Forwarded from Эксплойт
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Думскроллинг бывает ПОЛЕЗНЫМ — AlphaXiv выкатили свой TikTok для научных статей и свежих исследований.
Внутри есть всё для ленивого гения:
— Самые хайповые работы в одном потоке;
— ИИ-выжимки и чат-ассистент, если лень вникать в суть;
— Переход к полному тексту в один клик.
Брейнрот для умных — здесь.
@exploitex
Внутри есть всё для ленивого гения:
— Самые хайповые работы в одном потоке;
— ИИ-выжимки и чат-ассистент, если лень вникать в суть;
— Переход к полному тексту в один клик.
Брейнрот для умных — здесь.
@exploitex
🔥1
Когда меня спрашивают почему все идёт так как идёт в нашей стране, я часто пускаюсь в длинные рассуждения о природе диктатуры, коррупции, неэффективности, отрицательном кадровом отборе и т. д.
Теперь просто буду кидать эту картинку...
Теперь просто буду кидать эту картинку...
😁6👍2
ДВЕ ЛИНИИ, ОДНА ТОЧКА: ЭВОЛЮЦИЯ ПРОЛЕТАРИАТА И КИБЕРНЕТИКА ЭКСПЛУАТАЦИИ
Вся история развития капиталистической формации может быть прочитана как одновременное, диалектическое развертывание двух параллельных процессов. Первая сюжетная линия — это историческая трансформация самого субъекта, создающего стоимость, то есть пролетариата. Вторая линия — это непрерывная эволюция и усложнение механизмов эксплуатации, способов изъятия этой стоимости капиталом. Долгое время эти процессы развивались линейно, но сегодня, на наших глазах, они столкнулись и сплавились в единую точку, породив абсолютно новую архитектуру тотального подчинения.
Первая линия начинается с трансформации субъекта. В эпоху мануфактур пролетариат представлял собой совокупность бывших ремесленников. Они использовали ручные орудия труда, сохраняли физические навыки, а капитал выступал лишь как внешний координатор, собравший их под одной крышей. С переходом к индустриальной фазе субъект изменился: рабочий стал придатком конвейера и машины. Труд был максимально стандартизирован, капитал начал изымать чистую физическую энергию и механическое время. Это был классический марксовский пролетариат.
В XXI веке этот субъект пережил третью трансформацию, превратившись в информационный, цифровой пролетариат. Буржуазная социология немедленно попыталась замаскировать этот процесс, придумав льстящий термин «когнитариат» а его подхватили часть марксистских исследователей начав искать «новый класс», чтобы внушить высококвалифицированным работникам иллюзию элитарности и оторвать их от исторического рабочего движения.
Однако базис остался неизменным: отношение к средствам производства не поменялось. Разработчик, пишущий код для нейросети, или курьер, управляемый приложением, продают свою рабочую силу точно так же, как ткач в Манчестере. Иллюзия владения личным ноутбуком разбивается о реальность: без доступа к серверам, закрытым API и облачным вычислительным кластерам корпорации этот ноутбук — просто кусок пластика. Изменился лишь характер отчуждения: теперь изымается не физическая, а когнитивная энергия и социальные связи.
Вторая сюжетная линия, развивавшаяся параллельно, — это трансформация механизмов самой эксплуатации. В индустриальную эпоху извлечение стоимости было локализовано в пространстве и времени: оно происходило строго на территории фабрики и длилось от заводского гудка до окончания смены. Капитал покупал рабочее время и извлекал прибавочную стоимость преимущественно через интенсификацию труда и конвейерную оптимизацию. Однако по мере технологического развития капитал уперся в физические пределы человека: невозможно заставить рабочего стоять у станка 24 часа в сутки. Возникла потребность в принципиально новом механизме извлечения стоимости.
Ответом на этот системный тупик стало формирование кибернетической обратной петли и коммодификация человеческого поведения. Именно здесь мы видим марксистскую диалектику потребительной и меновой стоимости, доведенную до пугающего технологического совершенства. Когда цифровой пролетарий надевает умные часы или листает ленту в смартфоне, он получает реальную, ощутимую потребительную стоимость. Устройство точно считает пульс, предупреждает об аритмии, а алгоритм экономит время, подкидывая нужный контент или выстраивая идеальный маршрут. Жизнь физически становится комфортнее, что является безусловным развитием производительных сил.
Но одновременно с этим разворачивается процесс изъятия меновой стоимости. Деанонимизированные поведенческие, биологические и когнитивные данные пользователя непрерывно собираются, очищаются и агрегируются в предиктивные модели. Эта высокоточная цифровая копия, этот поведенческий профиль — и есть конечный продукт, который капитал продает корпорациям и рекламодателям за миллиарды долларов. Асимметричность этого обмена гениальна в своей жестокости: капитал возвращает субъекту бытовое удобство, а забирает взамен информационную власть, контроль и гигантскую капитализацию.
Вся история развития капиталистической формации может быть прочитана как одновременное, диалектическое развертывание двух параллельных процессов. Первая сюжетная линия — это историческая трансформация самого субъекта, создающего стоимость, то есть пролетариата. Вторая линия — это непрерывная эволюция и усложнение механизмов эксплуатации, способов изъятия этой стоимости капиталом. Долгое время эти процессы развивались линейно, но сегодня, на наших глазах, они столкнулись и сплавились в единую точку, породив абсолютно новую архитектуру тотального подчинения.
Первая линия начинается с трансформации субъекта. В эпоху мануфактур пролетариат представлял собой совокупность бывших ремесленников. Они использовали ручные орудия труда, сохраняли физические навыки, а капитал выступал лишь как внешний координатор, собравший их под одной крышей. С переходом к индустриальной фазе субъект изменился: рабочий стал придатком конвейера и машины. Труд был максимально стандартизирован, капитал начал изымать чистую физическую энергию и механическое время. Это был классический марксовский пролетариат.
В XXI веке этот субъект пережил третью трансформацию, превратившись в информационный, цифровой пролетариат. Буржуазная социология немедленно попыталась замаскировать этот процесс, придумав льстящий термин «когнитариат» а его подхватили часть марксистских исследователей начав искать «новый класс», чтобы внушить высококвалифицированным работникам иллюзию элитарности и оторвать их от исторического рабочего движения.
Однако базис остался неизменным: отношение к средствам производства не поменялось. Разработчик, пишущий код для нейросети, или курьер, управляемый приложением, продают свою рабочую силу точно так же, как ткач в Манчестере. Иллюзия владения личным ноутбуком разбивается о реальность: без доступа к серверам, закрытым API и облачным вычислительным кластерам корпорации этот ноутбук — просто кусок пластика. Изменился лишь характер отчуждения: теперь изымается не физическая, а когнитивная энергия и социальные связи.
Вторая сюжетная линия, развивавшаяся параллельно, — это трансформация механизмов самой эксплуатации. В индустриальную эпоху извлечение стоимости было локализовано в пространстве и времени: оно происходило строго на территории фабрики и длилось от заводского гудка до окончания смены. Капитал покупал рабочее время и извлекал прибавочную стоимость преимущественно через интенсификацию труда и конвейерную оптимизацию. Однако по мере технологического развития капитал уперся в физические пределы человека: невозможно заставить рабочего стоять у станка 24 часа в сутки. Возникла потребность в принципиально новом механизме извлечения стоимости.
Ответом на этот системный тупик стало формирование кибернетической обратной петли и коммодификация человеческого поведения. Именно здесь мы видим марксистскую диалектику потребительной и меновой стоимости, доведенную до пугающего технологического совершенства. Когда цифровой пролетарий надевает умные часы или листает ленту в смартфоне, он получает реальную, ощутимую потребительную стоимость. Устройство точно считает пульс, предупреждает об аритмии, а алгоритм экономит время, подкидывая нужный контент или выстраивая идеальный маршрут. Жизнь физически становится комфортнее, что является безусловным развитием производительных сил.
Но одновременно с этим разворачивается процесс изъятия меновой стоимости. Деанонимизированные поведенческие, биологические и когнитивные данные пользователя непрерывно собираются, очищаются и агрегируются в предиктивные модели. Эта высокоточная цифровая копия, этот поведенческий профиль — и есть конечный продукт, который капитал продает корпорациям и рекламодателям за миллиарды долларов. Асимметричность этого обмена гениальна в своей жестокости: капитал возвращает субъекту бытовое удобство, а забирает взамен информационную власть, контроль и гигантскую капитализацию.
👍2⚡1❤🔥1❤1👌1💯1
Сегодня эти две исторические линии — цифровой пролетариат и кибернетическая петля эксплуатации — окончательно сошлись в одной точке. Эта точка — тотальное подчинение самой человеческой жизни капиталу. Эксплуатация пробила стены фабрики и захватила все свободное время человека. Современному пролетарию больше не нужно стоять у станка, чтобы генерировать прибавочную стоимость. Ему достаточно просто жить: общаться с друзьями в мессенджере, спать с фитнес-браслетом, искать информацию или перемещаться по городу. Жизнь сама по себе превратилась в неоплачиваемый труд по обучению корпоративных нейросетей.
Это порождает феномен цифрового крепостного права (ловушку персонализации). Улучшенная версия тебя — твоя цифровая модель здоровья, твои когнитивные паттерны и социальные графы — тебе не принадлежит. Она намертво привязана к проприетарной экосистеме конкретной корпорации. Как только ты перестанешь платить за подписку или попытаешься сменить бренд, вся накопленная персонализация будет аннулирована. Современный цифровой крестьянин получает от ИТ-барина превосходные, высокотехнологичные инструменты, но они навсегда прикованы к серверам цифровой барщины.
Главный парадокс современности заключается в том, что эта тотальная сенсорика и мгновенная обратная связь технически представляют собой идеальный, полностью готовый аппаратный базис для бескризисной плановой экономики (коммунизма). Но до тех пор, пока эта петля искажена частной собственностью и мотивом бесконечного извлечения прибыли, она будет работать не на удовлетворение человеческих потребностей, а на их алгоритмическую эксплуатацию. Историческая задача старого субъекта состоит в том, чтобы осознать свое новое положение в этой архитектуре и поставить вопрос об экспроприации самого кибернетического контура.
Это порождает феномен цифрового крепостного права (ловушку персонализации). Улучшенная версия тебя — твоя цифровая модель здоровья, твои когнитивные паттерны и социальные графы — тебе не принадлежит. Она намертво привязана к проприетарной экосистеме конкретной корпорации. Как только ты перестанешь платить за подписку или попытаешься сменить бренд, вся накопленная персонализация будет аннулирована. Современный цифровой крестьянин получает от ИТ-барина превосходные, высокотехнологичные инструменты, но они навсегда прикованы к серверам цифровой барщины.
Главный парадокс современности заключается в том, что эта тотальная сенсорика и мгновенная обратная связь технически представляют собой идеальный, полностью готовый аппаратный базис для бескризисной плановой экономики (коммунизма). Но до тех пор, пока эта петля искажена частной собственностью и мотивом бесконечного извлечения прибыли, она будет работать не на удовлетворение человеческих потребностей, а на их алгоритмическую эксплуатацию. Историческая задача старого субъекта состоит в том, чтобы осознать свое новое положение в этой архитектуре и поставить вопрос об экспроприации самого кибернетического контура.
❤3❤🔥2👍2🔥2💯1
Forwarded from Data Secrets
AlphaEvolve от Google DeepMind открыла новые нижние оценки для чисел Рамсея, улучшив результаты, которые не обновлялись десятилетиями
Числа Рамсея – это фундаментальные объекты в комбинаторной математике. Формально, число Рамсея R(s,t) – это минимальное число вершин в полном графе, при котором любое окрашивание ребер в два цвета (скажем, красный и синий) создает либо полносвязный подграф на s вершинах, где все ребра красные, либо полносвязный подграф на t вершинах, где все ребра синие.
Эта задача крайне вычислительно сложна. Даже для небольших значений типа R(5,5) точное значение неизвестно спустя почти век исследований, потому что для вычисления требуется перебор экспоненциального числа раскрасок графов. Это делает задачу неразрешимой даже на современных суперкомпьютерах.
Эрдеш, тот самый легендарный комбинаторщик, говорил, что R(5,5) посчитают только инопланетяне или следующая цивилизация.
Короче, числа Рамсея действительно очень сложны. А вчера DeepMind вдруг объявили, что AlphaEvolve самостоятельно воспроизвела все известные точные границы и улучшила значения для пяти классических случаев.
Особенно поражает, что исторически для приближения чисел Рамсея использовались только хитрые ручные алгоритмы, а тут пробить SOTA смогла +-универсальная система на основе LLM.
Статья
Числа Рамсея – это фундаментальные объекты в комбинаторной математике. Формально, число Рамсея R(s,t) – это минимальное число вершин в полном графе, при котором любое окрашивание ребер в два цвета (скажем, красный и синий) создает либо полносвязный подграф на s вершинах, где все ребра красные, либо полносвязный подграф на t вершинах, где все ребра синие.
Эта задача крайне вычислительно сложна. Даже для небольших значений типа R(5,5) точное значение неизвестно спустя почти век исследований, потому что для вычисления требуется перебор экспоненциального числа раскрасок графов. Это делает задачу неразрешимой даже на современных суперкомпьютерах.
Эрдеш, тот самый легендарный комбинаторщик, говорил, что R(5,5) посчитают только инопланетяне или следующая цивилизация.
Короче, числа Рамсея действительно очень сложны. А вчера DeepMind вдруг объявили, что AlphaEvolve самостоятельно воспроизвела все известные точные границы и улучшила значения для пяти классических случаев.
Особенно поражает, что исторически для приближения чисел Рамсея использовались только хитрые ручные алгоритмы, а тут пробить SOTA смогла +-универсальная система на основе LLM.
Статья
⚡2
Мнение миллениала pinned «ДВЕ ЛИНИИ, ОДНА ТОЧКА: ЭВОЛЮЦИЯ ПРОЛЕТАРИАТА И КИБЕРНЕТИКА ЭКСПЛУАТАЦИИ Вся история развития капиталистической формации может быть прочитана как одновременное, диалектическое развертывание двух параллельных процессов. Первая сюжетная линия — это историческая…»
Forwarded from Раньше всех. Ну почти.
Трамп больше не хочет говорить о получении Нобелевской премии мира:
"Я не знаю. Я не заинтересован в этом <...> Нет. Я не говорю о Нобелевской премии".
😁1
Раньше всех. Ну почти.
Трамп больше не хочет говорить о получении Нобелевской премии мира: "Я не знаю. Я не заинтересован в этом <...> Нет. Я не говорю о Нобелевской премии".
Теперь только премия войны от министерства войны)))
💯1
Forwarded from Наука и Техника: Промпт
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Вот почему оперативная память стоит 900 долларов
😁6
Forwarded from Позже всех. Ну прости
⚡️Медведева признали воплощением богини «беспредельного сострадания»
Во время визита в Бурятию президент посетил столицу российского буддизма — монастырь Иволгинский дацан.
Монахи признали Медведева воплощением Белой Тары («Спасительницы») — покровительницы человечества, которая испытывает «космическое сострадание» ко всем живым существам.
🕰 Позже всех. Ну прости
Во время визита в Бурятию президент посетил столицу российского буддизма — монастырь Иволгинский дацан.
Монахи признали Медведева воплощением Белой Тары («Спасительницы») — покровительницы человечества, которая испытывает «космическое сострадание» ко всем живым существам.
🕰 Позже всех. Ну прости
😁5🤡4
Forwarded from XOR
США использовали ИИ от Anthropic в операции в Иране — сообщает WSJ 🫨
Самая ирония в том, что это произошло всего через несколько часов после того, как Трамп объявил о запрете на применение ИИ от Anthropic и вообще назвал их «левацкой воукнутой компанией», которая «не будет диктовать как Америке правильно побеждать».
Если вы пропустили этот исторический конфликт, вот кратко:
Безумный таймлайн💀
@xor_journal
Самая ирония в том, что это произошло всего через несколько часов после того, как Трамп объявил о запрете на применение ИИ от Anthropic и вообще назвал их «левацкой воукнутой компанией», которая «не будет диктовать как Америке правильно побеждать».
Если вы пропустили этот исторический конфликт, вот кратко:
🟢 Пентагон потребовал от Anthropic разрешить военным использовать Claude «в любых законных целях» без ограничений от компании.🟢 Дарио Амодэй, CEO Anthropic, заявил, что не поддерживает использование ИИ для массовой слежки за гражданами и автономного оружия, способного открывать огонь без участия человека.🟢 В ответ представитель Пентагона назвал Дарио «лжецом с комплексом бога», который «хочет лично контролировать вооруженные силы США» и «готов поставить под угрозу безопасность страны», а Трамп заявил, что нужно НЕМЕДЛЕННО разорвать связи с компанией.🟢 Позиция Anthropic вызвала волну солидарности в ИИ-отрасли: 700.000 сотрудников Google, OpenAI и других техно-компаний Кремниевой долины подписали петицию с призывом к собственным компаниям занять такую же позицию и отказаться от сотрудничества, в случае чего.🟢 Сэм Альтман, который заявил, что компания сохранит те же «красные линии», вдруг сообщил, что OpenAI подписала соглашение с Пентагоном. А значит их модели будут развернуты в секретных сетях.🟢 Люди уже начали отменять OpenAI за такой мув — Claude вырвался в топ скачиваемых приложений, перед офисом Anthropic мелком написали слова поддержки, а в топ Hacker News вошла страничка OpenAI – How to delete your account.
Безумный таймлайн
@xor_journal
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍2🎉1
XOR
США использовали ИИ от Anthropic в операции в Иране — сообщает WSJ 🫨 Самая ирония в том, что это произошло всего через несколько часов после того, как Трамп объявил о запрете на применение ИИ от Anthropic и вообще назвал их «левацкой воукнутой компанией»…
А я вот не вижу противоречий. Эта "левацкая, воукнутая" компания сама виновата что у нее лучший ИИ для симуляции военных операций! Тем же им хуже! 😂
🎉1
Forwarded from Наука и Техника: Промпт
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Оказывается, американцы ведут боевые действия через аналог Jira с канбаном. Военные создают таски в системе Maven от Palantir — там можно выбрать зону поражения, а затем компьютер подскажет, какие удары лучше нанести.
После этого таска перекидывается в общий канбан, где можно следить за происходящим. Там же, как я понимаю, показывают видео с ударом.
После этого таска перекидывается в общий канбан, где можно следить за происходящим. Там же, как я понимаю, показывают видео с ударом.
👍2
Forwarded from Politeconomics
Ормузский пролив открыт, просто иранцы стреляют по кораблям.
Министр войны Пит Хегсет
🤣9😁1
Forwarded from XOR
Аналитик с помощью ИИ разработал вакцину от рака для собаки — и это не выдумка, история произошла в Австралии.
Пол Конингхэм пытался спасти свою собаку Рози, болевшей раком. Врачи не помогли, и он решил действовать сам. Гений использовал ChatGPT для мозгового штурма, отдал деньги за секвенирование ДНК, а потом использовал AlphaFold для анализа мутаций и разработки вакцины.
В конце концов он вместе с учёными создал первую персональную вакцину для собаки и получил разрешение от регуляторов на ее использование. На всякий случай — у парня нет опыта в биологии!😱
И да — после лечения опухоль уменьшилась на 50% за несколько недель. Сейчас парень уже собирается работать над созданием аналогичных вакцин с помощью ИИ для людей.
Будущее прекрасно🤩
@xor_journal
Пол Конингхэм пытался спасти свою собаку Рози, болевшей раком. Врачи не помогли, и он решил действовать сам. Гений использовал ChatGPT для мозгового штурма, отдал деньги за секвенирование ДНК, а потом использовал AlphaFold для анализа мутаций и разработки вакцины.
В конце концов он вместе с учёными создал первую персональную вакцину для собаки и получил разрешение от регуляторов на ее использование. На всякий случай — у парня нет опыта в биологии!
И да — после лечения опухоль уменьшилась на 50% за несколько недель. Сейчас парень уже собирается работать над созданием аналогичных вакцин с помощью ИИ для людей.
Будущее прекрасно
@xor_journal
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤4❤🔥1🤔1
Forwarded from Рабкор
⬛️ Смерть Разума
🚩 Автор: Arsenio Krasni
14 марта в возрасте 96 лет скончался Юрген Хабермас – философ, в разные периоды жизни то порывавший с Марксом, то, напротив, с гордостью принимавший титул “марксиста”, один из последних представителей Франкфуртской школы.
Хабермаса очень сложно охарактеризовать одним словом, одним предложением, одним абзацем, одной статьёй и даже одной книгой. Он сам во многом стал зеркалом современности, пережив Третий Рейх и Холодную Войну, развал Советского Союза и “конец истории”, реванш популистов и установление нового “многополярного” порядка. Его политическое влияние колоссально – Хабермас стал одним из вдохновителей проекта Европейского Союза — а интеллектуальное настолько велико, что заинтересованный исследователь может положить полжизни на одно только толкование его теорий.
Полжизни можно положить и на критику Хабермаса. Когда современные пламенные революционеры пеняют Хабермасу за недостаточный радикализм, стоит вспомнить, что сооснователь Франкфуртской школы Макс Хоркхаймер в своем письме Теодору Адорно от 1958 года называл тогда 29-летнего философа “опасным марксистским радикалом” и требовал фактически “изгнать” Хабермаса из университета. Участие в студенческих протестах против ядерного перевооружения Германии и отсылки к "анахронической концепции революции" в трудах Хабермаса показались титану критической теории угрожающими репутации университета, а также способными “раззадорить” коммунистов ГДР.
После этого случая Хабермас, несмотря на защиту со стороны Адорно, принял решение покинуть Франкфуртский Институт и закончил свою монументальную диссертацию “Структурная трансформация публичной сферы” в университете Марбурга. Конфликт не продлился долго, и уже в 1964 году Хабермас выступал на конференции, организованной Хоркхаймером, назвавшим Юргена “многообещающим интеллектуалом Западной Германии”.
Многие авторы ставили под вопрос идею институционализации коммуникативного разума всех без исключения людей в проекте “делиберативной демократии” как идеалистическую, затушёвывающую объективные классовые антагонизмы. Справедливой критике подвергались и более чем спорные политические позиции Хабермаса: “критическая поддержка” бомбардировок НАТО в Косово и кандидатуры Макрона на выборах 2017 года, а также заявление в стиле “все не так однозначно”, сделанное им в октябре 2023 года по поводу палестино-израильского конфликта.
И все же, на день смерти хочется написать этому мощному старику небольшую апологию. Когда я впервые открыл его труды, они поразили меня уникальным для критической теории явлением – несколько наивным, но в то же время ясным и подробным проектом практических изменений политической системы. В трудах Хабермаса можно найти вечно недостающий левым теоретикам утопический и одновременно реалистичный образ будущего, подкрепленный потрясающей силы верой в человека и человечество.
Хабермас не был идеалистом, витающим в облаках, он не меньше Маркузе ненавидел стандартизацию и конформизм массового общества. Он прекрасно понимал, что идеальная ситуация разговора, в рамках которой люди могут прийти к рациональному консенсусу, невозможна в условиях сохраняющегося отчуждения. Юрген Хабермас до конца своих дней оставался критиком капитализма.
С Маркузе у них вообще много общего — пессимистически оценивая влияние технологий на общество, они всё же видели в них потенциальный инструмент эмансипации. В своей последней книге про очередную трансформацию публичной сферы Хабермас пишет, что ИИ, свободный от корпоративного влияния, даёт огромный арсенал для творчества наиболее отчуждённым от этого процесса группам.
Самый базовый Хабермасовский тезис – свободные и равные граждане способны договориться друг с другом о самоуправлении – не может не импонировать социалисту.
Другой вопрос, что Хабермас, возможно, не был достаточно радикален и последователен в том, как достичь реализации этого тезиса на практике – отвечать на это посреди инферно постмодернистских монстров предстоит уже новому поколению политических философов и философских политиков.
14 марта в возрасте 96 лет скончался Юрген Хабермас – философ, в разные периоды жизни то порывавший с Марксом, то, напротив, с гордостью принимавший титул “марксиста”, один из последних представителей Франкфуртской школы.
Хабермаса очень сложно охарактеризовать одним словом, одним предложением, одним абзацем, одной статьёй и даже одной книгой. Он сам во многом стал зеркалом современности, пережив Третий Рейх и Холодную Войну, развал Советского Союза и “конец истории”, реванш популистов и установление нового “многополярного” порядка. Его политическое влияние колоссально – Хабермас стал одним из вдохновителей проекта Европейского Союза — а интеллектуальное настолько велико, что заинтересованный исследователь может положить полжизни на одно только толкование его теорий.
Полжизни можно положить и на критику Хабермаса. Когда современные пламенные революционеры пеняют Хабермасу за недостаточный радикализм, стоит вспомнить, что сооснователь Франкфуртской школы Макс Хоркхаймер в своем письме Теодору Адорно от 1958 года называл тогда 29-летнего философа “опасным марксистским радикалом” и требовал фактически “изгнать” Хабермаса из университета. Участие в студенческих протестах против ядерного перевооружения Германии и отсылки к "анахронической концепции революции" в трудах Хабермаса показались титану критической теории угрожающими репутации университета, а также способными “раззадорить” коммунистов ГДР.
После этого случая Хабермас, несмотря на защиту со стороны Адорно, принял решение покинуть Франкфуртский Институт и закончил свою монументальную диссертацию “Структурная трансформация публичной сферы” в университете Марбурга. Конфликт не продлился долго, и уже в 1964 году Хабермас выступал на конференции, организованной Хоркхаймером, назвавшим Юргена “многообещающим интеллектуалом Западной Германии”.
Многие авторы ставили под вопрос идею институционализации коммуникативного разума всех без исключения людей в проекте “делиберативной демократии” как идеалистическую, затушёвывающую объективные классовые антагонизмы. Справедливой критике подвергались и более чем спорные политические позиции Хабермаса: “критическая поддержка” бомбардировок НАТО в Косово и кандидатуры Макрона на выборах 2017 года, а также заявление в стиле “все не так однозначно”, сделанное им в октябре 2023 года по поводу палестино-израильского конфликта.
И все же, на день смерти хочется написать этому мощному старику небольшую апологию. Когда я впервые открыл его труды, они поразили меня уникальным для критической теории явлением – несколько наивным, но в то же время ясным и подробным проектом практических изменений политической системы. В трудах Хабермаса можно найти вечно недостающий левым теоретикам утопический и одновременно реалистичный образ будущего, подкрепленный потрясающей силы верой в человека и человечество.
Хабермас не был идеалистом, витающим в облаках, он не меньше Маркузе ненавидел стандартизацию и конформизм массового общества. Он прекрасно понимал, что идеальная ситуация разговора, в рамках которой люди могут прийти к рациональному консенсусу, невозможна в условиях сохраняющегося отчуждения. Юрген Хабермас до конца своих дней оставался критиком капитализма.
С Маркузе у них вообще много общего — пессимистически оценивая влияние технологий на общество, они всё же видели в них потенциальный инструмент эмансипации. В своей последней книге про очередную трансформацию публичной сферы Хабермас пишет, что ИИ, свободный от корпоративного влияния, даёт огромный арсенал для творчества наиболее отчуждённым от этого процесса группам.
Самый базовый Хабермасовский тезис – свободные и равные граждане способны договориться друг с другом о самоуправлении – не может не импонировать социалисту.
Другой вопрос, что Хабермас, возможно, не был достаточно радикален и последователен в том, как достичь реализации этого тезиса на практике – отвечать на это посреди инферно постмодернистских монстров предстоит уже новому поколению политических философов и философских политиков.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤5🤬1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
КАК ЭЛИТЫ ГОТОВЯТ КРОВАВУЮ РЕВОЛЮЦИЮ
Некоторое время назад мы подробно разбирали макросоциологическую механику революционного насилия. Был сформулирован жесткий, эмпирически подтвержденный тезис: насилие не является имманентным свойством революционных парадигм или идеологических догматов. Кровавость любой политической трансформации в значительно большей степени определяется возможностями и экономическими интересами свергаемого правящего класса к оказанию вооруженного сопротивления. Сегодня сама объективная реальность преподнесла нам идеальную, кристально чистую иллюстрацию этого политэкономического тезиса в прямом эфире.
Публикация иранскими государственными медиа видеокадров, на которых запечатлена массовая раздача боевого автоматического оружия сторонникам режима аятолл, представляет собой пример подготовки элиты к защите своего социально-экономического статуса.
Исторические прецеденты показывают прямую корреляцию: максимальное насилие возникает именно там, где правящая элита сталкивается с угрозой полного уничтожения своего статуса и при этом сохраняет военный ресурс для масштабного вооруженного сопротивления.
В отличие от восточноевропейской партийной номенклатуры 1989 года, которая имела институциональные пути для комфортной конверсии своего политического капитала в реальную частную собственность при переходе к рынку, теократическая и военная элита Ирана (включая связанные с КСИР экономические конгломераты) находится в принципиально иной структурной ловушке. У них нет легитимных «золотых парашютов» для плавной интеграции в гипотетическую светскую или либерально-демократическую систему. Падение режима для них означает абсолютное обнуление власти, активов и физическую угрозу.
Следовательно, осознавая неизбежность обострения структурных противоречий и нарастания массового недовольства, иранский правящий класс делает единственно возможный для себя ход. Он заблаговременно вооружает свою лояльную социальную базу, искусственно раскалывая общество и готовя физическую инфраструктуру для гражданской войны. Вооружение гражданских сторонников режима — это отказ от базовой монополии государства на насилие в пользу создания военизированных структур для защиты статус-кво любой ценой.
Кровь будущих потрясений, как и в других исторических прецедентах, — это в первую очередь кровь ожесточенного сопротивления тех, кто теряет богатство и власть. Мы в реальном времени наблюдаем, как правящий класс, лишенный пространства для исторического компромисса, собственноручно конструирует кровавую контрреволюцию еще до того, как сама революция успела окончательно оформиться.
Некоторое время назад мы подробно разбирали макросоциологическую механику революционного насилия. Был сформулирован жесткий, эмпирически подтвержденный тезис: насилие не является имманентным свойством революционных парадигм или идеологических догматов. Кровавость любой политической трансформации в значительно большей степени определяется возможностями и экономическими интересами свергаемого правящего класса к оказанию вооруженного сопротивления. Сегодня сама объективная реальность преподнесла нам идеальную, кристально чистую иллюстрацию этого политэкономического тезиса в прямом эфире.
Публикация иранскими государственными медиа видеокадров, на которых запечатлена массовая раздача боевого автоматического оружия сторонникам режима аятолл, представляет собой пример подготовки элиты к защите своего социально-экономического статуса.
Исторические прецеденты показывают прямую корреляцию: максимальное насилие возникает именно там, где правящая элита сталкивается с угрозой полного уничтожения своего статуса и при этом сохраняет военный ресурс для масштабного вооруженного сопротивления.
В отличие от восточноевропейской партийной номенклатуры 1989 года, которая имела институциональные пути для комфортной конверсии своего политического капитала в реальную частную собственность при переходе к рынку, теократическая и военная элита Ирана (включая связанные с КСИР экономические конгломераты) находится в принципиально иной структурной ловушке. У них нет легитимных «золотых парашютов» для плавной интеграции в гипотетическую светскую или либерально-демократическую систему. Падение режима для них означает абсолютное обнуление власти, активов и физическую угрозу.
Следовательно, осознавая неизбежность обострения структурных противоречий и нарастания массового недовольства, иранский правящий класс делает единственно возможный для себя ход. Он заблаговременно вооружает свою лояльную социальную базу, искусственно раскалывая общество и готовя физическую инфраструктуру для гражданской войны. Вооружение гражданских сторонников режима — это отказ от базовой монополии государства на насилие в пользу создания военизированных структур для защиты статус-кво любой ценой.
Кровь будущих потрясений, как и в других исторических прецедентах, — это в первую очередь кровь ожесточенного сопротивления тех, кто теряет богатство и власть. Мы в реальном времени наблюдаем, как правящий класс, лишенный пространства для исторического компромисса, собственноручно конструирует кровавую контрреволюцию еще до того, как сама революция успела окончательно оформиться.
👍7❤🔥2❤1