Сегодня два просто шикарных момента из разряда того, что нам нравится в политике с израильским подтекстом. Экс премьер Израиля Нафтали Беннет в своих откровениях макнул Зеленского мордой в субстанцию так задорно, как никто, наверное, раньше. Он фактически объявил, что Зеленский набрался смелости сказать, что не боится и вылезти из бункера, только тогда, когда узнал от Беннета, что Путин пообещал в разговоре не ликвидировать Зеленского. Но это так, легкий "подкол" о трусости и отваге. Второй аспект интересней, фактическое обвинение отдельных стран в срыве мирных переговоров. И это уже серьезно, т.к. ставит совсем иначе акценты в разговорах о стремлении к миру.
Второе, в некоторых СМИ вышла от имени израильского Моссада статистика потерь сторон в рамках конфликта на Украине. Интерес вызывают не цифры (несколько заниженные даже, но это не особо значимо) а две вещи. Во-первых, сам факт появления неприятной для властей Украины статистики. Во-вторых, раздельное указание на потери американских и британских инструкторов, солдат стран НАТО (Германия. Польша, Литва) и наемников. Цифры опять же не важны. А более важно открытое заявление – на Украине воют и несут потери кадровые военные стран НАТО. Потери измеряются тысячами. И этот «секрет» (конечно условный секрет, уж и так много просачивалась информации о том, что в конфликте принимают участие кадровые военные стран НАТО) теперь становится достоянием широкой общественности и в потенциале поводом для обвинений некоторых стран Запада, которые так и не могут до конца определиться воюют они с Россией или же нет. Судя по публикации – воюют.
А теперь основной вопрос. Кто покусал Израиль на два таких откровения. Ответа точного у меня нет. Но есть большое подозрение. На днях прошли обыски у украинского олигарха Коломойского, а потом Высокий Суд Англии и Уэльса (в просторечье Высокий Суд Лондона) распорядился допускать арест счетов и имущества того же Коломойского и его партнера по бизнесу Боголюбова. Сделано это было вероятно по просьбе Зеленского к его кураторам, как одна из частей игры по его самосохранению (так уже устранили не одного конкурента нынешнего президента Украины). Но проблема в том, что Коломойский и Боголюбов – это не просто какие-то мелкие дельцы, но также еще и обладатели паспортов Израиля, и спонсоры отдельных политических сил в Тель-Авиве. Поговаривают, вкладывались они и в предвыборную кампанию Беннета. Так что, видимо, прилетел ответный привет и Зеленскому, и хозяевам. Увесистый такой привет.

На информационных каналах прошла очень интересная и значимая новость. Экс-президент Бразилии Дилма Роуссефф станет новым главой Нового банка развития (NDB), учрежденного странами БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР), сообщает издание O Estado de S. Paulo.

По имеющей у издания информации, предложение нового правительства южноамериканского государства о ее назначении на место действующего главы финансового учреждения бразильца Маркуса Троихо, который является ставленником предшественника социалиста Луиса Инасиу Лулы да Силвы, консерватора Жаира Болсонару, было положительно встречено партнерами Бразилиа. Как уточняется, Роуссефф будет занимать этот пост до окончания бразильского мандата в руководстве банка в 2025 году. Троихо же, пишет издание, предложено подать в отставку и перейти на работу в администрацию штата Сан-Паулу, губернатором которого является один из экс-министров правительства Болсонару. За этой новостью стоит гораздо большее, ем просто желание Лулу да Силвы сместить с международного постав ставленника своего оппонента. Фактически этот шаг будет означать стремление руководства Бразилии активировать инструментарий Нового банка развития в контексте создания нового валютного союза на базе БРИКС+ (включая страны БРИКС и государства, подавшие заявки на вступление в данное интеграционное объединение - Иран, Аргентина, Алжир, а также заявившие о намерении присоединится - Турция, Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ, Индонезия, Малайзия, Нигерия) и новой расчетно-резервной валюты. Этот замысел особо и не скрывается. Именно о нем говорили главы Аргентины и Бразилии. представляя проект совместной валюты "Sur". Видимо именно эти преобразования имел ввиду и президент Белоруссии Александр Лукашенко, когда заявил, что "В мире могут появиться новые валютные союзы в ближайшей перспективе". Дилма Роуссеф известна как ближайший и самый надежный сторонник Лулы да Силвы, его преемник на посту президента, оставленная с поста президента по сфабрикованному обвинению в коррупции. Сейчас же именно ей, с учетом имеющегося политического веса и доверия провести работы по внедрению новой валютной системы (фактически - нового мирового экономического порядка), который должен прийти на смену Ямайской валютной системы (о неэффективности которой говорили уже давно, в т.ч. на Антикризисном саммите G20 в 2008 году и на Лондонском саммите G-20 в 2009 г.). Предполагается, что контуры и план внедрения новой валютной системы будут обсуждать уже в августе 2023 года на саммите БРИКС+ в ЮАР. Вероятнее всего данная валютная система может распространяться не только на страны БРИКС или БРИКС+, но и государства включенные в процессы интеграции с данными государствами, что равносильно распространению данной системы на большую часть мира. Однако для того, чтобы данная система приобрела масштабный характер странам БРИКС+ придется доказать. что они могут обеспечить высокие показатели экономической стабильности и роста и обеспечения собственного суверенитета и безопасности.

Этот указ вместе с приостановлением Договора о стратегических наступательных вооружениях по сути переворачивание доски в вопросах международной политики и безопасности.
Заявление о новых грунтовых комплексах нужно отнести туда же. Мир становится все более отвязан от старых обязательств. Событийный ряд ускоряется.

Два слова о послании
Стоит отметить, что послание в этом году являлось долгожданным. Его ждали большую часть 2022, но так и не дождались. Но дождались в феврале 2023. Пока не ясно было ли это послание за 2022 и нас ждет еще одно, ближе к концу года, или его следует считать сразу за два 2022 и 2023.
Ожидалось оно потому, что в обществе есть потребность к определенности. На фоне продолжающейся СВО с весьма замысловатыми сюжетами и крайне странными заявлениями отдельных участников. На фоне экономических вопросов, связанных с увеличившимися расходами бюджета (что было разъяснено в ходе послания) и аспектов социальных процессов в стране. Сразу надо сказать многие вопросы были разрешены практически одной-двумя фразами, но вполне достаточно. Выборам быть и различным в 2023 и президентским в 2024. Экономика будет продолжать двигаться в сторону увеличения отвязки от доллара и евро во внешней торговле и стараясь избежать падения. Социальная сфера будет по-прежнему в центре внимания. Страна ожидает масштабного строительства объектов социальной инфраструктуры (школы, детсады и т.д.). Важных вопросов в послании было много, ключевых и требующих пояснения – три.
Первый и вполне ожидаемый – СВО и последствия. Президент снова сказал о причинах, задачах и прочем, о чем много разговорилось и в прошлом году и в начале этого года. Те, кто ожидал, что СВО перейдет в какой-то другой формат, желаемого не получили, кто ждал объявления о каких-то крутых переменах –тоже. Зато стало очевидно, что руководство государства осознает те проблемы и сложности, с которыми может столкнуться страна в контексте продолжение и впоследствии завершения операции. Тут и вопросы социально защиты ветеранов и семей погибших и раненых военнослужащих, и центры социальной поддержки в каждом регионе и ряд других вопросов. Значит руководство задумывается о будущем и решает широкий пласт задач социального плана в связи с операцией. Те, кто хотел полной определенности (чуть ли не со стрелочками на карте) конечно же останутся недовольны. Но это их личная проблема.
Второй и очень важный вопрос, который, однако не имел серьезного отклика у экспертов, но объясняющий ряд вещей и заслуживающий даже не статьи, а книги - это заявленный институт беспроцентных казначейских кредитов и перенос финансирования с 2024 года на 2023! На самом деле это ключевой момент послания. Почему? Потому, что фактически заявлено, что в России используется механизм вне банковского кредитования для государственных проектов. В России реально заработал механизм, при котором не может быть недостатка в деньгах. Вопрос лишь в герметичности их использования, чтобы они не разогнали инфляцию.
Третий и крайне громкий сюжет – приостановка СНВ-3. Тех, кто полез копать бомбоубежище и смотреть на сколько передвинут стрелки «часов судного дня» могу успокоить. Факт приостановки СНВ-3 вовсе не означает неизбежного ядерного удара вот прямо завтра и не является синонимом гонки ядерных вооружений. В конце концов сфера ядерного оружия - это не тот вопрос, где все может поменяться в короткой перспективе. Практический результат приостановки СНВ-3 – легальный отказ от инспекций ядерных объектов. Перспективный результат – большая свобода в планировании развития ядерных сил на перспективу. Эмоциональный результат – еще раз напомнили Западу о том, что ядерное разоружение - это серьезно, но только в увязке со всеми остальными сферами национальной безопасности.
Будет ли возобновлен СНВ – 3? Нет не будет. Он был заключен на короткий срок и должен был истечь 5 февраля 2026 года. В исходном виде он не устраивает обе стороны договора. Россию, потому, что там нет арсеналов Франции и Великобритании, а также ограничений на ракеты средней и меньшей дальности. США потому, что там нет арсеналов Китая и ограничения современных российских вооружений «Кинжал», «Авангард», «Посейдон». Скорее всего стороны не вернутся к СНВ-3, а начнут диалог уже по договору о глобальной безопасности следующего поколения, причем скорее всего в более широком формате.

Очень интересное заявление Лукашенко. Всем разумеется известно, что завтра 24.02.2023 председатель КНР Си Цзиньпин выступит с заявлением по конфликту на территории Украины (в данном случае термин СВО не употребим, т.к. СВО - это внутрироссийский администра-правовой режим, а с точки зрения международного права происходящее - международный вооруженный конфликт). Но в версии Лукашенко Си Цзиньпин не просто выскажется, а предложит какое-то новое решение. "... заявление Китая - это новый шаг, оригинальный шаг, который будет иметь серьезные последствия в мире". Гипотетически варианта два. Во время визита Ван И в Россию могли быть согласованы параметры заявления Си Цзиньпиня по данной тематике (хотя российская сторона это отрицает), либо Лукашенко просто траслирует свои мысли. В любом случае заявление Китая гарантировано будет созвучным их прошлыми заявлениями по взрывам на "СП-1/2" и позицией по поставкам США оружия на Украину (не исключено предложение эмбарго на поставки оружия сторонам конфликта).

Введение
Для начала позволю себе расставить некоторые точки над i и обозначить базовые аспекты. В первой части данного эссе я попытаюсь рассмотреть два вопроса. Это вопросы терминологии, и временного базиса исследования.
Во-первых, о терминологии, коль скоро меня как-то пеняли за это. Ученый имеет определенную «броню» от реальности, башней из слоновой кости это не назовешь, конечно, но все же это своего рода индульгенция абстрагироваться от эмоциональности при рассмотрении вопросов, которые не эмоционально рассматривать сложно. Так вот в рамках данной работы может быть использовано три терминологических конструкции – «Специальная военная операция» - как специальный административно-правовой режим, объявленный указом Президента, который необходим для описания внутриполитических аспектов (да и вообще, как аббревиатура СВО стал понятен всем без исключения, все понимают, о чем конкретно идет речь). С международно-правовой точки зрения допустим термин «международный вооруженный конфликт» в его понимании в Женевских конвенциях. Для целей же военно-технической стороны будет использован термин «военные действия», как термин наиболее точно описывающий происходящее.
Во-вторых, о периодизации. Хотя СВО и началась 24 февраля 2022 года мы не можем в рамках данного анализа рассматривать ее только через призму прошедшего года. Фактически период СВО должен охватывать предшествующие события, а именно: с международно-правовой точки зрения включая переговорный процесс по гарантиям безопасности между Россией, США и НАТО (с ноября 2021 г. по январь 2022 г.), в плане военно-политической составляющей (с 23 февраля 2014 года – переворота в Киеве и начала пророссийской протестной активности в Крыму), с точки зрения геополитической составляющей с расширения НАТО на восток (четвертое расширение - 12 марта 1999 г. и начала бомбардировок Югославии (с 24 марта 1999 г.), как точек окончательного крушения старого биполярного мира, гарантировавшего Европе мир на протяжении более чем 60 лет и окончательного формирования мира однополярного, крушение которого приводит к таким последствиям. Как и события. Которые мы рассматриваем в данном эссе. Не бойся, дорогой читатель, этот временной промежуток хотя и включает в себя более 20 лет является по сути только отсечками поясняющими происходящее и им не будет уделяться много места. Но не пояснить данный вопрос невозможно, поскольку он крайне важен для понимания процессов. Ну и собственно, вооруженный конфликт на территории Украины был фактически неизбежен уже тогда, когда произошли события 1999 года. Мог быть иной событийный ряд, могла быть иной методология, но ключевые моменты бы не изменились, как не изменятся и некоторые разрушительные процессы в будущем до которых время еще не пришло. Но придет. И на их фоне происходившее в течение прошедшего года может смотреться совсем иначе.
Ну и чтоб не отвлекаться мое отношение к происходящему. Считаю, что происходящее большая трагедия, предпочёл бы иную методологию (хотя не факт, что она бы привела к меньшему числу жертв) и понимаю, что происходящее развилка в мировой истории после которой некоторым силам уготовано место только под откосом железнодорожной магистрали. Причем кто там окажется еще до конца не определено, поскольку иногда в истории приходится идти даже не по лезвию ножа, а по острию бритвы. Но времена не выбирают, в них живут и умирают.
(Продолжение следует ...)

Международно-политический (геополитический) ракурс
Международный вооруженный конфликт на территории Украины был неизбежен, поскольку все линии напряжения мировой политики в период глобального изменения мирового порядка сводятся к совокупности сравнительно локальных конфликтов в ограниченном числе точек, а если они не позволяют разрешить глобальный конфликт, то начинается третья мировая война. Фактически происходящее сейчас на Украине – шанс (возможно последний) избежать глобальной мировой войны (третьей мировой) в полном масштабе, заменив ее войнами локальными. Но с участием всех основных геополитических игроков. Такие войны разряжают линии напряжения и позволяют оттянуть на некоторое время конфликт. Это подобно англо-бурской войне или русско-японской, как предшественников Первой мировой. Тогда удержать мир от большой войны не удалось, возможно получится сейчас. Можно ли было избежать конфликта на Украине? Да можно, посредством либо отложения (в результате подписания некоего соглашения), либо использования другой методологии, приводящей к разрядке точки напряжения в этом месте. Но тогда конфликт произошел бы в другом месте и не факт, что результат был бы приемлемее. И нет. Совсем без военного противостояния никак, ибо переломная точка.
Теперь два слова о том, почему возник этот конфликт. В 1999 году произошло два события, которые разорвали сложившийся до этого ялтинско-потсдамский миропорядок. НАТО приняло решение о включении в свой состав трех стран – Польши, Венгрии и Чехии, а через буквально пару недель начались бомбардировки Югославии (включавшие в том числе и «случайное» попадание американской ракеты в здание посольства КНР в Белграде). Эти два шага демонстрировали, что США более не собирается обращать внимание на интересы кого-либо и в первую очередь Россию (где как раз набирал обороты кризис, связанный с противостоянием Ельцина и группы губернаторов) в переформатировании мира. Старый мировой порядок умер, новый мировой порядок – однополярный, сложился явочным путем. Параллельно США запустили диалог по Дохийскому раунду ВТО, который был призван решить начинающиеся экономические проблемы США на фоне экономического укрепления Китая (как геополитического игрока Пекин тогда в Вашингтоне не видели и близко, а вот экономические процессы уже ощущали).
Затем были неудачные попытки США застолбить за собой ключевые точки контроля в Евразии (Ирак, Афганистан), была арабская весна, как попытка ЕС подчинить себе экономический потенциал Магриба и Ближнего Востока и противоход США, превративший торжество цветной революции Туниса и Египта в бойню Ливии и катастрофу Сирии. Были последовательные шаги по разрушению последних оков старого миропорядка в вопросах безопасности. Связанные с выходом США из договора по ПРО (поставившие под угрозу стратегические ядерные силы России), из ДРСМД, из договора по открытому небу.
Зачем США вышли из этих договоров? Затем, что им был необходим весомый аргумент, чтобы убедить Китай подчиниться и подписать кабальный торговый договор (а для этого запугать чем то, кроме стратегического ядерного вооружения, которое малопригодно в силу того, что позиционные районы китайских шахтных комплексов находятся недалеко от границы России и удар по ним со стороны США вызовет ответный удар со стороны России, т.к. этот удар будут детектирован как угроза России). Собственно, создание блока AUKUS и запрос у Японии права на размещение позиционного района ракет средней дальности как раз шаги в сторону решения данного вопроса.
Однако, действия США заставили Россию искать варианты решения. И такие варианты были найдены – это новые системы вооружения, представленные в послании Президента Федеральному Собранию в 2018 году и испытание отдельных образцов в Сирии (давшие время для того, чтобы не бояться возможных действий со стороны США. Для особо непонятливых. Если бы у США была возможность нанести ядерный удар по России, предотвратив ответный удар, США бы этот удар уже нанесли, но история не имеет сослагательного наклонения).

В ноябре 2021 года начался переговорный процесс по договору о гарантиях безопасности между Россией и США/НАТО. Если Вы любите исторические ассоциации, то Лавров и Блинкен пытались заключить новый пакт Молотова-Рибентроппа в версии XXI века. Не удалось. Хотя с объемом требований и не могло сложиться. Одним из пунктов которого был и пункт о не предоставлении членства в НАТО Украине. Почему? Потому, что с точки зрения инфраструктуры территория Украины является необходимым плацдармом для потенциальных угроз России. И речь не об угрозах единичных ударов, которые, например, можно нанести из Прибалтики, а о создании инфраструктуры большой войны. У НАТО есть лишь две точки прямого соприкосновения с Россией (оставляя за скобками Калининград) – это Прибалтика, которая логистически не может быть плацдармом для полноценного развертывания в масштабах, угрожающих России. Другая точка соприкосновения – российско-норвежская граница опять же не годится с транспортной и климатической точки зрения. Потенциальным действиям из Польши препятствует местонахождение Белоруссии, потенциальному удару из Турции – Черное море, Кавказ и нежелание Турции воевать.
Украина, таким образом, является единственной локацией, которая могла бы быть использована для развёртывания инфраструктуры НАТО в таком объеме, который бы действительно угрожал России и включал в себя позиционные районы ПРО и ракет средней и малой дальности (которых пока нет, но в то, что они у США в обозримой перспективе появятся, сомневаться не приходится).
Переговорный процесс в Женеве по гарантиям безопасности был обречен на провал изначально. Так ка требования отвода объектов НАТО за границы 1997 года и ряд других требований были, с точки зрения США, не реализуемыми и подрывающими их позиции в НАТО.
Как только переговорный процесс провалился вопрос силового решения украинского вопроса был предрешен. Фактически он снимал с повестки одно из требований переговоров по гарантиям безопасности и показывал бы неспособность НАТО обеспечить реализацию собственных интересов. То есть решал два аспекта – обеспечивал одну из опций безопасности России и подрывал международный авторитет НАТО и США (и без того подорванный бегством из Афганистана - поражением США, но не победой кого-либо).
После завершения конфликта предполагалось вернуться к переговорам по глобальной безопасности, но с уже более сильными позициями Москвы. Но самое главное – конфликт бы продемонстрировал беззубость США, как необходимую составляющую крушения старого мирового порядка и формирования порядка нового. Для того, чтобы сформировать новый мировой порядок (частями которого являются БРИКС и ШОС) требуется, чтобы к акторам такого порядка в лице России (глобальный Север), Китая (глобальный Восток) и стран южной дуги – Индии, Пакистана, Ирана, стран Аравийского полуострова (глобальный Юг) присоединилось как можно больше государств мира. А их мотивация предельно проста – экономический рост и безопасность. Экономический рост в ближайшее десятилетие гарантирует экономическая взаимосвязь с Китаем и Индией. Безопасность – наличие силы, способной противостоять в том числе и экспансии со стороны США. Конфликт на Украине должен стать для всего мира сначала образом противостояния России и глобального Запада (НАТО), а затем и примером того, что государство может опереться не только на США в части силовой поддержки. При этом, то, что США не всемогущи и не всегда могут свалить тот режим, который считают антагонистичным, уже продемонстрировали события в Сирии (гибридная война с использованием наемников), Венесуэле (попытка переворота и свержения Мадуро с заменой его Гуайдо) и ЦАР (прямая интервенция под прикрытием зарубежного контингента). Украинский же конфликт должен показать всему миру, что США (и НАТО) не способны обеспечить безопасность тем, кто находится под их эгидой. И это будет сигналом к тому, что оба интереса – и экономический и интерес безопасности может обеспечить только новый мировой порядок БРИКС, но не старый – американской гегемонии.

Военно-стратегический ракурс
Военно-стратегический ракурс конфликта делать весьма сложно, поскольку он практически любому видится как некий черный ящик, в котором совершенно не ясны отдельные ходы (например, отход от Киева), да еще и в совокупности с периодически происходящими взрывами критики в адрес военного руководства страны. Но попытаемся.
Условно СВО можно разделить на четыре этапа. Первый этап – с 24 февраля 2022, до 29 марта 2022 (отход из-под Киева). Второй с отхода из-под Киева до начала боев за Бахмут – 1 августа 2022. Третий с 1 августа 2022 до прекращения активных наступательных действий ВСУ (декабрь 2022). Четвертый этап – с начала декабря 2022 по настоящее время.
Первоначальный план (вероятнее всего один из прорабатывавшихся планов) предполагал быстрые прорывы российских войск (что вполне удалось, в том числе в Херсоне, Мелитополе, Бердянске) и обрушение украинских властей с заменой их на оппозиционные силы в украинской политике (опять же в Херсонской и Запорожской областях это было реализовано) но в остальных, готовность местных властей идти наперекор Киеву и роль оппозиционных сил оказалась сильно переоценена. При этом, судя по тому, как долго формировалась местная власть в том же Херсоне первоначальной целью было обеспечить независимость ДНР и ЛНР со вступлением в состав России, а все остальное в качестве демилитаризованного и денацифицированного государства в интеграционные структуры – ЕАЭС, СГБР и т.д. А вот способность украинских войск к сопротивлению наоборот была недооценена, что показал Мариуполь, где бои продолжались не только при полном окружении города, но даже и в условиях ограниченного пространства «Азовстали» (где сопротивление было в принципе бессмысленным). Что не учли? Традиционный русский архетип, призывающий сражаться даже в безвыходной ситуации и полном окружении. В такой ситуации попытка взять Харьков, Днепропетровск, Одессу и тем более Киев была бы вполне выполнима, но привела бы к большим жертвам штурмующих и мирного населения. А это совершенно не входило в какие-либо планы.
В результате второй этап операции превратился в операцию по ликвидации стратегически неблагоприятных выступов, истощению военного потенциала Украины и принуждение Запада к массированным поставкам вооружения. Собственно, на данном этапе были освобождены (в понимании их нахождения в ЛНР) Северодонецк и Лисичанск, выравнены некоторые участки фронта и выбита значительная часть вооружений и складов боеприпасов. В это же время Запад массированно включился в поставки вооружения и боеприпасов на Украину. В результате конфликт перешел к стадии косвенного противостояния между Россией и Западом.
Третий этап был связан с накоплениями ВСУ резервов и проведением ряда наступательных операций, часть из которых были провальными – операции в Херсонской и Запорожской областях, часть сравнительно успешной – операция в Харьковской области (но при этом включала присутствие в боевых порядках кадровых военных стран НАТО). В рамках этих атакующих действий потери ВСУ оказались настолько крупными, что не позволили продолжать дальнейшие наступательные действия, а на отдельных участках и удерживать контролируемые территории. При этом, серьезно оказались подорваны запасы бронетехники и артиллерии.
Четвертый этап, который мы наблюдаем в настоящее время можно назвать войной на истощение, где Россия и Запад фактически соревнуются в том, кто первый увидит, как сказал И. Крамник, «дно» в своих арсеналах. При этом, вооруженные силы России постоянно прощупывают вооруженные силы Украины на предмет их устойчивости, способности перебрасывать резервы и держать оборону. Лишь тогда, при наличии двух условий начнется завершающий этап СВО.
Когда Запад, выдав столь вожделенные Украиной танки и самолеты (что станет самой наглядной демонстрацией уровня включенности НАТО в конфликт) признает факт невозможности дальнейшего осуществления поставок боеприпасов и вооружения, а ВСУ не будет способно превращать крупные города в осажденные крепости до их полного разрушения.

Экономический ракурс
Важнейшей составляющей любого конфликта является экономика. Ведь чаще всего война – это битва экономик. В данном же случае экономическая часть войны имеет два ракурса. Первый – это обеспечение ведения боевых действий. Вторая – это само состояние экономики государства и его способность выдерживать давление со стороны противника.
Собственно, первоначальной стратегией Запада в рамках данного конфликта стала попытка экономического удара по России. Речь идет о блокировании значительной части ЗВР России, введения санкций в том числе секторальных (с учетом готовности самого Запада к введению таких санкций). Первоначальный удар должен был привести к шоковым последствиям для российской экономики, биржевой паники, толпам людей, пытающихся снять со счетов деньги и жалобам бизнеса на невозможность работать. Как мы все прекрасно помним Байден уже даже заявил о том, что экономика России разорвана, а доллар стоит 200 рублей. Этот удар России удалось выдержать в первую очередь потому, что на протяжении нескольких лет Минфин и Центробанк тестировали возможные секционные удары и предпринимали шаги по их потенциальному смягчению. При этом, значительная часть населения уже отвыкла от использования доллара и евро, как средства сбережения (уже давно никто не пытается пересчитывать свою зарплату в долларах, как это было в 90-е годы).
Второй фазой экономического удара стала попытка ограничения России от поставок критически важных товаров, например, самолетов, систем связи, нефтегазового оборудования, программных продуктов и т.д. Столкнувшись с таким давлением были предприняты попытки выйти из них путем импортозамещения, параллельного импорта на зарубежные товары и поиска альтернативных товаров. Иногда, обход был связан с нахождением альтернатив, например, иранских запчастей и индийских сервисов по ремонту и сертификации. Значительный вклад в устойчивость экономики внесло то, что целый ряд стран отказался поддерживать секционное давление на Россию. И вместо сплошной автаркии получился достаточно дырявый забор ограничений.
Третья фаза экономического противостояния была связана с попыткой лишить Россию бюджетных доходов, налагая ограничения на основные экспортные товары России – газ, нефть, металлы. Данные меры Запад не мог ввести сразу из-за того, что пострадал бы сам. А выходить из зоны комфорта Запад не любит. Постепенное же их введение давало возможность адаптироваться и найти противоядия (хотя бы частично). Введение же механизмов, наподобие казначейских беспроцентных кредитов демонстрирует, что и это ограничение будет для России вполне преодолимо. При этом, я не готов говорить о том, какова будет итог на длительную перспективу (5-10 лет), однако показатели прогнозов по российской экономике Всемирного банка пока что вполне благоприятные. Просадка на 2,1 % на волне санкционного давления в 2022 году и потенциал умеренного, но все же роста в 2023 – 0,3 % (прогнозируемо) – это явно не то, на что рассчитывает Запад в борьбе с Россией. При этом, сам Запад несет также определенные потери, хотя бы из-за разгона инфляции, роста цен на топливо и ряда других факторов. Расходы на поддержку Украины (более 150 миллиардов долларов США) также создают напряженность как экономическую (бюджеты не бесконечны, а у США еще и потолок госдолга висит в предвыборный год), так и социальную, когда граждане не понимают, почему финансирование Украины важнее, чем компенсации пострадавшим в Огайо, или субсидирование стоимости аренды жилья в ЕС.
При этом, экономика самой Украины оказалась практически разрушенной. Просадка ВВП более чем на 20 %, уход значительной части экспорта и не способность к самообеспечению по многим видам товаров. Фактически за поставляемое на Украину платит Европа. В этом плане, отказ Запада от продолжения экономической помощи может привести к краху украинской экономики до гуманитарной катастрофы.
Если длительность конфликта не выйдет за пределы 2-3 лет не прогнозируется каких-либо серьезных угроз способности России к ведению боевых действий.

Военная промышленность
Вторая составляющая экономики – это военная промышленность. Собственно, война – это всегда расходы боеприпасов (которые за день стороны тратят в размере десятков тысяч единиц), амуниции (которая превращается в рухлядь буквально через несколько недель боевых действий), техники (которая не только поражается противником. Но и просто ломается), еды (а армия требует массы провианта, пригодного для употребления в волевых условиях), медикаментов (война - это всегда ранения и болезни и расходы лекарств просто астрономический) и всего остального. Для того, чтобы вести войну нужна промышленность, обеспечивающая поставки всего необходимого. Экономика войны – это то, что сейчас является самым главным в рамках данного конфликта. Причем экономика войны не столько России и Украины, столько России и Запада.
И вот тут у обеих сторон возникают серьезные вопросы. Россия в плане экономики войны опирается на два основных фактора.
Во-первых, серьезные запасы еще советского оружия и боеприпасов, а также накопления вооружений, сделанных за последнее десятилетие (например, известных ракет «Калибр», которые по мнению противника должны были закончится еще в прошлом марте). Эти запасы хотя и конечны, но достаточно масштабны.
Во-вторых, российская военная промышленность, не подвергающаяся ударом со стороны противника и перешедшая на трехсменную – круглосуточную работу. Учитывая, что многие предприятия еще в 10-е годы пережили модернизацию, то расширять есть что. Однако есть две большие проблемы. Первая – это проблема кадров. Наращивание производств требует кадров, а в промышленности с учетом демографического фактора и образовательного фактора (когда приток на рабочие специальности сильно сократился) есть очевидные проблемы. Вторая – это проблема отдельных зарубежных компонентов, которые использовали для выпуска продукции. Эти компоненты приходится чем-то заменять, что зачастую приводит к простоям и необходимости проходить дополнительные этапы сертификации и контроля при выпуске продукции. Однако можно констатировать, что военная промышленность России встала на боевые рельсы, а кое где к ней присоединилась и промышленность гражданская. Для военной промышленности эта ситуация крайне благоприятная. Дело в том, что даже в условиях российского гособоронзаказа за последние тридцать лет российская военная промышленность не имела таких заказов, как сейчас. Тот же Уралвагонзавод вышел на объемы производств сопоставимые с лучшими советскими годами Причина этого проста. Российское руководство закладывает (уже сейчас) потенциал того, что конфликт на Украине не станет окончанием войны, а вполне возможно (если не удастся сломить волю Запада к конфронтации в рамках СВО) перерастет в будущем в более масштабную войну с отдельными странами НАТО. В такой ситуации разгон военной промышленности и расширение ее мощностей вполне оправдан.
При этом, мы должны констатировать и тот факт, что в России запускаются производственные мощности по тем видам вооружений, в которых наблюдалось отставание. Одних только сборочных линий по беспилотным летательным аппаратам построены десятки. В войска пошли и Арматы, и Коалиции, и масса другой техники, которую совсем недавно еще считали парадно-праздничной. В этом плане можно констатировать факт, что российская промышленность в целом справляется с запросом армии. Другое дело, что может возникнуть недостаток по отдельным номенклатурам вооружения. Но это, в конечном счете, задача - решаемая в долгосрочной перспективе. При соответствующих вложениях (а денег не жалеют) и подходе к работе.

Украина с точки зрения ВПК изначально не являлась самодостаточным государством. Зачастую промышленные цепочки уходили за рубеж, а номенклатура советского еще вооружения поддерживалась далеко не в полном объеме. Между тем, нудно констатировать, что украинской стороне удалось наладить работу сети малых ремонтных мастерских, которые вполне справляются с текущим ремонтом поврежденной и неисправной техники. При этом западные образцы отправляются на ремонт обратно в Европу (чаще всего в Чехию). Этого недостаточно для серьёзного противостояния, но определенный вклад в боеспособность украинской стороны это вносит.
Ситуация с Западом немного иная. Во-первых, в последние 30 лет многие мощности по производству вооружения были просто ликвидированы, ил переведены в трети страны – Пакистан, Египет и т.д. Это вносит свой отпечаток на возможность поставок, затрудняя их. Во-вторых, быстры разгон производства практически невозможен, для наращивания объемов потребуются месяцы. В-третьих, и это главное. Для того, чтобы открыть военное производство производитель должен понимать, что он будет обеспечен заказом не на сейчас, а на длительную перспективу. В вот большую войну многие страны запада пока для себя не видят. Иначе бы промышленность была разогнана заранее. Но этого не произошло. Более того, данный фактор дает мне повод полагать, что Запад в принципе не имел серьезного намерения в короткой перспективе атакующих действий. Та же инфраструктура на Украине для целей серьезного давления на Россию должна была бы строится не один год. И угроза стала бы вполне реальной приблизительно в ракурсе 2030-2035 года.
Имеет ли Запад потенциалы для восстановления оборонной промышленности. Да, вполне имеет. Есть производственные мощности, которые можно заполнить, есть оборудование, с кадрами правда большой вопрос, но в потенциале и кадры можно наработать. Но тут мы сталкиваемся с тремя Д. Это дорого – от стоимости труда, до энергии и транспорта. Это долго – одно дела развернуть завод с односменной работы на двухсменную и совершенно другое начинать восстановление в полном объеме. Это дотационно. Ни в одной стране НАТО бизнес не полезет добровольно строить заводы и разворачивать линии, если за это не заплатит государство. А это уже извините. Не стоимость стони танков, а сумма практически астрономическая.
В результате поставки боеприпасов и техники для украинской стороны оборачиваются конфузами (типа заявлений Испании о том, что у них нет исправных танков, или Германии, демонстрирующей, что танки забирают прямо из действующих частей за счет обороноспособности самой страны). США по всему миру ищет боеприпасы для ВСУ, вытрясая и Израильские склады (чем изрядно нервирует Тель-Авив) и поставлял пакистанские снаряды и практически высушившие склады стран Восточной Европы. В результате Столтенберг уже заявляет, что потенциал стран НАТО по поставке боеприпасов исчерпан (хотя пока что еще лукавит), а министр обороны Великобритании говорит о том, что Украинской артиллерии нужно стрелять точнее, тогда и много снарядов не понадобится. При этом Франция бравирует, что их военная промышленность набирает обороты, имея ввиду производство артиллерийских установок «Цезарь». Проверить это невозможно, но у Фарнции есть резон вводить промышленные мощности в оборонной сфере. Ближайшие десять лет им предстоит серьезная война за их бывшие африканские колонии, которые одна за другой отказывается от сотрудничества с Парижем.
Хотя военный потенциал Запада еще не иссяк вопрос способности их поддерживать активность вооруженных сил Украины на самом деле уже стоит и достаточно остро. Их надежда основывается на стремлении обеспечения еще одного контрнаступления со стороны ВСУ с последующим выходом на переговорный трек с позиций «Запад отстоял суверенитет Украины». Россию это категорически не устроит.

Внутригосударственный ракурс
Прошедший год СВО отразился и на внутригосударственных аспектах, обозначив болевые точки российской действительности и перспективы развития. В первую очередь речь идет о том, что практически весь год прошел в достаточно пространных рассуждениях о том, должна ли страна отмобилизоваться или нет. Вопрос оказался настолько новым для российской реальности, что не было достигнута консенсуса ни по вопросу мобилизоваться или нет, ни тем более по важнейшему вопросу, а что же такое «мобилизоваться», применительно к обществу.
Речь в данном случае очевидно шла не о том, поддержать или нет СВО и даже не о том изображать ли «Z» и «V» это скорее вопрос демонстрации позиции, но никак не мобилизации общества. Предложения типа «не проводить праздники» и чуть ли не предаться всеобщей аскезе раздавались, но не приобретали практического наполнения из-за своей бредовости. Очевидно, что проведенный или не проведенный праздник не принесет прорывов на фронте и итоговую победу. Самой большой проблемой стала не сама дискуссия, но действия высших властей, на которые в России принято ровняться.
Из внутриполитических результатов:
Во-первых, самоликвидация одной крупной группы влияния в российской политике, просадка еще нескольких – более мелких и бегство части «элиты» (псевдоэлиты) с разной аргументацией и различной историей такого бегства. И хотя российская власть стала чуть монолитней борьба групп влияния между собой никуда не делась. Вспомним хотя бы дело Мау, сначала разворачивавшееся как масштабная кампания, а затем скукожившееся до незначительного дела и бегства самого Мау из страны. Отметим, что, когда во власти начинают разряжаться пространства, эту разряженность пытаются закрыть те, кто имеет интересы. Вспомним, какая напряженная борьба велась за кресло главы МЧС. Да и сейчас ситуация далека от спокойствия по крайней мере судя по тем громам и молниям .которые витают в пространстве Минобороны.
Во-вторых, в российской политике (по крайней мере в рамках Единой России) СВО стала своеобразным кадровым лифтом. Добровольцами стали отдельные депутаты (это из сферы публичной политики), а управленцы-аппаратчики потянулись в прифронтовые земли, поднимать хозяйство. Очевидно, что и те, и другие вольются в высшие эшелоны российской власти, станут депутатами (те, кто ими не являлись), губернаторами (причем первые вероятно уже осенью 2023 года), федеральными чиновниками высокого уровня. И это, наверное, правильно. Не говоря о депутатах-добровольцах (они демонстрируют скорее позицию, чем талант) чиновники, показавшие свою эффективность в условиях управления регионом в боевых условиях, безусловно будут востребованы.
В-третьих, Россия постепенно привыкает жить в пространстве несколько отличающемся от прежнего. Хотя пространство «сжалось» еще раньше в период COVID-19 (когда многие страны были закрыты), сейчас оно воспринимается даже немного более широким, чем прежде, но при этом с известными логистическими трудностями. Скорее всего нам придется смириться с тем, что прошлые «западные» маршруты останутся в прошлом на долго, а вот остальные вероятнее всего наоборот будут более широко открываться, особенно осенью 2023 года, когда вероятно СВО останется уже в прошлом, а решения по БРИКС+ будут уже приняты.
При этом, Россия зайдет на выборный трек (Президентские выборы 2024 года), а следующее послание Президента станет одновременно и его предвыборной программой. С учетом всех факторов, благоприятно завершенной Специальной военной операции, при условии эффективной работы предлагаемых экономических механизмов (дай Бог рост ВВП будет не 0,3, а повыше) и фактически отсутствующей политической конкуренции (а С. Миронов (СРЗП) уже высказался о том, что партия будет поддерживать на выборах кандидатуру Путина и ряд других партий скорее всего к этой позиции присоединится) результат будущих президентских выборов не просто предсказуем, но фактически неотвратим (с известным, конечно, замечанием Воланда).

Философско-идеологический ракурс
Последний блок рассуждения, посвященного годовщине начала СВО самый сложный. Это философско-идеологический ракурс происходящего в контексте событийного ряда прошедшего года.
Можно долго говорить о том, что, Россия разделилась на «до» и «после». Но это вряд ли справедливо и верно. Для многих, конечно, привычная жизнь сильно изменилась. Вряд ли в 2013 добровольцы СВО и мобилизованные думали, что окажутся в окопах, а «релоканты» в ближнем и не очень зарубежье (по крайней мере точно не таким способом, со штурмом перевалов и пограничных переходов). Но это скорее про личные ощущения, а не про идеологию, являющуюся все же публичным и массовым явлением. А не личным переживанием.
Да, Россия пережила мощный подъем патриотизма (что характерно для практически любы ситуаций, связанных с военными действиями, вспомним, хотя бы взрыв патриотизма в 1914 году), так и яркое проявление несогласия (вскрывшего тех, кто до начала СВО просто предпочитал молчать). Тут мы не будем долго рассуждать, все же причины и форматы у каждого свои. Поговорим о реальной идеологии.
А вот с этим огромная проблема. Дело в том, что система ценностей, сформированная в нашем архетипе и являющаяся фундаментом практически любой идеологической надстройки, практически не изменилось, а вот политического оформления она не получила. Более того, властью подаются совершенно противоречивые сигналы, свидетельствующие о том, что эта самая власть скорее заинтересована в определенной реакции общества, а не в установлении четкой и последовательной идеологической базы на длительный период. Еще хуже дело обстоит с намеками. Они увы противоречивы.
Ну вот смотрим. Обращения к тематике Великой Отечественной в контексте СВО были уже не раз. То Путин слушающий исполнение «Вставай страна огромная», не знаю у кого как, но у меня от этой песни всегда та самая «ярость благородная» и желание тут же пристрелить пару нацистов. Воспоминания о событиях Войны, героях и подвигах и т.д.
При этом заявление о том, что в Киеве возник неонацистский режим и происходят увековечивание нацистской символики, ночные факельные шествия и прославления нацистских преступников вроде бы должны были привести к прямой причинно-следственной связи (нацизм снова поднял голову – отрубим ее, как деды и прадеды).
Но вместо этого говорится, что у нас все идет по плану, каких-либо излишних проявлений антинацистского рвения не нужно, более того не исключен «переговорный процесс» с Киевом и более того, что Россия не стремится к свержению режима Зеленского … И вот тут наступает момент легкого (как мифическая кувалда Вагнера) «когнитивного диссонанса». Если в Киеве неонацистский режим (с чем я в общем-то согласен, поскольку официальный Киев шпарит чуть ли не по Майн Кампф), а Зеленский возглавляет этот неонацистский режим (номинально или реально не важно), то, о чем, кроме капитуляции этого режима (с последующим судом над нацистскими преступниками) можно говорить? И тем более, как вообще можно говорить о каком-либо сохранении этого режима. Кроме как в виде экспонатов в историческом музее под стеклом экспозиции «украинский неонацизм»?
Сложившийся в 2014 году и имевший все шансы на продолжение в 2022 концепт «русского мира» не просто не взлетел, а был надежно утрамбован с пониманием, что это вызовет вполне понятную реакцию везде, где реализация русского мира приведет к сепарации территорий, а этого политическое руководство России, очевидно не хочет. В результате используются формулировки права наций на самоопределение (исходя из заявлений Небензи на заседании СБ ООН по Украине).
В части экономической опять же базовые постулаты – сохраняющиеся социальные гарантии и льготы от государства (государственный патернализм), предупреждение предпринимателям о том, что нужно укладываться на Родине, но без видимых действий в сторону хоть какой-то смены парадигмы. Остальные аспекты идеологических начал, такие как приоритет семейных ценностей и прочее остаются без изменений, но в полновесную идеологию не выстраиваются.

Так может, если судить по тому, что идеология в ходе СВО политическим руководством не формируется, хотя именно в периоды войн наблюдается массовая импатия, сопричастность, необходимая для внедрения идеологических оснований, которые затем должны быть зацементированы победой. Но этого не делается видимо по одной причине.
Идеология, формируемая во время боевых действий нацелена на определенную группу ценностей, связанных с тиражированием опыта выживания общества, ведущего эти самые боевые действия. И самое реальное применение такая идеология может получить только в боевых действиях. А вот этого судя по всему высшее политическое руководство делать не хочет. Равно как не хочет и напрямую представлять свое участие в конфликтах разной интенсивности где-либо, а таких конфликтов за последние годы было уже не мало, в Африке, Латинской Америке и т.д. Россия там представлена теми, кого там нет и частными военными компаниями, которых опять же как бы нет, хотя они есть. На общество сопричастность таким вещам на официальном уровне перекладывать не хотят. И это вполне логично. Обогащение и личная инициатива в нем как тезис идеологии мирного времени в военное превращается чуть ли не в предательство Родины.
Таким образом, видится, что высшее политическое руководство не собирается формировать официальную идеологию военного времени, при этом, пыталась в конституции закреплять некоторые штрихи идеологии мирного времени (известные поправки к Конституции). Так это или не так нам предстоит увидеть вскоре, поскольку после президентских выборов 2024 года (судя по всему последних для Путина) есть очень большая вероятность разработки и принятия новой Конституции, призванной закрыть противоречия, которые наблюдается в нынешнем тексте основного закона (с учетом внесенных поправок).
При этом, хотя руководство упорно дистанцируется от темы идеологии общество в ней нуждается. Хотя бы в том контексте, что стремится выработать морально-нравственные ориентиры, на которые нет ни ясных политических указаний. Ни тем более строчек в законе.
Читая вторые сутки обмусоленную тему о «зяте министра обороны» и его лайках (речь не про собак, а про реакции в социальных сетях) прихожу к выводу, что общество крайне нуждается в понятных морально-нравственных нарративах, коль скоро от религиозных мы уже далеко ушли, советские предпочли закопать еще в 90-е, а новых гражданских практически не обрели. В условиях противоречивой информации и ситуации, когда все идет по плану, хотя при этом стоит на месте общество пытается найти принципы социальной жизни созвучные моменту (а момент - военный).
В результате отклик находят не отдельные противоречивые сигналы власти, а прямые (хотя, при этом, и крайне лукавые) идеологические принципы со стороны отдельных ЛОМов, например, на волне последних активности – Пригожина с его «бизнесмен? А почему тогда не сформировал свою ЧВК и не пришел на войну?» или «чиновник? А почему тогда не создал наибольшее благоприятствование тому, кто хочет защищать Родину, хотя бы в ЧВК?».
Есть пословица «Свято место пусто не бывает… А пусто место не бывает свято!». Идеологический вакуум, наблюдающийся уже более чем 30 лет все равно будет закрыт, но если не от государства – в общенациональном масштабе, то в рамках групповых, конфессиональных или национальных интересов. А это уже станет серьезным испытанием для общества и государства. В таком случае, что очевидно, будут и попытки закрыть пробелы и со стороны акторов политического процесса (что мы видим и сейчас), и со стороны государства. Но в более поздний, послевоенный период. Ждем. По ощущениям после выборов 2024 года нас ждем много интересного и определяющего.
Конец.

Сегодня начал разворачиваться маховик перехода России на военные рельсы. Видимо столкновение с Западом, о котором до этого говорилось либо в ключе гипотетическом, либо в контексте поставок Киеву вооружения (что конечно участие, но не прямое) приобретает все более отчетливые очертания.
Прозвучало сразу три звонка, которые говорят о серьезности ситуации. И речь идет совсем не о событиях в Брянской области, которые скорее о том, что имеются несогласованности в действиях пограничной службы, местного самоуправления, региональных властей, органов МВД и ФСБ (история неприятная, но не определяющая). Речь о следующем.
Во-первых, принято решение о том, что в составе органов прокуратуры будет выделена специальная прокуратура по надзору за законностью при проведении СВО. Это означает, что создается специальная структура, которая позволит ликвидировать множественность надзорных элементов прокуратуры, приведет к высокой степени специализации и увеличению споосности таких органов к реагированию на появляющуюся информацию о случаях нарушения законности в рамках СВО (от защиты прав мобилизованных, до расследования отдельных фактов преступления со стороны противника). Это один из первых случаев создания специальных органов власти под нужны СВО.
Во-вторых, принято решение, что расширятся полномочия военных комиссаров в том числе в части присвоения статуса ветерана боевых действий (для лиц проходящих военную службу в рамках СВО). Это опять же шаг в сторону унификации и специализации данного процесса и одновременно устранение из него гражданских властей. Насколько данный механизм будет удобен, востребован и результативен предстоит только узнать, но то, что он будет более мобилен по сравнению с действовавшей ранее системой – факт, поскольку единовластие - всегда упорядоченность.
Третьи и наиболее важное. Заявлено, что Президент России Владимир Путин подписал указ о мерах против срыва гособоронзаказа. Соответствующий документ опубликован на официальном портале правовой информации.
Согласно документу, в том случае, если во время военного положения предприятие сорвет гособоронзаказ, на нем введут внешнее управление. Также говорится о приостановке прав акционеров таких предприятий.
Из текста указа следует, что управление такой компанией заберет рабочая группа, сформированная правительством и коллегией Военно-промышленной комиссии России. Группа будет заниматься оценкой выполнения компаниями гособоронзаказа, а также назначать ответственных на предприятии лиц. А это, уважаемые читатели, хоть и небольшой, но шаг к переводу экономики на военные рельсы. Он позволяет, во-первых, обеспечивать более высокую надежность реализации гособоронзаказа, а, во-вторых, сделать систему экономического реагирования на нужды СВО более мобильной. Если же вспомнить, что раньше было принято решение об обязательности предписаний по экономической мобилизации (предприятие не имеет права отказаться от выполнения задания, которое ей будет направлено в рамках гособоронзаказа), то направление развития очевидно.
Полагаю, что это только первые шаги, за которыми последуют и другие, в том числе закрывающие пробелы в имеющемся государственном управлении в рамках СВО. Не знаю, дойдет ли дело до полноценного Государственного комитета обороны (по идее это было бы рационально и верно), но в том, что данные шаги приближают его появление нет никаких сомнений.

Сегодня открылась 1-я сессия ВСНП 14 созыва. Чем она примечательна? Тем, что она знаменует собой обновление китайского руководства.
Именно на этой сессии 10 марта 2023 года Собрание должно будет избрать нового (старого) Председателя КНР Си Цзиньпина на новый (третий) срок. Событие само по себе историческое. Т.к. за последние 40 лет - это первый случай избрания Председателя КНР на третий срок. Но интерес представляет даже не это. После того, как осенью прошлого года на памятном съезде Компартии Китая Си был рекомендован к избранию, пошатнуть его позиции было очень сложно. КПК в ВСНП составляет доминирующее большинство и решение КПК гарантирован реализуется. Можно было бы как-то пошатнуть позиции Си? Гипотетически да, но для этого противникам пришлось бы приложить титанические усилия, которые на деле свелись только к раскачиванию темы антикитайского альянса AUKUS, попытке притащить туда Индию (не удачно) и Филиппины (более удачно), попытке разжечь в Китае антиковидный протест, закончившийся толком не успев начаться и попытки колоть Китай булавками о, якобы «поддержке подсанкционных режимов» Последнее особо прелестно, учитывая, что США и к самому Китаю применяют санкционные меры как по поводу внутрикитайских вопросов – Тибет, уйгуры, взаимодействие с Россией, КНДР, Ираном.
Сейчас игра против избрания Си на третий срок Западом окончательно проиграна. Однако на кону не мене значимые события. На сессии ВСНП будут избраны глава Госсовета Китая, а также все основные высшие должностные лица КНР. Си, что очевидно попытается укрепить преимущество, полученное осеню, когда ему удалось создать сравнительно удобное для себя политбюро КПК. Однако нынешний шаг более сложный. Дело в том, что на главные посты в государстве претендуют члены «шанхайской» и «комсомольской» групп в КПК. Появление их на основных постах приведет к тому, что Си будет вынужден идти на компромиссы как во внутренней, так и во внешней политике государства. Удачный же исход перестановок во власти Китая даст возможность Председателю в полной мере реализовать имеющиеся планы и фактически исключит американское и британское влияние на КНР, тем более, что после назначения основных чиновников по давней китайской традиции начнется зачистка всех эшелонов власти от ставленников бывших чиновников. При этом самые основные позиции (начальников управлений и отделов, а также их замов) будут зачищены уже в марте-апреле.
Удастся ли это Си Цзиньпиню? Вопрос на самом деле крайне сложный. Дело в том, что получение номинации от КПК для Си скорее всего было результатом очень сложных компромиссов, разменной монетой в которых были видимо места в Госсовете и прочие важные должности. Но вероятность того, что Си сможет перевернуть стол. Он может это сделать, пользуясь двумя факторами:
1. тем, что основное внимание Запада приковано к попытке оказать поддержку режиму Зеленского. Дело в том, что принудить «сателлитов» США одновременно действовать против России и Китая архисложная задача и попытка выдавить из европейских стран танки приводила к снижению активности этих стран по китайской проблеме. Хотя многие отечественные эксперты и пытаются убедить, что США могут по щелчку пальцев организовать любую реакцию со стороны «сателлитов» – это совсем не так. Оперативных ресурсов на активность сразу на нескольких направлениях у этих самых «сателлитов» не хватает и приходится выбирать главное направление. Таковым на протяжении последних месяцев была украинская тема.
2. используя взаимные противоречия между группировками во власти КНР Си может обеспечить получение ключевых постов в государстве и возможность проводить полностью самостоятельную политику. Некоторые эксперты полагают, что длительный визит Ван И в Европу и Россию в том числе был связан с попыткой прозондировать почву на предмет поддержки тех или иных сил в Китае в условиях трансфера власти.
Первые результаты будут известны в течение следующей недели и тогда мы с определенностью смоем сказать, как будет развиваться политика КНР в следующие 5 лет.

В мире происходят события, привлекающие пристальное внимание. На прошедшей неделе таких событий было три. Это странная на первый взгляд эпопея с потрясающими своей комедийностью объяснениями взрывов на «Северных потоках», волнения в Грузии и проходящий съезд ВСНП в Китае. Из всего этого существенное значение имеет, конечно только последнее, но рассмотрим все три горячих темы.
Начнем мы с внезапной гиперреактивности Вашингтона и Берлина в попытке объяснить, почему взорвались северные потоки, и попытка привязать к ним «неизвестную проукраинскую группу».
В это теме интересны три момента, которые мы и попытаемся объяснить.
Первое. Почему Вашингтон вдруг принялся выдавать «на гора» некие материалы расследования? Объяснить это просто. На протяжении последних нескольких недель благодаря расследованию известного журналиста Сеймура Херша во взрывах на северных потоках оказалась обвинена команда Байдена, а именно помощник по госбезопасности Салливан и директор ФБР Бернс. Нет, расследование Херша не имеет никаких судебных перспектив, нет оно даже не будет основанием для импичмента. И до недавних пор администрация Байдена отмахивалась от этого расследования как от назойливой мухи. США это не делали, больше никаких сведений разглашать не собираемся. Но внезапно администрация Байдена разговорилась, причем вместе с официальным Берлином (видимо для убедительности). Вероятнее всего причиной говорливости стало то, что расследовании Херша стало известно широким массам, многие ему поверили и данная история (по мнению экспертов) может стать одной из тем против Байдена на следующих президентских выборах. А терять голоса демократам никак нельзя. В результате Вашингтон разговорился.
Второе. Почему Вашингтоном сформирована такая неубедительная легенда? Дело в том, что убедительная легенда всегда требует хорошей проработки, времени для ее проверки, артефактов, ее подтверждающих, широкой дискуссии, сводящейся к ее правильности. А вот времени сейчас соорудить хорошую легенду у Вашингтона нет. А не соорудить нельзя, поскольку информационную повестку нужно перебивать. В результате и появляется наспех придуманная «проукраинская группа диверсантов с фальшивыми паспортами» на «судне, зафрактованном украинской частной компанией». То есть одновременно идут попытки отвести любые угрозы от Байдена и погасить тему с точки зрения ее потенциального использования на выборах, а с другой и не обвинить в чем-то режим Зеленского. Понимание же, что взрывы на защищенных глубоководных газопроводах – это не то, что может сделать какая-то частная группа, а скорее вопрос работы профильных спецслужб (да и тех, которые могли бы устроить такого рода диверсию, на Земном шаре всего 5-6).
Третье. Что происходит вокруг? А вокруг происходят политические баталии, достойные лучших произведений в жанре полит триллера, каждая сторона отрабатывает свои нарративы, пытаясь выкрутить дело в нужную сторону. Херш обещает вывалить еще целую кипу новы доказательств причастности команды Байдена к взрывам (ему стоит поверить, так как судя по материалам они у Херша взялись не из письменного стола). Берлин и Вашингтон наперебой «сыпят» подробностями и деталями, реализуя идею о том, что легче поверить в детализированную ложь. А в это время другие игроки начинают вбрасывать свои детали, подсвечивающие событийный ряд под интересным им фокусом. Например, одна из британских групп влияния, действующая через польского президента Дуду заявила, что автомобиль со взрывчаткой. Примененной для подрыва на северном потоке проехал из Украины через Польшу в ФРГ. Данная версия – придает игре емкий нюанс. Он с одной стороны подтверждает американскую версию (группа, из Украины, взрывчатка), а с другой подкладывает мощную свинью властям ФРГ, которые при такой трактовке, ибо знали о готовящемся теракте, но допустили его, либо через Германию могут свободно ездить грузовики со взрывчаткой, а значит, что спецслужбы не работают совершенно. Как вы понимаете обе версии вполне приемлемы для США и совершенно не приемлемы для ФРГ.

Теперь второй сюжет. Очередная грузинская «цветная революция», начавшаяся в Тбилиси на фоне скандала вокруг закона об иноагентах. Она проходит вокруг здания парламента Грузии, обрастает все новыми и новыми сюжетами, характеризуется традиционным ростом аппетитов оппозиции при удовлетворении их требований и в целом напоминает типичнейшую цветную революцию, взращённую на резонансном событии. Но эти события требуют нескольких пояснений, поскольку в российском телеграмм сообществе возникли какие-то нездоровые аллюзии на тему грузинских событий.
Главным заблуждением, распаляемым нездоровыми силами, является попытка привязать действие нынешних грузинских властей к Кремлю. Это допущение следует сразу же выбросить, поскольку в настоящее время в Грузии по сути пророссийских сил практически нет. Есть отдельные уникумы, которые за сохранение культурных и экономических связей, есть маргиенальные партии (типа грузинских коммунистов, действующих сейчас практически подпольно) для которых общение с российскими однопартийцами естественно. Но во власти российских ставленников нет в принципе. Вся политика Грузии – это местные политические лилипуты, действующие под крышей зарубежных групп влияния. Нынешняя правящая партия «Грузинская мечта» - находится под контролем французских традиционалистов (голистов), вспомним, что Иванишвили и Зурабишвили вообще были гражданами Франции, «Единое Национальное Движение», плотно контролируемое Лондоном и ряд мелких «демократических» партий, сидящих под Еврокомиссией. Собственно, вся выгода России только в том, что нынешнее руководство является не пророссийским, а просто умеренно-вменяемым, не желающим терять те успехи в экономике, без которых Грузия просто погрузится в нищету. Да нынешнее правительство Грузии отказалось поставлять оружие Украине (которого у Грузии и так не много) и отказалась вводить некоторые санкции против России. Но в остальном, грузинская потенциально-цветная недореволюция для России не имеет ни отрицательных, ни положительных сторон. Буря в стакане воды, как говорил Гроций.
Второе заблуждение – это непонимание откуда вообще взялся закон об иноагентах и зачем. Многие рассматривают картину под влиянием критики по отношению к российскому законодательству об иноагентах. Но тут ситуация несколько иная. В 2024 году в Грузии должны состояться парламентские и президентские выборы. Сейчас на обоих постах представители «Грузинской мечты». Но Еврокомиссия и фонды под ней, точащие зуб на несговорчивое грузинское правительство (начиная с известного разгрома гей-парада местными активистами и заканчивая ситуацией с отказом поставлять вооружение на Украину) стремятся решить вопрос в свою пользу и перевернуть игровой стол, подобно тому, как это делалось в Молдавии. В результате к выборам 2024 года ЕС-овские фонды готовят свою сетку из СМИ, НКО, блогеров, гражданских активистов и т.д. Деньги – за счет средств грантов и специальных программ поддержки. Есть ли у «Грузинской мечты» возможность что-то этому противопоставить? Да, административный ресурс и финансовые резервы государства, плюс средства поддержки от французских голистов. Но и об отбитии чужих атак не стоит забывать. Как? В том числе через стигматизацию иноагентов. Прием известный еще с американской FARA, далее чуть ли не везде.
Та острота, с которой встретила закон об иноагентах оппозиция Грузии понятна. На кону выборы. Но сейчас полагать что нынешняя ситуация обернется чем-то критическим для правящих кругов более чем наивно. Ни к смене правительства, ни к освобождению Саакашвили, ни к каким-то другим кардинальным изменениям данная ситуация не приведет. «Грузинская мечта» не имеет возможности сформировать правильный фон для принятия закона об иноагентах, оппозиция не имеет единства, пока что накопленных сил для захвата власти. Да и грузинские боевики еще из Украины не вернулись, которые должны будут взять на себя тяжесть возможного противостояния с полицией. Ситуация патовая, а значит вполне разрешимая.

В США обанкротился банк. Silicon Valley Bank, специализирующийся на вложениях в IT стартапы. Банк 16-й по величине в США, но при этом с 6 среди американских банков инвестиционным пакетом. Обанкротился быстро, практически за несколько часов с момента появления реальной информации о состоянии дел банка. Ну и что, что обанкротился какой-то банк, может спросить читатель. Мало ли банков банкротится каждый месяц.
Но тут есть пара любопытных нюансов. SVB банк достаточно крупный, хотя конечно не Lehman Brothers времен кризиса 2008 года. И даже сравнительная «изолированность» этого банка не является гарантией, что все закончится только им. Да, у банка были плохие показатели с собственной ликвидностью, да, их инвестиционный портфель включал много долгосрочных обязательств под низкий процент, что было приемлемо при ставке рефинансирования ФРС в районе нуля, но не при текущих показателях. Но при этом нет никакой гарантии, что и у ряда других банков с портфелем все шикарно.
Кроме того, SVB банк имел особое место в IT-стартапах, а это означает, что в ближайшее время либо данную сферу ждет существенное торможение в финансировании новых проектов, за счет ухода ключевого игрока, либо попытка войти туда других игроков с весьма сомнительными возможностями с учетом отсутствия полноценного состава экспертов, занимающихся этой проблематикой. Попытка перекупит специалистов SVB возможна, но репутация команды, доведшей банк до банкротства – вещь не лучшая.
В таком случае, хотя запуск полновесного кризисного сценария только на фундаменте SVB вряд ли возможен, ситуация вокруг SVB рисует ряд очень неприятных для США моментов.
Первое. Проблемы с неверным пониманием политики ФРС могут быть у многих банков. Ставка на 0,25 пунктов держалась с 2009 по 2015 год, а потом после роста 2017/19 годов снова упала до 0,25 пунктов с апреля 2020 по январь 2022. При этом, возврат к около нулевой ставки все восприняли, как понимание ФРС, что если не держать такую ставку, то американская экономика уйдет в рецессию, а значит она будет держаться вечно. Повышение ключевой ставки стало шоком для банков, которые не верили в возможность высокой ставки, а уж на 4 % точно не закладывались. Значит долгосрочный кредитный портфель многих банков не рассчитан на такие показатели и, следовательно, сложности могут начаться у многих. А значит финансовым властям США следует предпринимать срочные меры для спасения банковской сферы, но … Минфин США себе этого позволить не может из-за того, что долги самих США уже достигли потолка, а соглашения об увеличении потолка госдолга еще нет. А значит остаются только инструменты ФРС. И с ней тоже проблема.
Второе. Сложности у ФРС возникнут не только из-за банков, но и из-за общей стратегии. Дело в том, что повышение ключевой ставки было нужно, чтобы сдержать инфляцию в США, имеющую важное макроэкономическое и политическое значение (особенно в год, предшествующий президентским выборам). Чем больше ставка, тем меньше денег в экономике и тем меньше инфляция. Раньше ключевым вопросом был выбор между низким процентом и инфляцией, или высоким процентом и рецессией. Сейчас к рецессии добавился еще и фактор банкротства банков. В такой ситуации ФРС может и пойти на снижение ставки, разгоняя инфляцию. А это автоматически делает именно США главным кандидатом на первое место в гонке за гиперинфляцией (а тот, кто первый в этой гонке, тот тяжелее перенесет начавшийся кризис).
Что это дает для понимания мирового расклада? Начавшаяся раньше, чем в Европе гиперинфляция в США, либо (как альтернатива) – рецессия и серийное банкротство банков серьезно подрывают возможности США в битве за мировое лидерство. Фактически это означает существенное снижение активности по всем ключевым вопросам: противостоянию с Китаем по торговой сделке, попыткам накачивать оружием Украину в войне против России, попыткам сохранить гегемонию доллара в мировой торговле. Выход у США один. Найти золотую середину и следовать по ней пытаясь не упасть ни в одну, ни в другую сторону. Удастся ли? Увидим.