вернуть. Как и самого человека, который был глыбой, судя по всему.

Три альбома прошлого года, в которые я вообще не врубился, хотя все их хвалят.

Turnstile — Never Enough

Может быть, в этой пост-хардкор-группе играют славные ребята, но когда такая музыка становится настолько массовой, мне по-настоящему обидно за другие пост-хардкор-группы. Основная часть гитарных партий Turnstile — банальные ходы на пауэр-аккордах, которые даже RATM было бы неловко использовать сейчас, а вокальные партии как будто переходят из песни в песню.
Ну, а когда гитар нет или почти нет, это вообще становится чем-то типа Twenty One Pilots.

И вот эта обработка вокала, из-за которой голос становится пластмассовым и пережатым… Я недавно проходил курс по написанию электронной музыки и спрашивал у куратора, чем Turnstile так обрабатывают голос. Он предположил, что они его компрессируют, а потом отправляют сигнал в Reverb Send, чтобы размазать. Типа это нужно, чтобы среди гитар лучше читалось. Ну, может и нужно, но насколько же плоско это звучит!

Слушая Turnstile (что Never Enough, что захваленный многими моими друзьями Glow On), я не понимаю, почему таких лавров не удостоились Enter Shikari или Touché Amoré. Ну, то есть и та, и другая группа обладают солидной фанатской базой, очень популярны, но на первую Pitchfork даже рецензии не пишет, а вторая остается популярной нишевой группой, в то время как Turnstile в этом году пробились в мейнстрим. Отзывы на их концерт в родном Балтиморе были такие, словно это они изобрели стейдждайвинг в 2025 году.

Geese — Getting Killed

Ума не приложу, как эта американская группа, играющая какой-то раздолбайский ленивый слэкер-рок, в лучшие моменты напоминающий ранних Modest Mouse, сумела добиться таких ошеломительных успехов. Я даже погуглил запрос why are geese so popular («благодаря своей роли сторожей на фермах, крепким семейным узам, борьбой с вредителями» — впрочем, это, кажется, не про группу «Гуси», а про род), прочитал пару статей, но вопросов появилось еще больше (считается, например, что вокалист прям хорошо поет, судя по ветке в Reddit).

Кажется, что половина альбома Getting Killed придумана на ходу и попросту недоработана. Особенно это касается вокальных партий в песнях типа Trinidad или 100 Horses. Любого чувака вытащи на сцену на джеме, и он что-то такое споет.

Знакомая, которую я встретил в Ереване на концерте Алика Южного и которая поделилась со мной списком любимых альбомов 2025 года, объяснила мне, что Getting Killed надо послушать много раз, чтобы полюбить. Я пробовал уже раз пять или шесть, но очень быстро сдавался от скуки. Пока от Geese ощущение как от средней инди-группы с подходом «и так сойдет».

Perfume Genius — Glory

Бог свидетель, я столько раз подступался к этому альбому, что он у меня попал на пятое место в списке самых прослушиваемых. Я очень люблю многое из того, что делает Майк Адреас: пару ранних альбомов Perfume Genius целиком, отдельно взятые более поздние песни, такие, как Slip Away, Nothing At All, Queen (в лучшие моменты он звучит как эдакая квир-версия Arcade Fire), красивые клипы, его подход к работе с травмирующим опытом, но этот альбом не оставил после себя вообще ничего.

Я помню несколько рецензий от коллег, которые стараются обозревать новые альбомы сразу после выхода, и уже тогда уловил похожий вайб: когда силишься выжать текст про уважаемого музыканта, ничего толком не говоря про сам альбом. Потому что эмоций нет. Отсюда и строки про то, что Майк всем уже все доказал, что на новом альбоме идеальный баланс между внутренним и внешним, полировка полюбившихся аспектов его музыки и прочее. Для меня эти тексты были о том, что, да, Glory не хочется ругать, потому что Майк крутой и чувствительный (это правда), но сказать по существу нечего, потому что его чувствительность тут работает только для него одного.

В последнее время комментариев в этом канале мало, но я все-таки спрошу: есть ли какие-то популярные релизы 2025 года, которые вам не зашли так же, как эти три альбома — мне?

Недавно приснился забавный и дурацкий сон про группу Nirvana. Как будто Курт Кобейн жив, еще и выглядит прекрасно, и дает тайный концерт в Батуми, в каком-то большом ДК, которого там отродясь не было. И я со своей нынешней девушкой иду на этот концерт, и в каком-то благоговении, что кумир, который, когда мне было 14-15 лет, буквально пробил для меня ворота в мир музыки как безумного и всецело поглощающего тебя увлечения, стоит на сцене живой и невредимый.

Сет-лист по сюжету сна был своеобразный. Например, он начал играть Rape Me на акустической гитаре, а секунде на пятой понял, что забыл, что ему нужна электрогитара, и остановил песню. Затем была Endless Nameless с каким-то приглашенным чернокожим чуваком в качестве вокалиста.

Догадываться во сне, что что-то идет не так, я начал, когда предполагаемый Курт Кобейн вышел с неподключенной акустической гитарой в зал и начал тэппингом играть кавер на… песню Just Breathe группы Pearl Jam с альбома 2009 года. Конечно, выживший Курт Кобейн из моего сна вполне мог с годами стать мягче, спокойнее и даже полюбить Pearl Jam, но точно не эту сверх-сентиментальную и слезливую балладу.

Я вышел подышать, встревоженный своими подозрениями, а когда вернулся, Курт и его группа уже играли кавер на It’s My Life Бон Джови. Я пригляделся и понял, что Кобейн ни фига не жив, а создан нейросетями, а на сцене выступает не ожившая Nirvana, а очередная бесячая кавер-группа, которых развелось на эмигрантской сцене как грибов после дождя, и Батуми в этом смысле, по моим ощущениям, был огромным пнем с ложными опятами.

Я проснулся в расстроенных чувствах, зато впервые за, наверное, лет пятнадцать почувствовал интерес как к Nirvana, так и к своим подростковым чувствам к этой группе. Вспомнил, как ходил в подвальную самопальную качалку в девятиэтажке неподалеку от подмосковной станции Перхушково и там нашел кассету с песнями Nirvana и был буквально сражен. Как на 15-летие купил себе CD-сборник с песней You Know You’Re Right и целый день сидел дома и слушал. Как на кружке английского языка рассказывал, что с собой на необитаемый остров взял бы DVD-диск с альбомом Unplugged In New York (не особо отдавая себе отчет в такие детали, как отсутствие на необитаемом острове DVD-проигрывателей и электричества). Как смотрел Unplugged In New York и играл на какой-то принесенной с улицы палке, делая вид, что играю на гитаре. Как начал играть на гитаре и разучивать песни Nirvana, идеально подходящие новичку в силу простоты аккордов. Ну, и так далее.

Переслушивать Nirvana сейчас мне не с руки потому что ну что я про них напишу в канал? Все, кто хотел, давно всё про них знают. Забавно, что я при этом как раз упустил из виду много всего клевого про саму группу: я прочитал лет в 18 одну книгу, взятую о однокурсника, но то ли она была какой-то самопальной, то ли просто очень плохо переведена, короче, почти ничего интересного я оттуда не узнал. Я не читал ни «Правдивую историю» Эверетта Тру, ни «Come As You Are» Майка Аззерада, не смотрел «Чертов монтаж» и другие фильмы, которых наверняка за эти годы накопился с десяток.

Теперь мне, конечно, хочется все это прочитать и посмотреть. Для меня в новинку даже многие общеизвестные факты, типа отношений Курта Кобейна с барабанщицей Bikini Kill Тоби Вейл (про которую он написал достаточно много песен, даже текст Lithium под их ситуацию переделал), или что Курт крепко дружил с Марком Ланеганом и принимал участие в записи альбома The Winding Sheet его группы Screaming Trees (и подпевал на песне Down In The Dark, плюс Ланеган первый закаверил Where Did You Sleep Last Night на том же альбоме).

Остается надеяться, что мой гиперфокус сместится на что-то другое. Пока же я переслушиваю основные альбомы (Nevermind все еще крутой и ни фига не кажется слишком прилизанным, а In Utero так вообще нойз-рок шедевр), би-сайды, Unplugged и прочее и понимаю, что любимая музыка с годами менее любимой не становится. За редкими, очень редкими исключениями.

Нашел в интернетах забавное фото с Ланеганом, Кобейном и Диланом Карлсоном из дроун-метал группы Earth. 1992 год, кажется.

Совсем забыл написать: Нормальный огонёк, праздничный онлайн-фест разной необычной музыки, который Никита Моисеенко с кровью, потом и слезами организует каждый год себе в убыток, состоится уже сегодня. В прошлом году мы там выступали, в этом я только с итогами года там.

Когда-то мы сдуру пересмотрели несколько «Голубых огоньков», и никакого праздника в них не было. Пришлось сделать свой «Нормальный огонёк» на Старый Новый год, и это стало традицией.

Онлайн-фестиваль, где выступят семь групп, которые сейчас живут в Тбилиси. Время от времени к нам будут заходить герои андеграунда из других городов. Кто-то сыграет песню, кто-то расскажет про лучшие альбомы года,
кто-то просто скажет пару слов.

Увидимся 13 января в 21:00 по московскому времени. Запасайтесь напитками.

Смотреть на Ютубе

Или Вконтакте

В конце декабря мне попадались интересные итоги года —«мои неуспехи 2025». Может быть, это не менее жалкое зрелище, чем в 2021 году петь Losing My Religion в караоке бара «Ровесник» (ох и было же время), но неудачи других людей меня поддерживают куда больше, чем успешные успехи. Не в том смысле, что мне хорошо, когда другим плохо, а в том, что я вижу, как славные и прикольные ребята тоже что-то не реализуют и тоже не в полной мере вывозят эту жизнь.

Главная неудача «Капибары» за прошлый год даже не в том, что я не успевал писать тексты и что чего-то интересного и большого сделал минимально, а в том, что я так и не научился ничего делать с содержимым своего канала как с источником контента. Я до сих пор не умею снимать рилсы, я не сделал подкаст (хотя хотел), я не делаю видео-эссе (хотя я теперь получше знаю всю кухню, спасибо Петру Полещуку и приобретенной у него лекции), не делаю большие тексты-исследования и не пытаюсь отслеживать вообще все, как делают многие мои коллеги. Capybara Tapes не меняется годами, и есть подозрение, что людей стали утомлять мои истории. Но я не о том, что нужно все это бросить, просто, наверное, надо и правда учиться что-то делать по-другому.

Беда в том, что я очень устал от бесконечного контента (знаю, насколько это, мягко говоря, противоречиво, учитывая, что этот пост — это тоже контент, и одна из причин моих стенаний — как раз неумение обращаться с моим детищем как с контент-производителем). Когда ИМИ снова вернулся в дело, я узнал, что есть десятки музыкальных каналов, о которых я вообще ничего не знал, во многих из них по три-пять тысяч подписчиков, бот с предложкой, десятки постов еженедельно, плейлисты в духе «топ-50 лучших альбомов 22 января», «топ-100 лучших альбомов 23 января» и так далее. И вроде как я не хочу делать то, что делают такие ребятки (при всем уважении как минимум к некоторым из них), но не могу не испытывать некоторое количество фрустрации из-за того, что есть что-то такое, что они умеют явно лучше меня, и чувствуют себя в этом умении как рыба в воде.

Из-за избытка контента мне стало сложно в том числе читать и смотреть любимых коллег, да и вообще слушать музыку: возникло ощущение, что я уже не могу наслаждаться ею без мысли о том, что мне необходимо об этом что-то написать. Иногда мне жаль, что ты не особо можешь позволить себе тормознуть, если обладаешь некоторыми амбициями. Мне нравится, как пишет Антон из «Пост-музыки»: довольно редко, но каждое высказывание, каждая мысль на вес золота. Нравится, что мой приятель Паша в канале pashmallow публикует плейлисты раз в полгода и не чаще. Нравится читать англоязычные статьи и некоторые книги о музыке. Но мне перестало нравиться пытаться за чем-то угнаться.

У меня были мысли объявить перерыв в Капибаре до тех пор, пока я, во-первых, не обновлю свои знания о том, как интересно вести музыкальный канал, оставаясь при этом себе верным, а, во-вторых, пока не доделаю прочие дела (я сейчас перевожу очень важную книгу о музыке для одного издательства, участвую в нескольких музыкальных проектах в Ереване, ну, и уже две недели как школьным психологом работаю, кстати, вот похвастаться решил).

Но у меня кишка тонка совсем уйти даже на пару месяцев, поэтому я решил, что на протяжении какого-то времени (до середины весны, скажем) буду обходиться почти исключительно короткими постами, на написание которых уйдет минут 15-20, не больше (если только меня что-то жутко не увлечет, что тоже возможно). А потом, надеюсь, я вернусь отдохнувшим и с каким-то новым важным чувством, которое поможет мне все сделать по-другому, сохранив в своих текстах/видео/аудио (чем бы оно в итоге ни стало) то, без чего я не могу представить свой канал (эмоции и истории).

Да, забыл в том посте указать: подписывайтесь, если хотите, на мой личный канал просто про жизнь. Там про все то, что не музыка: про киношки, книжки и сериальчики, про работу с детьми, про поездки какие-то, про Ереван, про отношения. Обычно я вел такие штуки взакрытую и сливал туда страшный мрачняк и жесть — Сима Питерская, Женя из Зубов и Вика из Космоса на потолке не дадут соврать, а тут вот решил сделать что-то воткрытую и подобрее, поинтереснее, может, даже попозитивнее, господи прости. Буду рад вам там, честно.

Видимо, тоска по детству не дает мне покоя, поэтому я после Nirvana переключился на Металлику. Сразу скажу, что если Нирвана продолжает оставаться для меня великой группой, а Кобейн — уникальным фронтменом с трагичной судьбой и прогрессивными, особенно для своего времени, взглядами, то Metallica — это все-таки больше guilty pleasure, особенно как раз всеми любимые ранние альбомы, слишком повязанные на жанровых клише (но там много красивых мест, замешанных, насколько я знаю, на любви первого басиста Клиффа Бертона к классической музыке, вот первое соло в Master of Puppets например — это же услада для ушей, в отличие от второго быстрого соло, в котором ничего непонятно, но так уж было принято у металлистов: главное — скорость, а что там внутри этих пассажей бешеных, по сути не так важно).

Но меня забавляют все мемы, связанные с этой группой — и про звук баса на альбоме And Justice For All, которого там не слышно настолько, что фанаты принялись делать собственные ремастеры, до приколов про барабанные навыки Ларса Ульриха и звук снейра на альбоме St.Anger, напоминающего жестяное ведро.

И мне нравится, что после черного альбома, наполненного хитами типа Nothing Else Matters и Enter Sandman, они осмелились выскочить из клишированного хэви-метала в альтернативный рок и выпустить альбомы Լօad и Reload с почти готик-роковой Until It Sleeps со скорбным текстом про смерть матери Хэтфилда от рака, с кантри-балладой Mama Said — тоже, как вы понимаете, про маму, с дерзкой Memory Remains, в которой покойная дива Марианна Фэйтфул поет la, da, da, da, la, da, da, da, la, da, da, da, и еще рядом знаковых песен.

В целом тот факт, что в середине девяностых Хэтфилд увлекся творчеством Леонарда Коэна и Ника Кейва, а Ульрих подсел на Oasis, вызывает толику респекта: я много общался в юности с разного рода металистами и рокерами, и уж поверьте, большинство из них пренебрежительно относились вообще ко всему, что не относится к металу хотя бы по касательной. Это как когда мы гостили у моего питерского приятеля в 2009 году, и он тогда качал с файлообменников все с тегом “метал”, а я поставил песню Evidence группы Faith No More, и он сразу: “Что это за хуйня”? Нам было тогда по 20 лет, впрочем…

Ну, и весь хэйт по отношению к альбому St.Anger, кривому по звуку, со снэйром-консервной банкой, отсутствием гитарных соло, записанному в самый кризисный для группы момент, мне кажется, выльется в то, что с годами именно этот альбом будут слушать и вспоминать чаще всего. Даже чаще, чем Master of Puppets или Black Album. Запомните этот твит, как говорится.

Довольно крепко любил группу U2 в свое время. Да и сейчас люблю, чего там, просто она действительно ничего хорошего не выпускала с 2005 года (а иной раз кажется, что с 1997) и как-то совсем не вяжется с дивным новым миром бесконечного наступания на те же грабли, пусть они (грабли) теперь не ржавые и старые, а новехонькие, с функцией умного дома. Умные грабли, хех.

Концерт U2 в Москве в 2010 году вызвал у меня эйфорическое состояние (тот, на котором он еще дуэтом с Шевчуком спел), и в те времена я имел привычку даже оправдывать выпендрежничество и пафос Боно. Мне казалось, что если ты вполне себе добродушный чувак из среднего класса, выросший в пригороде Дублина, и в какой-то момент дорвался до больших денег, сами благие намерения изменить мир якобы важнее, чем какие-то не очень умные действия. Стало быть, я сам был не очень умен.

Но да ладно.

В последнее время много думаю про один момент, связанный с живыми выступлениями. Я насмотрел приличное количество концертов U2 в свое время, и моим любимым был Live in Boston 2001 года в рамках тура в поддержку альбома All That You Can’t Live Behind. Боно лучше, чем когда-либо, пел на этом концерте, потому что гитары были настроены на полтона ниже, и там был трогательный момент с песней In A Little While, последней, по словам Боно, песней, которую незадолго до смерти слушал Джоуи Рамоун.

Но я думал не об этом, а о песне With Or Without You. На этой несомненно великой песне про то, что любовь — это когда хорошим людям плохо (на самом деле, конечно, совсем о другом), Боно вытаскивает на сцену фанатку из первого ряда, кладет ее на сцену, ложится рядом с ней, поет, как будто они лежат на пикнике под звездами, потом опирается на локоток, смотрит ей в глаза и легонечко целует в губы, она закрывает лицо руками и смеется в неистовстве, он убегает, машет ей рукой, ей помогают вернуться к зрителям.

В свое время мне правда казалось, что есть в этом что-то несмомненно крышесносящее. А сейчас я представляю, какой могла быть реакция, если бы что-то такое произошло на двадцать лет позже. Причем, ну, это и правда довольно дикая ситуация, если подумать. Хотя, может, он успел спросить ее “Можно ли тебя поцеловать”?, когда лежал с ней рядом... Удивительно, конечно, с годами меняется отношение к некоторым вещам. Например, когда только появился фильм «О чем говорят мужчины», я считал его искрометно смешным и поставил ему десятку на кинопоиске… Мда.. Как говорил герой одной там манги Кентаро Оэ, жизнь — это вечная учеба.

Десять лет назад Маша Хима с какой-то группой записывала видео с каверами на группу Пилот. Ну то есть типа я реально не мог представить, что такое вообще могло быть. И не спрашивайте, как и зачем я это нашёл. Я сам потом расскажу.

Так, осенью 2025 года продолбал триумфальный альбом Вероники Маджио, моей любимой поп-певицы из всех, что есть (а в моем пантеоне шведских музыкантов она расположена сразу за kent, причем дышит им в спину). Трудно объяснить, почему она так важна для меня, но в этом объяснении будет что-то про мое увлечение Скандинавией и шведским языком, про то, насколько хороши шведы как сонграйтеры, про то, как ловко она вплетает в на первый слух сладковатые песенки темы, от которых мурашки по коже, про то, как в ковид с температурой 39 пытался в ознобе уснуть под любительскую запись ее песни с припевом "ба-бах, я мертв". Еще мне нравится, что она не очень хорошо поет вживую, не очень люблю слишком хорошо поющих. По этой причине мои топ-3 поп-артистки — Вероника Маджио, Лана Дэль Рэй и Chvrches.

Ничего конкретного про альбом Sciura сказать не могу, кроме пустых слов о том, как гармонично он вплетается в ее блестящую дискографию (правда, блеск она обрела к третьему альбому, но потом вышло еще четыре шедевра, в каждом — хит на хите, и теперь вот Sciura) и как ловко она вплетает гитарное инди в свою поп-сказку (что лично для меня действует как замещающая терапия в отсутствие kent, ни больше ни меньше). Ну, а про то, какую роль Вероника играет для шведской публики в целом, можно прекрасно судить по вот этому концерту в Стокгольме.

Так вышло, что на три дня по непредвиденным делам оказался в Москве, в связи с чем решил совместить неприятное с приятным и посетить фестиваль на главной московской музыкальной площадке Склад №3. Пошел туда ради моей новой любимой группы Фрезер Ц, но застал ещё Дом престарелых аутистов и секретного гостя, коим, на мою громогласную радость, оказался Иван «Жарок» Сердюк (по ряду причин все ещё не воспринимаю Жарок как группу, для меня Жарок – это Иван Сердюк).

По следам моего посещения делюсь рядом спорадических спонтанных наблюдений, не претендующих на истинность.

Группа Фрезер Ц, мне кажется, скоро станет очень большой группой, уровня hehehe и Деревянных китов, например. У них для этого есть, во-первых, отлично сконструированные песни в два-три голоса с элементами сэдкора, эмо, антифолка, неофолка (я раньше отмечал ряд потенциальных влияний, например, Crywank и Carissa’s Wierd, а сегодня, когда ехал на метро в сторону клуба и слушал начало трека «Эскапист», вспомнил Current 93 ) и много чего еще. Во-вторых, они все отличные, почти безукоризненные исполнители, которые еще и инструментами постоянно меняются (бас-гитара за сет побывала у трех участников группы, а еще пианино, скрипка, гармошка). В-третьих, в их текстах есть подкупающая, обаятельная, пусть и подчас очень болезненная городская тоска с соответствующими московскими топонимами (бар «Эскапист», зеленая ветка метро, Запрудный переулок) и явной любовью к этому городу. Мне кажется, это срезонирует с огромным количеством тех, кто продолжает тут жить сейчас. Этих трех элементов достаточно, чтобы взлететь — по крайней мере, мне бы очень этого хотелось. Вот бы они еще мою любимую «Водомерку» на своем слаженном, собранном концертном звуке записали. С тяжелой гитаркой вот этой.

Еще я наблюдал тенденцию (едва ли новую, но я тут целый день не замечал, что моя возлюбленная купила самокат и поставила его дома, я вообще не самый внимательный человек): новая инди-музыка — убежище для аутичных людей. Сразу отмечу, что, имея солидный опыт работы с аутичными детьми и взрослыми, я обычно очень критичен к практике использовать этот термин для описания чего ни попадя. И я скептически хмыкаю, когда какой-нибудь высокофункциональный человек любую свою особенность типа высокой чувствительности к шуму сразу доращивает до диагноза, исключая вариант, что люди вообще-то разные и не всегда это какой-то недуг/ярлык/название (у меня есть знакомая, которая однажды сказала, что для нее аутизм — это оптика, которую она выбрала, и я тогда довольно сильно возмутился). И сейчас я, вопреки собственной строгости на этот счет, использую слово «аутичный» скорее для описание моего эмоционального восприятия как артистов, так и публики. И дело тут, если что, не в названии Дом престарелых аутистов.

Просто вот выступает Ваня Сердюк, улыбаясь два раза за сет (но все равно явно кайфуя, танцуя очень искрометно), погружается в себя, пока в первом ряду вчерашние школьники без футболок смеются, обнимаются, прыгают и поют все тексты наизусть (вчерашние школьники есть вчерашние школьники, и я не удивился, когда один из них, слушая, я так понял, новую песню Жарка, довольно громко ляпнул какую-то чепуху в духе «очень пошлая песня», это ладно). Но и в зале было много молодых ребят (мне кажется, средний возраст публики был 18-20 лет), которые явно (или предположительно) живут в парадигме нейроотличий. И ходят на такие вот концерты, чтобы обретать частичку себя.

Жарок в этом смысле показался мне новым Леонидом Федоровым — только не академическим элитарным для избранных, а новым поп-артистом с крепкой фан-базой, не знающей усталости.

Саша из Аутистов выступал один с гитарой, синтом и вокальной примочкой. Удивительно, но все те же ребята 18-20 черпают в нем что-то свое и сейчас. Мне казалось, проект был в прайме году в 2019-2020, но сейчас дела у него чуть ли не лучше.

Кстати, про одиночество на сцене. Вот есть группа Фрезер Ц, пока не самая популярная, пока у них даже нет ситуации, когда начинается «Водомерка» или «Малыши», а все такие визжат — вуууууххууу, ура, это та самая песня!, но есть куча инструментов, а есть Аутисты и Жарок, которые выступают под подложку без музыкантов, но это вообще никак не влияет на восприятие их публикой. Раньше я такое только у рэперов видел. А сейчас Ваня спокойно ставит минуса с живыми барабанами и гитарой, поет под них — и все равно получается офигенный концерт. Теперь, если твой барабанщик эмигрировал, гитарист заболел, а басист не может вылететь из Бангкока из-за войны с Ираном, ты можешь очень легко выкрутиться, сделав сведенные подложки. Если, конечно, ты фронтмен. И в тур ездить проще. Серьезно, раньше я такой тенденции не замечал.

Ну, и последнее наблюдение: каждый раз, когда я прихожу на Склад №3, кто-то обязательно задевает ногой и проливает мое пиво и даже не извиняется, не говоря уже о том, чтобы купить новое. Но это я так, это уже не про музыку и культуру.

Думал, пока я тут, еще сходить на ЮНСН и Убийц, но у Сони по ходу солдаут, а во время Убийц мне по-хорошему надо уже в аэропорт будет двигать. Так что потом как-нибудь еще.

Жарок, помимо своих последних шедевров про святые источники, полынь на пустыре и круговорот воды в дикой природе, внезапно (ну или не внезапно, уж не знаю, насколько он часто ее исполняет) выдал смешную и странную «Тойоту Селика», редкую несерьезную песню, от которой я как был, так и остаюсь в полном восторге. Хотя, может, ее несерьезность обманчива, и есть что-то естественное и единственно верное в том, чтобы попросить у дьявола белую тойоту, кепку с гнутым козырьком и сделаться стариком. Последнее мне в скором времени удастся и без участия дьявола.