– Убери с лица эту ухмылочу,
если не хочешь, чтобы я ее вырезал.

– Думаешь я испугался
твоего ножа?...
Вообще-то я сын Мясника.

– Что я тебе говорил
про добровольное мученичество?

– Что оно никому не нужно.
Но ты меня не останавливал.

– Это подразумевалось само собой.

– Я же глупый, забыл?
Мне все нужно разжевывать.

– Заткнись

– процент ненависти
вырос до 94?

– до 100

– У тебя проблема
И заключается она в том,
что ты тратишь время
и силы на всякую ерунду.

– Это, – Нил жестом
показал на себя и Эндрю
– не ерунда.

– «Этого» нет.
Это – ничто.
Ничего нет.

– И я ничто.
А на вопрос «Чего ты хочешь?»
ты всегда отвечал: «Ничего».

- ...

– Вот это да...
Мне полагается приз за то,
что я тебя заткнул?

– Быстрая смерть.
Я уже придумал, где спрячу труп.

– Закопаешь?
– Хватит болтать.

Эндрю и Нил существовали
попав в притяжение друг друга,
находясь в пространстве друг
друга больше, чем вне его:
сигаретный дым,
одинаковые повязки на руках
и затяжные взгляды,
когда один из них слишком
надолго выпадал из орбиты