С индусами в мусульманских государствах на территории Индии ещё вот какой интересный момент есть: в Делийском султанате и в Могольской империи индусы платили джизью (налог для немусульман), имели право исповедовать свою религию, решали внутренние вопросы на основе решений собственного суда, пользовались защитой правителя — словом, находились на положении «людей Писания» . Загвоздка в том, что «людьми Писания» они очевидно не являлись, а являлись, с точки зрения шариатского права, натуральными идолопоклонниками. Но поступать с ними как с идолопоклонниками было с самого начала существования мусульманской государственности в Южной Азии невозможно технически — именно индусы составляли абсолютное большинство населения и платили налоги.

Некоторые мусульманские правоведы в средневековой Индии решили соотнести индусов с сабиями — третьей группой «людей Писания», упоминаемой в Коране. Кого называл «сабиями» Мухаммад, достоверно сейчас никому не известно. В Индии решили, что сабии это индусы — уж больно много выгод сулило такое предположение.

Более элегантный подход к проблеме демонстрирует великий хорезмийский учёный Аль-Бируни, посещавший Индию во время походов Махмуда Газневи в XI веке и много общавшийся с брахманами. Да, пишет Бируни, индусы в массе своей склонны к суевериям, поклоняются материальным предметам и т. д. Но то невежественный народ, а судить надо по учёным людям, которые, если разобраться, признают единый и вечный Абсолют ergo всё-таки монотеисты.

Продолжая тему советской языковой политики.

Есть известная история: в самом начале голода 1921 года, на нескольких заседаниях Политбюро из золотого запаса РСФСР последовательно выделяется 1 млн рублей золотом на закупку учебников украинского языка заграницей.

Для сравнения, за весь 1921год, именно под предлогом борьбы с голодом, у населения, в основном духовенства, было реквизировано ценностей на 2,5 млн рублей золотом.

(Правда, есть ощущение, что это был просто вывод средств в Австрию. Только там, ещё до Первой мировой войны печатали украинские буквари. Следов, поступления заказанной партии учебников не обнаруживается. Впрочем, это не единичный случай, одновременно советская власть активно закупает уголь в Польше и дрова (!) в Финляндии. У нас, как вы понимаете, ни дров, ни угля отродясь не водилось.)

Но украинские буквари во время поволжского голода, обошедшегося стране в то ли в 5, то ли в 7 млн жертв, это ещё не самое дикое решение.

В сборнике «Петроград на переломе эпох. Город и его жители в годы революции и Гражданской войны» есть эпизод:

Во время петроградского голода 1919-20 годов, искусственно созданного большевиками в бывшей столице империи, городскими властями было осуществлено несколько попыток закупить продовольствие заграницей. Петросовет вёл переговоры с Финляндией и Швецией о закупке провизии в Финляндии и Швеции, за счет оставшихся в банках этих стран активов, оставшихся ещё с царских времен. Наркомфин и Наркомпрод отказали. Одновременно, для еврейского населения Петрограда по линии Наркомпроса в Литве было закуплено "100 пудов" на идиш.

Полноценного исследования о числе жертв петроградского голода 1918-1920 годов до сих пор нет, по косвенным данным их может быть не меньше жертв блокады Ленинграда. Зато можно гордиться тем, что школьники были обеспечены учебной литературой на идиш.

Проект Runivers создал интерактивную карту приращения территории России.
Наибольший прирост, по из оценке у нас произошёл при следующих правителях:
- Михаил Фёдорович (за счёт Сибири);
- Алексей Михайлович (Дальний Восток и Забайкалье, Украина)
- Анна Иоанновна (Казахстан);
- Павел I (Русская Америка);
- Иван IV Грозный (Казань брал, Астрахань брал, начало освоения Сибири);
- Пётр I (Прибалтика);
- Екатерина II (Польша, Причерноморье, Крым).

Дорогие друзья и коллеги. Уважаемые читатели разных моих текстов.
По поручению прекрасных издателей делюсь с Вами очень важной для меня новостью.
Очень скоро в издательстве «АСТ» выходит моя новая книга по русской истории: «Плуг и стремя. Как Восток стал частью политической культуры России». Уже сейчас можно оформить ее предзаказ:
На Читай-городе https://www.chitai-gorod.ru/product/plug-i-strema-kak-vostok-stal-cast-u-politiceskoj-kul-tury-rossii-3172097,
На Буквоеде https://www.bookvoed.ru/product/plug-i-strema-kak-vostok-stal-cast-u-politiceskoj-kul-tury-rossii-8835768,
На Бук24 https://book24.ru/product/plug-i-strema-kak-vostok-stal-cast-u-politiceskoj-kul-tury-rossii-8835768/ .

"Россия — это не часть Запада или Востока. Но Восток — это часть России: его народы начиная с XI века массово вовлечены в развитие нашей политической цивилизации, по своей воле или через завоевание их русскими, а с середины XVI века наиболее масштабно представлены в многонациональном и многорелигиозном российском обществе. Эта книга о том, как Россия воспринимала и понимала ближайший к ней Восток на четырех важнейших этапах своего развития: древнерусском (X–XII века), возникновения централизованного государства (XV–XVI века), имперском (XVIII – XIX века) и советском (1917–1991 годы)"

Как и предыдущая работа, книга научно-популярная и рассчитана на максимально широкий круг читателей – всех, кому интересно разобраться в наших отношениях с этим сложным миром. Читатели, оформившие предзаказ сейчас, получат книгу раньше всех. Я буду исключительно признателен Вам за распространение этой информации. 

Николай Патрушев и Сергей Степашин включились в дискуссию об истории России

Доклад «Минченко консалтинг» «Образы прошлого будущего России» способствовал активизации дискуссии об исторических корнях российского государства и путях его дальнейшего развития.

Могу только поприветствовать инициативу экс-премьер-министра России, экс-главы ФСБ и МВД Сергея Вадимовича Степашина о том, чтобы вести отсчёт истории органов безопасности с 1826 года - с момента создания Третьего отделения, а не с 1917 года, как это происходит сейчас.
Создатель Третьего отделения Александр Христофорович Бенкендорф был боевым генералом, героем наполеоновских войн, в том числе и отважным командиром партизанского отряда.
На фоне кровавой истории ВЧК Третье отделение отличалось редчайшим гуманизмом. Да и с точки зрения верности фактам перенос даты основания ФСБ в 1826 год выглядит вполне логично.

Внёс свой вклад в историческую дискуссию и другой экс-глава ФСБ, экс-секретарь Совета Безопасности, ныне помощник Президента РФ Николай Патрушев.
Николай Платонович озвучил свой вариант пантеона исторических деятелей России - Екатерина II, Пётр I, Ленин и Сталин.
Екатерине Великой он поставил в заслугу максимальное территориальное расширение.
Историки тут могут поспорить - к примеру, проект Runivers, скрупулёзно посчитавший территориальный прирост России с 1462 года, ставит Екатерину по этому показателю только на седьмое место.
Первенство - у забытого и недооцененного государя Михаила Фёдоровича. А на втором месте - его сын Алексей Михайлович, также не пользующийся популярностью у современных политиков.
Если брать по процентам прироста, то на первое место выходит Иван III - ещё один недооцененный правитель Российского государства.
С ним вполне может поконкурировать Иван IV (за счёт Казани, Астрахани и Сибири).
По этому показателю Екатерина II, вне зависимости от методики подсчёта, попадает в топ-5.

В целом подход Патрушева можно описать как этатистский - на первом месте при оценке правителя сила государства и объём его территориальной экспансии.
Хотя у критиков могут возникнуть и вопросы по оценкам помощником президента фигур Ленина и Сталина.
В частности, если говорить о «сломанном государстве» в 1917 году, возникает вопрос, а кто, собственно, его сломал.
И цифра в 14 % ежегодного роста ВВП при Сталине не подтверждается даже официальными данными советской статистики (в достоверности которой есть большие сомнения).

Тем не менее, тот факт, что топовые политики и государственные деятели включаются в историческую дискуссию, можно считать хорошим симптомом.

#ИсторияРоссии
#Дискуссия

Вагон мандаринов за миллион долларов – 1

Возьмешь вагон мандаринов за миллион долларов? – Возьму.
И пошли искать один – вагон мандаринов, другой – миллион долларов.

Перестроечный анекдот, в котором не отражен тот тип, который их свел в стекляшке за столиком и оговорил для себя двести тысяч комиссионных.

Статья про дипотношения России и Англии в 1613-1649 гг. – невероятно интересная, особенно при сопоставлении с другими источниками по этому периоду.
В России типа закончилась типа Смута и правит новый монарх, «Великий Император России» Михаил Федорович Романов, по английскому титулованию. Но ему 17 лет, и вся переписка идет по двум официальным адресам: ему и папе – патриарху Филарету, который максимально заинтересован в максимально проанглийской позиции страны, чтобы было с кем сплотиться против Швеции и Польши. Полстраны, на минуточку, еще принадлежат Швеции и Польше. Единственная надежда – на обосновавшихся в Архангельске английских купцов и промышленников под эгидой лондонского ООО с долей государственного участия «Московия-компания», которой в часы нужды помогает «Ост-Индская компания», такое же ООО. Свой голос Михаил получает только после смерти отца, и его сын Алексей Михайлович управляет внешней политикой уже тоже один. Но Любименко указывает, что в отличие от переписки Грозного и Годунова переписка Романовых совершенно лишена личностности: это ведомственные документы, сухо составленные скорее советами чиновников, чем отражающие личную волю правителя. Михаил и Алексей – не цари в полном смысле слова, а менеджеры при тайных советах, управляемых боярскими кликами и – к тому времени – уже и торговыми союзами. Страна в раздрае, она мала, в ней нет постоянной большой армии, порушены торговые связи, катастрофически нет денег.
У России к Англии три интереса. Заключение договора со Швецией и возвращение хотя бы Новгорода. Занять денег: указания послам – панические, «просить 100 тысяч, в крайнем случае 50». Заключить вечный договор о всестороннем сотрудничестве: фактически политическую унию, экономический и военный союз вроде современного «союзного государства» России и Белоруссии. Такого союза, «вечнаго докончания», просил ранее Грозный, и теперь Филарет и потом Алексей многократно пишут, что страна к этому полностью готова.
В Англии правит Иаков I Стюарт, потом его сын Карл I, и даже пару писем пишет принц Карл Карлович, который только в 1660 г. станет Карлом II. После железной руки Грозного страна Россия распалась за период с 1603 по 1610 гг. После железной руки Елизаветы страна Англия распалась бы в период с 1603 по 1610 г., если бы стычка с парламентом не была превращена Иаковом в мину замедленного действия. Парламент лишил его права взимать налоги, он не полез в бутылку, а распустил парламент и собрал его потом на следующую сессию, словно ничего не произошло, тихо замяв вопрос и подчинившись без скандала. Эта мина рванула уже при его сыне в 1648 г. и привела к временному краху династии. Не нам его судить, всех рассудила история. Главная проблема — в том, что Парламент не ставит Иакова ни в грош: он на самом деле интеллигент, слабак, мямля, международный экстремист и террорист по версии РФ, демонолог-энциклопедист, спирит и эзотерик. Его младший сын посолиднее, но зато потупее. Умный и красивый старший сын умер. Английским двором крутят как хотят фавориты и отца и сына, международную политику ведут сперва старший Бэкингем, потом его сын, обостривший донельзя отношения с Францией путем влезания под юбку ее королеве (хотя бы на уровне слухов) и проваливания чисто из-за невнимательности многолетних шпионских сетей, раскинутых по Франции при Иакове, потому что вот что он любил и умел – так это тихую войну. #история #Англия #Россия #17век #Стюарты

Раз уж пошла дискуссия на тему родословной ФСБ и в неё включился в том числе один из бывших руководителей этой структуры, то давайте спросим мнение читателей этого канала.
А как вы считаете, от какого источника стоит российской госбезопасности вести отсчёт своей истории?
- Приказ тайных дел (1654 год)
- Преображенский приказ (1686 год)
- Третье отделение (1826 год)
- ВЧК (1917)

Кстати, дату отмечания Дня сотрудника госбезопасности я бы оставил 20 декабря - учитывая сложившиеся традиции действующих сотрудников.

Upd. Во избежание накруток - голосовать могут только подписчики канала «Евгений Минченко. Персонально по делу».
Зато у желающих проголосовать есть прекрасный шанс подписаться )

#ИсторияРоссии
#Дискуссия

КНР меняет восприятие Второй Мировой войны
Два текста Си Цзиньпина с разницей в 10 лет

Сопоставление статей 2015 и 2025 гг. позволяет зафиксировать динамику
эволюции китайских официальных нарративов о Второй мировой войне. Если в тексте 2015 г. сохраняется акцент на советском вкладе в Победу над Японией при одновременном стремлении подчеркнуть героизм китайского народа, то к 2025 г. картина меняется.
1. Акцент внимания смещен в сторону Китая. В нарративе 2025 г. Китай
все чаще оказывается на первом месте при характеристике военных действий в Азии, а его вклад в общую Победу представляется как не только равный, но и отчасти более продолжительный и значимый.
2. Переосмысление роли СССР. Помощь Советского Союза в Азии больше
не представляется решающей. Она редуцируется к образу советских летчиков и поставок вооружений, трактуемых в контексте взаимности. Упоминание ввода Красной Армии на северо-восток Китая исчезает.
3. Акцент на китайском вкладе в европейскую победу. Нарратив о советских
и китайских героях, участвовавших в войне против нацистской Германии, сужается до имени разведчика Янь Баохана. Одновременно появляется мотив китайских грузов, жизненно необходимых для СССР, что позволяет интерпретировать участие Китая в победе как более весомое.
4. Изменение риторики благодарности. Если в 2015 г. звучит формула о «памяти китайского народа о россиянах», то в 2025-м благодарность смещается в сферу коллективного почитания прошлого «вместе с героическим российским народом».
В совокупности эти изменения указывают на постепенное формирование
самостоятельного китайского нарратива о Второй мировой войне, в котором Китай позиционируется как равноправный и даже более жертвенный, нежели
СССР, участник глобального противостояния. Это позволяет Пекину выстраи-
вать собственный исторический дискурс, где ключевая роль в победе над фашизмом принадлежит не только Советскому Союзу, но и Китаю.

Уильям Макнилл провёл курс из 3-х лекций в университете Монреаля в 1986 г. :
"Полиэтничность и национальное единство в мировой истории".

Несмотря на относительно небольшой размер, работа серьёзная - классическая (оказала влияние на Р.Лахмана и Р.Коллинза).

По Макниллу вся древность характеризуется полиэтничностью и космополитизмом (цивилиз.общ-ва), лишь племена варваров отличаются моноэтничностью.

Национальное гос-во феномен европейской истории, когда на кратком отрезке - прим. с 1789 - по 1945 год - господствовал идеал национального единства, возведённый в политическую норму.
Итак, каков "рецепт" наций по Макниллу?

1) Классический гуманизм - влияние модели гражданской солидарности Афин, Спарты и республиканского Рима;
2) Рост числа читающей публики, владеющей (!) стандартизированными формами народных языков (основа будущей нац.элиты);
3) Демографический взрыв в З.Европе заполонивший истощённые города этнически однородной сельской массой, накопление револ-ых настроений в избыточной рабочей силе;
4) Институт Армии. Муштра пехоты в тренировочных лагерях и спайка колл-ов в горнилах сражений - совместное проливание крови. В сочетании со всеобщей воинской повинностью, всё это наполнило новым содержанием гражданскую солидарность и братство.
  
Все эти факторы "слились воедино в З.Европе в конце восемнадцатого века и дали рождение современному национализму", сначала во Франции, затем по всей Европе.
     Рухнет идеал лишь в результате двух мировых войн - разрушительные последствия вызвали глобальное отвращение ко всему связаному с национ.риторикой.

Р.S. По Макниллу в древности, лишь периферийные территории вроде Японии, Швеции и Дании оставались моноэтничными. Потому как, полиэтничности способствовали глобальные факторы: эпидемии выкашивающие плотное население городов - заселяли разнородные мигранты, торговля на дальние расстояния - фактории и общины, миграции и завоевательные походы (особенно кочевников).

​Как обет ненасилия привёл джайнов на вершину мирового алмазного рынка? 💎

Джайнизм - одна из древнейших религий Индии, возникшая почти одновременно с буддизмом и во многом на схожей почве: отказ от кастовой иерархии, кровавых ведических жертвоприношений, путь к освобождению через собственное нравственное усилие итп
Основатель традиции - Махавира, странствующий проповедник и аскет из Северного Бихара.
В основе религии лежит принцип, который определил экономическую судьбу целой общины на две с половиной тысячи лет вперёд:
Ахимса - принцип ненасилия, доведённый до предельной степени. Джайнским монахам предписывалось избегать вреда любому живому существу, включая насекомых 🦟 .
Соответсвенно круг доступных профессий, особенно в аграрном обществе, сужался почти до нуля: земледелие - исключено, ведь плуг убивает живое в земле. Скотоводство - еще хуже и так далее.
Зато сфера торговли 💰 идеально подходила, ведь перемещение товаров и капитала не предполагает прямого вреда никому.

Поэтому уже в средневековой Индии джайнизм закрепился именно как религия городского купечества. Торговые касты Гуджарата, Раджастана и Пенджаба массово принимали джайнизм отчасти по этическим соображениям, отчасти потому, что эта традиция не признавала главенства брахманов и открывала более высокий социальный статус тем, кто в в системе индуизма оставался на подчинённых ролях.

Спустя столетия эта логика проявилась в совершенно неожиданном месте: на мировом алмазном рынке.

До второй половины XX века торговля алмазами в Антверпене, центре этой индустрии, находилась под контролем закрытой общины хасидских евреев. А в 1960–70-х годах туда начали приезжать выходцы из городка Паланпур в Гуджарате, преимущественно джайны. Но конкурировать с местными игроками за крупные камни было невозможно, и они заняли нишу, которая никого не интересовала: мелкие, низкосортные необработанные алмазы весом в доли карата, слишком трудозатратные для дорогой европейской рабочей силы.
Эти камни джайны стали отправляли на огранку в Сурат.

А что вообще происходит с сырым камнем на пути к готовому бриллианту?
Здесь и кроется экономический секрет.
👉Огранщик сначала оценивает необработанный камень и решает как его распилить, чтобы получить максимальный вес и чистоту при минимальных потерях (на мелких камнях цена ошибки в пересчёте на партию огромна);
👉Дальше идет распиловка (сегодня чаще лазером);
👉Затем обдирка, придающая заготовке округлую форму;
👉Потом огранка, когда камень прижимают к вращающемуся диску, покрытому алмазной пастой, гранят под точными углами тк от этого зависит игра света в готовом камне;
👉Финал - промывка и контроль качества.

Именно на скорости и дешевизне этого ручного труда Сурат и выиграл: массово подготовленные гранильщики, труд в разы дешевле европейского, и объёмы, позволявшие с прибылью обрабатывать даже низкосортную мелочь.

Со временем туда пришло и современное оборудование, что подняло качество суратской огранки до уровня, сопоставимого с любым мировым центром.

Результат оказался значительным: сегодня, по оценкам отраслевых изданий, порядка 90–95% алмазов, проходящих через Антверпен, обрабатывается именно в Индии, преимущественно в Сурате. Внутри самой страны выходцы из Паланпура контролируют, по разным оценкам, около 90% всей алмазной торговли.

Показательно и то, на чём держится эта индустрия. Сделки в ней традиционно заключаются на основе личного доверия внутри плотных семейно-кастовых сетей - модель, во многом продолжающая логику средневековых торговых корпораций, где репутация внутри общины стоила дороже любого юридического документа.

Получается любопытный историко-экономический парадокс: этическая система, изначально направленная на предельный отказ от всякого вреда живому, косвенно определила профессиональную траекторию целой общины на тысячелетия вперёд и в итоге привела её к контролю над одним из самых капиталоёмких рынков современного мира.

Шлем из кабаньих клыков. XIV век до н.э.

Найден в Микенах. Хранится в Национальном археологическом музее Афин.

Вот в чем-то таком греки и штурмовали Трою.

Я, в целом, знал, что Рим и Карфаген были союзниками, в течение сотен лет - до того пока не столкнулись лбами, втянувшись во внутренние дрязги греческих полисов на Сицилии

Но вот чего я не понимал - хотя это, казалось бы, лежит на поверхности - что изначальное установление римско-карфегенского союза относится, по видимому, к периоду этрусского господства над Римом

Между этрусками и карфагенянами существовали мощнейшие политические, и видимо культурные связи. Их точную природу трудно установить, за практически полным отсутствием собственно этрусских и карфагенских источников. Но из источников греческих (Геродот, Аристотель) и римских, знаем, что тиррены и пунийцы - постоянно объединялись друг с другом, в основном против греческих политий

Рим - на ранних этапах своего существования - был, по видимому, монархией, с этрусскими царями во главе. Одной из многих этрусских политий, которые покрывали тогда большую часть равнинной Италии. Так вот, из этого у меня пока складывается впечатление, что союз - да и вообще близкие отношения с Карфагеном - могли быть элементом институциональной инерции, доставшейся римской республике от более раннего, монархического периода римской истории. Когда латиняне подчинялись этрусским царям.

Когда мы делали презентации книги «Сделано в СССР», я несколько раз возвращался к одному вопросу: почему советское снова кажется привлекательным? Не только как предмет разговора для историков. Скорее как вещный стиль, домашняя память и набор образов, которые люди вдруг начинают возвращать в свою повседневность.

Для людей моего поколения и старше первое объяснение лежит рядом. Это ностальгия. Советская люстра или старое кресло легко возвращают в детство, а детство в памяти часто оказывается теплее самой реальности, в которой оно проходило. Хотя здесь сразу нужна оговорка: у многих опыт жизни в СССР вызывает не нежность, а прямое отторжение. Поэтому одной ностальгией этот сюжет не объяснить.

Мне гораздо интереснее другой случай. Почему советское притягивает тех, кто в СССР уже не жил?

Здесь, кажется, расходятся две линии. Одна политическая; другая эстетическая. С политической все более или менее понятно. Для части левой аудитории СССР остается доказательством того, что социалистический проект мог существовать не в виде кружка или короткого восстания, а в масштабе большой страны. Примерно так же Парижская коммуна когда-то работала для революционеров: как знак того, что другой порядок хотя бы на мгновение становился исторической реальностью.

К тому же советский проект оставил после себя готовый политический язык и он легко узнается в плакате или лозунге. В ситуации, когда у сегодняшней левой политики мало сильных и общепонятных фигур, возвращение к Ленину или Троцкому выглядит почти естественным жестом. Это не значит, что такой подход всегда продуктивен, но его логика понятна.

Для меня интереснее эстетическая линия. Я бы назвал ее одомашниванием советского.

Человек может повесить дома советский плакат и вовсе не разделять то, что на нем написано. Плакат становится уже не призывом, а предметом, который можно встроить в собственную комнату. С советской мебелью происходит похожая история. Старый сервант или кресло перестают быть просто следами бедного быта. Их чинят, перетягивают и ставят в новую квартиру. Получается странный эффект: вещь из прошлого не требует возвращения в прошлое, но помогает сделать настоящее немного устойчивее.

Почему именно советское так легко приручается? Думаю, потому что оно ближе, чем Российская империя. Имперский стиль чаще выглядит музейно и требует дистанции. Советское еще живет в семейных рассказах, в старых фотографиях и в опыте квартир, где многие из нас бывали уже после распада СССР. Даже если человек родился позже, у него все равно есть короткая дорожка к этому миру через домашнюю память.

Есть еще один важный момент. Позднесоветское часто воспринимается как пространство предсказуемости. Можно было вообразить свою жизнь на долгий срок: сначала учеба, затем работа, потом квартира и отпуск по понятному календарю. Сейчас сама возможность такой траектории кажется почти фантастической. Мы живем в реальности, которая слишком часто меняет правила. Планы быстро устаревают. Воспоминания недавних лет иногда выглядят так, будто принадлежат другой жизни. Поэтому советская эстетика может работать как якорь. Не как политическая программа и не как желание восстановить СССР, а как попытка вернуть в повседневность ощущение устойчивой формы.