сейчас нахожусь в городе бишкек сразу для двух проектов подряд: делаю на независимой площадке 705 автофикшн-спектакль с гульмирой турсунбаевой, а встык после премьеры спектакля буду со-курировать лабораторию сайт-специфик театра, которую второй год подряд проводит независимый театр «место д…» (я со-курировал лабу и в прошлом году). пока только про спектакль расскажу; подготовка к лаборатории идет параллельно, но об этом лучше отдельным постом

все началось год назад. в рамках проекта «гастроли в бишкек», на котором показываются видео всяких мировых спектаклей, был показан мой «настройщик», и так как я буквально был в бишкеке, то решил превратить видеопоказ в перформанс (кажется впервые наконец сделал чего давно хотел — густо перформатизировал видопоказ спектакля; у меня уже и раньше были такие заходы, но тут именно до полноценного перформанса удалось довести; после этого меня разогнало на эту тему, например на «лаборатории полного пиздеца» я делал показ фильма вилисова queer the stage, перемежая его вставками вербатима от вити; а сейчас снова готовлюсь показать «настройщика» на одном там готовящемся фестивале в мск). директорка площадки 705 — тут проходят «гастроли в бишкек» — придумала идею, дарина предложила сделать автофикшн с драматической артисткой гульмирой турсунбаевой. и вот это происходит

мы долго определялись со сроками, было много всяких зависимостей, корректировок, планировали работать месяц, но вышло в итоге двадцать дней, нормально. также мы планировали созваниваться целый год, наговаривать материал, но звонок был в итоге только один, нормально, во время этого созвона прозвучало нечто, что стало для меня основой размышлений

для меня было как-то сразу понятно, что работать над спектаклем мы будем процессуально — выращивать спектакль, а не ставить. именно это слово «выращивать» я употребляю все дни, что нахожусь здесь, и вижу реальность через призму этого метода. сначала мы несколько дней говорили. все разговоры я записывал на диктофон. мне хотелось их потом переслушать, но я этого не сделал. записей получилось примерно часов семь. предварительно у меня было некоторое пространственное визуальное языковое решение, я даже созванивался с данилой корогодским, чтобы с ним покрутить потенциал этого образа. но пока я разговаривал с гульмирой и дариной, стало ясно, что предварительно заготовленный язык не подойдет, он функционально слишком похож на берега канала, делает повествование слишком отрисованным по линиям, твердым. мне стало хотеться, чтобы гульмира просто час говорила, напрашивалась какая-то антиформа. потому что эти рассказы сами по себе подрывают контекст. но потом я понял — нужен срединный путь, нужно как-то соеденить потоковый перформативный способ повествования с театральной структурностью и выразительностью, и для этого нужно было нащупать прием, который вмещал бы в себя возможность качаться из одного в другое. такой прием появился и действительно все напрашивающиеся элементы и тенденции вдруг уложились в единый поток, в том числе прежние визуальные наработки

если не видеть воочию, то в пересказе можно услышать про этот спектакль, что это интервью на сцене. такой пред-док, словно мы видим как собирается вербатим. мы перенесли на сцену то, что с нами было в самом начале работы. мы изначально предполагали что директорка 705 дарина будет на сцене, манипулировать предметами, что-то говорить, а с приемом «интервью/разговора подруг» дарина стала вторым персонажем, хоть спектакль и про гульмиру. вообще, этот способ выносить на сцену то, что произошло между нами на встречах стал одни из основных, я пишу «один из основных», потому что есть и другие способы, в том числе традиционные, когда мы придумываем в логике образного театра, а не процессуальности мета-театра

название спектакля возникло случайно. пока ехали в тачке с дариной. есть такое устойчивое выражение в кыргызстане «эль эмне дейт», по-русски это «что скажу люди», оно про страх перед осуждением окружающих. подумал что надо назвать спектакль «гульмира эмне дейт», то есть «что скажет гульмира»

как только возник прием, возник и документ, в котором мы записываем текст, там есть вопросы к героине и план ответов; написанной пьесы не будет, все говорится всякий раз заново из потенциала собственной лексики, но есть план, который при этом имеет вариативность. прадва внутри спектакля есть читка маленькой пьесы, написанной традиционно, это пьеса о том, как в 1985 году старшеклассница гульмира преодлевала сопротивление родни по поводу ее желания поступить на актерское. снова маятник между одним способом и другим. этот маятник как и маятник сознания, когда мы пытаемся понять, как же относится к тем или иным вещам. форма стремится стать жизнью, оставаясь все же формой, даже комментируя себя формой, как это часто бывает в авторефлексивных текстах

на встречах всегда размеренность, всегда хорошее настроение и чуткость. мы никуда не торопимся и даем слоям осесть друг на друга. я конечно благодаря большому опыту в процессуальном чувствую как распределиться и через себя обеспечиваю ритм и восприятие объема времени на работу, а все вокруг прекрасно вопощаются в этом. на данный момент мы в точке, когда все уже авторсвуют этот способ существоания команды

первый (предварительный для своих) показ ровно через неделю 10 мая. мы вчера закончили выращивать весь контур спектакля. в начале у компании был вопрос, успеваем ли, а метод выращивания показывает, что опоздать невозможно, даже отдыхать будем перед премьерой. пока набирали контур, тихонечко добавлялись свет и звук, нам со светом помогает ариет, она ассистентка дарины на площадке, мастерица по многим вещам. а сегодня впервые пошли шаг за шагом, чтобы уплотнять средний слой подробностей. со всеми остановками, пробами, размышлениями, работали 2 часа 40 минут. думаю, все просеется до полутора часов или чуть больше. второй (уже публичный) показ хотим сделать числа 13/14 июня, сразу после того как я закончу лабораторию, сыграю кое чего на ереванском фесте и слетаю в словакию на фест

благодаря этому проекту удалось восстановиться после психологического тяжеляка. испытываю огромную привязанность ко всем тут в бишкеке. есть вероятность, что этот спектакль приедет в москву осенью, но об этом пока рано говорить, но вероятность есть

9 и 10 мая мы впервые сыграли в Бишкеке на площадке 705 автофикшн-спектакль «Гульмира эмне дейт». название — производное от кыргызского устойчиовго выражения эл эмне дейт / что скажут люди; эти слова отражают глубинный пласт культуры, работающий на регулирование общества в разных плоскостях жизни, — морали, семейных союзов, гендерных норм, традиций, личных границ и прочее. прямо сейчас идут дискуссии по поводу того, что эл вообще может регулировать в жизни индивидуальности. ребят, тут коротко, я понимаю это больше, чем могу развернуть на языке исследования. тем не менее, этого уровня понимания хватило, чтобы драматургировать одну отдельно взятую жизнь мега-популярной актисы Гульмиры Турсунбаевой, которая, по ее же словам, видела три эпохи кульутры. ну и кстати «эл эмне дейт» это не только национальное, это и универсальное, так сильно знакомое многим. спектакль вышел, цитирую прилагательное с обсуждения второго показа, — прекрасный. я счастлив

как уже рассказывал, я его не ставил (в привычном понимании слова), а выращивал. это был мой первый в жизни драматический проект за пределами РФ, поэтому я не был до конца уверен, что метод постепенного обнаружения спектакля сработает. но с первых же минут работы и до последней секунды аплодисментов всё разворачивалось идеально. клянусь, я ни на мгновение не испытал волнения или напряжения, мы реально на чистом расслабоне сделали всё вовремя, выпустив 1 час 50 минут спектакля, струящегося на одном дыхании. представьте, день до спектакля — мы на расслабоне режем и клеим картон, половина суток до спектакля — мы спокойно проходим план текста, три часа до спектакля — мы в перемоточке проходим точки формы и продолжаем говорить о внутренней вариативности существования, пять минут до начала — даже нет сушняка и не хочется провалиться в унитаз. я уже давно так работаю, но этот раз один из идеальных случаев

раскрыть можно многое, но пока ограничусь рассказом о том, что было после второго показа 10 мая. на этот показ пришло гораздо больше людей, чем на первый, потому что первый был незапланированным — я его придумал по ходу дела, подумав, что нам надо встретиться со зрительским вниманием чуть раньше; ну и мы быстро замутили дополнительный показ на зрителей, пригласили буквально человека три, а пришло ползала ахах. на второй показе было много-много коллег, и «простые зрители» тоже были. они буквально помогли спектаклю окончательно раскрыться. я сидел в зале как гость, полностью чувствуя свободу от спектакля; мне не хотелось спасать, помогать, не, я просто наслаждался. было очень интересно видеть, как качество аудитории раскрыло Гульмиру и Дарину на сцене, а также сочетание двух языков. после спектакля мы пошли в белую комнату, иногда она выступает в роли фойе, иногда как коворкинг или репетиционная, в общем, ушли из игрового зала; и тут впервые я почувствовал как потеют мои ладошки. в независимом театре в Бишкеке довольно плотно рефлексируют, работать с российскими режиссерами или нет (мне как человеку, который в РФ работает на двух с половиной независимых площадках было круто прочувствовать это «нигде»), и вот мы пришли на обсуждение, в комнате собрались буквально все зрители, большая часть занимается театром. дальше началось чудо: люди стали по очереди, словно в ритуале, говорить искренние речи, респектовать Гульмире, Дарине, мне, Ариет, стали говорить о темах спектакля, дискутировать, мечтать о лучшем, вспоминать детство, анализировать слухи, обсуждать эстетику, наращивать общее, — это обсуждение стало для меня отдельным сильным событием, пройдя через которое я понял многое, но главное почувствовал, что могу быть в этом кругу своим. в каком сложном мире мы живем. к концу обсуждения ладошки высохли, а мне сказали, что «тоже хотят со мной поработать»

теперь будем играть премьеру 14 июня. заезжайте