🤓 Вчера вечером прочитал выпущенный Rideró путеводитель «Тропы и норы Екатеринбурга», а следом тру-крайм некой Виктории Чарльтон «Исчезнувшие».

👍 Обе книжки, хотя и слишком блогерские по своей сути, вполне симпатичные и даже функциональные: по «Тропам и норам» можно реально прогуляться по Екб, а под «Исчезнувших», читаемых в ночи — побояться.

🤯 Результатом совмещения этих двух книг у меня стало то, что мне приснился девятый, кажется, сюжет для романа. Я его прямо утром после сраных рабочих совещаний занес в специальный документ. Герой сидит на моей любимой скамейке в Харитоновском парке и смотрит на пруд с ротондой, а к нему подходит мальчик-подросток и просит: «Извините, а не могли бы вы меня похитить?».

👌Вообще, жанр коротких эссе о местах силы в своем или чужом любимом городе — очень устойчивый. Изобретать в нем новое и экспериментировать — глупо, настолько это всё по умолчанию мило и приятно. Вот и у авторов «Троп и нор» получилось нормально.

💔 Особенно, конечно, мне понравились эссе условно старшего поколения, хотя я не всех из представленных екатеринбуржцев люблю и уважаю. Забавно, что несмотря ни на что Екатеринбург получается депрессивный и уходящий: для людей важны разные там почти исчезнувшие парки, поребрики возле поликлиник, где могли бы стоять скамейки, но их нет, застроенные нынче жильем окрестности трамвайной линии на Зеленый остров, которую вот-вот на днях снесут, скрытые от глаз фрагменты Литературного квартала, обоссанные места студенческих пьянок возле Оперного или Дома печати и всё такое.

☹️ У неекатеринбуржцев взгляд, конечно, немного другой: нередко называют Ельцин-центр, в котором я побывать не успел, и в моём городе его нет (как нет в моем городе и Храма-на крови, который я вполне застал, но это отдельный разговор). Двое называют памятник клавиатуре, известный по всем путеводителям, а мне вот он — ни уму, ни сердцу, потому что, видимо, «в моё время» этот кусок набережной еще только-только начинали облагораживать, и клавиатура эта при всей концептуальности воспринималась как нечто пока чужое, как какие-то тупо камни среди бурьяна, мусора или снега.

😍 Отдельное спасибо из неекатеринбуржцев Ксении Буржской за эссе про NewBar: в моем понимании, Екатеринбург — город кабаков, и хоть кто-то написал про кабак, да еще и про кабак, уцелевший с моих времен, а также Асе Володиной, написавшей про мой любимый Харитоновский парк и пруд с ротондой, с которых я начал сегодняшний пост. А я, гнида такая, у Буржской вообще ничего не читал, а у Володиной с большим удовольствием прочитал и «Протагониста», и «Часть картины», но так и не отрецензировал. Хоть «Цикад» читай.

😡 Не могу без ложки дёгтя. Ключевой недостаток книги — игра с якобы уральскими словами. Все эти «взбутетенькивать» и «шарабошить» — реально слова если и существующие, то точно предельно неживые, и вся эта гальванизация и игра в экзотику портят книгу. Это я вам как потомственный уралец говорю. Существуют же живые уральские слова, и не все из них — матерные.

👉 И еще важное. Как писал выше, жанр сборников эссе о местах силы от разных писателей — вполне устоявшийся. И самым классным таким сборником за многие последние годы был «Поэтический путеводитель по городам Культурного альянса», изданный в 2012 году в Перми Гельманом, а составленный Андреем Родионовым и Вячеславом Курицыным.

🫣 И если вам понравятся «Тропы и норы», то почитайте и «Поэтический путеводитель», он в целом прекрасен, но, предупреждаю, немного плохо состарился. В частности — Екатеринбург там абсолютно мой, правильный, узнаваемый и любимый, но авторы екатеринбургской части — просто огонь: кто-то умер, кто-то уехал, кто-то зэтнулся. Кажется, только Вавилов избежал этих участей, но я не уверен.

👉 В неекатеринбургских частях «Поэтического путеводителя» — тоже масса интересного. Например, про Казань пишет ставшая нынче мегазвездой Айгель Гайсина, про Киров — прекрасная Аглая Соловьева, про Нижний — Зернов и Риц, про Новосиб — Васякина и Виктор Иванiв, про Пермь — Иван Козлов и Андрей Родинов, про Челябинск — Кальпиди. И так далее. Всё прослоено стихами.

🎂 Сегодня не только день рождения Платонова, о котором выше опрос, но и день рождения Стругацкого-старшего. Аркадий Натанович родился 28 августа 1925 года в Батуми.

💔 Я не специалист, и отделять творчество братьев друг от друга мне, пожалуй, сложно, да и, если говорить об отдельно написанных братьями книгах, то я больше люблю Бориса, и его выпущенный под псевдонимом С. Витицкий роман «Поиск предназначения» — один из самых любимых мной текстов у Стругацких вообще.

❤️‍🩹 У Аркадия Натановича из отдельно написанных вещей (чаще всего он публиковал их под псевдонимом С. Ярославцев) я больше всего, всерьез, люблю повесть «Подробности жизни Никиты Воронцова». Это по-настоящему важная вещь, в которой под классической петлёй времени, как основой сюжета, скрыто высказывание об обреченности целого поколения, об отсутствии выбора. Если не читали, прочтите. Я перечитывал недавно, после «Бояться поздно» Идиатуллина. По-прежнему отлично, даже лучше стало, к сожалению.

📚 Сегодня я решил в мысли не углубляться, а порыться в шкафах и найти для вас книги, в которых есть написанные отдельно Стругацким-старшим вещи. Моя коллекция Стругацких бедна и сумбурна, но всё-таки что-то есть, фотки ниже.

📸 Жемчужина коллекции — первое книжное издание для обоих братьев: написанная Аркадием в соавторстве с Львом Петровым повесть «Пепел Бикини», изданная Детгизом в 1958 году. Наверное, по меркам того времени это довольно бодро, а образованность, амбициозность и талант Стругацкого дают о себе знать, но, по-моему, всерьез это можно читать только из соображений типа «желаю, чтобы всё». Иллюстрации Вилли Трубковича.

📸 Основной корпус текстов А. Стругацкого – Ярославцева у меня в белом «текстовском» собрании сочинений, 1995 год. Моё любимое, к слову, как ни крути, собрание, хоть и уступающее многим другим объективно. В томе собраны «Дьявол среди людей», «Экспедиция в преисподнюю», «Подробности жизни Никиты Воронцова» и статья об истории псевдонима.

📸 Письма, записки, статьи Аркадия Стругацкого у меня есть в астовской серии «Неизвестные Стругацкие». Во втором из этих томов опубликован еще и написанный А. Стругацким вместе с Сергеем Андреевым в 1968 году рассказ «Линь Бяо».

📸 Сценарии, статьи и два стихотворения Аркадия Стругацкого есть в томе «Краткая сущность необычности» из собрания сочинений Neo (АСТ, 2021). Забавно, что стихи Аркадия, которых всего два, выглядят сильно лучше стихов Бориса, которых на порядок больше. У Аркадия стихи не выдающиеся, но всерьез. У Бориса — скорее паралитературные, бардовские и шуточно-игрушечные.

📸 Нельзя, конечно, не вспомнить переводческую ипостась Аркадия Стругацкого. В моей библиотеке нашлись два тома с его переводами из знаменитой «Библиотеки современной фантастики»: Кобо Абэ и Джон Уиндем (1965 и 66 годы). Переводческий псевдоним А. Стругацкого здесь — С. Бережков.

🤬 Раздражает всё. Как говорила моя мама — «зла не хватает!». Поэтому на то, чтобы стать героем сегодняшнего поста, было много претендентов. Но поговорить в итоге я в итоге хочу о статье Андрея Темнова «Что не так с писателем Поляриновым? Критический анализ без хейта», вышедшей на «Дискурсе».

🧐 Я к Поляринову отношусь совершенно спокойно, без восторгов, а «Кадавры» считаю романом милым и диагностически точным, но до обидного недоработанным. Вот тут писал об этом. Поэтому мне странно
выступать адвокатом Поляринова, но, видимо, отчасти придется.

👌 Забавно, что со многим тезисами Темнова я согласен. Например, с тем, что не дело в серьезной литературе допускать, чтобы жизнь обгоняла мечту медийность подменяла реальные писательские достижения. Например, с тем, что актуальным авторам следует больше работать с матчастью. Например, с тем, что недостаточно изящной архитектурой интертекста можно испортить текст собственный. Например, с тем, что торопливость, сумбурность и инфантильность сегодня заставляют людей писать вместо одной книги три-четыре.

👎 Но аргументация, а главное — тональность — Темнова заставляют все эти тезисы смыть нахер в унитаз. Темнов начинает врать читателю еще в заголовке, сообщая, что перед нами — «анализ без хейта». А тут как раз один сплошной хейт. Критика зависти и ресентимента, неприемлемая совершенно. Нужно отдавать себе отчет в том, почему вы сил нет как хотите ругать чей-то текст. И если вы собираетесь писать вот прямо серьезное критическое высказывание, а не постик в телегу, лучше бы не делать этого чисто из соображений нелюбви, это слишком заметно.

🫣 Вот у меня, скажем, есть авторы, которых я конкретно не люблю безотносительно политики, которая сейчас этот момент радикально упростила. Например, Дмитрий Данилов, например, Сергей Беляков, например, Роман Сенчин (прости меня, РЕШ, что-то одни решевцы!), например, наконец, в поэзии покойный Александр Петрушкин. По каждому из них я могу совершенно четко сказать, почему я их терпеть не могу. Делать вид, что ты объективен, когда ты такую личную неприязнь испытываешь, что это всем заметно — довольно глупо. Темнов такой вид делает.

🤢 Но мало того, что очевидно неглупый Темнов занимается критикой зависти. Он увлекается настолько, что откровенно инкорпориует в статью стыднейшие для критика высказывания формата «да я сам лучше сделаю», предлагая свои варианты литературной редактуры фрагментов текста. Редактура «Кадавров» откровенно слабовата, но Темнов, предлагая свои решения, очень громко лажает, скажем мягко. Скрины и мысли будут ниже.

ПРОДОЛЖЕНИЕ 🔽

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ВЫШЕ 🔼

😟 У меня тут много редакторов, и я извиняюсь перед ними, ведь вряд ли у них нет других дел, как в выходной обсуждать работу. Сам я художественные тексты редактирую редко, и это чаще всего стихи, однако тексты медийные и маркетинговые я редактирую лет двадцать. У меня есть два главных неочевидных принципа редактуры.

1️⃣ Принцип №1. Презумпция сознательности автора. Исходить стоит из того, что автор специально сделал так, как есть. Не надо сбивать ритмику. Не надо менять интонирующий порядок слов. Не надо, кроме вопиющих случаев, убирать повторы. Не надо, кроме ошибок, убивать синтаксис. Не надо «выжимать воду». Именно в «воде» растворены молекулы, которые на какие-то рецепторы читателя воздействуют. Не надо придумывать метафоры за автора — это лютейший кринж, вон из профессии.

2️⃣ Принцип №2. Редактор должен помогать автору работать с фактурой и логикой. Помогать сокращать текст и заменять два раза повторяющееся в предложении слово «школа» на «альма-матер» или там «МБОУ СОШ» — категорически неправильно. А вот помогать исправить фактические ошибки и несоответствия — прямо нужно и важно.

😡 Темнов, приводя примеры того, как бы он отредактировал «Кадавров», оба эти принципа нарушает. Ниже, напомню, есть все примеры его «редактуры» скринами, разберем первый и третий.

👉 У Поляринова:

«Был уже вечер, в небе висели драматичные лиловые облака, но жара не спадала, сперва замигал красным индикатор заряда батареи, а затем „Самурай“ и вовсе заглох и застыл».

👉 У Темнова:

«Был уже вечер, но жара не спадала. В небе висели тревожно лиловеющие облака. Вдруг замигал красный индикатор заряда батареи — „Самурай“ заглох и встал».

👉 У Поляринова:

«Он шагал к молотилке, продолжая плести кружева матюков в адрес Димки, но вдруг осекся и замер, потому что увидел, что именно повредило машину и погнуло ножи».

👉 У Темнова:

«Он шагал к молотилке, осыпая Димку градом (как вариант — шрапнелью) матюков, но вдруг осекся и замер, увидев, что именно повредило машину и погнуло ножи».

😱 Катастрофа по обоим моим пунктам! Редактор не верит автору, убивает его ритмику, а где-то даже оптику, а также предлагает совершенно чудовищные собственные метафоры. «Тревожно лиловеющие облака»? «Шрапнель матюков»? Да ебанитесь, позор какой-то!

👎 Во-вторых, если посмотреть в целом, то редактор своими правками стремится сделать текст своего автора как можно более конвенциональным, обычным. Это реальная профнепригодность.

🚗 В-третьих, Темнов, редактируя Поляринова, просто заменив «а затем» на тире, добавил фактическую ошибку. То, что Поляринов не автомобилист, мы уже знаем, но ему тут нужно помогать, а не усиливать проблему. Темнов тоже, видимо, не автомобилист, и он превращает последовательность событий «загорелся индикатор, а затем машина встала» в одно событие «загорелся индикатор — машина встала». Дело в том, что между тем, как у вас во время движения на панели загорелся индикатор аккумулятора, и тем, как машина встанет, вы, скорее всего, сможете проехать несколько сука десятков километров. У Поляринова-то уже вся эта история технически сомнительна, а Темнов легким движением руки ее вообще переводит в фигню.

🤬 Извините, ужас, бесит!