📦 Давно не было рубрики #распаковка. Здесь и сейчас не особо есть деньги на разные экзотические крупные траты, но покупать книжки всё равно хочется. Поэтому я прошелся по букинистам и собрал несколько немудреных лотов для коллекции, на которых давно стояли «сердечки», но руки купить не доходили.

📚 В коллекцию Крапивина приехали два бессмысленных сборника:
✅«Салют, пионерия!» (Детлит, 1987) — яркая тонкая, но в блестящем переплете, книжка альбомного формата из серии тех, которые никто из живых людей никогда не покупал. Их покупали школы пачками, чтобы дарить на вступление в пионеры. Там на первой странице даже есть текст Обещания, вдруг кто забудет. Внутри — рассказы и фрагменты Рыбакова и Гайдара, Кассиля и Воскресенской. Крапивин выглядит на этом фоне молодым автором и представлен неновым уже тогда рассказом «Победители» (про «Зарницу», вариация «Честного слова» Пантелеева). Еще есть стихи, от Расула Гамзатова до Степана Щипачева. «Пишет брат: «У нас на БАМе/ Мы не ходим за грибами,/ Ходим прямо по грибам» (Зинаида Александрова). Неизбежно вспоминается великое народное «Приезжай ко мне на БАМ, я тебе на рельсах дам».

✅ «Далекому другу» (Детлит, 1989) — сборник про дружбу с Америкой. Половина — американские авторы, половина — советские. Из американцев натурально никого не знаю (Бетси Байерс? Джин Фритц? Синтия Райлент?), но есть несколько переводов Таска. Из советских — наоборот, знакомые всё лица: Алексин, Драгунский, Железников, Коваль, Погодин, Сотник, Чебурашка. Крапивин представлен рассказом 1971 года с красивым названием «Воробьиная ночь».

📚 В коллекцию Кинга приехали тоже две книжки:
✅ «Буря столетия» в АСТовском оформлении самого начала 2000-х. «Бури столетия» на бумаге у меня не было, в главных для меня сериях «Темная башня» и «Книжная полка Стивена Кинга» я ее найти уже не могу, вот решил заткнуть дыру в коллекции. Тем более, что в таком оформлении у меня были книги раньше, а сейчас стоят «Сердца в Атлантиде», 2 тома «Бессонницы» и «Куджо».

✅Сборник научной фантастики, выпуск 30 (Знание, 1985). В детстве мне в этих сборниках первым делом нравилось читать состав редколлегии, который начинается фамилиями Араб-оглы и Бестужев-Лада, подряд. Сейчас снова насладился. Именно этот сборник ценен публикацией «Сражения» Стивена Кинга в переводе Володарского. Также имеется «Военная игра» Филипа Дика и «Ведро воздуха» Фрица Лейбера в переводе будущего ненавистного многим основного переводчика Кинга Виктора Вебера, который тогда только начинал и переводил именно фантастические рассказы для разных сборников (Шекли, Силверберга, Азимова).

📚 В коллекцию Веркина приехала «Черничная чайка» (ЭКСМО, 2009). Это вторая часть одноименного фантастического цикла, из которого я не читал ничего. Что ж, прочитаю на бумаге.

📚 Наконец, и это самое радостное, в коллекцию Идиатуллина приехал второй том двухтомного «Убыра» (Азбука, 2013). Новьё, нечитанный экземпляр. Другой разговор, что хер знает, где я теперь найду отдельно том первый, ну да тем интереснее. Замечу, что блёрбы тогда были не от персон, а от изданий — здесь «Новый мир» и «Книжное обозрение».

📸 Фотки книжек ниже. 🔽

👍 Прочитал «Раз мальчишка, два мальчишка» Аси Демишкевич и чрезвычайно доволен.

❤️ Перед нами — одновременно страшная псевдосказка, откровенное антивоенное высказывание, помещенное в рамки абсурда, история инициации, ломающей, как это часто бывает, инициируемого, и просто хороший текст.

💔 Главный герой — тринадцатилетний Андрей, умный, тонкий и слишком сильно рефлексирующий подросток, а скорее — даже еще ребенок, такой вот прямо, не буду оригинальным, крапивинский мальчик. Три года назад его мама умерла от рака, и Андрей не может с этим смириться. Нынешнее «правосудие» изобрело термин «длящееся преступление», так вот у Андрея — «длящаяся потеря». Он три года не может отпустить умершую мать и простить ей, что она его бросила. Уже в короткой реалистической экспозиции мы видим сказочные расклады: отец мальчика женится на злобной мачехе, которая ребенка откровенно ненавидит и мечтает от него избавиться. Сам Андрей, повторюсь, живет потерей: у него нет друзей, он плохо учится в школе, презирает мачеху и отца, он не мечтает о будущем, а постоянно гипертрофированно винит себя за то, что сказал матери незадолго до смерти. В ухе мальчик носит мамину сережку — причем, кажется, в ухе правом, потому что в начале книги хулиганы ему сережку выдергивают, и он, чтобы не потерять памятную вещь, прокалывает другое ухо.

💔 В ходе ежедневной ссоры мачеха бросает Андрею банальное «будешь плохо учиться — пойдешь в армию», и тут реалистическая часть обрывается и уступает место сюжету абсурдистски-сказочному.

🤯 Андрей оказывается именно в армии, куда его мачеха, перейдя от слов к делу, и сдала. По аннотации и многим отзывам иногда кажется, что в отряде, куда попадает герой, все такие — дети. Но это не так. Ребенок там один, и всех вокруг его допризывный возраст вполне удивляет. Другой разговор, что многие остальные парни в отряде тоже странные: одноногий инвалид, уже бывавший на войне; два вора-близнеца, выпускника детдома (классная сцена, в которой они причесываются, глядя друг на друга, как в зеркало); тяжелый аутист; парень, которого мать тоже бросила, но не умерев, а оставив в цирке, и он такой выросший цирковой «сын полка»; наконец — два покойника, которых призвали служить из могил («повестка мертвого поднимет»). Дополняют этот паноптикум обычные парни, среди которых есть злобный негодяй, есть фанат выполнения приказов и армии в целом, есть обычный молодой парень из маленького города Пашка, который становится главному герою первым в жизни другом и защитником (что немедленно возводится крапивинским мальчиком на пьедестал).

🤬 Всю эту братию вывозят в чистое поле, посередь которого стоят панцирные кровати. У каждого — пакет из «Пятерочки» с сухпайком (тушенка, сосиски, гречка и детский рисунок). Нет не то что оружия — нет крыши над головой. Есть одна лопата.

😐 Перед нами по меркам 2023 года скорее даже не армия, хотя мы, конечно, вспоминаем про мобилизованных, а какая-то абсурдная метафора бессмысленной несвободы. Тем более, что на границе меж полем, на котором стоит лагерь героев, и пугающим Андрея лесом появляется «амбулатория», а в ней — «медсестра», старая старуха, которая на самом деле то ли смерть, то ли воплощение традиций государственного абсурда и подчинения ему (не зря старуху зовут вот прямо Конкордия, то есть согласие).

🫡 Вскоре проявляется некое «командование», совершенно безумным образом используя в качестве рации аутиста Валю, и отдавая приказ: каждый должен рассказать свою сказку, и тогда отряд снабдят оружием и продовольствием, а кто расскажет худшую — будет наказан. Сказки должны быть о войне и о любви к Родине.

❤️‍🔥 Герои постепенно начинают рассказывать сказки, открывая каждый свою историю жизни. Абстрактное антивоенное высказывание сменяется конкретным высказыванием о здесь и сейчас, с узнаваемыми трагическими образами этой войны, вроде мертвой женщины с ярко-красным маникюром. Параллельно командование присылает СДЭКом в чистое поле унитаз, что, мы понимаем, тоже конкретное обвиняющее высказывание.

ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ 🔽

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО О «РАЗ МАЛЬЧИШКА, ДВА МАЛЬЧИШКА» ВЫШЕ 🔼

☠️ Андрей, который всё-таки еще вполне щеночек, тем временем общается со старухой Конкордией, и она пугает его живущим в лесу чудовищем, Стригачом, который ловит мальчишек, обривает им волосы и крадет их души. Надо ли говорить, что, проиграв в итоге конкурс сказок, Андрей в наказание окажется в лесу и столкнется со Стригачом и его армией кадавров.

🤔 Развязку пересказывать, конечно, не буду — обязательно читайте. Скажу только, что ничего хорошего, на мой вкус, в этой всей инициации не произойдет, будьте готовы. И вообще, финал меня несколько расстроил. Я ничего не имею против открытых финалов, но не очень люблю финалы интерпретационные, когда читатель должен сам сформулировать для себя, что случилось, а здесь именно такой.

👍 Но что-то я зациклился на пересказе сюжета, а надо сказать больше о тексте в целом. Начну с того, что Демишкевич отлично пишет. За пределами «сказок», в которых мы имеем, конечно, стилизованный текст, язык книги — предельно простой, живой, нормальный. Насколько я понимаю, «Мальчишка» вырос из пьесы, и, как следствие, мы имеем отличные естественные диалоги (много мата, супер!), в том числе внутренние. Ляпов, свойственных современным авторам, почти что нет (кажется, «мундир», в который одет Стригач, это на самом деле китель, ну да ладно, зато мы имеем отсылку к песне Цоя).

📚 Отсылками, сознательными и нет, книга вообще переполнена, но это ее не портит, всё органично. Понятно, что сказки выстроены по Проппу (перечитывать его уж не стану), но здесь и «Гарри Поттер», и упомянутый уже Крапивин (причем поздний, условно от «Взрыва генерального штаба» до «Полосатого жирафа»), и Стивен Кинг с «Оно», постапокалиптикой, «Талисманом» и «Сказкой», и «Повелитель мух», и мюзикл «Волосы», и «Крабат» Пройслера (явно оттуда прилетели вороны в одной из сцен), и бог знает, что еще.

👍 Чем-то «Мальчишка» перекликается с выпущенными тоже «Альпиной» «Салютами на той стороне» Александры Шалашовой (непознаваемая война с элементами абсурда и сверхъестественного в детской оптике). Но, по мне, текст Демишкевич сильно лучше: он более естественный, тонкий, простой и безошибочный.

📝 Есть в книге цитаты, которые хочется запомнить. Например, «Мертвого только на войне убить можно» или «Стыд и вина сильнее страха, и виноватые мне здесь не нужны».

🖨 Единственный, кроме странноватой концовки, серьезный недостаток книги — это объем. 190 страниц, прочитывается за вечер. Не хочу особо уподобляться Галине Юзефович с ее новыми тезисами про недописанность/недоделанность, но я бы очень хотел, чтобы «Мальчишка» был объемнее, массивнее, больше. Другой разговор, что я прекрасно понимаю: текст на таком глубоком и остром дыхании автору писать очень физически тяжело, больно. А «Мальчишка» — текст живой, естественный, по минимуму «сделанный» и, наверное, Демишкевич даже этот объем дался непросто.

🔥 Еще хочу сказать важное. Уже несколько лет я использую так называемый «критерий Каплана». У Юрия Каплана (он же «Валентин Стрыкало») в песне «Дешевые драмы» есть прекрасная строчка «Пообещайте, что наши герои в конце останутся счастливы». И если, читая книжку, мне хочется потребовать от автора такого обещания, если, то есть, я прямо сопереживаю герою, то для меня это важнейший плюс. Для того, чтобы я высоко оценил и полюбил книгу, это совершенно не обязательно, но очень важно. Бывает редко, в паре книжек за год. Трудно сказать, героям какой книги я так, как Андрею из «Мальчишки», сильно сопереживал в последний раз. Едва ли не «Бронепароходов» Иванова.

❤️‍🔥 Спасибо большое Асе Демишкевич. Я буду ждать выхода нового романа Аси, вошедшего в шорт «Лицея», «Под рекой», и, может быть, посмотрю на ее первую книгу «Там моё королевство». А «Мальчишку» — всем читать!

❤️‍🔥В разгаре 77-й Каннский кинофестиваль. Сейчас я за Каннами пристально не слежу, но долгие годы для меня экспертиза именного этого фестиваля была важнейшей при выборе фильмов. И я решил сделать для вас топ самых важных для меня фильмов, которые когда-либо отмечало каннское жюри (не только Ветвью, но и другими призами). Здесь будет как всем известная классика, так и фильмы забытые, никем, кроме экспертов Канн, незамеченные. Пойдем примерно по хронологии, с небольшими осмысленными сбивками.

🎬 1952. Приз за лучшую режиссуру получил «Фанфан-тюльпан» Кристиана Жака. Тот случай, когда совершенно развлекательный на первый взгляд фильм высоко оценили эксперты. «Фанфана», думаю, все видели, он упоминается у Крапивина и в «Добро пожаловать» Элема Климова («А Фанфана убьют? — Убьют, убьют!»).

🎬 1958. Золотая пальмовая ветвь — «Летят журавли» Михаила Калатозова. Великий фильм, изменивший мировой кинематограф и многих из тех, кто фильм посмотрел. Великолепная игра Баталова, напоминающая нам, что он не только Гоша, он же Гога. А вот по Татьяне Самойловой в роли Вероники из «Журавлей» нас в мединституте учили диагностировать шизофрению.

🎬 1959. Лучшая режиссура — «Четыреста ударов» Франсуа Трюффо. Еще один фильм, который изменил всё. Чтобы узнать, как показывать подростков и говорить о них на языке кино — нужно просто посмотреть «Четыреста ударов». Очень люблю.

🎬 1966. Приз ФИПРЕССИ — «Молодой Тёрлесс», Фолькер Шлёндорф. Шлёндорф — режиссер, для тех, кто любит книги, блестящий экранизатор. Он снимал по книгам Музиля и Пруста, Бёлля и Грасса, Турнье, Макса Фриша и даже Чейза. В 1979 «Жестяной барабан» Шлёндорфа (понятно, по чьей книге) получил Золотую ветвь. «Барабан» велик, и я его люблю, но пересматривать вряд ли стану. А вот «Тёрлесса» по Музилю и особенно «Лесной царь» («Огр», с Джоном Малковичем!) по Турнье я бы пересмотрел и рекомендовал.

🎬 1967. Золотая пальмовая ветвь — «Фотоувеличение» (Blow-up) Микеланджело Антониони. Один из величайших фильмов в истории кино. Все, наверное, видели не только это кино, но и миллион отсылок на него. Между прочим, Антониони и Тонино Гуэрра написали сценарий по рассказу Кортасара. Среди прочего, из-за Blow-up я полюбил безумие Лондона, в котором никогда уже не побываю. Но смотреть на Британию в кино стало очень важным для меня делом.

🎬 1969. Приз ФИПРЕССИ получает «Андрей Рублёв» Тарковского. Главного советского режиссера в Каннах любили, но Ветвь так и не дали. При этом «Солярис» в 1972 получил гран-при, приз ФИПРЕССИ и приз экуменического жюри; «Сталкер» в 1980 наградили призом экуменического жюри; «Ностальгия» в 1983 получила приз за режиссуру, приз ФИПРЕССИ и приз экуменического жюри; «Жертвоприношение» в 1986 было награждено гран-при, призом за лучшее художественное достижение оператору Свену Нюквисту, призом ФИПРЕССИ и призом экуменического жюри. На месте Тарковского я бы не стал прибивать отдельную полку для каннских призов, пока не дадут Ветку.

🎬 1976. Пальмовая ветвь — у «Таксиста» Мартина Скорсезе. Еще одна картина, которая повлияла на сотни фильмов после себя. Причем в данном случае речь не столько о киноязыке, сколько о сути высказывания, о композиции, об актерской игре. Скорсезе режиссер великий, но очень разный, и в Каннах у него особых успехов дальше не было: лишь весьма странная черная комедия «После работы» получила приз за режиссуру в 1986.

🎬 1979. Золотую пальмовую ветвь с упоминавшимся выше «Жестяным барабаном» разделил «Апокалипсис сегодня» Фрэнсиса Форда Копполы. Величайший фильм, настолько самодостаточный в отображении безумия войны, что вот его нельзя, в отличие от кучи названных выше фильмов, назвать кардинально повлиявшим на мировое кино. Он важен сам по себе, здесь и сейчас. Недавно я пересмотрел режиссерскую версию и чуть не умер, в 2024 году смотрится слишком тяжело. Напомню, что, кроме всего прочего, фильм был снят по мотивам «Сердца тьмы» Джозефа Конрада, родившегося в украинском Бердичеве. В 1975 Коппола уже получал Ветвь за детектив «Разговор» с Джином Хэкменом и Харрисоном Фордом.

⏰ ПРОДОЛЖЕНИЕ, ПРО 1980-е и кусок 90-х, БУДЕТ ЗАВТРА.