Forwarded from Мадам Секретарь
По ситуации с Лаврой обсуждали вчера с коллегами исторические аналогии. И, конечно, прежде всего вспоминается Андрей Боголюбский и разграбление его армией Киева в 1169 году.
В течение своего правления геополитически решил сделать ставку на Владимир, как центр Руси. Он тогда понимал, что Киев контролировать невозможно, что нужно строить что-то своё. Легче строить свою отдельную вотчину, чем ориентироваться на Киев, потому что уже было нереально контролировать все эти протяженные территории.
Это не давало нужного эффекта, потому что мощь Киева держалась на многом. Первое — на скандинавах. Потоки скандинавов иссякли, эпоха викингов прошла. Второе — речная торговля перестала приносить доходы как раньше, потому что после Крестовых походов появилась оживлённая морская торговля. Её контролировали Генуя и Венеция.
Киев начал проседать, когда появились черноморские колонии итальянцев, и византийская торговля тоже пошла вниз. В Византии тоже было всё плохо. Вот эти факторы повлияли на то, что у Киева уже не было таких возможностей. Он перестал быть прежним центром.
Транзитная роль начала утрачивать актуальность. Не было столько денег, не было столько средств содержать дружины. Территория Киевской Руси совершенно не предназначена для единого управления.
К примеру, из Рима во времена империи контролировать все очень удобно. Рим расположен в центре Средиземноморья. У тебя контроль империи через море и через сеть очень хороших дорог. Такого на Руси и близко не было.
Просто задумаешься — ну ничего себе. Новгород, Москва, Киев, Смоленск. Как это в те времена контролировать? Сейчас это контролировать тяжело. Тогда тем более. Всё было очень зыбко.
Ну и разграбили Киев очень жёстко включая монастыри со всеми святынями, которые были увезены во Владимир. Киев после этого до эпохи монгольского нашествия так и не оправился полностью.
Ещё в 1155 Андрей Боголюбский из Вышгородского женского монастыря увёз с собой чудотворную икону Богородицы, которая впоследствии получила название Владимирской и стала почитаться как величайшая русская святыня. Для оправдания поступка Боголюбского в «Сказание о чудесах Владимирской иконы Божией Матери» была включена версия о том, что иконе было «беспокойно» в Вышгороде, икона сама хотела перенестись в Ростовскую землю, а Боголюбский выступил просто как исполнитель высшей воли.
@madam_secretar
В течение своего правления геополитически решил сделать ставку на Владимир, как центр Руси. Он тогда понимал, что Киев контролировать невозможно, что нужно строить что-то своё. Легче строить свою отдельную вотчину, чем ориентироваться на Киев, потому что уже было нереально контролировать все эти протяженные территории.
Это не давало нужного эффекта, потому что мощь Киева держалась на многом. Первое — на скандинавах. Потоки скандинавов иссякли, эпоха викингов прошла. Второе — речная торговля перестала приносить доходы как раньше, потому что после Крестовых походов появилась оживлённая морская торговля. Её контролировали Генуя и Венеция.
Киев начал проседать, когда появились черноморские колонии итальянцев, и византийская торговля тоже пошла вниз. В Византии тоже было всё плохо. Вот эти факторы повлияли на то, что у Киева уже не было таких возможностей. Он перестал быть прежним центром.
Транзитная роль начала утрачивать актуальность. Не было столько денег, не было столько средств содержать дружины. Территория Киевской Руси совершенно не предназначена для единого управления.
К примеру, из Рима во времена империи контролировать все очень удобно. Рим расположен в центре Средиземноморья. У тебя контроль империи через море и через сеть очень хороших дорог. Такого на Руси и близко не было.
Просто задумаешься — ну ничего себе. Новгород, Москва, Киев, Смоленск. Как это в те времена контролировать? Сейчас это контролировать тяжело. Тогда тем более. Всё было очень зыбко.
Ну и разграбили Киев очень жёстко включая монастыри со всеми святынями, которые были увезены во Владимир. Киев после этого до эпохи монгольского нашествия так и не оправился полностью.
Ещё в 1155 Андрей Боголюбский из Вышгородского женского монастыря увёз с собой чудотворную икону Богородицы, которая впоследствии получила название Владимирской и стала почитаться как величайшая русская святыня. Для оправдания поступка Боголюбского в «Сказание о чудесах Владимирской иконы Божией Матери» была включена версия о том, что иконе было «беспокойно» в Вышгороде, икона сама хотела перенестись в Ростовскую землю, а Боголюбский выступил просто как исполнитель высшей воли.
@madam_secretar
👍6
Forwarded from ērān ud anērān
В 2015 г. в Нью-Йорке состоялся частный диалог между Генри Киссинджером и Али Лариджани (тогда ещё спикером Меджлиса), детали которого прояснились сравнительно недавно:
Можно констатировать, что подобное восприятие несколько выпадает из поля зрения. При этом в массе русскоязычных и западных материалов о ситуации в Иране и вокруг него собственно иранский взгляд на происходящее либо вовсе отсутствует, либо редуцируется к двум противоречивым шаблонам: либо к карикатуре иррационального шиитского фундаментализма, чьи фанатики готовы жертвовать буквально всем, либо к образу циничных прагматиков-реалистов, использующих любые средства (включая, видимо, собственные жизни) для удержания шаткой легитимности.
Великолепный пример иного взгляда, как мне кажется, был представлен в апрельской лекции* Вали Насра о текущей иранской стратегии, центральные "корни" которой следует искать в глубоком, почти травматическом восприятии последних столетий национальной истории как непрерывной борьбы за суверенитет. Для специальной литературы, конечно, эта мысль не нова и даже несколько банальна, но она отлично объясняет реплику Лариджани.
Действительно, для элиты поколения Хомейни и Хаменеи и её преемников, сколь разных позиций они бы ни придерживались, революция 1979 г. была антиимпериалистическим проектом. Его институциональным воплощением стал первый за почти ~200 лет политический режим, который, по их искреннему убеждению, обеспечил Ирану подлинную независимость (показательно, что здесь изложение почти дословно повторяет слова бывшего м.и.д., "реформиста" Джавада Зарифа). В этой парадигме, укоренённой далеко за рамками иранского официоза и формировавшейся задолго до 1979 г., вся история XIX-XX вв. служит прозаичным доказательством того, что "Запад" никогда не смирится с суверенным и дееспособным Ираном и будет последовательно стремиться к реставрации его полуколониального или вассального статуса, каковым Иран, с этой точки зрения, обладал при Каджарах и Пехлеви.
Из этой мировоззренческой оптики проистекает специфическая иранская рациональность, которая при всём многообразии политических позиций предполагает:
1. Эксплицитно сформулированную теорию угроз с США в лице ключевого субъекта.
2. Стратегию выживания, имеющую, безусловно, важное региональное измерение, но в своей основе ориентированную на самоизоляцию, самодостаточность и устойчивую мозаичную систему управления; стратегию, основанную на уроках ирано-иракской войны (1980-1988), которая — в соответствии с автонарративом — засвидетельствовала резкую внешнеполитическую изоляцию Ирана и в то же время его способность к самосохранению благодаря мобилизационным, "бедняцким" методам ведения войны и опоре исключительно на внутренние ресурсы.
Следование этой стратегии, оборонительной по своему генезису и целеполаганию, сохраняется и в текущей фазе, хотя отдельные её элементы претерпели существенную корректировку. Так, имел место сдвиг стратегических приоритетов от попытки расширить поддержку за счёт т.н. "серой зоны" и умеренных граждан к мобилизации ~15-20% — жёсткого ядра сторонников. Однако в данном сдвиге нет ничего, что можно было бы квалифицировать как революционный разрыв с прежней логикой, поскольку Исламская Республика «с самого начала создавалась не для того, чтобы быть популярной, а для того, чтобы быть устойчивой». Для поддержания этого проекта, насколько можно судить по доступным данным, не потребовалось формирование "гарнизонного государства" — сценария, который ещё недавно тиражировался некоторыми экспертами в качестве очевидной перспективы.
Иранская стратегия, иными словами, прошла сейчас ровно то испытание, под которое проектировалась, — при всех внутренних трансформациях, понесённых с 2023 г. издержках и потерях и в рамках сценария, который не считался предпочтительным.
*большая часть лекции — заметки Насра на полях его недавней книги, Iran's Grand Strategy: A Political History (2025), с уточнением пары сюжетов и раскрытием тех персоналий, которые погибли в прошедшие месяцы и чьи имена теперь можно называть.
Киссинджер, по сути, хотел понять, когда Иран устанет от этой революции, когда он наконец станет нормальной страной. И Киссинджер начинает говорить с ним (Лариджани) об Иммануиле Канте и его теории вечного мира. Он тогда не знал, что Лариджани перевёл Канта на персидский. Поэтому, по словам Киссинджера, (...) у них вышел замечательный разговор, ведь он поднялся до темы, которой оба по-настоящему наслаждались. Но суть разговора была в том, что сказал Лариджани: «Мы хотим знать, когда вы выдохнетесь? Когда вы оставите нас в покое и пойдёте дальше?» Для Ирана это не идеологическая война. Это, по сути, защита нашего освобождения через то, чтобы измотать вас настолько, чтобы вы просто оставили нас в покое.
Можно констатировать, что подобное восприятие несколько выпадает из поля зрения. При этом в массе русскоязычных и западных материалов о ситуации в Иране и вокруг него собственно иранский взгляд на происходящее либо вовсе отсутствует, либо редуцируется к двум противоречивым шаблонам: либо к карикатуре иррационального шиитского фундаментализма, чьи фанатики готовы жертвовать буквально всем, либо к образу циничных прагматиков-реалистов, использующих любые средства (включая, видимо, собственные жизни) для удержания шаткой легитимности.
Великолепный пример иного взгляда, как мне кажется, был представлен в апрельской лекции* Вали Насра о текущей иранской стратегии, центральные "корни" которой следует искать в глубоком, почти травматическом восприятии последних столетий национальной истории как непрерывной борьбы за суверенитет. Для специальной литературы, конечно, эта мысль не нова и даже несколько банальна, но она отлично объясняет реплику Лариджани.
Действительно, для элиты поколения Хомейни и Хаменеи и её преемников, сколь разных позиций они бы ни придерживались, революция 1979 г. была антиимпериалистическим проектом. Его институциональным воплощением стал первый за почти ~200 лет политический режим, который, по их искреннему убеждению, обеспечил Ирану подлинную независимость (показательно, что здесь изложение почти дословно повторяет слова бывшего м.и.д., "реформиста" Джавада Зарифа). В этой парадигме, укоренённой далеко за рамками иранского официоза и формировавшейся задолго до 1979 г., вся история XIX-XX вв. служит прозаичным доказательством того, что "Запад" никогда не смирится с суверенным и дееспособным Ираном и будет последовательно стремиться к реставрации его полуколониального или вассального статуса, каковым Иран, с этой точки зрения, обладал при Каджарах и Пехлеви.
Из этой мировоззренческой оптики проистекает специфическая иранская рациональность, которая при всём многообразии политических позиций предполагает:
1. Эксплицитно сформулированную теорию угроз с США в лице ключевого субъекта.
2. Стратегию выживания, имеющую, безусловно, важное региональное измерение, но в своей основе ориентированную на самоизоляцию, самодостаточность и устойчивую мозаичную систему управления; стратегию, основанную на уроках ирано-иракской войны (1980-1988), которая — в соответствии с автонарративом — засвидетельствовала резкую внешнеполитическую изоляцию Ирана и в то же время его способность к самосохранению благодаря мобилизационным, "бедняцким" методам ведения войны и опоре исключительно на внутренние ресурсы.
Следование этой стратегии, оборонительной по своему генезису и целеполаганию, сохраняется и в текущей фазе, хотя отдельные её элементы претерпели существенную корректировку. Так, имел место сдвиг стратегических приоритетов от попытки расширить поддержку за счёт т.н. "серой зоны" и умеренных граждан к мобилизации ~15-20% — жёсткого ядра сторонников. Однако в данном сдвиге нет ничего, что можно было бы квалифицировать как революционный разрыв с прежней логикой, поскольку Исламская Республика «с самого начала создавалась не для того, чтобы быть популярной, а для того, чтобы быть устойчивой». Для поддержания этого проекта, насколько можно судить по доступным данным, не потребовалось формирование "гарнизонного государства" — сценария, который ещё недавно тиражировался некоторыми экспертами в качестве очевидной перспективы.
Иранская стратегия, иными словами, прошла сейчас ровно то испытание, под которое проектировалась, — при всех внутренних трансформациях, понесённых с 2023 г. издержках и потерях и в рамках сценария, который не считался предпочтительным.
*большая часть лекции — заметки Насра на полях его недавней книги, Iran's Grand Strategy: A Political History (2025), с уточнением пары сюжетов и раскрытием тех персоналий, которые погибли в прошедшие месяцы и чьи имена теперь можно называть.
👍4❤3👎1👏1
Forwarded from Очень Древняя Греция (Evgenia Kozlovskaya)
Микенские спартанцы и Гиацинт
В целом, мы-то с вами всегда знали, что все дороги древнегреческой истории ведут либо к микенцам, либо к минойцам, но всегда приятно получать новые, подтвержденные археологией и исследованиями данные по этому поводу. На сей раз настала очередь спартанцев.
Согласно исследованию Ханса Бека из Мюнстерского университета, ставший эталоном воинской дисциплины полис нельзя считать результатом завоевания Лаконии дорийцами. Напротив, Спарта, вероятно, выросла из гораздо более древнего сообщества живших на этой территории людей, которых античные источники называют лакедемонянами. Одним из важнейших аргументов стали таблички с линейным письмом Б. В частности, в фиванском архиве встречаются формы слова, связанного с «лакедемоняне», что свидетельствует о существовании этого этнонима уже в микенское время. По мнению исследователя, лакедемоняне не были «народом» в современном понимании этого слова. Скорее речь идёт о сообществе, объединённом общими священными местами, памятью, ритуалами и политическими центрами.
Материальным подтверждением этой концепции может считаться дворец в Агиос-Василиосе, примерно в двенадцати километрах к югу от современной Спарты. Раскопки выявили здесь монументальные постройки, большой двор, фрески, бронзовые мечи и более двухсот фрагментов табличек, написанных линейным Б. В них даже упоминается wa-na-ko-to, знакомый нам титул ванакса — верховного правителя, т.е. царя. Кстати, по объёму архив из Агиос-Василиоса уступает лишь— Кноссу, Пилосу и Фивам. Таблички фиксируют учёт скота, масла, шерсти, тканей, ароматических масел и других товаров. Всё это позволяет предполагать, что именно здесь находилась резиденция правителя лакедемонян. Дворец был не только местом проживания элиты, а, как и в других частях микенского мира, служил административным, экономическим и религиозным центром, связывавшим между собой население долины Эвротоса.
На рубеже XIII–XII веков до н. э. (привет коллапсу бронзового века) Айос-Василиос пришёл в упадок. Дворцовая система рухнула, а прежние политические структуры прекратили существование. Тем не менее память о прошлом не была утрачена благодаря другому важному месту — Амиклам. Холм Агиа-Кириаки был культовым центром ещё в позднебронзовую эпоху. Здесь найдены женские статуэтки, фигурки животных, ритуальные сосуды и следы пиршеств. Вероятно, во времена процветания дворца это место было его церемониальным центром. Примечательно, что после гибели дворца его значение не только сохранилось, но и возросло.
Археологические находки показывают, что люди продолжали приходить сюда на протяжении субмикенского, протогеометрического и геометрического периодов. Менялись формы подношений, но сами ритуалы не прекращались. В святилище находят сосуды, бронзовые булавки, наконечники копий, мечи, пряслица и другие предметы, свидетельствующие о непрерывности культовой жизни. В мире, где исчезли дворцы и царская власть, Амиклы стали местом сохранения коллективной памяти. Например, в особое значение приобрёл праздник Гиацинтий, объединявший жителей региона. К VI веку до н. э. Амиклы стали одним из важнейших священных центров Лаконии. Над холмом возвышалась колоссальная бронзовая статуя Аполлона Амиклейского высотой около 14 метров. Под ней находилась гробница или алтарь Гиацинта. Тут стоит вспомнить, что цветы играли большую роль в минойских и микенских культовых практиках и, конечно, были связаны с темой посмертной жизни и воскресения. Гусаров попрошу воздержаться от шуток на тему взаимопроникновения старых и новых богов, хотя что уж там).
В итоге Бек предлагает такую модель: ранние спартанцы вошли в уже существовавший мир лакедемонян и постепенно интегрировались в него. Они не уничтожили прежнюю систему памяти, а присвоили её ключевые символы и священные места, встроив их в новую политическую структуру. Звучит знакомо, правда? Что-то подобное в свое время произошло и в Кноссосе, и в других минойских городах с приходом микенцев.
🌸 P.S. Простите, не могла не приложить к посту Гиацинта из «Метаморфороз» Овидия образца 1325 г.
В целом, мы-то с вами всегда знали, что все дороги древнегреческой истории ведут либо к микенцам, либо к минойцам, но всегда приятно получать новые, подтвержденные археологией и исследованиями данные по этому поводу. На сей раз настала очередь спартанцев.
Согласно исследованию Ханса Бека из Мюнстерского университета, ставший эталоном воинской дисциплины полис нельзя считать результатом завоевания Лаконии дорийцами. Напротив, Спарта, вероятно, выросла из гораздо более древнего сообщества живших на этой территории людей, которых античные источники называют лакедемонянами. Одним из важнейших аргументов стали таблички с линейным письмом Б. В частности, в фиванском архиве встречаются формы слова, связанного с «лакедемоняне», что свидетельствует о существовании этого этнонима уже в микенское время. По мнению исследователя, лакедемоняне не были «народом» в современном понимании этого слова. Скорее речь идёт о сообществе, объединённом общими священными местами, памятью, ритуалами и политическими центрами.
Материальным подтверждением этой концепции может считаться дворец в Агиос-Василиосе, примерно в двенадцати километрах к югу от современной Спарты. Раскопки выявили здесь монументальные постройки, большой двор, фрески, бронзовые мечи и более двухсот фрагментов табличек, написанных линейным Б. В них даже упоминается wa-na-ko-to, знакомый нам титул ванакса — верховного правителя, т.е. царя. Кстати, по объёму архив из Агиос-Василиоса уступает лишь— Кноссу, Пилосу и Фивам. Таблички фиксируют учёт скота, масла, шерсти, тканей, ароматических масел и других товаров. Всё это позволяет предполагать, что именно здесь находилась резиденция правителя лакедемонян. Дворец был не только местом проживания элиты, а, как и в других частях микенского мира, служил административным, экономическим и религиозным центром, связывавшим между собой население долины Эвротоса.
На рубеже XIII–XII веков до н. э. (привет коллапсу бронзового века) Айос-Василиос пришёл в упадок. Дворцовая система рухнула, а прежние политические структуры прекратили существование. Тем не менее память о прошлом не была утрачена благодаря другому важному месту — Амиклам. Холм Агиа-Кириаки был культовым центром ещё в позднебронзовую эпоху. Здесь найдены женские статуэтки, фигурки животных, ритуальные сосуды и следы пиршеств. Вероятно, во времена процветания дворца это место было его церемониальным центром. Примечательно, что после гибели дворца его значение не только сохранилось, но и возросло.
Археологические находки показывают, что люди продолжали приходить сюда на протяжении субмикенского, протогеометрического и геометрического периодов. Менялись формы подношений, но сами ритуалы не прекращались. В святилище находят сосуды, бронзовые булавки, наконечники копий, мечи, пряслица и другие предметы, свидетельствующие о непрерывности культовой жизни. В мире, где исчезли дворцы и царская власть, Амиклы стали местом сохранения коллективной памяти. Например, в особое значение приобрёл праздник Гиацинтий, объединявший жителей региона. К VI веку до н. э. Амиклы стали одним из важнейших священных центров Лаконии. Над холмом возвышалась колоссальная бронзовая статуя Аполлона Амиклейского высотой около 14 метров. Под ней находилась гробница или алтарь Гиацинта. Тут стоит вспомнить, что цветы играли большую роль в минойских и микенских культовых практиках и, конечно, были связаны с темой посмертной жизни и воскресения. Гусаров попрошу воздержаться от шуток на тему взаимопроникновения старых и новых богов, хотя что уж там).
В итоге Бек предлагает такую модель: ранние спартанцы вошли в уже существовавший мир лакедемонян и постепенно интегрировались в него. Они не уничтожили прежнюю систему памяти, а присвоили её ключевые символы и священные места, встроив их в новую политическую структуру. Звучит знакомо, правда? Что-то подобное в свое время произошло и в Кноссосе, и в других минойских городах с приходом микенцев.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍3❤1🔥1
Выступление Евгения Минченко о прошлом будущем России на клубе «Мосты» в Спасском-Лутовинове началось с обращения к образу Ивана Тургенева и его влиянию на наше настоящее
Что мы знаем об Иване Сергеевиче Тургеневе
- Прожил 64 года
- Из старинного дворянского рода
- Учился в Московском, Петербургском и Берлинском университетах, изучал философию
- Повлиял на решение Александра II отменить крепостное право?
- Был под арестом и в ссылке
- Провёл за границей более 30 лет - большую часть взрослой жизни
- Был влюблён во француженку, которая стала его главной любовью
- Стал первым международно признанным русским писателем. «Посол русской литературы на Западе»
- Владение языками. Активно (на уровне свободного говорения и письма): русский, французский, немецкий, английский, во взрослые годы — итальянский и в значительной мере испанский. На уровне чтения и переводов: латынь, древнегреческий, польский, чешский, сербский, болгарский
- Дружил с Некрасовым, Герценом, Бакуниным, Фетом, Львом Толстым, Гюго, Флобером, Золя, Доде, Мопассаном, Гонкуром, Мериме
- Лучшее событие в истории русской литературы - то, что не состоялась дуэль Тургенева и Толстого
За что я люблю и уважаю Тургенева
- Сохранение русской самобытности при глубочайшей погружённости в контекст мировой культуры в историческом и современном разрезе
- Отсутствие подобострастия
- Отказ от снобизма и высокомерия. Поразительное умение разглядеть хорошее в простом человеке при трезвом понимании его недостатков
- Умение признать достоинства людей, которые тебе не близки и с которыми ты можешь быть в конфликте
- Страстность
Урок Тургенева для нас - русский гений раскрывается в полную силу не в изоляции, а в плотном контакте с сокровищницей мировой культуры.
Что мы знаем об Иване Сергеевиче Тургеневе
- Прожил 64 года
- Из старинного дворянского рода
- Учился в Московском, Петербургском и Берлинском университетах, изучал философию
- Повлиял на решение Александра II отменить крепостное право?
- Был под арестом и в ссылке
- Провёл за границей более 30 лет - большую часть взрослой жизни
- Был влюблён во француженку, которая стала его главной любовью
- Стал первым международно признанным русским писателем. «Посол русской литературы на Западе»
- Владение языками. Активно (на уровне свободного говорения и письма): русский, французский, немецкий, английский, во взрослые годы — итальянский и в значительной мере испанский. На уровне чтения и переводов: латынь, древнегреческий, польский, чешский, сербский, болгарский
- Дружил с Некрасовым, Герценом, Бакуниным, Фетом, Львом Толстым, Гюго, Флобером, Золя, Доде, Мопассаном, Гонкуром, Мериме
- Лучшее событие в истории русской литературы - то, что не состоялась дуэль Тургенева и Толстого
За что я люблю и уважаю Тургенева
- Сохранение русской самобытности при глубочайшей погружённости в контекст мировой культуры в историческом и современном разрезе
- Отсутствие подобострастия
- Отказ от снобизма и высокомерия. Поразительное умение разглядеть хорошее в простом человеке при трезвом понимании его недостатков
- Умение признать достоинства людей, которые тебе не близки и с которыми ты можешь быть в конфликте
- Страстность
Урок Тургенева для нас - русский гений раскрывается в полную силу не в изоляции, а в плотном контакте с сокровищницей мировой культуры.
Telegram
Евгений Минченко. Персонально по делу
Евгений Минченко, практикующий историк.
Мнения в этом канале не представляют официальную позицию Российской ассоциации по связям с общественностью и МГИМО МИД РФ.
РКН https://gosuslugi.ru/snet/68deca8d4e3c2a74de0c0a4a
Мнения в этом канале не представляют официальную позицию Российской ассоциации по связям с общественностью и МГИМО МИД РФ.
РКН https://gosuslugi.ru/snet/68deca8d4e3c2a74de0c0a4a
👍9
Forwarded from Evening Prophet
Ну не могу коснуться любимой темы - нет, эта европейская экономическая формация сложилась не во времена Лотара, а с времен "оловянного пути" корнуольского олова в плодородный полумесяц во 3-2м тысячелетии до нашей эре)
Это наиболее яркий пример знаменитого принципа path depends, который повторяется во всех доменах эволюции (от неживой материи к разумной жизни) и показывает, что если определенные факторы среды/ландшафта стали определять развитие, то они укореняются во всех последующих производных системы. Удобная речная транспортировка через Рейн - По определила не только благополучие живущих на пути народов, но и сформировала особый субъект - Швейцарию, которая стала перевалкой, а значит центром мер и весов (там собственно видимо и изобрели взвешивание как сертификационную процедуру) и центр безопасности перевалов, и в таком состоянии этот кусочек суши существует уже много тысячелетий. Действительно, красивая история
АПД: Илья Кудрявцев в комментариях справедливо дополянет, что историки ломали голову, почему Карл Великий так нарезал наследникам свою империю - "нелогичный длинный кусок". Это он историкам нелогичный, а на нем вся экономика двух морей - Средиземного и бассейна Балтика + Северное море стояли 3000 лет до появления кораблей, которые способны устойчиво и безопасно переходитб Бискайский залив не несколько месяцев в году. Кстати, криво нарезал - потому и просуществовала эта конструкция крайне недолго и была поглощена СРИ
Это наиболее яркий пример знаменитого принципа path depends, который повторяется во всех доменах эволюции (от неживой материи к разумной жизни) и показывает, что если определенные факторы среды/ландшафта стали определять развитие, то они укореняются во всех последующих производных системы. Удобная речная транспортировка через Рейн - По определила не только благополучие живущих на пути народов, но и сформировала особый субъект - Швейцарию, которая стала перевалкой, а значит центром мер и весов (там собственно видимо и изобрели взвешивание как сертификационную процедуру) и центр безопасности перевалов, и в таком состоянии этот кусочек суши существует уже много тысячелетий. Действительно, красивая история
АПД: Илья Кудрявцев в комментариях справедливо дополянет, что историки ломали голову, почему Карл Великий так нарезал наследникам свою империю - "нелогичный длинный кусок". Это он историкам нелогичный, а на нем вся экономика двух морей - Средиземного и бассейна Балтика + Северное море стояли 3000 лет до появления кораблей, которые способны устойчиво и безопасно переходитб Бискайский залив не несколько месяцев в году. Кстати, криво нарезал - потому и просуществовала эта конструкция крайне недолго и была поглощена СРИ
Telegram
Толкователь
Тоже хороший пример колеи.
Главные экономические агломерации-регионы Европы лежат на т.н. «альпийско-рейнском пути» - дуга от Северной Италии до Лондона.
Эта «трасса» экономической активности сформировалась более тысячи лет назад, на территории т.н. «империи…
Главные экономические агломерации-регионы Европы лежат на т.н. «альпийско-рейнском пути» - дуга от Северной Италии до Лондона.
Эта «трасса» экономической активности сформировалась более тысячи лет назад, на территории т.н. «империи…
👍3
Forwarded from САРДАРЯН
Герман Геринг был лишен польского Ордена Белого Орла, но только сделано это было не польским правительством, а Адольфом Гитлером.
23 апреля 1945 года Геринг, находясь в Баварии, направил Гитлеру в окруженный Берлин телеграмму. В ней он предложил передать ему руководство Третьим рейхом, если Гитлер потеряет свободу действий.
Гитлер и Мартин Борман расценили это как государственную измену. В тот же день Гитлер приказал арестовать Геринга, снял его со всех государственных и военных постов и официально лишил всех немецких и иностранных наград, которые Геринг имел право носить.
Со стороны самой Польши отдельного юридического акта правительства о лишении Геринга этого ордена после войны не издавалось.
https://t.iss.one/MariaVladimirovnaZakharova/13274
⚫️ САРДАРЯН в Telegram | ⚫️ САРДАРЯН в MAX
23 апреля 1945 года Геринг, находясь в Баварии, направил Гитлеру в окруженный Берлин телеграмму. В ней он предложил передать ему руководство Третьим рейхом, если Гитлер потеряет свободу действий.
Гитлер и Мартин Борман расценили это как государственную измену. В тот же день Гитлер приказал арестовать Геринга, снял его со всех государственных и военных постов и официально лишил всех немецких и иностранных наград, которые Геринг имел право носить.
Со стороны самой Польши отдельного юридического акта правительства о лишении Геринга этого ордена после войны не издавалось.
https://t.iss.one/MariaVladimirovnaZakharova/13274
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Telegram
Мария Захарова
Сданные киевским режимом орден «Белый орел» и иные награды Варшава может направить в Канаду – Гуньке и другим нацистским коллаборационистам. Те с удовольствием будут после Зеленского донашивать.
Кто-нибудь знает, Геринга лишали этой принципиальной награды…
Кто-нибудь знает, Геринга лишали этой принципиальной награды…
👍1🤡1