ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО О «ЧУЖОЙ СТОРОНЕ» ОЛЬГИ ХАРИТОНОВОЙ — ВЫШЕ🔼

1️⃣2️⃣
«Слоны» (2023). Этот рассказ многие называют лучшим в книге. Потому что, видимо, он про войну. Много дней мирные жители скрываются от ковровых бомбардировок своего города в подвале какого-то завода. Описывается это всё от лица маленькой девочки, которой посторонний старик, прячущийся от бомб рядом с её семьей, рассказывает, что грохот сверху — это слоны, которые играют в футбол. Текст вновь неплохой, очень эмпатичный, безусловно трогательный. Но, во-первых, он опять из новостной ленты, книжек и кино (даже «Слоны могут играть в футбол» — это название относительно недавнего фильма, даже слон на войне — это «Бобо» Горалик и др.). При всей (возможной) важности этого высказывания, у меня есть довольно радикальное мнение об этичности подобных текстов. Такие тексты нельзя писать из Новосибирска. По крайней мере, ещё очень не сейчас.

👉 Чтобы не заканчивать на строго негативной ноте, да и чтобы подвести какие-то итоги, обобщу.

➡️ Во-первых, все любят формулировки «перед нами новый кто-то там». Так вот, Ольга Харитонова, как вы, возможно, уже догадались — это новая Горалик. Их роднят потрясающее умение сочувствовать и видеть мелочи, вся эта перекрученная до безумия телесность, живые машины и люди-деревья. Отличает их то, что Горалик умеет видеть даже в боли и трагедии смешное, а Харитонова пока вызывающе серьёзна.

➡️ Во-вторых, отвечу на вопрос, что же с этой книгой делать. Я не готов её целиком безусловно рекомендовать к прочтению, больно уж неровный сборник (хотя удовольствие вы получите наверняка). А вот купить эту книгу, по возможности на бумаге, я рекомендую. А если получится — поймать Харитонову на каком-то мероприятии и взять автограф. И когда у Харитоновой выйдет роман, который сделает её большой и важной звездой, вы сможете достать с полки «Чужую сторону», показать всем и сказать: «Я ещё тогда знал, что перед нами — большая писательница!».

🎂 Сегодня исполнилось 55 лет Алексею Иванову. Иванова я люблю, для меня он один из самых важных современных русскоязычных прозаиков. Поздравляю Алексея Викторовича, желаю ему новых больших открытий в книгах и вот прямо счастья.

😐 Ну и расскажу немного о своих взаимоотношениях с этим писателем, они несколько странные.

⭐️ Впервые прочитал я Иванова в 12 лет, в «Уральском следопыте». Это была фантастическая повесть «Охота на «Большую медведицу», дебютная публикация Иванова, № 4 за 1990 год. «Следопытскую» фантастику я в тот момент всячески ценил, повесть мне понравилась, автора я запомнил. Кстати, этот номер «Уральского следопыта» с первой публикацией мэтра есть у меня на бумаге в нынешней коллекции.

⭐️ Хотя этот пост и не про «Уральский следопыт», но в начале о нём будет многовато. Так как следующие тексты Иванова я снова прочёл там. В 1993 году в журнале вышла повесть «Корабли и галактика». Мне уже было 16, «местную» фантастику я уже любил не столь преданно, и повесть мне не показалась чем-то важным.

⭐️ В 1997 году, когда я уже пристально следил за современной прозой и читал все толстые журналы в природе, но и «Следопыт» не забывал, я прочёл там текст Иванова «Оба берега реки». Это — фрагмент из «Географа», кусок о походе с купюрами. Я хорошо помню своё тогдашнее недоумение. Я видел, что это очень высокий уровень письма, что это можно легко представить в условном «Знамени», а не в «Следопыте», но как будто бы всё это висело в воздухе. Уже тогда, видимо, я был крутым экспертом. Но я поудивлялся и лет на 8 об Иванове забыл.

⭐️ В 2006 году меня насильно отправили делать с Ивановым интервью. Иванов был уже звездой. Ещё не такой, как сейчас, но «Сердце пармы» и «Золото бунта» прозвучали очень громко, вышедший уже наконец целиком «Географ» — менее в тот момент громко, но всё же. Редакция, где я тогда чуть ли не заведовал рубрикой про литературу, договорилась, что он во время своего визита в Екб даст журналу большое интервью.

⭐️ А исторические романы, особенно про столь глубокую историю, как «Сердце» и «Золото», я не люблю и не читаю. Почему я тогда не прочитал «Географа» — сказать трудно, вероятно, из-за слишком громко звучавших исторических книг и вообще из зависти. Я стал было отказываться, говоря, что ничего толком не читал, помню только очень старые тексты и позориться не хочу. Но отказываться я до сих пор умею плохо. Мне сунули «Сердце пармы» в издании «Пальмиры» и закончили разговор.

⭐️ Дело было прямо перед моим днём рождения, интервью планировалось чуть ли не сразу после ДР, и книжку я, конечно, прочитать не успел. А прибухнуть успел. Чтобы не провалить партийное задание, я чуть ли не с вечеринки взял с собой на интервью своего хорошего приятеля, отличного культуролога, который не только уверял, что Иванова читал, но и учился какое-то время вместе с Ивановым в УрГУ.

⭐️ Мы встретились с Ивановым в моей любимой крохотной кофейне в здании Архитектурного института. Это была одна из первых кофеен в городе, я её очень любил, но вот название сейчас не помню. Иванов оказался умнейшим и приятнейшим человеком в джинсовой курточке, мы проговорили часа два, я опохмелился. В моей жизни было мало моментов, когда я настолько чувствовал себя самозванцем.

⭐️ Интервью вышло. Это был довольно большой текст на несколько журнальных разворотов мельчайшим кеглем, в котором имелся ровно один вопрос про книги писателя, с которым велась беседа. Зато мы поговорили про что угодно — про разницу Екатеринбурга и Перми, про Нину Горланову, про аристотелевские каноны, про СССР, про институт литературных агентов, про цены на картошку, про «дикое счастье» и т.д.

⭐️ Единственный вопрос про книги задал мой приятель, который, видимо, на самом деле, тоже особо их и не читал, а только, как человек малопьющий, успел перед встречей, в отличие от меня, пролистать «Географа». Вопрос был о том, что означают фамилии их общих с Ивановым университетских преподавателей, данные героям книги. Ответ был — ничего не означают, просто Иванову они нравятся фонетически, как типичные уральские.

ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ ⬇️

ПРОДОЛЖЕНИЕ, НАЧАЛО ОБ АЛЕКСЕЕ ИВАНОВЕ — ВЫШЕ ⬆️

⭐️ Мучимый раскаянием, «Сердце пармы» и «Золото бунта» я тогда сразу прочел, предсказуемо особо не впечатлился (жанр совсем не мой), и снова на много лет об Иванове забыл. Потом мне в какой-то поездке, когда у меня кончились внезапно книги, а купить было негде, Ольга Александровна Славникова (!), выручая, подсунула «Псоглавцев». И мне, вы будете смеяться, снова не понравилось.

⭐️ И полюбил я Иванова всерьёз, уже уехав. Первым фильмом, на который я отправился в кинотеатр в другой стране, оказался «Географ глобус пропил». Весь этот Урал, по которому я дико скучал, меня просто убил, я немедленно купил книжку, чрезвычайно проникся и стал читать и любить всё неисторическое у Иванова.

⭐️ «Общага-на-крови» мне не понравилась, но я много времени провёл в этих конкретных общагах УрГУ, в которых разворачивается действие, и вокруг них. К «Блуда и МУДО» я остался равнодушным. А вот когда вышли «Ненастье» и «Ёбург» — я прямо зафанател.

⭐️ Рынок из «Ненастья» в реальной жизни располагается на выезде из района, в котором я вырос. Я простоял в пробках из-за этого рынка в совокупности несколько лет, наверное. Я покупал на нём куртки и джинсы. Я работал с девушкой, выросшей в захваченных афганцами домах, её отец был среди этих афганцев. Свердловские 90-е, ощущение которых Иванов великолепно передал — важнейшие для меня годы. Одна из первых глав «Ёбурга» — натурально про мою школу. Ну и так далее.

⭐️ Иванов стал для меня писателем, говорящим об улицах, на которых я помню каждую остановку трамвая, каждую вывеску, каждый шаг. Забавно, но даже в исторических (и великолепных!) «Бронепароходах», которые совсем не про Екатеринбург, он умудрился сыграть со мной в эту игру. Часть действия романа разворачивается в Сарапуле, а из этого небольшого города была родом моя большая любовь, и Сарапул этот я успел тоже крепко полюбить (и Каму полюбить тоже). Я даже как-то новый год встречал в Сарапуле, занесенном снегом по ручку двери, и от этого ещё больше похожем на купеческий город 1900-х, а не на промышленный 2010-х.

⭐️ В общем, Алексея Иванова я в итоге очень люблю. Топ-4 моих любимых книг, если вы дочитали до этого места, угадать легко: «Ненастье», «Географ глобус пропил», «Бронепароходы», «Ёбург». А вот пятой назову, пожалуй, «Пищеблок», в котором Иванов отлично поработал с моей инстинктивно при виде его фамилии развивающейся ностальгией. «Вегетацию» очень жду.

👍 Вчера ночью понял, что мне сильно нравится один крохотный канал, на который я давно подписан. Называется «Бензопила «Нежность», и я там довольно часто лайкаю какие-то зарисовки из жизни, очень мне симпатична оптика.

❤️ Там любят Сальникова и Веркина, цитируют Горалик и Екатерину Симонову.

👍 И вот вчера в «Бензопиле» наконец-то появился отзыв на книжки (там нечасто прямо отзывы), и я прямо во многом согласен по трем книжкам из четырёх.

👌 У Матвеевой в «Каждые сто лет» действительно главы о детстве и юности героинь несоизмеримо интереснее глав об их взрослой жизни, а героини в этих главах намного симпатичнее и живее (хотя тема чекать привилегии мне при этом не близка). “You like it darker” Стивена Кинга — действительно сборник во многом про нежность (и где-то про неизбежность этой нежности). «Когната» Сальникова, что там говорить, действительно восхитительна. Четвертую книгу из отзыва, Элену Ферранте, я просто не читал.

👍 Уже сама подборка для отзыва, да и его содержание, очень радуют. Наш человек.

👉 Подпишитесь, а то там неприлично мало народу!

🤬 Хочется поругаться, поэтому рубрика #снобизм. Причем сформировалось у меня это желание в выходные по не очень взаимосвязанным между собой, на первый взгляд, поводам. Но оба книжные.

😠 Во-первых, читаю очередной #трукрайм и много думаю о том, как же я не люблю людей с серьёзными лицами вообще и неофитов с серьёзными лицами в частности. Причём в художественной литературе, если серьёзное лицо оправдано текстом, я делаю миллион исключений. В хорошем художественном тексте кроме юмора, иронии, игры ума почти всегда оправданы и отлично работают другие триггеры, другие эмоции, другие самые разные инструменты.

😤 В нехудожественных текстах, в нонфикшне, в трукрайме, в мемуарах, в блогерском письме слишком серьёзное отношение автора к себе родимому вызывает у меня немедленно отторжение и сомнение в том, что перед нами умный человек. Ну не может умный человек быть безусловно уверен в себе!

😐 А ещё — серьёзное выражение лица в тексте выливается во все эти отвратительные канцеляриты, релизности, очевидности и превосходные степени. Писать свою историю или даже пост в телегу так, как будто бы ты генеральный директор государственной компании — ужасно.

😳 В трукрайме есть целый классик, который именно так писал — это Джон Дуглас. Но его оправдывают статус первопроходца, факты близкого знакомства с самыми яркими маньяками и наличие в природе сериала Mindhunter.

🙄 И тут стоит вернуться к термину «неофит», который я упомянул в начале. Единственный случай, когда прилично и даже прикольно быть неофитом, если тебе больше 25 лет, это именно изобрести что-то новое, в котором будут неофитами все, а ты всё равно первый. Во всех остальных случаях — быть неофитом некрасиво, особенно уверенным в себе, и лучше бы это лишний раз не показывать.

😡 Книжка, которую я сейчас читаю, и которая навела меня в очередной раз на эти мысли, называется «Перед лицом зла», автор — Аксель Петерманн. Это такой провинциальный немецкий Джон Дуглас с лицом ещё серьёзнее, чем у самого Дугласа. Он 40 лет расследовал убийства в Бремене, в середине этого срока выучился в Америке на профайлера, и его от удивления заклинило именно что в статусе неофита, который теперь понимает о мире всё, а другие — ничего.

🤔 Сейчас Петерманн глубоко на пенсии и пишет многочисленные книги, показывающие то, как не стоит вспоминать о своей жизни. Отдельно его очень забавно штырит от БДСМ, представлять 70-летнего немецкого дедушку с усами в этом контексте прямо неприятно. Это к сегодняшнему разговору не относится, но меня стал раздражать весь этот «бес в ребро» в исполнении пожилых писателей.

👉 Но вернёмся к серьёзным лицам и неофитству. Это будет во-вторых.

🤯 У меня здесь была очень активная подписчица, с которой мы какое-то время назад поругались в комментариях на почве, скажем так, ложных воспоминаний о 90-х, моя любимая тема. Подписчица эта, по её словам, в детстве жила в тайге, и поэтому не могла никак узнать о книжках за пределами школьной программы и даже о журнале «Пионер». Потом вдруг выяснилось, что тайга располагалась в городе-миллионнике, на соседней улице от краевой юношеской библиотеки, и меня порвало.

😤 Но канал её (маленький) я в порядке guilty pleasure читал до сегодняшней ночи. Мне было болезненно интересно, как открываются америки в самых разных сферах, а затем немедленно выдаются постулаты космического масштаба. Но сегодня были совершены открытия в русской поэзии, и я отписался.

😤 О поэзии моя бывшая подписчица читала две вещи: Гаспарова и серию обзорных материалов от Льва Оборина. От Оборина она и зафанатела в итоге. И вот сегодня ночью я читаю:

«Интуиция подсказывает, что после смерти Льва Рубинштейна Лев Оборин как бы занял его место, стал символом, надежей и опорой для русской поэзии, среди ныне живущих».

🤣 При всём уважении к Оборину (Лев — великолепный обозреватель, хороший поэт твёрдого второго ряда, я его очень уважаю), хочется сказать только одно: «Что, блядь?!».

🤯 Я вот 25 лет внимательнейшим образом слежу за русскоязычной поэзией, и я не знаю, кого бы я за всё это время мог бы назвать её «символом, надежей и опорой». А сейчас — тем более не знаю.

🧐 Подумал, что как-то всё слишком серьёзно, и решил поговорить о самых внезапных и любимых ляпах, которые мне встретились в книжках в этом году.

😍 Вот вам список. Порядок случайный. Если ляп нашёл не я — указано.

👉 «Нарядные, как пасхальные яички, купола Спаса на Крови» (Анна Баснер, «Парадокс Тесея». «Альпина. Проза»). Яички нашла Евгения Власенко.

👉 «Блеянье верблюдов» и «Извергаемый желудком понос» (Алексей Варламов «Партизан Марыч и Великая степь». Сборник «Тело: каждого своё», РЕШ).

👉 «Берцовые кости заключали вогнутый круг пустоты» (Ольга Харитонова, рассказ «Лёша», из сборника «Чужая сторона». Альпина.Проза). Сборник в целом, однако, очень неплохой.

👉 «Серега бежал открывать. Здоровó! Здоровó!» (Егана Джаббарова, «Дуа за неверного». Новое литературное обозрение). Книга в целом — великолепная!

👉 «Прилипшая ко лбу пышная кудря» (Ольга Нижельская, «Пианисты». Альпина.Проза).

👉 «Икры были трогательно покрыты редкими длинными тёмными волосками до лодыжек, и они густо упруго росли у него в паху, почти укрывая его скромный вялый гриб» (Владимир Лим, «Пылающий». Журнал «Дружба народов»). Растущие в паху лодыжки и членогрибы (их в романе много, хоть собирай) обнаружил Егор Михайлов.

👉 «Слышит, как едва слышно раздавалось», «Дед с копной седых волос на голове» и задняя дверь у «Нивы» (Алексей Поляринов, «Кадавры». INSPIRIA).

👉 И наконец не совсем ляп, но гомерически смешное описание сцены секса. Сам секс за кадром, а героиня во время него видит следующее: «На пюпитре разнузданно стояли ноты. На рояле лежал непристойный отрез лиловой органзы». (Катя Качур, «Любимчик эпохи». «Эксмо»).

🤗 А давайте вместе соберем в комментариях ещё разнообразные свежие ляпы, порадуемся? Пишите!

🏆 В декабре из лучших устроим голосование и вручим премию за лучший ляп года имени Шалашовой, например.

❗️Кто в Москве или поедет на нонфик, обратите пристальнейшее внимание!

⭐️ Вечер стихов Алексея Сальникова! Бывает это сейчас редко, и возможность уникальная.

❤️ Сальников — поэт блистательный, потрясающий. Его многими любимая проза растёт именно из сальниковского поэтического мышления, из его поэтического голоса. Читает он потрясающе.

📍 Даже если вы в другом городе, но можете поехать — я бы поехал на вашем месте.

➡️ Вечер пройдёт 4 декабря, в среду, в Доме-музее Лермонтова (Малая Молчановка, 2). Начало в 19:00. Вход, что характерно, 100 рублей (билеты в кассе музея).