Европейцы и Япония
В конце XV века Европа решила поделить весь ещё неведомый мир. В 1494 году Испания и Португалия заключили Тордесильясский договор, одобренный папой, который установил линию раздела сфер влияния: запад и юг отходили Испании, восток — Португалии. Так Португалия получила право на освоение морских путей в Индию и дальше в Азию. Их фактории возникли в Гоа в Южной Индии, в Малакке на Малайском полуострове, на Молуккских островах и, позже, в китайском Макао.
В то время Япония была известна европейцам лишь по описаниям Марко Поло, который в XIII веке называл её «Зипангу» — страной золота и чудес. Эти рассказы вдохновили Христофора Колумба отправиться на поиски Зипангу, но вместо Японии он наткнулся на Новый Свет. До настоящей Японии европейцы добрались лишь полвека спустя.
В 1543 году китайская джонка с тремя португальскими купцами потерпела крушение у острова Танэгасима, близ Кюсю. Так японцы впервые увидели европейцев и их оружие — аркебузы с фитильным замком. Японцы быстро освоили новые технологии: вскоре местные мастера наладили собственное производство ружей, которые в честь места первой встречи стали называть «танэгасима».
За купцами последовали торговые суда, и Япония вошла в маршрут португальских кораблей. Сначала европейцы прибыли как обычные торговцы, привозя шёлк, лекарства и оружие, а взамен увозя японское серебро, столь ценное в Китае. Японцы с интересом относились к чужакам, хотя и считали их неотёсанными варварами — намбандзин, «южные варвары». Они удивлялись тому, что европейцы ели руками и не понимали письменности, но с любопытством перенимали технологии и обычаи.
Век Сэнгоку оказался особенно благодатной почвой для огнестрельного оружия: аркебузы изменили тактику войн между даймё, а позже появились и пушки, сыгравшие роль в битвах 1580-х годов. Торговля и заимствования не ограничивались оружием. Португальцы привозили навигационные инструменты, элементы судостроения и даже очки — первые оптические линзы, с которых началось японское знакомство с европейской наукой.
Культурные новинки проникали в повседневность: игральные карты, табак, новые продукты питания. На японских столах закрепились привезённые овощи — батат, тыква, а также сахар. Даже такие привычные для нас блюда, как тэмпура, хлеб «пан», бисквиты «касутэра» и конфеты «компэйто» пришли в Японию благодаря португальцам. Всё это стало частью местной культуры и остаётся в японском рационе до сих пор.
Влияние ощущалось и в моде. Многие даймё восхищались одеждой чужеземцев: Нобунага и Хидэёси для развлечения надевали бархатные штаны, носили четки и украшения с изображением Христа и Девы Марии. Эти детали, наряду с образами кораблей и миссионеров, запечатлелись в ярких росписях больших ширм — намбан бёбу.
#япония
В конце XV века Европа решила поделить весь ещё неведомый мир. В 1494 году Испания и Португалия заключили Тордесильясский договор, одобренный папой, который установил линию раздела сфер влияния: запад и юг отходили Испании, восток — Португалии. Так Португалия получила право на освоение морских путей в Индию и дальше в Азию. Их фактории возникли в Гоа в Южной Индии, в Малакке на Малайском полуострове, на Молуккских островах и, позже, в китайском Макао.
В то время Япония была известна европейцам лишь по описаниям Марко Поло, который в XIII веке называл её «Зипангу» — страной золота и чудес. Эти рассказы вдохновили Христофора Колумба отправиться на поиски Зипангу, но вместо Японии он наткнулся на Новый Свет. До настоящей Японии европейцы добрались лишь полвека спустя.
В 1543 году китайская джонка с тремя португальскими купцами потерпела крушение у острова Танэгасима, близ Кюсю. Так японцы впервые увидели европейцев и их оружие — аркебузы с фитильным замком. Японцы быстро освоили новые технологии: вскоре местные мастера наладили собственное производство ружей, которые в честь места первой встречи стали называть «танэгасима».
За купцами последовали торговые суда, и Япония вошла в маршрут португальских кораблей. Сначала европейцы прибыли как обычные торговцы, привозя шёлк, лекарства и оружие, а взамен увозя японское серебро, столь ценное в Китае. Японцы с интересом относились к чужакам, хотя и считали их неотёсанными варварами — намбандзин, «южные варвары». Они удивлялись тому, что европейцы ели руками и не понимали письменности, но с любопытством перенимали технологии и обычаи.
Век Сэнгоку оказался особенно благодатной почвой для огнестрельного оружия: аркебузы изменили тактику войн между даймё, а позже появились и пушки, сыгравшие роль в битвах 1580-х годов. Торговля и заимствования не ограничивались оружием. Португальцы привозили навигационные инструменты, элементы судостроения и даже очки — первые оптические линзы, с которых началось японское знакомство с европейской наукой.
Культурные новинки проникали в повседневность: игральные карты, табак, новые продукты питания. На японских столах закрепились привезённые овощи — батат, тыква, а также сахар. Даже такие привычные для нас блюда, как тэмпура, хлеб «пан», бисквиты «касутэра» и конфеты «компэйто» пришли в Японию благодаря португальцам. Всё это стало частью местной культуры и остаётся в японском рационе до сих пор.
Влияние ощущалось и в моде. Многие даймё восхищались одеждой чужеземцев: Нобунага и Хидэёси для развлечения надевали бархатные штаны, носили четки и украшения с изображением Христа и Девы Марии. Эти детали, наряду с образами кораблей и миссионеров, запечатлелись в ярких росписях больших ширм — намбан бёбу.
#япония
👍15❤4
Сходили в океанариум на выходных. Восторга нет, но просто порадовать глаза можно.
Акулы спали, скаты выглядят странно, а мурены самые страшные.
Акулы спали, скаты выглядят странно, а мурены самые страшные.
❤10
Османская империя, веками обходившаяся без герба в европейском понимании, решилась обзавестись им лишь во второй половине XIX века — в эпоху, когда султанам приходилось подстраиваться под «правила игры» модернизирующегося мира.
В 1882 году султан Абдул-Хамид II утвердил официальный герб Порты. Он был создан по образцу западной геральдики, но при этом вобрал в себя как европейские, так и восточные мотивы. Каждая деталь имела значение:
- звезда сияла как символ света, которым империя якобы озаряла весь мир;
- оружие разных эпох напоминало о боевой славе османских завоеваний;
- корабельный якорь говорил о морском могуществе;
- книги символизировали науку;
- весы — справедливость.
Но герб был не только «по-европейски». На нём соседствовали полумесяц и султанская тугра, зелёное знамя ислама и чалма падишаха. Особое место занимали и высшие награды империи — от ордена Османие «за службу» до ордена Шефкат «за милосердие». Это был настоящий визуальный код державы, пытавшейся соединить исламское наследие с имперскими амбициями и европейской модой.
Однако Османская империя канула в прошлое, и с ней исчез её герб. Новая Турецкая Республика столкнулась с вопросом: каким должен быть символ государства?
В 1925 году министерство просвещения объявило конкурс на проект герба. Победителем стал художник Намык Исмаил-бей, предложивший смелое решение: красное поле с полумесяцем и звездой, а внизу — фигура волка, мифического прародителя тюрков. Но у этого образа нашлись непримиримые противники.
Бывший шейх-уль-ислам Мустафа Сабри-эфенди увидел в «сером волке» прямую угрозу исламу. В его глазах символ выводил турок к языческим корням, возвращал к верованиям древних кочевников. «Я абсолютно убеждён, что исламская турецкая нация не будет поклоняться волку, — возмущался он. — Стамбул полон мечетей, и мечети полны верующих, поклоняющихся Аллаху».
В итоге проект Исмаила-бея так и не получил официального статуса. С тех пор Турция живёт в уникальной ситуации: у страны есть флаг и гимн, но нет государственного герба. И это делает её исключением среди современных государств.
#турция
В 1882 году султан Абдул-Хамид II утвердил официальный герб Порты. Он был создан по образцу западной геральдики, но при этом вобрал в себя как европейские, так и восточные мотивы. Каждая деталь имела значение:
- звезда сияла как символ света, которым империя якобы озаряла весь мир;
- оружие разных эпох напоминало о боевой славе османских завоеваний;
- корабельный якорь говорил о морском могуществе;
- книги символизировали науку;
- весы — справедливость.
Но герб был не только «по-европейски». На нём соседствовали полумесяц и султанская тугра, зелёное знамя ислама и чалма падишаха. Особое место занимали и высшие награды империи — от ордена Османие «за службу» до ордена Шефкат «за милосердие». Это был настоящий визуальный код державы, пытавшейся соединить исламское наследие с имперскими амбициями и европейской модой.
Однако Османская империя канула в прошлое, и с ней исчез её герб. Новая Турецкая Республика столкнулась с вопросом: каким должен быть символ государства?
В 1925 году министерство просвещения объявило конкурс на проект герба. Победителем стал художник Намык Исмаил-бей, предложивший смелое решение: красное поле с полумесяцем и звездой, а внизу — фигура волка, мифического прародителя тюрков. Но у этого образа нашлись непримиримые противники.
Бывший шейх-уль-ислам Мустафа Сабри-эфенди увидел в «сером волке» прямую угрозу исламу. В его глазах символ выводил турок к языческим корням, возвращал к верованиям древних кочевников. «Я абсолютно убеждён, что исламская турецкая нация не будет поклоняться волку, — возмущался он. — Стамбул полон мечетей, и мечети полны верующих, поклоняющихся Аллаху».
В итоге проект Исмаила-бея так и не получил официального статуса. С тех пор Турция живёт в уникальной ситуации: у страны есть флаг и гимн, но нет государственного герба. И это делает её исключением среди современных государств.
#турция
🔥8❤4👍4
Встретил забавный миф о Средневековье: люди прошлого якобы были поголовно беззубыми, а мясные блюда на пирах представляли собой не настоящие туши, а «каркас», на который наклеивали измельчённое в ступке мясо. Очевидно, это фантазия более позднего городского человека, не представляющего, как можно было жить без дантиста.
На деле всё куда проще. Да, старики теряли зубы — как в Средние века, так и сегодня; зубы выбивались и в боях, и в несчастных случаях. Но вовсе беззубым средневековое население не было. Более того, искусственные зубы существовали ещё в Римской империи: их вырезали из слоновой кости, дерева или отливали из металла, а крепили к челюсти металлическими крючками. Подобные протезы просуществовали вплоть до XX века, пока материалы не заменили на пластик.
Что же до молодёжи, то археология уверенно опровергает миф. При раскопках жертв Чёрной смерти XIV века учёные брали пробы бактерий именно из зубной ткани — которая, согласно легенде, «должна была отсутствовать».
И, наконец, молчит о подобных странностях и письменное наследие эпохи. Ни Гийом Тирель по прозвищу Тальеван (ок. 1310–1395), королевский повар и автор знаменитого «Виандье», первой большой кулинарной книги Франции; ни Шикар (Chiquart Amiczo), повар герцога Савойского Амадея VIII, оставивший трактат «О кулинарии» о пиршествах на тысячи гостей; ни анонимный автор «Парижского домоводства» — пособия XIV века с рецептами и советами для молодой хозяйки — нигде не упоминают о «наклеенных тушах». Наоборот, их тексты полны подробных описаний жаркого, рагу и прочих блюд, приготовленных из самого обычного мяса, а вовсе не из мифических «мясных макетов».
#средневековье
На деле всё куда проще. Да, старики теряли зубы — как в Средние века, так и сегодня; зубы выбивались и в боях, и в несчастных случаях. Но вовсе беззубым средневековое население не было. Более того, искусственные зубы существовали ещё в Римской империи: их вырезали из слоновой кости, дерева или отливали из металла, а крепили к челюсти металлическими крючками. Подобные протезы просуществовали вплоть до XX века, пока материалы не заменили на пластик.
Что же до молодёжи, то археология уверенно опровергает миф. При раскопках жертв Чёрной смерти XIV века учёные брали пробы бактерий именно из зубной ткани — которая, согласно легенде, «должна была отсутствовать».
И, наконец, молчит о подобных странностях и письменное наследие эпохи. Ни Гийом Тирель по прозвищу Тальеван (ок. 1310–1395), королевский повар и автор знаменитого «Виандье», первой большой кулинарной книги Франции; ни Шикар (Chiquart Amiczo), повар герцога Савойского Амадея VIII, оставивший трактат «О кулинарии» о пиршествах на тысячи гостей; ни анонимный автор «Парижского домоводства» — пособия XIV века с рецептами и советами для молодой хозяйки — нигде не упоминают о «наклеенных тушах». Наоборот, их тексты полны подробных описаний жаркого, рагу и прочих блюд, приготовленных из самого обычного мяса, а вовсе не из мифических «мясных макетов».
#средневековье
👍12🔥6❤1😁1
Химэдзи: неприступная белая цапля Японии
Замок Химэдзи, расположенный в одноименном городе префектуры Хёго, по праву считается жемчужиной японской архитектуры. Его поэтичное название "замок белой цапли" полностью соответствует изящному облику - с высоты комплекс действительно напоминает грациозную птицу с распростертыми крыльями. В 1993 году ЮНЕСКО включило Химэдзи в список Всемирного наследия, признав его одним из самых значимых памятников Японии.
Этот замковый комплекс поражает своими масштабами: на территории площадью 200 000 квадратных метров (что сопоставимо с 50 футбольными полями) расположены 83 исторических сооружения. Химэдзи является самым большим и посещаемым замком страны. Его история начинается в XIV веке, но современный облик он приобрел при Тоётоми Хидэёси - легендарном объединителе Японии. Со строительством замка связана занимательная легенда: когда во время возведения центральной башни внезапно закончились камни, простая мельничиха пожертвовала свои жернова, вдохновив этим поступком других жителей на помощь в завершении строительства.
Химэдзи представляет собой шедевр оборонительной архитектуры. Его защитная система включала три последовательных рва, которые должны были измотать нападающих еще на подступах. Высокие каменные стены не только защищали замок, но и скрывали его внутреннюю структуру от глаз противника. Особую хитрость представляли 84 узких ворот - каждые следующие становились все уже, вынуждая атакующих проходить по одному и превращая штурм в кровавую бойню. Даже белоснежная штукатурка фасадов имела практическое значение - она была огнеупорной, а в случае пожара воду для тушения можно было брать прямо из замковых рвов.
Парадоксально, но эта совершенная система обороны так и не была проверена в реальном бою - за всю историю замка ни одна армия не решилась на его полноценный штурм. Сегодня Химэдзи открыт для посетителей, позволяя каждому оценить гармоничное сочетание красоты и мощи, сделавшее его символом японского замкового зодчества.
#япония
Замок Химэдзи, расположенный в одноименном городе префектуры Хёго, по праву считается жемчужиной японской архитектуры. Его поэтичное название "замок белой цапли" полностью соответствует изящному облику - с высоты комплекс действительно напоминает грациозную птицу с распростертыми крыльями. В 1993 году ЮНЕСКО включило Химэдзи в список Всемирного наследия, признав его одним из самых значимых памятников Японии.
Этот замковый комплекс поражает своими масштабами: на территории площадью 200 000 квадратных метров (что сопоставимо с 50 футбольными полями) расположены 83 исторических сооружения. Химэдзи является самым большим и посещаемым замком страны. Его история начинается в XIV веке, но современный облик он приобрел при Тоётоми Хидэёси - легендарном объединителе Японии. Со строительством замка связана занимательная легенда: когда во время возведения центральной башни внезапно закончились камни, простая мельничиха пожертвовала свои жернова, вдохновив этим поступком других жителей на помощь в завершении строительства.
Химэдзи представляет собой шедевр оборонительной архитектуры. Его защитная система включала три последовательных рва, которые должны были измотать нападающих еще на подступах. Высокие каменные стены не только защищали замок, но и скрывали его внутреннюю структуру от глаз противника. Особую хитрость представляли 84 узких ворот - каждые следующие становились все уже, вынуждая атакующих проходить по одному и превращая штурм в кровавую бойню. Даже белоснежная штукатурка фасадов имела практическое значение - она была огнеупорной, а в случае пожара воду для тушения можно было брать прямо из замковых рвов.
Парадоксально, но эта совершенная система обороны так и не была проверена в реальном бою - за всю историю замка ни одна армия не решилась на его полноценный штурм. Сегодня Химэдзи открыт для посетителей, позволяя каждому оценить гармоничное сочетание красоты и мощи, сделавшее его символом японского замкового зодчества.
#япония
👍15❤5
Франкский король и неудачная попытка посвататься
Анна Ярославна, младшая дочь киевского князя Ярослава Мудрого, вошла в историю как жена французского короля Генриха I. Их брак состоялся в мае 1051 года, хотя иногда ошибочно называют 1049-й. Так дочь великого князя Киевского стала королевой Франции.
Анна родилась в 1024 году в Новгороде, куда ее отец временно укрылся от своего младшего брата Мстислава Храброго. В том же году началась междоусобная война, закончившаяся тем, что Ярослав уступил брату Чернигов и Левобережье Днепра. Однако вскоре был заключен мир, а в 1036 году Мстислав погиб на охоте, и Ярослав окончательно перебрался с семьей в Киев.
Прижизненных изображений Анны не сохранилось, лишь смутные фрески. Но французские хронисты отмечали ее «золотоволосую» красоту, что вполне объясняет, почему о ней дошла молва даже до далекого Парижа. Еще в 1044 году Генрих I отправил в Киев свадебное посольство — но получил отказ. Ярослав Мудрый, по всей видимости, рассчитывал выдать дочь за более влиятельного соседа, например, за германского императора. Но переговоры с немцами завершились ничем.
И это неудивительно: в середине XI века Киевская Русь была одним из крупных центров силы Восточной Европы, а вот Франция выглядела куда слабее. Реальная власть короля ограничивалась узкой полосой земель вокруг Парижа, в то время как остальная страна принадлежала герцогам и графам, почти независимым от монарха. Для Ярослава династический союз с таким правителем вряд ли казался заманчивым.
Тем не менее Генрих I остро нуждался в наследнике. К середине 1040-х годов он оставался бездетным, и отказ из Киева лишь усилил его настойчивость. В 1048 году он направил в Русь новое посольство, надеясь все же добиться согласия князя и получить в жены «русскую царевну», как позже будут называть Анну при французском дворе.
Анна Ярославна, младшая дочь киевского князя Ярослава Мудрого, вошла в историю как жена французского короля Генриха I. Их брак состоялся в мае 1051 года, хотя иногда ошибочно называют 1049-й. Так дочь великого князя Киевского стала королевой Франции.
Анна родилась в 1024 году в Новгороде, куда ее отец временно укрылся от своего младшего брата Мстислава Храброго. В том же году началась междоусобная война, закончившаяся тем, что Ярослав уступил брату Чернигов и Левобережье Днепра. Однако вскоре был заключен мир, а в 1036 году Мстислав погиб на охоте, и Ярослав окончательно перебрался с семьей в Киев.
Прижизненных изображений Анны не сохранилось, лишь смутные фрески. Но французские хронисты отмечали ее «золотоволосую» красоту, что вполне объясняет, почему о ней дошла молва даже до далекого Парижа. Еще в 1044 году Генрих I отправил в Киев свадебное посольство — но получил отказ. Ярослав Мудрый, по всей видимости, рассчитывал выдать дочь за более влиятельного соседа, например, за германского императора. Но переговоры с немцами завершились ничем.
И это неудивительно: в середине XI века Киевская Русь была одним из крупных центров силы Восточной Европы, а вот Франция выглядела куда слабее. Реальная власть короля ограничивалась узкой полосой земель вокруг Парижа, в то время как остальная страна принадлежала герцогам и графам, почти независимым от монарха. Для Ярослава династический союз с таким правителем вряд ли казался заманчивым.
Тем не менее Генрих I остро нуждался в наследнике. К середине 1040-х годов он оставался бездетным, и отказ из Киева лишь усилил его настойчивость. В 1048 году он направил в Русь новое посольство, надеясь все же добиться согласия князя и получить в жены «русскую царевну», как позже будут называть Анну при французском дворе.
👍15❤1