Сидел дома в бездействии.

21 апреля 1889

Прогулка. После завтрака с Паней и Вырубовым в Муштаид, в червоводню*. Учтивый директор. Гроза. Дома. Праздность. После обеда я с Толей на концерт. Оттуда в театр. «Фауст на изнанку». Скука. Чай дома втроем. Дождь.

22 апреля 1889

*Помещение для выкормки гусениц тутового шелкопряда.

С утра не в духе.

24 апреля 1889

49 лет. Поздравления. Депеша от Васи [Сапельникова]. Прогулка. Завтрак. Коля Переслени со мной, визиты и закупки. В Муштаиде. Лордкипанидзе. Дома. Винт на балконе. Володя Аргутинский. Автографы. Гости. В 7 часов мой большой обед. Было весело. Литературные разговоры. Рано спать.

25 апреля 1889

Вчера отпраздновали мое 49-летие. Я дал роскошный обед, стоивший мне 150 р. серебром. Было довольно весело. Но, вообще, я очень в тайне тягощусь своим бездействием, a работать здесь вследствие отчасти жары, а главное суетни, не могу. Как-то так выходит, что ни читать, ни даже письма писать не нахожу времени. А впрочем, погода чудесная, наши все совершенно здоровы и счастливы, и я очень счастлив, что повидал их, ибо иначе мне было бы очень грустно летом от мысли, что так давно их не видел и так долго еще не увижу. Милейший Володя Аргутинский* часто навещает меня. Вчера он мне подарил букет и рисунок.

Письмо к Модесту Чайковскому от 26 апреля 1889

*Владимир Николаевич Аргутинский-Долгоруков (1874-1941) - российский дипломат, знаток искусства, коллекционер, меценат.

Выезд из Тифлиса. Белый духан. Провожание. Фотография*. Кн.Андр. Уехал. Томился дорогой. В Млеты в 8½. Пустили ночевать в царские комнаты. Спал с лихорадочными снами.

2 мая 1889

Выезд из Млет в 6 час. Дама у меня в коляске между Коби и Гудауром. В 3 ч. в Владикавказе. Большой №, бывший Сорокоумовского. Прогулка. Обед. Сафонов*. Не отбоярился. У него в комнате пьянство. Славный старичок.

3 мая 1889

*Илья Иванович Сафонов (1825—1896) — русский военный деятель, генерал-лейтенант Терского казачьего войска, участник Кавказской войны. Отец дирижёра, педагога и общественного деятеля Василия Сафонова.

Остальная часть дороги была бы вполне благополучна, если бы в Гудауте меня не заставили взять до Коби какую-то даму. Я упорно молчал и на ее пискотню сразу решился не отвечать, вследствие чего она замолкла. Через завал переходили пешком. Сюда [во Владикавказ] приехал в 3 часа. Одевшись, погулял, а в 6 часов пообедал. После обеда на меня накинулся на бульваре генерал Сафонов, искавший меня по всему городу (он в гостинице узнал, что я здесь). Этот коварный человек хотел тащить меня в клуб и т. д., но я решительно уклонился. Пришлось, однако же, идти к нему и выпить с ними 2 бутылки вина. Спал хорошо. Как Владикавказ противен после Тифлиса.

Письмо к Анатолию Чайковскому от 4 мая 1889

Выезд из Владикавказа. В отделении. Все время один Англичанин навязывался. Целый день ел и спал. Немного читал. Было очень скучно.

4 мая 1889

Ростов. Завтрак. В вагоне отделение. Прятался от скучного офицера...

5 мая 1889

Приезд в Москву. Спектакль Консерватории в 1 ч. дня в Малом театре. Обед у Зверева. Вечер у Сафонова.

7 мая 1889

За помещение в “Новом времени” заметки о моей поездке приношу Вам живейшую благодарность. Само собою разумеется, что мое предположение об умышленном замалчивании моих успехов в Европе рассеялось, как дым. Совершенно верно, что, как пишет мне M.М. Иванов и как говорите Вы, я должен бы в подобных случаях сам посылать известия о себе. Но это так неловко, так щекотливо! Существует очень простой способ оградить человека, считающего такой способ действий неблаговидным и предосудительным, от печальной необходимости как бы рекламировать о себе. Ведь если какой-нибудь выдающийся русский деятель появляется за границей, — то, конечно, в больших тамошних газетах, получающихся в наших редакциях, помещаются известия о нем. Если не ошибаюсь, в каждой редакции существуют сотрудники, специальная обязанность которых читать иностранные газеты и отмечать особенно интересные факты. “Все хорошо, что хорошо кончится”. Теперь я совершенно удовлетворен, доволен, и мне остается только еще, еще и еще раз от всей души поблагодарить Вас.

Письмо к А.С. Суворину от 10 мая 1889

В письме от 21 апреля 1889 года Суворин писал: «Дело объясняется просто — ни я, ни M.М. Иванов не просматриваем иностранных газет. О Сапельникове прислала Ментер две вырезки из английских газет, в которых о Вас ничего не было сказано… Как ни странной может показаться Вам вот эта мысль, но она верна: всякий должен заботиться только о себе.

В Москве я провел неделю и занят был исключительно консерваторскими делами, а также делами Музыкального общества. В консерватории произошла крупная перемена: Танеев отказался от директорства и место его занял Сафонов. Отказ Танеева объясняется его крайним утомлением и желанием заниматься сочинением и игрой. Он уже давно тяготился своей должностью, а в нынешнем году, вследствие смерти матери, к которой он питал глубокую привязанность, состояние духа его крайне подавленное, и я очень хорошо понимаю, что он нуждается в отдыхе. Можно предполагать, что Сафонов будет дельный и хороший директор. Как человек он бесконечно менее симпатичен, чем Танеев, но зато по положению в обществе, светскости, практичности более отвечает требованиям консерваторского директорства. Инспектор Альбрехт вышел в отставку. Между нами сказать, эта отставка вынужденная, ибо Сафонов согласился принять на себя директорство под условием, чтобы Альбрехт был удален. Я был посредником между дирекциею и Альбрехтом, и всё устроилось хорошо и мирно. Не могу и никогда не мог понять, почему Альбрехт, которого я считаю человеком хорошим, возбуждает против себя всеобщую враждебность! Это какая-то загадка.

Письмо к Н.Ф. фон Мекк от 19 мая 1889

Заседание. Ветчина и водка.

13 мая 1889

Головная боль и тошнота. Насилу встал.

18 мая 1889

Приезд в Фроловское. Чудный день. После обеда на балконе и прогулки писал письма.

19 мая 1889