У меня один в связи с этим вопрос: зачем звиздеть?

Каждый раз, когда на него накатывают обнову, он ложится, сегодня обещали для подписчиков за 200 баксов накатить ИИ-агента для управления компом, соответственно, скорее всего, отключение было связано именно с этим событием.

Для интересующихся: китайская компания выпустила своего ИИ-агента в open source, планирую вечерком попробовать накатить и погонять, если получится, то поделюсь впечатлениями.

На фоне гробового молчания последних дней и в связи с заявлениями Трампа все это выглядит если не кринжово, то как минимум странно, даже Путин подключился к спектаклю и во время трансляции встречи с АСИ (Агентство стратегических инициатив), сохраняя флер таинственности, удалился поговорить по телефону с важным иностранным лидером, который оказался президентом Гвинеи-Бреслау, опять же, зачем все это транслировать в прямом эфире — непонятно. Воистину общество спектакля!

Антимиграционная политика России: экономический расчёт в эпоху строительного кризиса

Власти России всё чаще объясняют ужесточение миграционного контроля «борьбой с терроризмом» или «защитой культурного кода». Но за этими лозунгами скрывается куда более прагматичный мотив — структурный кризис в строительстве, где мигранты исторически занимали до 80% низкоквалифицированных позиций. Их вытеснение стало не идеологической прихотью, а экономической необходимостью, продиктованной глубинными изменениями в секторе.

Российский рынок недвижимости трещит по швам: ипотека под 28%, падение спроса на жильё и сокращение объёмов строительства на 15–20% в 2024 году превращают дешёвый труд мигрантов в обузу. Крупные компании, такие как «ПИК» или «Эталон», внедряют роботизированные технологии — от 3D-принтеров, печатающих стены, до дронов, контролирующих стройплощадки. Эти инновации не только сокращают издержки, но и делают ненужными тысячи рабочих рук. Ещё в 2010-х мигрантов называли «спасением» от демографической ямы, но теперь их увольняют, чтобы не платить за простой.

Рост доли индивидуального жилищного строительства (ИЖС) до 65% рынка меняет правила игры. В этом сегменте требуются не армии разнорабочих, а узкие специалисты — кровельщики, сантехники, электрики. Здесь мигранты проигрывают местным кадрам, готовым работать за умеренную плату, особенно на фоне ужесточения патентов и страховок. Государство, вводя эскроу-счета для ИЖС и повышая регуляторные барьеры, сознательно выдавливает мелких застройщиков, укрепляя позиции монополистов. Те, в свою очередь, инвестируют в технологии, а не в людей.

Антимиграционная риторика — это инструмент управления кризисом, а не защита «национальных интересов». Сокращая зависимость от мигрантов, власти убивают сразу нескольких зайцев: снижают социальную нагрузку (безработица среди приезжих чревата протестами), перенаправляют ресурсы в ВПК и укрепляют лояльность элит, чьи интересы срослись с госкомпаниями. Исторический прецедент уже есть: после кризиса 2008 года мигрантов массово вытесняли под предлогом «безопасности», а затем частично вернули, когда экономика потребовала дешёвой силы. Сейчас цикл повторяется — кризис → поиск козлов отпущения → временная стабилизация.

Последствия такого курса двойственны. Для Средней Азии, где Узбекистан и Таджикистан теряют до 60% денежных переводов, это означает рост безработицы и социальной напряжённости. Для России — риски коллапса рынка дешёвого жилья и безработицы среди низкоквалифицированных россиян, которые не смогут конкурировать ни с роботами, ни с переобученными мигрантами. Государство пытается балансировать, развивая программы переподготовки и увеличивая квоты для квалифицированных кадров из Азии, но эти меры пока тонут в бюрократии и нехватке финансирования.

Главный парадокс в том, что автоматизация необратима. Даже если война закончится, а ипотека подешевеет, массовый труд мигрантов в строительстве уже не вернётся. Власти используют их как амортизатор кризиса: сегодня вытесняют, чтобы завтра, когда стройка оживёт, вернуть на ещё более жёстких условиях. Но это не победа «национальных интересов», а симптом экономики, которая жертвует людьми ради выживания системы. Как говаривали в СССР: «Кадры решают всё» — вот только теперь «кадры» заменяют на алгоритмы, а мигранты становятся разменной монетой в игре под названием «структурный кризис» с одной стороной принося барыши лидерам «националистических движений», а с другой с помощью этих лидеров перенаправяля гнев россиян на убегающих из России приезжих, пока власть остается стабильной.

«Почему жизнь стоит, бл@ть, так дорого?»

Левые тг-каналы форсят видео с плачущей девушкой, размышляющей про дикий уровень инфляции в РФ и искренне не понимающей, как ей купить квартиру, если она даже не может позволить себе ипотеку.

«Почему государство не выдаёт квартиры? Базовые потребности должны быть удовлетворены!
На что прокормить ребёнка?», – и такое девушка говорит.

Мы бы могли только лишь в марксистском стиле написать про то, что виноват во всём олигархический капитализм, эксплуатация баринами честных пролетариев, приватизация 90х и вообще при СССР её бабушке и дедушке жилплощадь советская власть давала за каждодневный трудовой подвиг в интересах советского народа.

Вот были бы в её руках средства производства.....

Да, мы сопереживаем девушке. По всем бьёт экономический кризис. Мы, как и молодёжь в Европе и США, живём хуже, чем наши родители. Это общемировой  кризис капитализма.

Но закончить на этом было бы слишком просто.

Марксизм, как писал Энгельс, это не догма, а призыв к действию.

А с политическим действием у молодежи России (да и просто у граждан РФ), всё еще хуже, чем даже с интересом к политике. Об этом можно почитать здесь или здесь

«80% молодёжи политикой не интересуется, и всего 1% участвует» – это цифры 2020 года. Они вполне реалистичные. Сейчас, понятно, диктатура, и показатели ещё ниже. Но до 2020 года демократические возможности были. Верно? 

Вы часто слышали этот мещанский диалект? «Я политикой не интересуюсь!».

Мы слышали часто. Мы давно в теме, как политические активисты, и профсоюзной борьбой тоже успели позаниматься. Помним Болотную,  Антиплатон, протесты 2017 года, Пенсионную реформу, Московские протесты, и это не считая социальных и трудовых конфликтов, и очень, очень, оооочень много раз мы слышали:

«Мне политика неинтересна».

А кто-то даже отправлял нас на работу. Мол, тунеядцы что-то там бузят.

Дак вот, девушка хочет, чтобы кто-то пришёл и всё решил. Буржуазное государство дало квартиру или пониже ипотечный процент. В общем, классический патернализм.

Но наступил 2025 год, и политика сама заинтересовалась девушкой, и всеми остальными гражданами. Мы всегда говорили, что капитализм никого не оставит девственником.

Отчуждение от политики широких народных масс – вот главная причина наших бед.

Да, империалистическая заварушка обостряет классовые противоречия. Да, когда-то и мы, авторы этого канала, были аполитичны, но потом задались вопросом:

«Почему рыночная экономика обогащает только 1% процент богатых? Где справедливость?»

Именно с этих вопросов начинается путь к обретению классового осознания.

Мы уверены: дверь демократических возможностей скоро откроется.

И рабочий класс должен следом с двух ног влететь в политическую борьбу за социалистическую Россию.

И своими руками добиться демократии, социальной справедливости, равенства и достойной жизни для себя и своих детей.

Если у вас есть такие знакомые, как эта девочка, то знакомьте их с марксизмом. Показывайте наш канал, Вестник Бури, Простые Числа, Выход Есть – пусть начинают хотя бы интересоваться политикой вместе с нами, и вместе с нами коллективно в ней участвуют, когда появляется такая возможность.

Наше будущее – Социализм!

«Многополярный мир»: старый миф для новых манипуляций

Российская пропаганда с упорством, достойным лучшего применения, твердит о «многополярном мире», который якобы создаётся усилиями Кремля. Но за этим громким термином скрывается не геополитическое откровение, а хорошо знакомый приём — переупаковка реальности в удобную для власти ложь. Мир всегда был многополярным, а неравенство между странами и народами порождено не отсутствием «полюсов», но самой природой капитализма.

Ещё в эпоху холодной войны, когда мир делили на «социалистический» и «капиталистический», существовали десятки стран, не вписавшихся в биполярную схему. Индия, Египет, Югославия — их «неприсоединение» не мешало СССР и США бомбить Вьетнам или Анголу, защищая свои интересы. Сегодняшняя риторика Кремля — не прорыв, а ремейк старой игры: «Мы не агрессоры, мы — борцы за справедливость». Но справедливость здесь измеряется не правами народов, а аппетитами элит.

Капитализм, как система, по определению создаёт центры силы и периферию. Одни страны, благодаря колониальному грабежу и технологическому рывку, накопили капиталы и влияние (США, ЕС, Китай). Другие, лишённые доступа к ресурсам и рынкам, вынуждены играть по чужим правилам. Россия, с её экономикой размером с Италию и зависимостью от экспорта нефти, оказалась в роли периферии, мечтающей изобразить себя «альтернативным полюсом». Но её «многополярность» — это не баланс сил, а попытка элит сохранить власть, списав на «происки Запада» последствия собственной жадности и некомпетентности.

Когда Путин говорит о «суверенитете», он защищает не интересы граждан, а право своей клики бесконтрольно править. Олигархи хранят капиталы в швейцарских банках, дети чиновников учатся в Оксфорде, а яхты элит швартуются в Монако — всё это под чутким надзором «вражеского Запада». «Многополярность» для них — ширма, чтобы оправдать союз с диктаторами вроде Асада или Лукашенко, подавить инакомыслие дома и объяснить народу, что санкции и нищета — это «плата за независимость».

Но настоящая проблема даже не в лицемерии элит. Капитализм, как глобальная система, превращает неравенство в двигатель прогресса. Страны «третьего мира» выкачивают ресурсы для комфорта «золотого миллиарда», а мигранты из Африки и Азии становятся современными рабами на стройках и плантациях. Россия, крича о «многополярности», сама душит Среднюю Азию газовыми контрактами и зависимостью от денежных переводов. Мир не станет справедливее, если вместо одного гегемона будет пять — ведь каждый «полюс» будет защищать интересы своих элит, а не народов.

Кремлёвская риторика о «многополярности» — это дымовая завеса, чтобы скрыть простое правило: пока элиты всех стран делят мир на «сферы влияния», народы платят за это кровью, нищетой и разрушенными надеждами. Настоящая многополярность наступит не тогда, когда Китай или Россия бросят вызов США, а когда неравенство — внутри стран и между ними — перестанет быть основой мироустройства. Но для этого нужно бороться не с «гегемонией», а с системой, которая превращает и людей, и целые государства в разменную монету в игре под названием «жадность».

Международное положение России в контексте марксистской критики мир-системного анализа: иллюзия суверенитета при капитализме

Современное положение России в мировой капиталистической системе демонстрирует фундаментальные противоречия, которые марксистская теория раскрывает через призму классовых отношений, глобализации и роли государства. В отличие от мир-системного анализа, сводящего иерархию к статичному делению на «ядро–полупериферию–периферию», марксизм фокусируется на динамике капиталистического способа производства, где суверенитет государства — не географическая категория, а производная от классовых интересов и интеграции в глобальную систему эксплуатации.

Россия, будучи частью мировой капиталистической системы, функционирует как периферийная экономика, чьё положение определяется зависимостью от экспорта сырья (нефть, газ, металлы) и подчинением логике транснационального капитала. Этот статус не является следствием «географической предопределённости», как мог бы утверждать мир-системный анализ, но отражает внутренние классовые отношения: доминирование бизнеса, чьи интересы срослись с глобальными финансовыми элитами. Российские олигархи, хранящие капиталы в офшорах и зависящие от западных рынков, действуют как агенты транснационального капитала, а не как носители «национального суверенитета». Государство, в марксистской трактовке, выступает здесь инструментом защиты их интересов — будь то через законы, силовые структуры или геополитические авантюры.

Конфликты, такие как война в Украине, марксизм интерпретирует не как столкновение «полупериферии» с «ядром», а как форму империалистической конкуренции, где российский бизнес стремится сохранить контроль над ресурсами (уголь Донбасса, газовые месторождения) и транзитными коридорами («Северный поток»). Это тоже самое как отделы одной организации конфликтуют за разделение общего прирога премий, только в случае с государствами летят бомбы вместо того что коллеги насрут дрг другу под дверь. Санкции Запада, ударяющие по финансовым активам элит, обнажают их зависимость от глобальной капиталистической системы, которую они якобы «противостоят». Это противоречие — между риторикой «суверенитета» и реальной интеграцией в мировые финансовые сети — типично для периферийного капитализма, где национальный бизнес неспособен к автономному развитию и вынужден балансировать между подчинением и конфронтацией.

Мир-системный анализ, классифицируя Россию как «полупериферию», упускает ключевой аспект: её зависимость от сырьевой модели — не результат «структурных правил миросистемы», а следствие капиталистического способа производства, воспроизводящего неравенство через концентрацию собственности и подчинение труда капиталу. Деиндустриализация 1990-х, разрушение социальной инфраструктуры и рост неравенства — не «ошибки перехода», а закономерные итоги интеграции в глобальный капитализм, где периферия обречена на роль поставщика ресурсов.

Риторика «суверенитета» и «многополярности», продвигаемая российскими властями, — это идеологическая надстройка, призванная маскировать отсутствие реальной независимости. Подлинный суверенитет при капитализме невозможен, так как экономика, основанная на частной собственности и прибыли, требует подчинения глобальным рынкам. Даже в условиях санкций российский капитал продолжает работать через схемы с Китаем, Турцией или Индией, а элиты сохраняют активы в юрисдикциях «вражеского Запада», который , в свою очередь так же продолжает диверсифицировать поставки и часть поставок приходиться на «проклятого Путина». Государство, защищая их интересы, имитирует «противостояние», но не меняет сути системы: оно остаётся «комитетом по управлению делами буржуазии», как писал Маркс.

Марксизм, в отличие от мир-системного подхода, подчёркивает, что преодоление периферийного статуса России невозможно без ликвидации капиталистических отношений. Пока экономика зависит от экспорта сырья, а власть принадлежит олигархам вросшим в госудсртво, любые попытки «суверенизации» останутся иллюзией.

Реальная независимость требует не перераспределения ресурсов между «полюсами», а уничтожения системы, где труд подчинён прибыли, а национальные элиты — часть глобального капиталистического класса. В этом смысле их беснование с «матушкой землей» в Куршавеле идеальная демонстрация вышеописанных тезисов.

Таким образом, Россия служит ярким примером того, как капитализм превращает суверенитет в фикцию. Её положение в мировой системе — не «географическая судьба», а результат внутренних классовых отношений и подчинения логике накопления капитала. Пока доминирует буржуазия, даже ядерный арсенал и риторика «державности» не скроют простой истины: в капиталистическом мире нет и не может быть подлинно суверенных государств — есть лишь разные формы зависимости от единой системы эксплуатации.

Даже мировые «гегемоны» не освобождены от этой зависимости и в рамках глобальной системы капитализма они зависимы от наличия свободных рынков сбыта которых внутри уже не остается, от дешевого сырья и рабочей силы которую продуцирует переферия (колонии). Это и есть лживая сущность капиталистической системы - под национальной риторикой и национальными государством скрывается гораздо более могущественная чем любой «гегемон» система глобальной эксплуатации которая живёт по своим внутренним законам, выявленных Марксом и не управляется никаким «мировым правительством».

Вот чего мне не хватало без Трампа! С ним жизнь и правда стала веселее.

Считаю, что не нужно останавливаться, нужно сразу создавать мегатурбогиперзвукореактивное оружие, че мелочиться-то! 🤣

Революция агентных систем ИИ: диалектика освобождения и рождение «человека человеческого»

В тишине лабораторий и грохоте строек, под мерцание экранов и гул серверов, свершилось немыслимое: человечество создало силу, способную разорвать оковы тысячелетнего отчуждения. Агентные системы ИИ — не просто технологии, а материализация марксистского пророчества, точка, где производственные силы перерастают капиталистические отношения, а диалектика истории требует революционного скачка к коммунизму. Маркс писал в «Экономико-философских рукописях»: «Коммунизм есть положительное упразднение частной собственности… возвращение человека к самому себе как человеку общественному». Сегодня эти слова перестают быть абстракцией — они обретают плоть в алгоритмах автономных агентов, роботов и нейросетей.

Капитализм, этот «волшебник, не справляющийся с вызванными им силами», как и предсказывал Маркс, сам выковал орудие своего уничтожения. Инвестируя миллиарды в ИИ-инфраструктуру, он стремится лишь к краткосрочной прибыли, но не замечает, как подрывает саму основу эксплуатации — переменный капитал. Агенты, обучающиеся паттернам труда, заменяют не только руки рабочего, но и его разум, превращая «рабочую силу» в цифровой фантом. Капитал, одержимый логикой накопления, уже не сможет остановиться: он будет вынужден множить армии агентов, которые, в отличие от людей, не покупают товары, не требуют зарплат и не воспроизводят потребительский рынок. Это абсурд, достойный Кафки: система, чье выживание зависит от бесконечного роста, упёрлась в стену собственной эффективности!

Но в этом кризисе — семя освобождения. Маркс видел в развитии производственных сил материальную базу коммунизма, и агентные системы становятся её квинтэссенцией. Они не просто автоматизируют труд — они делают его излишним, освобождая время и творческую энергию миллионов. Как писал Маркс, «царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой», и теперь эта возможность обретает черты реальности. Агенты берут на себя «необходимый труд», оставляя людям пространство для подлинно человеческой деятельности: науки, искусства, философии — всего, что капитализм превращал в роскошь или товар.

Здесь происходит диалектическое «снятие» классового общества начавшегося с неолитической революции, снятие всей известной человеческой истории: старые противоречия не стираются, а преобразуются в новое качество. Частная собственность, этот краеугольный камень эксплуатации, теряет смысл, когда средства производства — агенты — управляются коллективно через открытые платформы, а не через акционерные схемы. Рабочий класс, вместо того чтобы исчезнуть, станет субъектом истории, переходя от протеста к управлению: он больше не продаёт рабочую силу, а направляет агентов на решение общих задач. Это и есть возвращение к «человеку человеческому» — существу, которое, по Марксу, «не теряет себя в своём предмете», а утверждает свою родовую сущность через свободное творчество.

Капитализм, конечно, будет цепляться за жизнь. Он попытается превратить агентов в новый инструмент контроля, окружить их патентами, ввести «этику ИИ», служащую интересам корпораций. Но противоречия системы уже необратимы: как писал Маркс, «ни одна общественная формация не погибает раньше, чем разовьются все производительные силы», и эти силы уже здесь. Наш долг — не дать им стать оружием нового порабощения, а превратить в фундамент мира, где «свободное развитие каждого станет условием свободного развития всех».

Этот момент — наш «1848 год», точка бифуркации, где история ставит вопрос ребром: либо мы, как поколение, осуществим политическую революцию, приводящую отношения в соответствие с производственными силами, либо позволим капитализму погрузить человечество в хаос фальшивых решений — цифровых диктатур, войн за ресурсы и вечного страха перед машиной. Маркс верил, что «люди сами делают свою историю», и сейчас у нас есть шанс сделать её такой, где агентные системы станут не хозяевами, а слугами, где алгоритмы будут служить общему благу, а не прибыли.

Свершилось. Революция производственных сил началась. Теперь очередь за нами — превратить её в революцию человеческого духа, где отчуждение останется в прошлом, а «человек человеческий» наконец займёт место творца своей судьбы. Как писал Маркс, «до сих пор философы лишь объясняли мир; но дело заключается в том, чтобы изменить его». Агентные системы дают нам инструмент. Время действовать.

Впервые мы получили инструмент который не требует эксплуатации человека человеком для дальнейшего ведения хозяйственной деятельности, для дальнейшего прогресса. Мы создали свое колесо!

Давайте насладимся моментом потому что впереди годы упорной и тяжелой борьбы, но черт побери, человечество это сделало, классовое общество и иерархия больше не является необходимостью, мы справились!

Трамп — Путину: Нобелевский прагматизм и русская рулетка с замороженными миллиардами

Трамп словно бывалый абьюзер раскачивает российский политический класс и весь мир на своих эмоциональных качелях, то проводя жесткие словесные интервенции в адрес конфликта и Путина то замораживая помощь Украине на 90 дней. Дональд, как истинный шоумен, готовит финальный акт своей карьеры: «Трамп — миротворец», сценарий для Нобелевки. Ведь что может быть эффектнее, чем остановить войну о которой говорит весь мир и которую сам же обещал остановить?

За кулисами этого спектакля — холодный расчёт. Приостановка помощи на 90 дней — не жест доброй воли, а ультиматум Кремлю: «Или вы за стол, или мы заберём ваши деньги». Дискуссия о конфискации российских резервов — это не фантазия, а намёк: «Мы купим Украине оружие на ваши же кровные, а вы будете аплодировать». Трамп, как опытный банкир, играет в русскую рулетку, где вместо пули — счета ЦБ в Euroclear.

Путин, оказывается в неудобном положении. Его риторика о «ненасытной Украине» разбивается о простой факт: если Киев «жрёт деньги», то Москва вот-вот начнёт кормить его своими. Кремль оказался в ловушке: согласиться на переговоры — значит признать, что «денацификация» провалилась; отказаться — лишиться резервов и получить армию ВСУ, усиленную на свои же миллиарды.

Трампу всё равно. Его цель — не мир, а легаси. Если Путин сядет за стол — Дональд станет «спасителем Европы». Если нет — превратится в «укротителя медведей», отжавшего у России деньги для «демократии». В обоих случаях он в выигрыше, ведь Нобелевский комитет обожает сказки с хэппи-эндом — даже если они длятся 90 дней.

А что Украина? Зеленскому Трамп отводит роль статиста, в отличие от того же Байдена, в чем ранее обвиняла российская пропаганда и была не права, что самому Зеленскому так же не по нутру. Ему обещают оружие, но только если он согласится быть разменной монетой в торге Трампа и Путина. «Суверенитет»? Не смешите. В геополитике больших пацанов суверенны только банковские счета.

Итог: Трамп играет в игру, где ставки — чужие деньги, чужие земли и чужие жизни. Путин пытается не уронить лицо, но уже проиграл — его резервы стали заложниками, а война — товаром на политическом рынке где главный заводила это эпатажный шоумен обещающей турбогиперзвуковые ракеты.

В теории игр одна из стратегий в диллеме заключенных называется «безумец», она направлена на формирование восприятия у оппонента собственных действий как иррациональных. Путин со своими «хитрыми планами» разыгрывал именно эту стратегию, но оказывается в мировом правящем классе есть политики «безумнее» него самого😉

Ауф

«Уезжают в Россию мусульманами, а возвращаются домой коммунистами»: талибы (террористическая организация «Талибан» запрещена в РФ) запретили 500 студентам выехать в Россию из-за того, что «их убеждения могут быть искажены», сообщила афганская газета «Хашт-е Собх». Кандидаты на российские стипендии сказали, что они зарегистрировались для их получения еще несколько лет назад и выполнили все необходимые административные процедуры после сдачи экзаменов в 2024 году.

Студенты попросили Россию взаимодействовать с «Талибаном» для решения их проблемы. Раньше талибы уже блокировали доступ афганских учащихся к получению образования в российских вузах, но РФ помогала афганцам получать учебные визы через Иран и поступать в российские университеты.

Платформа X (ru)|Платформa Х (eng)|BlueSky|WhatsApp

Просто ору!!!

Ждём рекорды 1917 года!

За Трампом подтягивается и Китай. Гонка начинает набирать обороты, причём скорее всего, это стартовые вложения.

Так же стоит ожидать начало масштабного кризиса перепроизводства в ходе которого рынки должны будут начать очищаться от устаревшего и менее эффективного постоянного капитала, что совпадет с сокращением затрат на переменный капитал и через новые технологии и сокращение сотрудников произойдёт очередное изменение органического строения капитала в пользу постоянного.

Смотрю, куча народу побежало узнавать, что такое нейросети и как это работает. 😂

Друзья, мы с Вами на канале обсуждаем их и работаем с ними уже достаточно давно, как я и повторяю, подписывайтесь на канал и подписывайте знакомых, я стараюсь многие события и тренды прогнозировать заранее. Не всегда получается точно, часто ошибаюсь со сроками, чему виной моя нетерплячка. 😂
Однако во многом нам с Вами удается опережать время! Большое спасибо Вам за Ваши комменты и критику, они помогают мне становиться лучше и смотреть с различных сторон на те тезисы, которые выдвигаю. Всех вас люблю и обожаю! 🥰

P.S. жду когда Альтман раскатает оператора на подписку за 20 баксов, будем тестить, попробую воспроизвести эксперимент с управлением оператором через оператора, обязательно вам расскажу!

Подготовил небольшой гайд о том как работает ChatGPT и ему подобные, пользуйтесь и отправляйте друзьям, только базовые вещи простым языком.

1. Это не мозг, а «автокомплит на стероидах»

Представьте, что ИИ — это продвинутая версия подсказок в вашем телефоне. Он угадывает следующее слов в предложении, опираясь на миллионы текстов, которые «прочитал» во время обучения.
— Пример: Если вы напишете «Зимой я люблю...», он подберёт «снег» (потому что это часто встречалось в данных).
— Но если данные кривые, ответы тоже будут кривыми. Как говорится, «мусор на входе — мусор на выходе». Тоже касается и тех запросов что вы формулируете ему.

2. Токены: кирпичики текста 🧱

ИИ видит текст не как слова, а как токены — кусочки информации. Например:
— Слово «кофе» = 1 токен,
— Слово «нейросеть» = 2 токена («нейро» + «сеть»),
— Смайлик 😅 = 1 токен.

Чем сложнее ваш запрос, тем больше токенов он «съест». А у каждой модели есть лимит (как оперативка в ПК). Например, ChatGPT-4 «помнит» до 128 тыс. токенов — это как 100 тыс. слов примерно.

3. Почему ИИ забывает, о чём вы говорили 5 минут назад?

У моделей нет памяти — они просто читают историю диалога как длинный текст. Если переписка слишком долгая, первые сообщения «вылетают» из контекста.

— Пример: Как если бы вы читали книгу, но каждую новую главу писали поверх старой.
Совет: Если важно, чтобы ИИ помнил что-то из начала диалога — напомните ему.

4. «Выравнивание» или Почему ИИ не матерятся (почти) 🤫

Изначально нейросети — как невоспитанные дети: могут нагрубить или нагенерировать ерунды. Чтобы это исправить, разработчики:

1️⃣ Собирают команды людей, которые оценивают ответы («этот хороший, этот плохой»).

2️⃣ «Дрессируют» модель поощрять правильные ответы (как собачку печеньем 🐶).

Но если очень постараться, ИИ всё ещё можно обмануть — например, сменить язык запроса или переформулировать вопрос, таким образом обойдя фильтры и цензуру модели играя вокруг иначе поданных токенов запроса.

«Выравнивание» это одна из самых клевых штук что делает модель большей к способности имитации человека и воспроизведения человеческой деятельности.

5. Ошибки ИИ vs ошибки человека

— Человек ошибается из-за лени, эмоций или незнания темы.
— ИИ ошибается, потому что слепо следует паттернам из данных.

Например:
— Сгенерирует фразу «Солнце вращается вокруг Земли», если это часто встречалось в тех данных которые внутри него.

— Придумает несуществующие факты («галлюцинации»), если тема редкая и данных по ней мало.

6. Как получить хороший ответ?

✅ Будьте конкретны: «Напиши 5 идей для поста про котиков» → лучше, чем «Придумай что-нибудь».

✅ Структурируйте: Используйте списки, заголовки, ключевые слова.

✅ Резюмируйте: Если диалог длинный, периодически уточняйте: «Мы обсуждали Х и Y».

Итог
ChatGPT и аналоги — это не «разум», а инструмент для работы с текстом, как калькулятор для чисел. Его сила — в обработке шаблонов, слабость — в непонимании реального мира. Используйте его для рутины (написать письмо, придумать идею), но всегда проверяйте факты.