Социально-философские рассуждения. Дилемма безопасности: может ли она быть делимой и/или атомизированной.
Философ У. Бек в «Обществе риска» (1986 г.) писал о Чернобыле как доказательстве того, что современные угрозы экстерриториальны и демократичны, в том смысле что от них не могут спрятаться ни богатые, ни бедные, ни знатные, ни плебеи.
Современные угрозы в стране иного свойства, но реальная безопасность (а не секьюритизация) не может быть атомизированной и требует организованных усилий.
Актуальные угрозы не тотальны. Тотальными они становятся только в случае применения ядерного оружия. Это от радиации нельзя откупиться, безопасность в случае наличия денег, социальных и витальных ресурсов можно если не обеспечить полностью – то значительно минимизировать риски.
Классические варианты атомизированной безопасности против военных угроз – средневековый замок, бункер и мамады (бронированные комнаты во многих домах в Израиле). Варианты коллективной безопасности – городские стены и храмы (убежища), защищенные горами местности (Швейцария) – в средневековье. Сейчас собственная армия и ПВО, информационная инфраструктура, убежища, а также отъезд (за границу, в деревню или на Крайний Север или Дальний Восток). Есть еще географическое и политико-географическое измерение проблемы. Столицы защищены всегда лучше – это исторический факт.
Другой уровень. Психологические конструкты безопасности – не концентрироваться на этом и «меня это не коснется». Отказ от избыточного (возможно, в кавычках) потребления информационного фона – вписывается в эту логику. Тем более, что есть эмоциональная усталость и перегруз.
Безопасность тотальной быть не может. Состояние тотальной безопасности – это смерть, либо психическое расстройство (индивидуальное или массовое). Нынешние угрозы не приводят к деатомизации, но усиливают желание автономизации (в том числе и в аспекте обеспечения безопасности жизненного мира).
Происходит, скорее, нормализация риска. Общество риска (но уже не по Беку, а секьюритизированное) с национальной и событийной спецификой. Риск превращается в фон или погоду, но бывают всплески, когда все об этом общественное сознание думает чаще. По понятным причинам.
Важный социологический эффект (проявляющийся на уровне общественных настроений) – вопросы/кризис ответственности. От Левиафана ждут безопасности (а не секьюритизации). Таков этатизм и базовые запросы социума (на уровне пирамиды потребности А. Маслоу). Впрочем, со всем этим и пропаганда и государства научились работать, алгоритмы созданы, хотя все они с издержками для лоялизма и возрастания запросов в очевидную сторону...
Философ У. Бек в «Обществе риска» (1986 г.) писал о Чернобыле как доказательстве того, что современные угрозы экстерриториальны и демократичны, в том смысле что от них не могут спрятаться ни богатые, ни бедные, ни знатные, ни плебеи.
Современные угрозы в стране иного свойства, но реальная безопасность (а не секьюритизация) не может быть атомизированной и требует организованных усилий.
Актуальные угрозы не тотальны. Тотальными они становятся только в случае применения ядерного оружия. Это от радиации нельзя откупиться, безопасность в случае наличия денег, социальных и витальных ресурсов можно если не обеспечить полностью – то значительно минимизировать риски.
Классические варианты атомизированной безопасности против военных угроз – средневековый замок, бункер и мамады (бронированные комнаты во многих домах в Израиле). Варианты коллективной безопасности – городские стены и храмы (убежища), защищенные горами местности (Швейцария) – в средневековье. Сейчас собственная армия и ПВО, информационная инфраструктура, убежища, а также отъезд (за границу, в деревню или на Крайний Север или Дальний Восток). Есть еще географическое и политико-географическое измерение проблемы. Столицы защищены всегда лучше – это исторический факт.
Другой уровень. Психологические конструкты безопасности – не концентрироваться на этом и «меня это не коснется». Отказ от избыточного (возможно, в кавычках) потребления информационного фона – вписывается в эту логику. Тем более, что есть эмоциональная усталость и перегруз.
Безопасность тотальной быть не может. Состояние тотальной безопасности – это смерть, либо психическое расстройство (индивидуальное или массовое). Нынешние угрозы не приводят к деатомизации, но усиливают желание автономизации (в том числе и в аспекте обеспечения безопасности жизненного мира).
Происходит, скорее, нормализация риска. Общество риска (но уже не по Беку, а секьюритизированное) с национальной и событийной спецификой. Риск превращается в фон или погоду, но бывают всплески, когда все об этом общественное сознание думает чаще. По понятным причинам.
Важный социологический эффект (проявляющийся на уровне общественных настроений) – вопросы/кризис ответственности. От Левиафана ждут безопасности (а не секьюритизации). Таков этатизм и базовые запросы социума (на уровне пирамиды потребности А. Маслоу). Впрочем, со всем этим и пропаганда и государства научились работать, алгоритмы созданы, хотя все они с издержками для лоялизма и возрастания запросов в очевидную сторону...
👍8❤1👏1💯1
Экзистенциальные записки Императора. Чему учат дневники Марка Аврелия.
Древнеримский император Марк Аврелий (годы правления 161-180 гг. н.э.) – исторической традицией называется одним из пяти «хороших императоров» (эффективных). Он не был увлечен властью, но был выбран в качестве преемника императором-тружеником Адрианом (117-138 гг. н.э.). В годы обучения в аспирантуре я часто его читал (книга из серии «Литературные памятники», с замечательным переводом и сопроводительной работой эстонского филолога Я. Унта, выходца из университета в Тарту, младший коллега Ю.М. Лотмана).
Марк Аврелий не любил военных кампаний, но был вынужден часто бывать в походах. Считается, что его «К самому себе» (Τὰ εἰς ἑαυτόν), написано на древнегреческом именно в походах на Дунае (на территории совр. Австрии).
Из «Дневников» следует, что император тяготился своей ролью, но старался тщательно выполнять свой долг. Для него императорство – не пик желаний, а обязанность, но стоическая философия сделала его свободным.
Мировоззрение императора стоическое, с явными христианскими коннотациями. Это мировоззрение пережило Римскую империю, но не империи вообще. В аспекте политического бытия важны следующие идеи.
1.Внутренняя цитадель. Правитель должен выстроить внутреннюю крепость, к которой не имеют доступа ни льстецы, ни заговорщики, ни государственные кризисы. Эта такая политическая невозмутимость.
2.Антиоцезаризм. Себе он говорил: «смотри не оцезарись» (современный вариант – не забронзовей). Он видел в политике риск личностной деформации и превращения в тирана. Его экзистенциальное кредо – ежедневно напоминать себе о том, что он обычный человек, смертный и без мании величия.
3.Политический пессимизм. Марк Аврелий не верил в наступление идеального строя, хотя историки и философы в анттичности об этом рассуждали и искали идеальную формулу государственного устройства (Платон, Аристотель, Полибий и т.д.).
4.Метафора театра. Император – это просто роль, которая выпала ему благодаря Логосу (мировому порядку). Личность не должна сливаться со своим статусом.
5.Космополитизм. Как гражданин он – римлянин, а как человек имеет своим отечеством мир. Тогда, во II в. н.э. это было очень сильно, особенно с учетом того, что Рим ставил своей целью завоевать весь мир. Но Марк Аврелий понимал, что океаническое чувство в другом. Не в бесконечных (и мало кому нужных) сражениях с германцами, британцами и готами, которых в конце концов и переварили (варваризировали) Рим.
6.Аутопсихогогия. Постоянное воспитание себя. Его дневник, который он, скорее всего, постоянно читал и дорабатывал, и есть самоведение своей души. Не походы к психологу, а самостоятельная терапия. Это такая нормирующая практика, которая возвращала Марка Аврелия к себе, к своему естественному состоянию после бесконечной и неумеренной лести сановников, роскошных пиров, сражений с варварами и официальных мероприятий.
Марк Аврелий обратился к себе, и как стоик, нашел в своем внутреннем мире и спасение, и покой. Статус императора ему не помешал.
Древнеримский император Марк Аврелий (годы правления 161-180 гг. н.э.) – исторической традицией называется одним из пяти «хороших императоров» (эффективных). Он не был увлечен властью, но был выбран в качестве преемника императором-тружеником Адрианом (117-138 гг. н.э.). В годы обучения в аспирантуре я часто его читал (книга из серии «Литературные памятники», с замечательным переводом и сопроводительной работой эстонского филолога Я. Унта, выходца из университета в Тарту, младший коллега Ю.М. Лотмана).
Марк Аврелий не любил военных кампаний, но был вынужден часто бывать в походах. Считается, что его «К самому себе» (Τὰ εἰς ἑαυτόν), написано на древнегреческом именно в походах на Дунае (на территории совр. Австрии).
Из «Дневников» следует, что император тяготился своей ролью, но старался тщательно выполнять свой долг. Для него императорство – не пик желаний, а обязанность, но стоическая философия сделала его свободным.
Мировоззрение императора стоическое, с явными христианскими коннотациями. Это мировоззрение пережило Римскую империю, но не империи вообще. В аспекте политического бытия важны следующие идеи.
1.Внутренняя цитадель. Правитель должен выстроить внутреннюю крепость, к которой не имеют доступа ни льстецы, ни заговорщики, ни государственные кризисы. Эта такая политическая невозмутимость.
2.Антиоцезаризм. Себе он говорил: «смотри не оцезарись» (современный вариант – не забронзовей). Он видел в политике риск личностной деформации и превращения в тирана. Его экзистенциальное кредо – ежедневно напоминать себе о том, что он обычный человек, смертный и без мании величия.
3.Политический пессимизм. Марк Аврелий не верил в наступление идеального строя, хотя историки и философы в анттичности об этом рассуждали и искали идеальную формулу государственного устройства (Платон, Аристотель, Полибий и т.д.).
4.Метафора театра. Император – это просто роль, которая выпала ему благодаря Логосу (мировому порядку). Личность не должна сливаться со своим статусом.
5.Космополитизм. Как гражданин он – римлянин, а как человек имеет своим отечеством мир. Тогда, во II в. н.э. это было очень сильно, особенно с учетом того, что Рим ставил своей целью завоевать весь мир. Но Марк Аврелий понимал, что океаническое чувство в другом. Не в бесконечных (и мало кому нужных) сражениях с германцами, британцами и готами, которых в конце концов и переварили (варваризировали) Рим.
6.Аутопсихогогия. Постоянное воспитание себя. Его дневник, который он, скорее всего, постоянно читал и дорабатывал, и есть самоведение своей души. Не походы к психологу, а самостоятельная терапия. Это такая нормирующая практика, которая возвращала Марка Аврелия к себе, к своему естественному состоянию после бесконечной и неумеренной лести сановников, роскошных пиров, сражений с варварами и официальных мероприятий.
Марк Аврелий обратился к себе, и как стоик, нашел в своем внутреннем мире и спасение, и покой. Статус императора ему не помешал.
👍25🔥3👏2❤1💯1
Некоторые выводы из иранской секьюритизации и особенностей ближневосточного момента.
1.Секьюритизация не дает безопасности, а, скорее, наоборот. Представляет собой перманентную угрозу для безопасности всех. Это не только Иран, но и ХАМАС доказал отчетливо.
2.В теории, секьюризаторы могут несколько ослабеть если война завершается. Тогда вопросы экономики и внутреннего развития вроде бы должны выйти на первый план и гражданские усиливаются. Но завершение войны, во-первых, временно, а, во-вторых, нужно готовиться к новой, и так до конца господства секьюритизаторов. Поэтому гражданские задвинуты. Перманентно.
3.Невозможность выполнения нормальных функций государственности и гибель высокопоставленных силовиков и чиновников – не аргумент в пользу изменения курса. Никакой гражданский саммит в Тегеране или инвестиционный форум в Исфахане не могут провести, так даже вопрос не стоит. На это есть ответ – государство уходит в подполье, ХАМАСизируется, но не меняет свой курс.
4.Значимость общественного мнения и рейтингов в секьюритизированном Иране равно околонулю. У секьюризаторов другие инструменты – сила и контроль. Как у средневековых Сюзеренов-секьюризаторов.
5.Образ победы в их руках. Оценка «выстояли значит уже победили», не кажется внятным аргументом для всего мира, но не для населения Ирана. Не имея серьезных альтернатив, они, так или иначе, принимают эту парадигму. Тем более, что Д. Трамп и Б. Нетаньяху били по режиму, а попадали в Иран. Правда, Трамп пока удержался (из-за алчности) и не разбомбил энергокомплекс Ирана. А так перспективы добавления к слову секьюритизация слово средневековая были бы вполне реальны применительно к Ирану.
6.Д. Трамп (как Л. Троцкий) в режиме «ни мира, ни войны» и тут он с КСИРовцами нашел полное взаимопонимание. Им тоже этот режим очень подходит. И поспать можно дома (в подземелье), и война/чрезвычайщина продолжается. Удары Трамп назвал «ласковыми шлепками» («love tap»). Риторика КСИРовцев не такая эротичная, но смысл всего этого им понятен и даже устраивает их.
7.Согласно древнегреческому философу Гераклиту война – это отец и царь всего; огонь, мерами разгорающийся, мерами гаснущий. Вот эту гераклитову «гармонию» Трамп/Б. Нетаньяху и КСИРовцы совместно нашли на Ближнем Востоке. И нашли, похоже, надолго. Хрупкое перемирие, неинтенсивный конфликт, новые удары и замирание на несколько месяцев. Вот реальные перспективы.
8.Пишут, конечно, про сделку с Трампа с Китаем по Ирану. На этот счет сомнения, но поглядим.
1.Секьюритизация не дает безопасности, а, скорее, наоборот. Представляет собой перманентную угрозу для безопасности всех. Это не только Иран, но и ХАМАС доказал отчетливо.
2.В теории, секьюризаторы могут несколько ослабеть если война завершается. Тогда вопросы экономики и внутреннего развития вроде бы должны выйти на первый план и гражданские усиливаются. Но завершение войны, во-первых, временно, а, во-вторых, нужно готовиться к новой, и так до конца господства секьюритизаторов. Поэтому гражданские задвинуты. Перманентно.
3.Невозможность выполнения нормальных функций государственности и гибель высокопоставленных силовиков и чиновников – не аргумент в пользу изменения курса. Никакой гражданский саммит в Тегеране или инвестиционный форум в Исфахане не могут провести, так даже вопрос не стоит. На это есть ответ – государство уходит в подполье, ХАМАСизируется, но не меняет свой курс.
4.Значимость общественного мнения и рейтингов в секьюритизированном Иране равно околонулю. У секьюризаторов другие инструменты – сила и контроль. Как у средневековых Сюзеренов-секьюризаторов.
5.Образ победы в их руках. Оценка «выстояли значит уже победили», не кажется внятным аргументом для всего мира, но не для населения Ирана. Не имея серьезных альтернатив, они, так или иначе, принимают эту парадигму. Тем более, что Д. Трамп и Б. Нетаньяху били по режиму, а попадали в Иран. Правда, Трамп пока удержался (из-за алчности) и не разбомбил энергокомплекс Ирана. А так перспективы добавления к слову секьюритизация слово средневековая были бы вполне реальны применительно к Ирану.
6.Д. Трамп (как Л. Троцкий) в режиме «ни мира, ни войны» и тут он с КСИРовцами нашел полное взаимопонимание. Им тоже этот режим очень подходит. И поспать можно дома (в подземелье), и война/чрезвычайщина продолжается. Удары Трамп назвал «ласковыми шлепками» («love tap»). Риторика КСИРовцев не такая эротичная, но смысл всего этого им понятен и даже устраивает их.
7.Согласно древнегреческому философу Гераклиту война – это отец и царь всего; огонь, мерами разгорающийся, мерами гаснущий. Вот эту гераклитову «гармонию» Трамп/Б. Нетаньяху и КСИРовцы совместно нашли на Ближнем Востоке. И нашли, похоже, надолго. Хрупкое перемирие, неинтенсивный конфликт, новые удары и замирание на несколько месяцев. Вот реальные перспективы.
8.Пишут, конечно, про сделку с Трампа с Китаем по Ирану. На этот счет сомнения, но поглядим.
👍5🔥3❤2💯1
Фронтовики, те, кто пережили эту страшную войну, не любили про нее рассказывать. Это я помню из личного общения с дедом и дядей в 1980-х гг. и 1990-х гг.
Долгие годы они молчали (и поминали падших стаканом водки и хлебом). В конце 1950-х и в 1960-е гг. на волне «Оттепели» Н. Хрущёва сформировался мощный культурный феномен – литература фронтовиков (М. Шолохов, В. Быков, Г. Бакланов, В. Курочкин, К. Воробьев и многие др.).
Он акцентировал внимание не только на подвигах в экстремальных условиях. Эта культурная традиция стала ответом на лакированные парадно-героические романы о войнах в период правления И. Сталина. В литературе 1960-х гг. отчетливо сформулирована оптика переживаний человека, подвиг стал трактоваться не просто как физическое действие, а как умение сохранить человечность и честность перед собой во время войны (на грани смерти) и после нее (когда настало время бессонных ночей и постоянной рефлексии).
«Лишь бы не было войны» сформировалось сразу же после 1945 г. В 1960-1970-х гг. это стало ключевой установкой народа-победителя. Ее чувствовали и разделяли полавляющее большинство: начиная от жителей региональной глубинки, до Л. Брежнева, который сам был фронтовиков. Все они хотели пожить спокойно, пусть и даже в ущерб развитию и модернизации (годы застоя). Эти настроения усталого духа вполне понятны и объяснимы, хотя и нельзя сказать, что они привели Отечество к чему-то значительному.
Экзистенциальное измерение предполагает память, умение отслаивать пропагандистские слои (у каждой эпохи они свои, в будущем они тоже неизбежны), а также видеть самое важное в истории. Чтить погибших, понимать сущность политического догматизма и амбиций властителей, преступность фашизма.
Убежден, нужно помнить и чтить подвиг наших предков. И то, ради чего они защитили Отечество…
Долгие годы они молчали (и поминали падших стаканом водки и хлебом). В конце 1950-х и в 1960-е гг. на волне «Оттепели» Н. Хрущёва сформировался мощный культурный феномен – литература фронтовиков (М. Шолохов, В. Быков, Г. Бакланов, В. Курочкин, К. Воробьев и многие др.).
Он акцентировал внимание не только на подвигах в экстремальных условиях. Эта культурная традиция стала ответом на лакированные парадно-героические романы о войнах в период правления И. Сталина. В литературе 1960-х гг. отчетливо сформулирована оптика переживаний человека, подвиг стал трактоваться не просто как физическое действие, а как умение сохранить человечность и честность перед собой во время войны (на грани смерти) и после нее (когда настало время бессонных ночей и постоянной рефлексии).
«Лишь бы не было войны» сформировалось сразу же после 1945 г. В 1960-1970-х гг. это стало ключевой установкой народа-победителя. Ее чувствовали и разделяли полавляющее большинство: начиная от жителей региональной глубинки, до Л. Брежнева, который сам был фронтовиков. Все они хотели пожить спокойно, пусть и даже в ущерб развитию и модернизации (годы застоя). Эти настроения усталого духа вполне понятны и объяснимы, хотя и нельзя сказать, что они привели Отечество к чему-то значительному.
Экзистенциальное измерение предполагает память, умение отслаивать пропагандистские слои (у каждой эпохи они свои, в будущем они тоже неизбежны), а также видеть самое важное в истории. Чтить погибших, понимать сущность политического догматизма и амбиций властителей, преступность фашизма.
Убежден, нужно помнить и чтить подвиг наших предков. И то, ради чего они защитили Отечество…
❤23👍11💯8🔥1👏1
1.Сегодня, 9 мая 2026 г. В. Путин впервые сказал «думаю, дело идет к завершению» (про СВО). Это самое конкретное высказывание главы России о финале конфликта за все время с момента его начала. До этого риторика была несколько иной. Но, нужно учесть: сказано это было в качестве вшивки, а не акцентировано, глава государства вспоминал о переговорах 2022 г. и в этот контекст интегрировал про завершение.
2.В. Зеленский в мае прошлого года высказывал надежду, что военные действия могут закончится к июню 2026 г., но заявлений было много и это скорее из разряда желательного варианта развития событий.
3.Общая риторика заявлений главы России сегодня примирительная. Нет, это не классическое «повоевали и хватит», но в речи содержатся некоторые заявления что вышло так (как вышло) из-за непонимания. При этом также обозначается необходимость для России зоны безопасности. Это призыв, прежде всего, ЕС договориться. Это очень проблематично, но не невозможно. Некоторые представители ЕС, стоит напомнить, недавно заявили о готовности вести диалог с Москвой. Вот пришел ответ из Кремля (называется даже посредник Г. Шредер). Сюда же тезис про Финляндию (зачем вступила в НАТО, у нас что, с Финляндией были территориальные споры?).
4.Сегодня было сказано про посредническую роль России в конфликте Ирана с США, допущение возможности цивилизованного развода с Арменией (при условии референдума и возможности армянского народа выбрать с ЕАЭС или с ЕС). Но приведенные аналогии с Украиной в том же контексте наводят на другой вывод. Москва Армению отпускать не намерена.
5.Такой риторики ждал и Д. Трамп, но это явно сделано не для него. Хотя, возможно, некоторые пожелания учтены и Трампу, впервые за долгий срок, есть о чем рассказать общественности вечером по украинскому вопросу (обещание закончить конфликт было частью предвыборного обещания 47-го президента США).
6. Гораздо важнее сейчас как отреагируют на сигналы со стороны Путина госапарат и пропаганда. Гражданские («дворянство мантии») поддержат, но как отнесется силовая лига? И еще вопросы: уйдут ли из медийного поля разговоры про мобилизацию. Снизят ли градус ненависти пропаганда. Тут важно пристально наблюдать.
7.Глубоких выводов я бы пока делать не стал, хотя Путин придерживается постоянно схожих риторических оборотов и коррекции в них – означают и изменение самой политики. Некоторые надежды на завершение конфликта (или хотя бы заморозку) появились. Дух Анкориджа, изгнанный и выветренный появился вновь, впрочем, возможно, это не так.
8.Была бы проявлена Субьектная воля, договориться можно и даже быстро. Кстати в этом контексте роль таких политиков как Р. Фицо воспринимается совершенно иначе. Прагматики умеют договариваться, а радикалов итак с разных сторон хватает.
9.Но вряд ли смогут договориться без ДНР в административных границах. А проблематичный статус территориального вопроса к завтру не поменяется…
10.Переговоры заморожены, следует ждать некоторой активизации на дипломатическом треке, но преобладать там будет имитационная активность.
P.S.Из сегодняшних комментариев Ю. Ушакова следует: посланников от Трампа в Москве ждут, а переговоры с Украиной не возобновяться до тех пор пока войска из ДНР не будут выведены. То есть ничего не поменялось.
2.В. Зеленский в мае прошлого года высказывал надежду, что военные действия могут закончится к июню 2026 г., но заявлений было много и это скорее из разряда желательного варианта развития событий.
3.Общая риторика заявлений главы России сегодня примирительная. Нет, это не классическое «повоевали и хватит», но в речи содержатся некоторые заявления что вышло так (как вышло) из-за непонимания. При этом также обозначается необходимость для России зоны безопасности. Это призыв, прежде всего, ЕС договориться. Это очень проблематично, но не невозможно. Некоторые представители ЕС, стоит напомнить, недавно заявили о готовности вести диалог с Москвой. Вот пришел ответ из Кремля (называется даже посредник Г. Шредер). Сюда же тезис про Финляндию (зачем вступила в НАТО, у нас что, с Финляндией были территориальные споры?).
4.Сегодня было сказано про посредническую роль России в конфликте Ирана с США, допущение возможности цивилизованного развода с Арменией (при условии референдума и возможности армянского народа выбрать с ЕАЭС или с ЕС). Но приведенные аналогии с Украиной в том же контексте наводят на другой вывод. Москва Армению отпускать не намерена.
5.Такой риторики ждал и Д. Трамп, но это явно сделано не для него. Хотя, возможно, некоторые пожелания учтены и Трампу, впервые за долгий срок, есть о чем рассказать общественности вечером по украинскому вопросу (обещание закончить конфликт было частью предвыборного обещания 47-го президента США).
6. Гораздо важнее сейчас как отреагируют на сигналы со стороны Путина госапарат и пропаганда. Гражданские («дворянство мантии») поддержат, но как отнесется силовая лига? И еще вопросы: уйдут ли из медийного поля разговоры про мобилизацию. Снизят ли градус ненависти пропаганда. Тут важно пристально наблюдать.
7.Глубоких выводов я бы пока делать не стал, хотя Путин придерживается постоянно схожих риторических оборотов и коррекции в них – означают и изменение самой политики. Некоторые надежды на завершение конфликта (или хотя бы заморозку) появились. Дух Анкориджа, изгнанный и выветренный появился вновь, впрочем, возможно, это не так.
8.Была бы проявлена Субьектная воля, договориться можно и даже быстро. Кстати в этом контексте роль таких политиков как Р. Фицо воспринимается совершенно иначе. Прагматики умеют договариваться, а радикалов итак с разных сторон хватает.
9.Но вряд ли смогут договориться без ДНР в административных границах. А проблематичный статус территориального вопроса к завтру не поменяется…
10.Переговоры заморожены, следует ждать некоторой активизации на дипломатическом треке, но преобладать там будет имитационная активность.
P.S.Из сегодняшних комментариев Ю. Ушакова следует: посланников от Трампа в Москве ждут, а переговоры с Украиной не возобновяться до тех пор пока войска из ДНР не будут выведены. То есть ничего не поменялось.
👍10❤6👎4🤬3💯2
В выходные. Рефлексия о современности. Книга «Публичные фигуры: изобретение знаменитости (1750-1850) французского историка Антуана Лилти (2014 г.).
Автор противопоставляет славу (в античном понимании, как великие дела личности) и знаменитость (или популярность). Первые селебрити, в понимании Лилти (текст с акцентом на французскую историю) – это философы Ж.Ж. Руссо, Вальтер, лорд Байрон, Наполеон и Мария-Антуанетта. За их бытом и привычками следила вся Европа их времени. Сейчас для этого есть соцсети, раньше были другие медиумы.
В основе феномена знаменитость желание чувства социальной (а порой и интимной) близости, которое испытывает публика к известному человеку. И это ощущение близости (без личного знакомства) стало важнейшим символическим капиталом, который активно используется в современных демократиях (и не только).
Знаменитость — это не только признание заслуг, но и товар и бренд (яркий пример Д. Трамп, в России В. Жириновский). Это началось не с телевидения, а еще в XVIII в. (газеты, книги, медальоны, открытки и прочие сувениры, работающие на узнаваемость образа, в том числе и карикатуры).
Подобно тому, как читатели в XVIII в. следили за подробностями быта Руссо или Наполеона, современные избиратели следят за образом жизни политиков и селебрети в соцсетях. Это создает иллюзию того, что политик — один из нас или свой парень, что критически важно для популизма. Этот «наш слоняра» включается (чаще всего на уровне симулякра) в жизненный мир своих подписчиков (followers).
Книга Лилти объясняет, что в мире общества спектакля внимание само по себе является властью, независимо от того, какими качествами обладает человек. Эта демонстративность стала важным политическим ресурсом и, одновременно, угрозой для частной жизни.
Современные политики используют этот парадокс, сливая детали своего быта и частной жизни, чтобы выглядеть более человечными и вызывать эмоциональный отклик. Это Лилти называет инструментом легитимации в глазах широкой публики. Тем самым такие политики усиливают коррозию неприкосновенности частной жизни и вносят свой вклад в формирование паноптикальности, но не с позиций контроля, а с позиций демонстративности.
Эффект Трампа – это логичный результат развития механизмов публичности, запущенных еще несколько веков назад. Селебрети вытесняют классических политиков, точнее, происходит своеобразный синтез: невозможно стать субьектным политиком в масштабе страны или мира без обретения статуса знаменитости.
Автор противопоставляет славу (в античном понимании, как великие дела личности) и знаменитость (или популярность). Первые селебрити, в понимании Лилти (текст с акцентом на французскую историю) – это философы Ж.Ж. Руссо, Вальтер, лорд Байрон, Наполеон и Мария-Антуанетта. За их бытом и привычками следила вся Европа их времени. Сейчас для этого есть соцсети, раньше были другие медиумы.
В основе феномена знаменитость желание чувства социальной (а порой и интимной) близости, которое испытывает публика к известному человеку. И это ощущение близости (без личного знакомства) стало важнейшим символическим капиталом, который активно используется в современных демократиях (и не только).
Знаменитость — это не только признание заслуг, но и товар и бренд (яркий пример Д. Трамп, в России В. Жириновский). Это началось не с телевидения, а еще в XVIII в. (газеты, книги, медальоны, открытки и прочие сувениры, работающие на узнаваемость образа, в том числе и карикатуры).
Подобно тому, как читатели в XVIII в. следили за подробностями быта Руссо или Наполеона, современные избиратели следят за образом жизни политиков и селебрети в соцсетях. Это создает иллюзию того, что политик — один из нас или свой парень, что критически важно для популизма. Этот «наш слоняра» включается (чаще всего на уровне симулякра) в жизненный мир своих подписчиков (followers).
Книга Лилти объясняет, что в мире общества спектакля внимание само по себе является властью, независимо от того, какими качествами обладает человек. Эта демонстративность стала важным политическим ресурсом и, одновременно, угрозой для частной жизни.
Современные политики используют этот парадокс, сливая детали своего быта и частной жизни, чтобы выглядеть более человечными и вызывать эмоциональный отклик. Это Лилти называет инструментом легитимации в глазах широкой публики. Тем самым такие политики усиливают коррозию неприкосновенности частной жизни и вносят свой вклад в формирование паноптикальности, но не с позиций контроля, а с позиций демонстративности.
Эффект Трампа – это логичный результат развития механизмов публичности, запущенных еще несколько веков назад. Селебрети вытесняют классических политиков, точнее, происходит своеобразный синтез: невозможно стать субьектным политиком в масштабе страны или мира без обретения статуса знаменитости.
👍5🤔3
Выборы в парламент Армении сейчас выглядят как очень значимое событие на постсоветском пространстве. Москва Армению отдавать не собирается, хотя аналогии с домайданной Украиной признают в Кремле, уместны и молдавские аналогии, но в определенных пределах.
1.Н. Пашинян буквально бросил вызов Кремлю в ходе своего визита 1 апреля. Были обозначены перспективе европейской интеграции (весьма туманные, но очень раздражающие Кремль).
2.Постсоветское пространство с недавних пор курирует внутриполитический блок АП. Объективно в Молдове (из-за секьюризаторов из ЕС) выиграть возможностей не было, но недавно созданное управление АП не может проиграть еще и Армению. А Пашинян ориентирован именно на это.
3.Социология в Армении не слишком в пользу Пашиняна, но и не такова, чтобы действующий премьер не смог сформировать нового коалиционного правительства. Москве нужен опрокидывающий сценарий, но он пока блокируется. В отличие от Молдовы за рубежом граждане Армении голосовать не могут. В июне мы увидим примерно 60-80 тыс. армянских граждан, которые поедут из России в Армению проголосовать. Насчет Евросоюза не совсем ясно, но поток будет и оттуда.
4.Пашиняну вчера предложили провести референдум с вопросом за ЕС или за ЕАЭС армянский народ. Реальная социология в армянском обществе тут за ЕАЭС и огромные выгоды, которые получает Армения от того, что является сейчас российским хабом, позволяющим продавать товары по параллельному импорту.
5.Нет никаких сомнений в том, что Пашинян откажется от референдума. И ему тут гораздо проще убедить армянское общество, что такой референдум не нужен. Почему? Потому что армянское общество хочет сидеть на двух и более стульях, и не в характере народа с опытом тысячелетней диаспаральности ставит вопрос ребром. Кстати, молдованам такие вопросы тоже не по душе, но им эту повестку навязали.
6.Убедительной победы у Пашиняна на парламентских выборах не будет, но выиграет эти выборы, скорее всего, именно он. Стратегия Пашиняна все эти годы такая: три шага от Москвы, полтора в сторону Кремля (откат). И вот такими зигзагами он двигается в сторону мифической интеграции с ЕС. У Молдовы есть границы с Румынией и многолетние планы обьединения (хотя и ненужные Бухаресту), у Армении нет даже этого, но есть мощная диаспора в Париже, которая разворачивает эту повестку. Пашинян тоже решил сыграть в европейскую интеграцию, хотя долгое время колебался.
7.С февраля 2022 г. Москве долгое время было не до Армении и прочих тем, но сейчас есть полная уверенность, что Ереван терять никак нельзя. Цивилизованный развод – это лишь риторика, реально мы увидим в ближайший месяц напряжение сил в Армении, которые должны показать, что Ереван сохранится в орбите влияния Москвы. Ключевым препятствием здесь является Пашинян.
8.Прогноз: на текущем этапе завершится все неустойчивым компромиссом. Пашинян не уйдет, но и не сможет доминировать. Поэтому «цивилизованный развод» отложат на несколько лет и продолжат существовать, без любви, но к взаимной выгоде. Но потом вопрос встанет-таки ребром.
1.Н. Пашинян буквально бросил вызов Кремлю в ходе своего визита 1 апреля. Были обозначены перспективе европейской интеграции (весьма туманные, но очень раздражающие Кремль).
2.Постсоветское пространство с недавних пор курирует внутриполитический блок АП. Объективно в Молдове (из-за секьюризаторов из ЕС) выиграть возможностей не было, но недавно созданное управление АП не может проиграть еще и Армению. А Пашинян ориентирован именно на это.
3.Социология в Армении не слишком в пользу Пашиняна, но и не такова, чтобы действующий премьер не смог сформировать нового коалиционного правительства. Москве нужен опрокидывающий сценарий, но он пока блокируется. В отличие от Молдовы за рубежом граждане Армении голосовать не могут. В июне мы увидим примерно 60-80 тыс. армянских граждан, которые поедут из России в Армению проголосовать. Насчет Евросоюза не совсем ясно, но поток будет и оттуда.
4.Пашиняну вчера предложили провести референдум с вопросом за ЕС или за ЕАЭС армянский народ. Реальная социология в армянском обществе тут за ЕАЭС и огромные выгоды, которые получает Армения от того, что является сейчас российским хабом, позволяющим продавать товары по параллельному импорту.
5.Нет никаких сомнений в том, что Пашинян откажется от референдума. И ему тут гораздо проще убедить армянское общество, что такой референдум не нужен. Почему? Потому что армянское общество хочет сидеть на двух и более стульях, и не в характере народа с опытом тысячелетней диаспаральности ставит вопрос ребром. Кстати, молдованам такие вопросы тоже не по душе, но им эту повестку навязали.
6.Убедительной победы у Пашиняна на парламентских выборах не будет, но выиграет эти выборы, скорее всего, именно он. Стратегия Пашиняна все эти годы такая: три шага от Москвы, полтора в сторону Кремля (откат). И вот такими зигзагами он двигается в сторону мифической интеграции с ЕС. У Молдовы есть границы с Румынией и многолетние планы обьединения (хотя и ненужные Бухаресту), у Армении нет даже этого, но есть мощная диаспора в Париже, которая разворачивает эту повестку. Пашинян тоже решил сыграть в европейскую интеграцию, хотя долгое время колебался.
7.С февраля 2022 г. Москве долгое время было не до Армении и прочих тем, но сейчас есть полная уверенность, что Ереван терять никак нельзя. Цивилизованный развод – это лишь риторика, реально мы увидим в ближайший месяц напряжение сил в Армении, которые должны показать, что Ереван сохранится в орбите влияния Москвы. Ключевым препятствием здесь является Пашинян.
8.Прогноз: на текущем этапе завершится все неустойчивым компромиссом. Пашинян не уйдет, но и не сможет доминировать. Поэтому «цивилизованный развод» отложат на несколько лет и продолжат существовать, без любви, но к взаимной выгоде. Но потом вопрос встанет-таки ребром.
👍10🤔5🥱3👏2💯1
Хантавирус в Испании. Кликабельная постковидная тревожность и контекст.
Недавно в Торревьехе (ок. 90 тыс. жителей) 400 человек вышли на акцию протеста из-за того, чтобы местный житель жестоко убил кошку своей бывшей девушки на улице. Защита животных – это важный элемент гуманитизации человечества и окружающей среды, но этот пример показывает: протестные настроения возникают всегда и они нуждаются в безболезненных для системы каналах коммуникации.
В Валенсии и других городах (всего погибло 220 человек), пострадавших от наводнения в октябре 2024 г. исследования фиксируют постравматическое расстройство (паника на дожди, недоверие властям). В результате длительные дожди до сих пор приводят к закрытию парков и школ.
Это я к тому, что для спокойной Испании (с пансионатными настроениями у многих) ситуация с лайнером MV Hondius на Тенерифе – это мощный инфоповод, который привлекает к себе носителей тревожных настроений, а они есть в любом социуме.
ВОЗ подтвердила, что на лайнере циркулирует штамм ANDV. Это единственный вид хантавируса, который обладает способностью передаваться от человека к человеку. Передача возможна только при длительном и очень близком контакте (через слюну, общую посуду, поцелуи или при нахождении в замкнутом пространстве в течение долгого времени).
Тем не менее, сейчас испанские (и другие европейские СМИ) пристально следят за каждым пассажиром (насколько это позволяет закон) и постоянно муссируют тему о карантинах в масс-медиа.
Есть еще кликабельные факты, хотя к вирусу они не имеют отношения. Например, во время эвакуации пассажиров с лайнера в порту в Тенерифе умер (от инфаркта) 62-летней сотрудник Гражданской гвардии. Все это (и многое другое) привлекает внимание к истории.
Конспирологи уже говорят: это способ вытеснить негативную повестку, связанную с ростом цен на энергетику из-за Ближнего Востока. Доля солнечной энергетики в Испании растет (22% от всей по итогам 2026 г.) зависимость экономики Испании от мировых цен на нефть и газ по-прежнему значительна, что сказывается на потребительской инфляции в стране.
На мой взгляд, внимание к хантовирусу – это следствие постковидных страхов, которые есть в любом социуме. Люди старше 55 лет это постковидные страхи сформировали по всему миру и они имеют под собой, к сожалению, реальную почву. Хантавирус для испанских масс-медиа - это еще и способ насытить стабильную инфоповестку хоррор-факторами, которые канализируют латентную тревожность у части социума.
Недавно в Торревьехе (ок. 90 тыс. жителей) 400 человек вышли на акцию протеста из-за того, чтобы местный житель жестоко убил кошку своей бывшей девушки на улице. Защита животных – это важный элемент гуманитизации человечества и окружающей среды, но этот пример показывает: протестные настроения возникают всегда и они нуждаются в безболезненных для системы каналах коммуникации.
В Валенсии и других городах (всего погибло 220 человек), пострадавших от наводнения в октябре 2024 г. исследования фиксируют постравматическое расстройство (паника на дожди, недоверие властям). В результате длительные дожди до сих пор приводят к закрытию парков и школ.
Это я к тому, что для спокойной Испании (с пансионатными настроениями у многих) ситуация с лайнером MV Hondius на Тенерифе – это мощный инфоповод, который привлекает к себе носителей тревожных настроений, а они есть в любом социуме.
ВОЗ подтвердила, что на лайнере циркулирует штамм ANDV. Это единственный вид хантавируса, который обладает способностью передаваться от человека к человеку. Передача возможна только при длительном и очень близком контакте (через слюну, общую посуду, поцелуи или при нахождении в замкнутом пространстве в течение долгого времени).
Тем не менее, сейчас испанские (и другие европейские СМИ) пристально следят за каждым пассажиром (насколько это позволяет закон) и постоянно муссируют тему о карантинах в масс-медиа.
Есть еще кликабельные факты, хотя к вирусу они не имеют отношения. Например, во время эвакуации пассажиров с лайнера в порту в Тенерифе умер (от инфаркта) 62-летней сотрудник Гражданской гвардии. Все это (и многое другое) привлекает внимание к истории.
Конспирологи уже говорят: это способ вытеснить негативную повестку, связанную с ростом цен на энергетику из-за Ближнего Востока. Доля солнечной энергетики в Испании растет (22% от всей по итогам 2026 г.) зависимость экономики Испании от мировых цен на нефть и газ по-прежнему значительна, что сказывается на потребительской инфляции в стране.
На мой взгляд, внимание к хантовирусу – это следствие постковидных страхов, которые есть в любом социуме. Люди старше 55 лет это постковидные страхи сформировали по всему миру и они имеют под собой, к сожалению, реальную почву. Хантавирус для испанских масс-медиа - это еще и способ насытить стабильную инфоповестку хоррор-факторами, которые канализируют латентную тревожность у части социума.
👍8❤4💯2👎1
Заслуживающая внимания социально-философская концептуализация из 1990 г.
35 лет назад французский философ Делёз дал свой ответ на знаменитую концепцию М. Фуко о дисциплинарном обществе (книга «Надзирать и наказывать», 1975 г.). Общество контроля Делеза важная линза для понимания современности до сих пор.
У Фуко было четыре классических дисциплинарных пространства (армия, тюрьма, больница, фабрика), Делез обозначил переход от закрытых институтов (дисциплинарных пространств) к непрерывному открытому управлению.
В дисциплинарном обществе есть индивиды, в обществе контроля дивиды (делимые), то есть не личности с биографией, а наборы данных, элементы цифровых (и не только) следов (номер счета, кредитная история, ID в соцсетях, биометрический профиль, цифры криптокошелька.) Личность расщепляется на цифровые следы в структурах общества контроля.
Контроль больше не похож на твердую форму (стену тюрьмы). Это модуляция, которая постоянно меняется. Свобода перемещения ограничена не забором, а лимитом по карте, паролем доступа или алгоритмическим рейтингом или административными запретами.
Все, что мы делаем онлайн, превращает нас в дивидов для маркетинговых и административных алгоритмов. Дивиды— это сумма наших кликов. Биоматерическая системы распознавания лиц и цифровые пропуска реализуют делёзовскую идею «контроля в открытом пространстве».
Фуко видел спасение от дисциплинарных пространств в техниках себя (самосовершенствование и индивидуальное развитие). Делёз, несмотря на печальный диагноз постсовременности, тоже не считал, что все фатально.
В обществе контроля старые методы сопротивления (забастовки, баррикады) работают слабо, но любая система имеет трещины. Задача человека – найти линии ускользания, пространства вненаходимости (по А. Юрчаку). Это не бегство в лес и не эпикурейское пространство частного. Это, скорее, творческий акт, умение создавать нечто, не поддающееся кодированию системой. То есть то, что система не понимает и/или принимает за то, что нормализовано создателями алгоритмов, но в реальности таковым не является.
Общество контроля заставляет нас постоянно коммуницировать, высказываться и быть на связи. Право на молчание и создание социальных/личностных вакуумов — пространств, где коммуникация (контроль) прерывается. Сопротивление здесь — это отказ быть прозрачным для системы, сохранение зон несчитываемости.
Переход к суверенному интернет (как в Туркменистане…) в логике Делеза – это создание ограниченного цифрового пространства. Вы не заперты, но ваша цифровая среда модулируется: в один момент вам доступен весь мир, в другой — только разрешенные государством узлы. Становление суверенного интернета это уже полноценное (цифровое) дисциплинарное пространство. Но это уже не по Делезу, а, скорее, по Фуко.
35 лет назад французский философ Делёз дал свой ответ на знаменитую концепцию М. Фуко о дисциплинарном обществе (книга «Надзирать и наказывать», 1975 г.). Общество контроля Делеза важная линза для понимания современности до сих пор.
У Фуко было четыре классических дисциплинарных пространства (армия, тюрьма, больница, фабрика), Делез обозначил переход от закрытых институтов (дисциплинарных пространств) к непрерывному открытому управлению.
В дисциплинарном обществе есть индивиды, в обществе контроля дивиды (делимые), то есть не личности с биографией, а наборы данных, элементы цифровых (и не только) следов (номер счета, кредитная история, ID в соцсетях, биометрический профиль, цифры криптокошелька.) Личность расщепляется на цифровые следы в структурах общества контроля.
Контроль больше не похож на твердую форму (стену тюрьмы). Это модуляция, которая постоянно меняется. Свобода перемещения ограничена не забором, а лимитом по карте, паролем доступа или алгоритмическим рейтингом или административными запретами.
Все, что мы делаем онлайн, превращает нас в дивидов для маркетинговых и административных алгоритмов. Дивиды— это сумма наших кликов. Биоматерическая системы распознавания лиц и цифровые пропуска реализуют делёзовскую идею «контроля в открытом пространстве».
Фуко видел спасение от дисциплинарных пространств в техниках себя (самосовершенствование и индивидуальное развитие). Делёз, несмотря на печальный диагноз постсовременности, тоже не считал, что все фатально.
В обществе контроля старые методы сопротивления (забастовки, баррикады) работают слабо, но любая система имеет трещины. Задача человека – найти линии ускользания, пространства вненаходимости (по А. Юрчаку). Это не бегство в лес и не эпикурейское пространство частного. Это, скорее, творческий акт, умение создавать нечто, не поддающееся кодированию системой. То есть то, что система не понимает и/или принимает за то, что нормализовано создателями алгоритмов, но в реальности таковым не является.
Общество контроля заставляет нас постоянно коммуницировать, высказываться и быть на связи. Право на молчание и создание социальных/личностных вакуумов — пространств, где коммуникация (контроль) прерывается. Сопротивление здесь — это отказ быть прозрачным для системы, сохранение зон несчитываемости.
Переход к суверенному интернет (как в Туркменистане…) в логике Делеза – это создание ограниченного цифрового пространства. Вы не заперты, но ваша цифровая среда модулируется: в один момент вам доступен весь мир, в другой — только разрешенные государством узлы. Становление суверенного интернета это уже полноценное (цифровое) дисциплинарное пространство. Но это уже не по Делезу, а, скорее, по Фуко.
👍15🤔3❤2💯1
Визит Д. Трампа в Китай: режим прагматичных договоренностей, но вряд ли с Украиной.
Уже сегодня к ночи Трамп прилетит в Пекин и начнется его официальный визит в Китай. Диспозиция перед визитом указывает на готовность сторон договариваться, но с важными нюансами.
Д. Трамп сейчас в режиме «США – это Я», а Пекин есть и будет оставаться Пекином. Это значит, что Китай рассматривает Трампа как временного субьекта, с которым можно договариваться с учетом его любви к собственному карману и к большим сделкам. А затем сыграть на противоречиях, которые у США обнажаются при смене администраций.
Трамп открыто заявляет, что ждет от Пекина посредничества в урегулировании конфликта в Украине, и вроде бы как 47-й американский президент может разговаривать с позиций силы по Ирану. Китаю нужна иранская нефть, но преимущество Трампа во многом мнимое: нет (и не будет) окончательной победы над Тегераном.
Обострение на Ближнем Востоке заставляет Трампа искать компромисс в Украине быстрее, но Китай остается при своих. «Вневременный» Си Цзиньпин, думающий о 150-летии, не торопится. Никуда не торопится.
США и Китай два мир-системных гегемона, каждый из которых продолжает выстраивать свою инфраструктуру влияния в мире и расставляет флажки, но с важным нюансом. Стороны предпочитают не рубить взаимовыгодные контакты и развивать направления, где есть общая выгода. Это позволяет гегемонам усиливать свое доминирование в мир-системе и открываться от всех остальных.
Стороны нацелены на прагматичный компромисс. Он возможен по вопросам американской сельхозпродукции, самолетам Boeing, энергоносителям и редкоземельным металлам. Частично, возможно достижение соглашений по снятию санкций и ограничений на экспорт чипов.
В плане большой геополитики стороны гораздо ближе к каким-то договоренностям по Ирану, Китаю объективно нужна нефть иранцев, а Трамп готов торговаться.
Относительно постсоветского конфликта мы также видели 9 мая, что вариант «скоро закончится» озвучивается как один из возможных сценариев Кремлем, но, скорее, это лишь желание дать Трампу медийный пас.
Предыдущее общение Трампа с «добреньким» Си привело к том, что 47-й американский президент вышел и сказал: иногда надо сторонам конфликта дать возможность сами его решить. Проще говоря, Китай не только не торопиться завершить постсоветский конфликт, но и считает его отвечающим своим национальным интересам. И получает от этого прагматичную выгоду, преимущественно от Москвы, но и от Киева тоже.
Прогноз: по экономике будут договоренности, точнее, уже есть, будет выставлен мощный пакет, показывающий смысл самого визита. По Таиланду очередной этап торга (без явных результатов). По Ирану возможны договоренности (но не финальные), по Украине компромиссы крайне маловероятны; Си Цзиньпин не откажет, он просто д ничего не будет делать для завершения на этом треке.
Уже сегодня к ночи Трамп прилетит в Пекин и начнется его официальный визит в Китай. Диспозиция перед визитом указывает на готовность сторон договариваться, но с важными нюансами.
Д. Трамп сейчас в режиме «США – это Я», а Пекин есть и будет оставаться Пекином. Это значит, что Китай рассматривает Трампа как временного субьекта, с которым можно договариваться с учетом его любви к собственному карману и к большим сделкам. А затем сыграть на противоречиях, которые у США обнажаются при смене администраций.
Трамп открыто заявляет, что ждет от Пекина посредничества в урегулировании конфликта в Украине, и вроде бы как 47-й американский президент может разговаривать с позиций силы по Ирану. Китаю нужна иранская нефть, но преимущество Трампа во многом мнимое: нет (и не будет) окончательной победы над Тегераном.
Обострение на Ближнем Востоке заставляет Трампа искать компромисс в Украине быстрее, но Китай остается при своих. «Вневременный» Си Цзиньпин, думающий о 150-летии, не торопится. Никуда не торопится.
США и Китай два мир-системных гегемона, каждый из которых продолжает выстраивать свою инфраструктуру влияния в мире и расставляет флажки, но с важным нюансом. Стороны предпочитают не рубить взаимовыгодные контакты и развивать направления, где есть общая выгода. Это позволяет гегемонам усиливать свое доминирование в мир-системе и открываться от всех остальных.
Стороны нацелены на прагматичный компромисс. Он возможен по вопросам американской сельхозпродукции, самолетам Boeing, энергоносителям и редкоземельным металлам. Частично, возможно достижение соглашений по снятию санкций и ограничений на экспорт чипов.
В плане большой геополитики стороны гораздо ближе к каким-то договоренностям по Ирану, Китаю объективно нужна нефть иранцев, а Трамп готов торговаться.
Относительно постсоветского конфликта мы также видели 9 мая, что вариант «скоро закончится» озвучивается как один из возможных сценариев Кремлем, но, скорее, это лишь желание дать Трампу медийный пас.
Предыдущее общение Трампа с «добреньким» Си привело к том, что 47-й американский президент вышел и сказал: иногда надо сторонам конфликта дать возможность сами его решить. Проще говоря, Китай не только не торопиться завершить постсоветский конфликт, но и считает его отвечающим своим национальным интересам. И получает от этого прагматичную выгоду, преимущественно от Москвы, но и от Киева тоже.
Прогноз: по экономике будут договоренности, точнее, уже есть, будет выставлен мощный пакет, показывающий смысл самого визита. По Таиланду очередной этап торга (без явных результатов). По Ирану возможны договоренности (но не финальные), по Украине компромиссы крайне маловероятны; Си Цзиньпин не откажет, он просто д ничего не будет делать для завершения на этом треке.
👍7
Методология придворной социологии. Н. Элиас Придворное общество. Социология короля (1933 г.).
Долгое время книга, посвященная конфигурациям при дворе Людовика XIV, не была оценена по достоинству социологическим сообществом, потому что опередила свое время и не вписывалась в доминировавший тогда структурно-функциональный анализ. Сейчас она уже стала классикой, не утратившей методологической актуальности для анализа придворной реальности.
Элиас показывает, что король — пленник созданной им системы. Его власть держится на том, что все элитные группы зависят друг от друга и смертельно конкурируют между собой.
Жесткие ритуалы (например, утреннее одевание короля) — это не глупые причуды, а инструмент распределения статусов и привилегий. Приближение или удаление от «тела» определяет вес придворного (текущий рейтинг).
Аристократия обязана тратить огромные деньги на роскошь, чтобы сохранять статус. Они разоряются и вынуждены просить у короля подачки, что лишает их политической независимости. Главная задача монарха — не допускать союзов между элитами. Он манипулирует их завистью и амбициями, оставаясь верховным арбитром.
Формальные государственные институты (министерства, суды, парламент) подчинены логике придворных фракций. Политический вес чиновника или олигарха определяется исключительно уровнем его физического и личного доступа к Королю.
Король – верховный арбитр между конкурирующими кланами (силовики, технократы, «старые друзья», госкорпорации). Система стабильна, пока элитные группы воюют друг с другом за ресурсы (потоки), но сохраняют абсолютную лояльность первому лицу.
Элиас показал, что король (в таких системах) не обязательно должен обладать гениальным стратегическим умом, но он обязан обладать колоссальной выдержкой, чуткостью к интригам и умением стравливать амбиции подчиненных, не допуская их объединения против себя. Это и является важнейшим условием сохранения его власти.
Людовик XIV воевал тридцать лет (реально правил 54 года, официально 72 года). Война позволяет монарху требовать от подданных абсолютного подчинения, оправдывая любые действия высшей государственной необходимостью. При этом большая часть правления Короля-Солнца характеризовалась умеренным ведением войн, без мобилизационной тотальности. Франция обладала самой мощной экономикой и крупнейшей армией в Европе, поэтому король мог позволить себе воевать расчетливо, не перегружая внутреннюю систему.
Однако последняя война его жизни — Война за испанское наследство (1701–1714) — потребовала от Франции абсолютного, тотального напряжения всех сил.
К 1709 г. Франция оказалась в кольце врагов, казна опустела, а сильнейший неурожай привел к великому голоду. Людовик XIV пошел на беспрецедентный шаг: он приказал переплавить на монеты все золотые и серебряные сервизы Версаля, включая личную королевскую мебель из драгоценных металлов. Элита была обязана последовать его примеру. Ритуальный блеск двора, описанный Элиасом, был принесен в жертву физическому выживанию армии.
Полное напряжение сил позволило ему выстоять: французы остановили продвижение врага вглубь страны. По Утрехтскому миру (1713) Франция не была уничтожена, а внук Людовика сохранил испанский трон. Но цена была страшной — страна вошла в глубочайший финансовый кризис, который заложил мину замедленного действия под весь французский абсолютизм на век вперед. И углубил технологическое отставание от Великобритании.
Элиас выделяет пять факторов, свидетельствующих об устойчивости персоналистской системы госуправления: монополия на арбитраж, маркеры доступа, экономика престижа и зависимости, внешнее давление и сплочение элит, контроль над эффективными кадрами (а не клиентами групп влияния). Пока лидер успешно управляет этими пятью факторами, система может выдерживать колоссальные внешние нагрузки и даже затяжные войны (как Франция Людовика XIV), но, если ресурсы на распределение иссякают, а эффективные кадры выходят из-под контроля — версальская паутина рвется.
Это очевидно в долгой исторической перспективе, в пределах 20-30 лет система показывает устойчивость, хотя и с ограничениям для будущего…
Долгое время книга, посвященная конфигурациям при дворе Людовика XIV, не была оценена по достоинству социологическим сообществом, потому что опередила свое время и не вписывалась в доминировавший тогда структурно-функциональный анализ. Сейчас она уже стала классикой, не утратившей методологической актуальности для анализа придворной реальности.
Элиас показывает, что король — пленник созданной им системы. Его власть держится на том, что все элитные группы зависят друг от друга и смертельно конкурируют между собой.
Жесткие ритуалы (например, утреннее одевание короля) — это не глупые причуды, а инструмент распределения статусов и привилегий. Приближение или удаление от «тела» определяет вес придворного (текущий рейтинг).
Аристократия обязана тратить огромные деньги на роскошь, чтобы сохранять статус. Они разоряются и вынуждены просить у короля подачки, что лишает их политической независимости. Главная задача монарха — не допускать союзов между элитами. Он манипулирует их завистью и амбициями, оставаясь верховным арбитром.
Формальные государственные институты (министерства, суды, парламент) подчинены логике придворных фракций. Политический вес чиновника или олигарха определяется исключительно уровнем его физического и личного доступа к Королю.
Король – верховный арбитр между конкурирующими кланами (силовики, технократы, «старые друзья», госкорпорации). Система стабильна, пока элитные группы воюют друг с другом за ресурсы (потоки), но сохраняют абсолютную лояльность первому лицу.
Элиас показал, что король (в таких системах) не обязательно должен обладать гениальным стратегическим умом, но он обязан обладать колоссальной выдержкой, чуткостью к интригам и умением стравливать амбиции подчиненных, не допуская их объединения против себя. Это и является важнейшим условием сохранения его власти.
Людовик XIV воевал тридцать лет (реально правил 54 года, официально 72 года). Война позволяет монарху требовать от подданных абсолютного подчинения, оправдывая любые действия высшей государственной необходимостью. При этом большая часть правления Короля-Солнца характеризовалась умеренным ведением войн, без мобилизационной тотальности. Франция обладала самой мощной экономикой и крупнейшей армией в Европе, поэтому король мог позволить себе воевать расчетливо, не перегружая внутреннюю систему.
Однако последняя война его жизни — Война за испанское наследство (1701–1714) — потребовала от Франции абсолютного, тотального напряжения всех сил.
К 1709 г. Франция оказалась в кольце врагов, казна опустела, а сильнейший неурожай привел к великому голоду. Людовик XIV пошел на беспрецедентный шаг: он приказал переплавить на монеты все золотые и серебряные сервизы Версаля, включая личную королевскую мебель из драгоценных металлов. Элита была обязана последовать его примеру. Ритуальный блеск двора, описанный Элиасом, был принесен в жертву физическому выживанию армии.
Полное напряжение сил позволило ему выстоять: французы остановили продвижение врага вглубь страны. По Утрехтскому миру (1713) Франция не была уничтожена, а внук Людовика сохранил испанский трон. Но цена была страшной — страна вошла в глубочайший финансовый кризис, который заложил мину замедленного действия под весь французский абсолютизм на век вперед. И углубил технологическое отставание от Великобритании.
Элиас выделяет пять факторов, свидетельствующих об устойчивости персоналистской системы госуправления: монополия на арбитраж, маркеры доступа, экономика престижа и зависимости, внешнее давление и сплочение элит, контроль над эффективными кадрами (а не клиентами групп влияния). Пока лидер успешно управляет этими пятью факторами, система может выдерживать колоссальные внешние нагрузки и даже затяжные войны (как Франция Людовика XIV), но, если ресурсы на распределение иссякают, а эффективные кадры выходят из-под контроля — версальская паутина рвется.
Это очевидно в долгой исторической перспективе, в пределах 20-30 лет система показывает устойчивость, хотя и с ограничениям для будущего…
👍15❤6💯2
Цифровая инфраструктура в условиях секьюритизации. Тезисные наблюдения о текущем моменте.
1.Информированность является несомненным ресурсом социального действия, повышающим возможности субъектов. Секьюритизация основана на дозировании информации и ограничениях свободного обмена. Фрактально этот принцип будет распространяться на все уровни. Проще говоря: информации станет меньше.
2.Тема интернет-свобод сильно беспокоит мегаполисы и столицы, но сейчас медленно вытесняется на обочину общественного внимания.
3.Партиям перед думской кампанией не разрешают муссировать эту тему, секьюритизация (с возрастающими ограничениями) будет развиваться, причем без сдержек со стороны гражданских (политадминистраторов, технократов, прогрессивных мэров-цифровизаторов и т.д.).
4.Меры по делегированию контроля за VPN маркетплейсам, банкам и др. элементам цифровой инфраструктуры оказались весьма действенными, в плане расширения инфраструктуры ограничений.
5.Самой ценной (для повседневной жизни думающих россиян) оказалась рекомендация иметь два смартфона. Второй смартфон становится для граждан средством цифровой вненаходимости (хотя и относительной).
6.Секьюритизация (без противовесов) не имеет пределов. Недавний запрет публикаций в Москве любых фото, видео и текстовых подробностей атак БПЛА – полностью это подтвердил. Ждать новых ограничений не стоит, но они обязательно будут (горьковатая ирония).
7.Секьюритизация помеха для гражданской бюрократии, но это второстепенный фактор. Настоятельно попросили соблюдать субординацию, а она, по факту выстроена (Силовая лига). На текущем этапе внятных сдержек гражданская бюрократия сформировать не может. По причинам от нее независящих.
8.На мой взгляд, суверенный победит, но не безусловно, с гибридными и достаточно сложными механизмами обхода. Сильна инерция общественных настроений. Социум не хочет сокращать свое информационное пространство. Это как переезжать из просторного и комфортного города с широкими проспектами и выходом к морю в старый городок, окруженный дремучими лесами и непроходимыми горами (цифровыми руинами). Тем более, на горизонте тишина, но без гарантированного спокойствия.
9.И отдельно про Телеграм. Он превратился уже в информационное подполье. Тут меньше рекламы, да и политического размещалова кратно меньше. Бравурные (дутые) «поздравительные» посты о 100 000 подписчиков у какого-нибудь анонимного телеграм-канала ушли в прошлое. Хотя некоторые византийцы продолжают накручивать, забывая о проверочных факторах (лайки и пересылки, соотнесенные с числом «подписчиков»). Отчасти ботоводство нужно для отчетов, отчасти это компенсация психологических комплексов.
10.И все же, политическая Телега стала немного честнее, перед угрозой экзистенциальных вызовов. А жизнь продолжается. Ни федеральные издания, ни губернаторы (за исключением нескольких), ни мэры не уходят из телеги. Это позитивный, но сугубо промежуточный эффект.
1.Информированность является несомненным ресурсом социального действия, повышающим возможности субъектов. Секьюритизация основана на дозировании информации и ограничениях свободного обмена. Фрактально этот принцип будет распространяться на все уровни. Проще говоря: информации станет меньше.
2.Тема интернет-свобод сильно беспокоит мегаполисы и столицы, но сейчас медленно вытесняется на обочину общественного внимания.
3.Партиям перед думской кампанией не разрешают муссировать эту тему, секьюритизация (с возрастающими ограничениями) будет развиваться, причем без сдержек со стороны гражданских (политадминистраторов, технократов, прогрессивных мэров-цифровизаторов и т.д.).
4.Меры по делегированию контроля за VPN маркетплейсам, банкам и др. элементам цифровой инфраструктуры оказались весьма действенными, в плане расширения инфраструктуры ограничений.
5.Самой ценной (для повседневной жизни думающих россиян) оказалась рекомендация иметь два смартфона. Второй смартфон становится для граждан средством цифровой вненаходимости (хотя и относительной).
6.Секьюритизация (без противовесов) не имеет пределов. Недавний запрет публикаций в Москве любых фото, видео и текстовых подробностей атак БПЛА – полностью это подтвердил. Ждать новых ограничений не стоит, но они обязательно будут (горьковатая ирония).
7.Секьюритизация помеха для гражданской бюрократии, но это второстепенный фактор. Настоятельно попросили соблюдать субординацию, а она, по факту выстроена (Силовая лига). На текущем этапе внятных сдержек гражданская бюрократия сформировать не может. По причинам от нее независящих.
8.На мой взгляд, суверенный победит, но не безусловно, с гибридными и достаточно сложными механизмами обхода. Сильна инерция общественных настроений. Социум не хочет сокращать свое информационное пространство. Это как переезжать из просторного и комфортного города с широкими проспектами и выходом к морю в старый городок, окруженный дремучими лесами и непроходимыми горами (цифровыми руинами). Тем более, на горизонте тишина, но без гарантированного спокойствия.
9.И отдельно про Телеграм. Он превратился уже в информационное подполье. Тут меньше рекламы, да и политического размещалова кратно меньше. Бравурные (дутые) «поздравительные» посты о 100 000 подписчиков у какого-нибудь анонимного телеграм-канала ушли в прошлое. Хотя некоторые византийцы продолжают накручивать, забывая о проверочных факторах (лайки и пересылки, соотнесенные с числом «подписчиков»). Отчасти ботоводство нужно для отчетов, отчасти это компенсация психологических комплексов.
10.И все же, политическая Телега стала немного честнее, перед угрозой экзистенциальных вызовов. А жизнь продолжается. Ни федеральные издания, ни губернаторы (за исключением нескольких), ни мэры не уходят из телеги. Это позитивный, но сугубо промежуточный эффект.
👍13💯4❤3👏1
Мое субъективное мнение: темы-страшилки (мобилизация, заморозка вкладов, ослабление рубля) в перспективе ближайших месяцев не будут иметь реального выражения, в будущем (ближе к концу года) риски повысятся.
Сейчас заметно, как государство из всех сил пытается избежать чрезвычайных мер.
Недавно общаясь с машиностроителями, глава государства отказался обсуждать вопросы ключевой ставки. Крупный бизнес получил очередной сигнал: снижать ставку ЦБ не собираются, из-за угрозы неконтролируемой инфляции. Как бы ни критиковали Э. Набиуллину публично – ей доверяет глава государства. Повестка развития окончательно принесена в жертву относительной социально-экономической стабильности (с плавными ухудшениями).
Аналогично и относительно мобилизации. Общественное сознание конструирует ее в реалиях сентября 2022 г., но это логическая ошибка. В таком виде, думаю, ее не будет. С начала года 35 регионов страны повысили выплаты за заключение контракта СВО, заработал федеральный механизм списания долгов за заключение контрактов. Это означает, что государство предпринимает очень серьезные усилия для того, чтобы не повторять негативный (для всех) опыт 2022 г.
Далее. Крепкий рубль невыгоден экспортерам, но с этим мало считаются. Крепкий рубль критически важен для производств, которые есть в России, так как позволяет им закупать импортное оборудование (через различных посредников) по относительно приемлемым ценам. Важен и фактор масс, для которых жизнь постепенно ухудшается, но крепкий рубль сдерживает негативные тенденции.
На этом фоне разговоры про принудительные займы – пока лишь страшилка, но исторические закономерности указывают, что исключать этого нельзя. И тут важным сигналом будет ослабление рубля, которого сейчас нет. Этот шаг гораздо менее стрессовый – ускорение печатного станка и плавное ослабление национальной валюты, а не заморозка вкладов. С точки зрения устойчивости системы гораздо проще сначала ослабить рубль, но и этого сейчас не происходит, хотя носители тревожного сознания этого ожидают давно.
В стране создана относительно устойчивая конструкция, но пределы устойчивости тоже очевидны. Жесткая монетарная политика ЦБ естественным путем стимулирует граждан не тратить деньги, а добровольно нести их в банки под высокий процент. Долговая масса государства накапливается и риски возрастают. Пока система справляется, но динамика отрицательная. Ухудшения в экономике и плохое самочувствия бизнеса. Повышения налогов, ожидаемо, привели к тому, что ситуация ухудшилась, причем достаточно быстро.
Поэтому мой ответ на вероятность реализации тем-страшилок такой: не сегодня и, наверное, не завтра ничего такого не будет. Но послезавтра риски будут высокими…
Сейчас заметно, как государство из всех сил пытается избежать чрезвычайных мер.
Недавно общаясь с машиностроителями, глава государства отказался обсуждать вопросы ключевой ставки. Крупный бизнес получил очередной сигнал: снижать ставку ЦБ не собираются, из-за угрозы неконтролируемой инфляции. Как бы ни критиковали Э. Набиуллину публично – ей доверяет глава государства. Повестка развития окончательно принесена в жертву относительной социально-экономической стабильности (с плавными ухудшениями).
Аналогично и относительно мобилизации. Общественное сознание конструирует ее в реалиях сентября 2022 г., но это логическая ошибка. В таком виде, думаю, ее не будет. С начала года 35 регионов страны повысили выплаты за заключение контракта СВО, заработал федеральный механизм списания долгов за заключение контрактов. Это означает, что государство предпринимает очень серьезные усилия для того, чтобы не повторять негативный (для всех) опыт 2022 г.
Далее. Крепкий рубль невыгоден экспортерам, но с этим мало считаются. Крепкий рубль критически важен для производств, которые есть в России, так как позволяет им закупать импортное оборудование (через различных посредников) по относительно приемлемым ценам. Важен и фактор масс, для которых жизнь постепенно ухудшается, но крепкий рубль сдерживает негативные тенденции.
На этом фоне разговоры про принудительные займы – пока лишь страшилка, но исторические закономерности указывают, что исключать этого нельзя. И тут важным сигналом будет ослабление рубля, которого сейчас нет. Этот шаг гораздо менее стрессовый – ускорение печатного станка и плавное ослабление национальной валюты, а не заморозка вкладов. С точки зрения устойчивости системы гораздо проще сначала ослабить рубль, но и этого сейчас не происходит, хотя носители тревожного сознания этого ожидают давно.
В стране создана относительно устойчивая конструкция, но пределы устойчивости тоже очевидны. Жесткая монетарная политика ЦБ естественным путем стимулирует граждан не тратить деньги, а добровольно нести их в банки под высокий процент. Долговая масса государства накапливается и риски возрастают. Пока система справляется, но динамика отрицательная. Ухудшения в экономике и плохое самочувствия бизнеса. Повышения налогов, ожидаемо, привели к тому, что ситуация ухудшилась, причем достаточно быстро.
Поэтому мой ответ на вероятность реализации тем-страшилок такой: не сегодня и, наверное, не завтра ничего такого не будет. Но послезавтра риски будут высокими…
👍11💯4🔥1🤔1
Сегодня Юрию Шевчуку 69 лет. Два текста: о его значении для современной России и второй, отдельно, для Уфы, города в котором он вырос и который считает своей духовной Родиной.
Посмотрел несколько его интервью последних лет. Текущую ситуацию в публичной сфере Шевчук описывает как какофонию «новых тихих» и «клоунов апокалипсиса». Все мировоззрение Шевчука пронизано идей глубинной Родины, которая вне политической конъектуры и фасадно-идеологических построений. Классическая для русской поэзии оптика: от М. Лермонтова, С. Есенина и В. Высоцкого.
Для думающей и искренней интеллигенции Шевчук остается сегодня одним из ориентиров. Он, с высоты прожитых лет, готов смотреть в глаза образцу себя самого в 18-20 лет. И это сильнейший экзистенциальный маркер. Свои убеждения он не предал и в конъектуру не упаковывал.
Его позиция — это не политическая борьба за власть, а христианский и общечеловеческий гуманизм. Он не приемлет саму энергию Танатоса (крайним выражением которой является война). Он – источник добросердия и свободы.
У него позиция просветителя, не революционера, творца, а не позера. Он не призывает к разрушению государства/политического режима, но взывает к разуму конкретного человека и к просвещению («подумать, подумать, на концерты приходят поразмышлять»). Это та самая глубинная мудрость, которая ставит ценность человеческой жизни выше любых геополитических абстракций.
У Шевчука сильное творческое начало, а не воля к власти. Всю свою жизнь он нащупывал (получая удары по шапке и не только по ней) те грани, в которых его критическая позиция к советской или российской власти позволит сформировать столь нужный диалектический синтез.
Чаще всего, формально он терпел неудачу, но это только формальный ракурс оценок, указывающий на тернистость пути.
Тот факт, что его знает вся страна и статус морального авторитета (а в российском социуме их немного) заставляет оценивать его деятельность не формально, а в более сложной историко-культурной перспективе и экзистенциальной перспективе.
Долгих лет Вам, Юрий Юлианович!
Посмотрел несколько его интервью последних лет. Текущую ситуацию в публичной сфере Шевчук описывает как какофонию «новых тихих» и «клоунов апокалипсиса». Все мировоззрение Шевчука пронизано идей глубинной Родины, которая вне политической конъектуры и фасадно-идеологических построений. Классическая для русской поэзии оптика: от М. Лермонтова, С. Есенина и В. Высоцкого.
Для думающей и искренней интеллигенции Шевчук остается сегодня одним из ориентиров. Он, с высоты прожитых лет, готов смотреть в глаза образцу себя самого в 18-20 лет. И это сильнейший экзистенциальный маркер. Свои убеждения он не предал и в конъектуру не упаковывал.
Его позиция — это не политическая борьба за власть, а христианский и общечеловеческий гуманизм. Он не приемлет саму энергию Танатоса (крайним выражением которой является война). Он – источник добросердия и свободы.
У него позиция просветителя, не революционера, творца, а не позера. Он не призывает к разрушению государства/политического режима, но взывает к разуму конкретного человека и к просвещению («подумать, подумать, на концерты приходят поразмышлять»). Это та самая глубинная мудрость, которая ставит ценность человеческой жизни выше любых геополитических абстракций.
У Шевчука сильное творческое начало, а не воля к власти. Всю свою жизнь он нащупывал (получая удары по шапке и не только по ней) те грани, в которых его критическая позиция к советской или российской власти позволит сформировать столь нужный диалектический синтез.
Чаще всего, формально он терпел неудачу, но это только формальный ракурс оценок, указывающий на тернистость пути.
Тот факт, что его знает вся страна и статус морального авторитета (а в российском социуме их немного) заставляет оценивать его деятельность не формально, а в более сложной историко-культурной перспективе и экзистенциальной перспективе.
Долгих лет Вам, Юрий Юлианович!
❤32👍13🔥2👏2
Вот она, Уфа, ул. Ленина. Вот они, шевчуковские места. Дом где он жил. Совсем недавно там были прекрасные деревья. Сейчас вот такие.
Место тусовки в 1970-1980-х гг. хипанов на Ленина (называлось словом сбор), напротив кинотеатра «Родина».
Еще сквер на ул. Ленина с одноименным названием; на скамейках сидели, потребляли, размышляли, экзистенциальничали...
Место тусовки в 1970-1980-х гг. хипанов на Ленина (называлось словом сбор), напротив кинотеатра «Родина».
Еще сквер на ул. Ленина с одноименным названием; на скамейках сидели, потребляли, размышляли, экзистенциальничали...
❤7🔥3👏2
Продолжение. Шевчук – уфимец.
Культурный вклад Шевчука в восприятие Уфы в России недооценен. Пожалуй, это самый (или один из самых) знаменитых современных выходцев из Уфы, который так горячо и искренне любит родной город.
Шевчук не родился в Уфе (в Уфе родился, например, Сергей Довлатов, но он, конечно, не уфимец, знаменитый писатель прожил в этом городе лишь первые три месяца своей жизни). Шевчук в Уфу переехал в 13 лет, но сам он считает столицу Башкирии своей Родиной. Уфа редко у кого из приезжих вызывает восхищение и любовь…
Но Шевчук апеллирует не к внешней красоте, а к духу города, который стал для него родным. На всю жизнь. Я сам, как коренной уфимец, это чувствую сполна. Это ощущение своего города вызывает, я бы сказал, экзистенциальную бодрость, прилив витальных сил. Особенно для тех, кто не живет в родном городе, но тоскует по нему и приезжает в него регулярно.
Сколько у Уфы амбассадоров в России? Немного. Шевчук и хоккейный «Салават Юлаев». В меньшей степени В. Спиваков и некоторые уехавшие далеко творческие люди, плюс известный на весь хоккейный мир вратарь А. Василевский.
В Уфе забанили Шевчука еще в 1985 г., не дали ему развиваться творчески. Он уехал, но не озлобился. И показал своим творческим путем тщетность этой запретительной конъектуры.
Республика в период правления суверенного автократа М. Рахимова тоже ему не была близка, но глубокое мировоззрение позволяло отслаивать наносное от сущностного. А сущность в том, что Шевчук – подлинный уфимец.
В Уфе почи в равной пропорции представлены три нации – татары, русские и башкиры. И очень много межнациональных браков (я таких людей называю евразийцами). Шевчук один из них. По своему опыту знаю (сам тоже такой), эти люди менее восприимчивы к национализму. А мы прошли в 1990-х гг. и махровый башкирский национализм, а сейчас проходим другие испытания). Шевчук – ярчайший пример такой уфимской межнациональности, ориентированной на уважение разных культур и идентичностей, на умение понимать Других (в философском смысле этого слова).
В Уфе всегда считали Шевчука своим, а первый, легендарный состав ДДТ для Юрия Юлиановича остается идеалом, о котором он тоскует. Владимира Сигачева, пропавшего в 1990-х гг. таинственным образом в Москве, он считает непризнанным гением. Это был стопроцентно уфимский состав, записавший легендарную «Периферию».
Шевчук имеет право сказать, что корни русского рока на уфимской улице Ленина. В 1980-х гг. он построил свою творческую идентичность на том, что он (и такие как он) – парни с периферии, которые не комплексуют по этому поводу, а чувствуют страну и знают ее не с фасадной стороны.
Генезис этих творческих путей проходил в Уфе. На Ленина, напротив кинотеатра «Родина», где в конце 1970-х гг. была тусовка или, как говорили сами участники, сбор.
Шевчук тогда был в фирменных джинсах и огромных очках. На уроках в школе (мой папа учился с ним в одном классе), он сидел на последних партах и часто рисовал, уходил глубоко далеко вглубь своих размышлений и фантазий.
Но сегодня мне подумалось, что (вне зависимости от названия улиц) вот тот уфимский кусок центра города (школа №1, улица Ленина после бывшего зданий где в годы ВОВ располагался Коминтерн, кинотеатра «Родина» и сквер Ленина) – это и есть места пронизанные творчеством «ДДТ». В доме по адресу Ленина № 43 по-прежнему живут его родственники. Шевчук несколько раз в год, когда приезжает в Уфу, останавливается в этом доме.
Тема переименований улиц слишком затасканная, она явно неуместна (и даже пошлая) в этом посте. Да и дело не в иконизации Шевчука, она не нужна (прежде всего ему самому). Дело в огромном источнике свободы и добросердечности, которым Шевчук и является. И это очень ценно, в наше время.
Культурный вклад Шевчука в восприятие Уфы в России недооценен. Пожалуй, это самый (или один из самых) знаменитых современных выходцев из Уфы, который так горячо и искренне любит родной город.
Шевчук не родился в Уфе (в Уфе родился, например, Сергей Довлатов, но он, конечно, не уфимец, знаменитый писатель прожил в этом городе лишь первые три месяца своей жизни). Шевчук в Уфу переехал в 13 лет, но сам он считает столицу Башкирии своей Родиной. Уфа редко у кого из приезжих вызывает восхищение и любовь…
Но Шевчук апеллирует не к внешней красоте, а к духу города, который стал для него родным. На всю жизнь. Я сам, как коренной уфимец, это чувствую сполна. Это ощущение своего города вызывает, я бы сказал, экзистенциальную бодрость, прилив витальных сил. Особенно для тех, кто не живет в родном городе, но тоскует по нему и приезжает в него регулярно.
Сколько у Уфы амбассадоров в России? Немного. Шевчук и хоккейный «Салават Юлаев». В меньшей степени В. Спиваков и некоторые уехавшие далеко творческие люди, плюс известный на весь хоккейный мир вратарь А. Василевский.
В Уфе забанили Шевчука еще в 1985 г., не дали ему развиваться творчески. Он уехал, но не озлобился. И показал своим творческим путем тщетность этой запретительной конъектуры.
Республика в период правления суверенного автократа М. Рахимова тоже ему не была близка, но глубокое мировоззрение позволяло отслаивать наносное от сущностного. А сущность в том, что Шевчук – подлинный уфимец.
В Уфе почи в равной пропорции представлены три нации – татары, русские и башкиры. И очень много межнациональных браков (я таких людей называю евразийцами). Шевчук один из них. По своему опыту знаю (сам тоже такой), эти люди менее восприимчивы к национализму. А мы прошли в 1990-х гг. и махровый башкирский национализм, а сейчас проходим другие испытания). Шевчук – ярчайший пример такой уфимской межнациональности, ориентированной на уважение разных культур и идентичностей, на умение понимать Других (в философском смысле этого слова).
В Уфе всегда считали Шевчука своим, а первый, легендарный состав ДДТ для Юрия Юлиановича остается идеалом, о котором он тоскует. Владимира Сигачева, пропавшего в 1990-х гг. таинственным образом в Москве, он считает непризнанным гением. Это был стопроцентно уфимский состав, записавший легендарную «Периферию».
Шевчук имеет право сказать, что корни русского рока на уфимской улице Ленина. В 1980-х гг. он построил свою творческую идентичность на том, что он (и такие как он) – парни с периферии, которые не комплексуют по этому поводу, а чувствуют страну и знают ее не с фасадной стороны.
Генезис этих творческих путей проходил в Уфе. На Ленина, напротив кинотеатра «Родина», где в конце 1970-х гг. была тусовка или, как говорили сами участники, сбор.
Шевчук тогда был в фирменных джинсах и огромных очках. На уроках в школе (мой папа учился с ним в одном классе), он сидел на последних партах и часто рисовал, уходил глубоко далеко вглубь своих размышлений и фантазий.
Но сегодня мне подумалось, что (вне зависимости от названия улиц) вот тот уфимский кусок центра города (школа №1, улица Ленина после бывшего зданий где в годы ВОВ располагался Коминтерн, кинотеатра «Родина» и сквер Ленина) – это и есть места пронизанные творчеством «ДДТ». В доме по адресу Ленина № 43 по-прежнему живут его родственники. Шевчук несколько раз в год, когда приезжает в Уфу, останавливается в этом доме.
Тема переименований улиц слишком затасканная, она явно неуместна (и даже пошлая) в этом посте. Да и дело не в иконизации Шевчука, она не нужна (прежде всего ему самому). Дело в огромном источнике свободы и добросердечности, которым Шевчук и является. И это очень ценно, в наше время.
❤18👍9🔥3👏1
Правительство Мальты дает всем гражданам годовую подписку на ChatGPT; социальный эксперимент, который покажет способно ли общество развиваться быстрее при помощи ИИ-акселератора или нет.
Мальта – традиционна, жители добродушны и многие неспешно предпочитают наслаждаться жизнью, а не гнаться вперед. Но первый масштабный эксперимент с ИИ доступом всем пройдет именно там.
Запуск Мальтой национальной программы «AI for All» совместно с OpenAI — это масштабный эксперимент (и одновременно глобальная реклама корпорации). В социальной структурации будущего важнейшее значение будут играть класс интеллектуальных кентавров (или просто всадников), способных развивать когнитивные способности с использованием возрастающего потенциала ИИ.
На Мальте развитый IT-сектор, обучив рабочих, студентов и госслужащих синергии с ИИ, государство планирует радикально поднять производительность труда. Кентавр (человек + ИИ) выполняет аналитические, рутинные и творческие задачи в разы быстрее обычного специалиста. OpenAI получает беспрецедентный массив данных о том, как целая нация взаимодействует с технологиями в реальной жизни: от бытовых вопросов до оптимизации бизнес-процессов.
Есть риски, что разрыв между теми, кто хорошо освоил ИИ и теми, кто им не пользуется – будет возрастать. И, вполне возможно, Мальта с ее неспешной средиземноморской жизнью это покажет (особенно в сельской глубинке, на периферии Мальты, на о. Гозо и в других локациях).
Главный риск эксперимента – вместо кентавров получить пассажиров, которые полностью доверяют ИИ свое критическое мышление и…утрачивают его (становятся не кентаврами, а зависимыми от ИИ агентами). Настоящим кентавром становится лишь тот, кто сохраняет за собой функцию субъектности (контроля, этической оценки и финального решения), но для этого нужна проактивная мотивация. Здесь, конечно, важен возрастной фактор, для молодежи риски упасть на ИИ-костыли будут меньше.
Ни в одном крупном государстве пока такой эксперимент невозможен. Китай (и Россия) идет по пути обязательного внедрения суверенных ИИ-инструментов, доступ к которым будет бесплатным, но жестко контролируемым. А в Китае еще и встроенным в систему социального кредита и рейтингов.
Вообще, в будущем доступ к к ИИ и возможности использовать его для развития граждан и их интересов станет важнейшим критерием оценки политических режимов. Условный ИИ-собес станет не менее важен, чем доступ к медицине, образованию или интернету.
Периодически смотрю, что у нас шлепают языком про «останется 1-2 млрд людей в мире», и «никому пролы не нужны». Может быть и так, но, скорее, тут манипулятивно рисуются кликабельные антиутопийные нотки. А кое-где «пролы» способны себя защитить, потому что они - граждане.
Мир не будет гомогенным в отношении ИИ. Наоборот, возрастет его дифференциация и мы увидим всю линейку вариаций. От архаики без интернета (Афганистан) и жестких технотронных антиутопий до стабильных и сытых обществ без труда или проактивных либеральных режимов, ориентированных на дальнейший прогресс. Тут ключевым будет фактор политических институтов и способность сохранения гражданских прав для образованной прослойки людей во всем мире (условный upper middle class и креативный класс).
Мальта – традиционна, жители добродушны и многие неспешно предпочитают наслаждаться жизнью, а не гнаться вперед. Но первый масштабный эксперимент с ИИ доступом всем пройдет именно там.
Запуск Мальтой национальной программы «AI for All» совместно с OpenAI — это масштабный эксперимент (и одновременно глобальная реклама корпорации). В социальной структурации будущего важнейшее значение будут играть класс интеллектуальных кентавров (или просто всадников), способных развивать когнитивные способности с использованием возрастающего потенциала ИИ.
На Мальте развитый IT-сектор, обучив рабочих, студентов и госслужащих синергии с ИИ, государство планирует радикально поднять производительность труда. Кентавр (человек + ИИ) выполняет аналитические, рутинные и творческие задачи в разы быстрее обычного специалиста. OpenAI получает беспрецедентный массив данных о том, как целая нация взаимодействует с технологиями в реальной жизни: от бытовых вопросов до оптимизации бизнес-процессов.
Есть риски, что разрыв между теми, кто хорошо освоил ИИ и теми, кто им не пользуется – будет возрастать. И, вполне возможно, Мальта с ее неспешной средиземноморской жизнью это покажет (особенно в сельской глубинке, на периферии Мальты, на о. Гозо и в других локациях).
Главный риск эксперимента – вместо кентавров получить пассажиров, которые полностью доверяют ИИ свое критическое мышление и…утрачивают его (становятся не кентаврами, а зависимыми от ИИ агентами). Настоящим кентавром становится лишь тот, кто сохраняет за собой функцию субъектности (контроля, этической оценки и финального решения), но для этого нужна проактивная мотивация. Здесь, конечно, важен возрастной фактор, для молодежи риски упасть на ИИ-костыли будут меньше.
Ни в одном крупном государстве пока такой эксперимент невозможен. Китай (и Россия) идет по пути обязательного внедрения суверенных ИИ-инструментов, доступ к которым будет бесплатным, но жестко контролируемым. А в Китае еще и встроенным в систему социального кредита и рейтингов.
Вообще, в будущем доступ к к ИИ и возможности использовать его для развития граждан и их интересов станет важнейшим критерием оценки политических режимов. Условный ИИ-собес станет не менее важен, чем доступ к медицине, образованию или интернету.
Периодически смотрю, что у нас шлепают языком про «останется 1-2 млрд людей в мире», и «никому пролы не нужны». Может быть и так, но, скорее, тут манипулятивно рисуются кликабельные антиутопийные нотки. А кое-где «пролы» способны себя защитить, потому что они - граждане.
Мир не будет гомогенным в отношении ИИ. Наоборот, возрастет его дифференциация и мы увидим всю линейку вариаций. От архаики без интернета (Афганистан) и жестких технотронных антиутопий до стабильных и сытых обществ без труда или проактивных либеральных режимов, ориентированных на дальнейший прогресс. Тут ключевым будет фактор политических институтов и способность сохранения гражданских прав для образованной прослойки людей во всем мире (условный upper middle class и креативный класс).
👍9❤3🤔2🔥1💯1
Завершая выходные. Как монгольский коммунист унизил Сталина и что с ним стало.
В середине 1930-х гг. Монголия и Тыва (Тывинская народная республика, вошла в состав СССР де-юре только в 1944 г.) были единственными формально независимыми социалистическими государствами за пределами СССР. И. Сталин рассматривал Монголию как полигон для форсированной модернизации отсталой кочевой окраины.
Противоречия с местным лидером П. Гэндэном (премьер-министр и видный партийный деятель) росли примерно с 1933 г. В декабре 1935 г. в Москве на банкете в монгольском посольстве пьяный Гэндэн резко ответил на упреки Сталина, крикнув ему: «Чертов грузин, ты стал фактически русским царем!», после чего выхватил и сломал его знаменитую трубку. Символическое унижение и акт неповиновения был слишком силен, чтобы остаться без ответа.
Уже в марте 1936 г. под давлением Москвы Гэндэн был отстранен от должностей премьер-министра и первого секретаря ЦК МНРП. Его «отправили на лечение» в СССР — сначала в Крым, затем в Сочи. В 1937 г. Гэндена арестовали в Сочи, обвинили в шпионаже в пользу Японии и подготовке контрреволюционного переворота в Монголии. Гэндэн был расстрелян в 1937 г. и полностью реабилитирован Н. Хрущевым в 1962 г.
Знаменитый историк С. Коткин считает, что Гэндэн последовательно сопротивлялся советскому давлению и не хотел усиленной саттелизации Монголии. В частности, монгольский премьер отказывался уничтожать буддийских лам (считая их частью монгольской идентичности) и не хотел форсировать коллективизацию. Ссора с трубкой стала для Сталина финальным триггером, доказавшим, что Гэндэн неуправляем. Через несколько лет в Монголии к власти на долго пришел (на долгий срок) Х. Чойболсан, которого называли «Сталин степей».
В середине 1930-х гг. Монголия и Тыва (Тывинская народная республика, вошла в состав СССР де-юре только в 1944 г.) были единственными формально независимыми социалистическими государствами за пределами СССР. И. Сталин рассматривал Монголию как полигон для форсированной модернизации отсталой кочевой окраины.
Противоречия с местным лидером П. Гэндэном (премьер-министр и видный партийный деятель) росли примерно с 1933 г. В декабре 1935 г. в Москве на банкете в монгольском посольстве пьяный Гэндэн резко ответил на упреки Сталина, крикнув ему: «Чертов грузин, ты стал фактически русским царем!», после чего выхватил и сломал его знаменитую трубку. Символическое унижение и акт неповиновения был слишком силен, чтобы остаться без ответа.
Уже в марте 1936 г. под давлением Москвы Гэндэн был отстранен от должностей премьер-министра и первого секретаря ЦК МНРП. Его «отправили на лечение» в СССР — сначала в Крым, затем в Сочи. В 1937 г. Гэндена арестовали в Сочи, обвинили в шпионаже в пользу Японии и подготовке контрреволюционного переворота в Монголии. Гэндэн был расстрелян в 1937 г. и полностью реабилитирован Н. Хрущевым в 1962 г.
Знаменитый историк С. Коткин считает, что Гэндэн последовательно сопротивлялся советскому давлению и не хотел усиленной саттелизации Монголии. В частности, монгольский премьер отказывался уничтожать буддийских лам (считая их частью монгольской идентичности) и не хотел форсировать коллективизацию. Ссора с трубкой стала для Сталина финальным триггером, доказавшим, что Гэндэн неуправляем. Через несколько лет в Монголии к власти на долго пришел (на долгий срок) Х. Чойболсан, которого называли «Сталин степей».
❤4👏3👍2