Так вышло, что у меня накопилась стопка книг, которые я прочитал, но для которых не хотел бы писать полноценный пост — все они не понравились по разным причинам. Тем не менее, для истории оставлю это здесь.
К слову, все авторы каналов сейчас решают, что делать дальше в связи с вероятностью блокировки телеграма на территории РФ. Я вот пока не знаю. Если будет возможность продолжать вести канал — буду пробовать. Нет — вероятно, уйду на LiveLib или Author Today. Других альтернатив пока не вижу — ВК-шные сервисы и мессенджеры ни доверия, ни удовольствия не вызывают, а сам ВК давно стал помойкой. Но ладно, к книгам.
На червлёном поле — Мария Воробьи
Многого ожидал от «Червлёного поля» — хорошие люди советовали, и пиар у книжки был очень крутой. Внутри — история великого испано-итальянского рода Борджиа, ставшего для Эпохи Возрождения символом власти, интриг и порока, поданная через призму магического реализма. Звучит увлекательно, да и сделано красиво, а какая обложка — ммм... Но читать это невозможно.
Где-то книгу сравнивали с романом «Сто лет одиночества», но если Маркес вводит персонажей постепенно и увлекательно погружает читателя в историю каждого, то в «Поле» Борджиа обрушиваются на тебя все и сразу: папа (римский), дети, их супруги, кардиналы, союзники, враги, любовники — и в этом просто теряешься. Подано это как историческая хроника, сцены, места сменяют друг друга, персонажи меняются, происходит какая-то магия... Как разобраться в этом — не представляю. Да, тут есть интересные находки, вроде парнишки, у которого один глаз смотрит в прошлое, а другой в будущее, но в целом творится какой-то хаос. Разумеется, это всё субъективно.
Сказки слепого мира — Вера Сорока
Я читал у Сороки «Питерских монстров», и они мне очень понравились. А тут сборник рассказов, необычных сказок, не связанных общим сюжетом — и прямо чего-то не зашло. Немного абсурдные, немного гротескные рассказы, в которых есть интересные находки, но вот ничего не могу с собой поделать. Единственное, что понравилось — это рассказ «Русалочка».
Депрессия. Торг. Писательство
Когда-то я заказывал эту книгу с «Краудрепаблика», чтобы вдохновиться рассказами современных писателей и их литературными эссе. И вот, добравшись спустя аж четыре года, понял, что всё зря — опять не зашло вообще ничего. В утиль.
Олений завет — Анастасия Смышляева
Мне кажется, МИФ здорово накосячил с серией этнофэнтези «Солнечными тропами», определив туда совершенно разные по сложности, объёму и возрастным рамкам книги. «Олений завет» — книжка детская и несложная, в ней мне не хватило, собственно, этники и фэнтези. Лет в 12-13 прочитал бы с удовольствием.
Потусторонний город — Влад Райбер
А вот тут я купился на хорошую рецензию в «Мире Фантастики». Ожидал густой и страшной городской хтони, а получил, опять же, что-то подростковое. Возможно, это играет на страхах читателей школьного возраста, но я от историй про мертвецов в метро, короля птиц и жуткой дыры в потолке ожидал чего-то большего. Автор описывает действия больше как наблюдатель, он говорит — смотрите, какую очередную хтонь я нашёл — и это в определённой степени увлекательно, но не более того.
Кстати, к «Очень страшной книге — 2026» тоже есть претензия — в ней представлено много длинных рассказов, в которых жесть и хтонь — в самом конце. А обычный русреал я почитал в достаточном объёме в «Депрессии. Торге. Писательстве».
Вот такие дела. Посоветуйте прямо-таки страшную книжку, что ли. Чтоб мороз от макушки до пяток!
К слову, все авторы каналов сейчас решают, что делать дальше в связи с вероятностью блокировки телеграма на территории РФ. Я вот пока не знаю. Если будет возможность продолжать вести канал — буду пробовать. Нет — вероятно, уйду на LiveLib или Author Today. Других альтернатив пока не вижу — ВК-шные сервисы и мессенджеры ни доверия, ни удовольствия не вызывают, а сам ВК давно стал помойкой. Но ладно, к книгам.
На червлёном поле — Мария Воробьи
Многого ожидал от «Червлёного поля» — хорошие люди советовали, и пиар у книжки был очень крутой. Внутри — история великого испано-итальянского рода Борджиа, ставшего для Эпохи Возрождения символом власти, интриг и порока, поданная через призму магического реализма. Звучит увлекательно, да и сделано красиво, а какая обложка — ммм... Но читать это невозможно.
Где-то книгу сравнивали с романом «Сто лет одиночества», но если Маркес вводит персонажей постепенно и увлекательно погружает читателя в историю каждого, то в «Поле» Борджиа обрушиваются на тебя все и сразу: папа (римский), дети, их супруги, кардиналы, союзники, враги, любовники — и в этом просто теряешься. Подано это как историческая хроника, сцены, места сменяют друг друга, персонажи меняются, происходит какая-то магия... Как разобраться в этом — не представляю. Да, тут есть интересные находки, вроде парнишки, у которого один глаз смотрит в прошлое, а другой в будущее, но в целом творится какой-то хаос. Разумеется, это всё субъективно.
Сказки слепого мира — Вера Сорока
Я читал у Сороки «Питерских монстров», и они мне очень понравились. А тут сборник рассказов, необычных сказок, не связанных общим сюжетом — и прямо чего-то не зашло. Немного абсурдные, немного гротескные рассказы, в которых есть интересные находки, но вот ничего не могу с собой поделать. Единственное, что понравилось — это рассказ «Русалочка».
Депрессия. Торг. Писательство
Когда-то я заказывал эту книгу с «Краудрепаблика», чтобы вдохновиться рассказами современных писателей и их литературными эссе. И вот, добравшись спустя аж четыре года, понял, что всё зря — опять не зашло вообще ничего. В утиль.
Олений завет — Анастасия Смышляева
Мне кажется, МИФ здорово накосячил с серией этнофэнтези «Солнечными тропами», определив туда совершенно разные по сложности, объёму и возрастным рамкам книги. «Олений завет» — книжка детская и несложная, в ней мне не хватило, собственно, этники и фэнтези. Лет в 12-13 прочитал бы с удовольствием.
Потусторонний город — Влад Райбер
А вот тут я купился на хорошую рецензию в «Мире Фантастики». Ожидал густой и страшной городской хтони, а получил, опять же, что-то подростковое. Возможно, это играет на страхах читателей школьного возраста, но я от историй про мертвецов в метро, короля птиц и жуткой дыры в потолке ожидал чего-то большего. Автор описывает действия больше как наблюдатель, он говорит — смотрите, какую очередную хтонь я нашёл — и это в определённой степени увлекательно, но не более того.
Кстати, к «Очень страшной книге — 2026» тоже есть претензия — в ней представлено много длинных рассказов, в которых жесть и хтонь — в самом конце. А обычный русреал я почитал в достаточном объёме в «Депрессии. Торге. Писательстве».
Вот такие дела. Посоветуйте прямо-таки страшную книжку, что ли. Чтоб мороз от макушки до пяток!
❤14🤷♂4👍2
Недалёкое будущее. Корпорация «Энергосеть» строит геотермальную станцию на дне Тихого океана, в трёх километрах от поверхности. Для обслуживания станции требуются сотрудники-«рифтеры», способные выдержать чудовищное давление, вечную тьму и изоляцию. Где таких взять? Решение корпорации изящно в своей бесчеловечности: набрать экипаж из людей с тяжёлыми психологическими травмами — жертв насилия, абьюзеров, социопатов. Тот, кто привык к хроническому стрессу наверху, не сломается и внизу. Рифтерам модифицируют тела — вживляют жабры, заменяют лёгкие, ставят линзы на глаза и тому подобное, — и отправляют в бездну.
Главная героиня — Лени, женщина тяжёлой судьбы и очень замкнутая, от которой не ожидается ничего экстраординарного, но которая в итоге становится центром истории о бунте против системы, мести и, в конечном итоге, конце света...
Питера Уоттса мы в первую очередь знаем как автора «Ложной слепоты», где дело происходит на окраине Солнечной системы. Но кто-то, возможно, удивится, что Уоттс так-то морской биолог с докторской степенью, и дебютный свой роман (ставший впоследствии частью трилогии «Рифтеры») написал по подводный мир. По сравнению с «Ложной слепотой» «Морские звёзды» куда менее академичные, зато более живые, эмоциональные и дерзкие, я б даже сказал, пропитанные какой-то первобытной злостью.
Тем не менее, это всё ещё твёрдая НФ. В конце книги есть список литературы, а Уоттс сам признаётся, что читатель будет удивлён, насколько многое из описанного он не придумал. Нанобактерии, «умные гели», эффект Ганцфельда, альтернативные модели происхождения жизни — всё это взято из реальных исследований конца 1990-х и аккуратно интегрировано в сюжет.
Главная фишка «Звёзд» — это атмосфера. Уоттс строит свой подводный мир так, что ты физически ощущает чудовищное давление. Темнота, холод, клаустрофобия станции, чуждость глубоководной среды — всё это передано не через описания, а через множество деталей и через ощущения персонажей. Подводный мир Уоттса красив и ужасен одновременно, пытаться рассказать о нём бесполезно, надо читать.
Вторая фишка — это психология. Бездна у Уоттса является метафорой человеческого разума, и автор показывает, насколько тёмными могут быть его самые глубокие уголки. Рифтеры — это не герои и не антигерои в привычном смысле, это поломанные люди, собранные вместе по принципу максимального неудобства. Тут есть насильник и жертва, которые живут в соседних каютах, тут есть женщина, которая не снимает линзы, чтобы никто не увидел её глаза, есть мужчина, который начинает пожирать местную фауну и однажды просто не возвращается на станцию, а ещё есть наёмный убийца, чьими моральными принципами сама корпорация управляет при помощи генной инженерии. Уоттс не жалеет своих персонажей, но и не эксплуатирует их травмы ради шока. Он исследует их, пусть иногда это выглядит отвратительно.
Ну и фоном, как всегда в таких романах, заговор корпораций и биологическая угроза, с которой корпорация
Какие минусы?
Роман неровный. Первая половина — почти безупречный психологический триллер в замкнутом пространстве, но во второй половине Уоттс уходит в глобальную историю и вводит новые сюжетные линии. Появляются эпизоды с учёными на поверхности, картинка сильно отдаляется, и эта постоянная смена фокуса раздражает.
Ещё я встречал претензии к переводу. Мне было норм, но люди пишут, что у книги слишком высокий порог входа (при том, что тут нет такого нагромождения новых концептов, как в «Ложной слепоте») — много научной терминологии, авторские неологизмы, упомянутые выше переключения. Читать может быть тяжело.
Что в итоге?
Один из редких представителей биопанка, даже, я б сказал, бионуара. Самое близкое сравнение тут, наверное, «Чужой» — только не в космосе, под водой и без героического финала. Если вы любите твёрдую НФ с привкусом хоррора, цените научную достоверность и не боитесь некомфортных персонажей, то получите удовольствие. Не идеально, но мне понравилось.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤20👍5
Для начала — торжественный список того, чего здесь нет:
— Пратчетта (мне кажется, самое смешное я у него уже перечитал, а снова гадать пока не хочется)
— МИФов Асприна — их я тоже читал, поэтому взял «Шуттовскую роту»
— Стругацких с их «Понедельником» (иначе вы это и заставите меня читать)
— Дугласа Адамса с его «Автостопом» (читал, мне не понравилось)
— У Ольги Громыко я читал почти всё года до 2014-го, поэтому выбрал что-то новенькое, а не книгу из цикла про олухов.
Возможно, про что-то смешное и интересное я позабыл или не знал — посоветуйте в комментариях!
Ниже появится голосование — выбирайте (можно несколько вариантов), и я прочитаю набравшую больше всего голосов книгу (или две!) в течение месяца и поделюсь впечатлениями. Все желающие — присоединяйтесь!
1. «Сладкозвучный серебряный блюз» — Глен Кук
Частный детектив Гарретт берётся за дело пропавшей эльфийки и оказывается втянут в клубок интриг, магии и преступлений. Город полон странных типов, а расследование быстро выходит из-под контроля. Классика ироничного нуар-фэнтези.
2. «Хитрости Локка Ламоры» — Скотт Линч
Вор-авантюрист Локк Ламора и его банда провертывают дерзкие аферы в богатом городе Каморре. Но одна ошибка — и они оказываются в смертельно опасной игре против куда более жестокого противника. Угарное с первой страницы фэнтези про обман и дружбу.
3. «Шуттовская рота» — Роберт Асприн
Неудачливого офицера отправляют командовать самым бесполезным подразделением в космической армии. Но под его руководством «шуты» начинают превращаться в боеспособную силу — пусть и весьма своеобразную. Лёгкая и остроумная боевая фантастика.
4. «Киберканикулы» — Ольга Громыко (UPD: либо что-то из олухов)
Капитан космической полиции отправляется на отдых на планету Кассандра, но вместо спокойных каникул получает гонки, интриги, загадочный корабль и целый ворох проблем с киборгами и местной политотой. Весёлое космическое приключение-детектив.
5. «Тайный сыск царя Гороха» — Андрей Белянин
Обычный милиционер попадает в сказочный мир и становится сыщиком при дворе царя Гороха. Расследования, нечисть и море абсурда — работа предстоит непростая. Весёлое фэнтези с русским колоритом и пародийным настроением.
6. «Там, где нас нет» — Михаил Успенский
Богатырь Жихарь попадает в немилость князя и оказывается на грани гибели, но получает шанс на спасение — отправиться в безумное путешествие за Полуденной Росой, чтобы разорвать вечное колесо времени. В пути к нему присоединяются странные спутники, а приключения становятся всё опаснее и абсурднее. Ироничное славянское фэнтези-квест.
7. «Чужак» — Макс Фрай
Макс внезапно попадает в другой мир и становится частью Тайного Сыска города Ехо. Новые способности, странные коллеги и загадочные преступления быстро затягивают его в новую жизнь. Классика лёгкого абсурдного фэнтези.
8. «Катали мы ваше солнце» — Евгений Лукин
В странном Берендеевом царстве солнце запускают в небо как механизм — и однажды оно начинает вести себя неправильно. Пока князья и народ паникуют, за кулисами происходят куда более серьёзные события, способные изменить весь мир. Сатирическое фэнтези с мощной социальной подкладкой.
9. «Координаты чудес» — Роберт Шекли
Обычный человек выигрывает в межгалактической лотерее и отправляется за призом через невероятные миры. Но путешествие оказывается куда опаснее и страннее, чем можно было представить. Классическая фантастика с фирменным юмором и парадоксами.
10. «Роман о театре» — Дж. Б. Пристли
Пожилой драматург переживает творческий кризис, но в старом театре начинает оживать прошлое: ему являются образы актрисы из викторианской эпохи, и граница между сценой и реальностью стирается. Лёгкая и весёлая история о любви, искусстве и времени, где театр оказывается сильнее смерти.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤10
🚚 Только дальний свет фар — Илья Мамаев-Найлз
Свадебный фотограф Ян приезжает на очередную съёмку — и уезжает с неё вместе с невестой. Кира сбегает из-под венца, запрыгивает к нему в старый фургон, и они вдвоём срываются из Петербурга на юг, к морю. Ни плана, ни денег, ни внятной причины — только смутное ощущение, что всё, что было до этого, было ненастоящим и неправильным.
Это второй роман Мамаева-Найлза после нашумевшего «Года порно», который я пока не читал, но наслышан. Если дебют был автофикшеном двадцатилетних, то здесь герои старше: Яну под сорок, Кире чуть за тридцать. Дорога уходит вдаль, а герои ведут бесконечные беседы о том, чего они хотят от жизни, — и все эти разговоры упираются в одно и то же: «я не знаю».
Роуд-стори — жанр, конечно, насквозь американский. Не знаю, кто был его родоначальником, но «В дороге» Керуака в своё время очень сильно меня впечатлила, показав, что такое на самом деле спонтанность. Что можно отбросить страх, ехать куда глаза глядят и найти в новом месте новые смыслы. Мамаев-Найлз берёт эту форму и пересаживает на русскую почву, всё переворачивая: если герои Керуака и, например, Маккарти («Дорога») держали свой путь к чему-то, то Ян и Кира убегают от чего-то и находят в дороге своё спасение. И чем дальше они едут, тем становится понятнее, что дорога никуда не ведёт.
Герои тут символичны, они живут в каком-то промежуточном состоянии. Это уже не подростковый бунт, но и не зрелость, они оперируют словами «выгорание» и «осознанность», но не знают, что с этим делать. Они проговаривают свои проблемы, но проблемы не решаются. Кира чуть не выходит замуж за человека, который её чисто по-бытовому бесит, бросает успешную IT-карьеру и пробует заработать хоть что-то гаданием на Таро. Ян фотографирует, а ещё больше, кажется, объясняет окружающим, зачем вообще человек с фотоаппаратом нужен в эпоху, когда у каждого есть камера в телефоне. Он мечтает «просто ездить и фоткать то, что вижу», но тут же сам себя обрубает: «В этом нет денег». Кира же хочет «какого-нибудь будущего» — и сама слышит, как жалко это звучит. И тем болезненнее становится, когда Кира сталкивается с ситуацией, в которой «просто подождать» и «разобраться потом» уже невозможно. А с Яном случается настоящая беда, из которой ему предстоит выбраться самостоятельно.
Название книги работает буквально: когда едешь ночью с дальним светом, видишь только узкую полосу перед собой. Ни обочин, ни горизонта — только ближайшие сто метров. Это и есть способ существования Яна и Киры: они не видят дальше следующей заправки, следующего разговора, следующей ночёвки. Мамаев-Найлз не осуждает их за это, но и не романтизирует.
Что в итоге?
«Только дальний свет фар» не претендует на какие-то лавры. Это тихий, местами смешной и местами очень болезненный роман о людях, ищущих смысл. Необычное для меня чтение, и я пока не могу понять, почему эта книга так откликнулась. То ли герои слишком живые и знакомые, то ли задевает она какой-то нерв, который мы в последнее время привыкли не трогать.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
Свадебный фотограф Ян приезжает на очередную съёмку — и уезжает с неё вместе с невестой. Кира сбегает из-под венца, запрыгивает к нему в старый фургон, и они вдвоём срываются из Петербурга на юг, к морю. Ни плана, ни денег, ни внятной причины — только смутное ощущение, что всё, что было до этого, было ненастоящим и неправильным.
Это второй роман Мамаева-Найлза после нашумевшего «Года порно», который я пока не читал, но наслышан. Если дебют был автофикшеном двадцатилетних, то здесь герои старше: Яну под сорок, Кире чуть за тридцать. Дорога уходит вдаль, а герои ведут бесконечные беседы о том, чего они хотят от жизни, — и все эти разговоры упираются в одно и то же: «я не знаю».
Роуд-стори — жанр, конечно, насквозь американский. Не знаю, кто был его родоначальником, но «В дороге» Керуака в своё время очень сильно меня впечатлила, показав, что такое на самом деле спонтанность. Что можно отбросить страх, ехать куда глаза глядят и найти в новом месте новые смыслы. Мамаев-Найлз берёт эту форму и пересаживает на русскую почву, всё переворачивая: если герои Керуака и, например, Маккарти («Дорога») держали свой путь к чему-то, то Ян и Кира убегают от чего-то и находят в дороге своё спасение. И чем дальше они едут, тем становится понятнее, что дорога никуда не ведёт.
Герои тут символичны, они живут в каком-то промежуточном состоянии. Это уже не подростковый бунт, но и не зрелость, они оперируют словами «выгорание» и «осознанность», но не знают, что с этим делать. Они проговаривают свои проблемы, но проблемы не решаются. Кира чуть не выходит замуж за человека, который её чисто по-бытовому бесит, бросает успешную IT-карьеру и пробует заработать хоть что-то гаданием на Таро. Ян фотографирует, а ещё больше, кажется, объясняет окружающим, зачем вообще человек с фотоаппаратом нужен в эпоху, когда у каждого есть камера в телефоне. Он мечтает «просто ездить и фоткать то, что вижу», но тут же сам себя обрубает: «В этом нет денег». Кира же хочет «какого-нибудь будущего» — и сама слышит, как жалко это звучит. И тем болезненнее становится, когда Кира сталкивается с ситуацией, в которой «просто подождать» и «разобраться потом» уже невозможно. А с Яном случается настоящая беда, из которой ему предстоит выбраться самостоятельно.
Название книги работает буквально: когда едешь ночью с дальним светом, видишь только узкую полосу перед собой. Ни обочин, ни горизонта — только ближайшие сто метров. Это и есть способ существования Яна и Киры: они не видят дальше следующей заправки, следующего разговора, следующей ночёвки. Мамаев-Найлз не осуждает их за это, но и не романтизирует.
Что в итоге?
«Только дальний свет фар» не претендует на какие-то лавры. Это тихий, местами смешной и местами очень болезненный роман о людях, ищущих смысл. Необычное для меня чтение, и я пока не могу понять, почему эта книга так откликнулась. То ли герои слишком живые и знакомые, то ли задевает она какой-то нерв, который мы в последнее время привыкли не трогать.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
❤20👍3
🏠 Странный дом 2 — Укэцу
Я уже писал про странную, но интересную книжку «Странный дом» от автора, скрывающегося за белой маской и предлагающего читателям разгадать «фудосан-мистери» — детектив, где расследование строится на чертежах и планировках домов. И было очень любопытно, можно ли что-то в этом жанре сделать что-то ещё, или же это одноразовый прикол.
Поэтому я купил вторую часть «Странного дома» и погрузился в новое расследование.
Итак, Укэцу после своей первой книги типа прославился, и со всех концов Японии ему присылают письма с архитектурными загадками и тайнами. Он собирает одиннадцать самых примечательных из них и беседует с авторами, пытаясь разобраться. И вроде даже разбирается, но в итоге идёт к своему другу, нашему старому знакомому архитектору Курихаре. А тот видит в этих, казалось бы, совершенно разных историях ужасающую связь и начинает (вместе с читателем) её раскручивать. Об этой связи автор честно предупреждает в начале, и искать зацепки можно уже сразу — и я даже несколько нашёл, хотя бесконечно далёк от детективов.
Что хорошо, так это то, что история второй книги понятнее. Если в первой части сюжет был замороченным, целая семейная сага на полвека, — то здесь всё проще. Единственное, что мне не понравилось в такой структуре — то, что, добравшись до одиннадцатой истории ты подзабываешь, что там было в первой:) Домов и планировок стало больше, и автор пытается как-то это компенсировать: планы повторяются, важные детали подсвечиваются, всякие стрелки, маршруты, схемы, и ориентироваться в этом всём несложно, если вы внимательны (не как я).
В остальном — это всё тот же «Странный дом». Фантазия автора зашкаливает. Мне больше всего понравилось, как в одном сюжете расследование строилось вокруг «телефона» из бумажных стаканчиков. Девочка с отцом играли в эту игру перед сном, но в один день у соседей сгорел дом — и наши диванные расследователи шаг за шагом с планировкой под рукой выясняют, где в этот вечер на самом деле находился отец, и кто на самом деле устроил пожар (дело там дошло до изучения углов, под которым должна была быть приоткрыта дверь спальни, чтобы нитка ни за что не задевала, и связь состоялась).
Рекомендации прежние. Если вам нравятся детективы, в которых нужно думать вместе с сыщиком, если вам близок тихий японский саспенс — читайте и получайте удовольствие. Но если нужен полноценный роман с прописанными характерами, сценами и литературным языком — то это вообще мимо. Укэцу пишет функционально: диалоги, чертежи, рассуждения.
Мне понравилось.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
Я уже писал про странную, но интересную книжку «Странный дом» от автора, скрывающегося за белой маской и предлагающего читателям разгадать «фудосан-мистери» — детектив, где расследование строится на чертежах и планировках домов. И было очень любопытно, можно ли что-то в этом жанре сделать что-то ещё, или же это одноразовый прикол.
Поэтому я купил вторую часть «Странного дома» и погрузился в новое расследование.
Итак, Укэцу после своей первой книги типа прославился, и со всех концов Японии ему присылают письма с архитектурными загадками и тайнами. Он собирает одиннадцать самых примечательных из них и беседует с авторами, пытаясь разобраться. И вроде даже разбирается, но в итоге идёт к своему другу, нашему старому знакомому архитектору Курихаре. А тот видит в этих, казалось бы, совершенно разных историях ужасающую связь и начинает (вместе с читателем) её раскручивать. Об этой связи автор честно предупреждает в начале, и искать зацепки можно уже сразу — и я даже несколько нашёл, хотя бесконечно далёк от детективов.
Что хорошо, так это то, что история второй книги понятнее. Если в первой части сюжет был замороченным, целая семейная сага на полвека, — то здесь всё проще. Единственное, что мне не понравилось в такой структуре — то, что, добравшись до одиннадцатой истории ты подзабываешь, что там было в первой:) Домов и планировок стало больше, и автор пытается как-то это компенсировать: планы повторяются, важные детали подсвечиваются, всякие стрелки, маршруты, схемы, и ориентироваться в этом всём несложно, если вы внимательны (не как я).
В остальном — это всё тот же «Странный дом». Фантазия автора зашкаливает. Мне больше всего понравилось, как в одном сюжете расследование строилось вокруг «телефона» из бумажных стаканчиков. Девочка с отцом играли в эту игру перед сном, но в один день у соседей сгорел дом — и наши диванные расследователи шаг за шагом с планировкой под рукой выясняют, где в этот вечер на самом деле находился отец, и кто на самом деле устроил пожар (дело там дошло до изучения углов, под которым должна была быть приоткрыта дверь спальни, чтобы нитка ни за что не задевала, и связь состоялась).
Рекомендации прежние. Если вам нравятся детективы, в которых нужно думать вместе с сыщиком, если вам близок тихий японский саспенс — читайте и получайте удовольствие. Но если нужен полноценный роман с прописанными характерами, сценами и литературным языком — то это вообще мимо. Укэцу пишет функционально: диалоги, чертежи, рассуждения.
Мне понравилось.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
🔥11👍5
✨ Далёкое лето — Ся Цзя
В последние годы на русском выходит много китайской фантастики и, если говорить именно про фантастику, а не про фэнтези, то на слуху авторы НФ и всяческого киберпанка. В авангарде этого поезда, конечно, мчит Лю Цысинь, кто-то назовёт ещё Чэнь Цюфаня («Мусорный прибой»). Примерно этого я ожидал и от сборника рассказов писательницы, работающей под псевдонимом Ся Цзя (с китайского это переводится примерно как «летняя свирель»). Но получил нечто совершенно другое.
Тон книге задаёт вступление фантаста Кена Лю, который формулирует интересную мысль: современный Китай — страна одновременно очень молодая и очень старая, и привычные нф-методы спотыкаются на его противоречиях. Нужен язык, в котором традиция и наука — синонимы, а не противоположности. Именно это и использует в своих рассказах Ся Цзя: её рассказы очень поэтичные и очень, если можно так сказать, китайские.
Внутри четырнадцать рассказов. Мне больше всего понравился «Недосягаемое для тебя время». В его вселенной на Земле существуют два вида необычных людей: Бессмертные и Путники, враждующие друг с другом. Первые живут бесконечную жизнь, вторые — обычную человеческую, но могут прыгать между разными временами. Повествование ведётся от лица Путницы, которая то и дело в своих путешествиях натыкается на одного Бессмертного, с которым у неё завязывается своеобразная дружба. И это не ромфант, как можно подумать, а довольно закрученная сюрреалистичная история, проходящая от момента появления человека разумного до гибели планеты.
Ещё интересно было почитать «Дела минувшие на Праздник Весны» — цикл зарисовок про китайский Новый Год в духе сериала «Чёрное зеркало». Один из рассказов «У реки Мило» я планирую перечитать — он сложен и необычен по структуре, по сути, рассказ внутри рассказа: молодая писательница пишет своему кумиру-фантасту письма, в которые прикладывает главы своей повести, начинающейся как история про путешествие во времени, но превращающейся в диалог о смысле человеческого существования. И, как водится, писательница оказывается не совсем той, за кого себя выдаёт.
Остальное зацепило куда меньше, хотя сюжеты интересные: от бытовой истории про робота-сиделку до путешествия механического коня-дракона по постапокалиптической земле. Рассказы Ся Цзя воздушны, очень поэтичны и сдобрены массой метафор, которые маскируют или вообще вытесняют сильные по существу идеи. Сама Ся Цзя называет свой жанр «кашеобразной НФ» (ну, китайским я не владею, но переводчик подсказал, что в иероглифах есть каша и научная фантастика), и это очень точное описание: всё какое-то вязкое, медленное и тягучее.
Обосновано это не только видением писательницы, но и традицией китайской прозы. Если корни западной НФ — в научно-технической революции и чётком разделении реального и воображаемого/сверхъестественного, и все привычные нам тексты работают через фантдопущение, то в китайской традиции не требуются ни объяснения, ни разоблачения. Когда Ся Цзя в «Ночном путешествии дракона-лошади» пускает этого самого механического дракона-коня бродить по руинам, где он встречает летучую мышь и разговаривает с ней стихами — это не какой-то дикий фэнтези-сюр. Это традиция, которой почти две тысячи лет, и в рамках этой традиции (чжигуай, чуаньци) робот и бродячий дух из народной сказки — явления одного порядка, и совершенно не нужно выстраивать между ними мостик
В этом же и минусы. Стоит свыкнуться с тем, что тут мало что объясняют (см. предыдущий абзац), и чтобы получить максимальный эффект от книги, читать это нужно медленно и вдумчиво. Это настолько важно, что в предисловии к «У реки Мило» автор напрямую просит читателя читать медленно! Плюс не лишним будет интернет под рукой, в котором можно погуглить упоминаемые явления, исторических персонажей, песни и другие известные китайцам, но неизвестные большинству из нас вещи.
Что в итоге?
Я не стал фанатом, но это был интересный, я б даже сказал — экзотический опыт. Стоит читать? Попробуйте.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
В последние годы на русском выходит много китайской фантастики и, если говорить именно про фантастику, а не про фэнтези, то на слуху авторы НФ и всяческого киберпанка. В авангарде этого поезда, конечно, мчит Лю Цысинь, кто-то назовёт ещё Чэнь Цюфаня («Мусорный прибой»). Примерно этого я ожидал и от сборника рассказов писательницы, работающей под псевдонимом Ся Цзя (с китайского это переводится примерно как «летняя свирель»). Но получил нечто совершенно другое.
Тон книге задаёт вступление фантаста Кена Лю, который формулирует интересную мысль: современный Китай — страна одновременно очень молодая и очень старая, и привычные нф-методы спотыкаются на его противоречиях. Нужен язык, в котором традиция и наука — синонимы, а не противоположности. Именно это и использует в своих рассказах Ся Цзя: её рассказы очень поэтичные и очень, если можно так сказать, китайские.
Внутри четырнадцать рассказов. Мне больше всего понравился «Недосягаемое для тебя время». В его вселенной на Земле существуют два вида необычных людей: Бессмертные и Путники, враждующие друг с другом. Первые живут бесконечную жизнь, вторые — обычную человеческую, но могут прыгать между разными временами. Повествование ведётся от лица Путницы, которая то и дело в своих путешествиях натыкается на одного Бессмертного, с которым у неё завязывается своеобразная дружба. И это не ромфант, как можно подумать, а довольно закрученная сюрреалистичная история, проходящая от момента появления человека разумного до гибели планеты.
Ещё интересно было почитать «Дела минувшие на Праздник Весны» — цикл зарисовок про китайский Новый Год в духе сериала «Чёрное зеркало». Один из рассказов «У реки Мило» я планирую перечитать — он сложен и необычен по структуре, по сути, рассказ внутри рассказа: молодая писательница пишет своему кумиру-фантасту письма, в которые прикладывает главы своей повести, начинающейся как история про путешествие во времени, но превращающейся в диалог о смысле человеческого существования. И, как водится, писательница оказывается не совсем той, за кого себя выдаёт.
Остальное зацепило куда меньше, хотя сюжеты интересные: от бытовой истории про робота-сиделку до путешествия механического коня-дракона по постапокалиптической земле. Рассказы Ся Цзя воздушны, очень поэтичны и сдобрены массой метафор, которые маскируют или вообще вытесняют сильные по существу идеи. Сама Ся Цзя называет свой жанр «кашеобразной НФ» (ну, китайским я не владею, но переводчик подсказал, что в иероглифах есть каша и научная фантастика), и это очень точное описание: всё какое-то вязкое, медленное и тягучее.
Обосновано это не только видением писательницы, но и традицией китайской прозы. Если корни западной НФ — в научно-технической революции и чётком разделении реального и воображаемого/сверхъестественного, и все привычные нам тексты работают через фантдопущение, то в китайской традиции не требуются ни объяснения, ни разоблачения. Когда Ся Цзя в «Ночном путешествии дракона-лошади» пускает этого самого механического дракона-коня бродить по руинам, где он встречает летучую мышь и разговаривает с ней стихами — это не какой-то дикий фэнтези-сюр. Это традиция, которой почти две тысячи лет, и в рамках этой традиции (чжигуай, чуаньци) робот и бродячий дух из народной сказки — явления одного порядка, и совершенно не нужно выстраивать между ними мостик
В этом же и минусы. Стоит свыкнуться с тем, что тут мало что объясняют (см. предыдущий абзац), и чтобы получить максимальный эффект от книги, читать это нужно медленно и вдумчиво. Это настолько важно, что в предисловии к «У реки Мило» автор напрямую просит читателя читать медленно! Плюс не лишним будет интернет под рукой, в котором можно погуглить упоминаемые явления, исторических персонажей, песни и другие известные китайцам, но неизвестные большинству из нас вещи.
Что в итоге?
Я не стал фанатом, но это был интересный, я б даже сказал — экзотический опыт. Стоит читать? Попробуйте.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
❤18👍5
Сейчас я попробую коротко объяснить сюжет «Координат чудес». Землянин Кармоди, сам того не желая, выигрывает в галактическую лотерею, получает Приз и пытается вернуться на Землю. Но тут проблема — всё в галактике привязано к координатам, причём вопрос стоит не только «куда» ему лететь, но ещё и в какое время («когда») и на какую конкретно из Земель («которую»).
В поисках ответов на эти вопросы он посещает множество планет, на которых попадает в абсурдные ситуации. Всё усложняет ещё и то, что его Приз, кажется, живой, а ещё за ним гонится его персональный Хищник.
Понятно, что мало что понятно, но добро пожаловать в классику юмористической фантастики.
Формально это вроде бы приключенческая фантастика с космосом, инопланетянами и парадоксами пространства-времени. По факту же едкая сатира плюс толстый слой философии на тему того, как устроен наш безумный мир — масштабы тут галактические, а проблемы вполне земные. В одном эпизоде он сталкивается с творцом миров Модсли, который больше похож на прораба на стройке, чем на создателя планет. В другом попадает в умный город, из которого сбежали все жители, потому что город их заколебал своей заботой. В третьем проваливается в эпоху динозавров и пытается дипломатично отвечать, как сосуществуют люди и тиранозавры в будущем («Что вы, динозавры не доставляют людям хлопот. Можно сказать, они всем нравятся»).
Первый раз «Координаты чудес» я читал ещё в школьные годы и мало что понял, а на второй, нынешний заход держал в голове, что мне не нравится «Автостопом по галактике» Дугласа Адамса — куда более известная книга, выросшая из «Координат» и сильно на неё похожая внешне. К счастью, опасения не оправдались: у Адамса абсурд какой-то уютный, у него во Вселенной царит полный хаос, но в нём можно жить, если знать правила. А вот у Шекли Кармоди не находит в итоге ответов на свои вопросы, зато получает важный урок: что бы ты не делал, ты всё равно ничего не предугадаешь, потому что жизнь хаотична и жестока. «Автостопом» — комедия, прикинувшаяся философией, а «Координаты» — философия, прикинувшаяся комедией, и это чувствуется.
В целом читать было тяжеловато. Много специфичного юмора и отсылок к реалиям шестидесятых, плюс поднимаются непростые вопросы, плюс сцены меняются как в калейдоскопе. Тем не менее, читается интересно — темы-то вечные.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤11👍5
«Лаборатория фантастики» — крупнейший русскоязычный сайт, посвящённый фантастическим и околофантастическим жанрам и темам — подвёл итоги «Книги года-2025». Мне было любопытно следить за голосованием, потому что в нём участвовало приличное количество книг, о которых я здесь писал — ну и, как водится, кое-кто из моих любимчиков победил 😁
Лучшая повесть/рассказ русскоязычного автора — К. А. Терина «Змееносцы». В начале года я писал про этот безумный и удивительный сборник, в котором именно этот рассказ мне понравился больше всего. Очень рад, а ещё больше рад тому, что автор обещает в этом году полноценный роман во вселенной «Змееносцев».
Лучшая сетевая публикация — Иван Белов «Лучшее сыскное». Это рассказ из цикла про Руха Бучилу. Никак не начну читать второй том «Заступы», горе мне, горе...
Из нечитанного:
Лучший роман/сборник нерусскоязычного автора — Паоло Бачигалупи «Навола». Фэнтези в венецианском антураже про наследника одного из могущественных семей, правящих торговым городом-государством. Взял на заметку, книги года я стараюсь читать.
Лучший роман/сборник русскоязычного автора — Эдуард Веркин «Сорока на виселице». Тут у меня проблемы: «Сороку» я два или три раза пытался начать, но ломался и оставлял попытки. Самое забавное, что однажды я попал на лекцию к Веркину, где он рассказывал о том, как писать фантастику, и он оказался точно таким же, как книга — в меру нудноватым, в меру причудливым и очень сложным. Не уверен, что буду продолжать пробовать, но чем чёрт не шутит.
Лучшая повесть/рассказ нерусскоязычного автора — Яцек Дукай «Король боли и кузнечик». Зубодробительный рассказ из зубодробительного сборника, очень его (сборник) хвалили и даже устраивали интересный разбор на фантлабе, планирую его как-нибудь прочитать.
В целом впечатление такое, что выбрали сложное, странное и постмодерновое. Непонятно, как между Веркиным, Дукаем и К. А. Териной затесался Белов, лучик мрака в светлом сюрреалистическом царстве, но в любой компании должен быть мужик с топором, видимо, даже интеллектуалам хочется иногда почитать про упыря, который лупит по морде прочую нечисть. И это прекрасно!
Лучшая повесть/рассказ русскоязычного автора — К. А. Терина «Змееносцы». В начале года я писал про этот безумный и удивительный сборник, в котором именно этот рассказ мне понравился больше всего. Очень рад, а ещё больше рад тому, что автор обещает в этом году полноценный роман во вселенной «Змееносцев».
Лучшая сетевая публикация — Иван Белов «Лучшее сыскное». Это рассказ из цикла про Руха Бучилу. Никак не начну читать второй том «Заступы», горе мне, горе...
Из нечитанного:
Лучший роман/сборник нерусскоязычного автора — Паоло Бачигалупи «Навола». Фэнтези в венецианском антураже про наследника одного из могущественных семей, правящих торговым городом-государством. Взял на заметку, книги года я стараюсь читать.
Лучший роман/сборник русскоязычного автора — Эдуард Веркин «Сорока на виселице». Тут у меня проблемы: «Сороку» я два или три раза пытался начать, но ломался и оставлял попытки. Самое забавное, что однажды я попал на лекцию к Веркину, где он рассказывал о том, как писать фантастику, и он оказался точно таким же, как книга — в меру нудноватым, в меру причудливым и очень сложным. Не уверен, что буду продолжать пробовать, но чем чёрт не шутит.
Лучшая повесть/рассказ нерусскоязычного автора — Яцек Дукай «Король боли и кузнечик». Зубодробительный рассказ из зубодробительного сборника, очень его (сборник) хвалили и даже устраивали интересный разбор на фантлабе, планирую его как-нибудь прочитать.
В целом впечатление такое, что выбрали сложное, странное и постмодерновое. Непонятно, как между Веркиным, Дукаем и К. А. Териной затесался Белов, лучик мрака в светлом сюрреалистическом царстве, но
❤12😁6
Из списка выпадают две очевидные книги — это, конечно же, «Мастер и Маргарита» Булгакова и «Сто лет одиночества» Маркеса. Я их уже читал, плюс это варианты, которые, как кажется мне, точно победят, и устраивать голосование нет смысла. Ну и Павича не готов пока читать, надо собраться с мыслями. И я точно знаю, что не учёл каких-то интересных русскоязычных авторов — предлагайте в комментариях, что я пропустил.
Ниже появится голосование — выбирайте (можно несколько вариантов), и я прочитаю набравшую больше всего голосов книгу (или две!) в течение месяца и поделюсь впечатлениями. Все желающие — присоединяйтесь!
1. «Дом, в котором...» — Мариам Петросян
Интернат для детей-инвалидов оказывается целым миром со своими законами, легендами и тайными переходами. Здесь реальность переплетается с мифами, а каждый обитатель живёт сразу в нескольких измерениях.
2. «Игра в классики» — Хулио Кортасар
История аргентинца Орасио Оливейры, блуждающего между Парижем и Буэнос-Айресом, превращается в интеллектуальный лабиринт. Роман можно читать по-разному, следуя разным маршрутам, — и каждый раз он будет складываться в новую картину.
3. «Лавка чудес» — Жоржи Амаду
В бразильском городе сталкиваются наука и магия, рациональное и мистическое. История жизни Педро Арканжо — учёного и колдуна — превращается в оду культуре, свободе и человеческой страсти.
4. «Тень ветра» — Карлос Руис Сафон
Юный Даниэль находит в загадочном Кладбище забытых книг роман неизвестного автора и начинает расследование его судьбы. Это приводит его в мир тайн, любви и опасных секретов Барселоны.
5. «Дом духов» — Исабель Альенде
Судьба семьи Труэба разворачивается на фоне политических потрясений в Чили, а рядом с бытовой реальностью постоянно присутствуют духи.
6. «Берег печалей» — Даниэла Раймонди
Семейная сага, охватывающая несколько поколений итальянской семьи, где память, утраты и любовь переплетаются с реальными историческими событиями от борьбы Гарибальди до социальных катаклизмов семидесятых.
7. «Петровы в гриппе и вокруг него» — Алексей Сальников
Обычная семья из Екатеринбурга переживает грипп, но болезнь превращает реальность в странный, зыбкий поток событий и воспоминаний, и граница между настоящим и бредом стирается.
8. «Калечина-Малечина» — Евгения Некрасова
Жизнь школьницы Кати, полной одиночества и боли, меняется, когда в её мире появляется странное существо — Калечина-Малечина. Оно пугает и одновременно даёт силу.
9. «Флорентийская чародейка» — Салман Рушди
Таинственная женщина оказывается связующим звеном между Индией Великих Моголов и ренессансной Флоренцией. Богатый, барочный роман, где фантазия становится частью истории.
10. «Хроники заводной птицы» — Харуки Мураками
Обычный человек отправляется на поиски пропавшей жены и постепенно погружается в странный мир снов, колодцев и исчезающих людей, а реальность начинает распадаться, открывая скрытые слои.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤5
Семнадцать веков назад на Земле случилась Великая Нуклеарная Порча, которая отбросила человечество в Новое Средневековье, причём не позднюю его версию с рыцарями, а в Тёмные века, погрязшие в мраке, грязи и ересях. Большинство видов живых существ уничтожено, остатки людей ютятся в маленьких деревушках вокруг церквей, поклоняются Великому Джи и ездят на мурах — муравьях-мутантах.
Действие «Магмы ведьм» происходит в некоем архипелаге на одном из островов с издевательским названием Чистые Холмы. В тамошнем посёлке свирепствует мор, с которым не может справиться местный епископ, и ему в помощь откомандировывается инквизитор Кай. Формально его задача — приговорить к смерти портниху Анну, которую местные считают ведьмой. Но молодой и амбициозный Кай вместо того, чтобы подписать ей приговор, начинает расследование, в ходе которого один за другим вскрываются все мерзкие секреты этого места.
В своё время я не понял и невзлюбил книгу Анны Старобинец «Лисьи броды». Это было слишком сюрреалистично и слишком непонятно. «Магма ведьм» — дело совершенно другое. Довольно дикий и необычный сеттинг, где голубой цвет — цвет несуществующего чистого неба — считается богохульным, а ткани делаются из человеческих волос, подаётся как вполне себе такое обычное фэнтези. Прошлой осенью я читал «Сторожа брата моего» Тима Пауэрса — вот тут что-то подобное, тоже деревушка в глухомани, тоже расследование, вскрывающее жуткие секреты и доказывающее, что обычные люди могут быть куда страшнее мифических чудовищ. Хотя, ещё сравнивают «Магму ведьм» с «Трудно быть богом» (с поправкой на то, что Кай всё-таки не пришелец из другого мира, а вполне себе местный).
Завязка романа звучит как детектив, но от детектива тут только обёртка. Вычислить всю цепочку злодеяний до самого конца нам не дадут, хотя заметно, что Кай то тут, то там совершает весьма нелогичные действия, которым потом находится логичное объяснение. Для меня «Магма ведьм» была, в первую очередь, исследованием человеческой природы в замкнутом пространстве (что-то подобное проделывала в своё время Яна Вагнер в романе «Тоннель»).
Обитатели Чистых Островов невежественны и суеверны, для них слишком сложно знать правду, а самое простое — это найти крайнего и избавиться от него. Кай, прошедший церковную школу и учившийся по книге того самого местного епископа, выглядит для этого сборища слишком рациональным и «хорошим» — хотя он просто пытается быть человечным и не приговаривать к смерти невиновных. Хотя и романом про прогрессорство, про свет знания, побеждающий тьму, тоже нельзя — и Кай хоть и даёт поначалу такую надежду читателю (но не буду спойлерить — твисты тут интересные).
Для кого-то плюсом, для кого-то минусом «Магмы ведьм» может стать некоторая, хм, физиологичность. Балом здесь правят химия и биология, точнее, её часть, связанная с деторождением (поручик, без шуток!) Кислоты, слизи, кровь, выделения, феромоны, роды (а дети тут рождаются с мутациями и, как правило, по двое) — большую роль в романе играют жидкости и запахи. Кому-то это будет любопытно, к тому же, у нас тут редкий представитель биопанка. Кого-то это оттолкнёт. Старобинец вообще любит работать на грани дискомфорта.
Что в итоге?
«Магма ведьм» — удивительный вариант постапокалипсиса, в котором считываются совершенно разные по смыслу и по духу произведения, от «Трудно быть богом» и «Имени розы» до «Рассказа служанки», от сказки про Снежную Королеву (Кай носит своё имя не просто так, но тсс!) до библейских мотивов. Мне очень понравилось, и пока это лучшее из нового, что я прочитал в этом году.
И это первая часть трилогии. Концовка вполне понятная и закрытая, но буду рад снова вернуться в этот мрачный мир.
Оценка: 💎💎💎💎💎
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍19❤6
👾 Проект «Аве Мария» — Энди Вейер
Бывший учёный, а ныне школьный учитель Грейс просыпается на борту космического корабля без памяти. Он не помнит ни своего имени, ни того, как и зачем здесь оказался. Постепенно выясняется, что летит он с двумя трупами, за бортом — вовсе не родное Солнышко, а цель его — спасти человечество. Солнце угасает из-за непонятных микроорганизмов, пожирающих энергию, а Грэйс болтается в окрестностях Тау Кита, которую, почему-то, эти твари не жрут. Но самое веселье начинается, когда рядом с ним паркуется инопланетный корабль...
Я слышал много восторженных отзывов о фильме с Райаном Гослингом и решил, что честным перед просмотром будет всё-таки прочитать первоисточник. Первое впечатление — вау! Вейер — известный популяризатор науки, и в «Проекте...» он остаётся верен себе. Весь роман — это густая каша из физики, химии, биологии, с кучей цифр и с надеждой на то, что читатель помнит хотя бы какие-то школьные азы (иначе читать это будет невозможно — но это не минус!)
Проблема же в том, что сочетается вся эта техничность с космооперой. Если «Марсианин» был произведением камерным, и целью героя было выжить любыми, даже самыми сумасшедшими способами (не теряя чувства юмора), то здесь же — напомню, в рамках экзистенциальной угрозы человечеству — Грейс откровенно кайфует.
Он исследует корабль, знакомится с пришельцем, налаживает с ним контакт и потом, переселив его к себе, отправляется решать проблему. Выглядит это при всей «научности» не как первый контакт с чужим разумом, а как история дружбы (со слезовыжимающими деталями вроде того, что Рокки — так герой зовёт инопланетянина — просит присматривать за ним во сне, потому что в это время он полностью беззащитен). Два чужих существа, которые дышат разным воздухом и живут при разном давлении, находят общий язык — это очень трогательно. Идеальный материал для бадди-муви с Гослингом.
Я не хочу сказать, что это плохо. Вся «космическая» часть книги — это один большой научпоп-текст, познавательный и в меру развлекательный. Просто не следует ожидать при всех наворотах от него духа тру-НФ. В первую очередь, это приключение!
Параллельно Грейс вспоминает про подготовку к полёту, когда мировые правительства наделили его начальницу чрезвычайными полномочиями, и та начинает воплощать замыслы с ужасающей скоростью и драматичностью, от покрытия всей поверхности Сахары пластинами-генераторами астрофагов (так называется та самая угроза всему) до ядерных взрывов в Антарктиде для поддержания уровня тепла на планете. Эта часть мне откровенно не понравилась, потому что творят они там полную дичь. Ну и вишенка на торте, точнее, клюковка — раз уж в романе фигурируют русские космонавты, то они обязательно пьют водку стаканами.
Что в итоге?
Вейер рассказывает легко, с шуточками и умеет вызвать интерес. Читается отлично. «Проект "Аве Мария"» — один большой аттракцион, в котором и космос можно поизучать, и в биологии пришельцев поразбираться, и провести разные опыты, и поумиляться дружбе в стиле мультиков Pixar. Но Вейер здесь не Лем и не Уоттс, он не задаёт сложных вопросов — все вопросы его герой решает с помощью говна, палок и инженерной смекалки.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
Бывший учёный, а ныне школьный учитель Грейс просыпается на борту космического корабля без памяти. Он не помнит ни своего имени, ни того, как и зачем здесь оказался. Постепенно выясняется, что летит он с двумя трупами, за бортом — вовсе не родное Солнышко, а цель его — спасти человечество. Солнце угасает из-за непонятных микроорганизмов, пожирающих энергию, а Грэйс болтается в окрестностях Тау Кита, которую, почему-то, эти твари не жрут. Но самое веселье начинается, когда рядом с ним паркуется инопланетный корабль...
Я слышал много восторженных отзывов о фильме с Райаном Гослингом и решил, что честным перед просмотром будет всё-таки прочитать первоисточник. Первое впечатление — вау! Вейер — известный популяризатор науки, и в «Проекте...» он остаётся верен себе. Весь роман — это густая каша из физики, химии, биологии, с кучей цифр и с надеждой на то, что читатель помнит хотя бы какие-то школьные азы (иначе читать это будет невозможно — но это не минус!)
Проблема же в том, что сочетается вся эта техничность с космооперой. Если «Марсианин» был произведением камерным, и целью героя было выжить любыми, даже самыми сумасшедшими способами (не теряя чувства юмора), то здесь же — напомню, в рамках экзистенциальной угрозы человечеству — Грейс откровенно кайфует.
Он исследует корабль, знакомится с пришельцем, налаживает с ним контакт и потом, переселив его к себе, отправляется решать проблему. Выглядит это при всей «научности» не как первый контакт с чужим разумом, а как история дружбы (со слезовыжимающими деталями вроде того, что Рокки — так герой зовёт инопланетянина — просит присматривать за ним во сне, потому что в это время он полностью беззащитен). Два чужих существа, которые дышат разным воздухом и живут при разном давлении, находят общий язык — это очень трогательно. Идеальный материал для бадди-муви с Гослингом.
Я не хочу сказать, что это плохо. Вся «космическая» часть книги — это один большой научпоп-текст, познавательный и в меру развлекательный. Просто не следует ожидать при всех наворотах от него духа тру-НФ. В первую очередь, это приключение!
Параллельно Грейс вспоминает про подготовку к полёту, когда мировые правительства наделили его начальницу чрезвычайными полномочиями, и та начинает воплощать замыслы с ужасающей скоростью и драматичностью, от покрытия всей поверхности Сахары пластинами-генераторами астрофагов (так называется та самая угроза всему) до ядерных взрывов в Антарктиде для поддержания уровня тепла на планете. Эта часть мне откровенно не понравилась, потому что творят они там полную дичь. Ну и вишенка на торте, точнее, клюковка — раз уж в романе фигурируют русские космонавты, то они обязательно пьют водку стаканами.
Что в итоге?
Вейер рассказывает легко, с шуточками и умеет вызвать интерес. Читается отлично. «Проект "Аве Мария"» — один большой аттракцион, в котором и космос можно поизучать, и в биологии пришельцев поразбираться, и провести разные опыты, и поумиляться дружбе в стиле мультиков Pixar. Но Вейер здесь не Лем и не Уоттс, он не задаёт сложных вопросов — все вопросы его герой решает с помощью говна, палок и инженерной смекалки.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
❤18👍6
🏠 Дом, в котором... — Мариам Петросян
На окраине города, среди Расчёсок стоит Серый Дом. В нём обитают Сфинкс, Слепой, Шакал Табаки, Лорд и другие — и это всего лишь дети, не нужные миру и нашедшие своё пристанище в необычном интернате. В этом году в Доме состоится выпуск, который случается раз в семь лет, а когда выпуск — всегда происходит что-то страшное. Дом не любит отпускать своих детей, а выходить всё равно придётся. Но до этого пока далеко, а у новенького обитателя Дома по кличке Курильщик куда более серьёзные проблемы: его изгоняют Фазаны, и он попадает в чужую стаю с непонятными законами...
Долго шёл я к этой книге, не раз начинал, не раз бросал, и вот, наконец,вымучил закончил в рамках челленджа. Мне кажется, такое лучше всего читать, когда ты примерно в том же возрасте, что и герои Дома, или чуть старше — но всё же и сейчас книга мне показалась необычной, надо было лишь пробраться через начало. Не в первый раз с таким встречаюсь, в последний раз так же тяжело шла «Над пропасти во ржи» — книга, которую точно надо (или не надо) читать в возрасте 20-плюс-минус, но никак не 40.
Мариам Петросян — не профессиональный писатель, а художница, и герои её были поначалу нарисованные. Писала роман она долго и больше для себя, не собираясь публиковать. Но, как это водится, в какой-то момент рукопись пошла по рукам, пока не нашла издателя. В итоге вышедший в 2009 году «Дом, в котором...» собрал все какие только можно премии и породил целую субкультуру со своим косплеем, фанфиками и ролёвками. Я точно знаю, что для кого-то из вас для «Дома...» выделено особое место в сердечке, поэтому прошу простить и понять чужака...
Главная фишка книги — это, конечно же, сам Дом. Можно сказать, он тут полноценный персонаж, будто бы живое существо, которое искажает время и пространство, а также решает, кого принять к себе, кого отвергнуть. Вообще, из романа про интернат логично бы было сделать социальную драму, но Петросян пошла по другому пути: всё, что находится внутри Дома — это особый мир, полный мифов и странностей, но очень реальный. А серая реальность (Наружность), наоборот, нечто ненастоящее, из-за чего выйти из Дома попросту страшно.
И всё же Дом — это прежде всего его дети. Знакомство с Домом начинается через Курильщика, единственного здесь почти «нормального» человека, попавшего в новый дивный мир. Он не понимает местных законов, боится, конфликтует, пытается выяснить, что тут вообще происходит. Но чем дальше, тем больше места выделяется остальным, и забавно наблюдать, что для Курильщика дикость, то для других обитателей оказывается вполне нормальным и правильным. Как это сейчас говорят — сдвиг оптики? Этот сдвиг — главный приём романа.
А ещё у «Дома...» определённо крутой эффект погружения. Если в каком-нибудь «Гарри Поттере» мы хорошо представляем где и когда происходит действие, то здесь никаких признаков эпохи. Такое ощущение, что Дом находится где-то вне мира, и сознательно стирает имена и прошлое его обитателей, создавая совершенно новую идентичность. Роман огромный, под тысячу страниц, но читается как камерная история.
В этом же его минус: при большом объёме повествование тут нелинейное, рассказчики меняются, время отматывается то вперёд, то назад, и многие вещи не объясняются. Если начало «Дома...» мне показалось отдалённо похожим на «Игру Эндера», то дальше всё так закрутилось и запуталось, что я, честно, какое-то время не понимал, кто все эти люди, и почему мне должно быть интересно. Потом, впрочем, втянулся... С одной стороны, тяжело. С другой — понимаешь, что книга не рассчитывалась на массового читателя, она очень странная, нешаблонная, непривычная и при этом очень искренняя.
Поэтому, как я обычно говорю, это был интересный опыт.
Оценка: без оценки
На окраине города, среди Расчёсок стоит Серый Дом. В нём обитают Сфинкс, Слепой, Шакал Табаки, Лорд и другие — и это всего лишь дети, не нужные миру и нашедшие своё пристанище в необычном интернате. В этом году в Доме состоится выпуск, который случается раз в семь лет, а когда выпуск — всегда происходит что-то страшное. Дом не любит отпускать своих детей, а выходить всё равно придётся. Но до этого пока далеко, а у новенького обитателя Дома по кличке Курильщик куда более серьёзные проблемы: его изгоняют Фазаны, и он попадает в чужую стаю с непонятными законами...
Долго шёл я к этой книге, не раз начинал, не раз бросал, и вот, наконец,
Мариам Петросян — не профессиональный писатель, а художница, и герои её были поначалу нарисованные. Писала роман она долго и больше для себя, не собираясь публиковать. Но, как это водится, в какой-то момент рукопись пошла по рукам, пока не нашла издателя. В итоге вышедший в 2009 году «Дом, в котором...» собрал все какие только можно премии и породил целую субкультуру со своим косплеем, фанфиками и ролёвками. Я точно знаю, что для кого-то из вас для «Дома...» выделено особое место в сердечке, поэтому прошу простить и понять чужака...
Главная фишка книги — это, конечно же, сам Дом. Можно сказать, он тут полноценный персонаж, будто бы живое существо, которое искажает время и пространство, а также решает, кого принять к себе, кого отвергнуть. Вообще, из романа про интернат логично бы было сделать социальную драму, но Петросян пошла по другому пути: всё, что находится внутри Дома — это особый мир, полный мифов и странностей, но очень реальный. А серая реальность (Наружность), наоборот, нечто ненастоящее, из-за чего выйти из Дома попросту страшно.
И всё же Дом — это прежде всего его дети. Знакомство с Домом начинается через Курильщика, единственного здесь почти «нормального» человека, попавшего в новый дивный мир. Он не понимает местных законов, боится, конфликтует, пытается выяснить, что тут вообще происходит. Но чем дальше, тем больше места выделяется остальным, и забавно наблюдать, что для Курильщика дикость, то для других обитателей оказывается вполне нормальным и правильным. Как это сейчас говорят — сдвиг оптики? Этот сдвиг — главный приём романа.
А ещё у «Дома...» определённо крутой эффект погружения. Если в каком-нибудь «Гарри Поттере» мы хорошо представляем где и когда происходит действие, то здесь никаких признаков эпохи. Такое ощущение, что Дом находится где-то вне мира, и сознательно стирает имена и прошлое его обитателей, создавая совершенно новую идентичность. Роман огромный, под тысячу страниц, но читается как камерная история.
В этом же его минус: при большом объёме повествование тут нелинейное, рассказчики меняются, время отматывается то вперёд, то назад, и многие вещи не объясняются. Если начало «Дома...» мне показалось отдалённо похожим на «Игру Эндера», то дальше всё так закрутилось и запуталось, что я, честно, какое-то время не понимал, кто все эти люди, и почему мне должно быть интересно. Потом, впрочем, втянулся... С одной стороны, тяжело. С другой — понимаешь, что книга не рассчитывалась на массового читателя, она очень странная, нешаблонная, непривычная и при этом очень искренняя.
Поэтому, как я обычно говорю, это был интересный опыт.
Оценка: без оценки
❤19👍9
🚶♂️➡️ Шагатели — Константин Шабалдин
Недалёкое будущее. Резервация, отрезанная от внешнего мира и живущая по своим странным законам. Местные жители невероятно умны, но не могут ходить и передвигаются на колясках, а заправляет всем Культ Колеса. Но иногда здесь рождаются мутанты-шагатели со здоровыми ногами — таких все хоть и уважают, но сторонятся и держат на побегушках: курьерами да почтальонами.
Один из героев рассказа, шагатель Тапок, проникает в Запретные земли, пытаясь найти путь в иной мир, населённый такими же, как он, двуногими. И что-то находит, а, вернувшись, попадает в тюрьму и приговаривается к казни через колесование. Главный герой Башмак отправляется спасать друга...
Впервые «Шагатели» вышли в виде повести в альманахе «Полдень» аж 10 лет назад, а отдельной книгой, значительно дополненной, — только сейчас, в 2026. Я прочитал её, и она мне показалась крайне противоречивой.
С одной стороны, необычный сеттинг, где всё наоборот. Гениальные мозги используются для составления кроссвордов, полиция передвигается на костылях, а странный культ насаждает средневековое мракобесие в довольно прогрессивном и технологичном обществе. И это в то время, как «за Ободом» люди используют антигравитацию и осваивают Луну. Выглядит это сначала как постапокалипсис про группу выживших, потом превращается в антиутопию, и вот так текст регулярно переобувается, подкидывая сюрпризы. Мне до конца так и не стало понятно, кто от кого отгородился, и где вообще лучше — внутри или снаружи. Книга вроде бы бодрая, даже чересчур, но ставит очень неудобные вопросы, на которые ответы нам ещё предстоит получить.
С другой, в этой бодрости и главная, на мой взгляд, проблема «Шагателей». Первые страниц сто — это дикий шквал из событий и персонажей, плотность текста зашкаливает. Я понимаю, что многие авторы любят закидывать читателя в мир без особых объяснений, и пусть выплывает — это хорошо. Но всему есть предел. Такое ощущение, что жители резервации передвигаются «на колёсах» не только в прямом, но и в переносном смысле, и я за половину книги несколько раз переставал понимать, что вообще происходит. События вроде революций, которые у других авторов занимают несколько глав, тут занимают пару страниц, и эта движуха прёт и прёт. Перевалив за половину текста, автор вроде бы немного успокаивается, но текст всё равно остаётся рваным, будто склеенным из кусков.
И отдельно скажу, что мне не очень приятно было читать про все эти разборки «колесунов». Так уж сложилось, что я с этим знаком не понаслышке, у меня родственник-колясочник, и я ожидал какого-то социального подтекста. Но здесь это просто элемент сатиры: неподвижность тут признак высшей касты, а способность бегать и прыгать — удел черни. Ну и способ приплести круг и колесо ко всему, от религиозной символики до пословиц и поговорок. Такое вот экзотическое фантдопущение, с таким же успехом можно было бы разделить общество на высоких и низких, и придумать, что доступно одним и недоступно другим.
Что в итоге?
Мне вообще не зашло, хотя, повторюсь, написано очень бодро и динамично. Но любителям всякой экзотики, а также необычных антиутопий может понравиться.
Оценка: ⭐️⭐️
Недалёкое будущее. Резервация, отрезанная от внешнего мира и живущая по своим странным законам. Местные жители невероятно умны, но не могут ходить и передвигаются на колясках, а заправляет всем Культ Колеса. Но иногда здесь рождаются мутанты-шагатели со здоровыми ногами — таких все хоть и уважают, но сторонятся и держат на побегушках: курьерами да почтальонами.
Один из героев рассказа, шагатель Тапок, проникает в Запретные земли, пытаясь найти путь в иной мир, населённый такими же, как он, двуногими. И что-то находит, а, вернувшись, попадает в тюрьму и приговаривается к казни через колесование. Главный герой Башмак отправляется спасать друга...
Впервые «Шагатели» вышли в виде повести в альманахе «Полдень» аж 10 лет назад, а отдельной книгой, значительно дополненной, — только сейчас, в 2026. Я прочитал её, и она мне показалась крайне противоречивой.
С одной стороны, необычный сеттинг, где всё наоборот. Гениальные мозги используются для составления кроссвордов, полиция передвигается на костылях, а странный культ насаждает средневековое мракобесие в довольно прогрессивном и технологичном обществе. И это в то время, как «за Ободом» люди используют антигравитацию и осваивают Луну. Выглядит это сначала как постапокалипсис про группу выживших, потом превращается в антиутопию, и вот так текст регулярно переобувается, подкидывая сюрпризы. Мне до конца так и не стало понятно, кто от кого отгородился, и где вообще лучше — внутри или снаружи. Книга вроде бы бодрая, даже чересчур, но ставит очень неудобные вопросы, на которые ответы нам ещё предстоит получить.
С другой, в этой бодрости и главная, на мой взгляд, проблема «Шагателей». Первые страниц сто — это дикий шквал из событий и персонажей, плотность текста зашкаливает. Я понимаю, что многие авторы любят закидывать читателя в мир без особых объяснений, и пусть выплывает — это хорошо. Но всему есть предел. Такое ощущение, что жители резервации передвигаются «на колёсах» не только в прямом, но и в переносном смысле, и я за половину книги несколько раз переставал понимать, что вообще происходит. События вроде революций, которые у других авторов занимают несколько глав, тут занимают пару страниц, и эта движуха прёт и прёт. Перевалив за половину текста, автор вроде бы немного успокаивается, но текст всё равно остаётся рваным, будто склеенным из кусков.
И отдельно скажу, что мне не очень приятно было читать про все эти разборки «колесунов». Так уж сложилось, что я с этим знаком не понаслышке, у меня родственник-колясочник, и я ожидал какого-то социального подтекста. Но здесь это просто элемент сатиры: неподвижность тут признак высшей касты, а способность бегать и прыгать — удел черни. Ну и способ приплести круг и колесо ко всему, от религиозной символики до пословиц и поговорок. Такое вот экзотическое фантдопущение, с таким же успехом можно было бы разделить общество на высоких и низких, и придумать, что доступно одним и недоступно другим.
Что в итоге?
Мне вообще не зашло, хотя, повторюсь, написано очень бодро и динамично. Но любителям всякой экзотики, а также необычных антиутопий может понравиться.
Оценка: ⭐️⭐️
❤7👍3
😵💫 Опасные видения — антология под ред. Харлана Эллисона
В 1967 году вышла антология «Dangerous Visions», которая на Западе едва ли не в одиночку изменила то, как читатели думают о научной фантастике. Так, по крайней мере, написано в ней самой!
Впрочем, если посмотреть в содержание, то всё становится понятно — здесь собрался настоящий звёздный состав: Роджер Желязны, Дж. Г. Баллард, Ларри Нивен, Филип Дик, Пол Андерсон, Филип Фармер, Роберт Сильверберг и ещё пара десятков представителей новой волны фантастики. Целых два предисловия к сборнику написал сам Айзек Азимов (а участвовать не стал, назвавшись слишком старомодным для собравшейся компании), одно — великий Майкл Муркок, а редактором этого безобразия выступил Харлан Эллисон. О нём стоит сказать отдельно.
Эллисон, на мой взгляд, очень недооценённый на русскоязычном пространстве фантаст. Большинству он знаком по рассказу и одноимённой компьютерной игре «У меня нет рта, но я должен кричать». Да, у него довольно неформатное творчество, но у себя на родине он пользуется славой одного из самых продуктивных (более 1000 изданных текстов), титулованных и скандальных авторов короткой прозы. Меня же он в своё время заинтересовал как человек жёстких принципов, фанатично преданный своему делу и поставивший себе в молодости задачу зарабатывать на жизнь только писательством и более ничем (и достигший её).
Цель сборника «Опасные видения» была весьма дерзкой: собрать рассказы, которые были слишком спорными или даже опасными для фантастических журналов того времени (60-х годов). В жанре установилось множество табу, пришло время разогнать этот застой, и Эллисон решил опубликовать то, что не купил бы ни один журнал. Это была заявка не просто на сборник «альтернативы», а на манифест целого нового направления, которое и назвали впоследствии «новой волной».
В итоге антология собрала кучу наград, и вместе с журналом Муркока «New Worlds» определила поворот фантастики от «больших идей» Золотого века к стильной, психологичной и литературной фантастике, которую сегодня называют «спекулятивной» (то есть, ставящей во главу угла не технический прогресс и достижения, а реакцию человека на эти изменения). После оригинальных «Опасных видений» вышли ещё два продолжения, второе уже издали на русском, и планирую его читать в этом году.
Внутри «Опасных видений» 33 рассказа, каждый из которых предваряется предисловием Эллисона (в котором он обычно травит байки о знакомстве и отношениях с автором) и послесловие от автора о том, как и зачем он это написал. Местами это даже интереснее самих рассказов, благо, рассказывает Эллисон дерзко и с шуточками. Есть совсем короткие рассказы, есть повести вроде «Веры наших отцов» Филипа Дика на 60+ страниц, есть довольно понятные и даже милые тексты, а есть неприкрытый галлюциногенный сюр. А из того, как создавался сборник, как Эллисон охотился за коллегами и их текстами, можно написать отдельный забавный рассказ.
Мне больше всего понравились коротыши: «Игрушка для Джульетты» Роберта Блоха, «Человек, который побывал на луне дважды» Говарда Родмена, «Секс и/или мистер Моррисон» Кэрол Эмшвиллер, «Эрзац» Генри Слизара, «Иуда» Джона Браннера и офигеннейшие «Ангелы Карциномы» Нормана Спинрада. Забавно, что в этом списке нет ни одного человека, кого я назвал выше в списке мэтров — видимо, потому что написали они уж совсем неформат😆
Что в итоге? Конечно, читать.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
В 1967 году вышла антология «Dangerous Visions», которая на Западе едва ли не в одиночку изменила то, как читатели думают о научной фантастике. Так, по крайней мере, написано в ней самой!
Впрочем, если посмотреть в содержание, то всё становится понятно — здесь собрался настоящий звёздный состав: Роджер Желязны, Дж. Г. Баллард, Ларри Нивен, Филип Дик, Пол Андерсон, Филип Фармер, Роберт Сильверберг и ещё пара десятков представителей новой волны фантастики. Целых два предисловия к сборнику написал сам Айзек Азимов (а участвовать не стал, назвавшись слишком старомодным для собравшейся компании), одно — великий Майкл Муркок, а редактором этого безобразия выступил Харлан Эллисон. О нём стоит сказать отдельно.
Эллисон, на мой взгляд, очень недооценённый на русскоязычном пространстве фантаст. Большинству он знаком по рассказу и одноимённой компьютерной игре «У меня нет рта, но я должен кричать». Да, у него довольно неформатное творчество, но у себя на родине он пользуется славой одного из самых продуктивных (более 1000 изданных текстов), титулованных и скандальных авторов короткой прозы. Меня же он в своё время заинтересовал как человек жёстких принципов, фанатично преданный своему делу и поставивший себе в молодости задачу зарабатывать на жизнь только писательством и более ничем (и достигший её).
Цель сборника «Опасные видения» была весьма дерзкой: собрать рассказы, которые были слишком спорными или даже опасными для фантастических журналов того времени (60-х годов). В жанре установилось множество табу, пришло время разогнать этот застой, и Эллисон решил опубликовать то, что не купил бы ни один журнал. Это была заявка не просто на сборник «альтернативы», а на манифест целого нового направления, которое и назвали впоследствии «новой волной».
В итоге антология собрала кучу наград, и вместе с журналом Муркока «New Worlds» определила поворот фантастики от «больших идей» Золотого века к стильной, психологичной и литературной фантастике, которую сегодня называют «спекулятивной» (то есть, ставящей во главу угла не технический прогресс и достижения, а реакцию человека на эти изменения). После оригинальных «Опасных видений» вышли ещё два продолжения, второе уже издали на русском, и планирую его читать в этом году.
Внутри «Опасных видений» 33 рассказа, каждый из которых предваряется предисловием Эллисона (в котором он обычно травит байки о знакомстве и отношениях с автором) и послесловие от автора о том, как и зачем он это написал. Местами это даже интереснее самих рассказов, благо, рассказывает Эллисон дерзко и с шуточками. Есть совсем короткие рассказы, есть повести вроде «Веры наших отцов» Филипа Дика на 60+ страниц, есть довольно понятные и даже милые тексты, а есть неприкрытый галлюциногенный сюр. А из того, как создавался сборник, как Эллисон охотился за коллегами и их текстами, можно написать отдельный забавный рассказ.
Мне больше всего понравились коротыши: «Игрушка для Джульетты» Роберта Блоха, «Человек, который побывал на луне дважды» Говарда Родмена, «Секс и/или мистер Моррисон» Кэрол Эмшвиллер, «Эрзац» Генри Слизара, «Иуда» Джона Браннера и офигеннейшие «Ангелы Карциномы» Нормана Спинрада. Забавно, что в этом списке нет ни одного человека, кого я назвал выше в списке мэтров — видимо, потому что написали они уж совсем неформат😆
Что в итоге? Конечно, читать.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️
❤11👍6
🏍 Прощай, горизонталь! — К. У. Джетер
Представьте: весь мир — это огромное здание в форме цилиндра, фундамент которого теряется в облаках, а верхушка уходит далеко в небо. Внутри, «на горизонтали», течёт вполне себе обычная жизнь футуристичного киберпанкового города. А снаружи, на отвесной вертикальной стене, цепляясь за тросы и стропы, ведут войны дикие племена и банды, и здесь киберпанк делит место уже с каким-то постапокалипсисом.
Главный герой Эккстер — фрилансер на вертикали, перебивающийся разной работёнкой от видеосъёмки ангелов до выполнения анимируемых татуировок для бандосов. Передвигается он, как и большинство «вертикальщиков», на специальных мотоциклах, ночует в палатке по типу той, что используют скалолазы и тратит последние деньги на поиск хоть какого-то удовольствия и чего-то интересного. Однажды он берётся за крупную работу для группировки, контролирующей верх цилиндра, но встревает в неприятности: его начинает преследовать мегаубийца, от которого приходится бежать на малоизведанную «вечернюю» сторону.
Я ждал эту книжку ещё в прошлом году: офигенная концепция плюс автор К. У. Джетер, ученик Филипа Дика, один из создателей стимпанка, который, тем не менее, прославился больше как автор тотально мрачных и неуютных киберпанк-романов, включая продолжение «Бегущего по лезвию».
Роман «Farewell horisontal» хоть и добрался до нас только сейчас, но вышел аж в 1989 году и читается примерно так же, как другая похожая кибер-фантастика тех лет вроде «Нейроманта» или «Лавины». Да, герой торгует информацией, и все вокруг торгуют информацией, и вообще всю книгу можно воспринимать то ли как философское размышление, то ли как сатиру на тему доступа к информации и её правдивости. Да, тут есть обязательные для киберпанка разборки корпораций, да, есть банды панков, делящие территорию. Да, герой, устав от бесконечного лазанья, может отправиться за виртуальным сексом в «ГолоДраму» к своей подруге, такой же «вертикалке», точно так же отдыхающей в прибитой к стене палатке.
Всё это мы уже видели, а в том, что не видели, заключается главный подвох. Будьте готовы к тому, что автор ничего не объясняет по ходу дела и в итоге ничего не объяснит. Что за газовые ангелы, что за цепи такие, по которым все ездят, что это вообще за огромный цилиндр, нарушающий с десяток законов физики? Много вопросов, ноль ответов. Впрочем, чего говорить — смотрим на год выхода оригинального романа и закрываем на это глаза.
Что в итоге? Честно — разочарован. Ждал какой-то менее запутанной истории вроде уже упомянутого «Бегущего по лезвию», в котором наворотов ещё больше, но выглядит не в пример интереснее и динамичнее (хотя, казалось бы, мир, где все гоняют на мотоциклах — куда динамичнее?)
Оценка: ⭐️⭐️⭐️
Представьте: весь мир — это огромное здание в форме цилиндра, фундамент которого теряется в облаках, а верхушка уходит далеко в небо. Внутри, «на горизонтали», течёт вполне себе обычная жизнь футуристичного киберпанкового города. А снаружи, на отвесной вертикальной стене, цепляясь за тросы и стропы, ведут войны дикие племена и банды, и здесь киберпанк делит место уже с каким-то постапокалипсисом.
Главный герой Эккстер — фрилансер на вертикали, перебивающийся разной работёнкой от видеосъёмки ангелов до выполнения анимируемых татуировок для бандосов. Передвигается он, как и большинство «вертикальщиков», на специальных мотоциклах, ночует в палатке по типу той, что используют скалолазы и тратит последние деньги на поиск хоть какого-то удовольствия и чего-то интересного. Однажды он берётся за крупную работу для группировки, контролирующей верх цилиндра, но встревает в неприятности: его начинает преследовать мегаубийца, от которого приходится бежать на малоизведанную «вечернюю» сторону.
Я ждал эту книжку ещё в прошлом году: офигенная концепция плюс автор К. У. Джетер, ученик Филипа Дика, один из создателей стимпанка, который, тем не менее, прославился больше как автор тотально мрачных и неуютных киберпанк-романов, включая продолжение «Бегущего по лезвию».
Роман «Farewell horisontal» хоть и добрался до нас только сейчас, но вышел аж в 1989 году и читается примерно так же, как другая похожая кибер-фантастика тех лет вроде «Нейроманта» или «Лавины». Да, герой торгует информацией, и все вокруг торгуют информацией, и вообще всю книгу можно воспринимать то ли как философское размышление, то ли как сатиру на тему доступа к информации и её правдивости. Да, тут есть обязательные для киберпанка разборки корпораций, да, есть банды панков, делящие территорию. Да, герой, устав от бесконечного лазанья, может отправиться за виртуальным сексом в «ГолоДраму» к своей подруге, такой же «вертикалке», точно так же отдыхающей в прибитой к стене палатке.
Всё это мы уже видели, а в том, что не видели, заключается главный подвох. Будьте готовы к тому, что автор ничего не объясняет по ходу дела и в итоге ничего не объяснит. Что за газовые ангелы, что за цепи такие, по которым все ездят, что это вообще за огромный цилиндр, нарушающий с десяток законов физики? Много вопросов, ноль ответов. Впрочем, чего говорить — смотрим на год выхода оригинального романа и закрываем на это глаза.
Что в итоге? Честно — разочарован. Ждал какой-то менее запутанной истории вроде уже упомянутого «Бегущего по лезвию», в котором наворотов ещё больше, но выглядит не в пример интереснее и динамичнее (хотя, казалось бы, мир, где все гоняют на мотоциклах — куда динамичнее?)
Оценка: ⭐️⭐️⭐️
👍10
🔥 Мга — Дарья Промч
Нет в словарях такого слова — «мга». Да, есть такой посёлок Мга в Ленинградской области, но не в нём дело. «Мга» звучит как «гарь», «мгла», как туман, как марево, в котором тонут очертания всего настоящего. А ещё «мга» чем-то похоже на «дно», и это слово из трёх букв идеально описывает то, что прячется внутри этой книги — медленное погружение героя в туман сознания и морок от раскалённого воздуха и летающего вокруг пепла.
Героя зовут Игги, он идентифицирует себя как поэт, а в миру он — молодой автослесарь Игнат. Полгода назад Игги уехал на заработки (официальная причина) в некую европейскую страну, а теперь едет на полторы недели домой навестить мать. А дома — беда: страна сгорела. Страшные пожары выжгли леса, а потом и всё остальное. Для борьбы с огнём большую часть мужского населения мобилизовали в команды «брандеров», запрещены не только спички и зажигалки, но даже слова, связанные с горением, введён комендантский час, выдача продуктов по талонам и прочие «прелести» военного времени. А война — война с огнём — то ли закончилась, то ли нет.
В автобусе Игги знакомится с Яной, типичной manic pixie dream girl, которую называет «богиней Мги» и, как это водится, влюбляется. Яна же просит его перед тем, как ехать домой, заехать к ней в пригород: у неё сгорел отец, и надо помочь с похоронами. Игги соглашается и попадает, как кто-то метко написал, в атмосферу фильма «Горько!», если бы тот снимали в аду...
«Мга» — история про человека, который своими глазами видит катастрофу в мире, где катастрофу договорились не замечать. И про то, как читая главу за главой, ты сам начинаешь сомневаться уже вместе с героем: а вдруг и правда всё это только галлюцинация?
Перед тем, как погружаться в эту сюрреалистичную историю, стоит сказать пару слов об авторе. Дарья Промч — поэтесса, как и её герой, и автор трёх поэтических сборников, а «Мга» — её второй роман. Жанр, к которому относится «Мга», определить вроде бы не сложно — выглядит это как антиутопия с большой дозой типично русской хтони. Но сама автор позиционирует роман как «реалистический роман с одним фантастическим допущением» — пусть будет так.
Главное, что нужно понимать, выбирая для чтения «Мгу» — реализм и антиутопия здесь граничат с полнейшим сюром. Текст очень странный, поэтичный и перенасыщенный метафорами и эпитетами. Простой поход за сигаретами, в лучших традициях Дэвида Фостера Уоллеса, может растянуться на половину главы. Фразы вроде «коридор изгибался, словно неповоротливый, плотно пообедавший питон» и авторские отступления про «дорогой читатель, ни разу не колеблясь, согласится с тем, что опыт переноски гроба можно отнести к диковинным» — это не просто примеры, это в каждом абзаце, что создаёт определённое отстранённо-любопытное настроение. Кому-то такой стиль покажется безумным и утомляющим, кому-то, наоборот, гипнотичным. Я же, интересуясь подобным не только как читатель, но и как автор, жадно глотал каждую букву текста, растянув книгу на пару недель и читая по одной-две главы по вечерам. Недостаточно напихать в книгу метафор, надо это сделать умело, и тут у Дарьи Промч всё в порядке.
Нет в словарях такого слова — «мга». Да, есть такой посёлок Мга в Ленинградской области, но не в нём дело. «Мга» звучит как «гарь», «мгла», как туман, как марево, в котором тонут очертания всего настоящего. А ещё «мга» чем-то похоже на «дно», и это слово из трёх букв идеально описывает то, что прячется внутри этой книги — медленное погружение героя в туман сознания и морок от раскалённого воздуха и летающего вокруг пепла.
Героя зовут Игги, он идентифицирует себя как поэт, а в миру он — молодой автослесарь Игнат. Полгода назад Игги уехал на заработки (официальная причина) в некую европейскую страну, а теперь едет на полторы недели домой навестить мать. А дома — беда: страна сгорела. Страшные пожары выжгли леса, а потом и всё остальное. Для борьбы с огнём большую часть мужского населения мобилизовали в команды «брандеров», запрещены не только спички и зажигалки, но даже слова, связанные с горением, введён комендантский час, выдача продуктов по талонам и прочие «прелести» военного времени. А война — война с огнём — то ли закончилась, то ли нет.
В автобусе Игги знакомится с Яной, типичной manic pixie dream girl, которую называет «богиней Мги» и, как это водится, влюбляется. Яна же просит его перед тем, как ехать домой, заехать к ней в пригород: у неё сгорел отец, и надо помочь с похоронами. Игги соглашается и попадает, как кто-то метко написал, в атмосферу фильма «Горько!», если бы тот снимали в аду...
«Мга» — история про человека, который своими глазами видит катастрофу в мире, где катастрофу договорились не замечать. И про то, как читая главу за главой, ты сам начинаешь сомневаться уже вместе с героем: а вдруг и правда всё это только галлюцинация?
Перед тем, как погружаться в эту сюрреалистичную историю, стоит сказать пару слов об авторе. Дарья Промч — поэтесса, как и её герой, и автор трёх поэтических сборников, а «Мга» — её второй роман. Жанр, к которому относится «Мга», определить вроде бы не сложно — выглядит это как антиутопия с большой дозой типично русской хтони. Но сама автор позиционирует роман как «реалистический роман с одним фантастическим допущением» — пусть будет так.
Главное, что нужно понимать, выбирая для чтения «Мгу» — реализм и антиутопия здесь граничат с полнейшим сюром. Текст очень странный, поэтичный и перенасыщенный метафорами и эпитетами. Простой поход за сигаретами, в лучших традициях Дэвида Фостера Уоллеса, может растянуться на половину главы. Фразы вроде «коридор изгибался, словно неповоротливый, плотно пообедавший питон» и авторские отступления про «дорогой читатель, ни разу не колеблясь, согласится с тем, что опыт переноски гроба можно отнести к диковинным» — это не просто примеры, это в каждом абзаце, что создаёт определённое отстранённо-любопытное настроение. Кому-то такой стиль покажется безумным и утомляющим, кому-то, наоборот, гипнотичным. Я же, интересуясь подобным не только как читатель, но и как автор, жадно глотал каждую букву текста, растянув книгу на пару недель и читая по одной-две главы по вечерам. Недостаточно напихать в книгу метафор, надо это сделать умело, и тут у Дарьи Промч всё в порядке.
🔥4👍2
К тому же, происходящее не только подаётся через призму взгляда Игги (который, напоминаю, ненадёжный рассказчик), но и пропитано густым символизмом с приложением в виде кучи пасхалок. Вспомним, где ещё мы видели подобный сюжет о возвращении «нормального» человека в место, где живут «безумцы»? Это же «Идиот» Достоевского, и Промч не скрывает источника вдохновения. Её Игнат-Игги — это князь Мышкин, луч света в тёмном (от гари) царстве, делящий одно тело на двоих с панком и разрушителем устоев Игги Попом, чей первый сольный альбом, к слову, называется «The Idiot». Игги архетипичен, он мечтательный правдоруб из тех, кто во все времена первыми попадают под раздачу. А ещё, чтобы понимать, что вообще происходит в начале книги, есть смысл заранее прочитать и осмыслить стихотворение Бродского «Любовь» — к нему в «Мге» есть прямые отсылки.
Ещё из героев стоит выделить Яну, «окаянную», которая видит то же, что и он, даже больше, но при этом является реалисткой. Я постоянно ждал от этой идеальной богини Мги подвоха, но в итоге идеальный образ девушки, сложившийся у поэта, и воссоединение с ней до конца книги оставались для Игги единственной достойной целью. Понравился мне и брат Яны, Славик, рубаха-парень, простой как его вечно пердящая «Нива» (тут отсылка к «Кадаврам» Поляринова), ну и, пожалуй, всё.
Остальные герои карикатурны — так задумано. Символизм требует от героев играть определённую роль, и их простота — не недоработка автора, а отражение того, во что людей превращает всеобщий самообман на фоне тяжёлого горя. Что матерей Игги и Яны, что отчима Дядьвасю, что друзей и родственников легко назвать зомбированными, ну а они и есть зомби, в чьё сгоревшее царство осмелился вторгнуться кто-то живой с ярко горящим факелом.
Кстати, с латыни ignis — это огонь, а ignotus — неизвестное, непознанное. И тут двойная игра смыслов, потому что Игги, по сути, пытается вернуть огонь в страну, где огонь запрещён — и огонь знания, и физический огонь, хотя он сам об этом не подозревает, пытаясь то раздобыть сигарет, то развести на прогулке костерок. Автор не предлагает читателю разбираться с масштабами и причинами пожаров. Местные всё валят на диверсию, кто-то считает огонь божьей карой, скептики говорят о природной аномалии, но это тоже метафора. Пожар — выгорание всего: любви, памяти, ценностей, самого разума, то, что тлеет внутри целого народа и время от времени вспыхивает.
Огонь сам по себе не страшен, но страшно то, что никто не хочет его замечать. Читать такие фрагменты и смешно, и страшно. Когда Игги говорит матери, что электрички не ходили, потому что сгорели шпалы, а мать отвечает: «Света позавчера ездила встречать тебя на вокзал, ничего не сгорело», ты искренне не понимаешь — кто говорит правду? Анекдотичная мать, у которой всё хорошо: и еда по талонам хорошо, и отключение электричества хорошо («раньше спать ляжем»), или Игги, который пару глав назад перепутал пепел с летучими мышами. Граница восприятия постоянно плывёт, и когда героя постоянно убеждают в том, что у него проблемы с головой, ты сначала отмахиваешься (зомбированные же!), но постепенно сам втягиваешься в это всё и пытаешься зацепиться хоть за что-то объективное. «Мга», можно сказать, ставит эксперимент не только над беднягой Игги, но и над нами, читателями, проверяя их чувство реальности и причиняя дискомфорт.
Отдельно стоит сказать о том, что само появление этой книги в печатном виде — вещь удивительная. С одной стороны, невозможно не заметить прямую сатиру на происходящие прямо сейчас события. С другой, важная деталь: роман вышел в «Редакции Елены Шубиной» (АСТ), попал в лонг-листы «Большой книги» и «Ясной поляны» и вполне успешно пиарился на крупнейшем книжном фестивале «Красная площадь» в общем ивенте про литературу «на стыке миров и жанров». Что тут сказать — эзопов язык вечен, а жизнь не перестаёт удивлять.
Что в итоге? Круто написанная книга о том, где пролегает граница между сном и явью, и о вечном наболевшем: что делать с несправедливостью, которую ты не в силах изменить. После её прочтения в горле першит от воображаемого дыма, а перед глазами пляшут искры. Тяжёлая во всех смыслах, кому-то покажется отвратительной, кого-то затянет.
Оценка: 💎💎💎💎💎
Ещё из героев стоит выделить Яну, «окаянную», которая видит то же, что и он, даже больше, но при этом является реалисткой. Я постоянно ждал от этой идеальной богини Мги подвоха, но в итоге идеальный образ девушки, сложившийся у поэта, и воссоединение с ней до конца книги оставались для Игги единственной достойной целью. Понравился мне и брат Яны, Славик, рубаха-парень, простой как его вечно пердящая «Нива» (тут отсылка к «Кадаврам» Поляринова), ну и, пожалуй, всё.
Остальные герои карикатурны — так задумано. Символизм требует от героев играть определённую роль, и их простота — не недоработка автора, а отражение того, во что людей превращает всеобщий самообман на фоне тяжёлого горя. Что матерей Игги и Яны, что отчима Дядьвасю, что друзей и родственников легко назвать зомбированными, ну а они и есть зомби, в чьё сгоревшее царство осмелился вторгнуться кто-то живой с ярко горящим факелом.
Кстати, с латыни ignis — это огонь, а ignotus — неизвестное, непознанное. И тут двойная игра смыслов, потому что Игги, по сути, пытается вернуть огонь в страну, где огонь запрещён — и огонь знания, и физический огонь, хотя он сам об этом не подозревает, пытаясь то раздобыть сигарет, то развести на прогулке костерок. Автор не предлагает читателю разбираться с масштабами и причинами пожаров. Местные всё валят на диверсию, кто-то считает огонь божьей карой, скептики говорят о природной аномалии, но это тоже метафора. Пожар — выгорание всего: любви, памяти, ценностей, самого разума, то, что тлеет внутри целого народа и время от времени вспыхивает.
Огонь сам по себе не страшен, но страшно то, что никто не хочет его замечать. Читать такие фрагменты и смешно, и страшно. Когда Игги говорит матери, что электрички не ходили, потому что сгорели шпалы, а мать отвечает: «Света позавчера ездила встречать тебя на вокзал, ничего не сгорело», ты искренне не понимаешь — кто говорит правду? Анекдотичная мать, у которой всё хорошо: и еда по талонам хорошо, и отключение электричества хорошо («раньше спать ляжем»), или Игги, который пару глав назад перепутал пепел с летучими мышами. Граница восприятия постоянно плывёт, и когда героя постоянно убеждают в том, что у него проблемы с головой, ты сначала отмахиваешься (зомбированные же!), но постепенно сам втягиваешься в это всё и пытаешься зацепиться хоть за что-то объективное. «Мга», можно сказать, ставит эксперимент не только над беднягой Игги, но и над нами, читателями, проверяя их чувство реальности и причиняя дискомфорт.
Отдельно стоит сказать о том, что само появление этой книги в печатном виде — вещь удивительная. С одной стороны, невозможно не заметить прямую сатиру на происходящие прямо сейчас события. С другой, важная деталь: роман вышел в «Редакции Елены Шубиной» (АСТ), попал в лонг-листы «Большой книги» и «Ясной поляны» и вполне успешно пиарился на крупнейшем книжном фестивале «Красная площадь» в общем ивенте про литературу «на стыке миров и жанров». Что тут сказать — эзопов язык вечен, а жизнь не перестаёт удивлять.
Что в итоге? Круто написанная книга о том, где пролегает граница между сном и явью, и о вечном наболевшем: что делать с несправедливостью, которую ты не в силах изменить. После её прочтения в горле першит от воображаемого дыма, а перед глазами пляшут искры. Тяжёлая во всех смыслах, кому-то покажется отвратительной, кого-то затянет.
Оценка: 💎💎💎💎💎
🔥19❤🔥1
🤖🆚 🧚♀️ Роботы против фей — сборник рассказов
Мой нездоровый интерес к феям и волшебству холмов возник, наверное, ещё в детстве благодаря сборникам французских и английских народных сказок, а укрепился в студенческие годы, когда я увлёкся Шекспиром. Поэтому ничего удивительного, что я захотел прочитать этот старый сборник с широким диапазоном оценок на Фантлабе.
Задумка составителей проста: выяснить, кто круче. Кто станет править миром, когда глупое человечество уничтожит само себя — высокотехнологичные бездушные (точно?) машины или раса древних коварных манипуляторов? Сборник постоянно играет на контрастах, и главное его достоинство в том, что авторы постарались обыграть выбранную ими сторону как можно интереснее и необычнее. Ведь что может быть банальнее, чем робот или фея?
Устроен сборник своеобразно. Во вступлении составители дают слово представителям каждой из сторон, которые агитируют читателя за «своих». Далее идут восемнадцать рассказов, девять про роботов, девять про фей, и к каждому автор пишет короткое личное послесловие на тему «почему я люблю роботов/фей». Закрывает же книгу рассказ Кэтрин М. Валенте «Поражение — везде и всегда поражение», в котором она буквально сталкивает обе стороны на настоящем ринге (что само по себе дико иронично).
Ещё здесь есть Джон Скальци со знаменитым рассказом «Три робота впервые оценивают объекты, оставленные эрой человечества», который был экранизирован в антологии «Любовь, смерть и роботы». Это комедия диалогов, где три машины пытаются разобраться, что такое мяч, кот и ядерная ракета. Из других известных мне авторов есть Мэри Коваль и Тим Пратт.
В моём чемпионате победили феи. Не, помимо сильного рассказа Скальци есть ещё как минимум прикольные «Манифест голубого эльфа» Аннали Ньюиц про «случай на фабрике» и «Железное сердце» Джонатана Мэйбери про роботов-фермеров. Но топ-3 у меня сложился из фейских рассказов.
1. «Хлеб, молоко и соль» Сары Гэйли: хоррор про то, как жестокий мальчишка ловит и мучает фею, постепенно узнавая, какова истинная, совсем не милая природа этого существа. Абсолютный вин, очень круто.
2. «Хвастовство павлинов» Лилы Боуэн: вестерн о столкновении рейнджера-оборотня с бандой фейских разбойников.
3. «Экспедиция на книжный шкаф» Джеффри Форда: история писателя, который наблюдает за путешествием отряда фей по его книжным полкам и пытается разобраться, кто они, и куда именно хотят попасть.
Теперь о минусах. Некоторые рассказы читать просто невозможно, то ли проблема с переводом, то ли с самим текстом. Вообще, начав читать сборники, я думал, что просто привередничаю и ленюсь думать; что куча наворотов и концепций в фантастическом рассказе — это скорее хорошо, чем плохо; что вообще сбил прицел, читая огромное количество рассказов. Однако, нет — сейчас, например, добиваю сборник Аттилы Вереша — там что ни текст, то огонь, а до этого неплохо так пошёл сборник Шамиля Идиатуллина. Так что приходится смириться, что даже в коммерческих переводных сборниках (что совсем нечастая вещь сейчас) встречается лажа.
Что в итоге? Отдельные рассказы очень понравились, отдельные очень не, а остальное вполне читабельно. Ставлю четыре звезды за концепцию и за рассказы топа-3.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
Мой нездоровый интерес к феям и волшебству холмов возник, наверное, ещё в детстве благодаря сборникам французских и английских народных сказок, а укрепился в студенческие годы, когда я увлёкся Шекспиром. Поэтому ничего удивительного, что я захотел прочитать этот старый сборник с широким диапазоном оценок на Фантлабе.
Задумка составителей проста: выяснить, кто круче. Кто станет править миром, когда глупое человечество уничтожит само себя — высокотехнологичные бездушные (точно?) машины или раса древних коварных манипуляторов? Сборник постоянно играет на контрастах, и главное его достоинство в том, что авторы постарались обыграть выбранную ими сторону как можно интереснее и необычнее. Ведь что может быть банальнее, чем робот или фея?
Устроен сборник своеобразно. Во вступлении составители дают слово представителям каждой из сторон, которые агитируют читателя за «своих». Далее идут восемнадцать рассказов, девять про роботов, девять про фей, и к каждому автор пишет короткое личное послесловие на тему «почему я люблю роботов/фей». Закрывает же книгу рассказ Кэтрин М. Валенте «Поражение — везде и всегда поражение», в котором она буквально сталкивает обе стороны на настоящем ринге (что само по себе дико иронично).
Ещё здесь есть Джон Скальци со знаменитым рассказом «Три робота впервые оценивают объекты, оставленные эрой человечества», который был экранизирован в антологии «Любовь, смерть и роботы». Это комедия диалогов, где три машины пытаются разобраться, что такое мяч, кот и ядерная ракета. Из других известных мне авторов есть Мэри Коваль и Тим Пратт.
В моём чемпионате победили феи. Не, помимо сильного рассказа Скальци есть ещё как минимум прикольные «Манифест голубого эльфа» Аннали Ньюиц про «случай на фабрике» и «Железное сердце» Джонатана Мэйбери про роботов-фермеров. Но топ-3 у меня сложился из фейских рассказов.
1. «Хлеб, молоко и соль» Сары Гэйли: хоррор про то, как жестокий мальчишка ловит и мучает фею, постепенно узнавая, какова истинная, совсем не милая природа этого существа. Абсолютный вин, очень круто.
2. «Хвастовство павлинов» Лилы Боуэн: вестерн о столкновении рейнджера-оборотня с бандой фейских разбойников.
3. «Экспедиция на книжный шкаф» Джеффри Форда: история писателя, который наблюдает за путешествием отряда фей по его книжным полкам и пытается разобраться, кто они, и куда именно хотят попасть.
Теперь о минусах. Некоторые рассказы читать просто невозможно, то ли проблема с переводом, то ли с самим текстом. Вообще, начав читать сборники, я думал, что просто привередничаю и ленюсь думать; что куча наворотов и концепций в фантастическом рассказе — это скорее хорошо, чем плохо; что вообще сбил прицел, читая огромное количество рассказов. Однако, нет — сейчас, например, добиваю сборник Аттилы Вереша — там что ни текст, то огонь, а до этого неплохо так пошёл сборник Шамиля Идиатуллина. Так что приходится смириться, что даже в коммерческих переводных сборниках (что совсем нечастая вещь сейчас) встречается лажа.
Что в итоге? Отдельные рассказы очень понравились, отдельные очень не, а остальное вполне читабельно. Ставлю четыре звезды за концепцию и за рассказы топа-3.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤8👍3
🦎 Всё как у людей — Шамиль Идиатуллин
Так уж вышло, что это лето у меня пока больше похоже на лето сборников рассказов. За июнь и половину июля я прочитал «Арфу Королей» Бакулина (вообще не понравилось), «Восстанавливая реальность» Аттилы Вереша (огонь, ожидайте в ближайшее время пост) и «Всё как у людей» Идиатуллина. Впереди ещё «Костяной» Провоторова и «Охота жить» Шукшина, но их я, пожалуй, пока отложу и вернусь к более крупным формам.
Шамиль Идиатуллин — журналист и писатель, известный в первую очередь романом «Город Брежнев», до которого я так и не добрался, и аудиосериалом «Луна 84», который впоследствии выпустили в печатном виде. Если покопаться в его библиографии, то можно найти литературу самых разных жанров. Там и фольклор, и хоррор, и фэнтези, и социальная драма, и всё, что угодно. Где-то писали, что Идиатуллин принципиально не повторяется, и в каждой книге меняет жанр.
Чем мне всегда интересны сборники рассказов — так это тем, что писатель в них позволяет заглянуть на свою кухню, а иногда даже сам рассказывает об обстоятельствах написания того или иного текста. Так уж вышло, что часто рассказы пишутся в какие-то тематические сборники или на конкурсы, и каждый раз это вызов — писать приходится, будучи ограниченным условиями или жёстко заданной темой.
«Всё как у людей» — эталон в этом смысле. Идиатуллин сам признаётся, что большинство из текстов появилось в ответ на просьбы и попытки взять «на слабо» — что-то писалось для конкурсов, что-то для журналов, что-то могло бы стать киносценарием. Каждый текст снабжён авторским комментарием — когда, зачем и при каких обстоятельствах он был написан, и иногда это очень смешно. Так, например, идея сатирическо-фантастической повести «Эра Водолея» родилась из прочитанного на этикетке бутылке воды фразы «Вода добывается из юрских пластов» — и автор оговаривается, что «хватал себя за руки и рубил по живому», чтобы не написать что-то совсем эпичное.
К слову, «Эра Водолея», на мой взгляд, лучший текст сборника. Федеральный инспектор Денис Сайфиев получает задание найти для важного дела более-менее профессионального управленца и вспоминает про некогда опального чиновника, сосланного в глухомань на должность главы маленького района. И там, в этом районе, этот чиновник построил настоящий коммунизм, и при этом наотрез отказывается не только оставлять своё место, но и вообще покидать район. Денис едет разбираться, и постепенно классический НТВшный сюжет про грызню региональных чиновников превращается в лютый сюр, всё как я люблю.
Ещё один крутой текст — это рассказ «Кареглазый Громовик», яркий пример того, как, показывая довольно банальные повседневные сцены, создать у читателя ощущение полнейшей жути происходящего. Мальчик с мамой едут за игрушкой мечты — тем самым Громовиком — и ты ждёшь, когда хоть что-нибудь случиться, а потом до тебя доходит... и рассказывать что-то дальше было бы кощунством.
Вторая повесть сборника, «Светлая память» выросла из заявки на фильм. Она поставлена по-киношному, но не вставляет. Подражание диковскому «Мечтают ли андроиды...», наверное, хорошо бы смотрелось как наш ответ «Бегущему по лезвию», бодрый такой боевик с погонями, спецслужбами, секретными проектами и прочим, но в виде текста это показалось мне и не особо динамичным, и не особо интересным.
Про остальное и сказать особо нечего. Несколько фантастических рассказов, сказка-погремуха про дракона и рыцаря, коллекция микрохорроров в одну-две фразы плюс сценарий артхаусной короткометражки про необычного коллектора.
Что в итоге? Мне не кажется удачным замысел, когда в коммерческом сборнике рядом с известными и продуманными текстами публикуются экспромты и зарисовки. Мне в первую очередь было интересно ознакомиться с подходом Идиатуллина к творчеству, а удовольствие... Что ж, за этим придётся обратиться к другим книгам, на вкус и цвет, как говорится. А так, скорее, это вещь для поклонников автора.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️
Так уж вышло, что это лето у меня пока больше похоже на лето сборников рассказов. За июнь и половину июля я прочитал «Арфу Королей» Бакулина (вообще не понравилось), «Восстанавливая реальность» Аттилы Вереша (огонь, ожидайте в ближайшее время пост) и «Всё как у людей» Идиатуллина. Впереди ещё «Костяной» Провоторова и «Охота жить» Шукшина, но их я, пожалуй, пока отложу и вернусь к более крупным формам.
Шамиль Идиатуллин — журналист и писатель, известный в первую очередь романом «Город Брежнев», до которого я так и не добрался, и аудиосериалом «Луна 84», который впоследствии выпустили в печатном виде. Если покопаться в его библиографии, то можно найти литературу самых разных жанров. Там и фольклор, и хоррор, и фэнтези, и социальная драма, и всё, что угодно. Где-то писали, что Идиатуллин принципиально не повторяется, и в каждой книге меняет жанр.
Чем мне всегда интересны сборники рассказов — так это тем, что писатель в них позволяет заглянуть на свою кухню, а иногда даже сам рассказывает об обстоятельствах написания того или иного текста. Так уж вышло, что часто рассказы пишутся в какие-то тематические сборники или на конкурсы, и каждый раз это вызов — писать приходится, будучи ограниченным условиями или жёстко заданной темой.
«Всё как у людей» — эталон в этом смысле. Идиатуллин сам признаётся, что большинство из текстов появилось в ответ на просьбы и попытки взять «на слабо» — что-то писалось для конкурсов, что-то для журналов, что-то могло бы стать киносценарием. Каждый текст снабжён авторским комментарием — когда, зачем и при каких обстоятельствах он был написан, и иногда это очень смешно. Так, например, идея сатирическо-фантастической повести «Эра Водолея» родилась из прочитанного на этикетке бутылке воды фразы «Вода добывается из юрских пластов» — и автор оговаривается, что «хватал себя за руки и рубил по живому», чтобы не написать что-то совсем эпичное.
К слову, «Эра Водолея», на мой взгляд, лучший текст сборника. Федеральный инспектор Денис Сайфиев получает задание найти для важного дела более-менее профессионального управленца и вспоминает про некогда опального чиновника, сосланного в глухомань на должность главы маленького района. И там, в этом районе, этот чиновник построил настоящий коммунизм, и при этом наотрез отказывается не только оставлять своё место, но и вообще покидать район. Денис едет разбираться, и постепенно классический НТВшный сюжет про грызню региональных чиновников превращается в лютый сюр, всё как я люблю.
Ещё один крутой текст — это рассказ «Кареглазый Громовик», яркий пример того, как, показывая довольно банальные повседневные сцены, создать у читателя ощущение полнейшей жути происходящего. Мальчик с мамой едут за игрушкой мечты — тем самым Громовиком — и ты ждёшь, когда хоть что-нибудь случиться, а потом до тебя доходит... и рассказывать что-то дальше было бы кощунством.
Вторая повесть сборника, «Светлая память» выросла из заявки на фильм. Она поставлена по-киношному, но не вставляет. Подражание диковскому «Мечтают ли андроиды...», наверное, хорошо бы смотрелось как наш ответ «Бегущему по лезвию», бодрый такой боевик с погонями, спецслужбами, секретными проектами и прочим, но в виде текста это показалось мне и не особо динамичным, и не особо интересным.
Про остальное и сказать особо нечего. Несколько фантастических рассказов, сказка-погремуха про дракона и рыцаря, коллекция микрохорроров в одну-две фразы плюс сценарий артхаусной короткометражки про необычного коллектора.
Что в итоге? Мне не кажется удачным замысел, когда в коммерческом сборнике рядом с известными и продуманными текстами публикуются экспромты и зарисовки. Мне в первую очередь было интересно ознакомиться с подходом Идиатуллина к творчеству, а удовольствие... Что ж, за этим придётся обратиться к другим книгам, на вкус и цвет, как говорится. А так, скорее, это вещь для поклонников автора.
Оценка: ⭐️⭐️⭐️
👍11❤2