Сегодня, 13 января, Литва отмечает День защитников свободы — в память о событиях января 1991 года в Вильнюсе. В этот день уместно вспомнить один факт из биографии митрополита Илариона (Алфеева), ныне на покое.

В 1992 году он был награждён литовской государственной медалью «За мужество и самопожертвование» (в память событий 13 января 1991 года) — за поддержку движения «Саюдис». Во время январских событий 1991 года в Вильнюсе молодой иеромонах Иларион (Алфеев), будучи настоятелем православного собора в Каунасе, выступил по радио с призывом к советским солдатам не стрелять в людей. Один мой приятель утверждал, что есть видеозапись этого выступления с Литовского телевидения, было бы интересно, чтобы литовские друзья нашли то видео в архивах.

Чему нас учит эта история? То, что однажды выбрав добро, мы должны выбирать добро на каждой новой развилке. Выбор добра - это всегда усилие. Это катиться вверх по горке. А выбор зла - это катиться вниз по горке.

И на каждой последующей развилке после выбора зла требует все больше и больше усилий, чтобы вернуть динамику вверх.

Вышел новый номер немецкого богословского журнала Theologische Rundschau, в котором на немецкий язык была переведена дискуссия 2024 года о русском православном богословии, опубликованная в журнале «Отечественная философия».

И если в самой статье есть довольно бодрые мнения о том, что богословие в России развивается, то редактор Theologische Rundschau, прочитав те же позиции, приходит к выводу о плачевном состоянии богословской сферы в России.

Если вы читали статью и считаете, что по ней действительно можно сделать вывод, что русское православное богословие 💩, то и ставьте какашечку; если вы считаете, что статья как раз дарит надежду на открывающиеся для русского православного богословия перспективы, ставьте 🔥. Если же вы и без чтения этой статьи уверены, что с богословием в России полный швах, ставьте любую из 🙈🙊🙉.

Белорусские полизаключенные и «Христианская визия»

Так сложилось исторически, что «Христианская визия» больше похожа на правозащитный проект, который производит экспертизу и аналитику, пользуясь сухим, формализованным юридическим языком. Но судьба свела нас с художницей и иконописицей Ксишей Ангеловой, которая говорит ангельским языком искусства — и про тему политзаключенных тоже. Ксиша пишет портреты политзаключенных на обоях — на контрасте с блеклыми стенами тюремных камер. С 2020 года она создала около полутора тысяч портретов, и ее проект «Беларуский мартиролог» стал аватаром нашей работы по адвокации политзаключенных. Портреты мы дарили немецким церковным деятелям, а наша коллега Наталля Гаркович разработала сценарий перформанса - с которым выступали на церковных и светских площадках, вызывая сильные эмоции у участвующих и наблюдающих.

В четверг мы втроем с Наталлей Гаркович и Ксишей Ангеловой провели открытие выставки в Берлине совместно с Евангелической церковью в Германии и проектом «Церкви помогают церквям», это фактически главные партнеры «Христианской визии». На открытие пришли в основном люди связанные с Беларусью, а также представители протестантского церковного сообщества. Многие все еще не понимают, что в нашей стране происходит после 2020 года, даже те, у кого в тюрьму попали их собственные знакомые и давние партнеры: немецкие церкви долгое время помогали огромному количеству православных приходов в Беларуси и реализовывали проекты здесь, начиная с «чернобыльских» и заканчивая такими как IBB в Минске, теперь же это стало невозможным.

Очень надеюсь, что тема Беларуси и беларуских политзаключенных не уйдет с повестки дня немецкого христианского сообщества, и церкви и инициативы смогут сделать свой вклад в освобождение и реабилитацию беларуских политзаключенных и в обустройство демократической Беларуси.

Взрослая дружба двух теолог*инь - это когда вы чаще встречаете друг друга в библиотеке в виде текстов, чем в жизни. Как хорошо, что множество моих друзей стоит у меня на полке в домашней библиотеке. Заскучаешь, откроешь, почитаешь, вдохновишься.

Радует, конечно, что всё больше и больше иностранных сми пишет о проблемном Свято-Елисаветинском монастыре из Минска, который вояжирует по Европе и США. Но расстраивает то, что часть информации непроверенная, неточная, основанная не на фактах, а на домыслах; и вообще действует по принципу испорченного телефона: кто-то что-то прочитал из белорусских материалов (белорусские сми в основном пишут адекватно и с верификацией), потом переписал, следующие авторы прочитали второй текст, снова переписали и добавили еще догадок и натяжек. И в большие сми тексты приходят уже в виде каши-малаши, где переплетены и вопиющие факты, и феномены воспаленного воображения.

Честно говоря, об уровне западной журналистики была более высокого мнения.

В прошлый понедельник выступала перед студентами-богословами из Гёттингенского университета в рамках программы «Ролевая модель», где успешные женщины-теологини рассказывают о себе, своем пути в богословии и академической науке, чтобы вдохновить современных студентов также идти путем богословской науки и богословского активизма.

Свой доклад я назвала провокационно «Как теология становится экстремизмом: женщина-теологиня бросающая вызов структурам власти».

В моем случае церковный и экуменический активизм стал хорошей базой для академических исследований: он позволил идентифицировать интересные и болезненные темы, построить значительную сеть контактов, что помогает видимости исследований, включенности в общий процесс развития богословской науки, возможности полемизировать и уточнять какие-то аспекты напрямую; иметь эксклюзивный доступ к литературе, библиотекам и архивам; участвовать в тематических мероприятиях, куда собираются лучшие специалисты; находить финансирование для своих исследований.

Один интересный вопрос от студента: когда я так уже вписана в западную богословскую повестку, есть ли смысл заниматься Беларусью?

На мой взгляд, Беларусью заниматься не только стоит, но и обязательно. Во-первых, если не мы, то кто? К сожалению, в академической среде очень мало специалистов по Беларуси, особенно, что касается религии. В худшем случае ее совсем не замечают и рассматривают как часть «российского пространства» без какой-либо специфики, хотя даже то же православие в Беларуси кардинально отличается от российского православия во многих аспектах, но это остается невидимым, потому что тень России затмевает. В лучшем случае, Беларусь рассматривают как такую «недоделанную Украину», в свете тех процессов в конфессионально-богословской сфере, которые происходят у наших соседей на юге.

Во-вторых, есть здесь место и гражданской ответственности: нужно и самим изучать ситуацию в своей стране, анализировать ее, строить объяснительные модели, а также предлагать стратегии развития, чтобы ситуацию изменять и вписывать Беларусь в мировую повестку.

Но в целом, конечно, на мой взгляд экспертиза по Беларуси должна идти дополнительным вагоном к другим исследованиям, в какой бы сфере богословской науки они не осуществлялись: патристика или литургика, библеистика или религиозная педагогика, систематическое богословие или экуменизм, история или социальная этика.

Бюро сделало новое расследование про важную для православного сообщества Беларуси структуру VDS, которой руководит неизвестный широкой публике православный олигарх Беларуси Александр Артюхович.

На этот VDS вышли совершенно случайно - он привлек внимание как место работы писателя Николая Гаврилова, того самого, про которого так много писала «Христианская визия». Сам Гаврилов именно на VDS ссылался в своих интервью, и с этого и началась раскручиваться вся история, которую в свою разработку взяло Бюро.

Интересно было и то, что в связи с расследованием совсем неожиданно всплыл очень известный белорусский священник, который часто приезжает в Германию и выступает здесь перед немецкими церквями о ситуации в Беларуси - прот. Владимир Башкиров, в основном в православной тусовке известный не связями с VDS, а своей ролью на богословском факультете ЕГУ и позднее Институте теологии БГУ, долгое время считавшийся чуть ли не самым выдающимся богословом в Беларуси и в таком качестве входящий в состав Богословской комиссии РПЦ. Хотя конечно на мой взгляд он был переоценен - когда я прочитала его докторскую диссертацию по богословию, я никак не могла перестать ржать от продвижения им телегонии и рассмотрении вопроса курения женщин как важной богословской проблемы. Еще помню у него во введение задачей докторской диссертации было обозначено что-то типа «подбор цитат святых отцов по разным вопросам» – зато честно. И вот нарисовалась его связь с VDS и деятельностью этой компании.

Защищая Украину погиб белорусский доброволец Алексей Лазарев, об этом сообщила его супруга Вероника Янович.

А здесь фото с его венчания с Вероникой в начале марта 2022 года, перед тем, как они вдвоем отправятся на фронт в составе белорусского подразделения ВСУ.

Невероятная история их любви и дружбы, всегда смотрела на них как на чудо жизни среди войны.

Сергей Чапнин тут задумался о терминологии — является ли РПЦ церковью, и если нет, то как называть тех православных в России, которые принадлежат к Церкви с большой буквы, и как отличать их от руководства и официоза.

Предлагаю свою формулу, которую я озвучивала более года назад: разделять Русскую православную церковь как сообщества от того паразитирующего официоза и инфекции, которая ее поразила — Московская патриархия. И именно через "инфекцию"/"паразита" рассматривать взаимоотношения этих двух совокупностей. Это не делает РПЦ всю никак непричастной к злодеяниям и заблуждения МП, но подчеркивает, что в некоторой степени, но не во всей, она поражена этой болезнью. Остаются отдельные здоровые органы, выполняются отдельные функции ее как организма и она не идентична Московской патриархии.

Все действующие лица в сборе: номер журнала Шпигель за март 2016 года, посвященный злоупотреблениям религией. Нашлось в случайных фотках. Уже тогда всё давно было понятно.

Потихоньку разбираю папку «Русский мир», которую я завела в 2009 году и начала собирать туда материалы и изучать данное явление. Это было связано с избранием на должность Патриарха Московского Кирилла Гундяева. Самим Кириллом я активно начала интересоваться в 2006 году, после того, как встретила его на Генеральной ассамблее ВСЦ и у меня уши в трубочку свернулись от его выступления по поводу большей близости православия к исламу, чем к протестантам. Тогда в тренды начинали выходить «традиционные ценности» и я даже выступила на каком-то круглом столе БХД о том, что традиционные ценности, которые они также взяли на идеологическое вооружение, это совершенно модерное понятие. Постепенно буду сюда что-то из этой папочки закидывать, так как меня попросили написать большую статью о «русском мире» для одного сборника, придется расчехлить архивы.

Сейчас в архивах нашелся текст Кирилла Говоруна от 2016 года, где он рассматривает «русский мир» как гражданскую религию и политические лозунги в религиозной обертке. Недавно у меня спросили, за что же я раньше и «кадила Говоруну фимиамом». Дело в том, что в 2016 Говорун писал и говорил более-менее адекватно. Почитайте:

— Концепция “русского мира” — идеология, генезис которой очень схож с генезисом “немецкого мира”, приведшим к Первой и Второй мировым войнам.

Идеология “русского мира”, как всякая идеология, не является церковной. Но как только её начинает формулировать церковь, люди получают метафизическую мотивацию для того, например, чтобы убивать друг друга ради некой сверхидеи. В случае с “русским миром” церковь выступает автором проекта, который вредит и обществу, и ей самой.

Это по сути гражданская религия. Набор неких верований, которые по форме являются метафизическими, но при этом относятся к политической сфере. Когда политический режим по-другому не может себя легимитизировать, он всегда призывает на помощь гражданскую религию.

В принципе, все кто писал о «русском мире» в те годы, сходились во мнении, что православие играет роль «сбоку бантика», а по сути, идеология «русского мира» это набор (гео)политических идей нужных в первую очередь путинскому режиму для легитимации, а для этого все средства хороши - и православие пойдёт, и ислам, и Великая отечественная, и моральная паника по поводу вопросов гендера и сексуальности.

Конечно, плохо, когда церковь обслуживает такие нарративы и идеологии, будь то сегрегацию, апартеид, антисемитизм, военную агрессию, гомофобию, патриархат, тоталитаризм, колониализм, империализм, нацизм и любые другие формы дискриминации, насилия, угнетения, ненависти. Здесь не нужно придумывать какую-то особую ересь «русского мира» - по отношению к христианской доктрине русский мир здесь не выделяется богословскими идеями специфичными только для него. «Русский мир» лишь одна из оберток идеологий, которые рассматривают один народ/этнос/расу как имеющие особую роль и превосходство, а также легитимизируют уничтожение и порабощение других народов и военное насилие. Действительно, те, кто разделяют такие идеи, достойны всяческого осуждения, в том числе и христианским сообществом. Те, кто продвигает такие идеи и извращает принципы христианской морали, должны понести не только моральное осуждение, но и юридические последствия.

Когда же мы говорим о ереси - важно не столько осудить конкретное лицо в качестве еретика, но осудить систему взглядов. Для этого нужно разобрать пену «русского мира» и найти жало, которое поражает разные церкви в разные времена. Мне кажется, православные богословы пока это жало не нащупали: а щупали они главным образом за филетизм – веру в том, что церкви могут основываться на национальном принципе. Собор 1872 года специально оговаривал, что в своем постановлении говорит не о нациях и дискриминации на национальной почве, а об экклезиологическом принципе церковных юрисдикций.

Конечно, национальные церкви остаются проблемой и задают уязвимую злоупотреблений инфраструктуру, но не обязательно: в случае угнетенных народов они могут играть положительную роль по сохранению идентичности и культуры.

Щупать нужно где-то в другом месте.

Вот в России человек созрел на большую политическую акцию в поддержку политзаключенных.

Человека зовут Вадим Дзюба.

Выбрал место, выбрал время, придумал сильную художественную форму и высказался. А люди в зале - аплодировали в его поддержку.

В такие моменты как будто в реальность прорывается настоящее, аутентичное, прорывается правда. Эти моменты очень ценные и пророческие. То, что они запечатлены на видео - делает нас сопричастниками этих моментов.

Хотя митрополит Вениамин не разрешает священникам участвовать в неделе молитвы о единстве христиан, он не препятствует им участвовать в межрелигиозных церемониях: например, в молитвах и церемониях, посвященных памяти жертв Холокоста. В частности, БПЦ представляет свящ. Святослав Рогальский.

Фото: инстаграм раввина Гриши Абрамовича.

Продолжаем рубрику «Подруги-теологини в библиотеке друг друга». Сегодня книга со звездочкой - с автографом мне от авторки.

Итак, в моей библиотеке появилась книга католической теологини из Беларуси, докторессы Мюнстерского университета Алены Харко. Книга очень уважаемого академического издательства Peter Lang - знак качества. Книга - материлы диссертации Алены Харко об о. Александре Мене, одной из ключевых фигур советского христианства.

Я очень жалею, когда такие книги выходят по-немецки, потому что достигают они довольно ограниченной аудитории. Для православия немецкий язык все еще «немой».

А как же я люблю этот немецкий академический стиль со ссылками на полстраницы и более, читаешь эти ссылки как отдельные произведения искусства, как жаль, что на других языках исследователи редко дают ссылки с пояснениями и замечаниями!

Очень рада, что у меня на полке теперь будет еще одна ценная книга, созданная белорусской теологиней, посвященная человеку, очень важному для моей веры.

Межрелигиозные стереотипы в христианстве

Заметила интересную устойчивую тенденцию у современных христианских богословов: когда они сравнивают свои религиозные практики и понятия с практиками и понятиями других религий, то используют сравнение с исламом и язычеством в негативном смысле; а сравнения с буддизмом и иудаизмом в позитивном смысле. Таким образом, формируется негативное отношение к исламу и язычеству - мы с ними ассоциируем все недостатки своей собственной религии, и наоборот, позитивное к буддизму и иудаизму (хотя и у них нет иммунитета от критики).

Понятно почему (небогословские факторы): иудаизм это как бы наши корни, по крайней мере в некоторой степени; а буддизм далеко, и на Западе сформировался свой извод буддизма, вестернизированный и в некоторой степени - христианизированный. А вот ислам - это столкновение цивилизаций и опыт противостояния на протяжении веков, поэтому негатив в сторону этой религии воспринимается в христианской традиции довольно органично, и рефлексии на эту тему маловато. Ислам - это как бы такая тень христианства, место, куда мы вытесняем то, что не принимаем.

Сбор на Байсоле для внука о. Александра Шрамко, одного из основателей «Христианской визии»

Матвею, нашему Моте, скоро шесть лет и у него тяжелый аутизм и степень инвалидности. На реабилитацию требуется значительная сумма каждый месяц, поэтому семья решила объявить сбор.

Матвей - самый добрый ребенок, которого я встречала в своей жизни. Я мечтаю, что он когда-нибудь сможет заговорить. Реабилитация, назначенное ему врачами, сможет помочь ему развить те способности к коммуникации, которые у него уже есть. Но к сожалению, на нее нужна уйма денег, пока семья не получит постоянный внж. А отложить реабилитацию тоже нельзя.

По ссылке можно задонатить небольшую сумму для Матвея.