Мой буклист — 2026

В этом году главная цель (опять) прочитать максимум из своей антибиблиотеки, коллекции книг, которые были куплены в печатном виде, но ещё не были прочитаны. Весь список я вряд ли закрою, хотя чем чёрт не шутит. Закрывать буду, как обычно, у себя на сайте, но, возможно, поиграю ещё на лайвлибе и где-то ещё.

Прошу вас (нет, умоляю!) — если здесь есть что-то откровенно бесполезное и непримечательное, то сообщите, буду только рад расчистить эти залежи!

Художественная литература (есть в бумаге)

1. «Вода в решете» — Анна Бжезинска
2. «Все мои птицы» — К. А. Терина
3. «Город мёртвого бога» — Алекс Феби
4. «Девять королей Шанхарая» — Брэдли Бэлью
5. «Джеймс» — Персиваль Эверетт
6. «Дом листьев» — Марк Z. Данилевский
7. «Египтянин» — Лейтон Грин
8. «Звёздная пыль» — Нил Гейман
9. «Из стали и соломы» — Эрика Айви Роджерс
10. «Олений завет» — Анастасия Смышляева
11. «Опалённый солнцем» — Брендон Сандерсон
12. «Опасные видения» — сборник
13. «Пересмешник на рассвете» — Дмитрий Колодан
14. «Путь королей» — Брендон Сандерсон
15. «Радуга тяготения» — Томас Пинчон
16. «Река богов» — Йен Макдональд
17. «Роботы против фей» — сборник
18. «Сияние» — Кэтрин М. Валенте
19. «Сказки слепого мира» — Вера Сорока
20. «Странный дом» — Укэцу
21. «Тихая комната» — Терри Майлз
22. «Усадьба Сфинкса» — Константин Образцов
23. «Чёрный маг» — Лейтон Грин
24. «Юми и укротитель кошмаров» — Брендон Сандерсон

—

Художественная литература (в электронном виде)

25. «BIG TIME: Всё время на свете» — Джордан Проссер
26. «Bookship» — Мария Закрученко
27. «Всемирная выставка в Петербурге» — Марципана Конфитюр
28. «Заступа» (цикл) — Иван Белов
29. «Калечина-Малечина» — Евгения Некрасова
30. «Луна 84» — Ислам Ханипаев
31. «Мы — легион. Мы — Боб» — Деннис Тейлор
32. «Невидимый Саратов» — Михаил Левантовский
33. «Нежили-небыли» — Татьяна Мастрюкова
34. «Падение» — Ти Джей Ньюман
35. «Русская готика» — Михаил Боков
36. «Фатерланд» — Роберт Харрис

—

Нон-фикшн: саморазвитие, самообразование, биографии, публицистика (есть в бумаге)

37. «48 законов власти» — Роберт Грин
38. «Битва за успех» — Вячеслав Василевский
39. «Веретено Бабы Яги» — Олеся Яжук
40. «Взрослый снаружи, взрослый внутри» — Вера Дейногалериан
41. «Герой своей жизни» — Брайан Джонсон
42. «Демонология Японии» — Терса Мацура
43. «Жить хорошо. Модели личной философии от буддизма до светского гуманизма» — под ред. Массимо Пильюччи
44. «Зельеварение на Руси» — Александра Баркова
45. «Знахари и колдуны на Руси» — Галина Поповкина
46. «Избранные эссе» — Дэвид Фостер Уоллес
47. «Интимная Русь» — Надежда Адамович, Наталья Сергеева
48. «Книги украшают жизнь» — Ричард Докинз
49. «Мастер подземелий» — Дэвид Кушнер
50. «Между нами терапия» — Ирина Гиберман
51. «Мифология Средиземья» — Александра Баркова
52. «Мудрость стоиков» — Сергей Сухов
53. «На затравку» — Чак Паланик
54. «Пробуждение героя» — Кэрол Пирсон
55. «Путешествие писателя» — Кристоф Воглер
56. «Радикальное принятие» — Тара Брах
57. «Славянская магия» — Марина Голубева
58. «Славянское колесо года» — Екатерина Мокрушева
59. «Славянское язычество» — Анна Карасёва
60. «Следующие 500 лет» — Кристофер Мэйсон
61. «Терапия реальностью» — Илья Ахмедов
62. «Финиша не существует» — Дэвид Гоггинс
63. «Шаманы северных народов России» — Ольга Христофорова

🐦‍⬛️ Все мои птицы — К. А. Терина

Говорят, как год начнёшь, так его и проведёшь. Я год начал со «Всех моих птиц» и с «Заступы» — значит, год будет полон сюра и чернухи. Упс...

Про Заступу в следующий раз, а сейчас — к птицам. Добро пожаловать в первый — и, наверное, самый для меня муторный за последнее время книжный обзор, потому что я решительно не знаю, как описать странные чувства, возникшие при чтении.

К. А. Терина — один из тех редких авторов, которых в России знают меньше, чем за рубежом. Её рассказы переведены на шесть языков, публикуются в культовых американских журналах вроде Asimov’s Science Fiction, в Италии и США вышли авторские сборники. У нас Катерина Бачило (настоящее имя) долгое время была известна в первую очередь как семикратная победительница культового конкурса фантастических рассказов «Рваная грелка». Собственно, оттуда у меня и возник интерес к её творчеству.

Сборник рассказов «Все мои птицы» — это литературный эквивалент психоделического трипа. Первые рассказы «Бес названия» и «Эррата» мне ещё как-то поддались, а начиная с «Симаргла» началось такое, после чего я обычно бросаю чтение. Но факт, что о сборнике трубят во всех фант-каналах, на которые я подписан, а «Мир Фантастики» назвал его книгой года, я предположил, что проблема не в книге — проблема во мне.

И действительно. Я просто столкнулся не с тем типом фантастики, который надо читать и понимать, а с тем, в который надо погружаться без попыток найти рациональное объяснение. Не выстраивать логику, а позволить тексту протащить тебя по нервам, образам и страхам. Там, где я по привычке искал сюжет, К. А. Терина работает состояниями. Как в старом анекдоте, сопротивляться бесполезно — поэтому нужно расслабиться и получать интеллектуальное удовольствие.

Внешне большинство рассказов — сюр. Но на фантлабе удалось найти объяснение, которое переворачивает всё: все эти рассказы — про утрату, и это показано через оптику разных жанров и фантастических допущений. Потеря любимых, родины, себя. Горе и попытки с ним справиться. Но Терина не пишет психологическую драму напрямую — она выворачивает эмоции через биомеханических чудовищ, разумные звёздные корабли и чукотских богов. Это не та фантастика, где всё разжёвано и объяснено, тут надо додумывать, чувствовать, собирать мозаику из обрывков.

Сначала приходится себя преодолевать, а потом привыкаешь, что-то щёлкает — и начинаешь улавливать этот странный ритм, видеть смыслы там, где изначально была просто красивая абракадабра. Это книга, которую хочется (и придётся) перечитывать, потому что с первого раза не разберёшься точно.

Жанрово сборник — настоящий калейдоскоп. Магический реализм соседствует с биопанком, стимпанк с хоррором, киберпанк с мифологическим фэнтези. Лично мой хит № 1 — это «Змееносцы», биотехнологическая эпопея о гигантских живых машинах, кочующих по руинам цивилизации и противостоящих странным живым фермам. Сеттинг настолько крутой и замороченный, что мне хотелось разбирать его по словам и писать поверх рассказа, чтобы понять, как тут всё устроено и закручено. И это ещё не самое сложное, на главном хите — стимпанковой «Фарбрике» я просто споткнулся и буду ещё раз вникать, потому что пока вообще ничего не понял.

Что в итоге? Очень круто, но очень не для всех. Штучный товар. Но если вам заходят Борхес, Кафка и, из отечественных, например, творчество Анны Старобинец, то «Все мои птицы» могут стать одной из главных книжных находок года.

Оценка: 💎💎💎💎💎

Главный герой цикла — Заступа по имени Рух Бучила, защитник села Нелюдово и наш ответ ведьмаку Геральту. Только ведьмак был человеком, хоть и мутантом, а Бучила — натуральный вурдалак без души, но с душевным, чернейшим юмором. Белов делает то, что давно надо было сделать с архетипом героя-защитника: он его выворачивает наизнанку. Классический богатырь на заставе — это символ света, силы, благородства. Рух Бучила — полная противоположность. Он чудовище, которое охраняет людей не из высоких идеалов, а потому что так сложилось. Он циничен, жесток, готов на компромиссы, которые обычному герою и в страшном сне не приснятся. Именно поэтому он и выживает в мире, где традиционный герой сдох бы на второй странице. Но при этом, как и у Сапковского, является, пожалуй, самым честным и человечным среди окружающей его публики.

Если «Ведьмак» Сапковского держался на философских диалогах и горькой иронии, то «Заступа» — это чистый, неразбавленный чёрный юмор. Причём не тот театральный сарказм, которым грешат многие авторы гримдарка, пытаясь казаться «взрослыми» и «серьёзными». У Белова юмор — это не приправа к тексту, это способ существования его персонажей.

Рух Бучила шутит не потому, что ему весело. Он шутит, потому что иначе сойдёт с ума. В мире, где тебя могут сожрать, расчленить, превратить в ходячий труп или принести в жертву древнему богу, смех — это акт сопротивления. Это то, что отличает тебя от тех, кто уже сдался. Белов понимает это на каком-то глубинном уровне, и поэтому его чёрный юмор не раздражает, а работает. Он не отвлекает от ужаса — он его усиливает. Читать «Заступу» стоит хотя бы ради диалогов, там регулярно появляются такие перлы, что хоть стой, хоть падай. Как у Гоголя (да, чёрт побери, я сравнил «Заступу» с Гоголем), где чёрт может быть и страшным, и смешным одновременно. «Заступа» — это не подражание западному гримдарку, а наш русский способ работать с жанром.

Отдельно замечу, что у Белова здорово получились и второстепенные герои, которые меркнут, конечно, на фоне упыря, но по-своему интересны. Пассия Бучилы, неутомимая герцогиня-ведьма Лаваль, молодой, внешне неуверенный, но с крепким стержнем внутри отец Иона, кровожадный домовой Авдей и другие — все они живые, объёмные, со своими мотивами и драмами.

В цикле уже есть три тома, планирую прочитать все три и, возможно, найду ещё что-то новое. По структуре первые два — сборники рассказов и повестей, опять же, как в первых томах Сапковского, а третий предлагает уже полноценный роман. Я прочитал только первый, но планирую в этом году и остальные.

Что в итоге?

Цикл «Заступа» — это, на мой взгляд, лучшее, что случилось со славянским фэнтези за последние годы. Белов взял жанр, который давно превратился в музейный экспонат, и вдохнул в него жизнь. Вернее, нежизнь — но так даже веселее.

Считайте, что всё это постмодернистский коктейль из Гоголя, Сапковского, Лавкрафта, Warhammer Fantasy и русских народных сказок. Звучит как каша? Да, но у Белова она сварена так, что проглатывается на одном дыхании. Люблю такое.

Оценка: 💎💎💎💎💎

🛶 Джеймс — Персиваль Эверетт

Полтора века назад Марк Твен написал роман о приключениях мальчика и беглого раба, которые сплавляются на плоту по Миссисипи в поисках лучшей жизни. «Приключения Гекльберри Финна» уже давно стали вечной классикой, и неудивительно, что они обросли десятками продолжений и переосмыслений. Но «Джеймс» Персиваля Эверетта — не очередное дополнение к твеновской вселенной. Это взгляд на ту же историю с противоположной стороны плота.

Я очень люблю обе классические книги Твена — про Тома и Гека, поэтому не мог пройти мимо «Джеймса», рассказывающего известную историю устами беглого раба Джима.

Джим в оригинальных «Приключениях...» был очень добрым, но простоватым, наивным и суеверным персонажем, который говорил мало, а если говорил — то на каком-то примитивном, ломаном диалекте английского. Эверетт ухватился за эту идею и полностью перевернул, от чего с самого начала история обретает совершенно другой смысл.

Джим (который предпочитает полное имя — Джеймс) на самом деле — умный и образованный человек, умеющий читать и писать, а в своих снах обсуждающий философские проблемы с Вольтером и Локком. Но перед белыми он (как и прочие рабы) разыгрывает покорного раба, который даже говорить-то нормально не умеет. Но стоит белым скрыться из виду, как чернокожие персонажи переключаются на нормальный английский, обсуждают высокие материи, литературу и природу свободы, а также обучают своих детей (и читателя заодно) данному искусству мимикрии.

Подобное «переключение» как способ выживания в жестоком мире белых обыграно очень интересно: это и способ выживания, и литературный приём Эверетта, известного своими постмодернистскими приколами. Первые две трети книги работают на контрасте: мы видим знакомые сцены, но теперь понимаем, что происходит в голове у Джеймса. Он разыгрывает суеверного простачка перед белыми, а потом, например, мысленно препарирует абсурдность расового превосходства с помощью Джона Локка. Иногда Джим забывается и говорит с Геком на нормальном языке, приводя того в ужас, и это весьма комично.

Проблема лишь в том, что это приедается. К середине книги понимаешь: окей, Джим умён и образован, всё понятно. То, что было остроумным открытием, становится повторяющейся механикой, а других находок Эверетт не предлагает. Да, он делает предсказуемый ход — в какой-то момент пути Гека и Джеймса расходятся, мы следуем только за последним, и история превращается в какой-то прямо триллер с погонями, неожиданными поворотами и прямо-таки голливудским финалом. Эверетт словно говорит: всё, хватит нам размеренного твеновского роуд-трипа, сейчас я покажу вам, как такое делают в XXI веке — и как относиться к этому, каждый решит за себя.

Книга читается легко, написана хорошо (Эверетт — мастер, автор более 30 романов, неоднократный лауреат Пулитцеровской премии, в том числе и за «Джеймса»). Читать? Если вы любите «Приключения Гекльберри Финна», как я, то конечно же! Если же вы не читали оригинала, то большая часть приколов и пасхалок может пройти мимо. В целом — хорошая книга, мне понравилось.

Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

🎬 Сияние — Кэтрин Валенте

Представьте себе альтернативную историю, в которой человечество в 1920-30-х годах освоило всю Солнечную систему, но так и не изобрело звуковое кино. Люди летают между планетами на ракетах в стиле ар-деко, а выживают благодаря молоку космических китов-каллоухейлов. Марс с ковбоями, Венера с океанами, карнавалы на Плутоне — сейчас звучит дико, но для меня это золотой век фантастики, а точнее — космооперы, где Капитан Фьючер и Джон Картер, марсианин дают отпор силам зла.

Именно поэтому я многого ожидал от «Сияния» американской писательницы Кэтрин Валенте, но получил нечто странное.

Завязка тут такая: Северин Анк — дочь знаменитого режиссера готических мелодрам, которая бунтует против отцовских страстей, снимая документалки. Последний её фильм — о загадочном исчезновении колонии на Венере, но Северин сама исчезает во время съёмок, и вся книга — это попытка реконструировать её историю и разобраться с пропажей.

Выглядит как детектив, но детективом тут особо не пахнет. «Сияние» — одно большое лоскутное одеяло из газетных заметок, интервью, дневников, киносценариев отца Северин (который переписывает свой фильм о дочери из нуара в готику, потом в детскую сказку). Нелинейно, мозаично, с постоянными отвлечениями и прыжками во времени. Правда, в начале Валенте всё же сжаливается над читателем и даёт ему хронологию событий — без неё даже близко не поймёшь, что за дичь происходит.

С одной стороны, тут целая кладезь идей и концептов, которых другому автору хватило бы томов на пять. Сеттинг тоже прекрасен — чистый, что называется, декопанк-восторг с отсылками к классической наивной фантастике, когда люди ещё верили в каналы на Марсе. Местами это завораживает, но... в истории не хватает места ни героям, ни даже сюжету, который здесь довольно невнятный и, на мой взгляд, незавершённый (но, видимо, так задумано).

Как написал один критик, это как стол, уставленный всей едой мира — прекрасной и ужасной одновременно. Восхитительно и перегружено. Постмодернистский эксперимент, где форма важнее содержания.

Что в итоге? Читать «Сияние» — как смотреть авангардный арт-хаус. Красиво и амбициозно, если вы в теме, и жуткая нудятина, если нет. Тем, кто ждёт связного повествования, живых персонажей и понимания, что вообще происходит, — будет очень тяжело.

Для меня «Сияние» — скорее «нет», чем «да».

Без оценки

🎩 Врата Анубиса – Тим Пауэрс

Перечитал «Врата Анубиса» спустя почти двадцать лет — и снова поймал себя на мысли, что это одна из самых странных книг старой фантастики. Вы её точно не зря выбрали в челлендж, кое-кто даже спросил, где в ней вообще стимпанк? А прикол в том, что её называют основополагающим романом для жанра, хотя в ней нет вообще ничего стимпанкового в современном понимании. Никаких дирижаблей, паровых роботов, клапанов, аналоговых компьютеров или красоток в гогглах. Зато есть египетская магия, оборотни, меняющие тела, цыгане, уродливые клоуны и путешествия во времени через мистические врата.

И вот тут начинается самое интересное.

В восьмидесятых Пауэрс вместе с Джеймсом Блэйлоком и К.У. Джетером полушутя-полусерьёзно называли себя «стимпанками» в противовес модному киберпанку (формально рождение стимпанка — это апрель 1987, когда Джетер написал письмо про стимпанк в НФ-журнал Locus). В их произведениях мир находился на уровне технологий XIX века, а стиль повествования подражал викторианской фантастике, такой как «Машина времени» Уэллса. В отличие от киберпанка, их стимпанк основывался на реальных или, по крайней мере, условно допустимых технологиях, главным из которых стал пар, давший название жанру

Эти писатели не создавали эстетику жанра — они создавали его дух. Пауэрс во «Вратах Анубиса» показал, что можно взять историческую эпоху — Лондон 1810 года, добавить туда фантастический элемент и получить нечто совершенно новое. Не альтернативную историю в чистом виде, не историческое фэнтези — а именно то, что потом разовьётся в стимпанк.

Завязка «Врат» кажется простой и немного наивной: профессор литературы Брендан Дойль, специалист по поэзии XIX века, получает предложение от эксцентричного миллионера: слетать в 1810 год на лекцию поэта Сэмюэля Кольриджа. В качестве эксперта для, так сказать, информационной поддержки богатых хронотуристов. Для полёта планировалось использовать мистические врата, открытые неудавшимся заклинанием египетских магов, которые пытались призвать Анубиса, чтобы выгнать из Египта и уничтожить Британскую империю. Дойль соглашается — а дальше всё идёт наперекосяк. Его похищают цыгане, он пропускает обратный рейс и оказывается наглухо застрявшим в начале XIX века.

Пауэрс придумал гениальную систему работы с путешествиями во времени. У него нет парадоксов — потому что история уже случилась, и её нельзя изменить. Путешественники во времени не меняют прошлое. Они его создают. Так, Дойль специализируется на малоизвестном поэте Уильяме Эшблессе, который жил в том самом 1810 году. Он знает наизусть биографию Эшблесса, его стихи, обстоятельства смерти. И когда Дойль застревает в прошлом, он начинает понимать, что все эти события... как-то странно переплетаются с тем, что происходит с ним самим. Но, пожалуй, не буду спойлерить.

Пауэрс выстраивает временные петли так искусно, что не возникает ощущения натяжки. История складывается, как паззл — и в финале все кусочки встают на свои места с такой элегантностью, что хочется аплодировать. Это редкий случай, когда автор полностью контролирует сложнейшую конструкцию из причин и следствий, где следствие может быть причиной самого себя. Согласен, это звучит запутано, но Пауэрс докручивает запутанность до предела и вставляет сюжет, где герои, и так находящиеся в прошлом, ненадолго ныряют ещё глубже, в XVII век, и это маленькое приключения внутри основного выглядит так, что просто разрывает мозг.

Но временные петли — это ещё цветочки. Настоящий кошмар начинается, когда Дойль оказывается на лондонском дне.

Пауэрс создал один из самых жутких портретов изнанки большого города в фантастике. Он опирался на «Лондонский труд и лондонскую бедноту» Генри Мэйхью — документальное исследование викторианской нищеты. И превратил эти документальные ужасы в ещё больший кошмар, добавив туда магию и чудовищ.

Гильдии нищих, которые контролируют целые районы. Изуродованные клоуны, специально искалеченные своим хозяином Хоррабином, чтобы лучше выпрашивать милостыню. Подземелья, где творятся невообразимые эксперименты. Цыганские кланы, служащие египетским магам. И где-то среди всего этого хаоса — Джо-Пёсья-Морда, оборотень, который не просто убивает, а крадёт чужие жизни, перепрыгивая из тела в тело. Каждая смена тела — это не просто убийство, это кража идентичности, стирание личности.

Дойль попадает в этот мир совершенно не подготовленным. Он — профессор, человек библиотечный, его оружие — знание литературы XIX века. И вот тут Пауэрс проделывает фокус, который не осмеливаются применять современные авторы про попаданцев (и который мне так понравился у Сандерсона в «Пособии по выживанию»): все эти академические знания оказываются почти бесполезными для выживания.

Дойль учится воровать, становится уличным мошенником, осваивает фехтование. Вынужден играть роли, врать, хитрить — всё то, чему его никогда не учили в университете. Его специализация по поэзии помогает разве что в одном — он знает, какие исторические личности выживут, а какие умрут, и кого где можно повстречать. И вовсю пользуется этим знанием (так, короткая история Байрона, противостоящего цыганам, тут просто бесподобна).

Это не история попаданца, который несёт в прошлое технологические знания. Это история человека, который теряет свою идентичность интеллектуала и вынужден становиться кем-то другим, чтобы просто не сдохнуть на грязных улицах Лондона.

Что в итоге?

«Врата Анубиса» не устарели за сорок лет. Более того — сейчас книга читается даже свежее, чем многие современные стимпанк-романы, которые часто скатываются в эстетику. У Пауэрса нет стилизации, там нет ни пара, ни клапанов, ни заводных автоматонов. У него — жёсткая, детально проработанная реальность, в которую вторгается фантастическое, и всё это наполнено такой кучей деталей и микросюжетов, что дух захватывает.

Да, книга местами перегружена. Да, Пауэрс иногда не удерживается и вываливает на читателя всё, что он накопал в исследованиях. Но это не раздражает — это погружает. Ты веришь в этот Лондон, потому что чувствуешь его запах, мрак и холод. Тогда, двадцать лет назад, меня просто поразил весь этот лондонский трэш, с нищими калеками, грязью и мимолётностью человеческой жизни, да и сейчас, по-взрослому это впечатляет.

«Врата Анубиса» — это книга, которая создала жанр и при этом осталась уникальной даже внутри него. Прото-стимпанк в чистом виде. Странно, жутко, блестяще. Читать.

Оценка: 💎💎💎💎💎

🏠 Странный дом — Укэцу

Хоррор-детектив, взорвавший книжный рынок Японии, наконец добрался до нас. Прочитал за пару коротких вечеров, и это был необычный опыт.

Представьте: вы работаете риелтором, и к вам обращается приятель с просьбой оценить дом для покупки. Вы смотрите на план — вроде бы обычное жильё. И замечаете странное пустое пространство между стенами, похожее на вентшахту. Но в доме нет вентиляции. Тогда вы просите своего друга, архитектора Курихару изучить планировки, и вместе находите ещё больше деталей, которые никак не складываются в логичную картину. Детская без окон, зато с тамбур-шлюзом. Комнаты, до которых нужно идти окружным путём через пол-этажа. Странная, неудобная пристройка. И тут Курихара выдвигает безумную теорию: это дом убийц.

И теория оставалась бы просто теорией, если бы рядом с домом не нашли расчленённый труп без кисти левой руки.

«Странный дом» — это фудосан-мистери, жанр, где расследование строится на архитектурных чертежах. Звучит дико, я поначалу тоже подумал — ну что за фигня, а нет, прикольно, достаточно быть внимательным. Книга действительно наполнена планировками домов и этажей. Ты вместе с героями изучаешь чертежи, ищешь несоответствия, выстраиваешь версии. Это не просто чтение — это интеллектуальная игра, где пространство становится главной уликой.

Укэцу (таинственный автор, скрывающийся за белой маской) создал гибрид документального расследования и психологического хоррора. Здесь нет кровищи и монстров, здесь вообще нет действия — только разговоры, но жуть нарастает из деталей, из осознания, какие ужасы может скрывать обычная планировка. Казалось бы, просто домики — а расследование разворачивается в несколько актов, каждый со своей тайной, в итоге превращаясь в очень сложно закрученную и типично японскую историю.

Книга читается на одном дыхании, но оставляет классное послевкусие. Да, чертежей иногда многовато, персонажи прописаны схематично, текст довольно простой. Но концепция настолько свежа, а японский, непривычный нам саспенс так убедителен, что придираться не хочется.

Что в итоге?

Если вы любите детективы, где нужно думать головой, если вам нравится тихий, медленный, построенный на нарастающей тревоге хоррор, если хочется чего-то принципиально нового — пробуйте. Я был удивлён и впечатлён.

Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

📐 Шестнадцать способов защиты при осаде — К. Д. Паркер

Фэнтези приучило нас, что города спасают воины или маги, благословлённые богами и судьбой. В «Шестнадцати способах защиты при осаде» город спасает циничный и жуликоватый инженер, который лучше разбирается в мостах, чем в батальной тактике, и который терпеть не может всех этих героических придурков.

Добро пожаловать в фэнтези для тех, кому надоели мечи и магия.

К. Д. Паркер — псевдоним британского писателя-юмориста Тома Холта, который семнадцать лет скрывал своё настоящее имя. Под собственным именем Холт пишет юмористическое фэнтези — лёгкое, остроумное, с драконами и пародиями на мифы. Под маской Паркера он создаёт вещи серьёзные, жёсткие и антивоенные. Хотя юмор, конечно, никуда не делся, просто стал чернее и язвительнее.

Паркер известен тем, что уделяет огромное внимание инженерии, ремеслу и производственным процессам. Его герои строят огромные осадные машины, организовывают снабжение, подписывают договора друг с другом и делают всё то, что не принято показывать в серьёзном фэнтези. Близкое к этому я читал только у Пратчетта (но там абсурдистский юмор вместо чёрного), а ещё в прошлом году был «Квиллифер», про героя-юриста. В общем, подобное фэнтези напоминает нам всем, что за великими подвигами стоят бюрократия и логистика :)

Главный герой «Способов», полковник Орхан, — инженер, специалист по строительству мостов. Он со своей инженерной бригадой возвращается с очередного задания и попадает в сложную ситуацию. Армия его страны уничтожена, а враг осаждает столицу империи Город (да, он так и называется — просто Город), в котором провизии почти нет, а командование состоит из идиотов. Орхан оказывается единственным, кто хоть что-то понимает в обороне, вот только он не полководец, не стратег и не герой. Он — импровизатор, который собирает оборону из того, что есть: инженерных войск, гладиаторов, городской стражи и собственной наглости.

Паркер выворачивает жанр наизнанку. Вместо эпических битв — расчёты траекторий катапульт. Вместо героических монологов — циничные размышления о том, как обмануть интендантов. Вместо благородных рыцарей — воры, мошенники и профессионалы своего дела (там даже есть местный аналог Левши — гениальная дамочка-конструктор по имени Труха). Это фэнтези, где побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто умнее.

Орхан — классический плут. Вор, лжец, манипулятор, человек без особых моральных принципов. Он презирает начальство и не верит в высокие идеи, зато прекрасно разбирается в «людском». В этом весь фокус: Орхан обаятелен. Книга написана от его лица и стилизована под мемуары, и его голос — ироничный, самокритичный, местами издевательский, местами сбивающийся на какие-то вообще не относящиеся к делу байки — затягивает. И, да, это порой вызывает вопросы о том, правду ли он вообще рассказывает, что делает книгу ещё интереснее.

При этом читается книга легко, динамично, с удовольствием. Паркер умеет держать темп: стоит Орхану решить одну проблему, как на него обрушивается следующая. Интрига нарастает, особенно когда выясняется, что армией осаждающих командует его старый знакомый. Юмор здесь тонкий, интеллектуальный, временами почти пратчеттовский, хотя у Пратчетта больше доброты, а у Паркера — горечи.

Из минусов — иногда утомляет читать все эти разглагольствования и воспоминания Орхана, которые отвлекают от действия. Плюс мир вне города в книге прописан довольно поверхностно (чтобы разобраться в отношениях между двумя расами Города, пришлось прибегать к вики по книге). Но в целом прикольно наблюдать за тем, как Орхан постоянно бешено рискует, косячит, но не теряет веры в себя, свою команду и законы физики.

Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

🐍 Змейские чары — Наталия Осояну

Я зарекался после сборника К. А. Терины зимой читать сюрреалистическую фантастику (благо, ещё и целую пачку рассказов прочитал на конкурсе «Сюрнонейм-20»), но жизнь ничему не учит... Поэтому сегодня — интересная, но очень сложная и сюрная во всех смыслах вещица и тот редкий случай, когда девчоночья фэнтези-обложка в популярном нынче полуаниме-стиле даже близко не намекает на то, какой глубины текст за ней прячется.

Сюжет на первый взгляд прост. Кира Адерка, дочь торговца из Лесной страны, получает проклятие и каждую ночь проваливается в Подземье, царство змей, где эти самые змеи проделывают с ней всякие нехорошие вещи. Её единственная надежда — загадочный чернокнижник Дьюла Мольнар, выпускник мистической Школы Дракайны. Казалось бы, классическое фэнтези о проклятии и путешествии по мирам.

Впрочем, если вы знаете, кто автор — не обманетесь.

Наталия Осояну — известная переводчица сложных авторов вроде Йена Макдональда и Кэтрин Валенте, предпочитающая (цитата с фантлаба) «фантастику, трудно поддающуюся жанровой классификации». У неё есть несколько своих романов на морские и мифологические темы, и «Змейские чары» продолжают эту линию — в основе книги лежит румынская мифология.

«Змейские чары» — это лоскутное одеяло из сказок, быличек и фольклорных мотивов, которые крутятся вокруг Дьюлы. Здесь переплетаются узнаваемые сюжеты (вроде «Стоптанных башмачков» братьев Гримм) и малоизвестные румынские мотивы, постмодернистские заморочки о природе текста и реальности, пасхалки для тех, кто в теме (глава «Мальчик, который выжил» чего только стоит).

Книга требует от читателя готовности погрузиться в поток, где сказка превращается в кошмар, реальность перетекает в миф, а привычные жанровые рамки трещат по швам. Более того, Осояну играет не только с текстом, но и с типографикой (например, слово «тьма» в тексте выглядит как чёрный прямоугольник, и там полно подобных приколов). Выглядит круто, жутко завораживает, но сложность зашкаливает — я не уверен, что понял хотя бы половину книги, а перечитывать чего-то страшно.

Но это был интересный опыт

Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

🧬 Следующие 500 лет — Кристофер Мейсон

Решил изучить эту книгу в поисках фантастических идей, но слишком поздно прочитал о том, кто автор. Кристофер Мейсон — генетик, работавший на многих миссиях NASA, и «Следующие 500 лет» — это не разброс футуристических концептов и предсказаний, а лютое погружение в молекулярную биологию, генетику, биохимию и смежные дисциплины. Причём на уровне, который заставит даже негуманитария рыдать уже на третьей-четвёртой главе.

Мэйсон методично разбирает, как редактировать геном для защиты от радиации, как синтезировать ДНК под условия на конкретных планетах, какие мутации нужны для межзвёздных перелётов. Книга выстраивает маршрут от нынешней Земли к межзвёздным цивилизациям через три этапа: адаптацию человека к космосу, терраформирование других миров и радикальную биоинженерию нашего вида. Автор не мечтает — он оперирует данными экспериментов на МКС, расшифровками геномов всяческих бактерий-экстремофилов, тихоходок и подобных существ, адаптированных к выживанию в условиях экстремальных температур, давления, радиации и так далее. Всё по науке, тонны ссылок и уникального опыта (а кто ещё мог поработать с геномом космонавтов)

Главная проблема книги — что она подаётся как план человечества на ближайшие 500 лет, а по факту является учебником по генетике с парой глав в самом конце на другие темы (выглядит как для галочки). Да, это обосновано — космическая радиация разрушает ДНК, и это крайне важная область работы для тех, кто планирует отправлять людей в космос. Но готовьтесь много гуглить или же верить автору на слово, а автор в разжёвывании до мелочей замечен не был.

Более того, Мейсон просто забивает на социальные, этические и даже экономические проблемы. Он технооптимист: наука разберется, рыночек порешает, человечество справится. Здорово конечно быть таким, но события последних лет показывают, что от человечества можно ожидать всего, чего угодно.

Оценка: без оценки

✍️ На затравку — Чак Паланик

Не прошло и пяти лет с момента покупки этой книжки, как я добрался до советов старины Чака.

Если честно, скептически отношусь к подобным вещам после «Как писать книги» Стивена Кинга, где мастер ужасов увлекательно рассказал о своём становлении, но, к сожалению, навалил какой-то преснятины в своих мастерских советах.

Но Паланик — дело особое, потому что он — панк, а панки вертели все эти писательские правила на одном месте. Даже когда сами их объясняют.

Чак Паланик — один из тех редких авторов, имя которых стало брендом ещё при жизни. «Бойцовский клуб», «Невидимки», «Колыбельная», «Удушье» — кого-то его провокационные романы приводят в полнейший восторг, а кто-то воспринимает их не иначе как плевок в душу. Но «На затравку» — это совсем другая книга, потому что в ней Паланик снимает маску и выходит на сцену без грима, простой и уязвимый.

«На затравку» — это, в первую очередь, исповедь человека, пахавшего на заводе с дипломом журналиста, а литературному мастерству учившегося у разных сумасшедших авторов (особенно доставил рассказ про Тома Спэнбауэра, жившего в заброшенном доме без крыльца — попасть к нему можно было только совершив «прыжок веры» через груду битого стекла). И именно этот путь, полный всяческого трэша, делает его рассказ по-настоящему живым. Мы привыкли видеть дичь в его книгах, а, оказывается, карьера автора полна этой самой дичи под завязку.

Отдельное удовольствие читать «открытки из промотуров», разбросанные по всей книге — короткие зарисовки с его литературных гастролей. Паланик рассказывает, как фанаты на публичных чтениях падали в обморок прямо в зале — массово, один за другим, как домино. Как его однажды закидали живыми мышами. Как он удирал от полиции вместе с какими-то торчками по ночному Парижу. Как он устраивал перфомансы, возя с собой мешок пластиковых конечностей с автографами и даря их фанатам. Как ему приносили фотографии... даже не знаю, как описать, потому что это настолько мерзко, но настолько в духе его творчества, в общем, читайте сами.

При этом писательские советы в книге тоже есть — просто они не настолько угарные, как воспоминания. И, что хорошо, здесь нет банальщины в духе «много читайте, пишите каждый день». Более того, его советы местами прямо противоречат советам Кинга. Там, где Кинг говорит «ни в коем случае», Паланик говорит «именно так». И оба правы. Я нафигачил в книгу закладок, и самое интересное выпишу вкратце следующим постом.

Книга разбита на короткие главы — каждая строится вокруг одного приёма или эпизода из жизни. Он разбирает технику «погружения» (показывай, а не рассказывай), объясняет, зачем читателю нужно чувствовать себя умнее героя, говорит о ритме и о том, как строить саспенс без мистики и насилия. Всё это — на примерах из собственных текстов и текстов других писателей, которых он знал лично.

И отдельная линия — изнанка литературного бизнеса. Паланик честен до боли: он говорит о пиратских изданиях, о бухгалтере, который украл у него огромные деньги, о том, что писатель, не выпускающий книгу каждый год, просто перестаёт существовать для индустрии и о других малоприятных, но знакомых каждому человеку "в теме" вещах. Книга относительно свежая, 2020 года, поэтому и актуальная — ещё один плюс.

Что в итоге?

Неожиданно тёплая книга от человека, которого принято считать холодным циником. Ценителям творчества автора — обязательно. Здорово наблюдать, как Паланик деконструирует собственные механизмы и рассказывает, что, зачем и почему сделано в его текстах. Если вы сами пишете или хотите начать — книга даст конкретные инструменты, причём в паланиковском духе: без занудства, зато с характером. Я б не сказал, что его советы прямо совсем для новичков, скорее, для тех, кто хочет попробовать что-то новое и сделать свои тексты интереснее. И мотивации в духе «писать, писать и ещё раз писать» тут нет.

Если же Паланик — вообще не ваше, то и «На затравку» вряд ли вас переубедит.

Оценка: ⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

Для себя я выписал ряд полезностей, вот то, что мне показалось самым интересным:

1. Ваша история не должна звучать так, будто её написал писатель.

2. У ваших персонажей есть руки, ноги и головы. Создавайте напряжение, подчёркивая их слова жестами. При этом самое забавное — делать так, чтобы действия противоречили словам (— Вампиры? — Он усмехнулся, но невольно схватился рукой за грудь в том месте, где в детстве носил крестик. — Что за чушь!)

3. Персонажа-дурака слушать интереснее, потому что он измывается над языком как хочет. То же можно сказать про детей или персонажей, говорящих на неродном языке.

4. Обратите внимание: если вы что-то перечисляете, сколько у вас обычно перечисляемых предметов или явлений? Наверняка три. Например: «поезда, самолеты и автомобили», «Отец, Сын и Святой Дух». Попробуйте перечислять предметы по два или четыре. Тройки забирают на себя слишком много энергии.

5. Читатель больше всего любит, когда его удивляют. Описывайте персонажей и действия без всяких оценок и выводов, будто просто снимаете их на камеру. Пусть читатель строит догадки, ожидает определённой развязки, а потом — бах! — вы открываете ему свой изначальный замысел. Направляйте или сбивайте читателя с толку сколько влезет, но никогда ничего не объясняйте!

6. Избегайте стандартных единиц измерения (метры, секунды, дни и так далее), потому как любое ваше описание должно в первую очередь описывать самого персонажа. Если, конечно, вы не описываете учёного-аутиста.

7. Пусть в вашей книге для героев всегда тикают часики — ограничение по времени и спешка щекочет нервы читателю.

8. Создавайте саспенс с помощью отрицания: это когда вы затрагиваете некую тему, но отказываетесь её развивать или тут же опровергаете собственные слова. Всякий раз, когда вы отрицаете вероятность чего-либо, вы тем самым создаёте эту вероятность. «Этот корабль не может утонуть». «В этих консервах не может быть паразитов». «Первое правило Бойцовского клуба — никому не рассказывать о Бойцовском клубе».

9. Если ваш персонаж кажется вам картонным, плоским и неинтересным, позвольте ему совершить откровенно плохой поступок, но по уважительной причине.

10. Не пишите так, чтобы нравиться людям. Пишите так, чтобы вас запомнили.

🪽 Vita Nostra — Марина и Сергей Дяченко

Снова вы подкинули мне на челлендж нечто потрясающее...

Саше Самохиной семнадцать лет, она отдыхает с мамой у моря, и жизнь у неё самая обычная — до того утра, когда на пляже появляется незнакомец в тёмных очках. Он говорит ей сделать кое-что нелогичное и неприятное (гусары, молчать!) Она отказывается. На следующее утро он снова здесь. И послезавтра тоже. А потом из-за отказов начинаются проблемы — и приходится соглашаться.

Саша возвращается в город, снова приходит незнакомец и даёт новое задание. Почему? Зачем? Что это вообще за дичь? Незнакомец не объясняет, но последствия невыполнения снова понятны и страшны.

А осенью он направляет её на учёбу в Институт специальных технологий города Торпа, где Саша надеется найти ответы на свои вопросы, но их становится только больше...

Марина и Сергей Дяченко — супружеский авторский дуэт, работавший на стыке фантастики, магического реализма и психологической прозы. «Vita Nostra» 2007 года — одна из самых известных их книг: огромное количество литературных премий, переводы на шесть языков, бестселлер не только в России, но и на англоязычном рынке. Первое впечатление от книги — «опять что-то про Гарри Поттера» — оказывается невероятно обманчивым, потому что Дяченко вообще не интересует магия как таковая. Им интересно, что происходит с человеком, когда его лишают всего привычного — и заставляют стать чем-то большим.

Институт — странное место. Студенты здесь похожи на людей, которые что-то знают, но никогда не скажут. Преподаватели по специальности — на существ, которым человеческое попросту чуждо, а профильный предмет — нечто, у чего вообще нет названия. Чему учат в институте, и кем станет Саша — главная интрига всей книги, которая тянет через весь текст к финалу и наконец-то раскрывается во всей своей красе.

Самое сильное в книге — это ощущение тумана, в котором находишься вместе с героиней. Большую часть романа ни читатель, ни сама Саша не понимает, что происходит. Но при этом параллельно идёт очень живая и знакомая студенческая история взросления. Дружба, общага, первая любовь, отношения с мамой, которая ничего не знает и не должна знать. И страх за близких как главный инструмент контроля. Саша меняется — медленно, незаметно, страница за страницей — и когда ты наконец видишь, кем она стала, это просто взрыв мозга.

Сложно писать про книгу, в которой можно проспойлерить буквально всё, хотя хочется написать многое. Но всё-таки отдельно хочется сказать про мир, который выстроили Дяченко. Внешне он до странности обычный — провинциальный городок, студенческое общежитие, сессии и зачёты. Здесь нет тайных комнат и захватывающих турниров, зато есть обшарпанная общага, скучные занятия и преподы, которые, казалось бы, смотрят на студентов как на стадо баранов.

Но внутри этой оболочки живёт что-то совершенно другое, своё, ни на что не похожее. Авторы открывают это постепенно, слой за слоем, никуда не торопясь — и к концу ты понимаешь, что находишься внутри очень цельной и очень продуманной вселенной, у которой есть своя логика, свои законы и своя жуткая красота.

Что в итоге?

Это жестокая, в чём-то неприятная, сложная и по-настоящему умная книга из тех, что читаешь взахлёб, а потом долго сидишь и смотришь в стену (как некоторые из её героев ;) Читать обязательно. Я после перерыва буду читать продолжение — «Vita Nostra: Работа над ошибками».

Оценка: 💎💎💎💎💎