Решил поделится

«Свобода» капка.

Думай сам/Думай сейчас

Премьера мультфильма "Курьер. Доставить любой ценой"

Восхождение ChatGPT

Рост трафика ChatGPT по сравнению с другими популярными сайтами в апреле 2025 года.

Существенное падение Wikipedia может говорить о том, что пользователи теперь обращаются к ChatGPT за ответами вместо традиционного поиска. Также пользователи стали проводить меньше времени в социальных сетях, отдавая предпочтение общению с ИИ.

Что же, встреча в Стамбуле прошла лучше, чем могли ожидать, и хуже, чем могла бы быть. Тем не менее факт того, что повестка с реальными действиями расширилась, и стороны, судя по всему, не препятствовали этому расширению, говорит о том, что в целом стороны заинтересованы договориться. Если такой тренд сохранится, то со временем позиции будут сближаться.

Друзья, хочу поделиться находкой, которую использую уже неделю.

https://www.promptjesus.com/

Это сервис, который из вашего входящего запроса сгенерирует качественную подсказку (пропт) для моделей ИИ. Под капотом пусть и не лучшая модель Лама, но натренированная на методичках от корпораций по использованию моделей, результаты получаются отличными, особенно если кастомизировать получившийся результат: уточнить какие-то моменты или же дополнить.

В общем, если у вас есть типичная задача для ИИ и вы хотите повысить точность исполнения, то этот сервис очень помогает.

В Сирии закрыты две американских военных базы, ещё одна передана под контроль курдского альянса «Сирийские демократические силы». Это сделано в рамках сокращения своего военного присутствия в республике, сообщает журналистка Fox News Дженнифер Гриффин.

В дальнейшем США планируют оставить на сирийской территории только одну военную базу, сообщил NTV спецпредставитель американского президента Томас Барак: «Я не говорю, что это правильно или неправильно, но политика последних 100 лет не сработала».

В Китае хайпит музыкальная группа из роботов. В отличии от живых исполнителей, у андроидов по 7 пальцев — так играть удобнее.

Теперь это настоящая Металлика

Насчет вчерашней ситуации с очередным похищением человека средь бела дня в Москве представителями одной известной республики.

Судя по опубликованным записям на его канале, пусть они и содержат действительные оскорбления, что осуждаю, все равно, судя по ним, единственное место, куда его надо было доставить, — это больница, по ним очевидно, что у человека обострение. Ну либо он был под веществами, в любом случае это путь в больницу.

Это должно стать очередным уроком для нас, мы не должны будем позволить в случае прихода к власти попрания свободы слова ни в каком виде. Слово не может никого оскорбить! Если вам не нравятся чьи-то слова, это ваши проблемы, а не произносящего, свобода слова должна стать тем незыблемым правом и глыбой, на которую государство даже взглянуть в будущем не сможет. Ну и конечно, любого, кто творит беспредел и пытается сегодня карать за слова, необходимо будем максимально жёстко осуждать, когда наступит эпоха правды и справедливости. Никакой свободы врагам свободы!

P.S. Завершу всё шуткой о том, что нонче в Москве стоит лишь произнести слова о русском нацизме и национализме, как тебя тут же упакуют чеченцы-антифашисты😁

VK просто решил клонировать телегу😁 Хотя с учетом государственного интереса для национального мессенджера с миллиардными вливаниями можно и через ИИ клонировать, ведь усилия уважаемых людей стоят очень много😁

Последнее время всё чаще ощущаю себя тем мальчиком из сказки, который кричит, показывает пальцем, пытается достучаться и показать, что король-то голый, а все вокруг интенсивно, невзирая ни на что, упираются и говорят о красоте его платья, которого нет, силе ума, духовности, в общем, всего того, чего в действительности нет, но что король и королевская рать упорно пытаются демонстрировать и запугиваниями заставить дивиться новому изящному платью короля.

Всё чаще вспоминаю горе от ума, уж лучше бы так же ни хрена бы не понимал, что происходит, и с той же наивностью дивился бы платью, которого нет.

Я абсолютно уверен в том, что такого понятия, как свобода воли, не существует. Но я также немного запутался, как все-таки должен функционировать мир. Однако я не думаю, что все безнадежно, ведь отсутствие свободы воли не означает, что ничего не может измениться. Просто нужно понять тот факт, что мы не выбираем путь менять себя — нас изменяют обстоятельства, и в этом прямое влияние биологии. Я думаю, что самый важный вывод, который приходит на ум, заключается в следующем. Если вы действительно верите, что свободной воли нет, что обвинение и наказание, похвала и награда — все это неоправданно, что мы представляем собой не более чем результат нашей биологической удачи (включая биологию того, как мы реагируем на окружающую среду), повторяю, если вы действительно в это верите — никогда не будет оправдания тому, что вы имеете право на большее, чем другой, и никогда не будет оснований кого-то ненавидеть. Но об этом гораздо легче говорить на лекции, чем жить подобным образом.

Профессор Роберт Сапольски

Люблю Сапольски за интересный взгляд на проблему свободы воли и биологической детерминированности нашего поведения. С его выводами о том, что осознание биологической обусловленности должно вести к снижению взаимных претензий и чувства превосходства, трудно не согласиться – это действительно конструктивная перспектива.

Тем не менее, тезис о полной элиминации концепта "свободы воли" или, возможно, точнее, "свободы выбора" заслуживает более детального рассмотрения. Признавая фундаментальную роль биологического детерминизма, я бы предложил рассмотреть "свободу выбора" не как абсолютную независимость от причинно-следственных связей, а как специфическое свойство сложной системы, каковой является человек. Эту специфику можно описать через понятие инвариантности событий, разворачивающихся в комплексной агентской среде нашего существования. В этой среде агенты (люди) реагируют не только на действия друг друга, но и на общие, зачастую фундаментальные, показатели среды – от метеорологических условий до, возможно, более глобальных космических факторов. Уникальная биологическая конституция каждого индивида приводит к уникальному, инвариантному паттерну его взаимодействий в этой многофакторной системе.

Более того, представляется, что человек, используя сознание как своего рода прикладной инструмент, обретает способность к определенному управлению собственными биологическими реакциями. Это не означает отмену общей детерминированности, но позволяет за счет сознательной рефлексии усиливать одни реакции и ослаблять другие. Такое модулирующее вмешательство создает ту самую инвариантность поведения конкретного агента, особенно если учесть коммуникационную составляющую и порождаемое ею формальное сознание – нашу систему знаний об окружающем мире, структурированную языком. Именно эта способность к сознательной модуляции в ответ на сложнейшие внутренние и внешние стимулы и формирует уникальный отклик.

В этом контексте сохраняется ключевое различие между биологическим и искусственным интеллектом. Дело не столько в способности решать узкоспециализированные когнитивные задачи – здесь прогресс ИИ очевиден, – сколько в непревзойденной пока мультимодальности человеческого восприятия и обработки информации. Биологическая система интегрирует колоссальный объем данных – от внешних сенсорных потоков до внутренних гомеостатических сигналов и, как упомянуто, реакций на широкомасштабные средовые изменения. Эта глубина и широта взаимодействия с миром, включая сознательную саморегуляцию, и порождает ту сложность и инвариантную уникальность поведения, которую существующие ИИ-архитектуры пока не в состоянии эмулировать.

Таким образом, этические импликации, на которые указывает Сапольски – снижение оснований для чрезмерной гордости или необоснованной ненависти, – находят свою поддержку. Однако они проистекают не столько из полного отсутствия свободы воли, сколько из признания каждого индивида чрезвычайно сложной, уникально детерминированной системой, чье поведение является инвариантным продуктом его биологии, среды и сознательной саморегуляции.

Пожалуй, ирония в том, что чем глубже мы погружаемся в понимание нашей детерминированности, тем сложнее и уникальнее представляется механизм этой самой детерминированности, особенно когда речь заходит о сознании, которое упорно не желает быть лишь пассивным эпифеноменом.

Отличный вопрос, который действительно заслуживает развернутого ответа в русле наших предыдущих рассуждений. Постараюсь прояснить свою позицию относительно этого хитросплетения детерминизма, сложности и субъективного опыта выбора.

Вы спрашиваете: "Типо всё детерминировано, но очень сложно? Типо выбора нет и всё катится своим чередом от начала времен, одно предопределяя другое? Или всё же есть какой-то "субъект" в голове, который может сделать непредсказуемый выбор?"

Начну с того, что детерминированность, как я ее понимаю, не следует отождествлять с неким всеобъемлющим фатумом или, если угодно, "религиозной детерминированностью", где каждый шаг расписан трансцендентной силой от начала времен. Речь идет скорее о том, что множество явлений, включая человека как биологическую систему, детерминированы правилами и логикой, имманентно присущими этим системам. Подобно тому, как физические системы подчиняются законам физики и их "поведение" детерминировано этими законами и начальными условиями, так и биологические, и когнитивные процессы в человеке подчиняются своей, пусть и неизмеримо более сложной, внутренней логике развития и функционирования.

Значит ли это, что "выбора нет и всё катится своим чередом"? Если под "выбором" понимать некую абсолютно свободную, ничем не обусловленную волю, способную действовать вопреки всей предшествующей цепочке причин и следствий, то да, в такой трактовке места для "выбора" в строго детерминированной картине мира не остается. Однако это не означает, что всё "катится" по примитивной, легко предсказуемой траектории. Сложность системы такова, что ее поведение, будучи детерминированным, может казаться (и для внешнего наблюдателя с ограниченной информацией фактически является) непредсказуемым в деталях. Та самая инвариантность поведения, о которой мы говорили, – это не отсутствие "выбора", а уникальный, характерный для данного индивида способ реагирования и действия, сформированный всей его биологией, опытом, средой и, что важно, его сознательной деятельностью.

Теперь о "субъекте в голове, который может сделать непредсказуемый выбор". Вместо поиска некоего гомункулуса, действующего вне причинно-следственных связей, я бы говорил о сознании как о высшем уровне организации и регуляции поведения в рамках этой сложной детерминированной системы. Сознание позволяет человеку не просто реактивно отвечать на стимулы, но и моделировать будущее, оценивать альтернативы (пусть даже эти альтернативы и процесс их оценки сами по себе являются продуктом детерминированных нейронных процессов), рефлексировать над собственными состояниями и целями, и, как мы обсуждали, модулировать свои биологические реакции.

Этот "субъект" – это не источник акаузальной свободы, а скорее фокус интеграции информации и саморегуляции. "Непредсказуемость" его выбора для внешнего наблюдателя проистекает из колоссальной сложности внутренних процессов и уникальности личного опыта, а не из нарушения фундаментальной детерминированности. Выбор, совершаемый этим "субъектом", является детерминированным продуктом его уникальной истории и текущего состояния, но он же является и выражением его индивидуальности и агентности в том смысле, что он активно участвует в формировании своего пути через сознательное усилие и рефлексию.

Так что да, система детерминирована, но ее сложность, особенно на уровне человеческого сознания, порождает феномен, который мы переживаем как осмысленный выбор и целенаправленное действие. Это не столько опровержение детерминизма, сколько указание на его чрезвычайно сложный и многоуровневый характер, где сознание играет активную, хотя и не абсолютно "свободную" в метафизическом смысле, роль. И в этом человек не одинок – любая достаточно сложная система детерминирована логикой своего собственного "движения" и взаимодействия ее компонентов. Просто наша "внутренняя логика" включает в себя и такой поразительный инструмент, как самосознание.

Итак, в предыдущем обсуждении мы коснулись того, что человеческое поведение регулируется чрезвычайно сложной "внутренней логикой", где сознание выступает поразительным инструментом. Но что же представляет собой это самое сознание, и как оно соотносится с нашим ощущением выбора, если мы принимаем идею глубинной обусловленности наших действий? Давайте попробуем заглянуть глубже в эту удивительную машину.

Представьте, что каждое наше решение, каждый импульс, который мы воспринимаем как "свой выбор", на самом деле является кульминацией невидимой глазу внутренней борьбы множества биологических процессов. Это непрерывное поле взаимодействия, где генетические предрасположенности, гормональные волны, активность нейромедиаторов, текущее метаболическое состояние и даже активность нашего микробиома с переменным успехом "обыгрывают" друг друга, подталкивая нас к тем или иным реакциям и действиям. Это не хаос, а сложный, динамический танец детерминированных сил внутри нас.

Эта внутренняя арена, однако, не изолирована. Ее динамика постоянно модулируется и направляется тем, что можно назвать инвариантностью средовых факторов. Под этим я понимаю относительно стабильные или закономерно изменяющиеся характеристики нашего окружения – от климатических и геофизических условий до устоявшихся социальных норм, культурных кодов, экономических реалий и долгосрочных межличностных взаимодействий, а так же случайность что присуща в некоторой мере любой системе. Эти внешние "инварианты" создают тот контекст, те рамки и те стимулы, которые активируют, подавляют или направляют внутреннюю игру биологических сил. Зимний холод или летний зной, изобилие или недостаток ресурсов, общественное одобрение или порицание – все это не просто фон, а активные участники, формирующие вектор нашего поведения.

Где же в этой картине место сознанию? Оно не является неким независимым арбитром, стоящим над этой биологической и средовой обусловленностью. Скорее, сознание, включая нашу способность к саморефлексии, эмерджентно возникает из этой невероятной сложности как высший уровень обработки информации и саморегуляции.

Сознание, таким образом, позволяет нам:

1⃣ Интерпретировать этот внутренний калейдоскоп и наше взаимодействие со средой. Оно строит повествование, нарратив нашего "Я" и наших "выборов", зачастую оформляя эту интерпретацию через язык – мощнейший общественно выработанный инструмент мышления. Мы осознаем не сами биохимические реакции, а их интегрированный, высокоуровневый результат, представленный нам в виде мыслей, эмоций и ощущений.

2⃣ Модулировать протекание этих внутренних процессов. Будучи само продуктом этой системы, сознание, тем не менее, способно оказывать на нее обратное влияние. Через обучение, формирование привычек, практики концентрации или эмоциональной регуляции (которые, в свою очередь, также имеют нейробиологическую основу и часто социально опосредованы), мы можем в определенных пределах усиливать одни внутренние тенденции и ослаблять другие. Это не "свобода воли" в метафизическом смысле, а скорее отточенная способность к самонастройке сложной детерминированной системы.

Следовательно, наше субъективное переживание "выбора" – это осознание результата этой многофакторной внутренней "борьбы", проинтерпретированное нашим сознанием и сопровождаемое (весьма полезным с точки зрения эволюции) чувством авторства. Эта борьба потому и ощущается как нечто глубоко личное, что она и есть динамика нашей уникальной биологической и биографической индивидуальности, разворачивающейся во взаимодействии с миром.

Возможно, именно в этом непрерывном взаимодействии внутренних биологических "позывов" и внешних средовых "требований", в том, как они взаимно формируют друг друга, и в том, как сознание возникает из этого взаимодействия и само становится активным фактором в нем, и кроется глубокая диалектика. Продукт становится производителем, отражение – инструментом действия.
Понимание такой обусловленности не обедняет наш внутренний мир, а, напротив, открывает его поразительную глубину и сложность.

Загадка не в том, как некий беспричинный "дух" делает выбор, а в том, как материальная природа смогла породить столь замысловатую систему, способную к самовосприятию и такой изощренной адаптации. И это, право, куда более интригующая история.