Не отходя далеко от CWS, расскажу про автора, с которым там познакомилась.
«Румия», Мария Омар
Про что роман
Румия живёт и растёт в маленьком посёлке под Актобе. Вокруг разворачивается Казахстан 90х: путешествующие аулы, отсутствие зарплат и постоянная борьба за благополучие. Многое в себе несут её мама и бабушка — женщины, с которыми Румия проводила всю жизнь до 18. Питаясь их опытом и травмами, Румия взрослеет, стараясь переписать женскую историю своего рода и исправить ошибки прошлого.
Повествование
История ведётся в две временные ветки: Румия до 18 и Румия после 18. Повествование здесь сродни реальной жизни: оно идёт вперёд, не останавливаясь надолго на конкретных моментах. Автор как будто фиксирует мелочи, принесенные из повседневности, на которые мы не всегда обращаем внимание, но которые важны для формирования представления о человеке. Они не влияют напрямую на сюжет, но являются главным источником описаний. Из-за того, что повествование такое жизненное, относится к нему надо так же, как к жизни: не стоит подолгу искать символизм везде, просто всё такое, каким сложилось.
Персонажи
Основные персонажи здесь женщины, вместе с ними мы смотрим на прижившийся сексизм, стереотипы и указания на то, как надо себя чувствовать. Эта неприятная сторона человеческой жизни — часть времени, воскрешающаяся на страницах книги. Несмотря на закостенелые нравы взрослых персонажей, полюбить ту же абику (бабушка по-татарски) совсем не сложно: даже с прижившимся мировоззрением она тёплая и заботливая, в ней можно спрятаться. И в этом тоже есть что-то гиперреалистичное: как бы взрослое окружение не было закалено своим временем, главное не то общее и отталкивающее, что есть в копилке у каждого поколения, а то, как конкретный человек ведёт себя в конкретной ситуации.
Все персонажи, кроме самой Румии, здесь описываются мазками, ранее упоминаемыми мелочами. По ним автор предлагает выстроить целостную картинку. Общее описание, которое выглядит в книге карикатурно, — лишь набросок, важно следить за деталями, чтобы выстроить более подробный портрет (убила мышь веником, стеснялась потрогать мамин живот, отбирала единственное новое пальто у маленькой девочки в магазине).
Травма
Трансгенерационная травма — ведущая тема в романе. Боль, которую несла бабушка, трансформировалась и перешла к маме, а та, в свою очередь, к Румие. Было больно проникать в атмосферу нервозности, зацикленности на проблемах, вытекающего из этого отсутствия ласки и проявляемой любви со стороны матери. В этом жила Румия. Ещё больнее осознание того, что все эти травмы — не личная прихоть родителей, а результат формирования личности, столкнувшейся с большим количеством непростых жизненных ситуаций. Всем больно, но тут трудно найти виноватого.
Казахстан в книге
Культура — очень цепляющий аспект романа. Непричастному к событиям зрителю будет интересно наблюдать, как дети таскают курт с крыши юрты и как аулы кочуют на другое жайлау. Вне аулов живут по-другому: зарабатывают на жизнь торговлей в ларьке и воюют с недобросовестными соседями. Но всё это — Казахстан. Читатель узнаёт о стране и со стороны окрестностей. Так, например, я узнала, что в близком к Казахстану Оренбурге существовала водка «Росинка», которая продавалась в целлофановом пакетике и охотно употреблялась студентами (не знаю, почему меня это так впечатлило❤️ ). Книга — абсолютно точно слепок времени.
Вывод
«Румия» — настоящий, подробной реализм. Сродни жанру в изобразительном искусстве, здесь тоже можно бесконечно рассматривать детали и при этом заметить лишь половину. Я не росла в Казахстане 90х, но всё ещё ощущала близость ситуаций оттуда.
Ещё из полезных выводов — возможно, я нашла в тексте отсылку на мультфильм "Кунг-фу панда" 😅
Полезные ссылки
🤩 Канал автора Марии Омар
🤩 Другой взгляд на "Румию" в канале "Яна х Хроники настоящего"
🤩 Интервью с Марией Омар в канале "Читалочка и календарочка"
«Румия», Мария Омар
Про что роман
Румия живёт и растёт в маленьком посёлке под Актобе. Вокруг разворачивается Казахстан 90х: путешествующие аулы, отсутствие зарплат и постоянная борьба за благополучие. Многое в себе несут её мама и бабушка — женщины, с которыми Румия проводила всю жизнь до 18. Питаясь их опытом и травмами, Румия взрослеет, стараясь переписать женскую историю своего рода и исправить ошибки прошлого.
Повествование
История ведётся в две временные ветки: Румия до 18 и Румия после 18. Повествование здесь сродни реальной жизни: оно идёт вперёд, не останавливаясь надолго на конкретных моментах. Автор как будто фиксирует мелочи, принесенные из повседневности, на которые мы не всегда обращаем внимание, но которые важны для формирования представления о человеке. Они не влияют напрямую на сюжет, но являются главным источником описаний. Из-за того, что повествование такое жизненное, относится к нему надо так же, как к жизни: не стоит подолгу искать символизм везде, просто всё такое, каким сложилось.
Персонажи
Основные персонажи здесь женщины, вместе с ними мы смотрим на прижившийся сексизм, стереотипы и указания на то, как надо себя чувствовать. Эта неприятная сторона человеческой жизни — часть времени, воскрешающаяся на страницах книги. Несмотря на закостенелые нравы взрослых персонажей, полюбить ту же абику (бабушка по-татарски) совсем не сложно: даже с прижившимся мировоззрением она тёплая и заботливая, в ней можно спрятаться. И в этом тоже есть что-то гиперреалистичное: как бы взрослое окружение не было закалено своим временем, главное не то общее и отталкивающее, что есть в копилке у каждого поколения, а то, как конкретный человек ведёт себя в конкретной ситуации.
Все персонажи, кроме самой Румии, здесь описываются мазками, ранее упоминаемыми мелочами. По ним автор предлагает выстроить целостную картинку. Общее описание, которое выглядит в книге карикатурно, — лишь набросок, важно следить за деталями, чтобы выстроить более подробный портрет (убила мышь веником, стеснялась потрогать мамин живот, отбирала единственное новое пальто у маленькой девочки в магазине).
Травма
Трансгенерационная травма — ведущая тема в романе. Боль, которую несла бабушка, трансформировалась и перешла к маме, а та, в свою очередь, к Румие. Было больно проникать в атмосферу нервозности, зацикленности на проблемах, вытекающего из этого отсутствия ласки и проявляемой любви со стороны матери. В этом жила Румия. Ещё больнее осознание того, что все эти травмы — не личная прихоть родителей, а результат формирования личности, столкнувшейся с большим количеством непростых жизненных ситуаций. Всем больно, но тут трудно найти виноватого.
Казахстан в книге
Культура — очень цепляющий аспект романа. Непричастному к событиям зрителю будет интересно наблюдать, как дети таскают курт с крыши юрты и как аулы кочуют на другое жайлау. Вне аулов живут по-другому: зарабатывают на жизнь торговлей в ларьке и воюют с недобросовестными соседями. Но всё это — Казахстан. Читатель узнаёт о стране и со стороны окрестностей. Так, например, я узнала, что в близком к Казахстану Оренбурге существовала водка «Росинка», которая продавалась в целлофановом пакетике и охотно употреблялась студентами (не знаю, почему меня это так впечатлило
Вывод
«Румия» — настоящий, подробной реализм. Сродни жанру в изобразительном искусстве, здесь тоже можно бесконечно рассматривать детали и при этом заметить лишь половину. Я не росла в Казахстане 90х, но всё ещё ощущала близость ситуаций оттуда.
Ещё из полезных выводов — возможно, я нашла в тексте отсылку на мультфильм "Кунг-фу панда" 😅
Айка запихнула в рот полпеченьки. - Ты же знаешь, я, когда нервничаю, ем как не в себя, — сказала она, прожевав.
Полезные ссылки
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤12🔥11 5👍1
Взялась за ещё одну книгу Руни. Первыми я прочитала «Нормальных людей», о своём эмоциональном восторге писала тут. Сейчас читаю её дебютный роман «Разговоры с друзьями».
Кажется, из-за того, что в этом романе читателя не преследуют ностальгия и другие тёплые чувства, тут можно глубже поизучать марксистские взгляды и писательские приёмы автора.
Параллельно изучала некоторые размышления Руни вне книги. Она очень публичная, с ней есть много интервью. В этом посте черпаю её мысли и цитаты в основном из этих двух:
🤩 Кусочек из её большого интервью для Louisiana Channel
🤩 Интервью в The Irish Times
Итак, что характерно
Во-первых, постоянные разговоры о политике и экономике. Они были и в «Нормальных людях», но тогда ушли для меня на второй план. При чтении «Разговоров» их невозможно не заметить: главные героини используют политические представления для выстраивания собственных архетипов и рассуждений о своих жизненных ситуациях.
Сама Руни упоминала о том, что ей интересно, как политический и экономический контекст влияют на межличностные отношения. Большое количество вопросов к капитализму, которое возникают у героинь, перетекает в межстрочный авторский вопрос: влияет ли транзакционное мышление (transactional way of thinking) на формирование отношений, и если влияет, способны ли мы от этого мышления отказаться.
Более того, Руни исследует социальный класс как ещё одно влияющее на общение людей слагаемое. Так, главная героиня Фрэнсис, тусуясь с более обеспеченными чем она людьми, чувствует себя сконфуженно и с ними, и с родителями, которые относятся к менее обеспеченному слою населения. Она живёт на стыке этих двух классов, поэтому периодически относится с непониманием к каждому из них.
Из того, что мне особенно нравится — с таким количеством обсуждаемых аспектов роман не скатывается в сложную прозу для избранных, а остаётся доступным и понятным в своих рассуждениях.
Во-вторых, это чатовое повествование и разговоры, пронизанные духом переписки. Короткие предложения, перетекающие одна в другую реплики, не обремененные излишними знаками препинания. Это касается как отдельных диалогов, протекающих непосредственно в сети, так и всего повествования в целом.
Если говорить об общении в интернете, то важно обращать внимание на то, как оно происходит: при помощи имейла или сообщений в мессенджере. Сама Салли Руни тоже много переписывалась по почте, где, как она сама говорит, сформировала свой слог, который мы замечаем на страницах романа.
В-третих, истории больше не о конкретных людях, а об их взаимоотношениях. Руни часто упоминает, что человек не может быть полностью независим, он постоянно взаимодействует с другими людьми, даже если совсем не вспоминает об этом.
❤ И, как итог ко всему этому, мне особенно нравится узнаваемость автора в тексте. В обоих романах она никуда не пропадает.
Кажется, из-за того, что в этом романе читателя не преследуют ностальгия и другие тёплые чувства, тут можно глубже поизучать марксистские взгляды и писательские приёмы автора.
Параллельно изучала некоторые размышления Руни вне книги. Она очень публичная, с ней есть много интервью. В этом посте черпаю её мысли и цитаты в основном из этих двух:
Итак, что характерно
Во-первых, постоянные разговоры о политике и экономике. Они были и в «Нормальных людях», но тогда ушли для меня на второй план. При чтении «Разговоров» их невозможно не заметить: главные героини используют политические представления для выстраивания собственных архетипов и рассуждений о своих жизненных ситуациях.
Сама Руни упоминала о том, что ей интересно, как политический и экономический контекст влияют на межличностные отношения. Большое количество вопросов к капитализму, которое возникают у героинь, перетекает в межстрочный авторский вопрос: влияет ли транзакционное мышление (transactional way of thinking) на формирование отношений, и если влияет, способны ли мы от этого мышления отказаться.
I write a lot about social class. Observe how class as a very broad social structure impacts our personal and intimate lives.
Более того, Руни исследует социальный класс как ещё одно влияющее на общение людей слагаемое. Так, главная героиня Фрэнсис, тусуясь с более обеспеченными чем она людьми, чувствует себя сконфуженно и с ними, и с родителями, которые относятся к менее обеспеченному слою населения. Она живёт на стыке этих двух классов, поэтому периодически относится с непониманием к каждому из них.
Из того, что мне особенно нравится — с таким количеством обсуждаемых аспектов роман не скатывается в сложную прозу для избранных, а остаётся доступным и понятным в своих рассуждениях.
Во-вторых, это чатовое повествование и разговоры, пронизанные духом переписки. Короткие предложения, перетекающие одна в другую реплики, не обремененные излишними знаками препинания. Это касается как отдельных диалогов, протекающих непосредственно в сети, так и всего повествования в целом.
Если говорить об общении в интернете, то важно обращать внимание на то, как оно происходит: при помощи имейла или сообщений в мессенджере. Сама Салли Руни тоже много переписывалась по почте, где, как она сама говорит, сформировала свой слог, который мы замечаем на страницах романа.
A large part of my style has definitely developed through writing emails and, as you and I know, those late-night deep meaningful emails in which you're communicating quite a lot.
В-третих, истории больше не о конкретных людях, а об их взаимоотношениях. Руни часто упоминает, что человек не может быть полностью независим, он постоянно взаимодействует с другими людьми, даже если совсем не вспоминает об этом.
It isn't so much about individual people as it is about relationships.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤11🔥10 4✍1👍1
Cовсем скоро сменится цифра в году, и мы в преддверии этого события начнём непроизвольно вспоминать, что успелось, и фиксировать то, что хотим успеть в следующий период. Первый пункт особенно важен: рефлексия над прошедшим помогает отпечатать всё самое важное так глубоко, что оно потом ненароком вспомниться на какой-нибудь незнакомой улице десять лет спустя.
📒 В связи с этим собрались тёплой компанией, чтобы повспоминать книги о памяти (тавтология, но какая!), которые могут стать отличным чтением в, наверное, самый рефлексивный промежуток года.
Способы мышления, потеря памяти, межпоколенческая память, особенности запоминания — всё это мы постарались вместить в подборку.
📍 Чуть более полный отзыв на предлагаемые мной "Лисьи броды" тут. Это была моя первая рецензия на лайвлибе, поэтому она скорее экспериментальная, но всё равно по-своему хорошая. Написана она была, кстати, в прошлогодние новогодние праздники, так что, читая её, мысленно возвращаюсь в тот период.
Участницы подборки⛄️
Книги и немного кино
Перевариваю и выделяю
Я захватываю книги
Мед и немного полыни
Фигуры речи
Во имя прозы
Своя среди страниц
Способы мышления, потеря памяти, межпоколенческая память, особенности запоминания — всё это мы постарались вместить в подборку.
Участницы подборки
Книги и немного кино
Перевариваю и выделяю
Я захватываю книги
Мед и немного полыни
Фигуры речи
Во имя прозы
Своя среди страниц
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤10🔥7🎄6 3✍2👍1
«Terra Nullius», Егана Джаббарова
На этой неделе мне удалось не только дочитать новый роман Еганы, но и сходить с ней на онлайн-встречу (это было очень здорово). Хочу рассказать, что откопалось в романе в ходе собственных размышлений и совместных обсуждений.
Про что роман
Новый роман по-прежнему является автофикшном, который повествует об утрате дома и памяти, с ним связанной. Главная героиня, вынужденная иммигрировать из родного города и страны, рассуждает о домах, попадающихся на её пути: от оранжевого контейнера в лагере беженцев в Берлине до грузинского дома в посёлке Земо-Кулари, в котором выросла её семья. Параллельно с веткой героини развиваются ветки других людей: из этой тесной связи рождается размышление о наследственной «бездомности».
Автофикшн
Третий роман продолжает замысел первых двух: «Руки женщин моей семьи были не для письма» и «Дуа за неверного». На встрече Егана упоминала, что, написав «Руки», она поняла, что ей этого не достаточно, из чего родилась вся трилогия. Каждую книгу можно читать по отдельности, однако прочтение всех трёх даёт наиболее целостное понимание и то самое ощущение общей болючести, пронизывающее опыт героини, который она вложила в свою прозу.
Персонажи
Из-за автофикциональной составляющей большинство персонажей взяты из реальной жизни. Это члены семьи, знакомые, друзья. Есть в жизни Еганы и те, кто не хочет появляться в прозе авторки, поэтому они остаются за кадром. Так, моё ощущение того, что в «Дуа» не хватало подробностей о сестре Еганы, не было обманчивым: это та часть жизни, которую авторка, посоветовавшись, решила не освещать.
Повествование
Две разные истории, как я уже упоминала выше, перемежаются в книге, идут параллельно друг другу. Название глав здесь отсылает к тюркским балладам и сказаниям, именуясь, например, «Сказание о грузинском доме» или «Как Фарман покидал дом». Мне подсказали на встрече, что этот приём может отсылать к таким тюркским авторам, как Низами Гянджеви и Алишер Навои.
Terra Nullius
Название романа и сама фраза ("ничья земля" в переводе) берут начало из колонизаторских времен, когда не захваченные никакими государствами земли, принадлежащие коренным народам, считались незанятыми, пустыми. Авторка же здесь переосмысляет это понятие, наделяя его свойством того, что нельзя отобрать. В тексте эта земля принимает всех отвергнутых и изгнанных и убирает любые барьеры взаимодействия (деньги, границы, язык).
Дом и память
В романе рассуждается об этих двух понятиях, как о смежных. Дом — это место, стены которого не только защищают от непогоды, но и хранят воспоминания тех, кого они когда-либо видели. Дома вещи умеют говорить и напоминать, а воздух пронизан всеми теми запахами, которые царят в нём при наличии человека. Дом — это не данность, это привилегия. Об этой теме Егана также рассуждала в своём интервью для Blueprint.
Религия и язычество
В тексте часто упоминаются Аллах, Кираман Катибин (писцы, пишущие человеческую судьбу), мелеки («ангелы» с арабского). При прочтении мне казалось, что это желание описать окружающих и семью через их же призму, так как их восприятие часто базировалось на религиозных побуждениях. На встрече Егана разъяснила, что в этом был в том числе её исследовательский интерес: интересно было понять, как религия и языческая традиция существуют рука об руку в человеческом представлении, в том числе в представлении её родных, которые периодически скрещивали свою веру с приметами.
Фотоконтент
Я настолько заслушалась на встрече, что не сообразила поскринить всех собравшихся. Наши совместные фотки из зума можно посмотреть на каналах Изнанка (организатор встречи) и Антон читает и пишет.
На этой неделе мне удалось не только дочитать новый роман Еганы, но и сходить с ней на онлайн-встречу (это было очень здорово). Хочу рассказать, что откопалось в романе в ходе собственных размышлений и совместных обсуждений.
Про что роман
Новый роман по-прежнему является автофикшном, который повествует об утрате дома и памяти, с ним связанной. Главная героиня, вынужденная иммигрировать из родного города и страны, рассуждает о домах, попадающихся на её пути: от оранжевого контейнера в лагере беженцев в Берлине до грузинского дома в посёлке Земо-Кулари, в котором выросла её семья. Параллельно с веткой героини развиваются ветки других людей: из этой тесной связи рождается размышление о наследственной «бездомности».
Автофикшн
Третий роман продолжает замысел первых двух: «Руки женщин моей семьи были не для письма» и «Дуа за неверного». На встрече Егана упоминала, что, написав «Руки», она поняла, что ей этого не достаточно, из чего родилась вся трилогия. Каждую книгу можно читать по отдельности, однако прочтение всех трёх даёт наиболее целостное понимание и то самое ощущение общей болючести, пронизывающее опыт героини, который она вложила в свою прозу.
Персонажи
Из-за автофикциональной составляющей большинство персонажей взяты из реальной жизни. Это члены семьи, знакомые, друзья. Есть в жизни Еганы и те, кто не хочет появляться в прозе авторки, поэтому они остаются за кадром. Так, моё ощущение того, что в «Дуа» не хватало подробностей о сестре Еганы, не было обманчивым: это та часть жизни, которую авторка, посоветовавшись, решила не освещать.
Повествование
Две разные истории, как я уже упоминала выше, перемежаются в книге, идут параллельно друг другу. Название глав здесь отсылает к тюркским балладам и сказаниям, именуясь, например, «Сказание о грузинском доме» или «Как Фарман покидал дом». Мне подсказали на встрече, что этот приём может отсылать к таким тюркским авторам, как Низами Гянджеви и Алишер Навои.
Terra Nullius
Название романа и сама фраза ("ничья земля" в переводе) берут начало из колонизаторских времен, когда не захваченные никакими государствами земли, принадлежащие коренным народам, считались незанятыми, пустыми. Авторка же здесь переосмысляет это понятие, наделяя его свойством того, что нельзя отобрать. В тексте эта земля принимает всех отвергнутых и изгнанных и убирает любые барьеры взаимодействия (деньги, границы, язык).
Дом и память
В романе рассуждается об этих двух понятиях, как о смежных. Дом — это место, стены которого не только защищают от непогоды, но и хранят воспоминания тех, кого они когда-либо видели. Дома вещи умеют говорить и напоминать, а воздух пронизан всеми теми запахами, которые царят в нём при наличии человека. Дом — это не данность, это привилегия. Об этой теме Егана также рассуждала в своём интервью для Blueprint.
Религия и язычество
В тексте часто упоминаются Аллах, Кираман Катибин (писцы, пишущие человеческую судьбу), мелеки («ангелы» с арабского). При прочтении мне казалось, что это желание описать окружающих и семью через их же призму, так как их восприятие часто базировалось на религиозных побуждениях. На встрече Егана разъяснила, что в этом был в том числе её исследовательский интерес: интересно было понять, как религия и языческая традиция существуют рука об руку в человеческом представлении, в том числе в представлении её родных, которые периодически скрещивали свою веру с приметами.
Фотоконтент
Я настолько заслушалась на встрече, что не сообразила поскринить всех собравшихся. Наши совместные фотки из зума можно посмотреть на каналах Изнанка (организатор встречи) и Антон читает и пишет.
❤15 6👍5
Добралась до фестиваля "Параллельно" и ярмарки Nonfiction! У меня было не очень много времени на их посещение, но всё равно расскажу! ❤️
04.12 Nonfiction, Гостиный двор
Случилась презентация нового романа Джейн Остин. Точнее, не совсем самой Джейн Остин, а её непреднамеренной коллабы с племянницей. Кэтрин Остин Хаббэк взяла зачатки "Уотсонов", которые оборвались на полуслове, сохранила исходный сюжетный твист, и дописала всё остальное самостоятельно. Оконченный роман она переименовала в "Младшую сестру", под таким названием он и вышел в переводе на русский у издательства "Иностранка" (дочка "Азбуки").
На обсуждении затронули в том числе тему того, почему романы Остин так популярны. Здесь классную мысль подкинула шеф-редактор «Иностранки», Антонина Галль: нельзя точно сказать, почему какой-то автор становится супер любимым. Это что-то внутреннее, необъяснимое, волнующее. Например, нам может нравится описание быта или возможность заняться эксапизмом, сбежав в другое время, но общечеловеческие причины такой любви выявить сложно (если вообще возможно).
❗ Неожиданная аналогия: на одной математической лекции популярный лектор (Алексей Савватеев) рассказывал про то, как математики выбирают себе задачи: дело не только в их сложности, произвольно взятое уравнение степенью выше тройки скорее всего будет сложным. Дело ещё и в том, есть ли в нём что-то будоражащее, красивое, то, что сложно описать. Кажется, мы с математиками всё-таки чуточку похожи!
04.12 "Параллельно", книжный магазин Пархоменко
Послушала обсуждение "Здесь моё королевство" Аси Демишкевич в рамках клуба Ольги Птицевой. Книгу прочитать ещё не успела, но, загнав боязнь спойлеров под ковёр, я стала свидетелем чудеснейшей беседы о собственничестве, тёмных социальных желаниях и токсичности. Может, описание не веет приятностью, но, клянусь, слушать было очень приятно!
Помимо обсуждений книжки, Ася также поделилась секретами своего писательского процесса, один из которых — "почаще ходите в душ, там очень хорошо думается".
05.12 Nonfiction, Гостиный двор
В этот день меня впечатлило две встречи: паблик-ток о сборнике рассказов "Счастливый хвост — счастливый я!" и презентация нового романа Ислама Ханипаева "Среди людей".
🤩 На презентации "Счастливого хвоста" было очень трогательно следить за беседой и обсуждать истории, приведшие к созданию рассказов из сборника. Отрадно видеть, как развиваются благотворительные инициативы. Ещё отраднее прямо на презентации видеть тех, кому направлена помощь: основательница приюта пришла и поделилась тем, на что хочет потратить пожертвованные деньги.
Сборник рассказов я уже физически не смогла взять, слишком сильно была забита моя поездная сумка, но купить его можно и вне ярмарки, так что хватайте тут!
🤩 На встрече с Исламом Ханипаевым (у которого я пока не успела прочесть ни одну книгу) говорили о важности идеи и сюжета. Сам автор, открывая нам своё наитие, помогающее ему писать тексты, сказал, что «сюжет должен демонстрировать идею, а идея должна выражаться через сюжет». И, может, мысль про коллаборацию этих двух звучит просто, о ней можно легко забыть во время написания своих текстов.
Обсуждение романа "Среди людей" вдохновило меня на прочтение! От аннотации веяло батл-рэпом, но автор разуверил: напрямую батл-рэп на него не повлиял. Ну и пусть! Сам мотив борьбы словом уже достаточен для того, чтобы это дело прочитать. И пусть мои физические ограничения опять не позволили мне купить книгу прямо на ярмарке, я собираюсь послушать о ней повторно и таки купить её на скорой презентации романа в магазин "Во весь голос".
👀 Покупки за оба дня — на фото!
04.12 Nonfiction, Гостиный двор
Случилась презентация нового романа Джейн Остин. Точнее, не совсем самой Джейн Остин, а её непреднамеренной коллабы с племянницей. Кэтрин Остин Хаббэк взяла зачатки "Уотсонов", которые оборвались на полуслове, сохранила исходный сюжетный твист, и дописала всё остальное самостоятельно. Оконченный роман она переименовала в "Младшую сестру", под таким названием он и вышел в переводе на русский у издательства "Иностранка" (дочка "Азбуки").
На обсуждении затронули в том числе тему того, почему романы Остин так популярны. Здесь классную мысль подкинула шеф-редактор «Иностранки», Антонина Галль: нельзя точно сказать, почему какой-то автор становится супер любимым. Это что-то внутреннее, необъяснимое, волнующее. Например, нам может нравится описание быта или возможность заняться эксапизмом, сбежав в другое время, но общечеловеческие причины такой любви выявить сложно (если вообще возможно).
04.12 "Параллельно", книжный магазин Пархоменко
Послушала обсуждение "Здесь моё королевство" Аси Демишкевич в рамках клуба Ольги Птицевой. Книгу прочитать ещё не успела, но, загнав боязнь спойлеров под ковёр, я стала свидетелем чудеснейшей беседы о собственничестве, тёмных социальных желаниях и токсичности. Может, описание не веет приятностью, но, клянусь, слушать было очень приятно!
Помимо обсуждений книжки, Ася также поделилась секретами своего писательского процесса, один из которых — "почаще ходите в душ, там очень хорошо думается".
05.12 Nonfiction, Гостиный двор
В этот день меня впечатлило две встречи: паблик-ток о сборнике рассказов "Счастливый хвост — счастливый я!" и презентация нового романа Ислама Ханипаева "Среди людей".
Сборник рассказов я уже физически не смогла взять, слишком сильно была забита моя поездная сумка, но купить его можно и вне ярмарки, так что хватайте тут!
Обсуждение романа "Среди людей" вдохновило меня на прочтение! От аннотации веяло батл-рэпом, но автор разуверил: напрямую батл-рэп на него не повлиял. Ну и пусть! Сам мотив борьбы словом уже достаточен для того, чтобы это дело прочитать. И пусть мои физические ограничения опять не позволили мне купить книгу прямо на ярмарке, я собираюсь послушать о ней повторно и таки купить её на скорой презентации романа в магазин "Во весь голос".
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥15❤7👍6
Так получилось, что у меня на руках есть две книги "Литературная политика Третьего рейха" (новинка от Individuum). Одну из них хочу подарить кому-нибудь из вас!
Я пока не успела разобраться с доставками вне России, так что в этом розыгрыше я прошу принять участие тех, у кого есть российский адрес, на который можно отправить книжку. Если это адрес ваших близких или знакомых, которые смогут вам её передать, — это тоже подойдёт!
Условия участия
🤩 Быть подписанным на канал
🤩 Написать в комментариях порядковый номер
🤩 Иметь российский адрес, на который можно отправить книгу
Доставка за мой счёт.
Итоги подведу 15.12.25 (через неделю) в комментариях к этому посту. Удачи!❤️
Я пока не успела разобраться с доставками вне России, так что в этом розыгрыше я прошу принять участие тех, у кого есть российский адрес, на который можно отправить книжку. Если это адрес ваших близких или знакомых, которые смогут вам её передать, — это тоже подойдёт!
Условия участия
Доставка за мой счёт.
Итоги подведу 15.12.25 (через неделю) в комментариях к этому посту. Удачи!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤10👍3🔥2💔1
"Али и Нино", Курбан Саид
Прочла «Али и Нино» после того, как Курбан Саид ожил в сюжете «Terra Nullius» от Еганы Джаббаровой.
Место действия — Баку. Земной шар раздирает Первая мировая война. Помимо мировых невзгод, в Баку кипят внутренние противоречия: находясь на стыке Европы и Азии, он до конца не знает, к кому себя отнести. На этом фоне развиваются взаимоотношения азербайджанца Али и грузинки Нино.
Нино — христианка-европейка, неодобряющая варварские повадки соседей-азиатов. Али — мусульманин-азиат, сочетающий в себе как «варварское», по мнению Нино, начало, так и готовность к поступкам, этому началу противоречащим. Они влюбляются, строят планы на будущее, находят консенсусы, удовлетворяющие их различиям. Различия эти по-живому гротескны: они проявляются буквально во всём, от желаний до обыденных привычек. Но все эти различия не становятся поводом переделать другого, они — ещё один пункт, доказывающий, что любовь не только в схожем.
Книга повествует о событиях с мужской оптики. Здесь скорее Али следит за тем, как меняются их отношения. Временами из этой оптики сквозит то, что я, в солидарности с Нино, могла бы счесть варварским (мысли о похищении будущей жены, кровной мести), но наравне со строгим мусульманским мировоззрением идёт принятие, желание меняться, надежда на поиск взаимопонимания. Он выбирает Нино, не заставляет её отказаться от своей европейской сущности, не побуждает её к смене веры.
Несмотря на свою толерантность к выборам возлюбленной, единственное, что он не может ей дать — переезд в бесспорную Европу. Потому что только раздираемый Европой и Азией Баку может принять раздираемого своей азиатской сущностью и европейской сущностью жены Али.
Прочла «Али и Нино» после того, как Курбан Саид ожил в сюжете «Terra Nullius» от Еганы Джаббаровой.
Место действия — Баку. Земной шар раздирает Первая мировая война. Помимо мировых невзгод, в Баку кипят внутренние противоречия: находясь на стыке Европы и Азии, он до конца не знает, к кому себя отнести. На этом фоне развиваются взаимоотношения азербайджанца Али и грузинки Нино.
Нино — христианка-европейка, неодобряющая варварские повадки соседей-азиатов. Али — мусульманин-азиат, сочетающий в себе как «варварское», по мнению Нино, начало, так и готовность к поступкам, этому началу противоречащим. Они влюбляются, строят планы на будущее, находят консенсусы, удовлетворяющие их различиям. Различия эти по-живому гротескны: они проявляются буквально во всём, от желаний до обыденных привычек. Но все эти различия не становятся поводом переделать другого, они — ещё один пункт, доказывающий, что любовь не только в схожем.
Книга повествует о событиях с мужской оптики. Здесь скорее Али следит за тем, как меняются их отношения. Временами из этой оптики сквозит то, что я, в солидарности с Нино, могла бы счесть варварским (мысли о похищении будущей жены, кровной мести), но наравне со строгим мусульманским мировоззрением идёт принятие, желание меняться, надежда на поиск взаимопонимания. Он выбирает Нино, не заставляет её отказаться от своей европейской сущности, не побуждает её к смене веры.
Несмотря на свою толерантность к выборам возлюбленной, единственное, что он не может ей дать — переезд в бесспорную Европу. Потому что только раздираемый Европой и Азией Баку может принять раздираемого своей азиатской сущностью и европейской сущностью жены Али.
❤8👍8 4🔥3